Фулл-хаус богомола

Пролог

– Видишь ли, Ди, жизнь довольно сложная штука. В ней так мало приятного и так много хлопот. – Сидящий в удобном велюровом кресле мужчина потянулся к стопке газет на журнальном столике. – Я бы сказал, гораздо больше, чем требуется на самом деле.

Голос мужчины был глубоким, того сочного тембра, который, как принято писать в дамских романах, заставляет трепетать женские сердца. С кем он вел беседу – было непонятно, ведь в комнате, кроме него, никого не было. Только белая пушистая кошка в роскошной позолоченной клетке.

«Фигаро» с тихим шелестом упала на пол, приземлившись рядом с «Нью-Йорк таймс». Мужчина искоса глянул на сидящую к нему спиной кошку и взял очередную свежую газету.

– Поэтому ни в коем случае нельзя себе отказывать в милых мелочах, из которых, по сути, и состоит наша жизнь, – продолжил он. – Кофе, настоящий чёрный кофе, сваренный в медной турке на горячем песке и налитый в чашку тонкого фарфора, а не эта бурда из дурацких кофемашин в пластиковых стаканах. Сочный свежий бифштекс, а не синтетическая жвачка…. Настоящая бумажная газета, пахнущая типографской краской, а не куцые сообщения в мессенджерах… Брррр! – мужчина наигранно передёрнул плечами и опять кинул взгляд на клетку. – Ты можешь сказать, что тут пока нет синтетического мяса, но поверь мне на слово – скоро оно появится… Пройдёт всего ничего – меньше сотни лет. Поэтому следует в полной мере вкушать имеющиеся удовольствия.

На пушистый ковёр спикировала ещё одна газета, на этот раз, судя по причудливой вязи строк, «Эхорук».

– Криминальная хроника Пекина сегодня не блещет оригинальностью, – развернув очередной пахнущий свежей краской листок, сообщил мужчина, явно обращаясь к пушистой собеседнице. – Такое ощущение, что у китайских преступников совсем нет фантазии. Ну вот, сама послушай, – предложил он, держа в руках китайскую «Жэньминь Жибао», и принялся зачитывать: – «Выхватил у дамы сумочку в супермаркете…», «Чиновник украл три миллиона юаней…» Смех, да и только!.. А вот это интересно… На последней странице. В самом «подвале» … Мог бы и пропустить… Очень креативное название…

Кошка насторожила уши и чуть повернула мордочку в сторону говорившего. Тот незаметно усмехнулся, помолчал немного, явно интригуя, а потом с чувством прочитал, подражая телевизионным дикторам:

– Русский специалист Алексей Котофф, работающий по контракту в Cunning Cyborg, обвиняется в предумышленном двойном убийстве.

Мужчина замолчал и снова исподтишка глянул на кошку – та уже полностью развернулась в его сторону и, казалось, внимательно слушала, словно боясь пропустить хоть слово.

– Так… найдены… свидетелей нет… Это неинтересно… Ага… Вот… Грозит смертная казнь… Угу… Пресс-центр Cunning Cyborg пока никак не комментировал сообщение… Да… – Мужчина свернул газетные листы и, бросив их на пол, поднялся из кресла.

Кошка насторожённо следила за ним взглядом удивительно сиреневых глаз. Мужчина прошёлся по комнате, в задумчивости остановился напротив высокого окна.

– Я думаю, нам не стоит вмешиваться. – На кошку он больше не смотрел. – Пусть сами выпутываются. Если такие умные. Заодно посмотрим, чего стоит этот отпрыск каких-то там кровей…

Он развернулся на каблуках и, не обращая внимания на злобно шипящую кошку, быстро вышел из комнаты.

Вслед ему неслось громкое утробное:

– Мяу-у-у-у!

Глава 1

За окном бушевала весна. Город утопал в цветах и… желтой пыли, что приносили с собой постоянные ветра из пустыни Гоби. Серый вздохнул. Сейчас Пекин напоминал ему планету Зоя, место его последней дислокации в далеком двадцать третьем веке. Серый достал из посудомойки последнюю оставшуюся там тарелку и аккуратно поставил её в шкаф. На строго определённое именно для этой тарелки место.

Полюбовался делом рук своих, потом просканировал кухню и удовлетворённо кивнул сам себе. Хотя до идеального порядка, по его мнению, было далеко. Ну, например, сейчас не помешал бы улавливатель пыли, да и ионизатор воздуха – хотя бы такие, как были у них в казарме для личного состава на Зое, но здесь, в двадцать первом веке, на старушке Земле, ещё не додумались до технологий из его родного двадцать третьего.

