- -
- 100%
- +
Крупные хлопья снега, кружась в медленном изящном вальсе, опускались на лобовое стекло моего автомобиля. Мгновенно тая, они превращались в капли воды, которые, будто слезы, стекали тонкими дорожками вниз.
Я же, сидя на водительском сиденье, в нетерпении смотрела на оживленный вход в терминал аэропорта. Несмотря на позднее время, люди, словно муравьи сновали туда-сюда со своими чемоданами.
Пальцы проскользили по бело-синему трикотажному шарфу хоккейной команды Демьяна, который я накинула на шею.
Он пропах его парфюмом и был для меня своеобразным оберегом. Маленькая частичка любимого, пока он был в бесконечных разъездах. Но иначе было нельзя.
Сейчас карьера мужа пошла в гору, а его команда выигрывала матч за матчем. Он столько для этого сделал.
Мы бросили родной город, переехали почти на другой конец страны, где Демьян стал капитаном команды и вытащил их со дна. Теперь его имя гремело на всю страну. А спортивные аналитики предсказывали карьеру в НХЛ.
Рейс задерживался. Нетерпение грызло меня изнутри, поскольку я жаждала поскорее поделиться с мужем радостной новостью. У нас будем малыш.
Я не могла сдержать бурлящее внутри счастье, представляя его улыбку, когда он сам возьмет в руки результат УЗИ и поймет, что скоро снова станет отцом.
По телефону не стала ему ничего рассказывать. Да и из-за вечной занятости Дем звонил редко, и разговоры наши были торопливыми.
Не буду же я в суматохе вываливать на него радость о пополнении в нашей семье. Еще сбила бы с настроя на игру.
– Мама, а папе понравится мое стихотворение? – спросила с надеждой Машенька.
Доченька сидела на заднем сиденье и что-то сосредоточенно рисовала в своем блокнотике. Мой белокурый ангел... Маша морщила носик и очень старалась. Ей всего четыре, но она уже была смышленой не по годам.
– Конечно, ему понравится, зайка, – тепло улыбнулась я обернувшись к ней. – Давай повторим?
– Ага, – легко согласилась моя малышка, откладывая блокнот на сиденье и начиная с вдохновением читать свой стих. – Знают все, что я Принцесса, значит, папа мой Король.
Ты мой двигатель прогресса, мой кумир и мой герой!
На моем телефоне выскочило уведомление. Света, подруга, прислала ссылку на какую-то статью спортивных новостей.
– Самый сильный, самый честный, самый умный и родной.
Все ещё улыбаясь и слушая дочь, открыла ее, ожидая увидеть там хвалебные дифирамбы Демьяну.
– И уж если дочь прелестна, только ты тому виной!
Но по мере прочтения кричащего заголовка, мое сердце разбилось на миллион кусочков. Там жирным шрифтом были написаны слова, которые обожгли мне душу, словно раскаленная лава: «Демьян Королев отлично развлекся. Вот так отдыхают наши звезды хоккея. Одной уже мало?».
– Мам, ну как? – будто сквозь вату прозвучал голос Машеньки.
Мое сердце бешено колотилось, пока я вчитывалась в текст статьи. В ней подробно описывалось, как моего мужа видели резвящимся с двумя девушками в VIP-комнате столичного ночного клуба.
Там и видео с камер прилагалось. Досмотреть я его не смогла. Было невыносимо видеть, как мой Демьян, честный, верный и порядочный, целуется с этими бабами и позволяет им себя раздевать.
Боль пронзила мою грудь. Слезы текли по щекам, из-за них картинка расплывалась. Каждый кадр был кинжалом для моего и без того умирающего сердца.
Как он мог так предать меня? Мужчина, которого я любила, которому доверяла, ради которого все бросила.
Прославил себя и нашу семью на всю страну...
– Мама, почему ты плачешь? – спросила моя маленькая дочь. Ее невинные глаза были полны растерянности и беспокойства.
Она встала и прислонилась к моему сиденью. Пытаясь собраться с силами, я притянула ее к себе и порывисто обняла. В попытке спрятаться от боли, которая грозила поглотить меня.
Как я могла ей это объяснить? Как могла сказать, что человек, которого она обожала, ее отец, разрушил нашу семью?
– Всё хорошо, родная, – прошептала я, отстраняясь и вытирая щеки от слез.
