Сборник рассказов. Фантастика и фэнтези. Серая Тень

© Юрий Иовлев, 2025

ISBN 978-5-0068-2338-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Серая тень

Дорога, ведущая в столицу королевства Лемогрит город Исткор, уютно устроилась между широких зелёных полей, постепенно становясь всё шире. Исполнившись большой гордости по поводу того, что она выполняет важную миссию, доставляя ко двору королевских гонцов с ответственными государственными поручениями, отряды рыцарей, возы с продовольствием и многое, многое другое, она резво подставляла своё полотно под копыта спешащих по ней всадников, колёса возов, карет и телег. По краям от дороги появлялось всё больше селений, и всё чаще попадались виднеющиеся вдали одинокие замки и маленькие крепости. Полуденная жара, обычная в это время года, уже спадала, предоставляя возможность ожившему и появившемуся невесть откуда ветерку нести вожделенную прохладу. Впрочем, ветерок в этот раз, похоже, не удовлетворился великодушно предоставленной неосмотрительной жарой возможностью, и решил, под шумок, нагнать из-за горизонта серые тучи, которые стали потихоньку наползать на солнце. Но небесное светило возмутилось от такого покушения на его божественный лик, оно упорно проглядывало сквозь незваных гостей, не давая им превратиться в тёмных мохнатых толстопузых чудовищ, готовых пролиться на землю мокрым дождём. Эта отчаянная борьба непрошенных кудлатых гостей, нагоняемых хитрым интриганом – ветром, и небесного владыки подгоняла едущих по дороге всадников и возниц, а также спешащих укрыться от возможного дождя пеших путников, к городским воротам одного из крупных городов Лемогрита, самого большого и известного центра торговли королевства – Галта.

Двое усталых и пропылённых путников тоже спешили укрыться за вожделенными городскими воротами, подгоняя коней.

– Что это за город? – задал вопрос Берк Оло.

– Это – Галт. Один из крупнейших торговых центров нашего королевства. От Галта всего два дня пути до Исткора, – ответил Лаар Бост. – В Галте расположен самый большой рынок, на него стекаются товары не только из различных областей нашей страны, но туда же везут свои товары купцы и из других государств.

– Прекрасно, – обрадовался Берк, – скоро наступит вечер, мы можем найти здесь приличную гостиницу и остановиться на ночлег.

– Ты снова предпочитаешь сразиться с колдунами и их слугами, возможности спокойно переночевать в ближайшем лесу, – рассмеялся Лаар.

– Я не думаю, что после полученного урока в таверне Три розы, они опять захотят напасть на нас в гостинице, да ещё и посреди крупного города, где полно стражи, – серьёзно ответил Берк Оло, направляя своего коня к высоким и широким городским воротам.

У ворот скопилось некоторое количество телег с товарами и возов с продуктами. Все торопились как можно быстрее проникнуть в город, опасаясь дождя. Естественно, как всегда, нашлись те, которые захотели пролезть без очереди, что вызвало горячую перепалку, и ругань. Несколько бородатых возчиков, остановили двух наглецов, перегородив им путь, хватая коней под уздцы и разворачивая их в сторону от ворот.

– Куды прёшь, – кричал огромный мужик в помятом сером армяке с длинным хлыстом в левой руке. Правой он тянул на себя упряжь, пытаясь не пустить повозку с продуктами.

Возница в повозке отругивался, вяло пытаясь достать мужика кнутом.

– Ну шо, ну шо? – повторял он, не пытаясь слезть с облучка. – Ну шо ты моево конягу хватаешь? Я харчи везу самому наисветлейшему Эвриру. Спортются енти харчи тута стоямши, наисветлейший с меня шкуру спустят.

– Врёт он всё, – вмешался рябой возчик, подскакивая к повозке и тоже хватаясь за дышло. – На рынок он завсегда харчи свои возит. Куды его с такой харей к наисветлейшему пустят? Кажный раз без очереди пролезть норовит. Он завсегда блазнить[1] горазд.

