Вдова с ребенком для лорда-дракона

Глава 7

Как только мы снова оказались в моих покоях, испуг Глории как рукой сняло. Она оказалась разговорчивой и довольно приятной в общении.

Напоила меня успокоительным отваром, по вкусу напоминающим молоко с мёдом, расчесала волосы и заплела их в косу, чтобы не спутались. И всё время рассказывала о замке, о хозяине, о старом дворецком.

С её слов все были в меру строги, но и безмерно добры. Потому что отпускали к родне на праздники погостить, если замена есть, жалованье платили исправно, без нужды не придирались.

— Я так рада, госпожа, что вы теперь здесь будете жить! Милорд Вильсент, когда жил один, собирался отослать меня в деревню, потому как на кухне уже есть помощницы, в прачечной и коптильной тоже, да я и языкам обучена, прислуживать могу, мне нельзя за тяжёлой работой. Зато вам теперь угождать стану, заступитесь за меня, не пожалеете, миледи!

Я обещала.

— Я и массировать виски умею, что головная боль безо всякой магии утихнет. И отвары на ночь готовлю, сама смешиваю травы. Меня бабка покойная таким вещам обучила.

Она болтала без умолку, но от её спокойной, величавой речи становилось спокойно на душе. Я вдруг ощутила себя дома.

И даже позволила переодеть в ночную рубашку до пят, расшитую, как платье. Мои вещи Глория убрала в шкаф, подивившись, что на западе сейчас такая странная мода.

— Лодыжки, миледи, уж простите, в женщине самая красивая часть ног, — произнесла она и сразу добавила, что в моём случае они не единственная красивая часть тела. И что она таких статных и пригожих ног, как у миледи, не видела.

А она многих знатных дам повидала.

— У милорда часто бывают гости? — спросила я, уже сидя в постели.

Почему-то мне было это неприятно, хотя он красив, богат, и он дракон. Рождён, чтобы покорять женщин и вселять ужас в мужчин.

Я вспомнила Ристера. Да, я сразу в него влюбилась, но тогда была моложе и глупее. И не верила в другой мир.

— В том-то и дело, миледи, что нет, — вздохнула Глория, взявшаяся проветривать мои новые платья. — Но недавно здесь был сам милорд — второй министр с троюродной племянницей. Они с моим хозяином так кричали, что было во всём замке слышно.

— О чём же?

Глория покраснела под моим пристальным взглядом, но продолжила:

— Я не подслушиваю, госпожа моя, не думайте. И сплетни не люблю. Но эти слова весь дом слышал. Министр сказал, что быть нашему хозяину убитым на ближайшем драконьем турнире. И всё, что ему принадлежит, станет собственностью короны. Или у милорда вовсе отберут победу. Ох, помилуй, Создатель!

Глория осенила себя охранным знаком, очень похожим на крест.

— Не бойся, — вдруг сказала я. — Твой хозяин не проиграет.

— Я и не боюсь всерьёз, — ответствовала Глория, присев по моему знаку в кресло. А то наш разговор на допрос походил. — Хозяину в детстве драконья прорицательница предсказала, что как только он спасёт прибывшую издалека, то его судьба повернётся к счастью. И никто не сможет прервать эту нить, потому что… Тут я не очень поняла, что-то про ведьмину силу. Но это, убереги Создатель, ему не нужно.

Так, надо запомнить, здесь верят гадалкам.

Мы поговорили ещё немного, и я велела гасить свет. Глория пояснила, что спать будет в той каморке, что я увидела при первом осмотре комнаты. Там и кровать есть, и стул, и маленький шкафчик, не было только окна.

— А зачем оно горничной? Я весь день с вами или по хозяйству, мне сидеть на кровати некогда. Звоните, госпожа, я сплю чутко.

Зато я в ту ночь спала как убитая. И сны совсем не снились.

Разбудила, как и договаривались, горничная, едва солнце встало..

— Какое платье выберете, госпожа?

От обилия разноцветных нарядов с пышными юбками у меня закружилась голова.

— Выбери сама. Чтобы приличное и не слишком нарядное.

В итоге выполнила все утренние процедуры, выставив Глорию за дверь купальной, чем, кажется, нанесла ей смертельную обиду. Но облачиться в новое без неё я бы не смогла.

