Сборник рассказов. Фантастика и фэнтези. Серая Тень

– Что будем делать, командир? – Габриэль Тотхё напряжённо наблюдал за объектом, потихоньку подтягивая его к грузовому люку.

– Пока не знаю, – задумчиво ответил Лешко, – попытки связи с ним результатов не дают. Сканирование ничего не показывает. Какой-то кот в мешке.

– По-моему, нужно брать его на абордаж, – озвучил своё мнение Сергей, – втянем в грузовой отсек и разберёмся.

– А ты как считаешь, Борис Васильевич? – обратился к вычислителю Артур.

– Объект никакой внешней опасности не представляет, – доложил Борис Васильевич, – излучения опасного для жизни людей не зарегистрировано, опасных микроорганизмов и вирусов на поверхности нет.

– Может на интромодуле его сначала обследовать? – предложил Борис.

Смысла не имеет, – ответил Лешко, – ничего нового мы не узнаем. С такого расстояния датчики Тахиона гораздо информативнее, чем датчики интромодуля.

Все замолчали, разглядывая неожиданного гостя, который висел в трёхстах метрах от грузового люка и был прекрасно виден на центральном экране. Прошло минут двадцать, ничего не менялось, объект так и висел, захваченный силовыми полями и не подавал никаких признаков жизни, даже свои передачи простейших импульсов прекратил, уже не реагируя на настойчивые запросы Бориса Васильевича.

– Ладно, – наконец решился Лешко, – будем, как выразился наш первый пилот – астронавигатор, брать! Борис Васильевич, приказываю, втянуть этого космического пришельца в грузовой люк и поместить в третьем ангаре. Только осторожно, втягивай на малой скорости со всеми возможными предосторожностями. Всем готовность номер один по аварийному расписанию.

– Будет сделано, – лаконично ответил Борис Васильевич, голосом Габриэля.

Объект осветился внешними прожекторами, которые поймали его в перекрестье, дрогнул и начал потихоньку втягиваться в переходную камеру грузового отсека Тахиона. Через полчаса он скрылся в недрах обширного грузового отсека.

А ещё через полчаса весь экипаж собрался в третьем ангаре, где, поддерживаемый захватами, на прочных тросах в нескольких сантиметрах от пола висел загадочный гость. Люди стояли на почтительном расстоянии и с большим интересом рассматривали странный объект, отливающий матовым тёмно-синим цветом в ярких лучах направленных на него прожекторов.

– Что же это может быть? – озвучил вслух интересующий всех без исключения вопрос Поль Этьен. – Что же это такое мы поймали в свои сети?

– Это может быть всё, что угодно, – негромко произнёс Леонардо, но звук его слов в повисшей тишине разнёсся по всему ангару. – Одно ясно, то, что мы встретили, имеет искусственное происхождение. Возможно, мы нашли космический корабль с погибшим экипажем, либо спасательную шлюпку с такого корабля. Возможно – автоматический зонд – разведчик, давно скитающийся по просторам космоса. А, может быть, это часть какой-то конструкции.

– А, возможно, ни то, ни другое и ни третье, – сказал Лешко. – Во всяком случае, на космический корабль он точно не тянет, двигателей у него нет, да и размеры слишком маленькие, скорее, тогда уж это спасательная капсула. Впрочем, сейчас мы попробуем это выяснить. Борис, как там у тебя дела?

– Борис Каменев, манипулирующий у небольшого пульта с экраном, повернулся к Артуру:

– Плохо, командир, объект абсолютно непрозрачен для всех видов слабых излучений. Может быть, попробовать просветить его пучками высокоэнергетических нейтронов, или гамма-излучением большой мощности?

– Нет, – подошёл к нему Лешко, изучая картинку на экране пульта, – а, вдруг, там живые существа?

В этот момент раздался короткий, но достаточно громкий звуковой сигнал. Поначалу никто, даже, не понял, откуда он исходит? Но повторный звук не оставил сомнений – сигнал издавал странный и загадочный космический объект.

– По-моему, – сделала несколько осторожных шагов в сторону объекта Елена Сергеева, – он пытается нам что-то сообщить.

