- -
- 100%
- +
Синий гель-лак в белую клеточку
В одном большом-пребольшом городе жила-была женщина лет так тридцати с хвостиком. Не одна жила, а с мужем официальным. И было у них две квартиры — в центре города и поближе к окраине, дача в области, три автомобиля да конь вороной масти арабской породы в личной конюшенке. И всё это было добрачное той самой женщины. Ну, так уж вышло, что успела она отстроить на папенькины деньги неплохой риэлторский бизнес да не тужить, управляя им рачительно.
А потом уж и мужчина нужный встретился. Гол, как сокол, конечно, зато красив, высок, крепок, заботлив и кажный день готовит своей ледичке бизнесюлечке завтраки, обеды да ужины. Ну, и джага-джага, разумеется, еженочная присутствует. Так вот и оженилися опосля трёх месяцев конфетно-букетного периода.
Женщина в порыве любовного любования супругом своим взяла — и переписала на него свой неплохой риэлторский бизнес. Мол, пора б и опотомках подумати, а уж деньгу с мамонтом пущай муж добывает. Вона как старается-то, сердешный! Оговорила пара детали, да и по рукам вдарила.
Остался женщине жеребец вороной масти арабской породы, дела кой-какие домашние да ежемесячные выплаты на маникюр там, косметику, прокладки, короче, штуковины женские. Имущество же — движимое и недвижимое — под семейную жизнь приспособили. А готовку только муж за собой оставил. Дескать, люблю это дело, да и почему б любимую ледичку домашулечку не побаловать? Пусть отдыхает, заслужила ведь трудом своим аццким!
Подруги поначалу женщине позавидовали. Эк, всё складно и ладно вышло! Мужик при деле да ещё и разносолами постоянно балует. Но потом смотрят, ан чахнут начала женщина! Вроде супруг не пьёт, не бьёт, по бабам чужим не шлындает, а дама вся осунулась, похудела малёк, хотя в живот ничего не колет.
А дальше — больше! Кожа на ладонях и стопах враз огрубела, никакими кремами не увлажняемая. И вроде ничего такого женщина руками не делает, а вона ж! Как у грузчика! Потом волосы потихоньку выпадать стали, хотя ферритин в норме вроде бы. И линии поперечные, белые, странные на ногтях стали появляться. Потому экс-бизнес леди стала на маникюре мастерицу просить о ярко-алых тонах али о дизайне каком пёстром, чтобы перекрыть это безобразие.
— Ой, словно травют, изводят тебя порчею, — причитали подруженьки и сродственники.
— Да будет вам! Какая порча деревенская? Муж меня любит и на руках носит! — ответствовала женщина. — Просто возраст своё берёт, наверное, да ранее стресс накопленный.
Так вот и тянула пару-тройку лет на силе воли и семейном счастье, а маникюр отдушиной стал. Правда, муж ворчал изредка: баловство всё это, лишние траты, можно дома и самой сделать. Однако супруге особо не перечил, ибо она уж и ходить плохо стала. Подпрыгивает, как петушок какой, а через пару шагов за стенку держится.
Уж женщину и по врачам водили, и мануальщиками лечили, и витамины всякие выписывали, да не помогало что-то. Так вот и слегла героиня наша. Но маникюр не забросила. Каждые недели две-три к ней специалистка на дом приходила. Кутикулу, там подрезать, ногти, уже практически нерастущие, подпилить, ну и гель-лак переделать.
И как-то вот приснился женщине сон, что лежит она красивая, в платье бархатном в гробу. А на ногтях красуется синий гель-лак в белую клеточку. И поняла она, что пришло время, значится. Призвала нотариусов с адвокатами и маникюрщицу свою. Пока последняя создавала маникюр в сине-белую клетку, дама все вопросы порешала. Кому коня передать, кому — квартиры с дачею, а кому — все три автомобиля. Бизнес-то и так на супруга давно переписан! А через сутки преставилась женщина.
