- -
- 100%
- +
Это были завод авиационных двигателей и самолетостроительный имени Горбунова. Здесь мне впервые пришлось пообщаться в среде инженеров самолетостроителей. Особое впечатление на меня произвела демократическая обстановка и дружественная атмосфера в отдельном обеденном зале для инженеров, за столом вместе с Главным конструктором. Система Главных конструкторов, когда разные КБ конкурировали друг с другом, была очень эффективной. Она позволяла производить передовую конкурентоспособную технику того времени. Благодаря этим встречам мне довелось побывать в цехах, ознакомиться с работой новейших металлообрабатывающих станков с числовым программным управлением. В то время еще не было компьютеров, и это был передовой рубеж инженерной мысли.
Командировка
Мои производственные успехи были налицо. Я был признан в этом мире. Меня начали приглашать, как специалиста, в разные комиссии, которые рассматривали производственные дела, и давали свои рекомендации. Так летом 1961 года меня включили в комиссию по разработке рекомендаций развития базы строительства в поселке Нижнекамск ТАССР.
В этот период по инициативе выдающегося российского государственного деятеля Алексея Николаевича Косыгина была разработана, и осуществлялась на практике большая программа по модернизации промышленности. На посту Председателя Совета Министров СССР (октябрь 1964–октябрь 1980) Косыгин добивался проведения экономических реформ, которые были изложены им в докладе об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства на сентябрьском (1965) Пленуме ЦК КПСС.
Суть «Косыгинских реформ» состояла в децентрализации народнохозяйственного планирования, повышении роли интегральных показателей экономической эффективности (прибыль, рентабельность) и увеличении самостоятельности предприятий. Многие свершения того времени до сих пор служат основными мощностями промышленного производства в России. В Нижнекамске намечалось строительство крупнейшего в Европе нефтехимического комбината по производству каучука. Намечалось создать целый промышленный регион со всей инфраструктурой, включая сам комбинат, новый город, транспортные коммуникации для железнодорожного, водного, трубопроводного и авиационного транспорта. Крупную тепловую электростанцию. Для осуществления этих планов в первую очередь требовалось создать крупную базу строительной индустрии, способную обеспечить ход строительства различными конструкциями и материалами.
В задачу комиссии, в которую включили меня, как местного специалиста входило изложить меры по ускорению развития этой базы, вводу в эксплуатацию ее объектов, началу производства выпуска продукции. На месте, когда я приехал, меня поразили масштабы этого будущего производства строительной индустрии. Это был комплекс в составе нескольких предприятий с полной инфраструктурой, с большой собственной котельной из пяти водогрейных котлов. Строительство только начиналось. Этот крупнейший промышленный комплекс поручили строить министерству энергетики. Помимо эксплуатации электростанций Минэнерго имело в своём составе мощнейший не только по тем временам строительный комплекс. Он был создан в связи со строительством крупнейших гидро, атомных и тепловых электростанций по всей территории бывшего СССР, включая Украину, Казахстан, Узбекистан и другие республики, ныне самостоятельные государства. Это министерство было в состоянии начинать сооружать новые комплексы в любой географической зоне России. Министерство имело действующие производства стройиндустрии, расположенные на разных территориях. Также специализированные монтажные и строительные подразделения не подчиненные или не соподчиненные местным органам. И поэтому могло оперативно направлять на эти новые объекты все необходимые ресурсы.
Впечатления об увиденном, причём в его будущем осуществлении были воодушевляющими. Я впал в какую – то эйфорию. Мысленно, как в кино, начал прокручивать сюжеты этого уже действующего предприятия. Представлял моё непосредственное в нем участие. Уже там в этой командировке, я не мог себе представить, что этот грандиозный проект будет осуществляться без меня. Это было еще совсем неосвоенное место. Без дорог. Без коммуникаций. Небольшой поселок из щитовых домиков с чёрной липкой грязью под ногами. Полная бытовая неустроенность. Ну, и, что? Совсем недавно, несколько лет тому назад я стремился попасть на передовые стройки. Не получилось.
