- -
- 100%
- +
— Вы мать этой девочки? — спросил меня надменный голос откуда-то сбоку.
Я обернулась, прижимая Алису к себе.
— Я. Но кто вы? Откуда взялись?
Последнее, что я запомнила, как мы с моей дочерью шли на автобусную остановку по вечерней Москве. Спустились в подземный переход. Всё стало темно, а потом возник белый свет. Такой быстрый, он приближался, и я успела только взять дочь на руки и отвернуться.
Подумала, что откуда-то взялась машина и сейчас собьёт нас.
— Сколько ей полных лет?
— Восемь. Вы не ответили, кто вы такой?
Светловолосый мужчина, разодетый как средневековый лорд, хмурился. И всё же я не чувствовала опасности.
Спустила дочь с рук, но продолжала крепко держать. Этот мужчина напоминал мне кого-то из прошлого. Того самого, в которое я боялась заглядывать…
Я родила дочь без мужа. Для себя. Девять лет назад я познакомилась с её отцом, настоящим породистым красавцем, он спас меня из-под колёс авто.
Всё было странно и не похоже на реальность. И Родион, как представился спаситель, был странным, нездешним. Мы провели вместе три недели и ещё три ночи. По исходу их я поняла, что внутри меня зародилась жизнь. А он был грустен и сказал, что вернётся за нами обоими. Скоро.
Он не вернулся ни через год, ни через девять лет. Я давно перестала ждать. И даже его лицо стёрлось из памяти…
Мужчина, ходивший вокруг меня по пустому залу, был привлекателен. Ему едва ли стукнуло тридцать пять, но в светлых коротко стриженных волосах виднелась седая прядь. Она очень шла ему, придавала мужественности.
— Меня зовут Крейген Вильсент, я дракон Стефановских серых камней. Это моё родовое гнездо, леди. Теперь, когда я представился, мне хотелось бы узнать ваше имя.
— Вероника Лавандова. Это моя дочь Алиса. Как мы здесь очутились, господин?
Самое время спросить. Я всё никак не могла поверить в происходящее: то ли иллюзия, то ли мы спим.
— Это я вас нашёл и призвал, миледи. Если всё верно, то вы мать моей двоюродной племянницы. Подойти сюда, дитя, не бойся.
Алиса всегда была смышлёным ребёнком, развитым не по годам. И абсолютно доверчивой.
Вот и сейчас она дёрнулась было, но я удержала её за руку.
— Мы вас не знаем. И пока не доверяем, уж простите.
Дерзить широкоплечему незнакомцу я не собиралась. Стою посреди его дома, никакой защиты в случае чего не имею.
— Разумно, — кивнул он и сам подошёл ближе. — Тогда дайте мне свою руку. Я расскажу всё без лишних слов. Боитесь?
Он взглянул мне в глаза. Да, я узнала их. У моего спасителя они были голубыми, а у этого мужчины тёмными, но в их глубине так же вспыхивали золотистые искры.
Дочь я спрятала за спину. На всякий случай.
Но руку незнакомцу подала.
И очутилась среди быстро сменяющихся картинок. Вот мой спаситель превращается в крылатого ящера и взлетает со скалы. Вот он же сражается на турнире с другим, чёрным драконом, и падает, пораженный огнём.
На земле лежит мой избранник с чёрной дырой в груди. Над ним склонился другой, похожий, мой нынешний похититель, только он кажется молодым. И они о чём-то говорят, пожимают друг другу руки.
Картинки погасли, я снова очутилась в зале. Алиса жалась ко мне и молчала.
— Ристер погиб на турнире девять лет назад. Если бы он выиграл, то забрал бы вас и сделал женой. Можете поверить моему слову. Слову дракона.
— А зачем я здесь теперь?
Погиб. Вот значит как. Не забыл о мимолётном увлечении, а погиб.
— Грядёт новый драконий турнир, миледи. Я буду в нём участвовать, и для этого мне нужны вы.
— Мы?
Я не верила в драконов. И в другой мир тоже. Может, нас опоили, и это влияние наркотика?
В любом случае злить похитителей не стоило. Кем бы они ни были!
— Мама, он говорит правду, — вдруг произнесла Алиса. Я посмотрела на дочь. Она поджала губы, и глаза её, голубые, хрустальные и ясные, вдруг затуманились золотистыми искорками.
—Алиса, очнись!
