- -
- 100%
- +
Мне снился кошмар. Страшный и мучительный.
Темный зал. Мигающие повсюду огни, запах восковых свечей. Страшные уродливые лица, склонившиеся надо мной и совершавшие характерные движения. Было страшно, но я не могла кричать. Даже в жутком сне – кошмаре, я оставалась немой… Слезы не переставали течь, все было словно в тумане, и я, лежа на жестком ложе безвольной куклой, разрешала совершать над собой насилие.
Как проснуться?..
И как забыть этот кошмар?..
Глава 1
— Ну и что, так и будешь сидеть? Давай лучше прогуляемся. — Соседка по общежитию позвала меня выйти из дома. Я, вздохнув, согласилась. Правда, чего это я сижу в четырех стенах? У меня ведь отпуск. Понимаю, на зарплату медсестры и санитарки при больнице не сильно разгуляешься, но все же.
Кивнув ей, схватила легкую кофту и последовала за ней. Рядом с общежитием, где мы жили, раскинулся большой парк. Мы пошли по его центральной аллее. Купив по мороженому и радуясь поздней весне, прогуливались, никуда не торопясь.
— Лина, — подруга искоса взглянула на меня, — твой вчера приходил, ты все же не хочешь к нему вернуться?
Я написала в телефоне «Нет».
— Думаю, это правильное решение. Ты вон, какая красотка, а этому козлу только бы по бабам шляться... Единственный его плюс — своя квартира. И чем ты ему не угодила? Немая — значит, орать не будешь, хозяйственная, красивая, не то, что я. Думаю найдешь себе еще кого-нибудь.
Я кивнула в ответ. По крайней мере сейчас мне точно никто не был нужен. Перед отпуском впахивала за себя и напарницу. Работать в ожоговом отделении очень тяжело, но зато заведующая попалась хорошая, постоянно делала надбавки к зарплате. Устала я настолько сильно, что теперь пассивно отдыхала.
— Ты не могла бы сегодня вечером погулять? Вася придет… Ты же знаешь, нам больше негде... — Подруга спрятала глаза.
«Он же женат, зачем он тебе?» — напечатала в телефоне. Язык жестов она не понимала.
— Это тебе хорошо: ресничками похлопала, третьим размером груди тряхнула, и все твои. А мне и Вася в радость…
«Куда я пойду ночью?» — написала ей ответ, не сильно-то и хотелось куда-то идти.
— Да не поздно, к девяти выйдешь. Я тебе СМС напишу, когда соберемся прогуляться. — Попросила она.
«Хорошо».
Как бы ни хотелось, но придется идти вечером в парк. Темнело ближе к десяти, да и гуляло много людей — ничего страшного. Возьму с собой ролики и покатаюсь немного.
Примерно к девяти, соседка спровадила меня за дверь. Я едва успела надеть джинсы, схватить рюкзак и мешок с роликами.
Накатавшись вволю, почувствовала, что очень устала. Наконец-то долгожданное СМС пришло. Переобувшись, я решила сократить путь, чтобы быстрее добраться до общаги. Свернула на пустую дорожку и быстрым шагом прошла большую часть. Внезапно передо мной упал сноп света.
Я удивленно подняла голову, но ничего не увидела. Свет словно лился из ниоткуда. Мелькнула глупая мысль, что это инопланетяне. Как мелькнула, так и погасла, потому что луч переместился на меня. Я почувствовала себя насекомым под микроскопом. Меня парализовало, из ослабевших рук выпал рюкзак и сумка с роликами. А затем мое сознание словно выключили.
Раз — и темнота.
***
Приходила в себя тяжело, как после наркоза: боль в теле, мышцы разрываются, между ног саднит, а низ живота ноет.
Внезапно вспомнила кошмар и резко открыла глаза.
Я не знала, где оказалась, но это точно была не моя общага, а вполне уютная комната: большое окном с плотно задернутыми шторами, кровать, на которой я и лежала. Страх накатил сильной волной, похожей на цунами, смывающей все на своем пути. То, что я находилась неизвестно где, ощущала боль между ног… говорило о том, что мой кошмар все же не был сном.
Я решилась встать. Откинув одеяло, с удивлением оглядела себя. На меня почему-то была одета длинная широкая сорочка, прямо как в исторических фильмах.