– Вот и прекрасно, – улыбнулся Сергей, – вы с Ромеро у нас специалисты по контактам, вам и карты в руки. Попробуйте выяснить, что он хочет нам этим сказать?

– Попробуем, – задумалась Лена, коротко взглянув на Ромеро, как бы приглашая его присоединиться к ней, – только я прошу полной тишины.

– Борис Васильевич, – обратился к вычислителю Крантье, вставая рядом с Еленой, – имеют ли эти сигналы какую-либо информационную структуру?

– Нет, – раздалось в ангаре, – спектр сигнала однороден. Сигнал подавался на звуковой частоте пять килогерц.

– Ясно, – кивнула головой Елена, – видимо, он этим сигналом просто пытается привлечь наше внимание.

В этот момент снова прозвучал короткий гудок.

– Интересно, интересно, – сделал ещё один шаг вперёд Ромеро, приблизившись немного к объекту, – есть идея, что сигнал – это подтверждение, нечто вроде нашего да.

Тут же снова раздался короткий гудок.

– Ты нас слышишь? – спросила Лена, становясь рядом с Ромеро.

Гудок.

– Прекрасно, – обрадовался Ромеро. – Ты нас понимаешь?

Гудок.

– Нужно задать такой вопрос, чтобы он ответил отрицательно, – воскликнула Лена.

– Хорошо, – согласился Ромеро. – Ты – землянин?

Ответом было молчание.

– Ты из этой планетной системы?

Молчание.

– Ты из этой Галактики?

Молчание. Все изумлённо переглянулись.

– Так дело не пойдёт, – прервал её Ромеро. – Ты сейчас находишься внутри нашего звездолёта?

Гудок.

– Это – один палец? – неожиданно спросил он, поднимая кверху руку с растопыренными пальцами.

Молчание.

– А теперь один палец? – задала вопрос в свою очередь Лена, делая то же самое, но загибая четыре пальца и оставляя указательный.

Гудок.

Тут Сергей не выдержал, рванулся вперёд и подбежав почти к самому объекту, остановился метрах в пяти от него.

– Ты – живое существо? – волнуясь, закричал он.

Гудок.

– Ты находишься внутри объекта?

Гудок.

– Это – космический корабль?

Прерывистый гудок.

Сергей перевёл дух и радостно огляделся.

– Сергей, сейчас же вернись назад, – строго произнёс Артур. – Отойди на безопасное расстояние. Это ещё ничего не значит. Мы не до конца уяснили смысл этих сигналов, возможно, он не совсем правильно нас понимает, или мы его. Например, что означал прерывистый сигнал? Я, вообще, не понимаю, как он может правильно распознавать нашу речь?

В этот момент раздалось три гудка подряд.

– А это ещё что такое? – озадаченно потёр висок Ромеро.

– Спокойно, – Лена сделала ещё два шага по направлению к объекту, – будем выяснять.

Она окинула взглядом загадочный предмет и спросила:

– Три гудка – это единица измерения чего-то?

Гудок.

– Измерение расстояния?

Молчание.

– Период времени?

Гудок.

– Так, – удовлетворённо произнесла она, – это уже лучше. Три гудка – это интервалы времени в наших единицах измерения? Ты понимаешь, о чём я спрашиваю?

Гудок.

– Да откуда он может знать наши единицы измерения времени? – не выдержал Лешко. – Сергей, я приказал тебе вернуться назад!

– Хорошо, командир, – Сергей нехотя повернулся, сделал десяток шагов и встал рядом с Еленой.

– Это – минуты? – продолжила Елена.

Молчание.

– Часы?

Гудок, затем три гудка подряд.

– Что-то произойдёт через три часа?

Гудок.

– Да выйдет он наружу через три часа, – не выдержал Сергей, – неужели не понятно. Я прав?

И снова – гудок, затем, серия из трёх гудков.

– Почему он, – вдруг, возмутилась Майя Липатова, – может быть, она, или они.

– Сейчас попробуем узнать, – произнёс, молчавший до того Ромеро. – Вас много, там, внутри?