Лаар, не слушая эти распри между возчиками, направил своего коня прямо на их скопление, словно ледокол, взламывающий лёд на реке в Эвелиры, раздвинул толпу возниц, купцов, и сопровождающих их охранников, и добрался до четырёх городских стражников, пытающихся организовать видимость порядка перед воротами, и взимающих пошлину за проезд. Берку Оло ничего не оставалось, как последовать за своим спутником в кильватере. Заплатив по мелкой монете стражникам, путники проехали через ворота и оказались в городе. Узенькие, мощеные каменной брусчаткой улочки Галта, ловко лавируя, пробирались между стенами двух-трехэтажных домов с разноцветными крышами, они упирались в площади, сходились там и лихо разбегались в разные стороны. Лаар уже бывал раньше в этом городе, поэтому сразу же поехал вперёд, показывая дорогу к неплохой гостинице. Берк, миновавший ворота следом за своим спутником, огляделся по сторонам и увидел гнолла, сидящего верхом на штабеле из бочек, уютно устроившихся около городской стены. Гнолл шестипалой лапой сделал знак Берку, привлекая его внимание, странно изогнув своё запястье и указав длинным пальцем с острым когтем на конце на один из домов, расположенный недалеко от ворот. Берк Оло кивнул гноллу, в знак того, что понял его, и гнолл, показав острые зубы с двумя небольшими клыками, что, вероятно, по мнению самого гнолла, означало улыбку, скатился с бочек и исчез за ними, словно растворился.

Лаар, уехавший вперёд, ничего этого не заметил, и остановился только в конце небольшой улочки, поджидая Берка. Они проехали по узеньким городским улицам, пересекли несколько площадей и, наконец, нашли здание гостиницы. Это была одна из рядовых гостиниц, не слишком дорогая, но и не из тех, в которых обычно селятся бедные бродяги и крестьяне, приехавшие в город за покупками. Вышедшие навстречу слуги, одетые в некое подобие униформы, довольно заношенной и заштопанной в нескольких местах, взяли лошадей и отвели их в конюшню за гостиницей. А хозяин, отличающийся от своих слуг, более новой и дорогой одеждой, повел гостей в большой зал, где они заказали себе хороший ужин, так как изрядно проголодались с дороги. Трапезный зал в этой гостинице был не в пример больше того, что они видели в таверне Три розы. Здесь было больше и столов, и посетителей, сидящих за ними. Лаар, как и в прошлый раз выбрал дальний столик в углу и уселся лицом к залу. Пока две молоденькие смазливые служанки в простых, но довольно опрятных тёмно-синих платьях и чистых белых передниках, приносили господам заказанные блюда и напитки, ясный внимательно осмотрел зал, пытаясь обнаружить в нём подозрительных личностей. Результат этого осмотра оказался неутешительным – все присутствующие в этом зале казались Лаару подозрительными. Он обнаружил двенадцать переодетых и замаскированных ниффанов, двух подозрительных личностей, явно тянущих на колдунов и не менее полутора десятков их приспешников, похоже из числа лесных разбойников, среди которых двое точно были обратившимися в людей волколаками. Когда служанки, явно пытающиеся обратить на себя внимание двух симпатичных рыцарей, уставив их стол различными блюдами, принесли по большой глиняной кружке пенного пива и, несколько раз оглянувшись, удалились восвояси, Бост шёпотом, закрывая рот рукой, сообщил о своих подозрениях Берку.

– Успокойся, – улыбнулся в ответ ему Берк Оло, – наших врагов здесь нет. Это всё простые горожане. Думаю, что сегодня ночью я стану чуточку умнее, и мы сможем лучше оценить нашу диспозицию перед выездом из города.

– Откуда ты всё знаешь? – удивился Лаар, ещё раз оглядывая зал, и пытаясь делать это незаметно. – И почему ты так уверен? Мне они все кажутся подозрительными.

