Поход вглубь себя

Я вспомнил об этой истории стоя у ее могилы. Почти пятьдесят лет мы провели вместе, так и не осознав до конца, что нас объединило. Мы были счастливы, и возможно так будет и дальше, как в том эпосе про саамку Вайно и ее мужа Ильмелльня. По крайней мере это единственно на что я по-прежнему надеюсь. Потому что именно счастье, удовольствие и надежда ведут нас вперед по дороге.

Ближе к вечеру вниз по течению река затихает, и становится шире. Там, где совсем недавно она бурлила словно кипяток в чайнике, теперь она спокойна словно поверхность стекла. Снижение скорости замедляет нас, но мы идем, придерживаясь графика, так что проблем это не должно доставить. Наши байдарки больше не плывут друг за другом на безопасном расстоянии, а словно разбредаются по реке в попытке занять всю водную гладь от одного до другого берега. Лес вокруг молчит, молчим и мы. Тишину нарушает только периодический плеск весел о воду, но все дружно не сговариваясь стараются делать это все тише и тише. Скоро будет наша первая стоянка с ночевкой и завтра к двенадцати мы должны будем выйти к устью реки, впадающей в озеро. Если на озере не будет сильного волнения, то мы передохнем и уже с закатом будем на острове. Конечной точке нашего путешествия. Там мы планировали пробыть несколько суток и после этого двигаться в обратный путь. Самое сложное было пройти пороги, но как сказал Семен обратно мы будем добираться другим маршрутом, и он будет короче на десяток километров. Семен обещал, что красивых видов хватит на пару фотоальбомов и на всю жизнь в качестве воспоминаний.

В некоторых местах было стойкое ощущение, что мы пересекли границу с Финляндией. Все та же река, все те же деревья, но словно это не один и тот же лес. Изменения практически неуловимы. Я не преминул пошутить, что даже кукушка похоже кукует на финском наречии. Ты не видишь этого глазами, но что-то меняется. И внутри тебя, и в окружающем мире. Так можно проснуться в отеле за границей и выглянув в окно в один миг понять, что ты не на родине. Хотя Семен утверждал, что это попросту невозможно, хотя мы и действительно были не слишком далеко от границы.

Сложно было назвать это экспедицией, скорее просто туристическим походом. По двое в надувных байдарках, вниз по течению реки с трудно произносимым названием на финно-угорском наречии. Всего девять человек которые знают друг друга лично всего третий день, один из которых мы провели в поезде. Я плыву в одной байдарке связкой с Анной. С ней мы познакомились еще в поезде, и были из одного города.

Сколько бы ни было у вас друзей, как бы хорошо вы ни были знакомы с каждым из них и как бы хорошо ни дружили все вместе, в наше время самая большая проблема – собрать всех вместе одновременно. Даже простая тусовка компанией превращается в целое мероприятие, больше похожее на саммит глав государств. Особенно когда тебе тридцать один. Неожиданно выясняется, что у всех есть своя жизнь и свои дела. Словно дружба отошла на второй план, а на первый выступили отношения, работа, деньги и домашние дела. И как бы красиво ни называлась ваша общая группа в телеграмме, например «придурки навеки», из этих семи человек один всегда отмораживается, двое всегда заняты на даче, один постоянно ухаживает за больными родителями, еще двое умудрились выйти замуж притом один удачно, а второй нет, ну и последний в этой компании ты, который является душой и двигателем прогресса. Давайте тусанем на выходные? Гоу в бар, я создал! Как на счет квизи в выходные? В парк развлечений кто-нибудь желает? Иногда, кажется, что ты пишешь в группу не для того, чтобы собрать друзей, а чтобы пополнить свою личную коллекцию отмазок. Мы на даче все выходные, мне нужно уехать из города по делам, я так устала, что хочу просто поваляться на диване под расслабляющий сериальчик и винишко. Прости, никак, у меня годовой отчет на носу. Мы с детьми едем к родителям в гости. Знакомо? И вот ты почти один. Это нельзя назвать одиночеством, потому что друзья никогда не пропадают с радаров. Но и собрать всех вместе уже невозможно, такова жизнь. Одинок в толпе, по-моему, это так называется.

