- -
- 100%
- +
Вообще-то я не суеверна. Ну, разве что совсем чуть-чуть, в пределах разумного. Однако сегодня я была готова поверить, что кто-то определённо меня сглазил.
Будильник на телефоне прозвенел раз — и будто решил уйти в отпуск от своей неблагодарной работы. Ни второго сигнала, ни вибрации. Если бы не моя дочь, типичный жаворонок, я бы с удовольствием проспала всё: садик, собеседование, и, вероятно, вообще открыла глаза где-то ближе к полудню.
Дочка же, как настоящий блюститель моего расписания, бодро ворвалась в мою постель как раз в тот момент, когда я ещё пыталась договориться с подушкой о дополнительной минутке сна. С её звонкого "Мама, пора вставать!" началось моё утро — одновременно спасение и катастрофа.
Правда, эта егоза тут же устроила мне настоящую череду испытаний. Сначала был концерт под названием «Кашу не хочу! Она противная!". И надеть розовую юбку, которую ей недавно подарила бабушка, не согласилась ни за какие коврижки.
"Только комбинезон!" — заявила дочь с детской непреклонностью, и в её голос звучал так уверенно, будто она приняла жизненно-важное решение.
Скрепя сердце, я схватила щётку и кое-как оттерла особенно яркие пятна краски, которые украшали её любимый джинсовый комбинезон после трёхдневного марафона "только-в-этом". Ну а что поделать? Чем спорить с ребёнком, который уже топает ногой и грозится не выходить из дома, лучше сохранить остатки сил.
Каша, кстати, тоже внесла свой вклад в это хаотичное утро, благополучно подгорев, пока я занималась спасением комбинезона. В результате её непередаваемый аромат распространился по всей квартире, чем моментально вызвал недовольство соседей.
"Запах, знаете ли, неприятный! Спать мешает!" — ворчливо произнесла одна из дамочек через щёлочку своей двери, словно специально подгадывала момент, когда я неслась собирать дочь на выход.
Я кивнула, выдохнула через зубы и, как всегда, попыталась проигнорировать колючие взгляды. Главное, что мы всё-таки выбрались из дома, а остальное пусть подождёт.
Благополучно сдав ребёнка в руки воспитательницы, я глянула на часы. Удивительно, но я ещё успеваю — даже с запасом. Если на переходах в метро ускориться, а на эскалаторах пройтись пешком, то, может, ещё и стакан кофе успею схватить. А то от голода желудок скручивается узлом, и мысли путаются так, будто я уже час решаю задачу из школьного ЕГЭ.
В метро, конечно, свои приключения. Втиснуться в вагон удалось только с третьего захода. Спасибо, весна всё-таки пришла, и часть народа наконец сменила пуховики на ветровки. Иначе я бы, наверное, так и осталась стоять на платформе в надежде на чудо. Вцепилась в поручень железной хваткой, как будто от этого зависела моя жизнь, а другой рукой начала обыскивать карманы пальто в поисках наушников.
Пусто.
Есть фантик от конфеты, игрушечный бегемотик из киндера (вот что бывает, когда ребёнок запихивает всё подряд тебе в карманы), старый проездной.
А наушников нет.
Мысленно скрестила пальцы на руках, ногах и, кажется, даже в душе, только бы они остались дома — покупка новых сейчас вообще не вписывалась в мой бюджет. У меня ведь всё ещё нет работы, каждый рубль на счету.
О туфлях вместо кроссовок я пожалела уже спустя двадцать минут. Ноги ныли, а узкая юбка постоянно задиралась вверх от быстрой ходьбы. Вот чего я не пошла просто в джинсах и свитере? Нет, мне ведь, конечно же, надо было "произвести впечатление", показать себя с лучшей стороны, создать образ деловой, ответственной мадам. Профессионала! Ну что за наивная дурочка.
Две пересадки, пара забегов по ступеням и вот я на месте.
Глотнула еще прохладного мартовского воздуха, пытаясь прогнать дурные мысли. Рядом с входом бизнес-центр, представляющим собой несколько высоких дверей из тонированного стекла и металла, заметила вывеску кофейни.
Внутри было почти пусто. Одинокий посетитель что-то обсуждал с баристой, облокотившись на стойку, и, судя по его позе, явно пытался флиртовать. Девушка отвечала ему взаимной улыбкой, накручивая на палец одну из ярких афрокосичек.