– Я уже говорил тебе, что у меня есть Дар, – терпеливо, как маленькому ребёнку, разъяснил ему Берк, – и я могу чувствовать людские эмоции и настроения. Давай, лучше покончим с ужином и снимем комнату, тебе необходимо выспаться.

– А тебе? Ты что, спать не собираешься? – перестав осматривать зал, снова посмотрел на него ясный.

– И мне тоже нужно поспать, – доверительно тронул Лаара за руку его спутник, – но перед сном я собираюсь немного прогуляться по ночному городу.

– Я пойду с тобой, – встрепенулся Бост. – Я не оставлю тебя одного в незнакомом городе.

– Нет, – не согласился Берк, – у тебя будет другое очень важное дело.

– Какое?

– Всё узнаешь, но не здесь, а в комнате, – улыбнулся ему Берк Оло, вставая из-за стола. – Думаю, тебе это должно понравиться.

Закончив ужин и расплатившись с хозяином полновесной золотой монетой с профилем Абреса Справедливого, они сняли приличный и просторный номер на втором этаже, состоящий из двух небольших спальных комнат, выходящих в маленький тесный коридорчик. В этом же коридорчике ютилась дверь отдельного туалета с умывальником и входная дверь номера, выводящая в основной коридор гостиницы. Лаар с удовольствием растянулся на большой и удобной кровати и заявил, что теперь-то уж ничто не помешает ему выспаться. Берк по своему обыкновению внимательно осмотрел весь номер и, удовлетворив свое любопытство, уселся у небольшого столика в своей комнате. Он достал прозрачный огранённый кристалл, похожий на большой кристалл горного хрусталя, испускающий слабое зеленоватое свечение, и стал внимательно осматривать его, осторожно поглаживая грани пальцами и словно прислушиваясь к чему-то, взгляд его стал отрешённым, а лицо как будто окаменело. Заинтригованный Лаар Бост, подошёл к дверному проёму, прислонился плечом к косяку двери, и стал молча следить за своим спутником. Вдруг, Берк Оло, словно сбросив оцепенение, положил кристалл на кровать и поднёс к нему левую раскрытую ладонь. Кристалл ожил, свет, идущий от него, стал немного сильнее, и внутри кристалла туманно проступило чье-то лицо, послышался негромкий приглушённый старческий голос, говоривший словно издалека.

– Рорк, мальчик мой, я не сказал тебе одну вещь. Этот Берк Оло взял у Крау два магических камня: Молниеносный и Разговорный, и в этом его ошибка, мы можем повернуть это в свою пользу. Я сомневаюсь, что он сможет ими управлять, скорее всего, он думает, что это просто драгоценные камни и не ведает об их магической силе. Но ты сможешь следить за ним и, даже, подслушивать его разговоры с другими смертными, через Разговорный камень. Не многие из нас умеют это делать, и знают об этом, но ты должен был проходить это искусство на Пятой ступени.

– Да, Учитель, – ответил другой голос, более молодой и громкий, словно бы он находился ближе, – я знаком с такими заклинаниями. Мой наставник, Арак, показывал мне, как это делается. Отличная идея! Мы можем быть в курсе всех его планов.

– Хорошо бы забрать у него эти камни, – снова раздался приглушённый старческий голос, – возможно Днигхирру, который сейчас находится там, поможет нам справиться с этой задачей.

– Я все сделаю, как Вы скажете, Верховный Учитель, не беспокойтесь.

– Я не сомневаюсь в тебе, мой мальчик, желаю удачи! Как доберешься до Исткора, сообщи мне.

Кристалл погас и Берк, усмехнувшись, спрятал его у себя.

– Здорово, – восхищенно сказал Лаар, входя в комнату и садясь напротив кровати на стул, – я все больше поражаюсь твоим знаниям и умениям. Многому же ты научился на своих далёких островах.

– Ты же хотел отдохнуть, – поднялся на ноги Берк, – давай ложись пораньше и выспись хорошенько.

– А как же важное дело, которое ты мне обещал? – напомнил ему ясный.