– Папа! – закричала радостно Машенька открывая дверь и выбегая на улицу.
Глава 2
– Привет, принцесса, – сияя улыбкой, муж закружил в воздухе нашу дочь, не давая и повода подумать, что что-то было не так.
Смотрела на это сквозь пелену слез. На их маленький счастливый мирок, который только что разрушился окончательно.
Все что мы строили, о чем мечтали превратилось в пепел. Демьян легко растоптал меня, любовь дочери и нашу репутацию, предпочтя каких то баб семье.
Не в силах больше сидеть и ждать неизбежного столкновения со своим главным страхом, вышла из машины, протягивая мужу ключи.
– И тебе привет, – ровным тоном произнес муж. – Я устал, давай ты поведешь.
Так и подмывало сказать: “Надо же, утомился сразу с двумя?”.
– Нет, – холодно отозвалась я, не смотря даже на него. – Я тоже устала. Так что поведешь ты.
Мы наконец встретились взглядом, и всё стало ясно. Он знал о видео и о том, что я была в курсе всего. В его карих глазах не отражалось ни капли раскаяния.
– Ну да. Тяжело же круглые сутки сидеть дома.
Он будто намеренно обижал меня. И раньше Демьян позволял себе подобные фразы, но я как-то проглатывала их или пропускала мимо ушей. Действительно испытывая чувство вины и неловкости за то, что он постоянно работал, упорно тренировался, а я посвятила себя ребенку и дому. Да и между нами все было вполне неплохо, чтобы ругаться и выяснять отношения из-за такой ерунды.
Но теперь все воспринималось очень остро и болезненно. А еще рядом была дочь. Поэтому я вновь подавила лютое желание ответить ему в грубой манере.
Порывистым жестом забрав ключи, Демьян мягко скомандовал Машеньке садиться в машину и сам занял водительское место. Он даже двигатель завел раньше, чем я села внутрь, будто бы нарочно игнорируя мое существование.
Оказавшись в салоне, сразу же сняла с шеи шарф и бросила его на заднее сиденье. В сумочке моей бесперебойно вибрировал телефон. Посмотрела на экран, и внутри все сжалось. Пять пропущенных от подруги и три от мамы. От одной мысли, что то позорное видео распространяется, как вредоносный вирус, меня начало подташнивать. Все знакомые, друзья, близкие вскоре посмотрят его. А возможно и уже увидели. Так гадко было от этого, будто на меня вылили ушат помоев.
Теперь наши имена будут полоскать в прессе, вести пересуды. А в садике, кто-нибудь обязательно расскажет об этом и дочери…
Были бы мы обыкновенной семьей, наше грязное белье, как и горе, не вышли бы из стен дома. А так это стало достоянием общественности. Они будут копаться, разбираться и долго еще судачить на данную тему.
Выезжая со стоянки, Демьян краем глаза покосился в мою сторону. Он прекрасно видел, что мой телефон разрывался от звонков, но никак это не прокомментировал, как обычно оно бывало. И это стало ещё одним напоминанием того, что все не будет, как раньше. Никогда.
– Пап, а ты кубок привез? – к счастью, абсолютно не замечающая повисшего в салоне напряжения, беззаботно поинтересовалась Машенька.
– Привез, – несомненно, довольный собой ответил ей супруг, больше не обращая на меня никакого внимания.
– А где он?
– Его забрали в наш ледовый дворец.
– Мама, а мы пойдем на него посмотреть? – я непроизвольно вздрогнула, когда дочь обратилась ко мне. – И на папину тренировку? А еще ты обещала, что мы в выходные пойдем всей семьей на “Золушку”...
У меня слова застряли в горле. Как я могла ей объяснить, что все, о чем мы говорили еще час назад, растаяло как мираж? Будущее изменилось в одно мгновение. Мы больше не пойдем вместе на спектакль. Я не смогу водить ее на тренировки отца. Мне вообще больше не хотелось его видеть.
– Посмотрим, зайка, – еле слышно выдавила из себя, смотря исключительно на заснеженную дорогу впереди. Я очень старалась, чтобы голос мой звучал ровно, не выдавая разрывающего меня изнутри волнения.
– Конечно, принцесса, – словно назло мне ответил другое Демьян. – Если только твоя мама, как всегда, не забыла купить нам билеты.