Плакали подруги, плакали сродственники, особливо папенька ейный убивался. Муж тоже, ничего так, пустил скупую слезу. И через недельку в суд пошёл, наследство выбивать. Типа, чо такова? Ему по статусу супружника покойной положено. Ну, а через сорокет дён и ночей оженился второй раз скоропалительно. На секретутке какой-то офисной.
С такими новостями от экс-зятька родитель женщины в кимвал-то и забил. Ах, ты ж подозрительный вдовец экий!
Начал отец покойной со сродственниками копать под вдовца. И выяснилось, что риэлторский бизнес,который ранее рачительно вела дочка, уже загнулся. Банкротится ажно. Спасти так-то можно, но потребуются вливания финансовы, а бывший зятёк по сути гол, как сокол. Разве что на продаже недвижимости да коня выехать может. Ага!
И стал папенька обивать все пороги для эксгумации дочерниной. Это бобросказка быстро сказывается, а данная процедура не скоро делается. Но когда добились оного и гроб вскрыли, глядь — а от покойницы только ногти с синим гелем-лаком в белую клеточку и осталися. Прочее словно сгинуло, в труху превратившись...
Делать нечего, отдали ногти под гель-лаком на анализ. Учёные лабораторные проверили — удивилися. В ногтях-то женщины несчастной мышьяка полным-преполно! Ну, естественно, вдовца и повязали после такого. А тому и отнекиваться не судьба. По всем чекам да банковским переводам он-то яд якобы для потравы крыс заказывал. И сам же, сказывает прислуга, еду готовил да супруге подавал, от ыть.
Поплакал отец, поплакали подруги и сродственники женщины, да уж поезд взад не вернёшь. Преступника-убивцу, знамо дело, посадили, а осадочек остался. Синенький такой. В белую клеточку...
(НЕ)пригодная женщина
Жила на белом свете одна женщина. И была она ни для чего не пригодная. Ей богу! Вот уж все тридцать пять лет стукнуло, а у неё какие-то карьерные устремления, три кота, сама в бёдрах широковата, а в росте низковата. А ещё ботокс не колет, в соцсетях посиживает, по лету фотки в купальниках выкладывает, дома готовит редко и смеет своё мнение в один ряд с мужским ставить. Ну, фу же, фу! Особенно татуировка на правой лопатке.
Но однажды случилось чудо чудное и диво дивное! Как-то по осени или по весне пригласил мужчина один лет так сорока эту самую непригодную женщину на свидание. То ли не знал, что она непригодная, то ли лоханулся, кто ж теперь скажет? Но дама, ничего такая, находчивая. Взяла — и согласилась.
И вот сидят, значится, они в кафетерии одном. Кофеёчек из фарфоровых чашечек потягивают. Непригодная женщина спокойно ложечкой в чизкейке с маракуйей ковыряет. Мужчина волнуется, в телефон подглядывает, да потихонечку вопросы из вопросника даме задаёт.
— А вот, — спрашивает кавалер, – вы из какой семьи, полной аль неполной?
— Ну, — отвечает непригодная женщина, — это с какой стороны посмотреть. Мать с отцом в разводе так-то, но в родительском доме проживает 9 человек. Мать моя, бабуля с дедулей, живые, слава небесам! Это уже трое. Брат материн, с женой и младшеньким сыном, остальные дети так-то уже оперились и в жизнь собственную вылетели. Шестеро, выходит, ага. И мои две сестры о двадцати и пятнадцати годочках. Ну, и нянюшка старенька, за которой присматриваем по очерёдности. В общем, полным-полно народу-то! Стало быть, и семья полная.
— Ммм… — вещает мужчина и выдавливает из себя следующий вопрос. — А вот как вы себя видите сами в браке? Что по дому делать станете?
— Да, ничего особенного, как и всегда. Я приготовлю — он посуду помоет. Я подмету — он пропылесосит. Я в стирку бельё закину — он сушить вывесит. У меня уж случалось таковое с сожителями. Так что я привыкшая. Ведь когда оба работают, и быт пополам, верно?
