Макс-и-мы

Апрель

***

В порыве нежности обнимаю и целую своего сыночка:

– Ты мой самый умный, самый любимый, самый красивый мальчик!

Макс, прильнувший было ко мне, тут же отстраняется и деликатно поправляет:

– На свете, Инна! На свете!

А сегодня в ответ на мой очередной приступ «поцелуёза», уворачиваясь, кричал:

– Инна, не делай мне любовь!

«Зачем нам кузнец?! Нам кузнец не нужен!»

Сын берет меня за руку, тащит за собой и умоляет на ходу:

– Пойдем пособираем мой конструктор!

– Ну, пошли, – вздыхаю я. – Что будем делать: мотоцикл? Велосипед?

Он высыпает все детали на ковер, сам садится, приглашающим жестом зовет меня и торжественно провозглашает:

– Нет, Инна, будем делать ребенка!

– Ребенка?! Но как? Без схемы?! Может, папу подождем?

– Нет, не надо. Я сам все знаю. Без схемы и без папы, – деловито перебирая детали, заявляет Макс.

«Еще раз о любви»

Макс что-то походя разбил, насорил, испортил и, не особо переживая, пошел заниматься своими делами. Обнаружив все это, возмущаюсь:

– Ну, кто так делает?! Когда же это прекратится! Ты же просто варвар!

– Инна, не кричи на меня! Сама знаешь: я не варвар! Я – купидон! – решительно парирует он.

«В здоровом теле здоровый дух!»

Укладывая Макса спать, предлагаю почитать ему на ночь «Крокодила».

– Не надо! – испуганно возражает он.

– Почему? Это же Крокодил Крокодилович! Он же нам нравится!

– Нет, Инна! Я только кашлять перестал! А он «папиросы курил, по-турецки говорил!» Закрой книжку, а то еще заразимся! – командует он.

«Теория и практика» русского языка

– Скажи, «мама» на какую букву начинается? – пристаю я к Максу.

– На «м»!

– А «Максим» на какую?

– На «М»! – продолжая заниматься своими делами, раздраженно ворчит он.

– Очень хорошо! – радостно выдыхаю я. – А скажи, «аптека» на какую букву начинается?

– На крестик, Инна! – снисходит он до меня.

– Как так? Почему на крестик?!

Макс озадаченно смотрит на меня:

– Ну, как мне тебе объяснить, что «аптека» всегда начинается на крестик?!

Истоки логического мышления

– Инна, давай уже эти наденем! – в нетерпении теребит упаковку с новыми колготками Макс.

– Зачем? На тебе хорошие колготки, стиранные, чистые, не порванные! Не распаковывай, оставь на потом!

– Скажи, мне сейчас пописать в эти, чтоб они намокли и испачкались? И тогда мы наденем новые, так? – доверчиво сморит он мне в глаза, выражая искреннюю готовность действовать решительно, раз уж надо.

Критическое осмысление действительности

Читаем мы как-то «Доктора Айболита». Доходим до всем известного «Мой зайчик, мой мальчик попал под трамвай!»

– А зачем Айболит ему пришил новые ножки? – не дослушав абзац, перебивает меня Макс.

– Ну, как зачем, он же всем помогает! Вот и зайчику помог!

– Смотри, «Он опять побежит по дорожке!» Видишь?! – указывая на картинку с текстом, цитирует он.

– И что?

– Инна, «он опять побежит по дорожке»! Понимаешь? Значит, опять попадет под трамвай! И ему опять перережет ножки! Вот что! И что – Айболит опять ему будет пришивать их? Ну, и сколько это будет продолжаться?!

***

Макс как-то спрашивает:

– Почему лисичку называют хитрой?

– А вот давай я тебе почитаю «Ворону и лисицу» – и ты поймешь.

Внимательно слушая басню, он задает по ходу кучу вопросов, получает детальные ответы.

– Ну, что, понял, какая лисичка хитрая? – спрашиваю я.

– Ага! Лисичка-сестричка, а Ворона – дура!

«Сказка – ложь, да в ней намек…»

Сначала мы досконально изучили «Белоснежку». Потом полдничали. Очистив от кожуры и порезав на дольки яблоко, зову его:

– Мась, поешь!