Заранее содрогалась от мысли, что теперь придётся носить уродливые панталоны до колен, корсеты, не позволяющие дышать. А как я теперь в туалет буду ходить? С горничной, что ли!

Но все мои страхи оказались напрасны.

Нижнее бельё напоминало современное, разве что было чуть более закрытым.

— Панталончики носим, когда холодно, — коротко ответила Глория, удивившись, что я вообще о таком спрашиваю.

— Я из глухой провинции, у нас всё по старинке, — объяснила я и неопределённо махнула рукой в сторону.

Откуда-то оттуда, означал этот жест.

Для первого дня в этом мире Глория приготовила мне светло-серое платье в пол. Юбка у него была совсем не широкой, а туфельки напоминали атласные балетки, разве что с завязками.

Глория наскоро навертело мне узел на затылке, украсив причёску шпилькой с искусственными цветами. Я была готова.

Отражение мне понравилось. С этим мягким полукорсетом осанка и впрямь становилось лучше, и вставки из китового уса против ожиданий не врезались в кожу.

Первым делом я направилась в комнату Алисы.

Глава 8

Моя дочь тоже была уже одета и умыта и выглядела как маленькая леди. Но главное, была разговорчива и улыбалась.

— Биба и Боба помогли мне заснуть, — сказала она, показывая на плюшевых дракончиков, устроившихся на застеленной покрывалом кровати. — Мне даже снилось, что я летаю на спине настоящего дракона. И ладошками вот так делаю!

Она раскрыла ручки и показала мне восторг, высунув язык.

Я кинулась целовать маленькую принцессу, проверив заодно, нет ли у неё температуры. Всё было в порядке.

И вот, взяв Лису за руку, мы отправились завтракать по приглашению того самого слуги, с которым виделись вчера.

Мне всё ещё не верилось, что чудный сон продолжается.

Но замок выглядел настоящим, хотя и не таким грозным, каким я видела их на картинках. Просторный, сухой дом, в котором было приятно жить.

Нас провели в столовую, где мы встретились с хозяином.

— Милорд, — улыбнулась я, и моя маленькая дочь, которую никто никогда не учил таким вещам, присела в реверансе.

— Миледи, маленькая Алисия, — он протянул руку моей дочери, и та сразу выпустила мою. — Присаживайтесь, я думаю, вы обе голодны.

— Очень, — призналась дочурка. — Вы будете меня называть Алисией?

— А ты не против? Так принято в нашем мире.

— Не против, — радостно кивнула Лиса и села за стол.

Я же вела себя несколько сдержаннее. Еда была вкусной, питьё горячим, беседа приятной. Видно было, что Крейген старается загладить вчерашнюю неловкость, но я помнила наш разговор.

И понимала, что сегодня последует продолжение.

— А у меня для Алисии подарок, — улыбнулся Крейген, когда дело дошло до десерта. — Если мама не против, то можешь оставить его себе.

— Кого? — живо откликнулась Алиса.

Крейген достал маленький розовый свисток на золотой цепочке и передал его моей дочери.

— Аккуратно подуй и сама увидишь. Это безопасно.

Последняя фраза предназначалась мне.

Алиса посмотрела на меня с выражением, означающим «ну пожалуйста!», и я кивнула.

Раздался мелодичный свист, и на зов в открытые двери смешно вбежала маленькая, беленькая, лохматая собачка, росточком с болонку.

— Тяв! — громко сказала она и села у ног Алисы, смешно покачивая головой.

— Это мне? Ой, мамочка, какая она классная, а можно её оставить, дядя Крейген? Можно, да? Мама, ну разреши, она будет спать со мной!

— Это Теодор. Нянька маленьких дракончиков, — пояснил мне хозяин и наморщил лоб. Он выглядел, как нашкодивший мальчишка, уверенный, что его простят.

И мне вдруг стало совестно. Что это я сижу букой?

— Можно, только будь с ним аккуратна. И ухаживай хорошенько.

Алиса давно просила собаку или кошку, но я постоянно работала. На животинку не было сил.

— Санса ухаживать будет, — не моргнув глазом, сказала дочь. Пришлось отчитать Лису и сказать, чтобы не перекладывала на другого свои заботы. Даже если она теперь живёт как принцесса, а у её горничной и так много дел.