Здесь намечается, то о чём я прежде мечтал. Разве можно пропустить такой случай. И я твердо решил, что я обязательно должен сюда переехать. А что касается моей семьи жены и маленького сына, они смогут приехать несколько позже, когда намечаются более терпимые бытовые условия.
С этими мыслями я вернулся в Казань. И буквально на следующий день пошел на приём к секретарю областного комитета партии Михаилу Троицкому, который курировал эту стройку, и направлял комиссию в Нижнекамск. Прежде я с ним был несколько знаком. В областной комитет он перешел недавно. До этого работал первым секретарём районного комитета, где располагался мой завод в Казани. Его хорошо знала Анна Васильевна по своей работе секретарем парткома. Мероприятия, которые мы должны были сочинить, еще не были готовы.
–– Что вы наметили? – Спросил у меня Троицкий.
–– Мое главное мероприятие – ответил я,
–– рекомендуйте меня директором этой базы стройиндустрии. Я Вам обеспечу и завершение строительства, и пуск объектов, и быструю организацию выпуска продукции.
Часть 3. Нижнекамск Татария
Новое назначение
Моё предложение было принято. Через несколько дней я уже уехал в Москву в Министерство энергетики в специализированный главк Главэнергостройпром. Там в Москве ко мне отнеслись настороженно. В этом министерстве была практика выращивать собственные кадры. Это были профессионалы. Они вырастали от низшего звена к следующему только на своих минэнерговских предприятиях. Все зависело от умения работать, и выполнять конкретные дела. А чужаки, особенно по рекомендации, местных партийных органов не очень – то приветствовались. Тем ни менее все свершилось и меня приказом по Главку назначили директором строящейся базы стройиндустрии в подчинении Управления строительства и эксплуатации промышленности г. Ставрополя (Тольятти). Это управление, созданное, для обеспечения строительства Куйбышевской ГЭС, уже после ввода ГЭС, поставляло конструкции на строительство разных заводов в этом регионе. Сооружение крупных заводов в г. Тольятти осуществлял «Куйбышевгидрострой» крупное строительное подразделение Минэнерго, по объемам выполняемых работ одно из первых в этом министерстве. Практика жизни была такова, что после сооружения гидростанции на месте оставался большой квалифицированный отряд строителей с соответствующей базой. И чтобы его использовать, правительство в этих местах сооружало предприятия уже других отраслей. Это было разумно. Итак, я переезжаю в Нижнекамск.
Нижнекамск 1964 –1974 годах
Шишкинский лес. Стройные сосны, девственные растения, папоротник, сочная нетронутая трава на полянах. Мы возвращаемся с пикника. Сегодня выходной. На излучине Камы у Красного Ключа, на берегу жгли костёр, ловили рыбу, варили уху. Красный Ключ странное название. Очевидно, прежде это был Святой Ключ, но как всё, что относилось к прежним дореволюционным временам, было переименовано в «Красный».
На Украине по этому поводу ходила такая байка.
– Это знаменитая фабрика зовется: «Червона сынька»,
что означало Красная Синька. Глупое сочетание. Да бог с ним названием.
Место чудесное. С нашей стороны берег не очень высокий, а внизу где, когда – то река изменила свое русло, огромный затапливаемый в паводки песчаный полуостров с озерами и разными протоками, кое, где поросший ивняком и отдельно стоящими небольшими деревьями. От Красного Ключа до Нижнекамска километров десять. Вначале дорога идет по открытой местности, затем полоса леса, затем само поселение на берегу и спуск к реке и пристани для пассажирских судов. Причал – старый деревянный дебаркадер. На склоне к реке среди неказистых деревенских домиков выделяется отдельная красивая дача дом писателя Парфенова, который, когда – то здесь поселился.
С веранды этой дачи открывается чудесная панорама, которую можно обозревать, когда солнце освещает противоположный берег Камы. Обратный путь выбрали, свернув вправо от основной дороги, и углубились в лес. Идем по тропе. У всех хорошее приподнятое настроение. Отдохнули от всех проблем и забот. Мы, это небольшая компания из первого отряда приехавших ко мне на работу специалистов, молодых инженеров.
