- -
- 100%
- +
Глава 1
Начало октября 1860г. Атлантический океан.
Был штиль. Удивительно, для этого времени года. Ярко светило солнце. Безбрежная вода вокруг была гладкой, как зеркало. Словно, стояла не осень с ее вечными штормами и ветрами, а славный летний день. Только очень холодный .
Паруса тоскливо повисли, и матросы ползали по реям, складывая и закрепляя их. Как только они будут убраны, заработает паровая машина, и "Стелла" продолжит свой путь через Атлантику в Штаты.
В небе плыли редкие белые облака, будто сказочные каравеллы из неведомых земель. Было интересно угадывать, на что они похожи, прежде чем их форма менялась буквально за пару минут.
Элизабет стояла на палубе корабля и любовалась солнечными бликами на воде и белыми облаками на нежно-голубом небе. Новое темно-серое дорожное пальто, отороченное мехом бурой лисы - подарок Ричарда - очень шло ей и отлично защищало от ветра и холода. Волосы, завязанные в сложный узел, были спрятаны под шляпкой, а шею укутывал бирюзовый шарф. Ей было тепло. Даже руки в тонких замшевых перчатках совершенно не замерзли. Воздух скорее бодрил, чем леденил. А ведь она уже долгое время провела вне каюты. Но сидеть там в такую чудесную погоду совершенно не хотелось.
Они покинули порт Тилберри, что рядом с Лондоном, пять дней назад. Сделав, небольшую остановку в Саутгемптоне, корабль вышел в открытое море. Куда ни глянь, только бесконечная синь воды, смыкающаяся с небесной на горизонте. "Стелла" направлялась в штат Южная Каролина, город Чарльстон, куда они должны были прибыть еще через двенадцать дней, зайдя в порты Галифакс и Нью-Йорк.
Элизабет никогда раньше не слышала о Чарльстоне. Но отправиться в дальнее путешествие и посмотреть мир она мечтала с детства. Так почему бы не начать оттуда. Тем более Ричард ей так много рассказывал перед отплытием о нем. О том, что в Чарльстоне почти не бывает зимы, по крайней мере, такой, к какой они привыкли в Англии. Там есть пальмы и прекрасные цветы, а на насыщенных плодородных землях выращивают хлопок и рис. И, если верить ее мужу, выходило, что это какое-то дивное место, и девушка уже очень хотела его увидеть.
Со времени ее свадьбы с Ричардом прошло чуть больше месяца. И то, что ее выдали замуж по расчёту за нелюбимого и почти незнакомого мужчину, все еще болезненно бередило сердце. Да и об Александре она не могла не думать. Но сейчас, глядя на мириады золотых искорок на океанской глади и впитывая свежий морской ветер, она испытывала умиротворение и даже радость. Ведь как-никак, сбывалась ее мечта - уплыть на корабле далеко-далеко.
В Южной Каролине находилась компания ее мужа Ричарда. И он решил совместить медовый месяц, показав супруге бывшие колонии, и, заодно, проверить дела. Сам он уже давно жил на два континента, хотя, признаться, в последнее время в Штатах ему нравилось больше. Хотя бы потому, что тут были проще нравы, и отсутствие титула не делало тебя никем. Здесь ты сам создавал себе имя.
Ричард очень надеялся, что жене понравится в Америке, и они будут проводить там большую часть времени. Тем более, что он купил красивый дом на Баттери в стиле греческого возрождения. На втором и третьем этажах просторные балконы-террасы, поддерживаемые колоннами, выходили на набережную. Зимой там, скорее всего будет прохладно, а вот весной и летом просто великолепно пить чай или лимонад вдвоем с женой вечерами.
Ричард видел с капитанского мостика Элизабет, стоящую на палубе. Щеки чуть порозовели от ветра. Задумалась о чем-то и улыбается. Она была так нежна и хороша. И мужчина все чаще признавался себе, что его сердце начинает стучать чаще, когда он любуется своей женой. И как он мог сорваться тогда, в их первую ночь? Он себе этого никогда не простит. А она теперь считает его чудовищем. Ричард глубоко вздохнул.
Проснувшись на утро после свадьбы, обнаженный, с дикой головной болью и весьма отрывочными воспоминаниями о минувшем вечере, он обнаружил жену, спящую на другой стороне кровати, укрытую пледом. Когда он стал ее будить, она вздрогнула и отпрянула от него так, что упала.