– Нет, это плохая идея!

– Почему?!

– Потому что оно отравлено, сама ведь знаешь!

– Ты что?! Как я могу дать тебе отравленное яблоко? Как вообще ты мог такое подумать?! Ну, посмотри, такое красивое, сочное! На тебя смотрит! Ну, поешь!

– Ишь, какая ты хитрая девочка! – Макс отходит на безопасное расстояние и ехидно улыбается. – Вот так злая колдунья и уговорила Белоснежку, и та съела и отравилась! А я тебе не дурочка, Инна, нет!

О врожденном чувстве юмора

Лежит как-то Макс простуженный в температуре. И все с большим надрывом раз от разу каждые две минуты причитает:

– Как мне плохо! Как же я так заболел!

– Ну, все не так плохо! Нос же дышит? – успокаиваю его, чтоб избежать паники.

– Нос-то дышит, но больше ничего не дышит! – с безысходной тоской возражает он.

***

Любителей кофе у нас в семье и так с избытком. Поэтому, когда Макс вдруг решил, что ему «тоже надо», взрослых охватила паника. Зная, что запреты, дидактика и нравоучения в целом – туфта, я, не моргнув глазом, заварила ему какао.

– Твой кофе готов!

Он подходит, с осторожностью заглядывает в чашку, нюхает, потом отпивает глоток, щурится и спрашивает:

– Это что? Это не такой кофе, какой-то другой!

– Да, это специальный детский кофе! Он гораздо лучше! – убеждаю я.

– Похоже на шоколад. Вкусно! – соглашается Макс. И в ответ на мой счастливый выдох, что затея удалась, заключает: – Как тебе повезло, да?

«И всюду сласти роковые…»

При виде шоколада Макс весь подбирается, в глазах его появляется хищный блеск, на лице замирает вожделение, а губы блаженным шепотом артикулируют нечто вроде: «Как я рад, как я рад, – буду есть я шоколад!»

Во избежание гастрономических эксцессов мы блюдем договор о дозированном присутствии эндорфинов в повседневной жизни. Но тут у нас в гостях была знакомая.

Пользуясь абсолютной свободой, он бесконтрольно поглощал все, что было шоколадного на столе: торт, конфеты, вафли, – пока сам не понял, что больше в него уже не влезает. Но и остановиться не мог. Тогда он стал мять руками конфеты, формуя их заново, попутно обмазывая шоколадом абсолютно все: руки, лицо, одежду, стол.

– Ну, ты и маленький вандал! – осторожно заметила гостья в умилении от сознания того, что это не ее ребенок.

– Я не маленький, я – большой! – с обидой парировал Макс, облизывая пальцы.

«Эстетика зла», или «С волками жить…»

Макс «подсел» на «Ну, погоди!» Смотрит, не отрываясь, все серии. В эти моменты ему никто не нужен. Он ни на что не реагирует, даже соблазнить его чем-либо невозможно. А после мы живо обсуждаем увиденное.

Вчера, к примеру, после просмотра очередных серий спросил:

– А зачем Волк делал такую веревку, которой потом Зайчика ловил?

– Эта веревка называется «лассо». Он хотел поймать Зайчика, чтобы съесть его!

– А почему Волк кушает Зайчика?

– Ну, если ничего более подходящего не находит, то кушает иногда и Зайчика. От безысходности, наверное.

Макс тут же соорудил из своего ремня лассо:

– Смотри! Тогда я первый сделаю эту петлю и его поймаю!

– Кого? Волка? Чтоб Зайчика спасти?

– Да, нет же! Зайчика! Я первый его поймаю и съем! Чтоб он Волку не достался!

«Не все золото, что блестит»

Как-то раз Макс неожиданно для себя попал на выставку «Каменная Сказка». От обрушившегося на него со всех сторон блеска он восторженно крикнул на весь зал:

– Ты посмотри, как здесь много золота!

«Пушкин- наше все!»

– Инн, дай мне почитать газету!

– Пожалуйста, может, заодно читать научишься!

Макс ложится на спину, закидывает ногу на ногу, разворачивает «АиФ», сосредоточенно перелистывает несколько страниц; затем сворачивает газету вчетверо, несколько минут пристально изучает картинки и шрифты, потом обнюхивает ее со всех сторон и с сомнением интересуется:

– Скажи, вот это русский дух, да? Это вот Русью пахнет?