— Вы удивительная, Вероника! И очень добрая!

Вскоре пришла молоденькая горничная Алисы и увела её играться в сад. Я понимала, что хозяин хочет поговорить со мной, и не противилась уходу дочери.

Мы перешли на прогулку в сад и сели рядом с фонтаном в виде чаши с огромной рыбиной внутри, из горла которой извергалась разноцветная на солнце вода.

— Вы всем довольны, Вероника?

— Пока не на что жаловаться, но вы о чём-то хотели поговорить.

— Да, — Крейген довёл меня до скамейки, но сам не садился. — Времени мало, мне неловко торопить вас, но нам стоит немедленно подписать договор, тогда я буду иметь полное право защищать вас. И на вас с Алисией никто не покусится.

Последнее подействовало на меня гораздо больше, чем первый аргумент.

— Извольте.

Я стала говорить, как высокородная дама из рыцарских романов!

— Подпишите!

Я ожидала, что будет что-то вроде пергамента, и я буду водить гусиным пером по пожелтевшей бумаге, старательно рисуя вензеля.

Свиток с договором возник передо мной, стоило Крейгену хлопнуть в ладоши. И гусиное перо появилось с характерным щелчком из воздуха.

— Не бойтесь, обычно я магию не использую, но нет времени ходить туда-сюда. Договор настоящий.

Я взяла бумагу в руки и поняла, что ни черта не понимаю. Написанное на тарабарском языке не внушало доверия.

— Как я могу подписывать, не понимая, под чем ставлю подпись? — предприняла я последнюю попытку.

— Простите, Вероника, сюзеренские договоры написаны на драконьем наречии. Я даю вам честное слово, что там всё именно так, как я сказал.

Я посмотрела на Крейгена, на его ласковую улыбку, подметила морщинки в уголках глаз и напряжение в лице. Для него было важно, чтобы я подписала. И я сделала это.

Выбора, по сути, мне и не представили.

— Благодарю вас, Вероника! Вы осчастливили меня.

Сам милорд-дракон с его властной силой, которой хотелось подчиниться, закрыв глаза, склонился передо мной и поцеловал руку. Прикосновение его губ к моей коже вызвали трепет в моей душе.

Я помнила отца Алисы. Его голос, ощущение бесконечного взаимопонимания, его силу и желание обладать мной, даже если все мужчины моего мира будут против, но у Крейгена было то, чем не обладал его кузен.

Властность. Готовность идти до конца и уверенность в победе.

Я сразу это почувствовала, вот и отступила. У меня дочь в его замке, я не могу рисковать.

— И что дальше? — спросила я.

— Теперь вам надо подняться к себе, переодеться и быть готовой к выходу. Алисию тоже подготовят.

— К чему быть готовой?

Вот блин, подписала на свою голову!

— Вечером мы поедем на приём Главного распорядителя турнира.

Глава 9

Всего лишь приём! Крейген тут же принялся уверять меня, что ничего страшного с нами не случится, да я и сама это понимала. Званный вечер. Ужин, а потом бал.

Будут подавать шампанское или вино, фрукты и мороженое. Возможно, пригласят на танец.

— Я не умею танцевать по-вашему, — первое, что пришло на ум. — Не хочу вас опозорить.

— Скажу всем, что не позволяю вам. Как ваш защитник, оберегаю магию от любого вмешательства.

Хорош мир, если здесь женщине даже танцевать не позволено без разрешения её мужчины! Крейген же совсем не мой, а я не его, но со стороны подумают именно так. Впрочем, какая разница? Мы с Алисой постараемся здесь надолго не задержаться.

Крейген выиграет турнир и отпустит нас обеих.

Если выиграет.

В любом случае мы с Алисой будем при деньгах, а с золотом в любом мире выход найдётся.

— И завтра же придёт учитель танцев. Один для вас, другой — для вашей дочери. И дама, обучающая этикету. Это несложно.

Я кивнула.

— Когда планируется турнир?

— Открытие завтра. Праздник, потом участники тянут жребий, который определит, под каким номером будут сражаться. Тогда я и узнаю, кто мой противник.

Я встала и выразила готовность вернуться к себе.

— О дочери не беспокойтесь. Мы не чужие, у неё не будет более преданных защитников, чем я и мои сюзерены. Но официально, она дочь одного из моих дальних родственников, а вы вдова. Помните об этом. О вашей родословной я расскажу потом.