Для таких заблудших, одиноких душ появились различные профильные форумы. И почти на всех существовала открытая группа по увлечениям. Как раз для тех, кому нужна была компания единомышленников. И я был зарегистрирован почти на всех.

Нечем заняться? У тебя что других дел нет? Заведи девушку и твое свободное время неожиданно испариться – это самое простое. Слушай ты точно работаешь? Нет ну просто ты уже не в первый раз предлагаешь тусануть в среду вечером, а ведь завтра утром на работу.

Нет, я не задрот и не одинок. У меня есть девушка, но похоже, что ненадолго. Так получилось, что она не разделяет моих интересов. Дом, учеба, работа, готовка, домашние заботы, а выходные было бы неплохо съездить к маме на дачу. Иногда у меня складывалось ощущение что ей не двадцать шесть, а все семьдесят. Ее выбор склонялся к сериалам на диване, а мой к путешествию в горы. И если бы это было единственным различием, если бы у нас было хоть одно общее хобби! Но, увы! Единственным общим увлечением было увлечение друг другом.

А меня тянет на приключения, сходить, съездить. Посмотреть на Байкал, увидеть северное сияние на Териберке, прогуляться по Лысой горе, или совершить марш-бросок по Уфе. Побывать в Якутии у Ленинских столбов или в Волгоградской области на Медведицкой гряде. В Самарской области побродить по штольням и знаменитому Холодильнику. Или переночевать в иглу на замерзшем озере в Вологодской области! Ну чем не приключения? Не хватает эмоций? Шило в жопе? И да, и нет. Поваляться дома на диване с интересной книжкой, или зависнуть с друзьями на яхте все выходные просто бездельничая я тоже мог. Но рюкзак я собирал за пять минут.

Всю жизнь у меня было стойкое ощущение что я родился и вырос не там. Будучи стопроцентным городским жителем меня тянуло к природе. Парков и городских сквериков, которых было с лихвой разбросано по Москве, мне категорически не хватало. Да, пахнет зеленью, бегают белки и стучат дятлы. Можно даже встретить ежика или ночью увидеть сову или даже летучую мышь. Но… все не то. Как будто ненастоящее, искусственное. Словно деревья вокруг высажены вручную. Не те ощущения. Даже старые заброшенные парки в старой части Москвы не приносили удовольствия.

И вот когда на общероссийском форуме байдарочников и туристов в свободной группе появилась тема обсуждения «Душевный поход» две недели назад. Целую неделю там был только один человек, а на восьмой день их стало восемь, а еще через день присоединился я, и нас стало девять в общей сложности.

Семен предложил Карелию, и никто не предложил альтернатив. Зато сразу же появился список необходимых вещей, номера поездов, опорные точки, даты и время отправления. Никакой мистики, никаких туристических и исторических достопримечательностей. Просто поход. Поход для того, чтобы слиться с природой, а природа у нас в Карелии ого-го. Так писал Семен.

Все оставшееся время до старта Семен травил душу скидывая фотографии из своих предыдущих походов. Он утверждал, что она просто божественна, но мы это и так видели сами по фотографиям. Огненно-красные закаты и рассветы, сплавы по крутым рекам и озера. Огромное количество озер. И конечно же Кижи и Соловки. Правда потом признался, что это его родина и ему будет проще всего добраться, а с деньгами у него было туго для дальних турпоходов, но никто не был на него в обиде, лучше предложений по направлениям все равно не поступало.

– У нас воды в озерах больше, чем в Байкале! – писал Семен. Я погуглил его утверждение, просто из праздного интереса. Конечно, слова были сильно приукрашены, но Карелия – это действительно край озер этого было не отнять.

Так получилось, что с Анной мы были оба из Москвы. Еще на берегу мы с ней заранее договорились и купили билеты в один платскарт, как она настаивала. Так будет веселее и удобнее, тебе нижнюю полку, а мне верхнюю, люблю ездить на верхних, но некомфортно общаться с попутчиками, когда нужно спуститься и поесть, а с тобой будет идеально, написала она. Так мы и сделали, скооперировались и взяли билеты в один плацкарт. Значит и сели в поезд первыми и познакомились ближе раньше, чем с другими. Наверное, поэтому мы с ней сейчас в одной лодке, так сказать.