«Главное – не найти, а сделать найденное своим»

Макс, заметив в песочнице мальчика с печеньем в руках, налетел на него коршуном, вмиг отобрал добычу и все тут же без остатка засунул себе в рот. Тот даже не понял, что произошло и куда делась его сладость.

Я беру Макса за руку, отвожу его в сторону и очень строго выговариваю:

– Как тебе не стыдно?! Как так можно делать?! Кто тебя такому учил?! Ты меня позоришь! У тебя же дома есть все, что хочешь!

– Да, дома есть. А у него здесь есть. А у меня нет, поэтому я и взял, – совершенно спокойно приводит мне свои аргументы он, дожевывая печенье.

– Это же чужое! Понимаешь?! Не можешь дотерпеть до дому, пойди в магазин и купи себе свое печенье! – все больше возмущаюсь я.

– Ты что?! Что- мне идти в магазин за одним печеньем? – изумляется он в ответ.

***

– Ох, чувствую, придется нам взять Палашку! Без Палашки мы не справляемся! – печально вздохнула я, в сотый раз за день убирая погром, учиненный Максом и его игрушками.

– Какую Палашку? Зачем?! Никого не надо! Ты и так хорошо все делаешь, Инна! Давай тогда ты сама будешь нашей Палашкой! – испуганно кинулся он мне на шею с мольбами, почуяв недоброе в виде то ли няни, то ли еще одного ребенка.

Май

Техосмотр как идеал чистоты

Первомай мы встретили ударно – ратным подвигом на даче с утра и до вечера. Макс очень толково всем помогал: подметал, полы мыл, полол, ковры вытрясал. А после того, как мы с ним весь участок почистили, сорняки убрали, кусты и деревья окучили и облагородили и, наконец, сели на качели отдохнуть, он с восторгом выкрикнул:

– Инна, ты посмотри, как у нас везде красиво стало! Теперь нам осталось только техосмотр пройти!

«Великий, могучий, богатый русский язык!»

Вчера, внезапно ощутив все нарастающий запах чего-то горелого, носилась по дому, приговаривая:

– Ну, что же это такое? Где же это и что горит?! – и, не находя источника, в сердцах воскликнула: – Нет, ну так же можно и на воздух взлететь!

Макс все время бегал за мной хвостиком и предлагал различные варианты ответов, а тут вдруг замер на месте и с удивлением спросил:.

– Мы взлетим? Зачем? Чтоб чистым воздухом подышать?!

«Ты – не ангел. но для меня…»

– Макс, если не прекратишь, вылетишь отсюда сейчас! —угрожаю я, потеряв терпение.

– Ну, как вылечу? У меня же крыльев нет. Что я тебе -ангел, что ли?!

«Эй, птичка, летим со мной!…»

Как-то Макс провел день с папой на работе. На следующий, вновь собираясь туда же, уговаривал меня:

– Инна, поехали с нами! У папы на работе очень интересно: есть шоколад, печенье, конфетки, девочки! Ну, поедем!

«Против лома нет приема!»

Макс мне недовольно как-то высказывает:

– Инна, а почему вокруг все девочки?!

– С чего ты взял, что все – девочки?

– Смотри, ты девочка? Девочка! Бабуля- тоже девочка! И даже Эмма- девочка! Ну, видишь!

«Счастье- это когда тебя понимают»…

Я в упоении восторга обнимая Макса, спрашиваю:

– Ты вообще понимаешь, что я тебя обожаю?!

– Конечно, понимаю! – кивнул он с такой силой убеждения, что у меня отпали все сомнения.

«А мне летать охота!»

Макс недавно ощутил прелесть высоты, предварительно потеряв инстинкт самосохранения. Высунулся из окна второго этажа на даче больше чем по пояс. Я бросаюсь к нему, с невероятным усилием отрываю его от подоконника, хватаю на руки, спускаю на первый этаж, попутно причитая:

– Ты грохнешься, мы костей не соберем! Ты это понимаешь или нет?!

– Спокойнее, Инночка, спокойнее! Мои же кости – я сам и соберу!