Я заметила эту сцену ещё от входной двери и автоматически сбавила шаг. Почувствовала себя неловко, будто ворвалась в чей-то личный момент.
— А вот я никогда не понимал разницу между капучино и латте, — услышала я низкий, бархатистый голос мужчины. Он звучал так мягко и одновременно уверенно, что я едва не споткнулась. — Может, ты поможешь мне определиться? Обычно я пью только чёрный, но, знаешь, эксперименты иной раз полезны.
Я почувствовала, как моё лицо начинает предательски гореть. Эта двусмысленность в его словах… Или мне только показалось? Да что это со мной! Может, это от голода?
Стараясь побороть смущение, я сделала вид, что внимательно изучаю витрину с пирожными и готовыми сэндвичами. "Щас эти двое наобщаются, а я, может, решусь взять что-нибудь посытнее латте", — подумала я, нервно стискивая ремешок сумки.
Но время будто замерло. Парочка у стойки, казалось, даже не заметила моего присутствия. Чувство неловкости становилось всё сильнее. Хотелось развернуться и уйти, но бурчащий живот, как назло, напоминал, что дома я даже не успела съесть кусочек хлеба.
Стиснув зубы, я решила дождаться своей очереди. Надо только не смотреть в их сторону и не обращать внимания на то, что этот мужчина продолжал гипнотизировать бариста своей улыбкой. Живот заурчал.
"Голод сильнее смущения," — сказала я себе, делая глубокий вдох, и намерилась вклиниться в их беседу.
Мужчина в этот момент держал в руках пару подарочных кружек с логотипом кофейни, кажется, решая, что выбрать: белую или чёрную.
Решительно втиснувшись между ним и стойкой, я оттеснила его чуть назад и самым дружелюбным голосом выдала:
— В латте молока больше, в капучино меньше. Если в подарок — берите белую чашку, она эффектнее. А если себе, то лучше чёрную — её мыть проще.
Пока он ошалело смотрел на меня (кстати симпатичный, но не мой типаж), я повернулась к баристе и, не давая ей шанса протестовать, быстро выпалила:
— Большой латте, пожалуйста. И я очень сильно спешу. Спасибо!
Нервно постукивая карточкой по стойке, я чувствовала, как всё внутри сжимается. Казалось, взгляд мужчины буквально прожигает дыру в моей спине. Даже бариста, судя по всему, немного растерялась — или мне это только показалось, ведь я избегала встречаться с ней глазами.
Кофе приготовили на удивление быстро. Оплатив заказ, я с ужасом глянула на время: опаздываю!
— Да твою же… То есть спасибо! — выдохнула я, схватила стакан и рванула к двери. Уже на ходу, обернувшись через плечо, бросила: — Извините, что прервала!
Выскочив на улицу, я тут же еще сильнее ускорила шаг в направлении бизнес-центра, отчаянно надеясь, что доберусь вовремя.
На перекрёстке меня чуть не снёс вело-курьер, но я чудом успела отскочить в сторону. Всё обошлось, хотя адреналина мне точно хватило бы на весь остаток дня.
И всё же, даже когда я оказалась у дверей бизнес центра, мне не давало покоя странное чувство, будто я ощущала на себе взгляд.
Пронзительный.
И почему-то почти обжигающий.
Глава 2. Анна
Вбежав в здание, я огляделась в поисках лифта или указателя, но через пару секунд поняла, что попала не туда. Вместо строгого офисного интерьера меня встретило пространство, больше похожее на шоу-рум офисной мебели или даже склад: несколько столов, стеллажи с образцами и пара людей в рабочих спецовках.
— Простите, а здесь проход в бизнес-центр? — спросила я у ближайшего человека, но в ответ получила только недоумённый взгляд и пару фраз на каком-то иностранном языке.
Быстро осмотрев помещение в надежде найти кого-то, кто понимает русский, я тщетно пыталась сообразить, что делать. Смущённо улыбнувшись, снова выскочила на улицу и направилась к соседнему входу.