Я встряхнула её за худенькие плечики. Она стояла и смотрела на меня, но будто не видела. И улыбалась. От её улыбки, потусторонней, нездешней, почти нечеловеческой, сжалось сердце.
— Что вы ей дали?! — обернулась к похитителю.
На его чувственных губах блуждала та же улыбка, что и у Алисы.
— Вижу, я не ошибся. Добро пожаловать в наш мир, миледи! С вашей дочерью всё в порядке. Просто она полукровка. Полудраконица.
Глава 2
— Ну конечно! Рассказывайте сказки!
Алиса никогда не боялась высоты. Её тянуло забраться на самую высокую точку и смотреть вниз, пока не закружится голова.
Она любила горы. И высотки. Но это ничего не значило.
— Я вам не верю. Какой ещё другой мир! Их не бывает!
— Тогда позвольте мне вас с ним познакомить. Подойдите вместе с дочерью к окну и убедитесь сами.
—А вы стойте, где стоите! У меня есть перцовый баллончик.
— Не буду, миледи. Вы отважная женщина. Ристер не ошибся, назначив вас носительницей драконьей кладки.
Слушать этот бред я не стала. Попятилась к окну: оглядеться, где я, не помешает.
— Мама, не бойся!
Алиса выглядела на удивление спокойной. Хотя бы не пыталась вырвать руку!
— Всё в порядке, Лиса!
— Да, мама.
Для дочери всё это очередное приключение, ожившая сказка. Алиса всегда была немного замкнутой, не играла в подвижные игры с другими детьми, а тут смотрела на всё с живым интересом, приоткрыв рот.
За окном меня ждал совсем другой мир.
Мы были в замке, расположенном на холме, далеко внизу я видела небольшой городок, обнесённый каменной стеной. И выглядел этот город совсем не по-современному.
— Где мы?
— Это место называется Серый замок. Мои владения. Вы будете моими гостями, если договоримся.
Я резко обернулась. Значит, у меня есть выбор?
— А если нет?
— Мне будет жаль, миледи, — к счастью, похититель не проявлял враждебности. — Я не стану удерживать вас силой, но подумайте о своей дочери. Полукровкам плохо в мире без магии, они чахнут, живут вполсилы, замыкаются в себе.
Да, всё это вполне описывало то, что случалось с Алисой. Ей даже лёгкую форму аутизма хотели поставить, и я безумно боялась, что однажды она замкнётся в своих нарисованных сказках.
Мужчина присел на корточки рядом с моей дочерью.
— Ты бы хотела остаться здесь вместе с мамой и увидеть настоящие турниры драконов? Твоя мама позволит подарить тебе маленькую брошку?
— В виде дракончика? — глаза у Алисы сделались большими, а сама она едва не прыгала от счастья.
— Именно.
Хозяин сего благолепия полез в карман и извлёк оттуда довольно увесистую для маленькой девочки брошку в виде дракона, расправившего крылья. Слишком большую и дорогую.
Я заметила, что изготовлена брошь из белого золота, а глаза дракона выполнены рубинами. Казалось, он живой и вот-вот извергнет огонь из раскрытой пасти.
— Какая красивая! Мама, ну можно мне её взять? — Алиса посмотрела на меня счастливыми глазами. Такими льдистыми, голубыми, как у её отца.
— Конечно, можно, малышка, — ответил за меня хозяин Крейген. Странные у них имена!
— Нет, мы не можем принять такую дорогую вещь!
Холод в моём голосе заставил Алису вздрогнуть и отдёрнуть руку. Свет в её глазах погас.
Эх, малышка, я бы что угодно отдала, чтобы ты всегда лучилась счастьем, но ты многого не понимаешь.
— Вы так и не объяснили, зачем мы вам нужны.
Я снова взяла Алису за руку. Хозяин поднялся и посмотрел мне в глаза с лёгким интересом:
— Как я сказал ранее, миледи, грядёт новый драконий турнир. По нашим обычаям мы должны защищать честь не только своего замка, но и гнезда. Прямых родственников у меня нет, и если бы не вы с дочерью...
Тут горькая усмешка коснулась его губ, но вскоре он продолжил:
— У меня хотят отнять родовое имение, потому что тот, кто не имеет гнезда, не может участвовать в турнире. А это обязанность всякого дракона, кто желает сохранить титул и земли. Я не женат, у меня нет незамужней сестры, так что мой шанс — вы с дочерью.
— И почему вы не женаты? При такой внешности, знатности и богатстве?
