Королевство в придачу

© Олег Иосифович Говда, 2024

ISBN 978-5-0064-4329-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

И КОРОЛЕВСТВО В ПРИДАЧУ

Тиран воинственный иль император

С разбойником, как брат родимый, схож,

Ведь нрав у них, по сущности, все тож.

Лишь от разбойника поменьше зла —

Ведь шайка у разбойника мала.

Чосер Дж.

Государства приобретаются

либо своим, либо чужим оружием,

либо милостью судьбы, либо доблестью.

Макиавелли Н.

Глава первая

– Вставайте, принц! Пора на кладбище!

Юмористы… Сча поднимусь, и мы вместе посмеемся. Обхохочемся…

Ммм… Голова раскалывается. И веки, как ржавые роллеты… скрипят и поднимаются рывками. Да и вообще тело, как бы не совсем мое. Не в смысле, деревянное, а… как новые туфли. Вроде хорошо сидят, но все равно не так, как уже разношенные.

Оп-па, а что это за ткань над головой? Палатка? Не понял?

Похоже, вечер удался на славу, хоть ничего такого и не планировалось. Не, защита диплома – конечно, повод. С этим вряд ли кто поспорит. Вот только вчера ничего серьезного не намечалось. Исключительно посидеть за рюмкой чая с одногрупниками, снять стресс и договориться о месте и времени настоящего сабантуя после получения заветных корочек. Но, похоже, как оно иной раз бывает, ситуация вышла из-под контроля и дружеское застолье закончились поездкой за город. Как там поется?

«Течет шампанское рекою,

и взгляд туманится слегка.

И все как будто под рукою…

…не обещайте деве юной…»

Никакой девы рядом не наблюдается. Хотя, не факт. Палатка просторная, вполне способная приютить больше одного. Может, подружка выпила меньше и проснулась раньше? Запросто… Не зря же от одеяла какой-то цветочный запах исходит. Явно не мой парфюм…

О-хо-хо… Только б не Юля. Не хотелось бы с ней вот так, по пьяни. Доверительные отношения выстраиваются долго, а испортить можно в одно мгновение. Достаточно явить себя во всей первобытной красе, потеряв контроль и дав волю инстинктам.

– Ваше высочество!

Вот зануда. Один раз смешно, второй – так себе… А за третий морду бьют. Ну, чего пристал, как скотч? Кстати, голос незнакомый. К нам что, еще кто-то подсел потом?

Зараза… Ничего не помню. Мы же реально только кофе и бутылку «Старого Таллина» заказывали. Говорил, водку брать надо. Ликер явно самопальный оказался. Вот нас и торкнуло… Хорошо, хоть не в больничке очнулись. А то и там, куда этот недоделанный шутник зовет.

О, как будто ждал…

– Ваше высочество! Вы, конечно же правы, вашему батюшке уже все равно, покойнику торопиться некуда. Но поп спешит. Батюшке сегодня еще детей крестить в деревне барона Ренделя.

Вот скотина! Ничего святого у людей нет! Разве можно на такие темы шутить?! Ну все, ты напросился!

Ой! Пол холодный… Каменный! Да и я не на матрасике лежу, на кровати. С ножками! А ткань эта – балдахин. От древневосточного «балда» – «голова», то есть. Ну, а «хин» и без перевода понятно. Кто не знает, что весь ширпотреб, особенно из шелка, от сотворения мира в Китае производят.

Фигня какая-то… Если палатке я мог еще найти разумное объяснение, то все остальное ни в какие ворота не лезло.

– Ваше вы…

Достал!

Я рывком отдернул полог и завис.

Твою ж краснознаменную! Если меня решили разыграть, то вложились неизвестные шутники не хило. Вокруг не лес и даже не убогая пригородная роща, а мощные стены. В том смысле, что кровать с балдахином находилась внутри большой комнаты… далеко не современной постройки. До потолка метра четыре с половиной, не меньше. Да и не строят сейчас дома из грубо тесаного камня.

А еще, прямо передо мной, почтительно склонившись, стоял немолодой мужчина. Одетый в расшитую серебряным позументом светло-голубую ливрею, короткие, чуть ниже колен, черные брюки и белые чулки. Туфли – на небольшом каблуке, с тупыми квадратными носами, украшенные огромными, серебряными бляхами. Мужчина сед и носил знаменитые, дореволюционные бакенбарды. Непременное украшение всякого уважающего себя дворецкого.