На бегу пыталась сделать хотя бы пару глотков из своего стаканчика, но это оказалось настоящим испытанием: крышка отходит, кофе норовит выплеснуться, и в итоге я больше занималась балансированием стакана, чем наслаждением напитком. Я же говорила, что туплю, когда голодная? А теперь вот пытаюсь вернуть себе способность соображать на ходу.
Видя перед собой нужный вход, я ускорила шаг, но на последней ступеньке умудрилась споткнуться. Стакан опасно наклонился, и я почти потеряла равновесие. Однако в последний момент мне удалось удержаться на ногах.
— Ну вот, точно нужно было замедлиться, — прошептала я себе под нос, выдыхая и делая несколько шагов вперёд уже осторожнее.
Наконец, войдя внутрь, я сразу поняла, что попала куда нужно. Просторный холл, отделанный камнем, широкая стойка ресепшен, а слева турникеты, пропускающие сотрудников. Чуть впереди деловито стучали каблуки, слышался тихий гул голосов.
"Отлично, хоть это правильно," — подумала я, наконец осознавая, что вот-вот начнётся собеседование, и пора собраться с мыслями.
Прошла вглубь и тут же ощутила странное беспокойство. Что-то было не так. Посмотрела вниз и тут же заметила проблему — ремешок на туфле порвался. Отлично. Просто идеально! Теперь я шла, словно хромая лошадь, которая вызывала больше сочувствия, чем желание взять на работу.
С трудом доковыляла до ближайшего диванчика для гостей, плюхнулась на него и начала лихорадочно рыться в сумке. Я даже не знала точно, что ищу, но импровизация — мой скрытый талант. В такие моменты всегда верю, что решение найдётся само.
Пальцы наткнулись на что-то мягкое. Я вытащила небольшой шёлковый платок. Вот и судьба, или, скорее, прошлые модные тренды, спасают меня. Этот платок, который я когда-то завязывала на ручку сумки «для красоты», теперь стал моим «флагом надежды».
Не теряя времени, привязала туфлю к ноге, затянув платок вокруг щиколотки. Для пущей надёжности завязала сверху замысловатый бант. Видок был, мягко говоря, странным, но мне было всё равно. Главное, чтобы держалось.
Аккуратно встала и протестировала свою конструкцию. Не идеально, но, по крайней мере, я могла двигаться. Вдох-выдох. Жить можно. Главное — идти можно. Ну, как минимум, лучше, чем было.
Теперь оставалось только надеяться, что никто не обратит внимания на моё оригинальное решение. Хотя... может, это даже произведёт впечатление? В конце концов, дизайнеры любят креативность. А я как раз в дизайн-бюро устраивалась.
Подошла к стойке ресепшена, стараясь сохранить хотя бы видимость спокойствия, но внутри всё кипело: платочный бант на туфле, кофе всё ещё не допито, я слегка запыхалась после забега и раскраснелась.
— Добрый день, я на собеседование, — пояснила я миловидной девушке за стойкой и протянула паспорт.
Она взяла документ, пару раз посмотрела то на фото, то на меня. Под её взглядом я почувствовала себя не слишком уютно, но старалась не показывать этого. Да, фото было сделано много лет назад. И да, я, мягко говоря, изменилась. Кто вообще выглядит после четырёх лет декрета лучше, чем до него?
Не проронив ни слова, девушка вернула мне паспорт, оформила временный пропуск, а затем всё же с улыбкой объяснила, куда нужно идти: этаж, номер офиса, как добраться.
— Спасибо, — выдохнула я, забирая пропуск и прикрепляя его к лацкану пальто.
В голове прокручивала: лифт или лестница? Вдруг по лестнице будет быстрее? Нет, лифт. Определённо лифт. Моя нога с импровизированным ремонтом протестовала при одной мысли о ступеньках.
Казалось бы, теперь всё должно было быть проще, но я всё ещё чувствовала на себе чьи-то взгляды. Может, это была паранойя. А может, платочный бант действительно чересчур выделялся.
Я стояла, ожидая, когда спустится лифт. Плотнее прижала к себе сумку, в которой лежал планшет и рекомендательные письма.
"Ну и чего я так волнуюсь?" — отчитала себя мысленно. — "Это же даже не постоянная должность, а временная. Всего лишь ассистент дизайнера. Ну что может пойти не так? Что в этом сложного?"
