- -
- 100%
- +
© Олег Иралин, 2022
ISBN 978-5-0056-3995-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Знакомство с Камчаткой
На полуостров я прибыл в самом конце весны. Вместе с товарищем, с которым в бытность свою провёл полгода на жарком Юге, наслаждаясь гостеприимством горцев и живописными пейзажами. Олег, несмотря на свои неполные пятьдесят, в избытке сохранил юношеский задор и, как только борт приземлился в аэропорту, не переставал радоваться всему тому, что открывала взору камчатская земля. Собственно, именно он и явился инициатором нашей поездки. Отслужив немалое количество лет в уголовном розыске, он, не дождавшись полной выслуги, ударился в риэлторство. Но по прошествии десятка лет наскучило и оно. Уж не знаю, что именно допекло моего тёзку, но однажды он, забросив все дела в агентстве, в котором же и директорствовал, предложил:
– А не махнуть ли нам на Камчатку?
Я, всё ещё принимая его предложение за шутку, ответил что-то в том духе, что пялиться в жерла вулканов – не моя мечта, но в этот раз Олег был серьёзен как никогда. Сдвинув белёсые брови, он сверкнул серыми глазами и заметил:
– Я и в правду собрался. Кампания рыболовецкая помощников рыбинспекторам набирает. Чтобы от браконьеров рыбу беречь, пока она к устью рек на нерест идёт!
И тут же, расплывшись в широкой улыбке, засиял своим татарским лицом:
– Соглашайся! Где ты ещё в палатке поживёшь, да в самой глуши! А на лодке по реке… Прикинь, красотища какая!
Признаться, высота с глубиной меня никогда не манили, равно как и путешествия по водной глади. Что же до палатки… Этой романтики мне изрядно хватило в училищной и армейской юности. Но когда Олег озвучил сумму обещанного заработка, я невольно задумался…
Дорога от Елизово заняла каких-то четыре часа. Видавший виды Ниссан, ровно урча, наматывал километр за километром, оставляя позади себя клубы пыли, впрочем, как и весь едущий впереди транспорт. Дорога как таковая закончилась вместе с асфальтом где-то на середине пути, и теперь обильно высыпанный щебень обозначал направление вдоль гряды заснеженных сопок. После каждой машины поднималась такая завеса, словно гаубичная батарея дала залп дымовыми снарядами, и оставалось дивится тому спокойствию, с которым продолжали жать на газ их водители. Май подходил к своему завершению, но белый цвет ещё изрядно преобладал. Густо разросшийся у реки лес и то и дело открывающиеся взору поля были усеяны пятнами снега, несмотря на припекавшее к обеду солнце.
– Наслаждайтесь! – прервал молчание водитель – обладатель высокого роста, мясистого носа и очков в массивной оправе – Сейчас к побережью свернём, и всё! Дальше только облака и дождь!
Мы с Олегом переглянулись. Не хотелось верить, что всё это благолепие вскоре закончится, но слова камчадала подтвердились. После поворота дорога пошла на спуск, и небо, словно по мановению волшебной палочки, густо затянуло тучами. Заморосил дождь. Вокруг потемнело и прибавилось серого, но мы по прежнему с интересом взирали по сторонам. Сопки остались далеко позади, и теперь вокруг простирался ландшафт, напоминающий родное Черноземье. Дорога врезалась в лесной массив, и впереди показалась медведица. Она неспешно шла, косолапя, а вслед ей катилось два коричневых кома. Медвежата, перебирая лапами, спешили за матерью, и вскоре троица, преодолев открытое пространство, скрылась. Водитель, как только увидел это семейство, сбавил ход и остановился, не желая приближаться. Потом, уже продолжив путь, заметил:
– Матуха! Самая опасная. Стоит только в тебе угрозу медвежатам увидеть, тут же порвёт!
– А я от бывалых, напротив, слышал, что медведи человека как еду не рассматривают! – подал голос Олег – Бредут себе мимо, внимания не обращая, и шугаются при первом же крике!
Камчадал усмехнулся и, помолчав, снова заговорил, стараясь не частить:
– Я в прошлом году на северах вахтовиком заколачивал. Там оленеводы на эмтээлбухе по тундре рассекали зачем-то, так медведь её в лоскуты располосовал!
– Мотолыгу то? – недоверчиво уточнил я.
– Ну да!
– Так там же листы… – протянул я, прикидывая, но водитель прервал, не дослушав:
– Да ему…! – воскликнул он, заменив матом слова, отражающие возможности этого зверя.
– Что, так прям мотолыгу ту невзлюбил? – продолжал я расспросы.
– Да они, кретины, на него наехали, давить принялись. Верили, что за бронёй недоступны. Он уже под днищем у них был. Представляешь, силы сколько! В ней тонн, в эмтээлбухе этой… А мишка опрокинул и развалил! У него удар… Да и когти! Добрался до этих оленеводов и всех порвал. А одного закопал даже, про запас себе оставил.
– Что же у них, ружей не было? – снова вступил в разговор Олег.
– Не было. Видать, понадеялись на гусянки и броню!