В комнате раздался шорох — я замерла. Из неосвещенного угла на середину вышел мужчина. Огромная масса тела, двинулась в сторону моей кровати, и я застыла, не зная, как на это реагировать. Бежать?..
— Добрый день, Илани… — его голос был словно раскат грома.
От его голоса я вздрогнула. Разглядев лицо мужчины, а оно выглядело явно нечеловеческим. Либо же на нем была маска… Я с ужасом вглядывалась в черные чешуйки, покрывающие скулы, лоб, испещренный наростами, и гребень, слегка выступающий из густых волос.
— Илани, вам больше ничего не угрожает. — Его голос заставил впасть в панику.
«Ага, как же! Если кошмар был явью, то кто же меня в этом убедит?» — саркастично подумала я. Спустив ноги с кровати, осмотрелась, ища пути побега.
Дверь.
Метнулась туда, но меня перехватили.
— Так вы можете себе навредить… Лучше я провожу вас в комнату омовения — там для вас уже готова одежда. — Спокойно и равнодушно сказал он.
Я обмякла в руках мужчины. Губы затряслись, истерика выплеснулась внезапно. Я извивалась всем телом, пытаясь вырваться из больших и сильных рук, но успеха это не принесло.
— Не нужно вести себя так. Вас больше никто не тронет, вы только навредите себе. — Дотронулся он до моего лба.
Мгновение — и снова темнота. Все с вами ясно...
Из сна меня вырвал яростный спор.
— Нельзя постоянно держать ее в искусственном сне! Это навредит ребенку! — яростно доказывал чей-то голос рядом.
— Если потребуется, она проспит всю беременность! — гневно отвечал второй голос.
— Это неправильно! Мы не должны с ней так обращаться! — решительно вклинился в разговор третий.
Я открыла глаза с мыслью, что больше истерить не буду и внезапно осознала, что один из них сказал… я беременна?
— Сосуд нужно оберегать! — Второй голос почему-то симпатизировал мне.
— Вот и займись ею! — Дверь открылась, следом раздались удаляющиеся шаги.
— Илани, я вижу, вы проснулись. Подходить я к вам не буду. Просто покажусь на глаза.
На свет, льющийся из окна, вышел мужчина. По сравнению с предыдущим он был худее. Я бы даже сказала изящнее. Приятное впечатление от тонких черт лица не портили наросты на скулах и рога на лбу. Яркий гребень торчал из красивых светлых волос, заплетенных в косу.
— Вам нужно принять ванну и одеться. А пока что я принесу еду. Ванная вон там, — он указал мне за спину.
Кивнула, тем самым дав понять, что услышала.
— Хорошо, я за ужином. Для вас. — Слегка поклонившись, он вышел.
Я неторопливо сползла все с той же огромной кровати, на которой лежала, и, осторожно ступая босыми ногами, подошла к указанной двери. Открыв ее, поразилась размеру помещения. Ванна была сделана из цельного камня, а за ней располагался искусственный водопад с небольшим бассейном. Я подошла к резервуару и потрогала воду. Она оказалась теплой.
Скинула сорочку, забралась в чашу. Мылась быстро — мало ли кто-то войдет. На бортике стояли какие-то баночки. Я изучила каждую, пытаясь прочитать надписи. Буквы сначала не давались мне, но потом неожиданно сложились во вполне понятный текст. И все же я решила ничего не использовать. Кто знает, что туда добавили…
Разлеживаться не стала. Искупалась и вытерлась, рассматривая красивое платье со шнуровкой по бокам, висящее на плечиках возле зеркала. Помимо него рядом лежало неплохое белье, более закрытое, чем то, к которому я привыкла. Лиф был в виде топа. Все село идеально. Также в комплекте шли мягкие балетки в тон платья. Я огляделась в попытке найти расческу, но так и не обнаружила ее.
С осторожностью вышла в спальню.
— Позвольте я вас причешу? Я буду дотрагиваться только до волос. — Попросил мужчина.
Я поежилась, наткнувшись взглядом на мужчину. Однако согласилась, я в руках похитителей, надо играть по их правилам.
