Драконова Академия. Книга 7

Кажется, ее сознание смешало все в одну кучу. Она помнила не портал. Она решила, что у нее слегка сдвинулось сознание из-за потери дочери, и сейчас она правда верила в то, что говорила с нами по видеосвязи, что она не видела того, что видела. Если честно, я даже могла ее понять: сама не знаю, как бы на такое отреагировала, но легче мне от такого не было.

— И в вашем телефоне остался номер, с которого мы звонили? — уточнила я, надеясь воззвать к ее здравому смыслу.

— Нет! Мой телефон вышел из строя! Потому что вы запустили в него какой-то вирус, чтобы все скрыть.

Ладно. Предположим.

Темная магия еще и не такое может вывести из строя, но как-то сейчас понимание этого мне совершенно не помогает. Если я сейчас начну говорить про темную магию, меня точно признают сектанткой, пусть даже и спятившей, и с потерей памяти, и закроют уже в совершенно ином заведении.

Кажется, я не ощущала такой беспомощности уже очень, очень давно.

— Екатерина Андреевна, вы можете идти, — произнес один полицейский, тогда как второй шагнул ко мне.

— Вы же ее арестуете? Вы допросите ее? Вы найдете мою дочь?! Что бы с ней ни случилось!

— Пойдемте. Вам нельзя беспокоиться, особенно после перенесенного инфаркта. — Полицейский взял ее за локоть и вывел из комнаты, а другой навис сверху.

— Ничего не хотите нам рассказать?

— Я понятия не имею, о чем она говорит, — мне стоило немалых усилий оставаться спокойной. Потому что ситуация не просто вышла из под контроля, она обернулась грандиозной проблемой, к которой я оказалась совершенно, катастрофически не готова.

— Да неужели, — в голосе полицейского сквозил металл. — Вы три месяца говорили о том, что ничего не помните, потом называете имя, и женщина, к которой мы едем, опознает вас по фото, как девушку, которая на пару с другой издевалась над ней по видеосвязи по поводу ее пропавшей дочери. Что вам об этом известно?!

— Ничего! — Я выкрикнула это, и тут же об этом пожалела.

Полицейский изменился в лице.

«Помощь нужна?» — поинтересовался Валентайн.

— Иди ты!

Запоздало я осознала, что выдала это вслух.

— Что?! — холодно спросил полицейский, доставая наручники.

«Ты знаешь, что делать, Лена».

«Нет».

«Позволишь ему себя арестовать? И что дальше?»

Ответа на этот вопрос я не знала. В точности так же я не представляла, как с этим справиться без магии. Потому что…

— Руки, — скомандовал полицейский.

И я вскинула руки. С ладоней сорвалась струйка тьмы, которую я увела в сторону, чтобы его не зацепить, полицейский отпрянул, его глаза расширились, как будто он не мог поверить в то, что увидел. Потянулся за пистолетом, а я с силой подскочила и врезалась в него всем телом. Будь я здоровым мужиком, он бы улетел в стену и, возможно, что-нибудь бы сломал, но я была хрупкой девушкой с совершенно убийственной магией. Которую поклялась никогда не использовать, чтобы вредить или убивать — если только речь не зайдет о Фергане.

Поэтому ему повезло, он просто пошатнулся, отлетел в сторону, а мне повезло, что второй полицейский увел Екатерину Андреевну, и коридор оказался пуст. Я бросилась в сторону указателей к лестнице, но мне навстречу вывернули двое врачей, опешивших от такого, и я свернула направо, как раз в сторону своей палаты.

Влетев в нее, порывом магии швырнула сначала одну койку поперек стены, следом вторую. А сверху свалила шкаф. Сердце колотилось где-то в горле, я попятилась и вжалась спиной в подоконник. Развернулась к нему, и в этот момент на фоне ставшего уже привычном пейзажа поздней осени — старенького парка, панельки и церкви, полыхнул фиолетово-черным портал.

Я моргнула, когда ладонь Валентайна ударилась о стекло. Я его явно застала врасплох, потому что он был обнажен по пояс, и сейчас в целом казался каким-то миражом, иллюзией, нежели чем реальностью.

— Убери последнюю преграду! — прорычал он, и на этот раз его голос звучал не в моей голове.

— Какую преграду?!

Он снова с силой ударил в окно, и я поняла, что нормальное окно такого удара с силой темной магии просто не выдержало бы.

— Убери, чтобы я мог тебе помочь!

За дверью уже доносились крики. От меня требовали открыть ее, отойти в сторону, и в целом оставшиеся там были настроены недружелюбно.

— Лена! — снова зарычал Валентайн, а я поняла, что уже отвыкла от своего имени, в котором нет рычащих, произнесенного так.

Дверь дрогнула, за спиной что-то посыпалось, я обернулась.

— Ты должна мне довериться! — донеслось из-за спины.

Легко ему говорить.

В этот момент снова раздался грохот: кажется, к истории с дверью подключился пожарный топор. Замок с хрустом вылетел, а вот надежно подпертая дверь — нет.

Я сглотнула, потому что выхода из этой комнаты не было: кроме как в окно. Третьего этажа. Но может быть…

— Лена!

— Я тебе не доверяю, понял?! — рявкнула я. — Не доверяю и никогда не смогу!

— Тогда ты застрянешь здесь. Навсегда.

Похоже, именно эта мысль стала последней каплей, потому что когда шкаф дрогнул под напором пытающихся ворваться людей, а следом дверь хрустнула снова, и из нее вылетел кусок, я снова шагнула назад. Но подоконника за спиной не оказалось, вместо этого там оказались руки Валентайна, который прижал меня к своей груди, и я снова ощутила давно забытое ощущение пространственного перехода, когда желудок меняется местами с другими внутренностями.

Правда, в этот раз это было еще между мирами, поэтому у меня вылетело зрение, и я нырнула сначала в темноту, потом невидимая раскаленная спица словно пронзила мою голову изнутри, а потом я упала на что-то твердое, чувствуя, что готова вернуть наружу съеденное за завтраком.

И я бы вернула, если бы ладони Валентайна не легли на мои виски, зато вместо завтрака вернулось зрение. И я обнаружила, что лежу на нем, лицом к лицу.

Шипение за спиной поглотило остатки звуков ломающейся двери с Земли, и наступила абсолютная, звенящая, неестественная тишина. Которую я отлично помнила: такая тишина была только в Мертвых землях.