– А это и есть твоё важное дело. Помнишь, я рассказывал тебе о колдунах седой древности? Хочешь попасть в далёкое прошлое и узнать о них побольше, войдя в сознание одного из них?

– А, разве такое возможно? – на лице Лаара отразилось удивление.

– Вот, видишь этот кристалл, – Берк Оло снова осторожно достал прозрачный камень, при помощи которого он только что подслушивал разговор колдунов. – Колдуны называют его Разговорный, он может передавать слова и образы на большое расстояние. Но колдуны не знают ещё об одной способности этого колдовского кристалла – он способен улавливать мыслеобразы, записанные на информационной матрице этого мира и транслировать их в мозг человека. Нужно только соответствующим образом настроить его и подобрать условия для восприятия.

– Вы там на своих островах употребляете слова, значения которых мне не известны, – возмутился ясный, – ты не можешь изъясняться попроще? А то я почти ничего не понял. Что за инвор-ми-рац-онные матрацы такие? И кто, как и зачем на них пишет?

– Ладно, извини, – рассмеялся Берк. – Постараюсь объяснить проще. Ты ложишься спать, а я настраиваю кристалл на получение сведений из прошлого. Тебе снится сон, в котором ты в это прошлое попадаешь и там гуляешь. Но сон этот будет настолько настоящим, что ты не сможешь отличить его от реальности.

С этими словами Берк Оло прошёл в комнату Лаара Боста, приглашая его следовать за собой. Ясный недоверчиво вошёл следом и остановился у своей кровати, вопросительно глядя на своего спутника.

Ложись на спину, – коротко приказал ему Берк.

Лаар, заинтригованный, лёг на кровать, поднял глаза на своего товарища и спросил:

– Ну и что дальше? Я вряд ли так усну, ты разбудил во мне недоверие пополам с любопытством.

Берк, не говоря ни слова, положил светящийся кристалл под подушку Лаара Боста, поднёс руку к его лбу, подержал немного, взор ясного затуманился, он медленно закрыл глаза, расслабился и ровно задышал. Берк Оло постоял ещё немного возле постели спящего Лаара, затем вытащил Молниеносный кристалл, укрепил его за лепной фигуркой на стене под потолком, так, чтобы кристалл контролировал входную дверь и окно, и волевым импульсом активировал его. Затем он пошёл в свою комнату, надел кольчугу, прицепил к поясу меч, а на другой бок ножны с кинжалом и вышел из гостиницы в ночь, спустившуюся на город.