- Пожалуйста,.. не трогайте меня. - прошептала, глядя испуганными глазами, поднимаясь с пола.
- Элизабет, милая, что случилось? - признаться, он помнил, как допытывался, почему ускорили свадьбу, и она восприняла это как оскорбление. Но потом, вроде бы, оттаяла, он поцеловал ее, и она не возражала. А еще он ласкал ее грудь, касался волос. А потом,.. провал...
- Вы...вы обещали ничего не делать, как вы могли! - со всхлипом произнесла жена, и по ее щекам потекли слезы. Ричард испугался не на шутку. Что он натворил? И при этом ничего не помнит. Какой стыд.
- Я, кажется, был немного не в себе. Я заранее прошу прощения. Позвольте мне загладить мою вину. Идите сюда. - Мужчина указал на кровать рядом с собой. Но девушка отчаянно замотала головой:
- Нет. Я больше не позволю так делать. Не смейте меня касаться. Никогда. Слышите?!
- Бог мой, что произошло?! - Ричард вышел из себя. - Немедленно расскажите.
- Вы... вы были так грубы. Я просила остановиться, но вы не слушали. Вы порвали сорочку и повалили меня на кровать. Это... было ужасно, что вы сделали. Я...так больно...как вы могли... - ее взгляд, полный отчаяния, потряс его до глубины души.
А она, видя его растерянное лицо, всей душой пожалела мужа, но не могла остановиться. Уже поздно отступать. Что сделано, то сделано.
- Элизабет, я прошу прощения, если причинил вам боль. Я не хотел этого, клянусь. - Ричард потер ноющие виски. Кошмар, как болит голова, а от истерики жены становится еще хуже. - Я, должно быть, совсем потерял контроль. Мне искренне жаль. Я готов на все, чтобы загладить свою вину. Что мне сделать?
- Никогда больше не касайтесь меня так. Вообще меня не касайтесь. Слышите? - почти выкрикнула девушка.
Мужчине оставалось лишь кротко кивнуть. Сейчас нужно на все согласиться. Натворил он дел. И, кажется, немалых. И если сначала он и сомневался, что мог причинить Элизабет вред, то разорванная шелковая ночнушка, кровь на простыне и синяки на руке у жены его быстро убедили. Ричард пообещал себе больше никогда не злоупотреблять спиртным. А с супругой придется все как-то уладить. Но как, если в ее глазах теперь дикий страх, и ее начинает трясти, стоит ему только посмотреть на нее.
Ричард закрыл глаза и откинулся на подушку. Пусть сначала пройдет голова. А потом он что-нибудь придумает. А Элизабет едва заметно выдохнула. Он ничего не помнит. И считает себя виноватым. Она выиграла себе время. Хоть и такой ценой. Прости, Ричард.
Они пробыли в Лестерфилд-Холле две недели после свадьбы, а потом уехали в Лондон, готовиться к отъезду в Штаты. Все это время девушка не подпускала супруга к себе. Ричард же, чувствуя себя глубоко виноватым не настаивал, давая ей время прийти в себя.
Ища примирения, Ричард решил пойти наиболее простым путем: дарил жене подарки, водил на лучшие места в оперу, угощал невероятными десертами. Но не смотря на все усилия, каждый вечер он натыкался на испуганный взгляд девушки, и ему ничего не оставалось, как пожелать ей доброй ночи и позволить уйти к себе.
Элизабет же, видя старания мужа, чувствовала угрызения совести, с одной стороны. Но, с другой, не могла избавиться от мысли, что для Ричарда - их брак не более, чем удачная сделка, и он пытается сделать все условия наиболее удобными для себя. Что ж, значит, и она имеет право обеспечить себе комфорт и безопасность. Настолько, насколько получится.
Элизабет сначала думала уговорить мужа остаться в Англии, все-таки отец болен. Но граф Лестерфилд чувствовал себя хорошо, так как Изабелла тщательно следила, чтобы он во-время принимал лекарство и не перетруждался. Да и то, что история с замужеством дочери закончилась благополучно, придало ему сил и веры в будущее рода Вейн. Поэтому Джордж напомнил дочери, что ей всегда хотелось путешествовать, так почему бы не сейчас? Причины отложить поездку найдутся всегда, но стоит ли так поступать?
И вот она среди бескрайнего океана, наслаждается чудесной погодой, дышит морским ветром, и, впервые за долгое время, чувствует, как в душе маленьким теплым комочком зарождается радость. Что ж, пока Ричард ни на чем не настаивает, а отцу стало лучше, она будет получать удовольствие от этого путешествия.