Он довольно быстро расчесал мои волосы, заплетя косу и, указал на стол, заставленный едой. Я присела и принялась разглядывать незнакомые блюда, пахнет аппетитно, но есть страшно. Заметив мой взгляд, мужчина пояснил:
— Это легкий суп. А на второе мясо с овощами. Это салат. Здесь выпечка и ягодный сок. Не удивляйтесь, что я говорю языком, похожим на ваш. Мы вживили артефакт вам под кожу, и все, что вы слышите, трансформируется в привычные слова. Я говорю на родном языке, а вы слышите на своем, но суть одна. Ешьте, потом я расскажу вам все по порядку.
Я решила не упорствовать. Мало ли как они поступят в таком случае… Могут и усыпить вновь. Да и еда выглядела очень вкусно, так что я спокойно, с аппетитом съела предложенное.
— Располагайтесь в кресле, вам там будет удобнее, — предложил мужчина.
Недолго думая я присела, взяв себе понравившийся сок.
— Начну по порядку, — перешел к рассказу незнакомец. — Мы — раса Нират. Живем далеко от вашей планеты, но иногда прилетаем на Терру. Причина банальна и даже страшна для нас. Мы вымираем — нас все меньше и меньше. Объединившись по несколько мужчин в семью, ждем рождения нашей женщины. Но этого не происходит… У нас есть закон, по которому мы можем взять одну женщину не нашей расы, сосуд для рождения ребенка. И мы решили взять вас. К сожалению, это можно сделать только один раз и лишь при помощи специального обряда возле нашего источника. Времени на уговоры и объяснения нет. Я не приемлю насилие, но по-другому было нельзя. Ни один из нас не хотел причинять вам боль, оскорблять вас… Мы готовы заглаживать нашу вину столько, сколько нужно. Ни один из нас не прикоснется к вам без вашего разрешения, будьте уверены! Небольшая грубость со стороны Ирта — его обычная манера поведения. Он воин — по-другому не может. Да и женщин у нас нет, чтобы учиться общаться. Однако бояться его или нас, точно не стоит.
Мужчина замолчал и посмотрел на меня выжидающе. Жестом показала, что хочу написать ответ на его монолог.
— Вы не желаете с нами говорить? Что же, это ваше право! — Он посмотрел на меня нечитаемым взглядом, словно прятал все эмоции. Интересно, как мне ему объяснить, что я немая?
Дотронулась до губ и горла и отрицательно мотнула головой.
— Я понял вас, общаться с нами вы не будете. — Мужчина снова озвучил свой вывод. — Оставлю вас, только потом, перед сном, принесу еще еды. Комнату пока не покидайте, — сказал он и торопливо вышел.
«От его объяснений легче не стало… Что делать? Если я правильно поняла, они используют меня в качестве суррогатной матери. Что дальше? Выкинут, как ненужную вещь? Вполне вероятно… Надо искать выход… Может, устроить побег? Стоит попытаться найти хоть какие-то сведения о моем местоположении... Я не буду безвольно сидеть и ждать, когда у меня заберут ребенка!»
Оставшись в кресле, продолжила думать, что делать и как выбираться из этого ужаса…
Глава 2
Иртис, Ратис, Меркат — Нираты.
Мы вымираем…
Нас осталось всего несколько сотен. На тридцать мужчин приходилась всего одна женщина. Каждая вторая была бесплодна, да и не всегда беременность протекала благополучно, случались выкидыши. Мы уже сотню лет использовали женщин других видов для рождения детей. Но и то, шанс, что мы окажемся совместимы, был очень мал. Наши источники перестали приносить нам пользу — они просто засыхали, а без них мы перестанем быть долгожителями… Потом и вовсе исчезнем.
При помощи источника мы втроем, нашли нить, ведущую к сосуду, но он отказывался нам помогать: молчал долгое время. А когда все же помог, замолчал совсем, словно осуждал нас.
Эта странная женщина отказывается с нами говорить, возможно, выражая к нам свое презрение. Ни звука не произнесла! Но мы готовы терпеть такое отношение к нам. Может, ее обидело, что свое семя оставили все трое. Но так было нужно, иначе не удалось бы зачать ребенка.
Мы дополняем друг друга. Как только наш наследник появится на свет, мы поселим ее отдельно, и она больше не увидит нас. Мы бы не хотели, чтобы ненависть к нам передалась и ребенку… Сосуд будет обеспечен всем необходимым до конца своей жизни.