Было видно, что наш камчадал разсловоохотился. Теперь он не выдерживал пауз, а частил, спеша выразить мысли.
– А ещё случай был здесь, уже у нас. Мужик на грейдере утром работал, щебень на дороге разравнивал. Остановил бульдозер, вышел по малой нужде. Да встал не в том месте. Глядит, матуха на него прёт! Он бегом в кабину, так она на крышу вскарабкалась и в куски её!…
– А водитель что? – в нетерпении спросил Олег.
– Достала и его. Едва выжил. Там, наверное, недалеко медвежонок был. Вот она, угрозу ему увидев, и бросилась защищать. Медведица за медвежат кого угодно порвёт!
Камчадал выкрутил руль, поворачивая, и вскоре продолжил:
– Был ещё случай с егерем. Он медвежонка в лесу убил, а матуху не смог. Ушла она. А мужик тот тушу медвежонка домой себе притащил. Так медведица его выследила, к дому пришла. Укрылась рядом и подкараулила. Сначала с егерем тут же расправилась, затем с женой его в теплице. Обоих загрызла. Дочь в доме была, так и двери железные не спасли. Она, правда, через окно успела выпрыгнуть и в колодце спрятаться. Так матуха её и там нашла. Вытащила и порвала…
Я живо, почти воочию, представил картину разыгравшейся трагедии. И даже не стал спрашивать, сколько лет было дочери злосчастного егеря. Была ли она девочкой-подростком или же юной, только начавшей взрослеть девушкой. И какого возраста сам виновник трагедии и его жена… Пожалуй, это было не важно.
Между тем водитель не уставал, усердствуя в нашем просвещении:
– Медвежат вообще лучше не стрелять. Если медведица выжила, то считай, сродни подранку стала. Она никого щадить не будет. Останется только саму её выискивать и убивать. Иначе никак! Вот я сегодня с посёлка возвращался, а на трассе медвежонок задавленный. Медведица где-то же рядом бродит! Кому-то развлечение, а другим жизнью платить той матухе! Теперь первую же машину распотрошит. Она ведь опаснее медведя! Медведица с ним за своего медвежонка запросто расправляется! А они знаете, какие огромные бывают!
Камчадал взял паузу, передыхая, но не долгую. Уже через половину минуты он продолжил вещать:
– Вот в прошлом году пришлось одного медведя пристрелить. В посёлок зашёл. А раз зашёл, то всё! Повадится – не отгонишь. Так вот, когда тушу его на «воровайку» краном загрузили, он едва в кузове поместился!
Мы с Олегом помолчали, впечатлённые, но мой товарищ вскоре прервал тишину, спросив:
– Зачем же медведицы самцов забивают, зачем бросаются на них?
– Так они медвежат пожирают! – отвечал камчадал – Только родился, уже того и гляди, что медведь наскочит! Вот ей и приходится защищать.
– Что, прямо всех пожирает? Обоего пола?
– Всех. Медведица после спаривания сразу самца покидает. А когда медвежатам, если выживут, года по четыре исполняется, она их от себя прогоняет. Но маленьких никому в обиду не даст, пока жива. Кстати, видел я однажды, как разделывали её. Тело как у бабы, только грудей шесть…
И вдруг, видимо поняв всю неприглядность сравнения, поспешил перевести разговор.
– Это что! Самый опасный зверь в лесу – росомаха! Она и медведицу забивает. Знаете, какие у неё когти? Вот такие…
Он развёл ладони по ширине своих совсем не узких плеч, и добавил:
– И силищи у росомах не меньше, чем у медведей.
– Росомаха? – переспросил я, смутно представляя себе предмет разговора.
– Ну как тебе… – замялся собеседник, выискивая слова – Она размером с кавказскую овчарку, а морда, как у выдры. Умна немеряно и подвижнее, чем тот же медведь.
– Медведь? – уточнил я с недоверием, подначивая, и зная уже об удивительной быстроте тех, кого в мультиках принято представлять увальнем.
– Ну да! – подтвердил камчадал – Она как молния!
– И людьми питается?
– Всеми подряд. Как и медведи. Только осторожнее и умнее. Будет гнать человека несколько километров. И тогда только нападёт, когда тот из сил выбьется. А крик у неё, словно ребёнок плачет. Я однажды поздним вечером у заправки, что на окраине, тормознулся, слышу, а в стороне где-то детский плач. Причём там, где лес подступает. Говорю мужикам: «Чего стоите? Там дитё потерялось видать!» А они мне: «Не вздумай идти, если жизнь дорога! Росомаха это!»
За разговором прошло время. На землю упали сумерки, и пока добрались до места назначения, наступила ночь. Выгрузились, и водитель проводил на третий этаж общежития, представив нас начальству. Ночевать определили на этом же этаже, в одной из комнат, в которой уже готовились ко сну ещё трое мужиков. Познакомились и перебросились парой фраз, но затягивать разговор не стали. Все устали с дороги и улеглись по кроватям, предавшись долгожданному сну.