На обширном чёрном бархатном полотне небосвода кто-то щедро разбросал ярко светящиеся крупные жемчужины звёзд. Заметно округлившийся, но всё ещё рогатый любопытный Оту одним глазом уже заглядывал за городскую стену, пытаясь выяснить: что ещё натворит этот странный человечек, дерзнувший бросить вызов могущественным колдунам. Озорник ветер, которому так и не удалось устроить дождь в окрестностях Галта, этим вечером, исподтишка снова готовил маленькую подлость любознательному рогатому спутнику планеты, собирая в северной части ночного небосклона тучные стада дождевых облаков, постепенно наползавших на город, готовящихся закрыть его от любопытных взглядов сверху. Городские улицы в это время были тихи и пустынны. Редкие фонари, мерцая неверным светом, пыжились разогнать ночную тьму, заполняющую пространство между домами, но у них это плохо получалось. Тьма, накрывшая чёрной полупрозрачной вуалью спящий город, скрывала в своих объятиях ночной люд, выползающий из своих лежбищ, трущоб и подвалов. Воры, убийцы, разбойники, насильники, садисты, извращенцы облюбовали в это время суток, покрытые тьмой улицы и переулки, для свершения своих чёрных дел. Прячась в тени домов, в подворотнях и глухих тупиках, они поджидали запоздалых прохожих, или глупых смельчаков, которые дерзнули прогуляться по улицам в эту пору. Городская стража не могла обеспечить безопасность горожан в ночное время ввиду своей малочисленности и плохой организации. Отдельные редкие патрули, состоящие из трёх – пяти человек, вооружённых, как правило, глефами[2] или алебардами[3] и короткими широкими мечами, носимыми на поясе, охраняли районы, принадлежащие богатым, зажиточным горожанам, очень редко появляясь в кварталах ремесленного люда или бедноты. Преступное сообщество, объединяющее всё лихое племя, делилось на гильдии, возглавляемые вожаками, обладавшими внутри своей шайки определёнными уважением и авторитетом. Вожаки собирали дань со своих подопечных и общались с заказчиками, как правило, происходившими из местной знати или купцов. Заказчики не так уж редко обращались к вожаку той или иной гильдии, с просьбой украсть какую-либо ценную вещь, документ, наказать или убить неугодного им человека. Платили они за это приличные суммы золотом, в зависимости от сложности заказа или стоимости украденной вещи. Поэтому вожаки гильдий были уважаемыми людьми в городе, их могли бояться, могли ненавидеть, но их уважали и к ним обращались, иногда, даже, за помощью и поддержкой. В Галте существовали две самые крупные гильдии, одна из них объединяла воров, а другая – убийц. Гильдией воров руководил некто, скрывающийся под именами Отец и Серая Тень. Атамана гильдии убийц все знали под именем Чёрный кобольд. Иногда к их предводителям обращались заказчики, находящиеся за пределами города, например, правители областей, королевские придворные из Исткора, ниффаны или колдуны. Это происходило не часто, но такие заказы были денежными, и руководители гильдий брались за них охотно и выполняли с особой тщательностью и рвением.

Выйдя из гостиницы, Берк Оло направился к городским воротам, с удовольствием вдыхая чистый ночной воздух и любуясь стоящими вдоль улицы, словно солдаты на параде, каменными и деревянными домами. Здесь не было никакого однообразия, каждый хозяин строил свой дом в зависимости от богатства своей фантазии, толщины кошелька и возможностей гильдии строителей. Он любил гулять по таким старинным, относительно небольшим городам, чем-то напоминающим средневековые города Европы, и в то же время, значительно отличающимся от них, когда удавалось попасть туда. Было в этих городах, в чём-то неуловимо схожих между собой, и в то же время таких разных, своё очарование. Уже недалеко от городских ворот, когда он, пройдя тускло мерцающий в ночи фонарь, в основном, освещающий самого себя, вошёл в густые сумерки, от ближайшей стены отделились трое бродяг, двое из которых были вооружены длинными ножами, а один обоюдоострым боевым топором на короткой рукояти. Бродяги, одетые в сильно поношенную неопрятную одежду, источая хорошо различимый запах пота, молча, начали приближаться к Берку, полукольцом охватывая его и прижимая к стене противоположного дома.

– Вы ошиблись, уважаемые, – весело сказал им Берк, даже не думая доставать меч из ножен, – я вам не по зубам, советую поискать другую добычу.

– Сымай пояс с мечом, ясный, и давай сюды свой кошель, – хрипло произнёс стоящий перед ним широкоплечий и рослый детина с рябым плоским лицом, чуть не до самых глаз заросшим густой рыжей бородой, показательно поигрывая своим длинным ножом. – А то щас ты у нас по ентим самым зубам враз и схлопочешь.

Берк Оло краем глаза отметил, что бандит с обоюдоострым топором во время этой речи, зашёл к нему за спину, и со словами:

– Я вас предупреждал, – неожиданно метнулся назад.