Влад подсел в Питере, Елизавета где-то на промежуточных станциях в Ленинградской области, я так и не запомнил название станции, а спросить еще раз постеснялся.

Маршрут тоже предложил Семен. Сказал, что когда-то в детстве ходит по нему и хотел бы повторить. Чуть позднее я подумал о том, что это странное обстоятельство, но было уже поздно. Семену было двадцать и сомнительно что в детстве он рассекал на байдарке по рекам Карелии. С другой стороны, кто я такой чтобы оспаривать его заявления и знания о родине? Карелия вообще мне казалась раем для диких и организованных туристов, и я решил, что это несущественный факт. Быть может его с детства так воспитывали в семье туристов? Вообще в поезде с нами ехало и выходило на конечных станциях очень много людей с объемными рюкзаками.

Эд сел в Казани с пересадкой в Твери, но так и не пришел к нам до самого Петрозаводска. Как он сказал у него была сложная рабочая неделя, а ожидание пересадки окончательно доконало его. Хотя, как по мне, так странно было жаловаться на сложную неделю, если мы сели в поезд в понедельник.

Аллу, Виктора и Сергея мы встречали уже на месте, они добирались из Мурманска, Кандалакши и еще какого-то города с непроизносимым карельским названием и колоритом.

Семен опоздал к прибытию поезда, что было для меня удивительно. Жить в пяти минутах пешей ходьбы от вокзала и опоздать? Быть туристом с самого детства и не уметь просчитать время и маршруты движения? В конце концов будильники и напоминания в электронных календарях с успехом решают проблемы такого рода, но в конце концов я решил, что можно было и скидку сделать с учетом его возраста.

Получив смс от Семена с текстом «бегу», мы дождались его на перроне прибытия, а потом прошли через здание вокзала насквозь и вышли на площадь.

– Красивый у вас вокзал, но чувствуется диссонанс между внутренним и внешним убранством. – Сказал Эд.

– Да, спасибо! И площадь тоже, это, кстати, площадь Гагарина, тоже ничего… была. Раньше на ней голубые ели, а теперь олень стоит.

Семен попросил подождать и скинув рюкзак нам под ноги, сходил за кофе и местными пирожками или даже ватрушками судя по их виду, которые назвал калитками.

– Ой, а я читала об этой истории. Она и смешная вроде как, и грустная одновременно.

– Расскажешь пока Семен носится туда-сюда? – Спросил Эд, повернувшись к Анне.

– В общем когда-то тут были посажены шикарные старые голубые елки по периметру всей площади, но потом появился новый губернатор в городе и деревья волшебным образом исчезли, а взамен них в центре появилась статуя оленя. Среди местных долго еще ходила шутка про то, что раньше ели голубые, а теперь олень, да и о главе республики нелестно отзывались в связи со статуей.

– О, теперь понятно! Тонкий юмор, который могут понять только местные или посвященные.

– Откуда знаешь? – это уже я присоединился к разговору.

– А после того, как мы с вами на форуме согласовали маршрут мне стало интересно почитать про этого город, вот и наткнулась в интернете сначала на статью в газете, ну а потом уже нашла более подробную информацию, включая эту местную шутку.

– Здорово, а я ничего не смотрел… – меня прервало появление Семена. Он шагал к нам с капхолдером и бумажным пакетом под мышкой.

– Простите, там заведение совсем маленькое изнутри, мы даже не сможем разместиться толком, но выпечка и кофе у них просто обалденные! Не пожалеете! Да и погода налаживается, так что лучше посидим с вами на свежем воздухе. – Я посмотрел на проезжающие мимо маршрутки и троллейбусы и усмехнулся.

Дождавшись Аллу, Виктора и Сергея мы вышли с площади и пешком двинули на автобусный вокзал. Путь был в целом короткий, но с рюкзаками превратился в маленькое путешествие.

– На самом деле тут недалеко, а маршрутку ждать долго бы пришлось. Да и не залезем вы в нее с такими рюкзаками, она идет с Кукковки и там обычно нет свободных мест. Я бы вам что-нибудь рассказал и показал по дороге, но тут район как бы вам так сказать… больше общежития, частный сектор да индустриалка всякая сейчас вон там на кольце под мост нырнем, выйдем на Чапаева и почти пришли!