– Доброе утро, ваше высочество, – неизвестный выпрямился, но не полностью, стоял все же чуток подавшись вперед, словно к прыжку готовился. Или бежать, куда прикажут. – Как почивать изволили?

– Не могу сказать, что хорошо…

С ходу и не поймешь, как вести себя в этой нетривиальной ситуации. А что, если я попал в какую-то «Скрытую камеру» и сейчас полстраны смотрит на мои ужимки по телику и ухохатывается под пивко и лузганье семечек. Извините – подвиньтесь. Я вам не клоун. Хотите развлечений? Ладно, давайте веселиться вместе. Надеюсь, гонорар того будет стоить.

– Извини, дружище… Но со мною, кажется, что-то случилось. Я не болел последнее время?

– До вчерашнего вечера нет, ваше высочество, – мужчина сделал озабоченное лицо и шагнул ближе. – А что именно случилось-то? Жар? Лихоманка? В глазах не темнеет?

– Кажется, я потерял память… – несколько раз сморгнул и демонстративно потер лоб. – Совершенно ничего не помню. Даже собственного имени.

Мужчина приступил еще ближе. Отличный актер, даже я поверил, что он переживает. А еще говорят, что после Смоктуновского актеры на Руси закончились.

– Это, наверное, из-за всех тех несчастий, что свалились на вас в последнее время, мой принц… – произнес участливо. – Разум не желает смириться с беспощадной действительностью, вот и отторгает ее.

Классно завернул. Даже возражать не хочется. Ну и не буду… В таких случаях лучше всего молча пожать плечами. Пусть собеседник сам решает, что это значит.

– А как вы вообще себя чувствуете?.. Испарина есть? Не знобит?

– Нормально. Только голова болит и… словно все вокруг впервые в жизни вижу.

– Что, даже меня не помните?

Судя по тону, которым задан вопрос, я мог забыть себя, маму-папу, но этого господина – никогда!

– Извини… Понятия не имею, кто ты такой.

Лицо седовласого мужчины опечалилось аж по встопорщенные бакенбарды.

– Я – Аристарх… Ваш дворецкий.

– Спасибо, что напомнил. А я кто?

– Принц Николаис.

Гм… Интересное совпадение. Я ведь и в самом деле Николай. Хотя, о чем это я? Какое еще совпадение? Ясен пень, что кто бы розыгрыш не затеял, с новым именем не заморачивался, а взял мое собственное, перекрутив на греческий манер.

– Принц, значит? Интересно… А отец у меня, стало быть, король?

– Да, ваше высочество… Король… – теперь лицо дворецкого изображало скорбь и уныние. – Вот только умер ваш батюшка… Похороны сегодня… точнее, уже прямо сейчас… Вас только и ждут…

Офигеть! Совсем народ края потерял. Разве после подобных заявок можно ржать и вопить: «Обманули дурака на четыре кулака!», «Улыбнитесь, вас снимает скрытая камера!» Точно набью кому-то морду… Когда пойму, кому именно.

– А от чего он умер?

На этот раз Аристарх промолчал чуть дольше.

– И этого не помните… Может, вам не идти на похорон? Я объявлю, что вы больны. А с батюшкой потом попрощаетесь. В гробнице…

– Не думаю, что это правильно… Я же не парализован. Ходить могу… Мне бы только умыться, да одеться…

– Конечно-конечно… – засуетился Аристарх. – Прошу за мной, ваше высочество…

Идя следом, я только головой крутил от изумления. Блин, у кого же из моих друзей или недругов столько лишних денег, чтобы устроить подобное шоу? Я даже стену потрогал…

Нет, не бутафорская. Настоящий камень. А, значит, и замок настоящий… Причем, неизвестный арендовал и приготовил не одну-две комнатки, а как минимум, целое крыло.

Ёшкин кот! Это ж полнометражный фильм снимать можно, а то и сериал. Читал где-то, что аренда такого здания, всего лишь на один съемочный день, обходится киностудии в цифру с шестью нулями. Офигеть… Да я за такие деньги готов в чем угодно сняться. Хоть в рекламе памперсов, а не то что в «Розыгрыше лоха». Правда, кажется… когда вот так, скрытой камерой, то артисту гонорар, вроде, не полагается.

Все эти мысли я прокручивал, пока умывался над аутентичным старинным серебряным тазом, с тисненными вензелями, а сливал мне из кувшина все тот же Аристарх. Совершенно невозмутимо, словно проделывал эту процедуру каждый день. Кувшин, кстати, тоже серебряный. Или из мельхиора. На глазок точнее не определить.