Бандит, зашедший Берку за спину, взмахнул топором, пытаясь нанести удар, но Берк одним плавным движением сместился в сторону, перехватил рукоять топора, и, используя импульс движения своего противника, резко крутанул топор, одновременно устремляя его вниз по крутой дуге. Бандит не удержался на ногах, неодолимая сила вырвала топор из его рук и швырнула под ноги своих подельников. Он полетел на землю, чуть не сбив их с ног. Они отшатнулись назад, пытаясь сохранить равновесие и не упасть, и увидели перед собой улыбающуюся «жертву» с боевым топором в руке. Неудавшиеся ночные грабители сразу же всё поняли и прыснули в разные стороны, упавший их товарищ, тоже вскочил, поскользнулся, снова поднялся и с громкими ругательствами бросился наутёк. Берк Оло отшвырнул топор в темноту, к стене дома и, как ни в чём не бывало, пошёл дальше. Он без дальнейших приключений добрался до дома, на который ему указал гнолл, остановился перед ним и прислушался. Улица была погружена во тьму, если здесь и имелись фонари, то они не горели. Двухэтажное каменное строение с двускатной крышей, одной входной дверью и небольшим крыльцом под покосившимся козырьком, казалось пустым и заброшенным. Несколько окон, выходящих на эту сторону улицы на фасаде здания, были темны и безжизненны. Тяжёлые дождевые тучи, несущие в своих необъятных раздувшихся животах огромные массы небесной влаги, уже заволокли половину неба, закрыв собой довольно высоко забравшегося на небесную твердь Оту, и выглянувшего из за городской стены Коса. Света звёзд не хватало, чтобы осветить погружённые в ночную тьму дома, и на городских улицах стало ещё темнее. Берк, немного постояв перед дверью, улыбнулся и, толкнув её, вошёл внутрь дома. Старая, видавшая виды деревянная дверь, обшарпанная, треснувшая в нескольких местах, протестующе заскрипела на ржавых петлях, жалуясь всему свету на свою незавидную судьбу, и нехотя открылась, повинуясь насилию. За дверью в небольшом коридорчике – прихожей стояла абсолютная темнота и тишина, словно говорившая:

– Ну, чего ты сюда заявился в столь неурочный час? Да тут давно уже никто не живёт.

Пахло прогнившими досками и старыми тряпками.

– Я знаю, что вы прячетесь за углом, – сказал Берк, остановившись у входной двери. – Выходите, или я сейчас повернусь и уйду.

Темноту прорезал свет сразу трёх вспыхнувших, словно по волшебству, факелов, и из-за угла в коридорчик выступили три громилы, удивительно похожих друг на друга, с короткими мечами, напоминающими гладиусы[4], в руках. Громилы были одеты в нагрудные кирасы, тёмные широкие штаны и короткие кожаные сапоги. Они придирчиво осмотрели вошедшего, и средний громила сказал густым басом:

– Наш отец пригласил тебя, он хочет поговорить с тобой. Сдай нам своё оружие и следуй за мной.

– Нет, детки. Оружие я вам не отдам, порежетесь ещё, это не игрушка, – ответил Берк. – Если ваш отец хочет поговорить со мной, то придётся ему разговаривать со мной так.

– Не заставляй нас отбирать его у тебя силой, – криво ухмыльнулся громила, – если наш отец зовёт кого-то, то они бегут к нему на полусогнутых и не кочевряжатся. Не балуй, отдай меч и кинжал по-хорошему и проходи к отцу, молясь многоликому Яру, чтобы выйти от него живым и невредимым.

– Ну, что ж, – широко улыбнулся Берк, – вы, конечно, страшно меня напугали, я теперь целую седмицу по вашей милости один спать бояться буду. Но оружие я вам всё – равно не отдам, возьмите сами, если сможете.