Глава 2
На седьмой день пути погода испортилась. Начало штормить. Поднялись волны. Корабль швыряло из стороны в сторону, и, чтобы не удариться обо что-нибудь, можно было только лежать, что и делала Элизабет. Она пыталась читать, но постоянное мельтешение букв из-за качки быстро утомляло. Поэтому она просто размышляла, что делать дальше. Понятно, что она не сможет держать Ричарда на расстоянии всю жизнь.
Но пока еще слишком свежи были раны, оставленные на сердце их с Александром любовью. Да и как можно пренадлежать другому мужчине, если по ночам тебе сняться любимые глаза и руки, так нежно и бережно обнимающие за талию. Каждый раз, когда муж пытался ее коснуться, хотелось кричать. Хвала небесам, что Ричард оказался крайне тактичным. А, памятуя о брачной ночи, и вовсе старался быть сверхласковым и заботливым, стойко выдерживая отказ жены от близости.
Ох, Алекс... Смогу ли я когда-нибудь смириться с тем, что тебя не будет рядом. Ты проживёшь другую жизнь. Не со мной. Да, я сама решила смириться с волей отца, и, вероятно, благодаря этому, он стал чувствовать себя гораздо лучше. Но какая жуткая боль в груди, каждый раз, когда я думаю о тебе...
По щекам скатились две слезинки. И тут же в дверь каюты постучали.
- Войдите. - ответила Элизабет.
Ричард вошёл и, как всегда, замялся у дальней стены.
- Добрый вечер, дорогая. Как вы себя чувствуете? - это был его ежевечерний ритуал, узнать, как у нее дела и как она провела день, хотя девушка точно знала, что он наблюдал за ней из капитанской рубки, когда она выходила прогуляться по палубе. Иногда, муж присоединялся к ее променаду. Он делал все, чтобы наладить их отношения.
Надо было признать, что Ричард оказался интересным и начитанным человеком. А еще, он много где побывал, и Элизабет с удовольствием слушала его рассказы о Карибском море, чудесном острове Доминикана, где нет ни одного опасного животного или змеи, о Тортуге, где до сих пор встречались настоящие пираты, о Ямайке, поросшей джунглями, где растут непередаваемой красоты экзотические орхидеи.
Ричард начинал свое морское дело, пытаясь возить в Штаты и Европу ром с Ямайки. Но вскоре, когда в Южной Каролине случился хлопковый бум, и потребовалось много кораблей, чтобы возить хлопок в Англию, Ричард был одним из первых, кто перевел свой корабль на линию Чарльстон - Лондон.
И попал в струю. Деньги полились рекой. Вскоре он смог купить еще пару кораблей и основать компанию перевозок Р. Коулз Лайн. Принадлежащие ему суда были грузовыми, но на каждом имелось около 20 кают, чтобы взять на борт пассажиров. Цены на проезд у него были заметно ниже, чем у тех, кто занимался именно пассажирскими перевозками, впрочем и комфорта особого он предложить не мог, поэтому чаще всего его клиентами становились мелкие клерки различных компаний, которым важно было сэкономить каждый цент. Но это приносило доход.
Казалось, у Ричада все продумано до самых мелочей. В делах он был крайне скрупулезен. Просчитывал каждый шаг, подстраховывал сложные моменты. Вероятно, именно поэтому он был столь успешен. А вот с супругой наладить отношения получалось плохо. Она никак не желала забыть той ночи, когда он напился, наслушавшись догадок тети Мэрион, и повел себя как последний мужлан. Бог знает, что девушке пришлось пережить по его вине в свой первый раз. Так что удивляться, что Элизабет каждый раз вздрагивала и бледнела, когда он даже просто целовал ей руку.
Ричард старался не навязывать жене свое общество. Пусть сгладятся все воспоминания. Ему хватит терпения подождать, пока она решится ему довериться. Он наблюдал за ней издалека, иногда просил разрешения присоединиться к ней, когда она гуляла по палубе. А по вечерам всегда заходил на несколько минут, узнать чем она занималась и прочла ли что-то интересное.