Утро выдалось ненастным. Наскоро умывшись, позавтракали в столовой через дорогу. А затем, по распоряжению начальства, целый день, в составе десятка таких же вахтовиков, загружали всякий скарб в машины, отправлявшиеся на реку для выставление постов. В трудах не заметили, как наступил вечер. После ужина снова собрались в комнате в прежнем составе, но в нём пребывали недолго. Вошёл земляк одного из соседей, затем ещё двое, и завязался оживлённый разговор. Кроме нас с Олегом, все подобрались бывалые. Из тех, кто приезжал на вахту не первый и не второй раз. Причём все гораздо моложе, лет по тридцать с небольшим, а то и меньше. Вспоминали прошлый заезд, работавших с ними людей и что-то ещё своё, о чём можно было догадываться лишь по обрывкам фраз. В скором времени обратили внимание и на нас с Олегом.
– А вы откуда, мужики? – спросил подтянутый, спортивного вида парень.
Мой земляк назвался, и ему же пришлось отвечать на последовавший за первым вопрос:
– На какой пост идёте?
– Обещали в какую-то группу определить… – пожал плечами Олег – Но куда, не знаем.
Как оказалось, вахта здесь разделялась на два вида. Первый – несение службы на стационарных постах по берегам рек. И второй – барожирование в мобильных группах по всему побережью и руслам рек в поисках браконьеров.
– Хлебнёте там красот! – пообещали нам с нескрываемым весельем.
– Да нет, мы понимаем, что не отдых там… – возразил тёзка – Как-никак, работать приехали!
– Ну да, – отвечали ему – одни комары чего стоят! А мошка в середине лета! Так выедает, что под рукавами, как после браслетов, руки в полоску. Половину спрея на себя за день выливаешь, иначе никак. Заедят!
– А медведи как? – поинтересовался Олег – Не беспокоят на постах?
– Да что медведи! – отмахнулся один из его собеседников – На него прикрикнешь погромче, он и ходу от тебя. Вернее всего матом. Они сразу в сторону шарахаются!
Мы перебросились ещё парой фраз, и гости ушли. В комнате ненадолго воцарилась тишина. Но вот с кровати поднялся Алексей – невысокого роста паренёк из Краснодара. Он стал собираться, готовясь к убытию на пост.
– Что, правда вот так запросто медведя прогнать можно? – спросил я, глядя, как краснодарец осматривает свою снайперку, огражданенную под ружьё.
Тот повернулся, красноречиво улыбаясь, и отложил в сторону оружие.
– Это кому как повезёт! – заверил он – А вообще я бы медведя недооценивать не стал. Его ещё успеть услышать надо. Он, когда ему нужно, тихо крадётся, как тень. И сам весь – сила и ловкость. Шестьдесят километров в рывке достигает, хотя весит, что танк! И при всём его весе секунды нужны, чтобы в обратную сторону развернуться! Я не знаю, правда не знаю, отчего царём зверей льва прозвали. Да лев рядом с медведем и рядом не стоит! И болевой порог у него такой высокий, что взять можно только крупным калибром не меньше двенадцатого, или, что ещё вернее, нарезным. Слыхал я, что лет несколько назад четверо по мишке из гладкостволов палили, а он всё равно до одного добраться успел. Половина лица теперь в пластике. Медведь, подраненный, из последних сил на опасность идёт, атакует, до стрелка добраться стремится.
Алексей оглядел нас с Олегом и, решив возвратиться к моему вопросу, продолжил с ещё большей усмешкой:
– А что до всех этих рассказов об испуге от крика… Конечно, всякое бывает. Иной раз он уйдёт, иной раз и нет! Да и люди не все прям такие храбрые, как на словах. Вон в прошлом году пришлось мне одних выручать. На посту, вам название его ничего конечно не скажет, парень на охране остался. Остальные двое на воду пошли, а он в лагере. Пожрать сварить, дров к буржуйке наколоть, да и вообще… Мало ли хлопот… Глядит – мишка в лагерь из леса. А Саша, парень этот, без оружия. Хорошо, успел на кунг взобраться! Опять же, и смарт при нём. Позвонил своим, чтобы возвращались. Те с винторезом, на них надежда. Повезло, что мужики не в мёртвой зоне находились, связь была. Пока ждал их, успел того медведя на видео снять. А тот недолго позировал. Подошёл к этому кунгу и ну его раскачивать. Ну Сашок орать, а тому параллельно. Не смог, правда, его с кунга вытрясти, ушёл вскоре. А тут и с воды причалили. Пришли, посмотрели видос, и Сашку на смех. «Ты что, – говорят, – сам прогнать его не мог? Да он же тощий и маленький, доходяга какой-то, медведь этот. Его, как собаку, пинками вытолкать можно было! И вид у него совсем не агрессивный, чего испугался?!» Глядят, а тот мишак снова в лагере. Всех как ветром сдуло. Уже втроём на том кунге сидят, друг к другу жмутся. И о ружье позабыли, внизу осталось. Теперь уже мне звонят, кричат: «Помоги!» Ну я, понятно, помог. С соседнего поста катером подошёл, застрелил. И правда тощим оказался. Челюсть выломана, болтается. Ему другой медведь, похоже, в драке её разворотил, так этот мишак есть не мог, отощал. Пришёл, чтобы с мучениями своими покончить.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.