Он подошел к окну, нахмурился – пейзаж за стеклом все больше напоминал сумасшедшую Зою из созвездия Диких Белок.

Уже год, как они с Алексом приняли предложение крупной китайской фирмы, занимающейся цифровыми технологиями, а Серый так и не мог ответить сам себе на простой вопрос – нравится ли ему тут.

Этот год работы в Cunning Cyborg и жизни в Пекине пролетел как-то незаметно. Сначала внезапное приглашение, потом переезд, оставшиеся в уже ставших привычными Лушках новые знакомые, Макс в Рамуйске…

Серый сам не знал, зачем хранит в Системе небольшую папку с файлами – воспоминаниями. Иногда, когда Алекс не видел его, просматривал небольшие видео или фото. Как-то Алекс обозвал его сентиментальным бруталом, и Серый почему-то смутился и немного даже расстроился – ну разве он сентиментальный? Просто нравится смотреть, вспоминать… Забавно. И немножко приятно. Тепло…

Он понимал, что они на самом деле просто сбежали – от прошлого-будущего Серого, от родственников и прошлого Алекса.

Все трое: Серый, Алекс и Карим.

Серый, Серый Лис, Универсальный Солдат 6XY78102-5s, попавший на Землю самым невероятнейшим образом. Он и сам до сих пор не понял, как это получилось. Просто однажды что-то пошло не так, где-то и кто-то из людей нарушил протокол – и случилось то, что случилось. Человеческий фактор. Люди постоянно нарушают правила.

Алекс, он же Рыжий Кролик, беглый пациент из неврологической клиники №17 города Рамуйска, в прошлом богатый наследник и выпускник Массачусетского университета.

И Карим, серый полосатый беспородный кот, спасенный от злобных мальчишек и названный так в честь командира Серого.

Теперь кот «шпротной окраски», настоящий «дворянин», был не просто полноценным членом их маленькой семьи, но и повелителем двух человеческих «никчемни». Которые теперь по всем документам числились братьями Котовыми. А по сути – ими и были. Во всяком случае Серый так считал. Не было у него другой семьи, кроме серого кота Карима и Рыжего Кролика Алекса.

Чтобы ответить на вопрос – нравится ли ему тут, в Китае, – Серый завел две воображаемые корзины. Одну для белых камней, другую – для черных. Этому приёму его научил Алекс. Когда тот рассказал ему про свой метод давать оценку тому или иному событию при помощи корзин и камней, Серый презрительно фыркнул:

– А зачем так заморачиваться? Две графы, в одной плюсы, в другой – минусы. Вот и все дела. Просто и логично. Без ваших человеческих выкрутасов.

Алекс посмотрел на него долгим задумчивым взглядом и протянул с какой-то странной интонацией:

– Ты прав. Без человеческих выкрутасов и заморочек – оно логичней и проще.

И было что-то такое в голосе Алекса, что Серый и сам не мог определить. Нет, не пренебрежение, не превосходство, а… словно бы сожаление.

И тогда Серый решил: вот сможет он эти корзины представить. И камни тоже. Правда, камни были у него абсолютно ровные, геометрически выверенные кубоиды, а вот с корзинами пришлось повозиться. Потому что у этого слова оказалось несколько определений, но, поразмыслив, причём самостоятельно, без всяких вредных Рыжих Кролов, Серый решил, что на роль вместилища для его камней больше всего годится «плетёное изделие, служащее для хранения и переноски сравнительно небольших предметов». Хотя мусорная корзина тоже бы подошла. Но Серый решил – раз с человеческими заморочками, значит, надо выбрать что-то совсем человеческое и совсем замороченное. Как корзинка у Красной Шапочки из сказки – с длинной плетёной ручкой и непременно закрывающейся крышкой. Ну, чтобы его идеальные камни случайно не вывалились и не потерялись.

И Серый педантично, день за днём, укладывал камни в свои плетёные корзины. Белых пока было больше, но каждый день в Китае подкидывал новый сюрприз и очередной камень в одну из корзин.

Ему нравилась китайская аккуратность, нравилось, что китайцы отдавали в делах приоритет целесообразности и продуктивности.