Оправиться на фаянсовый горшок я решительно отказался. Поскольку заподозрил, что дворецкий собирается его мне подержать или еще каким-то способом поучаствовать в процессе облегчения. Поэтому решил, что такими кадрами отечественную киноиндустрию и архивы реалити-шоу обогащать не стану. Потерплю до каких-нибудь кустиков. По той же причине и переодеваться полностью не стал. Натянул брюки на то, в чем спал. И правильно сделал. Потому как эти, с позволения сказать, штаны обтягивали меня, словно вторая кожа. Одно хорошо – кафтан оказался длиной почти до колен. Пояс… Меч!

Рукоять, как влитая. Вынул клинок из ножен до половины. Тоже не подделка. Хищные разводы булатной стали. Нам такие на лекции по металловедению показывали. Если он настоящий… я даже не знаю сколько тонн зелени за него отвалили. А главное – кто бы это мог сделать?! Ну, не знаком я с Биллом Гейтсом или Марком Цукербергом… Да, схохмить и подшутить, среди друзей, охочие найдутся, но вбухать в глупый розыгрыш столько бабла…

Хоть убейте, ничего не понимаю! Не сходится ответ с задачкой. Или я не те условия читаю?

* * *

Если к предыдущему акту у меня претензий не было – все очень натурально, то сцену похорон явно схалтурили. Видимо, бюджет все-таки не резиновый.

Во-первых, – не знаю, кого положили в гроб, загримированного под мертвеца актера или манекен, но на моего отца покойник был совсем не похож. Дряхлый седой старик, лет восьмидесяти не меньше. Так что я никак не мог быть его даже самым младшим сыном. Разве что внуком… Ну, или бастардом… Хотя, бастард – это если король сходил налево. А как называется плод измены королевы? Скорее всего, никак. Вряд ли королям разрешалось наставлять рога. Сто пудов гулены втирали супругу, что это его дети. Даже если все наследники рождались с разного цвета глазами и волосами. Арапчонки не попадались, ну и хорошо.

Во-вторых, – сэкономили на массовке. Словно не короля хоронили, а бомжа безродного. Возле гроба стояло человек десять, не больше. Да и те простолюдины. Если по одежде судить. На женщинах ни одного украшения. Даже вышивки. Простые платья и платки из выбеленного домотканого полотна. В музее такие видел. На мужчинах тоже простые, холщевые штаны и серые шерстяные свитки.

В-третьих, – тщедушный попик действительно куда-то торопился. Или неудобно ему было фиглярничать, изображая всуе таинство погребения. Так что он сократил отпевание до пары молитв. Да и те пробормотал скороговоркой, глотая половину слов. А когда запечатал гроб, то махнул пару раз кадилом и поглядел на меня вопросительно. Ответа, естественно, не дождался. Тяжело вздохнул, осенил всех крестным знамением, пробормотал что-то вроде: «На девятины зайду…», подоткнул рясу и ушлепал за ворота. Даже на поминки не остался. В отличие от остальной массовки. Эти чувствовали себя как дома.

Не ожидая приглашения, сами вошли в залу, сами расселись за накрытые столы и сами стали угощаться. Хорошо хоть не чокались, когда наполняли кубки.

– Аристарх… может ты мне скажешь, кто все эти люди?

– Это слуги вашего отца, мой принц… Горничные, кухарки, садовник и конюх. Истопник, привратник.

– Слуги? – я окончательно запутался. – А почему же они так бесцеремонно себя ведут?

– Ну, так король умер, а контракт по их найму закончился еще неделю назад. Они-то и оставались в замке только из уважения к усопшему. Допьют, доедят и уйдут. Будут уносить с собой мебель или посуду, мой принц – не препятствуйте. Им задолжали гораздо больше. Да и, в любом случае, имущество вам больше не принадлежит.

– Даже так? – мое изумление становилось все больше. Розыгрыш явно удался. Таким болваном я давненько себя не ощущал. – А кому?

– Пока никому… По закону права на имущество нельзя предъявлять раньше чем через сорок дней после погребения. А там – кто первый подаст заявку и сможет доходчиво объяснить остальным претендентам, что им ничего не обломится. Думаю, у князя Легурийского – шансов гораздо больше, чем у других.

– Забавно. А как же мои права на наследство?