«Царь, очень приятно, царь!»

На даче в гости к Максу нагрянули две девицы. И совершенно не вовремя, когда он сидел в задумчивости на горшке.

– Максик пока занят, приходите позже! – выйдя на крыльцо, отправляю их восвояси.

И не успеваю от них отделаться, как слышу, он зовет меня обратно с очередным распоряжением:

– Инна, поставь горшок на крыльцо! Так, чтоб я мог видеть этих девочек и разговаривать с ними! Они же ко мне в гости пришли!

О сущности любви

– Инночка, я знаю, ты хочешь красивую куколку, да? – доверительно интересуется Макс.

– Да, Мась, конечно, хочу, но я же хочу живую!

– А я вот не хочу! – улыбается он.

– Почему? Хорошо же, когда есть братик или сестричка! Вот смотри, у меня есть Дина, а у Дины есть я!

– Ну, Дина и у меня есть! – резонно возражает он.

«Где ты была?»

Вчера Макс, глядя на то, как мы стоим с мужем обнявшись, подбежал и стал втискиваться между нами со словами:

– Это моя мамочка! Моя!

– Нет, моя! Я ее первый нашел! Моя! – в ответ шутит тот.

– Нет, моя! Я нашел ее первый! Она – моя мамочка первая! Я нашел! – кричит сын почти в истерике.

Муж сразу отступил, а Макс, почувствовав убедительную победу, залез на меня, основательно уселся на руки, обнял за шею, после чего уже вздохнул с облегчением.

А на будущее все-таки шепотом поинтересовался:

– Инночка, а вообще где я тебя нашел? Скажи!

Деньги- ничто, доверие-все!

Макс очень любит открыть кран в ванной и завороженно смотреть, как течет вода, попутно задавая кучу вопросов про устройство канализации. Куда именно вода идет? По каким трубам? Как в землю попадает? А что дальше?

Поскольку на воду давно стоят счетчики, все взрослые при каждом удобном случае внушают ребенку:

– Закрой кран! Не трать воду просто так: наши деньги уходят в канализацию сейчас!

И вот недавно Макс после обеда встал и пошел мыть руки и все никак не вернется. А я убираю и отчетливо слышу звук льющейся просто так воды, но боюсь оскорбить его недоверием.

– Мась, ты все еще руки моешь? Так долго? – кричу я с кухни.

– Нет, Инночка, руки я уже помыл! Я сейчас сливаю ваши деньги в канализацию! – чистосердечно признается он.

О порядке (в голове)

Макс влез на подоконник, открыл форточку и с упоением выдувает мыльные пузыри в окно, попутно пачкая стекла стекающим мыльным раствором. На все призывы слезть и прекратить не реагирует. Проходит минут двадцать, я теряю терпение:

– Во-первых, слезь с окна! Во-вторых,…

– Нет, Инна, во-первых, «ты упадешь!» а во-вторых, «слезь с окна»! – на ходу перебивает меня он.

О взгляде на мир

Стоим как-то в продуктовом в очереди в кассу и видим, как мальчик заходится в истерике из-за того, что мама отказывает ему в чем-то давно обещанном, ссылаясь на отсутствие денег. Макс, глядя на все это с грустью и сочувствием, звучно распорядился:

– Инна, купи ему, что он хочет! Ты же видишь, у них денег нет!

Июнь

***

Макс обожает брызгалки-пульверизаторы. Дай ему волю, он немедля устроит потоп, разбрызгивая что ни попадя по всему дому. Чтоб свести к минимуму наши потери, я временами прячу этот вожделенный предмет куда-нибудь подальше с глаз долой. А в последний раз что-то сплоховала: засунула его в шкаф с посудой.

– Инна, дай мне брызгалку! – заметив пульверизатор, командует Макс.

– Я не знаю, где она, – делаю вид, что сильно занята.

– Открой дверцу, – увидишь!

Я открываю, смотрю невидящим взглядом на нашу ярко-оранжевую брызгалку, закрываю дверцу и как ни в чем не бывало повторяю:

– Ну, ты видишь, ее нигде нет!

– Инночка, у тебя что – глазей нет?! – изумляется он.

– Каких таких глазей?! Как надо правильно сказать?