Он оценил удобство и продуманность их рабочего места. И то, что, как было написано у них в контракте, «каждый член команды обеспечен не только удобным, ортопедическим креслом, но и раскладушкой», на которой, не стесняясь окружающих, китайцы мирно посапывали в отведенное для отдыха послеобеденное время, Серый счёл очень продуманным со стороны руководства шагом. Таким образом КПД каждого человека значительно возрастало.

А китайская невозмутимость, почти полное отсутствие внешних эмоций – вызывали неподдельное уважение. Хотя Серый видел, какие вулканы страстей иногда клокотали внутри некоторых из его новых коллег. Но то Серый… На то он и Универсальный солдат, уник, чтобы видеть чужие эмоции.

Хотя в магазинах и общественных местах Серый видел совсем других китайцев – шумных и суетливых в своей общей массе.

Или это просто в компании работали совсем другие китайцы? Собранные и невозмутимые. Интересно, какие из них неправильные?

Склонность к минимализму и готовность довольствоваться самым необходимым тоже импонировали Серому. Но вот тут он долго колебался с цветом камня. Потому что сам-то уже привык к удовольствию излишеств. Человеческая жизнь слишком противоречива и странна, и если в ней не будет маленьких радостей, то жить рядом с людьми будем совсем невозможно. Поэтому, поразмыслив как следует, Серый решил пока этот камень отложить в сторону.

А ещё – китайцы просто нравились Серому. Визуально. Потому что были похожи на командира Карима из той, прошлой жизни в будущем. Сержанта Карима Серый безмерно уважал, и от воспоминаний о нём становилось тепло в груди. Приятные ощущения. Как от видео и фото из Рамуйска и Лушков.

Хотя Серый-то видел, что невысокие, темноглазые, со специфическим разрезом глаз и стремительные, как стрижи, китайцы очень номинально похожи на сержанта с планеты Зоя. Китайских генов в его командире было немного. Если вообще были.

При всей разности характеров и взглядов на некоторые аспекты жизни, в основных вопросах Серый с Алексом всегда приходили к единому мнению. В этот раз дело касалось их некоронованного короля – кота Карима. Они ещё в России позаботились, чтобы документы их самого главного члена семьи были в порядке. Чип, прививки, международный ветеринарный паспорт – даже строгие таможенные чиновники не нашли никаких нарушений. Вопрос содержания кота в корпоративной квартире Алекс предусмотрительно включил в их трудовой договор.

По приезде в Пекин они, естественно, первым делом оборудовали жилое пространство для Карима. Всё остальное – могло подождать.

На их счастье балкон в их квартире оказался застеклён. Оставалось поставить на окна «антикошку», и – вуаля! – дворец короля Карима Первого и Единственного готов!

Их величество снисходительно понюхал контейнер с кошачьей травой, словно нехотя подрал когтеточку, оценил вид из окна, обновил лоток и, свернувшись клубком, уснул на диване, перед этим самозабвенно пожевав шёлковый галстук Алекса, который тот опрометчиво забыл на спинке стула.

Это означало – кот новое жилище одобрил. Серый и Алекс довольно переглянулись и синхронно хлопнули друг друга по раскрытым ладоням. Этот жест очень нравился Серому. Алекс называл его: «Дай пять». И научил ему даже Карима.

Через пару дней к ним пришла милая девушка-курьер из Cunning Cyborg. Передав пакет с документами, она глянула на вышедшего посмотреть, кого там еще принесло, Карима и вежливо улыбнулась:

– Милый котик.

Алекс расплылся в ответной улыбке:

– Как вас зовут, прелестница?

Серый мысленно закатил глаза: интересно, Рыжий Кролик, похотливый, как самый настоящий кролик, хоть одну ХХ-особь может пропустить мимо себя?

Впрочем, девушка была действительно пропорционально сложена и с идеальным кукольным лицом.

– Чао Син. – Девушка не смотрела на Алекса, чем порадовала Серого, а продолжала разглядывать Карима, наклоняя голову то к одному плечу, то к другому.

Кот её действительно очаровал. Серый решил, что девушка совсем даже не плоха. Может, стоит предложить ей чаю?

От чая Чао Син отказалась, но стакан воды попросила.

Она пила воду маленькими глотками и с интересом оглядывала комнату.

Серый видел, что девушка вполне искренна, но у него возникло стойкое ощущение, что восхищается она не столько котиком, сколько его наличием.

– А где он сидит, когда вы на работе?