Это странно. Да тут отбоя от потенциальных невест не было бы!
Лицо Крейгена посуровело, а на скулах проступили огненные искры. Это было так необычно и одновременно страшно, что я чуть не вскрикнула.
Что, если он обратится в зверя прямо сейчас? Или как там у них принято?
— Я из новой знати, у нас нет обширных связей, миледи. Но недавно мне предложили в жёны одну юную и красивую, а также знатную и богатую особу.
Я затаила дыхание. Говорил он о потенциальной невесте с таким тоном, будто она должна была обернуться жабой.
— Она принцесса? — подала голос Алиса.
Лицо Крейгена снова стало похоже на человеческое. Он наклонился и потрепал мою дочь по щеке, почти ласково, почти по-отцовски.
— Можно и так сказать, дитя.
Распрямился и ответил, глядя мне в глаза:
— Она принадлежит стану моего врага, миледи. И вашего. Я не могу жениться на дочери убийцы Ристера. Считайте, она виновата в том, что вы вдовствуете.
Глава 3
Сердце сжалось от давно позабытой боли. Я считала, что меня оставили, а, оказывается, лишили счастья.
И всё же я была далека от того, чтобы винить в том несчастное юное создание!
— Я предлагаю вам официально стать моим щитом, миледи. А потом, если пожелаете, то сможете вернуться.
— Я смогу вернуться вместе с Алисой? И вы нас отпустите?
Вот, я ещё не до конца уверилась, что не сплю, а тут торгуюсь!
Но Крейген ушёл от ответа.
— Вы голодны? — спросил он весёлым тоном.
Мне показалось, что эта весёлость даётся ему с трудом. Не потому, что обманывает нас с Алисой, а из-за проблем, о которых нам неведомо. И слава богу!
— Да! А вас есть пирожные? — Алиса вырвала у меня ручку и доверчиво тронула Крейгена за рукав камзола.
Странно, они словно понимали друг друга с полуслова. Обычно Алиса замыкалась в присутствии незнакомцев. Особенно взрослых, а тут улыбалась и смотрела доверчиво, как на диковинного зверька.
— Есть, конечно. А если бы не было, то я для тебя, малышка, слетал бы за ними на другой край земель.
Он обратился ко мне:
— Так вы не против пожить в моём доме? Под моей защитой и покровительством?
— А чем я обязана буду за него заплатить?
Я привыкла к тому, что привлекательной женщине мужчина ничего не предлагает просто так.
— Напротив, это я заплачу вам и довольно щедро.
Крейген хлопнул в ладоши, на его зов сразу явился старый слуга в пудренном парике со шкатулкой в руках. Крейген протянул её мне.
— Откройте сами, Вероника!
Он впервые назвал меня по имени. В его речи оно звучало как музыка. Никто из мужчин не называл меня полным именем, из тех, кто был близок. С кем я бы хотела стать ближе.
Я подчинилась, стараясь не удивляться. Угадывала, что внутри драгоценная побрякушка, и уже решила, что вежливо откажусь. Но в шкатулке оказалась серебристая тоненькая подвеска в виде круга, заключенного в прямоугольник.
— Я понимаю, что вы не хотите быть мне обязанной, не предлагаю вам ожерелье из рубинов и прочие красивые безделушки, но, поверьте, эта вещь стоит гораздо больше в нашем мире. Позволите?
— Да, конечно.
Я подняла волосы, оголив шею. Разрешила надеть себе подвеску на кожаном шнурке.
Прикосновение его горячих пальцев к моей шее было приятно, но я одёрнула себя. Не теряй бдительности, Ника!
— Символ межмирья. Он удержит вас в этом мире. И подарит защиту. Я буду всегда знать, когда понадобится моя помощь.
— Благодарю, милорд. Но вы не ответили: вы позволите нам уйти, когда турнир окончится?
— Я сделаю всё, чтобы случилось так, как вы пожелаете.
Он был галантен и хитёр. Глаза дракона вспыхивали золотистыми искрами. Когда я в них смотрела, хотелось забыть обо всех условностях и просто наслаждаться общением, но я не была доверчивой дурочкой. Не имела на то право, за мной дочь!
— Сколько длится турнир?
— Позвольте, я угощу вас обедом, и за столом отвечу на все ваши вопросы. Я понимаю. Их очень много.
Ирония в его голосе мне не понравилась. Мол, женщине неприлично быть такой деловито-серьёзной, но я не собиралась очаровываться его улыбкой.