Его замечание резануло по слуху, словно ножом.
– Как всегда? – хмыкнула я, больше не в силах терпеть его хамство. – Это было один раз.
– Зато какой, – усмехнулся муж, словно только и ждал моего протеста, чтобы зацепиться и начать накалять обстановку в машине. – Отель забронировала, а как поедем не подумала. В итоге сутки просто просрали.
– Демьян, – едва не сорвалась на крик, но тут же одернула себя, продолжив чуть тише, – не выражайся при ребенке.
– А что ещё не делать? – закатил глаза в возмущении муж, сжимая руль. – Я прилетел домой, и вместо того, чтобы спокойно ехать и отдыхать, сел за руль. Говорить тоже можно не все. Может мне вообще сегодня еще и на диване лечь спать?
– Да, это было бы прекрасно, – ответила хлестко, на эмоциях, больше не в силах сдерживать накопившиеся внутри боль и разочарование.
– Я другого и не ожидал, – только и хмыкнул он, абсолютно не считаясь с моими чувствами.
– Зачем вообще тогда приехал? – процедила сквозь зубы. – Мог бы остаться там со своими…
– Мам, пап, вы что, ругаетесь? – так и не дав мне закончить, что было к лучшему, аккуратно спросила Машенька.
А я невольно почувствовала укол стыда. Как же так? Я ведь не хотела, чтобы дочь что-то заподозрила. Уж точно не сейчас. В голове моей творилась полнейшая неразбериха и хаос.
– Нет, принцесса, мы просто разговариваем, – поспешил успокоить Машу супруг, не преминув добавить едкое: – Но с твоей мамой это дело бесполезное.
– Я не понимаю, ты чего добиваешься? – возмутилась я. Самоконтроль уже не просто трещал по швам, его сносило волной презрения, которая шла от мужа. – Мало того, что неизвестно чем занимался, так теперь еще и ведешь себя…
– А может я впервые в жизни провел время именно так, как хотел, – парировал он уверенно, в отличии от меня, прекрасно держа себя в руках.
Но это лишь сильнее распаляло меня. Метнула в сторону него преисполненный гнева взгляд.
– Папа, вы ругаетесь! – чутко улавливая перемену в нашем общении, воскликнула дочь.
– Нет, Маша. Мы не ругаемся, – вздохнув, бросила резче, чем хотела, дочери и тут же отвернулась к окну.
Атмосфера в салоне накалилась до предела. Между нами буквально искры летали, так много скопилось внутри претензий и обвинений. Но мы не могли поговорить открыто. Не при ребенке. Так как разговор этот точно был бы на повышенных тонах и не для детских ушей.
Я мысленно подгоняла авто, желая поскорее оказаться дома и уже напрямую все выяснить с мужем.
Демьян отвлекся на Машин стих. А я осознала, что вторая беременность его вряд ли обрадует. И как мне теперь самой быть после всего случившегося? Стерпеть его предательство и ту лавину позора, которое оно породило, точно не смогла бы. И не собиралась. Предавший раз, сделает это вновь. Да и Демьян явно не испытывал мук совести по данному поводу, ведя себя нагло и вызывающе.
Тем временем мы подъехали к нашему дому. Наблюдала, как отъезжают в сторону ворота, слыша, что телефон мой опять завибрировал.
На этот раз звонил неизвестный номер. И пока муж загонял машину в гараж, вышла на улицу и приняла вызов.
– Да?
– Елизавета Королева? – воодушевленно поинтересовались женским голосом.
– Да, – подтвердила с сомнением.
– Я редактор программы “Все говорят”, мы хотели бы взять у вас эксклюзивное интервью по поводу измены вашего мужа. Желательно с подробным описание того, что происходило на видео. А еще лучше с комментариями от ваших близких и знакомых…
Глава 3
Смотрела на телефон в своей руке, словно на змею. То чего я не хотела и опасалась, начало раскручиваться подобно маховику. И я прекрасно понимала, что это ещё цветочки. Пока что.
– Не будет никаких интервью, – перебила я воодушевленную девицу, сбрасывая вызов.
Как же хотелось вытрясти из Демьяна всю душу, а лучше ударить чем-то тяжелым. Как он мог? Так подставить нас. Поступить отвратительно со мной и дочерью. Растоптать нашу любовь…
– Ты на улице останешься? – вырвал меня из негодующих мыслей окрик мужа.