Молчание.

– Ты один?

Гудок.

– Значит, мы правильно тебя поняли, – медленно и внятно произнесла Лена, – через три часа по нашему бортовому времени нам следует ожидать твоего выхода наружу? Если да, то дай один короткий гудок, и один длинный.

Последовал один короткий гудок и один длинный.

– Здорово! – хлопнула в ладоши Вероника, не выдержав эмоционального напряжения. – Удивительно, но он нас прекрасно понимает, и через три часа мы его увидим.

– Нужно освободить его от захватов, – озабоченно произнёс Габриэль. – Борис Васильевич, сделайте так, чтобы через два часа объект стоял на подставке.

В этот момент из корпуса объекта выдвинулись шесть тоненьких опор и коснулись пола.

– Вот, это да! – восхищённо воскликнул Габриэль. – А наш таинственный гость не так уж прост. Мало того, что он каким-то образом понимает наш язык, так у него ещё и корабль с сюрпризами. В таком случае я снимаю захваты.

Объект чуть заметно вздрогнул, когда захваты отпустили его, и остался стоять на своих шести тоненьких опорах. Прожектора погасли, оставив обычное освещение в ангаре.

– Всем покинуть помещение ангара, – скомандовал Лешко, – вернёмся сюда к назначенному времени.

Члены экипажа с сожалением покинули грузовой отсек и собрались в кают-компании.

– Интересно, – сказала Жозефина Эвре, – когда все уселись за большим круглым столом, на котором перед каждым стояла большая чашка кофе, – откуда он прилетел сюда, и как он выглядит?

– Вылезет этакий огромный паук с человеческим лицом и клювом вместо рта и носа, – передёрнула плечами Марианна. – Бы-р-р.

– Ну, вот, придумала же, – возмутилась Вероника, – ты что, Герберта Уэлса начиталась, или ещё какой фантастики?

– Ну, паук, конечно, вряд ли, – задумчиво отпил из своей чашки Ромеро, – но, по-моему, он не язык наш понимает, а телепатией обладает и читает наши мысли. Поэтому и контакт так легко у нас с ним наладился.

– Да, хотелось бы побыстрее взглянуть на это чудо, – мечтательно произнёс Раско, – интересно всё-таки, как оно выглядит? Хоть чем-то похоже на нас? Возможно оно вообще не гуманоид.

– Думаю, что в общих чертах, его облик я описать смогу, – Вероника допила свой кофе и поставила чашку на стол.

– Каким это образом? – удивился Самвэл. – Ты, что, тоже телепат?

– Причём здесь телепатия? – повернулась к нему Вероника. – Есть общие законы биологии, которые почти так же хорошо работают, как и физические законы. Дело в том, что жизнь не возникает, где попало и как попало. Жизнь – это закономерная ступень эволюции материи, это её высшая и самая сложная ступень. Существует закон: чем сложнее организация материального объекта, тем уже рамки его существования. Элементарным частицам, например, всё равно, где существовать, то ли в недрах пылающих звёзд, то ли в ледяном открытом космическом пространстве. А, вот, такая структура, как атом, уже критична к звёздным температурам. Сложные органические молекулы не могут существовать при относительно слабых внешних воздействиях и распадаются под действием ряда факторов, таких как температура, ультрафиолетовое или жёсткое рентгеновское излучение и так далее. Нечего говорить о жизни, тем более разумной, для её существования нужны уже комфортные и вполне определённые условия.

– Ты не тяни, – едко перебил её Борис Мухин, – это всё нам самим хорошо известно из учебников. Ты нам про внешний облик этого загадочного пришельца расскажи. Ты обещала описать нам, как он выглядит.