Зато Алиса смотрела с немой надеждой.
— Хорошо, — кивнула я. — Попробуем ваши обещанные сладости.
Крейген предложил мне руку, и я взялась за его локоть. Не выпуская руки Алисы.
Поверить, что это не сон, оказалось не сложнее, чем посмотреть какой-нибудь фильм про принцесс и галантных принцев. Мне хотелось попасть в сказку, ещё больше — увидеть Алису оживлённой и счастливой, но я была начеку. На всякий случай.
Мы прошли в столовую, какой её обычно показывают в кино про богатые замки. По стенам развешаны картины, изображающие фрукты и овощи, гобелены со сценами охоты или пикников на траве. А на длинном столе, покрытом золотистой скатертью, уже были расставлены тарелки, накрытые золотистыми крышками.
Крейген самолично отодвинул для нас с Алисой высокие стулья, а сам сел напротив.
Слуги в ливреях принесли горячее, но я не спешила пробовать мясо с овощами и пока запрещала есть Алисе.
— Где гарантия, что вы нас не отравите? — спросила я, поспешив заверить, что не хотела его обидеть.
— Моё слово и честь. Немного, я понимаю, для вас это странно. Я могу попробовать из вашей тарелки, но это неучтиво.
Я кивнула и сказала, что верю ему. Крейген просиял.
Еда оказалась очень вкусной. Я давно не ела такой, потому как в рестораны хоть и ходила по работе, но тамошняя еда этой и в подмётки не годилась. А ещё моё сердце радовалось, глядя на дочь.
У Алисы появился аппетит. И румянец на всегда бледных щёчках.
На десерт подали пирожные, похожие на ватрушки и на эклеры. И чай, вкуснее которого я никогда не пила.
— Передайте спасибо вашему повару. Всё очень вкусно.
— Скажите, — задумчиво спросил Крейген. — Вы хвалите еду из вежливости, или вам действительно она нравится?
Я подтвердила, что второе.
— Алиса — полукровка, для неё наш мир ближе по духу и плоти, чем тот, в котором она родилась. Но вы дело иное. И всё же наш мир принимает вас. Никакой головной боли?
— Была вначале. Так как вы намерены объяснить соседям и знакомым наше появление?
Пусть не заговаривает мне зубы!
— Скажу, что вы вдова моего дальнего родственника. У меня их столько, что это не вызовет вопросов. Род мой захудалый, кто будет сверяться с родословной? А если станут, то документы я выправлю.
— Сколько длится турнир?
— Неделю. Ещё вопросы?
— А вы можете проиграть?
Я должна была спросить. Если есть победитель, будет и проигравший. И что тогда станется с нами? С теми, кто поддерживал неверную сторону?
Крейген помрачнел и положил вилку и нож рядом с тарелкой. К еде он почти не притрагивался.
— Могу, Вероника. Тогда я лишусь владений и большей части сокровищницы. Но я обещаю, что моей магии хватит открыть портал и вернуть вас обратно. Ваша доля сокровищ останется нетронутой.
Звучало справедливо. И всё же я колебалась. О стольком надо было подумать!
Я бросила взгляд на Алису. Она уже клевала носом.
— Ваша дочь хочет спать, миледи. Позвольте, я сам покажу ваши комнаты, — тут же предложил Крейген.
Как давно я хотела найти вот такого заботливого, вежливого и предупредительного кавалера! И всё же мы здесь не ради флирта. И без далекоидущих планов.
Но почему бы не воспользоваться тем, что мне предлагают?
— Хорошо. Но жить я буду рядом с дочерью.
— Разумеется, миледи. Позвольте, я провожу вас. Нам ещё надо с вами кое о чём поговорить, что не предназначено для ушей юной леди.
Глава 4
Мы шли по коридорам замка по пушистой ковровой дорожке, и я ловила себя на мысли, что всё это затянувшийся сон. Он бесконечен, но наступит утро. Зазвонит будильник, и я открою глаза. И ничего из этого больше не повторится.
Что почувствую? Сожаление?
— Детская комната на втором этаже, здесь не так сыро, — пояснил Крейген, когда слуга с канделябром и воткнутыми в него шестью свечами остановился у одной из дверей.
— Я вообще не чувствую сырости.
— Это всё артефакты, но магия не бесконечна. И к сожалению, не всесильна, поэтому приходится иногда пользоваться обычными вещами.