Громилы удивлённо переглянулись, и один из них, тот, что стоял справа, неожиданно, без всякой подготовки, быстро нанёс прямой удар гладиусом прямо в лицо Берку. Берк чуть сместился в сторону, пропуская меч мимо себя, перехватил запястье громилы и рванул его, продолжая движение и одновременно скручивая кисть руки с мечом внутрь. Громила всей своей массой, подавшись вперёд, по инерции, проскочил мимо Берка и вылетел на улицу, как пробка из бутылки с шампанским. Он не устоял на ногах, кубарем скатился вниз, сосчитав все ступеньки крыльца, и остался лежать на земле, постанывая и тихо ругаясь. Гладиус, как по волшебству, оказавшийся в руке Берка, тускло блеснул красным в свете факелов. Двое оставшихся громил, двинулись на Берка, выставив вперёд мечи и факелы. Берк плавным неуловимым движением скользнул к левому громиле, резким ударом ноги отправил факел ему в лицо, тут же переместился вправо и сильным коротким кистевым щелчком выбил меч из руки его товарища. Левый громила взревел как разъярённый кобольд, выпустив меч и схватившись руками за обожжённое лицо. Факел его, шипя и разбрасывая искры, покатился по полу, грозя поджечь дом. Второй, оставшись без меча, отмахнулся факелом, отшатнулся назад, и, споткнувшись о выступающий кусок гнилой доски пола, с грохотом полетел на спину. В этот момент распахнулась дверь в конце коридора.

– Что там у вас происходит? – раздался властный женский голос, и в светлом дверном проёме появилась невысокая стройная женская фигурка, одетая в тонкую золочёную кирасу, из под которой виднелись рукава голубой блузки с кружевным жабо, и чёрные узкие брюки, заправленные в короткие изящные сапожки, на боку у неё висел узкий прямой клинок, в ножнах, напоминающий что-то среднее между шпагой с ажурной гардой, защищающей всю кисть руки, и китайским мечом Дуйлянь Дзян[5]. – Я что, позволяла вам тут драки устраивать?

– Доброй ночи, Отец, – приветливо улыбнулся Берк Оло, делая шаг вперёд, – ничего особенного, просто детишки немного расшалились, это с ними бывает.

– А ты решил их отшлёпать в воспитательных целях? Ну что ж, заходи ко мне, сын мой, – в тон ему ответила девушка, отступая назад, – поболтаем немного.

Берк Оло, подошёл к лежащему на спине громиле, протянул ему руку и помог встать.

– Не спотыкайся больше сынок, и потушите факелы, а то ещё пожар тут устроите, – произнёс он, улыбаясь, и спокойно вошёл в освещённую четырьмя масляными светильниками комнату.

Комната была не очень большой и света от светильников вполне хватало. У стены притулилась узкая железная кровать, накрытая тонким серым шерстяным одеялом. Посередине стоял большой прямоугольный деревянный стол о четырёх круглых ножках, накрытый вместо скатерти толстым серым сукном с неровно обрезанными краями. Часть поверхности стола занимали какие-то бумажные свитки, рядом с которыми лежало несколько тонких книг в серых переплётах. В одной раскрытой книге на дешёвой бумаге, составляющей её листы, виднелись надписи, сделанные чёрными чернилами торопливым неровным почерком. Напротив некоторых надписей были пометки в виде непонятных значков, галочек и косых крестиков. Около этой книги располагалась чернильница – небольшой керамический сосуд с узким горлышком, из которого торчал стилос, фигурно вырезанный из кости какого-то животного. На ближней к входу части стола уютно устроилась пузатая бутыль из тёмного матового стекла со следами сургучной печати на горлышке и два толстостенных стеклянных стакана, один из которых наполовину был наполнен рубиновым вином. Рядом с бутылью, на криво оторванном промасленном куске листа бумаги лежало несколько пирожных с наполнителем, напоминающем желе из протёртых с сахаром лесных ягод. Рядом со столом стояли три простых деревянных стула, обтянутые по верху сиденья и спинки таким же толстым серым сукном, какое покрывало стол. Облезлые стены комнаты когда-то были покрыты блестящей краской цвета кофе с молоком, но сейчас они потускнели и обветшали. Вероятно, раньше под потолком висела большая люстра, сейчас о её существовании напоминали только наполовину спиленный крюк и чёрные пятна копоти от пламени дюжины свечей. Потом к стенам, скорее всего не очень давно, приделали масляные светильники, успевшие оставить на потемневшем от времени потолке слабые серые полупрозрачные пятна.