– Ты не умничай, рукой покажи! – беззлобно пошутил Влад.

Байдарки хоть и были надувными и быстро сборными, но занимали слишком много места, поэтому Семен каким-то непостижимым образом договорился что мы возьмем их в аренду на точке прибытия. Хотя, когда я гуглил, такой услуги в интернете найти не удалось. С другой стороны, я уже не раз убеждался в том, что не все есть во всемирной паутине и иногда в деревнях на местах стартов и прибытия можно было познакомиться с неравнодушными селянами, безвозмездно помогавшими путникам. А Семен видимо лучше знал свою родину.

В автобусе все спали. Несмотря на раннее прибытие и то, что соседи по плацкарту оказались отличными попутчиками и дали выспаться, все равно всех слегка укачивало и в конце концов разморило. Мне было не привыкать к качке, но однотонные зеленые пейзажи за окном автобуса, идущего практически всегда на одной скорости, утомляли и одновременно расслабляли взгляд, заставляя его расфокусироваться, как будто ты забыл одеть очки. В итоге спустя час заснул и я. Примерно через четыре часа мы были на месте.

Меня растолкал Семен, сказав, что скоро прибываем. Я в свою очередь аккуратно разбудил Анну, уснувшую у меня на плече. Так совместными усилиями к прибытию автобуса мы уже смогли окончательно проснуться всей компанией и были на ногах.

– День в разгаре, нам нужно пройти примерно десять километров до точки. Там нас будет ждать проводник с байдарками, и уже оттуда начнем сплав. – сказал Семен и закинув рюкзак на спину пошагал вперед.

Мы закинули рюкзаки на плечи и двинулись за ним, бодро вышагивающим впереди группы.

С учетом почти недельного похода мы подходили к сбору снаряжения и рюкзаков вполне профессионально, еще и ребята периодически кидали в группу видео по грамотной укладке рюкзаков, а следом уже ради шутки укладке парашютов. На Викторе была палатка и рыболовные снасти, Сергей нес на себе посуду и часть спальников. У Анны, Аллы и Елизаветы были остальные спальники и часть провизии. У остальных основная нагрузка была именно в виде запасов еды, ну и конечно каждый нес что-то свое. И я был искренне рад что ни у кого не было переносных колонок (это обсудили еще в чате) и особенно был рад что ни у кого нет с собой гитары. Ну вот не любил я эти заунывные песни у костра.

Я до последнего не верил, но у берега нас действительно ждали два мужичка с пятью двухместными байдарками.

– А трехместных у них не было? Все бы поместились и всего три нужно было бы, а не пять? – Шепотом спросил Сергей, догнав Семена, когда мы были примерно в тридцати метрах от хозяев лодок.

– Да ладно тебе, не так дорого и вышло, там повороты на реке есть узкие и резкие, ни за что бы на трехместных не поместились. Да и не было у них трехместных. – так же шепотом ответил ему Семен.

– Ах, ну раз не было… – развел руками Сергей и отстал.

Расплатившись за аренду и вытащив на воду плавсредства, разместив в них рюкзаки, погрузились сами, после чего оттолкнувшись веслами с криком «Поехали» отправились в свой поход.

Первое что меня поразило это тишина, неестественно насыщенный зеленый цвет хвои и запахи. Аромат леса был настолько густой что было тяжело дышать, запахи и влажность тянувшиеся от реки спасали.

Мы не спешили, но при этом плыли достаточно быстро. Течение в этом нам помогало. Семен плыл впереди один, а мы ориентировались на него. Тихие разговоры шепотом, чтобы не нарушать тишину леса смолкли сами собой где-то на середине пути. Все наслаждались видами и запахами.