— А что, если я встречу кого-то из предполагаемых родственников?

И окажется, что они обо мне и Алисе ничего не знают.

Но дракон нимало не смутился.

— Я позаботился обо всём, миледи. Мой друг-артефактор умеет делать такие вещи с воспоминаниями, что все в вас свою признают, — улыбнулся он так тепло, будто рассказал презабавную шутку, которую я должна была оценить.

Крейген проводил меня до двери. Санса, горничная дочери, привела Алису, державшую собачку на поводке. Моя девочка лучилась от счастья и выглядела даже чуть старше своих восьми лет.

Алиса, увидев нас вместе, заулыбалась и присела в лёгком поклоне, чему я бесконечно удивилась. Когда успела выучить?

— Алисия чувствует магию, текущую в этом мире. Она будет всё схватывать на лету, — ответил на мой удивлённый взгляд Крейген. — Разрешите оставить вас, миледи. В назначенный час я буду ждать вас внизу.

У меня ещё было столько к нему вопросов, но всему своё время. Так-то я тоже способная и схватываю на лету, но что, если во время званного вечера кто-то подойдёт ко мне на разговор. Прикинуться немой? Дурочкой? Или высокомерной гордячкой, не желающей отвечать на вопросы незнакомых?

У меня будет время уточнить это. А пока я решилась отдаться в руки Глории, уже ожидавшей меня, чтобы навести марафет.

Перво-наперво меня ждала горячая ванна. В воду горничная добавила розовой воды для мягкости кожи, и немного капель ароматических масел для пробуждения магической силы.

Я решила выспросить Глорию поподробнее. Она была и рада, что я не гоню её, а позволяю помочь вымыть голову.

— Миледи, все знатные дамы носят составленные для них ароматы. Милорд уже пригласил парфюмера для вас, не переживайте, а пока нанесём на кожу аромат, подходящей каждой женщине.

К моменту окончания СПА-процедур я уже знала, какие цвета нынче в моде, какие блюда принято считать деликатесами, и какой танец открывает бал.

Разумеется, вальс.

По окончании школы родители класса нанимали нам хореографа. Он учил нас танцевать вальс для последнего звонка, так что некоторые движения я ещё помнила, но рисковать не хотела.

Как и привлекать к себе излишнее внимание.

После нескольких часов я была готова. Из зеркала на меня смотрела знатная дама с удивлённым взглядом.

— Я достойно выгляжу? — спросила на всякий случай.

— Миледи, вы обворожительны, — пропела Глория. — Милорд будет очарован. И не только он.

Я понимала, что это работа Глории — осыпать меня комплиментами, но мне было особенно приятно, что я понравлюсь Крейгену. Глупости, а приятно сознавать, что он увидит во мне не только союзника, но и женщину.

Ничего такого я допускать не собиралась, и всё же мысль о возможном флирте грела душу.

Я спустилась по широкой лестнице в холл, где нервно прохаживался взад-вперёд хозяин. Увидев меня, он сначала застыл, и я подметила восхищение в его тёмных притягательных глазах.

А потом заспешил ко мне.

— Миледи Вероника, вы не просто красавица, вы почти драконица. Сияете, словно звезда! — наклонился поцеловать мне руку. На этот раз прикосновение губ к моей коже было почти интимным, он держался чуть дольше, чем позволяли приличия.

И я тоже не спешила убирать руку. Мне хотелось, чтобы он продолжал покрывать её поцелуями, и мы бы никуда не поехали. Поднялись в спальню и…

Я встряхнула головой, и наваждение прошло. Драконье обояние, Крейген сам говорил, что на обычных женщин драконы воздействуют как сладости на дам.

— Вы говорили, что Алиса должна спуститься, — робко напомнила я.

— А вот и маленькая леди, — ответил он с наигранной весёлостью, отпуская мою руку.

Я увидела всполохи огня в его глазах, и вот уже мы снова просто знакомые, объединённые общей целью.

— Мама, смотри, какое у меня платье!

Моя дочка поворачивалась и пританцовывала. Нежно-голубой цвет шёл ей, а бантики, вплетённые в волосы, придавали озорной вид.