Ему очень нравилось, что Элизабет увлечена книгами о путешествиях и приключениях. С ней всегда было, что обсудить, о чем поговорить. Его крайне удивляло, что девушка ее круга столь начитана, знает географию, мечтает увидеть римские форумы и афинский акрополь, доплыть до Индии, Сингапура и Австралии. До знакомства с ней он был уверен, что все юные барышни, едва покинувшие стены пансионов, в восторге лишь от любовных романов. Как же он ошибался.
А еще его жена любила слушать его рассказы о плаваниях и местах, где он был. Видя восторг в ее глазах, он с удовольствием делился с ней всеми воспоминаниями. И, очень скоро, понял, что, даже если, сначала, воспринимал предложение ее отца о браке как очередной очень выгодный контракт, то теперь, потихоньку узнавая девушку, он начинал испытывать к ней глубокую симпатию, и ему это нравилось. Впервые в жизни Ричард осознал, что маленькая рука, лежащая на его локте во время прогулки, может дарить гораздо большее счастье, нежели прибыль, полученная от умело проведенного дела.
Сегодня он не видел ее весь день. Шторм разошелся не на шутку, и Элизабет благоразумно оставалась в каюте. Наконец, наступил вечер, и Ричард, по сложившейся традиции, зашел узнать как она и пожелать спокойной ночи.
Девушка лежала на кровати без привычной книги в руках. Оно и понятно, сложно читать, когда все вокруг ходит ходуном. Она повернула голову, когда он вошел, и ее глаза подозрительно блеснули в полумраке каюты. Сердце екнуло, может, она заболела?
- Дорогая, вы плачете? - Ричард, держась то за стены, то за мебель, прикрученную к полу, подошёл к кровати и взял руку жены в свою. Она была прохладной и такой нежной.
- Вы здоровы? - мужчина внимательно всмотрелся в ее лицо. Он заботился о ней. И переживал. Кажется, искренне. И, вероятно, пора было уже простить его. Но, каждый раз, когда девушка допускала такую мысль, перед ее глазами тут же возникало лицо Александра, и она немедленно решала подождать еще пару дней, перед тем как перестать ломать комедию с обидой.
Вот и сейчас, когда он взял ее за руку и внимательно всматривался в лицо, ища признаки плохого самочувствия, внутри кольнуло непрошенным укором. Но нет, сегодня она не сдастся. Но, пожалуй, она позволит ему задержать свою ладонь в его. У него такие теплые пальцы. А ей очень нужно немного тепла.
- Со мной все в порядке, благодарю. Я никогда не покидала родителей и дом так надолго, и не уезжала так далеко. Поэтому мне неспокойно. Это пройдёт. Прошу прощения, что вызвала у вас тревогу.- она быстрым движением стёрла следы слез. - Как мы продвигаемся? Шторм не относит нас с курса?
- Все хорошо. Мои капитаны и штурманы знают свое дело. Непогода не доставит нам неприятностей. В ближайший порт назначения мы прибудем в срок. Вы можете не переживать на этот счет. - Ричард улыбнулся жене. Сегодня она не отнимала у него ладонь и это было так приятно - держать ее маленькую ручку в своей. Возможно, она сумела его простить, и теперь все изменится? Эта мысль его так обрадовала, что она пропусти ее вопрос:
- Что-что?
- А мы сможем сойти на берег в Галифаксе? - переспросила Элизабет.
- Да, конечно. Мы там будем стоять часов 8-10, пока разгрузят одни товары и погрузят другие. Так что вполне можно будет прогуляться. А что вы хотите увидеть? - поинтересовался Ричард.
- Возможно, вы мне подскажите. Это мой первый город в Северной Америке. - пожала плечами Элизабет.
- Тогда, думаю, вам стоит посмотреть на католический собор Пресвятой Девы Марии. Очень интересный образец неоготики. Так же есть церковь Сен-Пьер - ее построили более ста лет назад, она деревянная, но очень хорошо сохранилась и действует. Так же есть военные форты. Внутрь нас не пустят, но снаружи их вполне можно осмотреть. Думаю, вам понравится - Ричард с улыбкой наблюдал, как на лице жены рассеивается печаль и появляется предвкушение. Какая же она все-таки невероятная. Кажется, ему очень повезло.
- О, Ричард, я очень хочу это все увидеть. Вы же мне все покажите? Или вам нужно будет присутствовать в порту? - Элизабет вопросительно посмотрела на мужа.
- Не думали же вы, что я отпущу вас одну, дорогая моя. Команда вполне справится сама. - Мужчина поцеловал руку жены, которую все еще держал в своей ладони. Чуть помолчал, будто хотел что-то еще спросить, но не решился, и поэтому просто проговорил:
- А теперь доброй ночи, Элизабет, увидимся завтра.