– О, майорат неоспорим, мой принц. При одном условии… Если в течении сорока дней вы сможете выкупить все закладные. Хотя бы на замок…

– Все? Их что так много?

– Доподлинно не знаю, но по тем, о которых мне известно, – вздохнул Аристарх, – в течение последних лет ваш родовой замок и дворец заложен трижды.

– Очуметь…

– Простите? Я не совсем понял, что вы имеете в виду, мой принц? При чем тут чума? Этого поветрия, хвала Создателю, уже лет сто, как не было.

Объяснять не пришлось. Как раз в это время бывшие слуги закончили с поминальной трапезой и полезли из-за стола. Как и предсказал Аристарх, потащив с собою кто что схватил. В основном, конечно же, посуду и столовые приборы. На меня они даже не смотрели, проходя мимо, как рядом с пустым местом. Обидно…

– Слушайте меня внимательно! – рявкнул я, даже не понимая толком, зачем. – Запомните, кто что взял, и не вздумайте кому-то продать. Не позже чем через две недели я спрошу каждого, где мое фамильное добро! Все слышали?! Потом не обижайтесь…

Мой спич не остался без внимания. Женщины удивленно захлопали глазами, зашушукались и постарались быстрее убраться с глаз. Мужчины повели себя по-разному. Двое нагло рассмеялись и, пожав плечами, ушли. По пути демонстративно прихватив стул и стоявшую у входа вешалку для шляп, которые им наверняка были без надобности. Третий ушел молча, но в дверях повернулся и поклонился мне. Зато четвертый удивил… Он положил обратно на стол все, что набрал и негромко произнес, глядя между нами и Аристархом.

– Тогда я, может, в замке подожду? Если позволите?

– Кто это?

– Тимоха-конюх, мой принц.

– Разве кони у нас еще остались?

– Конечно… Кто ж посмеет тронуть вашего Ветра… Да и Ласточка должна вот-вот ожеребиться. А кто, в здравом уме, жеребую кобылу продаст? С жеребенком оно дороже встанет.

– Ладно… Тогда пусть остается. Тимоха… Я много тебе должен?

– Так это… ваше высочество… – поскреб задумчиво тот широкую, как стол, грудь. – Почти за полгода. Как на Рождество последний раз, покойный ваш батюшка, одарил гривной, так с тех пор и ни гроша не видал.

Ощупывая непривычную одежду я знал, что в кармане пояса валяется какой-то металлический кружок, очень похожий на монетку. Достоинства ее, естественно, на ощупь я не мог определить. Впрочем, и не на ощупь тоже. Максимум – увидел бы из какого материала она сделана. Но, сейчас жест был важнее разумных поступков.

Я вынул монетку и протянул ее конюху. С облегчением увидев, что это не золото – поскольку избыточная щедрость нищего вельможи смехотворна. Но и медный грош не произвел бы нужного впечатления. А вот серебро – как раз в тему.

– Держи… И можешь быть уверен – не пожалеешь, что остался.

– Благодарствую, ваше высочество, – конюх уважительно принял монету и уважительно поклонился. – Простите, если что не так… И не сомневайтесь, за лошадками присмотрю в лучшем виде… Им бы, конечно овса не помешало раздобыть, а то на одной травке…

Аристарх подал какой-то знак Тимохе, и тот, запнувшись на полуслове, еще пару раз поклонился и ушел.

– Понятно…

Интересное слово. Произносится машинально, особенно в том случае, когда совершенно ничего не понятно. Потому что даже самый тупой и с бодуна, уже мог сообразить, что никаким кино здесь не пахнет. А пахнет – обычной, сельской жизнью. Кто хоть раз бывал в деревне, разницу поймет. И суть даже не в бетонных коробках, асфальте, выхлопных газах и прочих ароматах цивилизации, а в отсутствии суммарного биополя. На тебя больше не давят мысли и эмоции сотен тысяч, если не миллионов других людей. И пусть наука еще не готова подтвердить факт существования ноосферы, ее проявление в мегаполисах ощущается почти физически. Тогда как здесь не только дышалось свободно, но и думалось так же. Безмятежно, просторно… привольно.