– Хорошо, – согласилась Вероника, – могу прямо к облику перейти. Во-первых, он, как и мы, состоит из органических молекул, основой которых являются углеводородные цепочки. Углерод – уникальный химический элемент, обладающий особыми энергетическими свойствами. Ближайший его аналог – кремний не обеспечивает того разнообразия и гибкости образуемых структур. Во-вторых, универсальным растворителем, находящимся внутри его тела, и обеспечивающим выполнения всех его необходимых для жизни физиологических функций, является вода. В природе не существует более универсального растворителя, являющегося и, одновременно, уникальным средством переноса питательных веществ и сохранения внутренней энергии. Вода растворяет, практически, всё и тем самым обеспечивает то многообразие эволюционных вариантов, которые приводят к возникновению жизни на планетах, пригодных к её существованию. Итак, если принять эти два допущения, то всё остальное сложится как пазл само по себе. Вода существует в жидком состоянии в узком интервале температур, более того, при температуре тридцать шесть и шесть десятых градусов по Цельсию у воды есть энергетическая яма, то есть при этой температуре требуется затратить максимальное количество тепловой энергии, чтобы нагреть какой-либо объём воды на один градус. Это обеспечивает максимально возможную термо стабилизацию живого организма. Итак, подведём промежуточный итог: это разумное существо, имеющее белковую углеродную структуру с температурой тела в районе тридцати шести градусов по Цельсию, ну, плюс – минус пару градусов в обе стороны, разумеется. Соответственно, условия его обитания, где-то должны быть сходными с условиями, существующими на Земле, или на планетах земного типа. Я не буду утомлять вас и долго описывать, вытекающие отсюда вещи, типа того, что атмосфера, пригодная для дыхания этого существа, тоже похожа на нашу, с возможными вариациями по составу газов, в частности кислорода, а перейду сразу к его внешнему облику. Существо это, скорее всего, имеет четыре конечности.

– Это ещё почему? – вскинулся Педро Хуанес.

– Я сказала, скорее всего, – строго посмотрела на него Вероника. – Есть, конечно, небольшая вероятность того, что у него этих конечностей шесть, или даже восемь, но энергетически и эволюционно это не выгодно. Я сейчас говорю о высшей ступени эволюции, сложном организме – разумном высокоразвитом существе. У него должны быть, как минимум, две конечности, напоминающие наши руки, хорошо приспособленные для выполнения сложных и точных работ. На каждой руке оно должно иметь минимум три пальца, имеющих самое малое – два или больше суставов. Это существо, наверняка, имеет что-то вроде головы с развитым мозгом. На голове у существа должны находиться такие жизнеобеспечивающие органы, как аналоги наших глаз, ротового отверстия для принятия пищи, возможно, нос и уши. Правда, не исключены и другие органы, выполняющие сенсорную функцию, типа каких-нибудь усиков или тепловых локаторов. Существо может иметь очень густой волосяной покров, а может не иметь его вообще. Кожа существа может несколько отличаться от нашей как по цвету, так и по структуре, но, всё равно, это будет кожный покров. Да, забыла, это существо будет иметь кровь и обязательно красного, либо оранжевого цвета. Я, лично, думаю, что наш загадочный гость, сидящий сейчас в своей капсуле в нашем грузовом отсеке, по всем своим внешним признакам похож на нас.

– А я так не думаю, – упёрся Мухин, иначе оно бы сразу вышло к нам.

– Всё дело в микрофлоре, – вмешался в разговор Франческо, наши микробы, бактерии, вирусы, скорее всего, смертельны для него. Даже на нашей планете, люди, живущие в разных регионах или на разных континентах, привыкают к своим вирусам, но, порой, очень болезненно переносят чужие.

– Значит, он боится наших микробов, – улыбнулся Леонардо.

– Не исключено, – ответил Франческо. – Только я тогда не понимаю, что дадут ему эти три часа?

Так в спорах и обсуждениях представителя иной цивилизации, который обещал скоро появиться из своего убежища, незаметно пролетело три часа, и экипаж чуть было не опоздал к намеченному времени. Но, вот, все снова собрались в грузовом отсеке и с нетерпением, образовав полукруг на расстоянии двадцати пяти метров от стоящего посреди ангара объекта, обратили свои взоры на него. Тахион-4 за эти три часа, не меняя скорости, ушёл по дуге из плоскости эклиптики планетной системы, и теперь удалялся от звезды. Тщательные замеры показали, что на планетах её планетной системы жизни нет, следовательно, чужой объект прилетел откуда-то издалека. Это было ещё большей загадкой. Так как, при отсутствии двигателей, перемещаясь в пространстве по инерции на такой скорости, он, просто, не мог этого сделать. В ангар, на этот раз, пришли даже дежурные, оставив звездолёт на попечение Бориса Васильевича. Пошёл уже четвёртый час, но объект загадочно молчал, и никто оттуда не появлялся.