– Опять от меня сбежала последняя электричка…
Запевал Николай наш механик, и все подхватывают, подпевая
– И я по шпалам опять по шпалам иду домой по привычке.
Популярную в то время песню Давида Тухманова.
– Нет, нет давайте.
– Как хорошо быть генералом! – вскрикнул Рувим Бунимович, после того как пропели электричку. ….
–– Буду я точно генералом, буду я точно генералом, если капрала, если капрала переживу.
Рувим был удивительным человеком. Он говорил быстро – быстро, и порой невозможно было осознать те первые фразы, которые он произнес раньше, а он уже говорил следующее. Его жена молоденькая Роза сестра райкомовского секретаря Аминовой шла рядом и восторженно смотрела на своего мужа. Для меня Рувим был большой находкой. Он великолепно разбирался в тонкостях функций заказчика по строительству, особенно в комплектации оборудованием.
Вышли на большую освещенную солнцем поляну.
– Ребята давайте «Подмосковные вечера»
Это предложила Вера – из группы рабочего проектирования.
В то время, без этой песни не проходил ни один самодеятельный концерт.
Незаметно прошли лес, вышли на открытое место и вот уже показались очертания нашего нового города. Хорошо прошел этот день. Всё нормально.
Уже полгода как я в Нижнекамске. Живу. Напряженно работаю.
С чего начинать, что делать эти вопросы даже не возникали. Я просто работаю, как будто и прежде только и занимался таким делом. Дело все же другое по сравнению с тем, что было прежде. Производства пока нет. Есть функции Заказчика. На очереди важный объект нашей базы – Котельная. Это 4–е водогрейных котла, железнодорожные подъездные пути, крупное хранилище мазута. Топливо для котлов мазут. Важность состоит в том, что наша котельная предназначена, прежде всего, для подачи тепла в город, а затем для производства. Основным источником тепла для города будет ТЭЦ, которую также начали строить, а пока наша котельная.
Недавно приезжал начальник нашего главка из Москвы, Наум Роговин. Он чистой воды энергетик и понимает толк в паровых котлах. Накануне его приезда мой главковский куратор Валентина предупреждала:
– Готовьтесь, Наум Александрович будет задавать вопросы по воде.
––Как по воде? – удивился я.
– А, так. Вода бывает разной, и имеет разные свойства. Знание этих свойств важно. Уже многие, там, куда он приезжал, погорели на этих вопросах.
Мы готовились, но все, же без казусов не обошлось.
––Какая жесткость? – спросил Роговин.
– Нормальная.
Ответил мой механик, который отвечал за пуск и эксплуатацию котельной.
– А pH?
–– В норме – продолжал механик.
«– А конкретно», – спросил Роговин.
Механик замешкался, и невнятно промямлил:
– Ну, где-то в пределах 10, 5…, я уточню…
– Вот, что друзья, вы ребята молодые и должны чётко усвоить:
сказал начальник главка. И как учитель на уроке, выговаривая каждое слово, продолжил:
– От качества питательной воды зависит нормальная работа котельных агрегатов. Физико – химические свойства воды должны характеризоваться следующими показателями: прозрачность, содержание взвешенных веществ, сухой остаток, солесодержание, окисляемость, жесткость, щелочность, концентрация растворенных газов (СО2 и О2).
– И запомните. Общая жесткость питьевой воды должна быть не выше 7,0 ммоль/л, а сухой остаток –1000 мг/л, а рН – от 6,0 до 9,0.
–– Проверьте, Гелий Иосифович, это очень важно, – поручил мне Роговин.
Мы затем проверили, вроде бы всё было в порядке. Однако через два года уже после ввода в эксплуатацию, под новый год в сильные сорокаградусные морозы, с нашими котлами произошла авария. Новый город из-за останова подачи тепла оказался на грани замерзания. И причиной тому оказалась вода. Для предотвращения коррозии труб и теплообменного оборудования в воду, как, оказалось, добавляли не те ингибиторы коррозии. Роговин был прав в своих требованиях технической грамотности персонала. Но об эпизоде с зимней остановки котельной отдельный разговор.