— Ммм… — снова мычит анкетирующий и следующий вопросик вбрасывает. — А вот коли детки пойдут, то кто их воспитует и об ихних здоровьях позаботиться?
— Как кто? — удивилась дама, в рот остатки чизкейка забросив. — Оба родителя на что чадам дадены? Вот оба и должны воспитывать-заботиться. По очереди. Сначала я, так и быть, в декрете посижу, потом он. Тем более что я рожать его не заставляю, девять месяцев — сиди-отдыхай! Но уж потом, будь добр, отработай, мужчина!
— Ммм… А что ты можешь мне вообще, вот как женщина, дать?
— Слушай, мил человек, — вздыхает непригодная женщина, — по морде лица могу тебе дать аль по яичичкам махоньким твоим. Ты уж тут сам выбирай. Я так-то КМС по боксу в молодости являлась, но способностей и навыков не растеряла. Но ты не плачь, не плачь, я за себя сама заплачу, — и официанта уверенно так подзывает, кошель свой расстегнувши…
Вот и ушёл кавалер, сексу несолоно хлебавши. А непригодная женщина потом тридцать шесть лет справила и стала жить-поживать, как и прежде. Карьеру, там, строить, котов троих кормить, бёдра прокачивать, ботокса избегать, по лету купальники на фотках в соцсетях выгуливать, еду с доставкой на дом заказывать и даже клининг на Паску! Мнение своё по-прежнему в один ряд с мужским ставит. И фу! Набила новую татуировку, уже на левой лопатке. Одно слово — непригодная.
А ещё говорить начала, что ребятёночка хочет. Аль родить, аль усыновить. Но это уже совсем другая история.
Купание в луже
Где-то на белом свете, в немолодой советской панельке жил-был мальчик по имени Вовка. Жил себе и не тужил. Ну, до кризиса трёх лет. А когда он стукнул по голове сильно да больно, пацан зачудил!
Услышал где-то, что если купаться-закаляться в холодной воде, то станешь здоровым, крепким, сильным и вообще долгожителем. Вот как индийские йоги, например. А Вовке страсть как хотелось стать таким супер человеком! Который и попой гвозди мнёт, и на голове часами стоит, и в узел руки-ноги завязывает. И заодно пережить своего младшего крикливого младшего брата. А потому что нефиг!
В общем, решил мальчик купаться-закаляться в большой-пребольшой и очень вечной луже, что располагалась прямо напротив немолодой советской панельки. А что? Дома — не очень-то и удобно. То мамка кричит с кухни не лить много воды в ванной, зачем-то соединённой с туалетом. Мол, экономить надо! Но что именно, Вовка так и недопонимал. То бате срочно по-большому надобно. А супротив родителя под два метра ростом не попрёшь… Да и становиться здоровым, крепким, сильным и вообще долгожителем в тепле и комфорте, как-то не комильфо. Не по-мужски, знаете ли.
Первый раз Вовка искупался в луже в конце августа, когда шли дожди. И тут же слёг с ангиной. Когда об этом узнали родители, то мамка всыпала ремня под первое число сентября, а батя заявил, что не купит лисапед. Но решительного мальчика это не остановило. Отболев, он снова пошёл к вечной луже. И таки закалился во второй раз! Но уже до обычного ОРВИ.
Зиму пришлось, конечно, пропустить, потому что большая пребольшая лужа внезапно замёрзла. А ковырять её пластиковой лопаткой смысла не было. Только инструмент сломал почём зря. В общем, Вовка отложил закаливание до весны, пока снег не стает.
И потом понеслось! Парнишка стал приходить извечно домой грязный-прегрязный. Но довольный. Порки и отсутствие лисапеда уже не помогали. Вовка всерьёз решил стать супер человеком, вне зависимости от наличия трёхколёсного детского транспорта. А потом уж и вырос, так что мамке напарывать его жопу стало совсем не с руки. Родители плюнули — и отпустили старшего сына в свободное плавание. В бассейн. Тем более что реально все ангины с ОРВИ прошли.