Лина
Первые два дня меня даже из комнаты не выпускали. Я пару раз повернула ручку двери, проверяя, заперта ли. Когда они все-таки убедились, что я не буду скандалить, позволили пройти на этаж, состоящий из пяти спален и одной общей гостиной. Их комнаты, как и ожидалось, были закрыты. Я вела себя спокойно, а они молча соблюдали дистанцию. Кормили меня, приносили чистую одежду. Я тоже ничего не говорила. Бумагу я так и не нашла — писать мне было не на чем, да и не факт, что смогли бы прочесть.
Имен я их так и не узнала, кроме того великана, который первым оказался рядом со мной. Ирт был крупного телосложения, с темными волосами, заплетенными в короткую косу, с коричневым гребнем и такого же цвета и чешуйками на лице. Вторым оказался блондин с жилистым телом, которое выглядело обманчиво сухопарым, но я видела, как перекатываются мышцы под его туникой.
Третий выглядел еще загадочнее, чем все остальные. Он кидал на меня взгляды, думая, что я их не замечаю. В них сквозило неприкрытое желание, сожаление. Но как только я поворачивалась в его сторону, сразу прятал глаза за пушистыми рыжими ресницами… Он был огненным: рыжие волосы, россыпь веснушек... Только гребень и чешуйки блестели золотом.
Все чаще я стояла возле большого окна в гостиной, с жадностью глядя на зелень вокруг дома. Намекала, что хотела прогуляться, в надежде, что хоть это они поймут. В конце концов, меня поняли — выпустили.
На второй неделе…
Но ежедневно.
Сначала кто-то один троицы постоянно ходил за мной. Оценив высоту забора, я поняла: вряд ли у меня есть хоть какая-то возможность перелезть его. Совершенно гладкие стены в десять метров высотой. На попытки усыпить их бдительность ушло еще две недели. Я гуляла по большому саду, в котором было много неизвестных мне растений, все чаще выбирая новые тропинки, исследуя растительность, надеясь найти любую лазейку.
Однажды мне на глаза попалась едва заметная тропа. Она выглядела более заросшей, чем остальные. Стало ясно: по ней давно не ходили. Я оглянулась, проверяя, не следят ли за мной, и смело зашагала вперед…
Шла достаточно долго. Углублялась уже не в сад, а в неухоженный парк. Тропинка вилась под ногами, словно зовя за собой, и я доверилась интуиции. Как оказалась, не зря. Дорожка вывела меня на большую поляну с россыпью крупных камней и небольшим ручейком, бьющим из земли. Присев на ближайший камень, я зачерпнула ладонями прохладную воду и с жадностью напилась. Боялась ли я отравиться? Нет. Чувство, что я делала все правильно, не покидало меня.
Вдруг воздух вокруг сгустился, и на соседний камень присела призрачная тень старика.
— Приветствую тебя, дитя. Я рад, что ты нашла ко мне дорогу. Не часто меня проведывают гости. А скоро и вовсе незачем будет… Еще немного — и я уйду.
Я попыталась жестами объяснить, что сожалею. Он внимательно посмотрел на меня.
— После того как ты выпила из источника, ты можешь общаться с существами, дотрагиваясь до них. А я и так слышу твои мысли.
«Почему вы умираете? Я могу вам помочь?» — мне стало жаль его.
— Ты так искренне сочувствуешь мне. Нет, помочь мне нельзя, я и сам не хочу жить. Наши дети — да, я предок Ниратов — нарушили столько заветов пращуров, что мы приняли решение постепенно покидать их. Одно обращение с женщинами как с бездушными игрушками чего стоит. Младенцев растят столь избалованными, что те считают, будто им должны с самого рождения.
Он замолчал, опустив голову и смотря на мелкие пузырьки воздуха, поднимающиеся со дна ручейка.
— Взять женщину, не любя ее, заставить быть матерью… А потом, после родов, избавиться от нее, как от ненужной вещи. Были случаи, когда мать просто продавали для утех другим Ниратам. — Пояснял он, пугая меня.
«Значит, меня ждет что-то подобное? Но я этого не хочу, я уже успела полюбить этого малыша…» — тут я тихо заплакала, прижав руки к животу.
— Это беда всех женщин-сосудов… Одни умирали, кончая жизнь самоубийством, другие теряли рассудок. — Покачал он головой.