– Может мы неправильно его поняли? – предположил Франческо.

– А, может быть, с ним что-то случилось? – откликнулась Марианна, – помните, мы говорили про микроорганизмы? Что, если его капсула или корабль не герметичен, в том смысле, что он мог забирать наш воздух для того, чтобы дышать, и через его фильтры вместе с воздухом туда попали наши вирусы, которые для него смертельны?

– Нужно бы попробовать обучить его азбуке Морзе, – высказал своё мнение Габриэль.

– Тихо! – приказал Лешко. – Что-то происходит, смотрите.

В нижней половине странного объекта возник чёрный овал, в этом овале смутно появилась какая-то фигура. Фигура эта, неожиданно, легко спрыгнула на пол ангара и широкими уверенными шагами направилась к замершим от удивления людям. Экипаж земного звездолёта был изумлён настолько, что никто не шевельнулся, чтобы сделать шаг ему навстречу. Представитель иной цивилизации, подошёл к людям и остановился в паре метров перед ними. Он не был похож ни на большого паука с клювом, ни на волосатую обезьяну. Перед застывшими от изумления людьми Земли, стоял человек очень похожий на них самих, похожий настолько, что это сразу не укладывалось в мозгу. Даже Вероника, которая во время обсуждения предполагала что-то подобное, стояла, не шелохнувшись, с недоверием на лице. Он был высок, чуть выше Сергея Петрова, строен и атлетически сложен. Можно было сказать, что пропорции его мужской фигуры были идеальными: широкие плечи, узкие бёдра, красивые выразительные тёмные, почти чёрные глаза, аккуратно причёсанные чёрные волосы, чувственный, и в то же самое время, волевой рот, идеальной формы нос. Его загорелая кожа была гладкой как у юноши, сквозь выгодно облегающий фигуру темно-синий с серебристыми, переливающимися в свете искусственного освещения искрами, комбинезон, проступали контуры в меру развитой мускулатуры. Талию охватывал широкий пояс, серебристого цвета. Ноги незнакомца были обуты в мягкие серебряные сапожки без каких-либо видимых застёжек. С минуту длилось общее неловкое молчание. Экипаж потрясённо разглядывал пришельца, а тот с мягкой улыбкой всматривался в лица землян.

– Здравствуйте, – отчётливо и ясно на чистейшем земном всеобщем языке произнёс гость, первым нарушив молчание, подняв в приветливом жесте руку, развернув её ладонью к землянам. – Я очень рад с вами познакомиться, и благодарю вас за моё спасение и оказанную помощь.

Слова, произнесенные без всякого акцента на земном языке, вызвали среди экипажа звездолёта ещё больший шок. Они ожидали чего угодно, вплоть до свиста в ультразвуковом диапазоне, но только не этого. А гость, улыбаясь ещё шире, спокойно стоял и ждал ответа. Первым пришёл в себя, как это и положено командиру, Лешко.

– З-здрав-ствуйте, – наконец, ответил он, запинаясь от неожиданности и волнения, – мы рады приветствовать Вас от имени всего человечества Земли на борту нашего звездолёта.

Судя по всему, Артур заготовил к этому эпохальному моменту небольшую речь, но сейчас она напрочь вылетела у него из головы. Опять наступило неловкое молчание. Странное дело, экипаж звездолёта, специально посланный для поисков и контактов с иной цивилизацией, готовивший себя к этому, сейчас растерялся. Растерялся потому, что никак не ожидал, что контакт этот состоится именно таким образом. Они рассчитывали на долгие поиски обитаемых планет, на проблемы контакта, обмена информацией, а тут…

– Командир, может быть, мы пригласим нашего гостя в кают-компанию, а не будем стоять здесь как соляные столбы и глазеть друг на друга, – нашёлся Сергей.