Вот только вывод напрашивался не слишком приятный. Я – не дома! Где именно – это пока не важно, успею разобраться. Но я почти уверен, что меня каким-то образом перебросило в мир, где еще существуют короли, принцы, замки и прочие раритеты средних веков. Сделав одним из них…

Кстати, тема «попаданства» в приключенческой литературе сейчас столь популярна, что уже и воспринимается, как нечто вполне возможное. Так сказать очевидное – невероятное. Вроде посещения Земли инопланетянами, Бермудского треугольника, Снежного человека и прочих полтергейстов. Имеющее право на существование, но, пока, не обоснованное наукой. Более того… Это уже настолько обыденное явление, что в продаже вот-вот появится «Стартовый рюкзак попаданца», содержащий оптимальный набор самых необходимых вещей для человека, оказавшегося в другом измерении.

Жаль, что у меня такого с собой нет.

– Понятно… – повторил, чтобы хоть что-то сказать. – Скажи, Аристарх. А тебе моя семья сколько должна? И почему ты не ушел со всеми?

– Я же дворецкий! – с некоторым изумлением ответил тот. Потом вспомнил о моей амнезии и объяснил. – И могу уйти только в двух случаях. Первый – владелец замка официально меня прогонит. Второй – если здание будет полностью разрушено… Точнее, срыто до основания, а подвалы затоплены или засыпаны. Но, что-то подсказывает мне, ваше высочество, – дворецкий церемониально поклонился, – что замку Зонненберг эта участь не угрожает. Поэтому, если позволите, ваше высочество, я и дальше стану служить вам. Как прежде служил вашему венценосному отцу. И как раньше мои предки служили вашим предкам… Многие, многие поколения. Со дня основания замка и появления на картах мира этого королевства…

Красиво сказано. Осталось уточнить детали. Например, а что от него осталось? От королевства, в смысле. Что уже продано, а за чем кредиторы пожалуют в ближайшие дни?..

* * *

«Принц и нищий». Название романа Марка Твена… Я, правда, не читал… Но, слышал. Они там поменялись местами, вроде… Так вот, в моем случае надо оба слова писать через дефис. Принц – нищий. А еще лучше – нищий принц. Точнее определения не придумать.

Поговорив с Аристархом, я выяснил что на самом деле владею исключительно ворохом закладных и векселей. Общая сумма которых раз в десять превышает стоимость замка. А все остальное мой «здешний» венценосный батюшка давным-давно продал и заложил. Так что на сегодняшний день граница королевства Зонненберг – «Пик Солнца» пролегает аккурат вокруг подножья этой самой, одноименной горы. То есть, места, где построен замок, он же и королевский дворец. Поэтому я могу свободно передвигаться внутри стен, а выйдя за ворота – только по дороге. Поскольку попытка сойти на обочину, по любой, даже самой малой нужде, будет расценена, как попытка вторжения в чужие владения.

Конечно, в том случае, если я проделаю это при всех регалиях. А если, как сейчас – анонимно и пока никто не видит – то можно. Лужица высохнет и дипломатического скандала не случится.

Приняв за аксиому вариант с попаданством, – в том смысле, что происходящее, каким бы странным оно не казалось, мне не чудится, а происходит на самом деле, – я и вести стал себя соответствующим образом.

Кстати, о реальности и иллюзорности. Говорят ничто в мире не происходит случайно. Значит и статья о том, что на самом деле мы видим не реальный мир, а только его изображение, которое рисует наш мозг на основе получаемой информации – тоже не просто так попалась на глаза. Причем, незадолго до… ммм, переноса. Я же терпеть ненавижу псевдонаучные размышлизмы и никогда их не читаю. Тем более, с утра за завтраком. А эту проштудировал от заглавия и до ссылок на первоисточники. По ссылкам, ясный перец, не прошел… нема дурных вирусы хватать, а статья запомнилась. Еще бы… Автор насытил ее таким количеством цитат от великих людей, что только перечень «столпов цивилизации» занимал полтора экрана.

В общем, вытащил я бритву Оккамы, взмахнул ею пару раз, отсекая лишнее и решил – если я все же жертва розыгрыша, так фиг вам – не дождетесь рвания волос, размахиваний трусами на палке и воплей: «Мамочка! Лёлик! Спасите!» Если все оплачено, то почему не поиграть по предложенным правилам? Посмотрим, кто будет смеяться последним, а чью фамилию даже в титрах не покажут.