Мне всё время казалось, что Крейген, этот рослый и крепкий мужчина с почти идеальной фигурой испытывает вину передо мной. Но за что? Неужели за то, что забрал нас с Алисой из другого мира?
Или всё не так, как кажется?
— Мама, смотри какая огромная комната!
Да, детская была и впрямь размером с малогаборитную однушку. Мы с Алисой раньше жили в двухкомнатной на окраине столицы, и я думала, она вполне себе просторная. Я ошибалась.
— И игрушки. Милые дракоши!
Дочь всегда любила динозавров, плюшевых драконов, отлично рисовала принцесс, которых охранял крылатый ящер от назойливого рыцаря.
И тут она увидела наяву всех этих созданий, пусть и пока игрушечных. Динозавров, конечно, не было, зато имелись мягкие ящерки, им можно тянуть лапки во все стороны, не боясь причинить боль.
— Кому раньше принадлежала эта комната? — спросила я.
Идеальная просторная и светлая детская. Гобелены по стенам с изображением детских игр в лесу и на траве.
Кровать с балдахином — целый корабль для маленькой принцессы. Мягкий светлый ковёр с изображением дракона.
Такую обстановку не привезёшь за один день даже в моём мире, где существует доставка и онлайн-магазины. Возможно, здесь всё проще, но с какого перепугу Крейген решил, что найдёт меня с Алисой?
Или он приготовил всё заранее, однако на мебели не было пыли.
— Смотри, краски! Мама, можно я буду рисовать прямо сейчас?
Алиса бросилась к столу и обнаружила в нише между стеной и окном мольберт с принадлежностями художника.
Эта комната готовилась для моей дочери. И тот, кто её обустраивал, знал склонности моей дочери.
Значит, видел её задолго до сегодняшней встречи.
— Вы шпионили за нами, милорд? В моём мире?
— Не я лично, по моему поручению, Вероника. Я должен был убедиться, что вы именно те, кого я ищу.
— Почему это так важно? Вы не могли взять любую женщину с ребёнком из моего мира? Думаю, тот приём, какой вы нам устроили, убедил бы любую встать на вашу сторону.
Крейген почесал чисто выбритый подбородок и улыбнулся.
— Мне не хотелось брать любую. Всё-таки мы дальние родственники. И ещё: проверить наше родство в моём мире будет несложно. Для допуска к драконьему турниру важно, чтобы у участника было гнездо. Это символ состоятельности мужчины.
Я кивнула. Звучит логично.
— Так вы согласны?
— А о чём вы хотели со мной переговорить?
— Вашей дочери пора спать. Я подожду за дверью, пока вы уложите дочь, и покажу вам ваши покои. Как я сказал, они тут рядом.
Крейген поклонился и вышел. Всё в этом человеке завораживало, притягивало, подавляло.
Слуга поставил канделябр на тумбочку возле кровати и тоже удалился.
— Если маленькая леди что-то пожелает, ей достаточно позвонить в колокольчик. Горничная явится по первому звонку.
Детская была освещена белоснежными шарами, подвешенными к потолку по углам комнаты.
— Они погаснут, стоит сказать: «Спать».
Мы остались с Алисой одни. Я объявила молоденькой служанке, что сегодня сама переодену и умою дочь.
— Мама, здесь очень хорошо. Не бойся!
Забавно, это она меня утешает!
Я не торопилась. Сложила вещи дочери на кресло, переодела её в накрахмаленную белоснежную ночную рубашку до самых пят.
Умыла в тазу, Алиса почистила зубы щёткой с зубным порошком и забралась в постель. Взяла с собой пару плюшевых дракончиков, которым тут же дала смешные имена: «Биба» и «Боба».
— Хочешь, я посижу, пока не заснёшь?
— Нет, иди. Всё будет хорошо, мама!
Перед тем, как уйти, я заглянула во все уголки, проверила уборную, совмещённую с ванной.
В этом мире знали о канализации, умели мгновенно нагревать остывшую воду в тазу, а местные зеркала меняли освещение в зависимости от того, насколько близко к нему стоишь.
Всё казалось безопасным. Но первое впечатление могло быть обманчиво.
Наконец, я поцеловала дочь и вышла в коридор. Крейген ждал меня, он был один.
— Я волнуюсь, милорд. За дочь. Вдруг она испугается, проснётся, а меня рядом не будет?
— Вы будете рядом, миледи. И вы в безопасности. Я покажу вам ваши покои, и мы поговорим. Недолго, уверяю вас.