Но я-то знала, что может. Если я не получу эту работу, через пару недель снова придётся звонить маме и просить в долг. В садике у Полишки опять какой-то сбор в родительском комитете. На ботинки для весны тоже нужны деньги — те, что есть, уже жмут, носить их дальше просто невозможно. А ещё продукты. Три тысячи на неделю. И всё это — пока у меня ноль стабильного дохода.
От нервов подрагивала нога, как будто это хоть чем-то поможет лифту приехать быстрее. Чтобы успокоиться, сделала глоток кофе. Почти холодный — неважно. Погрузилась в телефон, пролистывая сообщения.
«Ни пуха ни пера», — написала подруга, словно я иду на экзамен, а не на собеседование. Ну да, спасибо, теперь тревога только усилилась. Отлично, просто прекрасно.
Рядом кто-то встал, и краем глаза заметила движение, но смотреть наверх не хотелось. Наконец-то подъехал лифт. Из кабины вышли несколько человек, оживлённо что-то обсуждая. Двое мужчин волокли кресло, я отступила, чтобы не мешать, и успела юркнуть внутрь.
Тянулась к кнопке седьмого этажа и столкнулась пальцами с чужой рукой. Взгляд вверх — и всё встало на свои места. Вселенная решила меня добить сегодня.
Ну конечно, это он. Тот самый мужчина из кофейни.
Уголок его губ слегка дернулся, будто он тоже меня узнал, но я не была уверена. Может, мне это только казалось. На миг наши глаза встретились, но он первым отвернулся и спокойно нажал номер нашего этажа.
Двери закрылись.
Мы стояли рядом, каждый из нас делал вид, что другого здесь просто нет. Я смотрела куда-то вбок, но прекрасно ощущала его присутствие.
Цифры на табло лифта медленно менялись. Я продолжала пить кофе, надеясь, что это хоть немного отвлечет. Ситуация была глупой, но игнорировать её было проще, чем оправдываться или заводить разговор.
Мужчина украдкой бросил взгляд в мою сторону, и я заметила, как его взгляд остановился на моих туфлях. Он поднял бровь, стараясь скрыть улыбку.
— Занятный дизайн, — заметил он с лёгким сарказмом.
Я старалась не дрогнуть, хотя внутри всё переворачивалось.
— Спасибо, это итальянский тренд, — невозмутимо ответила, не моргнув и глазом, придумывая эту нелепую ложь.
Повернулась к нему боком, чтобы скрыть лицо, и прикрылась стаканчиком, делая глоток. «Что я только что ляпнула? Итальянский тренд?! Какой позор…»
Напряжение висело в воздухе, пока мы оба молчали. Лифт медленно полз вверх, и я просто считала секунды до седьмого этажа, где наши пути наконец разойдутся. Щёки горели, как будто кто-то включил духовку прямо у меня под кожей.
Вдруг лифт резко дернулся и замедлился. От неожиданности я вскрикнула и, конечно, уронила стаканчик с кофе.
На моих глазах разворачивалась сцена, достойная киношной съёмки: стакан летел вниз, крышка отлетала от удара о пол, и содержимое выплёскивалось в идеально выверенной дуге прямо на… белоснежные кроссовки моего попутчика.
Я замерла, и он тоже. Несколько секунд мы стояли, просто смотрели на растекающееся по полу пятно, словно не верили, что это действительно произошло.
«Белые кроссовки весной в Москве? Он что, издевается? Это же каким надо быть пижоном!» — успела подумать я, прежде чем осознать, что натворила.
Двери лифта открылись, как будто подчёркивая драматичность момента. Мне хотелось провалиться прямо в шахту.
— Простите, пожалуйста, — тихо выдавила из себя, пытаясь улыбнуться.
Виновато бросив взгляд на его обувь, я почти бегом выбежала из лифта.
— Хорошо, наверное, что это был латте, а не капучино, — услышала позади спокойный, чуть ироничный голос.
Я замедлила шаг и обернулась на секунду, но он не смотрел на меня — просто опустил взгляд на свои кроссовки и слегка качнул головой.
Теперь сомнений точно не было: он меня узнал.