Ну, а если… Не хочется, конечно… В цивилизованном мире много вещей, без которых жизнь не в кайф… Но мало ли в жизни происходит такого, что попадает под категорию «не хотелось бы», а нас почему-то об этом никто не удосуживается не только спросить, а хотя бы предупредить. По-честному предоставляя на выбор два варианта: крутись-вертись или расслабься и улыбайся. Короче, какую подлянку судьба не затеяла бы на этот раз, в шутку или всерьез, клювом щелкать по-любому не стоит…

Предвидя, чем закончатся поминки, Аристарх заранее припрятал самые вкусные блюда в кабинете. И когда замок окончательно опустел, мы с ним отлично позавтракали, а потом и пообедали…

Поскольку вопросов у меня имелось неисчислимое количество, а застолье, даже по столь печальному поводу, лучшее место для беседы. Ну, и неплохие вина повышают градус доверительности и непринужденности… Так что разговор тек плавно и познавательно. По меньшей мере, для меня.

Выяснилось, что наш венценосный «батюшка» каким-то непонятным образом, после того как овдовел, а меня отправил полировать скамьи Сорбонны, умудрился спустить всю королевскую казну, а так же все деньги – вырученные за заложенные земли и государственное имущество. Так что на данный момент я владел лишь тем, что имел на себе и при себе. А поскольку студенческая жизнь королевского отпрыска тоже далека от прибыли, то конкретно у меня оставалась пара коней – боевой и вьючный. Пара костюмов – дорожный и парадный. Сапоги, типа ботфорты – одна пара. Вполне еще приличные, надо только не забыть сменить набойки. Шляпа – одна. И главная ценность – фамильный меч.

– И что же мне теперь делать?

Я не придумал ничего оригинальнее, как задать второй по сакральности вопрос, после того как стало понятно «кто виноват».

– То же, что делали ваш славный предок Рудиан Первый… ваше высочество, – как о само собою разумеющимся ответил дворецкий. – До того, как стал королем и основал династию.

Честный и прямой взгляд окончательно убедил Аристарха в девственности моей памяти. Дворецкий вздохнул… видимо, притомился нести знания в массы… и налил нам еще из большой бутыли, кажущейся еще пузатее, благодаря оплетке из натуральной виноградной лозы. Судя то тому, как напряглась его рука, вина оставалось явно не на донышке. До конца беседы точно хватит.

Рассказ о прапрадедушке оказался вполне типичным. Думаю, подобными фактами или легендами, в тесном родственном кругу, могут похвастаться практически все обитатели первой сотни самых богатых семей мира. Поскольку, как известно, трудом праведным не нажить палат каменных. Неожиданностью оказалось только то, что Рудиан начинал карьеру государя не пиратом или разбойником, а гладиатором! Поскольку его продали в гладиаторскую школу чуть ли не в младенческом возрасте. А то и вовсе, будущий король и основатель династии родился прямо там… В цирке ведь не только мужчины дерутся, воительниц тоже хватает, а то и обычных пленниц…

Конкретно в этом месте история скромно опустила взгляд и начала мямлить что-то невнятное. Впрочем – суть от этого не изменилась. Главное, предок оказался человеком не только пассионарным, решительным и амбициозным, но так же – умным и удачливым. Так что мне есть с кого брать пример. Тем более, что предстоит не завоевывать корону, а всего лишь выкупить ее у ростовщиков. Хотя, что проще – вопрос спорный…

– А где взять деньги?

Третий «главный» вопрос логически следовал из предыдущих двух ответов.

И, похоже, оказался немного сложнее. Поскольку Аристарх молчал дольше. Даже гусиную ножку нарочно потащил из блюда, чтобы подольше затянуть паузу.

– Ну, поскольку руками вы ничего путного делать не умеете, мой принц, думаю… имеет смысл попытаться продать меч…

Я взглянул на оружие, скромно висевшее на поясе и поинтересовался:

– Он что такой ценный? Думаешь, много дадут?

Дворецкий странно хрюкнул и аж побагровел, от усилия, пытаясь сдержать смех.

– Прошу прощения, что неясно высказался. Я имел в виду – стезю наемника. Вы молоды, сильны… У вас имелись хорошие учителя… Без преувеличения смею заверить, что во всех ближайших королевствах вы с трудом найдете мечников равных вам в искусстве фехтования… Собственно, почему я и не посоветовал начать с цирковой арены. Два-три поединка и вас узнают. После чего желающих сразиться сильно поубавится, да и букмекеры откажутся принимать ставки… А вот меч умелого командира отряда охранников – для купцов и вельмож, опасающихся разбойников или врагов – будет на вес золота. В самом прямом смысле… К тому же, такой род занятий позволит вам обзавестись солидными друзьями как раз в тех кругах, которые могут повлиять на продление срока выкупа векселей и закладных.