— Спасибо вам, я давно не видела дочь такой счастливой. Вы подарили ей сказку. Когда мы вернёмся домой, она будет долго о ней вспоминать.

Я упомянула о доме, и лицо Крейгена помрачнело.

Он вздохнул и подал руку:

— Пойдёмте, мои прекрасные дамы! Нас ждёт праздник!

Глава 10

В замке, где проходил праздник, было светло и многолюдно. У входа вывесили разноцветные флаги с гербами знатных драконьих родов, как объяснил Крейген.

И с грустью добавил, что его знака отличия здесь нет.

— Будет, — кивнула я и улыбнулась. — Вы выиграете, мы будем за вас болеть всей душой.

— Тогда непременно! — согласился он, и экипаж остановился у входа.

Крейген был богат, это несомненно, но всё же я чувствовала, что он ощущает себя не в своей тарелке. Стыдится, вероятно, своей недостаточной знатности.

Но я была воспитана в мире, где это не имело значения. Вот деньги, да, а всё остальное можно купить. Или сделать вид, что ты это можешь.

Поэтому решила вести себя так, будто мы втроём, как никто, имеем право здесь находиться.

Посмотрела на Лису, но моя маленькая принцесса и вовсе не испытывала ни капли смущения. Будто эти балы для неё привычны.

Вечер открывался чудным представлением в саду, где возле искусственного прудика подпрыгивали и кружились в танце розовые фламинго.

— Мама, я таких по телеку видела! Только они ходили и креветок ели, а не танцевали, — шепнула мне дочь, и я поймала на себе чужой взгляд.

Выпрямилась с улыбкой, будто ничего не замечаю, хлопала в ладоши, как и все, в такт незатейливой мелодии музыкантов, а сама пыталась определить, откуда идёт этот взгляд. Крейгену пока ничего не говорила.

Вдруг показалось?

Мы держались чуть поодаль. Крейген объяснил, что к нам начнут подходить люди, только когда мажордом официально объявит о нашем прибытии.

Танец магических птиц закончился, и распорядитель пригласил всех в зал на банкет. Тут уже приходилось ждать своей очереди, пока мимо с заносчивым видом проходили более знатные дамы и господа.

Но и мы времени зря не теряли. В саду разносили прохладительные напитки, и я подняла бокал игристого за победу своего кавалера.

Ситуация была для меня непривычной. Да что там говорить, волнующей, я беспокоилась, как бы не опозориться, но одновременно мне было весело. И Крейген, смотря на нас обоих, тоже улыбался совершенно по-домашнему.

— Мама, гляди, как я умею! — прошептала Алиса и дунула на лимонад, смешно вращая глазами. И прозрачное стекло сразу запотело, а от жидкости пошёл пар.

Всё во мне похолодело. Я не знала, что это означает, такое умение моей дочери, но понимала, что ничего хорошего для тех, кто решил вернуться в мир без магии.

— Молодец, Алисия! Смотрите, Вероника, ваша дочь делает успехи, а обучение магии ещё не началось! Её драконья сущность рвётся проявить себя, —Крейген был искренне восхищён. Я смотрела на них обоих и не разделала восторгов.

Слишком быстро Алиса осваивалась, и эта магия, пробудившаяся в ней, была совершенно лишней. Ей будет сложно отвыкать потом, когда сказка окончится.

Но сказать я ничего не успела. Нас пригласили в зал.

— Милорд Крейген Вильсент, хозяин Стефановских серых камней и миледи Вероника Клермонт, урождённая Ставридская, вдова Астра Клермонта, сюзерена милорда Вильсент, с дочерью Алисией.

Для меня не был неожиданностью длинный титул, Крейген предупредил, что выправил документы, и теперь никто не посмеет сказать, что я выскочка из ниоткуда. По крайней мере, мне в лицо.

А с мнимой родословной успею ознакомиться позже.

За длинным столом нас посадили ближе к середине. И моим соседом слева оказался представительный господин. Такой худой и высокий, с желчным цветом лица и орлиным взглядом, что мне захотелось и вовсе уткнуться в свою тарелку. Тем более всё внутри кричало о том, что этот господин смотрел на меня в саду.

Первой я не заговорю. К Алисе слишком часто обращаться тоже было бы неприлично, здесь не детский сад, а официальное мероприятие.