Глава 3. Анна
Не знаю, что я себе представляла, когда думала о дизайн-бюро. В голову сразу приходила картинка: огромный офис в формате опен-спэйс, с высокими окнами, через которые льется солнечный свет, и экстравагантной мебелью, на которой, кажется, можно одновременно и работать, и спать, и есть. Необычные лампы, странные статуэтки, пестрые ковры — в общем, всё, что могло бы стать объектом обсуждения на модной выставке или в журнале о дизайне.
А уж люди!
Они должны быть такими креативными, что хочется сказать: «Вот это да! Я как будто попала в другой мир!» Они должны быть все в стильных нарядах, со стрижками, которые выглядят как арт-объекты, с наушниками эйрподс в ушах и странными аксессуарами, которые издалека напоминают кусочки современных скульптур.
В общем, я представляла себе атмосферу арт-галереи, но с компьютерами.
Так как дизайнеры — это же люди, которые могут воплощать в жизнь свои самые смелые задумки, верно?
Но, как это часто бывает, ожидания не совпали с реальностью.
Передо мной оказалось небольшое, но вполне уютное помещение с мягким светом, который создавал приятную атмосферу.
Стены были покрашены в спокойные нейтральные тона, а мебель — современная и вполне удобная, хотя и посредственная, какую встретишь в любом офисе.
Столы с компьютерами, заваленные какими-то бумагами, папками и коробками, стояли не слишком близко друг к другу. В их расположении чувствовалась некоторая небрежность. Будто бы их постоянно передвигали и бросали как придется.
Люди же.
А людей-то я и не увидела. Совсем.
Я замешкалась, оглядываясь по сторонам, уже начиная подозревать, что, возможно, ошиблась дверью. Но из глубины офиса доносилась тихая музыка, а это явно указывало на то, что кто-то здесь всё-таки был.
— Тук-тук, здравствуйте! — позвала я громче, чем планировала, не решаясь отходить от двери.
Из глубины помещения послышался стук каблуков, и через несколько секунд на горизонте появилась девушка: высокая, стройная, в безупречно сидящем деловом костюме и с таким гладким, идеальным пучком, что я бы скорее поверила, что она балерина из Большого, чем сотрудница дизайн-бюро.
— Доброе утро, — мелодично, почти пропевая, произнесла она, приближаясь ко мне. — Вы по поводу заказа для Михаила?
Я опешила и замотала головой, чувствуя, как на лицо медленно наползает смущение.
— Нет, я это... Меня пригласили на собеседование, — торопливо объяснила я, стараясь не выглядеть слишком растерянной. — На должность помощника дизайнера. На девять утра. Неужели я перепутала время?
Девушка тут же словно расслабилась и сделала успокаивающий жест рукой.
— А-а-а, так вы к Алексею. Да, он предупреждал, — протянула она с улыбкой. — Всё правильно. У него возникли небольшие сложности, но он скоро подойдет. Пойдемте, я провожу вас в конференц-зал, придется немного подождать.
Она развернулась на каблуках и плавно махнула рукой, приглашая следовать за ней. Я поспешила за своей провожатой, ловя себя на том, что стараюсь не оступиться в попытке идти уверенно.
Когда мы шли рядом, я почувствовала себя откровенно маленькой. Чтобы взглянуть на неё, мне пришлось сильно задрать голову. Мой рост — среднестатистический, около 165 см, а она оказалась явно выше на добрых пятнадцать сантиметров. Да ещё прибавьте высоту её каблуков минимум сантиметров десять. В общем я чувствовала себя хоббитом рядом с эльфийкой.
Гладкая, почти алебастровая кожа, выразительные скулы, миндалевидные тёмные глаза и пухлые губы. С такой внешностью и ростом ей бы не в офисе работать, а по подиуму ходить. Или в рекламе дорогих духов сниматься.
Я быстро отбросила эту мысль, стараясь не смотреть на её безупречную осанку слишком долго. Надеюсь, сотрудников здесь всё-таки набирают не по внешности. Иначе у меня на фоне такой модели шансов ноль.
— А где остальные сотрудники? — аккуратно поинтересовалась я, чувствуя себя немного не в своей тарелке из-за тишины и пустоты офиса. — Тут так… э-э… пусто.
Девушка бросила на меня взгляд через плечо и с улыбкой махнула рукой, словно отгоняя несущественные мысли.