Машенька уже убежала в дом, и он крутил со скучающим видом ключи от машины в руках. На улице мы находились одни, поэтому это был прекрасный момент наконец-то поговорить по душам. Уверенной походкой двинулась к нему, буквально испепеляя взглядом. Очень сдерживая себя, чтобы не огреть его сумкой.
– Ты сволочь, Королёв! – прошипела не хуже разъяренной кошки. – Долго собираешься делать вид, что ничего не произошло?
– А что-то произошло? – внимательным взглядом обведя мой грозный облик, выдал он высокомерно.
– Нет, блин, ничего! – во мне буквально клокотала ярость, а голос срывался на крик. – Ты всего-то изменил мне. Не смотрел новости еще? А зря. Твоя довольная рожа в компании двух девиц уже облетела весь интернет.
– Популярность имеет свои минусы, тут ничего не попишешь, – пожал он равнодушно плечами.
– Какие? Не дает шляться по блядям без свидетелей? – возмутилась на его реплику.
Он усмехнулся и покачал головой, будто был крайне неприятно удивлён чем-то. Моим гневом? Тем, что я впервые за долгие годы нашего мирного брака нахожусь в состоянии, близком к истерике? Просто прекрасно!
– А я и не прятался, Лиз. Знал, что там камеры, – припечатал он, делая мне еще больнее.
Я не узнавала того подонка, который сейчас стоял передо мной. Это был не мой Демьян. И, по всей видимости, уже давно. Но из-за его частых отъездов, заметила я это слишком поздно.
– Прежде чем бросаться подобными словами, посмотрела бы на ситуацию шире, – продолжил он со злой насмешкой. – Никто не виноват в том, что одна ты слепая дура.
– Так ты это демонстративно сделал? Оригинальный способ сообщить рогатой жене о своей измене. Прилюдно унизив… – на глазах навернулись слезы, а сердце буквально разрывалось в груди. Столько боли и отчаянья я еще никогда не испытывала.
– Вот давай только ныть не будешь, ладно? – скривился Демьян, смотря на меня без капли сочувствия. – Твои слезливые попытки надавить на мою совесть просто смешны. Выглядишь жалко.
Слова его были не хуже пощечины.
– Я выгляжу, как женщина, которая любила и которую предал самый близкий человек. Но рядом со мной стоит чудовище, которое даже чужое горе раздражает, – горячо прошептала я, всеми силами стараясь не плакать перед ним, но не получалось. Глаза жгло от слез, а нижняя губа начала подрагивать.
– Чудовище? – всплеснув руками, Демьян вдруг приблизился ко мне на несколько шагов, но остановился, так и не дойдя. Я же замерла, испугавшись его резкой смены настроения. – Ты, блять, сама с этим чудовищем жила столько лет и в ус не дула. Как скинуть денег на какую-нибудь бесполезную херню, так любимый. Как купить и выбрать квартиру твоим родителям на свои кровно-заработанный, так, Демьянчик, солнце мое. Мне продолжать? – елейно вопросил он, прервавшись. Ноздри его раздувались, а взгляд, что некогда смотрел на меня лишь с любовью и нежностью, был сейчас холодным и колючим. – Лучший детский сад для Маши, который отличается от обычного только уровнем зарплаты воспитателей. Лучший фитнес-центр с тренером, косметологи, бесконечные шоппинги и никому нахер не сдавшиеся празднования каждой долбанной годовщины. И все за чей счёт? Тебе напомнить?
По мере того, как он это все говорил, у меня все больше расширялись глаза. Приплел всё, что только мог. Даже про садик не забыл. Который, к слову, отличался наличием иностранного языка, бассейна и развивающих классов, но Демьян этим не интересовался. Самое смешное, я не раз сама ему об этом рассказывала, однако он не особо-то и слушал, как выяснилось.
Но больше всего задели слова о годовщинах. Я каждый раз придумывала что-то необычное, заранее готовила сюрприз. А как выяснилось они ему “нахер не сдались”.
– О, прекрасно, мы про деньги заговорили? – на удивление вся произнесенная тирада мужа не обидела меня еще больше, а, напротив, разозлила. – А ты, “любимый”, не забыл, как я все бросила ради тебя? Свой город, родных, работу. Переехала сюда. Не ты ли мне лил в уши, что мне не нужно работать, что ты любишь, когда я дома занимаюсь собой и ребенком. Не я ли каждый раз говорила, что ты чемпион, что у тебя все получится, даже когда ты сидел в обшарпанной раздевалке со старой клюшкой и подбитым глазом?