Однако через пару лет Вовка бросил бассейн и вернулся к изначальной методе. Уж больно по луже своей первой скучал! Ведь именно с нею он выиграл забег по грязной воде в белых кроссовках, получив в награду кассету с новым альбомом Си Си Кетч. Между прочим, пронёсшись по большой-пребольшой луже вдоль туда-обратно всего за минуту!
Парень так воодушевился победой, что решил и других закаливать таким же действенным способом. Решил — и бросил в ту самую лужу свою первую любовь. Ну, и не стало у него любви. Правда, долго в одиночках Вовка не ходил, завёл вторую, а на третьей ожанился.
Впрочем, брак оказался скоротечным. Потому что в свой свадебный день молодой человек счёл нужным по старой и заведённой некими мудрецами традиции покатать тёщу на ковре. Ну, и закатил её в большую-пребольшую лужу. И ещё ковёр с-под неё выдернул. Дескать, закаляйся, родственница! Живи долго-предолго на радость жене и мне! Так вот и не заладилось. Ни с тёщей, ни с женой.
На работе тоже как-то не клеилось. По утрам Вовка шёл в контору через ту самую лужу. Закаливания ради и здоровья, крепости, силы и долгожительства для. Ну, а директору, знамо дело, грязные боты сотрудника не по душе пришлись. Годик-другой терпел он закидоны сотрудника, даже советовал носить сменку, потому что был всё-таки очень добрым директором. Но потом терпение лопнуло, да и люди с соседних контор на внешний вид Вовки, точнее уже Владимира Аристарховича, постоянно жаловались. Особенно на его пальцы, завязанные веером по-йоговски. Короче, отпустил начальник мужчину в свободное плавание.
Так Вовка попал на завод, который находился в десяти минутах ходьбы от его совсем немолодой советской панельки. А на заводе, что? Всем пофигу, какие там у тебя боты и пальцы. У некоторых их всего восемь, а не десять. Пальцев, естественно, а не бот. Тем более что порядка и чистоты вокруг особо нет и не предвидится. План только выполняй и сильно не бухай на рабочем месте.
Так и запил Вовка. Но купаться-закаляться в большой-пребольшой луже не бросил. Иногда прямо в ней, родимой, и ночевал изредка. Ну, по лету там, когда шибко тепло. А когда пришёл век новый и опосля минуло лет так двадцать, нежданно-негаданно пришла беда. Откуда и не ждали.
Проезжал как-то мимо местожительства вовкиного мэр новый, из столицы засланный. Подивился на ветхость уже постаревшей советской панельки, удивился большой-пребольшой вечной луже, да и распорядился дом обновить, а самовольно возникший водоём засыпать к чёртовой матери. С первым распоряжением длительно как-то вышло, лет пять с ним тянули. А вот лужу засыпали прямо на следующий день. И не просто гравием с песком завалили, а ещё заасфальтировали до кучи.
Вовка вернулся с завода домой, глядь-поглядь, ан нет лужи вечной-то! С горя пошёл за водкой, да все магазины уж алкоголем не торговали. Пришлось из-под полы у бабки-перекупщицы брать. Быстро и дёшево!
Испивши беленькой литра так под два, пришёл Владимир Аристархович к заасфальтированной луже. Пришёл зарыдал, завыл нечеловеческим голосом. Да на кого ж она его покинула! Да по что мэр новый такой идиотина?! Да что ж за вороги такие во власти со страной сделали?! Ну, вот за речи сии крамольные полиционеры подхватили Вовку под белы рученьки и в каталажку упекли. Надолго так прям. Ибо за свои слова отвечать надобно.
За колючей решёткой мужчина стал чахнуть не по дням, а по часам. Без лужи-то и закаливаний! Через годик на зоне так и скопытился от заболевания печени.
А лужа что… Она потом через асфальт снова пробилася по весне. И выросла ещё больше. Ибо вечная! Просто иногда надо немного перетерпеть — и всё наладится. От ыть.