«Как мне сбежать отсюда?» — это был главный вопрос, который крутился у меня в голове.
— Мне тоже некуда сбежать. Весь мир принадлежит Ниратам. Они везде тебя найдут, у тебя же артефакт вшит, — он сожалеющее покачал головой.
«В другой мир?» — сказала я первое что пришло на ум.
Старик поднял голову и посмотрел на меня, что-то обдумывая.
— Это хорошая идея. Я отдам последние силы, чтобы помочь тебе. За пределами этого мира Нираты бессильны.
«Если бы была возможность, я бы забрала вас с собой. Не хочу, чтобы вы исчезли... совсем» — я искренне сочувствовала духу.
— Спасибо дитя, но это невозможно. Недалеко мир прародителей, там до сих пор живут наши потомки. Они совсем другие, хотя тоже называют себя Ниратами. Источники там сильны, их уважают. Женщина — Мать с большой буквы. Здесь их считают гибридами, грязными кровью…
«Как туда попасть?» — мне стало страшно, но в душе затеплилась надежда.
— А ты готова?
«Да!» — я подскочила на месте.
Старик засветился, вобрав в себя воду. Источник полностью иссяк. Засветился овал, затянутый словно пленкой.
— Иди дитя, пусть тебе помогают предки, — сказал старик и внезапно уменьшился. Опал облачком на влажную траву, расходясь по ней. На месте выемки от воды сформировался сгусток облачка в форме маленького сиреневого бельчонка. Недолго думая, взяла зверька в руки и шагнула в овал. Он натянулся, обволакивая мое тело, словно вода, и начал смыкаться у меня за спиной. Я обернулась, посмотреть на поляну. Сердце испуганно дёрнулось, на расстоянии метра от меня стоял огненный иномирец. Он упал на колени и протянул ко мне руки.
Я дотронулась до живота, представила словно взяла младенца на руки, укачивая. А ему кулаком показала, как будто вырываю себе сердце, и отрицательно покачала головой. Надеюсь, он понял, что я хотела сказать. Я смотрела в его глаза, которые расширились от понимания. Он замахал в отрицании руками, но окно прохода со звоном захлопнулось, и я осталась в лесу одна, не считая маленького бельчонка в моей руке.
Огляделась: нет ни дороги, ни просвета. Дикие заросли. Были только знакомые камни и большой шумный ручей. Я присела возле него, пытаясь унять сердце, которое шумно билось в груди. В горле опять пересохло, я зачерпнула воду из ручья и с жадностью напилась. Брызнула каплями влаги на бельчонка, мне казалось, что он совсем не живой. Зверек зашевелился, сел на моей ладони и посмотрел по сторонам. Я опустила его на землю ближе к берегу. Бельчонок сразу нырнул в воду. Я едва успела подхватить его, боясь, что он захлебнется.
«Дитя, оказывается я не только жив, но и являюсь твоим хранителем! Наши источники, услышав меня, отдали последние силы, чтобы я остался с тобой», — бельчонок тронул меня крошечной лапкой. Я могла слышать его мысли.
«Что делать дальше, здесь даже тропинки нет, сплошной лес», — я оглядывалась, ища хоть какое-то подобие дороги.
«Сейчас будет! Попрошу этот источник!» — бельчонок радостно прыгал по траве. Надо дать ему имя, или спросить, может оно уже есть у него?
«У меня нет имени, буду рад принять его от тебя» — ответил малыш.
Я смотрела на это крохотное сиреневое чудо, и идея была только одна:
«Сиреневый Lilac, Лил, если мальчик, Лила, если девочка».
Он задумался и начал усиленно осматривать себя, пытаясь определить пол.
«Я девочка...» — надулся малыш.
«Самая милая девочка», — подхватила Лилу с земли и почесала спинку.
«Да-а, вот так, ещё чуть-чуть, и за ушком», — разомлела она у меня на ладони.
«Так, о чем я? — она даже забыла, что хотела сказать, — Значит так. Правило источника: когда существо к нему приходит впервые, источник преподносит дар. Такой, какой у него попросят. Но тому, кто не знает что просить, источник дарует то, что посчитает нужным. Я тебе подарила возможность общаться прикосновениями, а вот, что подарил этот — я не знаю! И нам туда!» — она забралась по руке и села на плечо. Показала на просвет, который появился из ниоткуда.