В моей жизни пока бытовая неустроенность. Временно живу в посёлке в деревянном щитовом доме. Посёлок был первым, что построили здесь. Он расположен в стороне от будущего города. Дороги грунтовые. После любого небольшого дождика, непролазная черная липкая грязь. Только резиновые сапоги, другой обуви здесь не место. Тут же в поселке, где в одном из домиков моё управление из нескольких комнат.
На всё это не обращаю внимания. Вскоре в первом городском доме жду квартиру, которую наметил использовать на двоих со своим главным инженером Непогодным Гелием Андреевичем. К этому времени жду его приезд из Казани.
На нашей базе уже воздвигнуты стены будущего заводоуправления и лаборатории.
БСИ – база строительной индустрии, запроектирована для полного обеспечения будущей крупной стройки всем необходимым.
Территория расположена на значительном расстоянии от будущего города, как бы посредине пути между городом и промышленной площадкой химического комбината.
Это большая территория примерно 20 гектар. С востока примыкает разветвленная сеть подъездных путей специально вновь построенной грузовой железнодорожной станции Нефтехимкомбината. Несколько веток заходят на территорию базы. Справа площадку обрамляет дорога, с твердым битумным покрытием ведущая к реке Кама. На территории базы должны быть воссозданы целый ряд крупных предприятий с многопролетными цехами, мощная установка по производству товарного бетона и бетона для завода железобетонных конструкций, цементные, сырьевые склады с железнодорожными весами и пунктами разгрузки, производство керамзита, асфальта. Цехи для монтажников металлоконструкций, сборки технологического оборудования, электриков, сантехников и других организаций. Товарные склады, оборудованные подъездными путями, погрузочно-разгрузочными рампами и козловыми кранами.
Я как директор этого строящегося предприятия являюсь вроде бы, как хозяин этой большой промышленной недвижимости. Естественно, с первых дней моего существования возникал вопрос, как это всё поделить между мной и строителями. Я прекрасно понимаю, что всё предназначено для стройки. Когда строительный трест намерен, поселиться в здание заводоуправления базы, не возникает и мыслей, что это неправильно. И все-таки предстоит борьба за право принадлежности ряда инфраструктурных цехов к моему будущему заводу. И действительно в будущем пришлось пережить целый ряд конфликтов, чтобы отвоевать для нас жизненное пространство. Уже шесть лет назад в стране было принято постановление о переходе к территориальному принципу управления по экономическим административным районам и об образовании совнархозов. Мы относимся к средне – Волжскому Совнархозу с центром в г. Куйбышеве (Самаре).
Приезд высокого начальства
В Нижнекамске ждали приезд председателя Совнархоза, Марева Алексея Тихоновича.
Начальство вначале осмотрело площадку химкомбината, а затем приехало на базу, которая также пока еще была в проекте. Площадку строительства рассматривали из большой комнаты заводоуправления, расположенной на пятом этаже. Докладывал начальник стройки Королёв Евгений Никифорович. Это был опытный своеобразный руководитель, приехавший в Нижнекамск с Дальнего Востока, где он прежде также руководил строительством в составе МВД СССР в чине, как говорили, генерала. Надо сказать, что Минэнерго вышло из Министерства внутренних дел, где осуществлялись крупномасштабные проекты. Большинство так называемых комсомольских строек осуществлялось в основном силами ЗК, лагеря которых были в подчинении этого ведомства. Но об этом я тогда ещё не знал.
После осмотра базы поехали на площадку будущего города. Когда осмотр закончили секретарь райкома Наиль Юсупов, предупредил меня, что к 16 часам следует приехать в район Красного Ключа на озеро, где в кают– компании парохода будет продолжено совещание, и организован приём.