Крещенская история
Давно это было. Скорее всего, в лихие 90-е, когда мода на крещенские купания только-только распространяться начала. Тогда и стар, и млад, и верующий, и не особо — всяк в прорубь самодельную нырнуть был рад.
Но оно и понятно! В годы те доктора не лечили, а больше калечили, а тут за один заныр здоровье немалое обещали. Дескать, окунёшься с головой в купель после полуночи – и никакая простудная хворь тебя целый год не коснется. А за второй раз — все-все-все грехи с тебя смоет. А ежели и на третий тебя хватит, и мороз за плавки не прихватит, будешь счастливее шейхов нефтяных и просветлённее учителей мудрости.
Потому-то в ночь с 18-го на 19-е января к речкам, озерам, прудам с запрудами и ручьям мелким, до дна промерзающим, подтягивался народ православно-языческий, чтобы почти нагими в воду войти да здоровье сибирское себе приобрести.
Вот и в ту ночь собралась толпа огромная. Но чтобы благодать божественную не вспугнуть и от себя не отвадить, решил люд чинно да спокойно в прорубь самодельную нырять. По очереди.
Стоит, значит, очередь по-вдоль реки, с ноги на ногу переминается, пританцовывает, водочкой и самогоном греется, выбравшихся из купели, красных да мокрых подпаивает. Морозит ведь…
Вдруг чу-у-у! Взревело где-то вдали… Дыр-дыр-тыр! Дыр-ры-рыр! Глядь-поглядь, едет по сугробам, вихри снежные вздымая, то ли BMW, то ли Мерседес модели последней, цвета чёрного. К толпе подъезжает, народ разгоняет и место себе козырное забивает.
Из то ли BMW, то ли Мерседеса цвета чёрного выскакивают братки лысоголовые и, звеня цепями злата белого, скидывают пиджаки малиновые да булты-ы-ых без очереди в купель-то! И давай там не то что окунаться, а давай там плавать! Кто брассом, кто баттерфляем, а кто и вовсе по-собачьи. Взбаламутили всю воду благодатную, со льдом крошеным перемешали, а один даже струю жёлту подпустил!
И ведь не обматеришь никого и за волосы из проруби не вытащишь. У них, вон, под пиджаками малиновыми оружие огнестрельное, а волос нет и в помине.
Короче, повздыхал, повздыхал люд православно-языческий да домой не солоно хлебавши побрёл. А братки, накупавшись, благодати нахватавшись, оделись, обулись, дверьми хлопнули, да и укатили в неизвестном направлении.
Однако недалеко уехали. На полпути налетели на них другие братки и перестреляли всех, как дворняг-побродяжек. О той ночи потом все местные газеты писали. Мол, как же так? За что же? И почему именно в ночь торжественную, когда даже самый ужасный злодей, по идее, добреет?
А всё на самом деле просто. Чтобы ты ни творил, каким бы гадом ни был, но святость очереди блюди, не нарушай. Тем более в Крещение, когда Небеса на любое желание реагируют. Особенно желание простого народа.
Серафимово чудо
В одном не большом и не маленьком, не крупном и не мелком городке N. жил да был, проживал попик один — отец Серафим. Жил как все служители церкви: приходик на отшибе, матушка пухловатая да дочки три, мал мала меньше. В общем, жил ни богато, ни бедно, не то чтобы голодно, но и не совсем сыто.
И была у отца Серафима мечта — купить автомобиль, чтобы ездить по деревням да сёлам близлежащим и свет слова божия народу нести. Молил он об этом всех святых угодников, архангелов Михаила и Гавриила, Богоматерь терпеливую, Отца с Сыном, а порой даже Духа Святого. Самого!
Молил, молил отец Серафим о чуде транспортном, просил, просил… Да только молчали небеса. Молчали святые угодники. Молчали архангелы Михаил и Гавриил. Богоматерь терпеливая молчала. И даже Святая Троица на вопросы попика усердного не отвечала. Вздыхал тогда отец Серафим и с удвоенной силой начинал поклоны бить.