- Доброй ночи, Ричард. - ответила она, глядя, как за ним закрывается дверь, и понимая, что, кажется, сейчас дала ему надежду, что все наладится. Что же делать?
Он казался ей холодным и расчетливым дельцом, а оказался интересным и внимательным человеком. Одна ее часть говорила, что они с ним все-равно связаны навеки, и стоит дать ему шанс. А другая просто кричала, что это будет предательством по отношению к Алексу.
А Ричард шел в свою каюту, и его рука все ещё чувствовала ее тепло и мягкость тонких пальчиков, и от этого на сердце было невероятно легко и радостно. Возможно, любить кого-то не так уж и плохо.
Глава 3
За иллюминатором было ещё темно, когда Элизабет проснулась от жуткого приступа дурноты. Она вскочила и понеслась к двери каюты, где стояло ведро для естественных потребностей. Ее несколько раз вырвало.
Ей потребовалось некоторое время, чтобы мир вокруг перестал кружиться, и она снова обрела возможность нормально дышать.
Что это с ней? Из-за болтанки она вчера почти ничего не ела. Ее никогда не укачивало. Хотя, она никогда еще не попадала в шторм, вот, видимо, ее желудок и не выдержал.
Найдя разумное объяснение, Элизабет поднялась с пола и вернулась в кровать. Еще совсем рано, нужно попробовать уснуть.
К счастью, за ночь шторм стих, и солнце снова засияло на небе.
Элизабет проснулась позже обычного, но в прекрасном настроении. И чувствовала она себя так же. За завтраком ей, правда, показалось, что бекон пахнет как-то не так, но яйца и кашу она съела с удовольствием, так как испытывала сильный голод. Хорошо, что желудок успокоился.
Радуясь хорошей погоде, она вышла на палубу на утреннюю прогулку. После дня, проведенного в каюте было так хорошо подышать свежим воздухом, пусть и холодным.
- Дорогая, можно тебе составить компанию? - Ричард подошел к ней и поцеловал ее руку, затянутую в перчатку.
- Разумеется. - Элизабет положила ладонь на локоть мужа и они начали совершать моцион по палубе.
Пару минут они ходили молча, наслаждаясь солнцем и легким ветерком. Ричард время от времени поглядывал на жену, думая, стоит ли поднимать тему их отношений. Но вчера... она же позволила держать ее за руку все то время, пока они общались. Он должен понимать, что происходит. И мужчина решился:
- Элизабет, вчера вечером... мне показалось... мы стали чуточку ближе? - муж заглянул ей в глаза, ища ответ, но увидел лишь два в миг заледеневших изумруда.
- Ричард, я бы не хотела это обсуждать. Пусть все идёт своим чередом. - в голосе холода было не меньше.
- Дорогая, прошёл уже целый месяц... - начал было супруг.
- Всего месяц! - воскликнула Элизабет, кажется, слишком громко. На них даже оглянулась пара других пассажиров.
- Я извинился уже миллион раз. Я был пьян, и не сдержался. Я пообещал, что больше не коснусь вас без вашего согласия. Но дни проходят, а вы все так же далеки от меня, как в то кошмарное утро. Я больше так не могу. Я чувствую к вам искреннюю симпатию. Даже, вернее сказать, я понял, что влюблен в вас. И я хотел бы попросить вас принять меня в качестве супруга. - все время, пока Ричард говорил, Элизабет чувствовала, как она проваливается в бездну отчаяния.
Ей было очень жаль Ричарда. Ее муж был хорошим человеком, она успела в этом убедиться, и ее очень мучала совесть за то, что он считает себя виноватым. Но она не могла ему отдать ни душу, ни тело. Душой ее прочно владел другой, потерянный, но от того не менее любимый. Да и тело она отдала ему. И мысль, что Ричард ее будет касаться так же как и Александр вызывала ужас и желание бросится в воды Атлантики.
Ее зазнобило.
- Простите, я не важно себя чувствую. Пожалуй, мне лучше вернуться в каюту и прилечь. - Элизабет хотела уйти, но Ричард мягко удержал ее, взяв за плечо.
- Дорогая, я не хочу на вас давить, но это не нормально. Думаю, вы и сами понимаете. Мне жаль, что я не был сдержан тогда. Но дайте мне еще один шанс. Пожалуйста. Будьте благоразумны. Рано или поздно нам придется преодолеть этот барьер. - голос мужчины был полон тепла и доброты, и в душе девушки что-то дрогнуло.