Алекс, явно не теряющий надежды заинтересовать симпатичную девчонку, засмеялся:

– Да где он только не сидит! И на столе, и на окне, и на диване. Но чаще всего предпочитает шерстить мои вещи.

– К порядку приучает, – нравоучительно поднял палец вверх Серый и вдруг заметил неприкрытое изумление на лице девушки.

– Кот гуляет у вас по всей квартире? Вы не запираете его в клетку? – в голосе Чао Син слышалось явное недоверие.

Алекс пожал плечами:

– Конечно!

Девушка покачала головой:

– Вашему котику повезло, вы его очень любите.

Кажется, она осуждала неразумных хозяев полосатого кота. Серый задумался, и решил, что нужно приготовить камушек для корзины, правда еще не понял, какого цвета.

На следующий день к ним пришли знакомиться соседи по лестничной площадке. По правде, Серого удивляли многие человеческие условности, смысла которых он не понимал, но, скрепя сердце, мирился. Не любил Серый и лишних людей в своей жизни. Впрочем, в этот раз люди оказались вполне себе терпимыми. А как выяснилось впоследствии, даже очень неплохими.

– Кто будет сливовый пирог?

Серый с удивлением смотрел на стоящих на пороге людей. Никакой угрозы от них не исходило, а запах из-под салфетки, которая прикрывала большое блюдо в руках смуглого вёрткого мужчины, исходил очень даже аппетитный.

– Патрик, – засмеялась стоящая рядом с мужчиной женщина, – ты напугал наших соседей! Вы не обижайтесь на него, – женщина мягко и доброжелательно улыбнулась Серому, – Патрик бывает так беспардонен!

Патрик приобнял женщину за плечи, легко удерживая немаленькое блюдо с пирогом одной рукой, и снова повернулся к Серому:

– Я не понял, никто не хочет свежий, ещё горячий пирог со сливами? Который только что испекла Гретхен? У него такая хрустящая корочка…

Патрик блаженно закатил глаза и облизнулся.

И Серый понял сразу две вещи: пирога он хочет и не против пустить этих людей в квартиру. А ещё он очень пожалел, что Алекса нет дома – с ним было бы проще. Потому что сам Серый совсем не представлял, о чём говорить с Патриком и Гретхен.

У Алекса как-то само собой получалось непринуждённо болтать о всяких глупостях, которые почему-то так нравились людям.

Впрочем, сегодняшних гостей разговорами развлекать не пришлось. Особенно Патрика.

Пока Гретхен резала пирог, Патрик успел вывалить Серому о себе и своей жене гору информации. И уже через две минуты Серый знал: супруги приехали из Бельгии, они оба работают в Cunning Cyborg в юридическом отделе.

Помимо этой нужной в принципе информации, Патрик рассказал уйму смешных и не всегда достоверных историй.

Серый слушал внимательно и довольно скоро заметил, что половина рассказанного Патриком если не ложь, то и не совсем правда. При этом Патрик не врал специально, это было похоже на то, как обычно Алекс развлекал гостей. Анекдоты и байки. Смысла Серый в них не видел и не всегда находил смешными, но понимал: это опять человеческие традиции.

Он смотрел на них и думал: почему эти такие разные люди живут вместе? Патрик болтал ни на минуту не замолкая, а его жена только улыбалась и кивала. Патрик – худой и в постоянном движении. То сядет, то встанет, то экспрессивно машет руками, рассказывая что-то. Гретхен – тяжелее мужа килограмм на пятнадцать, выше на пять сантиметров и очень спокойная. Серый вспомнил хорошее слово – монументальная. И даже цвет волос у них противоположно разный… Патрик – яркий брюнет с лёгкой сединой в смоляных волосах, а у Гретхен – пшеничная коса, уложенная на голове короной.

Додумать интересное наблюдение из жизни хомо сапиенсов Серый не успел.

Во входной двери повернулся ключ – пришёл Алекс, но не один, а в сопровождении еще двоих XY-объектов одного с ним биологического возраста.

И Серого сейчас занимал единственный вопрос – кого в дом притащил слишком коммуникабельный, на его взгляд, Алекс? У них тут не было знакомых. Вот стоило отпустить Крола одного, как тот наверняка во что-то вляпался.

Что страха Алекс не испытывает, Серый понял сразу, значит, ему ничего не угрожало. Ну, хоть это хорошо!