Я понимала, что о таких вещах лучше не напоминать, но Демьян уже переступил черту, пройдясь по моей гордости катком, поэтому и я больше не видела смысла щадить его мужское самолюбие.
– Перетрудилась? – зло усмехнулся муж. Я его задела. И сильно. – Про клюшки и фингал вспомнила. Это все, – он обвел рукой наш ухоженный двор и трехэтажный дом, – заработано моим потом и кровью. В прямом смысле этих слов. А свою поддержку и жертвы можешь засунуть себе в зад. Сейчас полно мотивационных курсов и тренингов, – отмахнулся небрежно Демьян, переводя дыхание. – Мужику нужна баба. Красивая, яркая и чтоб в постели огонь была. С тобой за эти годы, Лизонька, стало скучно, пресно и неинтересно. Да я вообще не представляю, как тебя в Канаду с собой брать… – он осекся, будто сказал лишнего.
А я опешила, уже и не знала, какой раз за этот вечер. Ему все же предложили контракт, позвали заграницу, как он и мечтал, к чему стремился все эти годы. Вот только нас Демьян брать туда не хотел, потому и вел себя подобным образом. Новая жизнь предполагала новую женщину, привычки и удовольствия. А старые разношенные ботинки полагалось отправить на свалку.
Глава 4
– Ах, Канада, – хмыкнула я с горечью, ежась от порыва ветра, который, казалось, пробирал до костей. Или это из-за стужи в сердце мне стало так холодно? – И когда ты хотел нам с дочерью сообщить, что мы не едем?
– Сейчас сообщаю, – зло выпалил Демьян. Его голос звучал громче, чем ранее. – Что-нибудь еще хочешь обсудить, дорогая? – тоном, насквозь пропитанным желчью, уточнил он.
– Нет. Пожалуй, теперь достаточно, – покачала я головой, ощущая себя полнейшей дурой.
Ждала его, переживала. Радовалась своей беременности, а выяснилось, что наскучила. Все оказалось до банального просто. Мы для мужа стали обузой.
– А что такое? Что за обиды, Лиза? – елейно продолжал ковырять мое и без того им же и раздавленное чувство достоинства. – Давай будем честны. Когда мы в нашем Мухосранске выживали, ты была рядом, и я благодарен тебе за это. Но здесь, в столице, ты потерялась. Девушку из деревни вывезти можно, но деревню из нее — никогда. Посмотри на других. У Зорина жена блогер. У Фролова модель. А у меня кто? Сраная домохозяйка из Пермского края?
Каждое его слово, фраза — словно удар наотмашь. Клянусь, лучше бы он просто ушел, ничего не сказав. Возможно, тогда бы мне не было так больно. За себя. За нас…
– А сам-то ты кто? Канадский недомачо, того же Мухосранского розлива, – выплюнула с презрением.
Никогда бы не подумала, что Демьян настолько потеряет связь с реальностью. Напрочь забудет, откуда он и как тяжело нам все давалось.
– Я хотя бы куда-то расту, развиваюсь. А ты так и осталась той же. Утонула в своем рутинном болоте и плескаешься в нем, как лягушка. Все ждёшь, когда прискачет принц на белом коне и все заботы развеются? Очнись! – грозно выкрикнул он, всплеснув руками. – Тебе выпал лотерейный билет. Все дороги пред тобой уже открыты. Ты могла стать кем угодно. Могла расти вместе со мной. Бок о бок. Но ты выбрала другой путь. И даже сейчас раздуваешь то, что не стоит и капли внимания.
– Ну, прости, Демьян, что я не хочу трусами светить на публику, – развела я руками в сторону. – Что хочу не популярности, а тихого семейного счастья. Ты ведь знал, какая я, но только сейчас тебя это стало не устраивать.
– Я тебе разве говорил об этом? – казалось, Демьян распалялся лишь сильнее, даже несмотря на то, что его тон стал тише и спокойнее. – Хоть слово о том, что меня что-то не устраивает? Какой в этом смысл? Живи, кайфуй, наслаждайся. Но в мои дела и жизнь не лезь. Я и без тебя прекрасно знаю, что делаю правильно, а что нет. Будешь меня ещё учить.