Уже почти в полной темноте, когда стало опасно грести даже с налобными фонариками мы наконец-то вышли к месту запланированной стоянки. Пологий песчаный берег, почти пляж, а рядом в реку впадал небольшой ручей. Чуть дальше была небольшая полянка с травой, закрытая со всех сторон лесом, идеально подходившая для установки палатки. Еще со времен осенних походов в Крыму я знал, что лучше избегать установки палаток на песке и тем более так близко к воде. Проблемы с креплением, песок холодный и влажный уже через несколько сантиметров, никогда не добавляли комфорта. Странно было то, что следов прошлых стоянок на полянке не наблюдалось. Возможно предыдущие путешественники были более опытными и проходили большие расстояния. Байдарки остались на берегу. Мы разбили палатку и подготовили дрова для костра. Виктор с Сергеем достали удочки и ушли испытывать удачу, Алла и Анна занялись распаковкой одного из рюкзаков с продуктами. Эд сидел недалеко от нас, но все-таки на отдалении. Вообще он был немногословен и замкнут. Я даже не удивился, когда он достал электронную книгу и буркнув что-то отправился в палатку.

Влад с Елизаветой, также как мы с Анной сдружились, поэтому и байдарку они выбрали одну на двоих и сейчас о чем-то шептались и смеялись, пока занимались организацией костра. Я пошутил, что они возможно сдружились на почве одногородников или другого вида землячества, на что Елизавета фыркнула и обвинила нас с Анной в том, что все москвичи изрядно зазнались, а жители культурной столицы всегда найдут, о чем побеседовать не только с земляками, но и с любыми другими жителями нашей необъятной. Шутка не получилась и во избежание конфликта я ретировался сначала к девчонкам с продуктами, в попытке помочь хоть чем-то, а потом и к ребятам на берег. Даже попробовал порыбачить, но увы. Утопив блесну у Сергея, я вернул ему с виноватым видом снасти и поспешил удалиться. Сидя у костра меня не покидало ощущение безделия и полной ненужности. Девочки, заметив мою незанятость вручили мне котелок и отправили за водой. Так и я оказался при делах. Спустя час довольные собой Сергей и Виктор вернулись с небольшим уловом в две щуки, пару небольших окуней и на удивление огромной речной форелью, сказав, что это вполне достойные трофеи для вечерней рыбалки.

Через несколько часов мы сидели у костра и хлебали уху из форели по-карельски. Рыбалка у ребят все-таки удалась, в связи с чем меню быстро скорректировали.

– Знаете, природа очень похожа на Мурманск и окрестности, только у нас больше сопок, а тут прямо равнина, только не видно ничего из-за леса. Даже в городской черте есть сопки, с которых очень приятно смотреть на открывающиеся просторы города и окружающей природы, а тут сплошные деревья вокруг. – сказала Алла.

– А мне в целом родной Оленегорск напоминает, такие же равнины. – ответил ей Сергей.

– Вы же не очень далеко от нас? – Уточнила Алла, дуя на ложку.

– Да, но мне кажется это повсеместная история. Я был в некоторых районах Краснодарского края и мне очень импонировали маленькие городки в низинах. Если палатку ставить внизу, то вокруг горы и ничего не видно кроме них. А по утрам смотришь как облака цепляются за вершины. А если взобраться на гору, то вид совершенно другой. Словно ты остался один в этом мире и теперь он весь твой. Бескрайнее чистое небо, вода до горизонта и все это под пение птиц и насекомых. Красота!

– Карелия никогда не была равниной! Это мы с вами в Рускеале не побывали! Вот там горы! Ну точнее, наверное, ущелье, но все-таки! Очень глубокий каньон остался после выработки мрамора, а на дне теперь озеро из грунтовых вод. Красиво и величественно, особенно по вечерам, когда включают подсветку. Напоминает что-то футуристическое. Вот там точно не равнина. Я много ходил в походы по Карелии в разных местах и точно могу сказать, что мы не равнина! Горы и ущелья у нас очень даже распространены. – Семен говорил жарко и с внутренним трепетом, отставим миску от себя подальше, а мы слушали. Слушали завороженно, потому что от него вдруг потянуло силой.