– Действительно, – кивнул Лешко, обратившись к гостю, – Вы можете пройти с нами в нашу кают-компанию для того, чтобы пообщаться там?

– С удовольствием, – ответил пришелец, снова мягко и приветливо улыбнувшись.

Ромеро и Елена смотрели на гостя, не веря своим глазам. Он вёл себя настолько спокойно, уверенно и непринуждённо, что это не укладывалось в их головах.

Выйдя из ангара, все уселись в баеры и через пару минут уже оказались в кают-компании. Большой стол тут же разобрали на небольшие столики и устроили нечто вроде пресс-конференции. Гостя усадили в мягкое кресло за отдельный столик в компании Лешко и Габриэля. У всех была масса вопросов к инопланетянину, всем не терпелось их задать, поэтому Артур взял на себя обязанности ведущего и председателя пресс-конференции одновременно.

– Нас много, – сказал Лешко, обращаясь к экипажу, – а наш гость один, и всем не терпится задать ему массу вопросов и пообщаться с ним. Поэтому я буду руководить этой маленькой пресс-конференцией. Каждый, кто хочет задать вопрос, поднимает руку и говорит только после того, как ему предоставят слово. Но сначала свои вопросы нашему гостю зададут врачи.

– Спасибо, Артур, – встала Марианна, – скажите, Вас не беспокоит то, что наша микрофлора может быть опасной, и, даже, смертельной для Вас? Нас это очень тревожит.

– Благодарю за заботу, – улыбнулся инопланетянин, – но я провёл необходимые анализы. Ваши микробы, бактерии и вирусы совершенно безопасны для меня. У меня очень сильный иммунитет.

– Как Вас зовут? – спросила Жозефина. – Как бы оно звучало на земном языке?

– Это – не врачебный вопрос, – тут же отреагировал Лешко.

– Ничего страшного, – остановил его гость, – моё имя, примерно, переводится на ваш язык, как покоряющий эфир. Но у вас, насколько я успел понять, имена звучат по-другому.

– А можно, как-то по проще? – спросил Лешко.

– Можно, – улыбнулся гость, – на моём языке, меня зовут Эфир.

– Скажите, Эфир, – снова взяла слово Марианна, – как Вы себя чувствуете, и не нужно ли Вам медицинское обследование?

– Спасибо, – вновь улыбнулся Эфир, – но чувствую я себя великолепно. Если мне потребуется Ваша помощь, то я непременно обращусь к Вам.

– Хорошо, – снова поднялся Лешко, – теперь мы можем задавать нашему гостю интересующие нас вопросы. И на правах председателя, я первым предоставлю слово себе. Расскажите нам: кто Вы, и откуда прибыли сюда? Откуда так хорошо знаете наш язык?

– Хорошо, – кивнул головой гость, – я постараюсь ответить на Ваши вопросы, хотя мне будет очень трудно это сделать. Дело в том, что я сам не знаю, куда меня занесло, и в какой части пространства я, в данный момент, нахожусь, так же как и то, как я здесь очутился?

– Как это? – вслух изумился Сергей.

– Согласен, что это звучит странно, – повернулся к нему Эфир, – но это правда. Поэтому прошу Вас уточнить, где мы сейчас находимся.

– Попробую, – пожал плечами Сергей, – мы в данное время движемся со скоростью тридцать километров в секунду в рукаве Персея перпендикулярно галактическому радиусу. Расстояние от центра Галактики составляет в настоящий момент сорок три тысячи световых лет или тринадцать килопарсек. Видите ли, я затрудняюсь объяснить Вам всё это словами, так как, подозреваю, Вы не знаете принятой у нас системы координат, поэтому я лучше Вам всё покажу на объёмной схеме.

– Борис Васильевич, – обратился он к вычислителю, – спроектируйте нам, пожалуйста, схему нашей Галактики в объёмном изображении на центральный экран и сопровождайте мои слова иллюстративно.