– Я… Меня поражает все то, что ты говоришь, – устало проводя рукой по волосам, проговорила растерянно. – Ты прилюдно унизил меня. Мог же просто сказать, что разлюбил, что хочешь развода. А не вот это всё…
Я действительно не могла понять, за что он так жестоко поступал со мной. За доверие? Преданность? Любовь?
Где пролегла та черта, после которой он так озлобился и старался растоптать меня. Получал какое-то садисткое удовольствие, наблюдая за моими мучениями. Холодно и беспощадно бил словами, будто шайбы в ворота на тренировке загонял. Словно напротив него была не жена, мать его дочери, а противник, у которого любыми способами нужно выиграть. Добить его.
– Опять ты за свое, – издав стон страдания, закатил глаза Демьян. – Лизонька, солнце мое, о какой вообще любви может идти речь?
– О нашей! – воскликнула, предпринимая очередную попытку достучаться до него. – Мы строили планы, хотели второго ребенка, мечтали о том, чтобы тебя заметили…
– Это ты хотела второго ребенка и выдумывала какие-то дебильные планы. Не я, – жестко отчеканил муж, обесценивая годы моих упорных стараний и вложенных в нашу семью сил. – Я вообще детей не хочу больше. Во всяком случае, с тобой. Мне и Машки достаточно.
Это стало последней каплей. Сердце сжалось. Внутри меня росла маленькая жизнь от любимого человека. А ему ни я, ни наши дети были уже не нужны.
Демьян вылил на меня за сегодняшний вечер столько грязи. Растоптал все то, что я лелеяла и считала важным. Именно это и стало самым унизительным. Уж пересуды чужих людей я как-то бы пережила. Развелась, отряхнулась и пошла бы дальше. Но то, с каким пренебрежением он говорил о моих чувствах и о детях, ударило больнее всего.
Молча развернулась и кутаясь в короткую шубку, побрела к дому. Только что, муж нанес последний и решающий удар в этом своем матче. Один-ноль в его пользу. Противник побежден и деморализован.
Глава 5
Шесть лет назад
Трибуны содрогались от оглушительного рева толпы. Отовсюду раздавались крики поддержки, смех и топот фантов. Я же, затаив дыхание, наблюдала за игрой Демьяна на ледяной арене.
Наша хоккейная команда была вечно в аутсайдерах до его прихода. Когда Королёва сделали капитаном, вся тяжесть игры легла на его широкие плечи. Но он не спасовал. Был непобедимым воином, ведя свою команду вперед с непоколебимой решимостью. Молниеносный, сильный и мастерски владеющий клюшкой. Он с легкостью обыгрывал соперников. И вот теперь у всех появилась надежда на победу наших.
– Давай же, ты справишься, – в момент, когда игра достигла кульминации, я почувствовала раздирающий прилив эмоций. Сердце мое колотилось в такт его быстрому скольжению. Каждое движение любимого было пронизано красотой и точностью, словно Демьян был рожден для этой игры.
Для него это было не просто увлечением. Наблюдала за ним и четко понимала, что он добьется многого. Недаром же, даже его мама постоянно шутливо говорила: “Демьяша, у меня родился в коньках”.
И была абсолютно права. Сейчас на льду был не просто мой парень, а будущая звезда хоккея. Чемпион.
Сама же я никогда не увлекалась этим видом спорта. По крайней мере, до встречи с Демьяном. Мысли мои невольно перенеслись к тому дню, когда мы впервые встретились.
Это случилось пасмурным осенним вечером. Я как раз возвращалась из института домой. Шла по тротуару, погруженная в свои мысли, когда кто-то врезался в меня. Отшатнулась, готовая выплеснуть поток возмущения на неуклюжего незнакомца, но стоило поднять взгляд, как слова так и застряли в горле.
Передо мной стоял самый поразительный мужчина, которого я когда-либо видела. Он был высоким и статным, выше меня на целую голову, а его короткие темные волосы, цвета горького шоколада, растрепал ветер. На мужественном лице играла слегка заметная усмешка, которая смягчала его суровый вид. Глаза глубокого темно-карего цвета осматривали меня с интересом. В них отражался острый ум, решимость и неподдельная теплота.