– Глазьев? – пробует он.

Наш маленький эстет

В выходные на даче Макс все приставал ко мне с требованием:

– Инн, купи мне грязные туфли! Ну, купи! Ну, у папы же есть, а у меня нет! Купи!

– Макс, как купить грязные? Грязные же не продаются! И зачем тебе грязные?!

– Инна, мне нужны вот такие же грязные, как у папы, – убеждает меня он, указывая на старые, стоптанные, испачканные кроссовки мужа, – чтоб я мог с ним косить! Я же не могу в чистых косить!

«Любовь, зачем ты мучаешь меня?!»

Осерчав на непослушание Макса, отобрала у него лейку и закрыла дверь в ванную. Он отвернулся, демонстративно ушел в спальню, сел на кровать и в грустном раздумье заметил:

– Я ведь могу и обидеться! Теперь я вообще не знаю, кто меня здесь любит!

«Иду на Вы!»

В субботу Макс на даче отчаянно сражался с нещадно палящим солнцем. Что он только не делал: упрашивал не светить так сильно; увещевал, угрожал, что возьмет пистолет и будет пуляться водой, чтоб потушить солнце! И все впустую.

Наконец, исчерпав весь свой ресурс, он в изнеможении лег на качели и сказал мне:

– Инна, это солнце такое непослушное, ты не представляешь! Давай просто возьмем и выключим его, раз оно по-хорошему не понимает!

Июль

«То ли еще будет…»

Недавно Макс стоял на веранде и кричал с нашего балкона на соседский, зовя 10-летнюю соседнюю девочку, которая приходит периодически к нам поиграть с ним:

– Арина, Арино-о-чка! Ну, куда ты ушла? Ну, сколько можно ждать?! Ну, я же скучаю! Ну, как можно вот так взять, оставить ребенка и уйти?!

В ответ была тишина, поскольку та ушла к своей подруге. Макс расстроился еще больше, но решил не сдаваться, а предложил мне пойти на ее поиски.

– Никуда я не пойду! Я за девицами бегать не собираюсь! – гневно шепчу ему я.

– Инночка, пойдем вместе! Ты не бегай, ты просто иди! Я сам буду бегать за ними! – простодушно уговаривает он.

«Иногда… зову тебя»…

Раскачиваясь со мной на качелях, Макс опять завел свою шарманку:

– Инночка, а давай пойдем к Арине поиграть! Она же хорошая, она же меня любит!

– С чего ты взял, что она тебя любит?

– Ну, ты же меня любишь! Я же хороший! И она же к нам приходит. Она же не жадная, хорошая. Значит, она меня любит.

– Понятно, – вздыхаю я.

– Так пойдем к ней поиграем. Мне же любви хочется, – вздыхает в ответ он.

Рифмоплет

Вчера Макс, бесконечно перебирая свои многочисленные игрушки в поисках дрели, приговаривал себе под нос даже с выражением:

– Ну, и что здесь за бардак?! Не могу найти я дрель никак!

О взаимопонимании

Недавно на даче Макс так усердно помогал папе убирать мусор с газона граблями, что во многих местах образовались заметные проплешины. Папа уговаривал, просил перестать – все без толку. В итоге разозлился, отобрал грабли и выкинул, да так, что они еще в полете разломались.

Макс очень обиделся, расплакался, горько причитая:

– Инна, я помогаю папе, а он мои инструменты ломает! Разве так можно обращаться с ребенком?!

– Конечно, нельзя! Его просто не учили, как надо с детьми разговаривать!

Через некоторое время смотрю, оба мирно работают бок о бок, живо беседуя о чем-то. Подхожу и слышу, как Макс, снисходительно улыбаясь, спрашивает у отца:

– Ну, что, ты поумнел немножко? Уже знаешь, как надо с детьми разговаривать, да?

Август

«У вас что – водкой полы моют?!»

Прихожу сегодня домой с работы, переступаю порог квартиры и перестаю дышать. Впечатление, что нахожусь в парфюмерном магазине как раз на распродаже чего-либо или на презентации нового аромата.

Иду на запах и вижу: на кровати лежат почти мокрые мои колготки, от которых прямо-таки несет Шанелью, поверхность комода вся заляпана кремом от морщин, а из распахнутой дверцы шкафа разит Гуччи.