Мы шли по высокой траве, которая раздвигалась сама перед нами, показывая направление. Шли достаточно долго, и я уже выбилась из сил. Тропинка наконец-то вывела нас на берег озера, мучила жажда, однако пить воду из него я не решилась. Села без сил на поваленное дерево и вздохнула с облегчением.
Лила, ускакала осматриваться, вернулась достаточно быстро.
«Там есть большое дерево, в нем что-то вроде жилья. Судя по абсолютному отсутствию следов, в нем никто не живет», — Лила, положила крошечную лапку мне на палец и поделилась мыслеобразами.
Я устало побрела в указанную малышкой сторону. Пройдя через гущу деревьев, вышла на поляну. На ней росло большое дерево, а в нём была небольшая дверь. Я осторожно потянула её на себя — она со скрипом открылась. Уютная комната, оказалась заставлена простой деревянной мебелью. Было видно по слою пыли, что здесь действительно давно никто не жил. Я воспряла духом и, схватив кожаное ведро стоящее у порога, преодолевая усталость, наносила воды, вымывая всю скопившуюся грязь. Сил хватило только на то, чтобы напоследок ополоснуть грязное платье, да напиться из ручья, который протекал за деревом.
После этого я рухнула в кровать, и мгновенно заснула.
Глава 3
Утром проснулась в бодром настроении. Вынула из волос спящую Лилу, решила ее не будить, положила обратно на нагретую мной подушку. Умилилась тому, как она спала. Надела высохшее платье, вышла из дома, подошла к ручью, умылась и напилась заодно. Еды в доме совсем не было, а есть хотелось неимоверно.
Вдруг я осознала, что знаю каждое растение и способ его приготовления. Значит мой дар от источника — и есть это знание?
Накопала корешков, собрала плодов с деревьев. Заготовила несколько пучков чайных трав. Пришлось возвращаться к берегу озера за хворостом, там его было много. Воду на мелководье взволновала большая рыбина. И тут ко мне пришла мысль: а что, если заманить ее в запруду, прикормив у берега, и вот тебе еда.
Откинув пару камней из воды, собрала на большой лист палочкой мелкую живность из-под них и высыпала ее в воду. На щедрую кормежку почти сразу приплыло несколько крупных рыб. Отлично, потенциал есть. После обеда займусь запрудой, наломаю хвороста. Учитывая, что я решила остаться тут, она явно не будет лишней.
Лила, проснувшись от моей беготни, сразу включилась в работу. Помогла разжечь огонь. У нее это получилось одним взмахом лапки. Обещала потом подробней рассказать о витающей в воздухе силе. Оказывается, ее очень много, только и бери.
Но вот идею остаться тут, она не одобрила.
«— Я хочу остаться здесь!»
«А если что-то случится? Надо искать Ниратов, они помогут», — аргументировала она.
«Не хочу. Чувствую, что мы именно там, где нужно». — Но я наотрез отказалась.
Я избежала участи быть разделенной с ребенком, и мне нравится вот такая отдаленность от всех.
Мы съели местные плоды, которые запекли в огне, запили чаем из трав. Затем я занялась запрудой. Начала загораживать небольшой участок озера у берега камнями и ветками. Вспомнила, как плести ивовый забор и, нарезав похожих прутьев, поставила ограждение. Потрудились изрядно. Я скинула платье, оставшись в одном белье, но всё равно было жарко. Когда закончили, я решила искупаться. Наплавалась от души, успела, и погреться, и просохнуть. День прошёл в хлопотах по дому, я пыталась хоть немного привести жилье в приемлемый вид.
На следующее утро я проснулась рано. Природа кипела своей жизнью. Птички порхали с ветки на ветку и вели перекличку. Мелкая живность шуршала тут и там. Крупных зверей поблизости не водилось, хотя может, они и не подходили близко, чувствовали чужой запах.
«Лила, научи меня пользоваться дарами», — обратилась я к бельчонку после завтрака.
«Хорошо, — легко согласилась она, — начнем с азов. Садись, — указала лапкой на стул, — закрой глаза и попробуй представить силу - свет. Она вокруг тебя, везде. Выбери образ, любой: искры, свет, ленты, что больше нравится...» — деловито объясняла Лила, расположившись у меня на плече.