– Кел, Крэг, заходите, познакомлю вас с братом! – Алекс ввалился в гостиную, таща в руках пакеты с едой из супермаркета и пивом.

Вредной едой, между прочим. Хоть и вкусной. Серый навскидку определил: чипсы, сухарики, копчёные колбаски к пиву.

– Серый, знакомься, это наши соседи! – Алекс весь светился от удовольствия.

Интересно, чего это он так радуется? Что у них полная квартира чужих людей? Или что Серый пока никого не убил?

Серый усмехнулся про себя: а пора уже! Чужаки множатся в его окружении в геометрической прогрессии.

– О, молодые люди, в этот раз мы успели первыми представиться новым соседям. – Патрик засмеялся и подмигнул вновь прибывшим.

Значит, они знакомы. Ну, это логично – они же все соседи… И их слишком много…

Серый вздохнул. Людей в квартире прибавлялось, и это его не радовало. Сейчас Каримку ещё напугают своим ором.

Но делать было нечего. Прогнать людей не получится. Крол ему этого точно никогда не простит.

А тот лыбился как ненормальный, хлопал по плечу Патрика, целовал руку Гретхен, командовал Келом и Крэгом, чтобы те разгружали покупки…

И Серый, смирившись с неизбежным, послушно потащил в гостиную стаканы под пиво и тарелки с закусками.

Ну ладно, решил он, хоть понаблюдает за людьми, наберёт новых сведений для анализа этих хомо сапиенсов!

И довольно скоро заметил одну интересную особенность: двое парней, которые пришли с Алексом, Кел и Крэг, тоже были абсолютно разными по характерам и темпераменту, но при этом тоже жили в одной квартире.

Хм… Вот это случайно выходит? Рандомно?

Он и Алекс, Патрик и Гретхен, Кел и Крэг…

Кел, кстати, Серому понравился. Спокойный, даже флегматичный. И не просто притворяется, а и есть – такой. Очень немногословный и полная противоположность своему приятеля Крэгу. Живому, как ртуть, смешливому и такому болтливому, что тот даже Патрика за пояс заткнул своими разговорами.

– Я – француз, – объявил всем Крэг в первые же минуты знакомства, – хоть и янки.

И радостно засмеялся, увидев недоумение на лицах окружающих. Вернее, удивились, и то не слишком натурально, только Алекс и Патрик.

Серому по большому счёту было всё равно, Кел, судя по всему, слышал это не в первый раз, а Гретхен в ответ на реплику Крэга доброжелательно улыбнулась:

– Очень мило, теперь будет с кем перекинуться парой слов по-французски!

– По крови – француз, по месту рождения – янки, – пояснил Крэг, – я почти не говорю на этом языке. Только читаю. Зато Кел у нас настоящий индеец! Прямо – чистокровный. И не какой-нибудь вам апачи, а из племени оджибве.

Кел чуть слышно вздохнул, а Серый подумал, что очень понимает его. С шебутными – тяжело. Это он по Алексу знал.

Но Серому всё же повезло: Алекс умный, а для человека – так, можно сказать, гениальный. А вот Крэг, кажется, не очень…

Вечер набирал обороты. Люди выпили алкоголя, стали говорить громче, у них заблестели глаза и нарушилась координация движений.

Хотя Кел – почти не пил. Да и Гретхен сидела всё с тем же бокалом, который ей налили в самом начале вечера.

После первого тоста за знакомство Алекс осторожно спросил смешливого и разговорчивого Крэга:

– Вы с Келом пара?

Тот весело расхохотался, но всё же объяснил, давясь смехом:

– Понимаешь, Алекс, мы с Келом в кампусе в одной комнате жили, а потом выяснилось, что снимать квартиру на двоих дешевле и веселее. А если кому приспичит девчонку привести – так всегда договориться можно. Сюда тоже анкеты вместе послали и приглашение нам одновременно пришло. И представляешь, оказывается, если приглашённый специалист живёт один – ему в лучшем случае студию под жильё предложат, а там даже балкона нет. Представляешь? Ну, мы и сказали, что вместе жить будем. А смеюсь я потому, что такой же вопрос нам периодически задают. Ну, мы и отвечаем в зависимости от обстоятельств. Иногда недосказанность и двусмысленность играют нам на руку.

Крэг помолчал немного и, хитро улыбнувшись, спросил:

– Встречный вопрос: а вы – пара? Если что, мы очень толерантны. Кел не велел мне лезть к вам в душу, но уж раз ты сам о нас спросил…

Крэг многозначительно замолчал, выжидательно глядя на Алекса.