Задыхаясь от смеси запахов и чувств, бегу к Максу в гостиную, где он деловито разбирает очередной конструктор:

– Макс, что ты наделал! Это же ужас, как воняет!

Он поднимает на меня свои чистые голубые глаза и обстоятельно излагает:

– Инночка, я тебе колготки постирал твоими духами, папины вещи побрызгал его духами, чтоб эта непослушная моль задохнулась прямо в шкафу, а кремом намазал полку, чтоб она, наконец подохла даже если вылетит!

Море

Макс, увидев впервые море, деловито осведомился:

– Вот интересно, кто сюда столько воды налил? И где он такой большой кран взял?

«Рыжий-рыжий, конопатый!!»

Лежу как-то на пляже в Болгарии. Гляжу издалека, как Макс в песочнице разговорился с мальчиком лет шести – семи. Радуюсь, что самостоятельно познакомился и играет с кем-то. И вдруг слышу его возмущенный крик:

– Ты где это так измазюкался?! Ты же мурзик! Ты видел свое лицо?! Иди помойся! Я тебе говорю! Ты же весь чумазый, грязный! И еще и волосы запачкал!

Вскочив с шезлонга, вижу, как мой ребенок прямо-таки нападает на того, угрожающе жестикулируя, уверенный в своей правоте. Подбежав, замечаю, что мальчик – огненно-рыжий, а лицо его густо-густо усеяно веснушками.

И тут я, готовая рассыпаться в извинениях за своего ребенка, обнаруживаю, что тот, слава Богу, немец! И вся эта возмущенная тирада никакого впечатления на него не произвела; он продолжает старательно рисовать палочкой на песке, попутно пытаясь что-то свое втолковать Максу.

Не помню случая, когда еще я была так счастлива знакомству с иностранцами!

Сентябрь

«Отцы и дети» (или: физики и лирики)

– Хочешь завтра посмотреть на рассвет? – сидя вечером на пляже, спрашиваю Максика.

– А рассвет- это что?

– Рассвет- это когда Солнце просыпается. Мы с папой сегодня видели: оно из моря встает очень красиво, только это рано-рано утром бывает. Разбудить тебя?

– Инна, просто так сказала, да? Сама же знаешь, Солнце встает из-за горизонта! И садится тоже за горизонт! Вон, видишь же, море чистое! Никакого Солнца в нем нет! Ерунда все это! Чепуха!

О золотых песках

Сидели на пляже. Макс в бесконечном восхищении пересыпал песок из одной руки в другую, пропускал его между пальцев и никак не мог налюбоваться им.

– Инна, ты видишь, какой песок здесь золотой?! Интересно, а почему он такой?

– Да, золотой. Здоровский песок здесь. Поэтому мы сюда и приехали!

В тот же вечер я, сделав какое-то неловкое движение, потеряла на пляже застежку от золотой сережки. Больше всех переживал Макс. Он перебрал весь арсенал своих инструментов: лопатку, грабли, сито, – надеясь все-таки найти пропажу. Расстроился ужасно, даже всплакнул от безысходности после часового безрезультатного поиска.

Ужинали мы без всякого настроения. Вроде как мелочь, но осадок неприятный.

А на следующее утро они с папой прибежали с моря ко мне с известием, что какой-то русский, вылавливавший ракушек в прибое для своей дочурки, только что потерял там обручальное кольцо. И тоже находится в растрепанных чувствах.

Макс, до того серьезно все слушавший и поддакивающий в нужных местах, вдруг просветленно посмотрел на меня и сказал:

– Инна, ну, теперь понятно, почему эти пески такие золотые! Просто здесь каждый день кто-нибудь теряет свое золото!

Истоки творчества

Макс вчера налил пол-литра минералки в эмалированную кружку, взял большую кисть и с чувством, толком и расстановкой стал мочить все, что придется. Обивку и ручки дивана, стулья, полы, мебель, обои…

– Макс, что ты творишь?! – возмутилась я.

– Ты посмотри, как живописно! – не оборачиваясь и любовно указывая на очередной размытый подтек, радостно объяснил он.

О первом опыте любви