- Хорошо, я обещаю, мы вернемся к этому вопросу, как только прибудем в Чарльстон. А теперь позвольте мне уйти, я замерзла. - Элизабет и вправду чувствовала, как леденеют руки, и даже под теплое пальто проникает холод.
Ричард разжал пальцы и со вздохом смотрел, как стройная фигурка жены стремительно удаляется в сторону пассажирских кают.
Глава 4
На рассвете пятнадцатого дня пути "Стелла" бросила якорь в порту Галифакс провинции Новая Шотландия.
Не смотря на ранний час, Элизабет стояла на палубе, всматриваясь в незнакомый берег, поросший лиственными деревьями, расцвеченными осенними красками. На фоне множества ярких оттенков от ярко-желтого до темно-алого, подсвеченных рассветными лучами, резкие темные линии портовых построек и крыши домов из серого камня казались чем-то чужеродным. А вот видневшиеся вдали шпили церквей смотрелись сказочно.
Ричард обещал ей прогулку в город, и Элизабет испытывала жуткое нетерпение. Казалось, что корабль слишком медленно заходит в порт, слишком долго швартуется, а супруг тратит слишком много времени, раздавая указания команде, прежде, чем сойти на берег.
А еще очень хотелось почувствовать под ногами твердую почву. Все-таки две недели на корабле давали о себе знать. Утренние приступы тошноты повторялись еще дважды. Элизабет сперва думала, что портятся продукты, ведь они уже давно в пути, но это было не похоже на отравление, потому что буквально через час-полтора она уже была бодра и зверски голодна.
И это была точно не морская болезнь. В первый раз девушка подумала, что ей стало плохо из-за шторма. Но все последующие дни море было почти идеальным, лишь с легкой рябью. И тем не менее еще пару раз с ней случились эти странные приступы.
Так же ей пришлось отказаться от чтения на ночь. Почему-то к вечеру она теперь так хотела спать, что едва успевала раздеться и лечь в постель, как моментально засыпала.
Видимо, это все-таки долгое путешествие. Она не привыкла к такому. Думать, что она чем-то заболела не хотелось совсем.
Ладно, ей надо как-то дотерпеть до Чарльстона. И, если не пройдёт, она признается Ричарду. А пока она готова посмотреть новые города.
Наконец, ее муж освободился, помог ей спуститься с трапа и они отправились в город.
Выбравшись из хмурых и грязных предпортовых районов, они оказались среди прямых улиц, застроенных двух-трехэтажными домами. Какие-то из них были каменными, какие-то имели деревянные верхние этажи. На первых этажах было много лавочек и домашних мастерских. Так же они нашли милую пекарню и съели невероятно вкусные свежие кексы. Город выглядел симпатично, а местные жители казались открытыми и приветливыми.
Ричард рассказал ей, что до того, как сюда приплыли британцы, эти берега заселяли индейцы племени микмаки, чья жизнь большей частью строилась на охоте и рыболовстве. Коренные жители были совсем не рады новоприбывшим. Поэтому первым переселенцам пришлось ой как не сладко. Но они выстояли, и теперь это стремительно развивающийся город, где соединяется множество дорог, по которым доставляют грузы, а дальше на кораблях их отправляют в другие страны.
На холме возвышался форт Джордж в виде восьмиконечной звезды. Когда-то он был важным оборонительным сооружением, в нем и сейчас располагался военный гарнизон.
Элизабет пришла в восторг от недавно открывшегося после реконструкции собора Пресвятой Девы Марии, чьи резные розетки так напомнили ей Нотр-Дам де Пари.
И совсем не впечатлилась церковью Сен-Пьер, хоть она и была гораздо старше собора, но выглядела простовато.
Уставшие и очень голодные они вернулись на корабль незадолго до отплытия. Ричард ушел проверять как прошли разгрузка и погрузка, а Элизабет отправилась к себе, чтобы немного отдохнуть перед ужином, пока муж улаживал дела. Она с наслаждением скинула ботинки и прилегла на кровать. Когда через полтора часа Ричард зашел к ней, чтобы отправиться есть, она крепко спала. Подумав, супруг не стал ее будить, накрыл теплым пледом, полюбовался нежными чертами лица, потом легко поцеловал в губы и оставил отдыхать.