— Ой, да у нас раньше десяти-одиннадцати почти никто не приходит, — пояснила она спокойно. — Творческий коллектив, относительно свободный график. Здесь не так важно, во сколько ты приходишь, главное — справляешься ли с задачами.
Она чуть сбавила шаг, давая мне время осмыслить её слова.
— Правда, в горячий сезон иногда приходится поднапрячься: и приехать пораньше, и уехать за полночь, — продолжила она, перекатывая интонации, будто читала наизусть знакомый текст. — Но большую часть времени начальство нас особо не терзает.
«Привлекательная работа», — подумала я про себя, хотя перспектива «горячих сезонов» вызвала лёгкий холодок в груди.
— Понятно, — протянула я, стараясь выглядеть непринуждённо, хотя в голове уже сложился список причин, почему "задержаться после работы" станет для меня проблемой. Как бы я ни старалась, мне нужно успевать забирать Полину из сада. Детские слёзы, воспитательница с неодобрительным взглядом и чувство вины — вот на что точно не было бы сил после длинного рабочего дня.
— Хотя мне... с задержками, наверное, будет сложновато, — пробормотала я осторожно, бросив взгляд на строгий пучок незнакомки.
— Ну, у всех свои обстоятельства, — небрежно заметила она, явно не придавая этому значения. — Если вы всё будете успевать, то никто слова не скажет.
Конференц-зал был небольшим и довольно простым. Даже я бы сказала аскетичным. В центре стоял прямоугольный стол с белым пластиковым покрытием, окружённый стандартными офисными стульями. На столе лежала пара блокнотов, несколько ручек и коробка с маркерами.
На одной из стен висела маркерная доска, на другой — экран для проектора. Потолочные лампы давали нейтральный холодный свет, создавая типичную рабочую атмосферу.
Ничего лишнего, просто место для обсуждений и презентаций.
— Располагайтесь, одежду можно вот тут в шкафу повесить, — сказала моя провожатая с дружелюбной улыбкой. — Алексей скоро подойдет. Вам что-то принести? Чай, кофе? Может, воды?
— Воды было бы прекрасно, спасибо.
Девушка исчезла буквально на минуту и вернулась с бутылкой и стеклянным стаканом. Оставив всё на столе, она пожелала мне удачи и ушла, оставив меня наедине с собой.
Я аккуратно сняла пальто, повесила его в шкаф. Достав планшет, открыла своё портфолио и попыталась сосредоточиться. Нужно хотя бы пару раз пробежаться по ключевым моментам и продумать, что говорить, если попросят презентовать себя.
С одной стороны, мне хотелось увидеть хотя бы кого-то из сотрудников, чтобы составить впечатление о будущем коллективе. С другой стороны, какая теперь разница? Эта работа была моей надеждой на стабильность, которой мне так давно не хватало. Фриланс, хоть и приносил доход время от времени, не обеспечивал уверенности в завтрашнем дне.
Я слишком погрузилась в свои мысли, перелистывая страницы экрана, чтобы заметить, как пролетело время. Поэтому, когда дверь резко распахнулась, я вздрогнула.
— Доброе утро! Извините, что заставил ждать, — раздался знакомый мужской голос.
Еще до того, как я успела поднять взгляд, я уже знала, кого увижу.
Кажется, вселенная решила сегодня посмеяться надо мной.
Очень громко и с явным удовольствием.
Глава 4. Алексей
Есть люди, которые твердо стоят на позиции: «Не умеешь – не берись». Например, мой отец.
А есть такие, как Диман, бывший одноклассник и друг по сей день. Он, наоборот, лезет в любую авантюру с уверенностью, будто у него не только золотые руки, но и сертификат »специалиста по всему на свете». Причем он убежден, что сделает всё лучше всех. Даже если до этого в глаза не видел, как это делается.
И еще умудряется заразить этой своей уверенностью всех вокруг.
— Тебе, братан, — вчера вечером заявил он, опираясь на стол с бутылкой пива, — пора уже выйти из своей раковины. Надо начинать снимать цыпочек.
Посмотрел на него молча, бровь чуть поднялась сама собой.
— Да не очкуй! — хлопнул он меня по плечу, как тренер перед выходом на ринг. — Я тебя научу. Я вообще в этом деле профи, мастер пикапа. Любую завалю, если надо.