– Не-е, – засмеялся в ответ Алекс, – мы братья. Единокровные. Мамы – красавицы, а папа – подлец!

Поймав недоумённый взгляд Крэга, Алекс пояснил:

– Это семейная шутка такая.

На шум вышел Карим, потянулся, подозрительно оглядел всю компанию, с королевским достоинством выслушал восторженные возгласы, отклонился от протянутой руки Гретхен и совершенно неожиданно для всех запрыгнул невозмутимому, как и положено истинному индейцу, Келу на колени.

– Красивый кот, – одобрительно сказал наблюдавший за этой сценой Патрик, – но вы тут будьте внимательны, следите, не упускайте его из вида.

Серый и Алекс переглянулись и дружно уставились на Патрика, ожидая разъяснений.

Тот почесал кота, сидящего на коленях Кела, за ухом, кстати, ему это Карим сделать позволил, и спокойно пояснил:

– Понимаете, китайцы к домашним питомцам относятся сложно. Ведь совсем недавно, буквально несколько лет назад, собачатиной, да и кошатиной, можно было вполне легально полакомиться в специальных ресторанах. Теперь подобное под официальным запретом, но… Надеюсь, он у вас не рвётся из дома? Не пытается сбежать?

Серый, по правде сказать, не очень-то в это поверил. Хотя система доложила, что Патрик не сомневается в правдивости своих слов. Но ведь он мог настолько же искреннее заблуждаться? Не могли милые люди китайцы сожрать Карима. Хотя бы потому, что еды тут хватало.

Серый решил максимально изучить этот вопрос. И выяснил: действительно, в Китае сложно и, по мнению Серого, очень нелогично относились к домашним животным.

С одной стороны, собака или кот в доме считались показателем статуса, почти показателем роскоши, а с другой…. Питомцы были действительно вещью. Дорогой, статусной, но вещью. И относились к ним соответственно.

Ну, что же… Корзина для чёрных камней пополнилась увесистым булыжником, а Карим обзавелся ошейником с GPS-трекером.

В остальном – жизнь в Пекине Серого устраивала. Живи, работай, никого не трогай – и будет тебе счастье.

Если бы ещё не безудержная энергия Алекса, взявшаяся вдруг ниоткуда, которую не всегда удавалось перенаправить на конструктивные цели… В Лушках и на пасеке он вёл себя тише. Ну, по девчонкам бегал, так на это можно было и глаза закрыть. А тут… Как с цепи сорвался.

И не всегда его приключения заканчивались благополучно. Как-то он пришёл домой прихрамывая и с разбитой губой.

Выяснилось, что Алекс, возвращаясь домой через парк, увидел, как двое парней пристают к девушке.

И естественно, благородный рыцарь не смог пройти мимо. И заступился за прекрасную даму.

Даму он спас, но при этом огрёб от парней несколько приличных ударов по рёбрам. Пока Серый сканировал его на предмет повреждений, он заявил:

– Прикинь, Серый, а она мне даже телефончик не оставила.

Кажется, это обстоятельство расстроило Алекса гораздо больше, чем разбитая губа.

Серый фыркнул и пригрозил купить Алексу такой же ошейник, как у Карима. Ну, чтобы знать, где труп искать, если что.

Самому Серому вполне хватало общества Патрика и Гретхен Питерсенов и Кела с Крэгом. Хотя, по мнению Серого, Крэга могло бы быть и поменьше.

Гретхен пекла вкусные пироги, а когда улыбалась, Серому невольно хотелось улыбнуться в ответ. Хорошая ХХ-особь, добрая и молчаливая, и готовит хорошо.

Кел и Патрик неплохо играли в шахматы и покер. Кел, к тому же, был уютно молчалив. Патрик, хоть и являлся почти полной противоположностью Кела по темпераменту, зато умел рассказывать забавные истории. Правды в тех историях было процентов десять, не больше, но Серому они нравились.

Что люди любят приврать и приукрасить свои приключения, Серый понял ещё во время своей жизни на Зое. Солдаты наперебой травили байки, одна неправдоподобней другой.

Серый не служил на Зое, это было всего лишь последним местом эксплуатации оборудования Уникс 6XY78102-5s. Но ему самому было приятнее думать: «Нёс службу», да и Система не возражала против такой формулировки.