В месте впадения в реку одной из проток Камы её перегородили земляной перемычкой, затолкав грунт бульдозерами. Предварительно в эту протоку или затон, отбуксировали старинный купеческий пароход то ли приобретенный, то ли взятый в аренду у камского пароходства.
Для меня возникла одна из первых проблем. Как добраться до этого парохода? На чём доехать?
Легковой машины тогда у нас еще не было. Единственный транспорт, имевшийся в моем распоряжении, был старый грузовик ЗИЛ–5. Никуда не деться, пришлось воспользоваться грузовиком. Я постарался подъехать несколько в сторону от этого места, чтобы не выглядеть белой вороной среди легковых машин начальства. На пароходе распоряжался один из заместителей директора комбината, указывая каждому его место. Начальство, наконец, подъехало.
Надо сказать, что пароход удивил меня своей сохранившейся, прекрасной отделкой. Панели из красного дерева, зеркала. В одной половине нижней палубы в большом зале проводилось совещание. Здесь докладывал главный хозяин будущего комбината, да и города Лемаев Николай Васильевич – директор химкомбината. Назывались сроки ввода первых объектов. В том числе считалось важным форсировать строительство базы, без которой будет сложно продвигаться вперед. Затем выступал управляющий трестом. После обсуждения хода строительства все перешли вместо «чаепития». Во второй половине от прохода была столовая зала, в которой молоденькие официантки, одетые в красивую ресторанную униформу, подавали угощения. Пожалуй, впервые мне пришлось отведать стерляжью уху. Это было вкусно.
– Следует доставать легковую машину, ездить на встречи на грузовике неприлично!
Как я уже писал на первых порах, нас подчинили управлению в г. Ставрополь–на–Волге (Тольятти). После ввода в эксплуатацию Куйбышевской ГЭС в Ставрополе развернулось строительство целого ряда крупных заводов разного машиностроения и химии.
Еду в УСЭПП, это управление обязали организовать поставки необходимых для строительства железобетонных конструкций в Нижнекамск. Знакомлюсь с руководством. В составе объединения действует ряд крупных промышленных предприятий по производству строительных материалов, сборного железобетона, металлоконструкций. По техническому оснащению и своим возможностям, по сравнению с Казанскими предприятиями, где я прежде работал, они значительно мощнее и оснащены по тем временам передовой технологией. Посещаю заводы. Директора встречают внимательно, лично знакомят со своими предприятиями. Позже со многими из них у меня сложились дружеские отношения на долгие годы.
Производственный отдел управления увязывает сроки изготовления деталей разными заводами, и проводит большую подготовительную работу. У них чётко организована комплектация строительных объектов. Учусь. Очень важно всё это освоить.
Первый производственный шаг – мне поручают организовать на месте, в Нижнекамске, приемку заказов и согласование поставок для треста «Татэнергострой».
Это важная и ответственная работа. Некоторый опыт у меня есть, который я приобрел в Казани на заводе КПД.
Чтобы больше не возвращаться к этой теме расскажу, как обычно, происходил этот процесс.
Структура организации строительства представляла собой ряд специализированных строительных управлений. Одни работали по сооружению промышленных объектов, другие города, третьи инженерных сооружений дорог и коммуникаций.
Проектные институты по всем сооружениям были расположены в Москве. При проектировании в здания закладывались либо типовые детали, рекомендованные для применения в стране, либо индивидуально сконструированные.
Строительные управления работали по рабочим чертежам этих институтов. Заказы на поставку конструкций делались на квартал вперед в общих объемах и конкретно за 15 дней до начала следующего месяца.
Успеть подготовить производство, нетиповых конструкций в эти сроки, было сложно и всегда, между нами и строителями, возникали противоречия при комплектации конкретных сооружений. Эти противоречия обычно разрешались на различных оперативных совещаниях с участием крупных министерских чиновников или, как правило, партийных боссов.
1964–1965 годы
В эти годы осуществляется сооружение непосредственно завода и других объектов инфраструктуры. Иногда не так быстро, как бы этого хотелось, но продвижение есть.