– Помню в школе мы ходили в поход и случайно свернули где-то не там. – Семен продолжил свой рассказ, но переключился на другую историю. – Маршрут был проверенный, а в конце нас ждало озеро, которое в народе называли восьмерка или бесконечность за его форму. Озеро в целом популярное, хотя до ближайшей деревни от него было десять километров по прямой. Там мы провели два дня, а потом двинулись таким же проверенным маршрутом назад, но как-то так случилось, что потерялись. А пока разбирались с картами, наш друг Алексей отошел в кустики и случайно обнаружил ущелье глубиной, наверное, метров двадцать и длинной метров сто пятьдесят – двести, не меньше, а на дне этого ущелья был маленький родник. Мы еще смеялись долго что Леша так решил извиниться и исправить свою оплошность. Он у нас отвечал за воду на обратном пути и когда снимали лагерь забыл ее набрать, а то, что осталось в рюкзаках было теплое и меньше двух литров на всех, что для тринадцати человек на поход в тридцать километров было чрезвычайно мало. Да и горы я в том походе видел. Конечно, они ни в какое сравнение не идут с Мурманскими сопками и горами Кавказа, но все-таки это были горки высотой метров тридцать – тридцать пять. Особенно это завораживает, когда идешь по густому лесу и болоту. Фактически по равнине, а потом бац и посреди леса такая горка. Словно рукотворная. Мы их называли прыщами по детской наивности.

Темнело быстро, хотя вроде как Семен и обещал белые ночи как Петербурге, но костер пока что успешно разгонял от нас тьму. Мы поужинали, не отходя далеко от костра, болтая и обсуждая, красоту природы, свои прошлые походы и последние пройденные пороги. Когда мы подошли к ним в районе шести часов вечера, то не сразу услышали звук падающей воды, по виду она падала с высоты двух метров, большое нагромождение камней и поток, ставший стремительным, но при этом сильно сузившимся словно горловина песочных часов. Страшно стало всем, как оказалось даже Семену, хотя он и говорил, что он бывалый и даже потомственный байдарочник. Поэтому плюнув на гордость мы спешились на берег и протащили мокрые байдарки на себе.

– Странно, я не помню этих порогов. Такое ощущение как будто мы двигаемся в обратную сторону к каскаду Рускеальских водопадов. – это прозвучало странно.

– Семен, ты же говорил, что знаешь маршрут… – спросил Влад, положив тарелку на землю и встав.

– Знаю, ну точнее, как…ребята рассказывали, но про пороги они ничего не говорили.

– Так, а с этого места поподробнее Сема, пожалуйста. – видно было что Влад сжал кулаки.

– Ну в общем. Я в детстве ходил по этому маршруту с родителями. Я вам уже говорил они у меня заядлые туристы и ну меня приобщили к этому с самого детства. Я даже, наверное, понимаю почему. Бабушек и дедушек у меня не было, а значит и оставить меня было не с кем. Отец об этом маршруте узнал от друга, а он от деда. Он на самом деле не такой популярный и известный. А потом мне друг с форума рассказал про него, и я вспомнил что в детстве проходил по нему. Это давно было, года два назад. Я как то разговаривал с отцом, но он не смог ничего вразумительного рассказать, наверное, в силу возраста и большого количества путешествий подзабыл. Вот я у друга и выведал карту маршрута, а потом создал тему на форуме, потому что было страшно в одного идти.

– То есть по факту мы сейчас двигаемся по неизвестному маршруту? – вклинилась Елизавета.

–Ну почему же, у меня же есть карта! И я в детстве по нему ходил.

– Да, только не помнишь ничего! – опять Влад.

– Ну карта то есть!

– Сема, в приличном обществе это называют обманом и бьют за такое морду! – поддержал беседу в любимой манере Виктор.

– Ребят, но карта!

– Давай-ка доставай и разворачивай свою карту и включай фонарик, будем смотреть куда ты нас ведешь. А то вдруг там по пути еще какие сюрпризы ожидаются? – Влад сам достал фонарик и сел на место, но пока что его не включал.

– Так она у меня это в телефоне, зачем фонарик?

– Сема ты дурак? А если сядет телефон? – Спросил Виктор.

– Так у меня пауэрбанк с собой на двадцать тысяч…

– Господи, Сема! Так погоди! В скольких ты походах уже был?

– Ну Вить, ну двадцать пять – тридцать, если считать походы с родителями в детстве.

– Так, а сколько ты сам водил?

– Ну, это первый…

– Оно и видно. Так, ребят нам не поздно назад развернутся?