Он показал на дверь, следующую за той, за которой заснула Алиса. И на мгновение мне показалось, что на его лицо легла тень.
Глава 5
Моя комната оказалась ещё больше, чем комната Алисы. Стены были выкрашены в голубой цвет под стать гобеленам с изображением балов и сцен охоты.
И кровать была больше. На ней могли поместиться четверо. Шкаф во всю стену намекал, что гардероб должен порадовать своим многообразием. А соседняя каморка предназначалась для личной служанки.
— Я слушаю вас. Простите, я очень устала.
— Понимаю, — кивнул Крейген. — Уборная и ванная расположена также, как в комнате Алисы, серебряный колокольчик вызовет вам личную горничную.
Я слушала, соглашалась и замирала в предвкушении того, о чём мне сейчас объявят. Раз это не предназначено для детских ушей, то речь пойдёт о взрослых вещах.
Я к ним не была готова.
У меня были встречи с мужчинами, но я всегда считала себя строгих правил. Не ложиться в постель после первого-второго свидания, например.
— Если вы согласитесь на моё предложение, то должен предупредить, вас сочтут моей любовницей.
Я подняла брови.
— Разве мы не родственники?
— Дальние и не по крови. Прямого осуждения не бойтесь, не посмеют, но завидовать будут.
— Завидовать?
Похоже, кто-то очень хорошего о себе мнения. Впрочем, многие мужчины считают себя чуть ли не призом. Супер-призом.
— Не подумайте, я не про себя говорю. Не совсем.
Крейген предложил сесть в кресла, и я согласилась. Некоторые вещи лучше выслушивать сидя.
— Я должен объяснить сразу.
— Будьте любезны, — улыбнулась я, довольная тем, что мне вообще что-то объясняют.
Если посудить, то я во власти этого человека. У него целый замок и преданные слуги, кто заступится за неизвестную женщину и её малолетнюю дочь?!
И всё же я себя успокаивала тем, что пока Крейген не дал мне повода усомниться в своих честных намерениях.
— Это всё наши правила. Драконы— древняя раса, когда-то мы правили этими землями, да и сейчас людям приходится с нами считаться. Но мы рабы условностей, выведенных на скрижалях с Начала Времён. И одна из них говорит, что гнездо для дракона неприкосновенно. Он должен защищать его, оберегать. Это делает его уязвимым. А если я выиграю турнир, то займу значимое место среди своих. Как минимум это новый титул.
— Рада за вас, но при чём здесь я?
— И вы тоже повысите свой статус. Вы ведь часть моего гнезда, Вероника. Вы моё слабое место. Поэтому вместо того, чтобы ударить по мне, они постараются задеть вас. Не физически, скажем так, будут неприятные вам намёки.
— Я думаю, это переживу.
— Тогда всё в порядке. Спокойной ночи, — он встал, но уходить не спешил, будто ожидал от меня ещё чего-то.
— В чём дело, милорд? Мне нужно ещё что-то знать до того, как я приму решение?
Я посмотрела ему в глаза. Мне всё больше казалось, что прошлое вернулось. Что это незнакомец так похож на другого, который однажды спас меня. Была ли то случайность? Я не знала, но, возможно, я была в долгу перед его семьёй.
Глупые мысли!
Я подарила ему дочь, а он не вернулся.
Всё между нами было по согласию.
И не моя вина, что со временем я стала забывать его лицо.
— Видите ли, Вероника, я не верю в случайности. Ритуал по вызову вас из другого мира отнял у меня много сил. В ближайшие дни я не смогу повторить его, так что вам придётся погостить у меня в любом случае.
— Хотите сказать, что у меня и выбора нет?
— Уже нет, Вероника, — мягко произнёс он. На его скулах сквозь кожу проступили огненные пятна, а в тёмных глазах промелькнуло сочувствие. — Портал можно открыть снова через пару дней, это правда, но Алису он прямо сейчас обратно не выпустит. Она часть этого мира. Я подумал, что будет честно сказать об этом прямо.
Глава 6
Если бы он ударил меня, я и то чувствовала бы себя лучше. А не так, будто со всего размаху стакан ледяной воды в лицо выплеснули.
— Значит, выбора нет? — прошептала я, приложив руку к животу.
Внутри меня поселилась пустота.
— Боюсь, что нет.
— И вы знали это с самого начала? И выдернули нас с Алисой несмотря на опасность? А вдруг с нею что-нибудь случилось бы!