Строители рвутся к выполнению денежных объемов. Для меня в первую очередь важны такие цехи, которые обеспечивают функционирование всего заводского организма. Это инженерные сети, энергетика, котельная, компрессорная, кислородная станция. Со строителями разногласия.
Ввели котельную, обеспечили отопительный сезон 63–64 годов. Однако котельная работала на временном электроснабжении, не были введены основные ёмкости для топлива (мазута).
Недавно приехал Илья Малкин опытный инженер. Он приглашен на должность Главного энергетика.
Вместе обходим территорию. Трансформатор для электроподстанции прибыл неделю назад, разгружали 25 тонным краном на гусеничном ходу. Высоковольтная линия уже смонтирована, и подведена к месту подключения.
По территории завода должны прокладываются коммуникации, высоковольтного и низковольтного электропитания, телефонии, водопровода технической и питьевой воды, сжатого воздуха, канализации водостоков и бытовых отходов.
– Илья Борисович, – обращаюсь к Малкину, – сети запроектированы разными специалистами, как черви пересекаются, друг с другом и располагаются в различных местах. Хотелось бы там, где это возможно проложить их в одном проходном туннеле. Это значительно улучшит эксплуатацию.
– Для нас важно разобраться со всеми коммуникациями. Прошу Вас, изучите расположение сетей. Желательно, чтобы в этом году все коммуникации были проложены. Если мы этого не сделаем, то в следующем году, когда приступим к основной эксплуатации, ездить по территории будет невозможно. Сколько вам потребуется времени?
– Думаю 7–10 дней. Мне также нужно выяснить полную картину с комплектацией сетей высоковольтными и низковольтными кабелями, различными трубами. Желательно понять, как это все связано в планах строительства.
– Хорошо, я дам команду Бунимовичу, чтобы помог вам в этих вопросах.
– Еще одно из первоочередных дел – электроподстанция – добавляю я.
– Следует срочно подвести трансформатор к месту, сдать его в монтаж. Все комплектующие и трансформаторное масло уже получены. Постарайтесь, встретится с монтажниками, и договориться о сроках пуска в ближайшее время!
Важный цех «компрессорная» из шести мощных компрессоров, все уже смонтированы, нет питания. Компрессоры предназначены для выработки сжатого воздуха, без которого функционирование завода невозможно.
Примерно через десять дней рассматриваем коммуникации. Малкин подробно разобрался, и делает квалифицированный анализ. На совещание приглашаю все инженерные службы. Подробно разобрав ситуацию, останавливаемся на ключевых позициях.
–– По имеющимся в настоящий момент данным, – докладывает Малкин,
–– на критическом пути, находится прокладка канализации с её врезкой в главный коллектор, идущий к городским очистным. К сожалению, эти коммуникации не числятся в плане года. Нет канализационных труб большого диаметра. То, что строителям выделили, не обеспечивают их потребности в прокладке даже на химии. А химия у них идет в первую очередь.
– Что будем делать? Какие предложения? – обращаюсь я к присутствующим.
– Предлагаю – берет слово Бунимович – найти трубы, получить их в наши руки, то есть их оплатить, разгрузить на нашей территории. С Хамидуллиным начальником управления по прокладке коммуникаций, я договорюсь. Я подписываю процентовки, и постараюсь сделать это так, чтобы для Хамидуллина было трудно отказаться от моего предложения. Относительно согласования с Королёвым Гелий возьми это на себя.
Решение принимаем. Я специально еду в Москву. На одном из заводов нашего главка выпускаются нужные трубы. С большим скрипом в главке добиваюсь выделения этих труб. Затем еду на этот завод и, лично с директором, договариваюсь о поставке.
Трубы получены. Бунимович, как и обещал, решает проблему с Хамидуллиным.
Малкин появился вовремя, при его непосредственном участии пришлось внести целый ряд корректив, даже перекладывать отдельные коммуникации, устранять брак. В итоге работа в этом году позволила в будущем иметь на территории полный комплект всех коммуникаций и в нормальных условиях приступить к эксплуатации завода.