Бил год, два, три… Пять лет бил, семь… А на десятый год порешил не словом, но делом до небесной обители достучаться и стал экономить. Экономил на свечном воске, экономил на времени службы, экономил на электричестве, на хлебе и соли. И даже на спичках, и тех экономил. Авось, увидят там серафимовы старания да осенят его милостью своею благодатною, и получит он за труды своя чудо дивное, четырехколёсное.
И надо сказать, там старания отца Серафима увидели. За год накопил-таки попик сумму нужную и купил автомобиль. Не старый и не новый, не навороченный, но и не совсем уж ведро ржавое. Короче, жёлтую обычную «Ниву», чтоб проехать можно было и в городе, и в деревне, и по полю чистому, и по лесу густому.
Поездил с месяц отец Серафим на «Ниве» своей, да и удумал машину усовершенствовать. Мол, всё живое стремится к идеалу небесному, а значит, ему, как церкви служителю, сам бог велел. Вот с Божьей помощью и поставил попик на «Ниву» желтую двигатель от «Ленд Ровера» и стал не просто по дороге ездить, а лететь аки ангел желтый, солнечный, развивая скорость великую до 200 километров в час и выше. За скорость эту и прозвали прихожане «Ниву» желтую серафимовым чудом.
Вот ехал как-то отец Серафим на чуде своем по трассе с похорон. Ехал и про себя молился за упокой да за здравие. Молился, молился и забылся — утопил педаль газа в пол самый и развил скорость 230 километров час. А что? Шоссе новое, отремонтированное, ни ям, ни колдобин — едь себе да посвистывай.
Опомнился попик лишь, когда радар, близ дороги поставленный, увидел. Сбросил скорость до 80 километров в час, но было уже поздно. Засвистели, закричали гаишники, палками своими полосатыми замахали, дескать, останавливайся нарушитель злостный, сейчас тебя штрафовать будем! Делать нечего, со служителями закона и порядка земного не поспоришь — остановился отец Серафим.
Вышел из машины права предъявить и случайно крестом на солнце заблистал. Увидели крест сей гаишники да одежды церковные, православные, опешили.
— Что ж вы, батюшка, — говорят, — нарушаете?
— А я не нарушаю, — ответствует отец Серафим. — Я еду себе с положенной скоростью.
Посмотрели гаишники на спидометр — и верно, скорость обычная. Однако радар-то их кажет другое. 230 километров в час, хоть убейся! Кому верить? И решили поверить своему хитромудрому прибору.
— Э нет, — твердят, — батюшка, нарушае… те… — и замолкли вдруг. Посмотрели — ан пред ними «Нива» обыкновенная! А скорость у неё, хоть наизнанку вывернись, а выше 100 километров в час по идее никак не подымется. Ну 138, ну максимум 150. Но не 230 же!
— Батюшки светы! Да быть такого во веки вечные не может, чтобы «Нива», да еще и желтая, с такой скоростью катилася! — воскликнули гаишники. — Да что же это? Да как же так???
— А это, сыны мои, — сказал отец Серафим, поглаживая бороду, — Чудо Божие, что открылось вам, простым гаишникам. Воззрите и уверуйте!
И уверовали гаишники, и отпустили отца Серафима восвояси, рассудив, что штрафа с Бога за содеянное не возьмешь, только дорогу в ад себе вымостишь. Но оно и правильно, ведь пути Господни неисповедимы…
Договор со Смертью
В стары годы Смерти легко работалось. Знай себе, заключай договора да по ним души-то и забирай. Хочешь в письменном виде, в трёх экземплярах да с печатями Небесной канцелярии, а хошь — и устно можно. Ну, там, скажет, бывало, чиновник какой, что хочет увидеть Париж и умереть, так оно и выходило. Приедет в столицу Франции, пуркуакнет там на Елисейских полях с девицами красными, канканы попляшет, шампани из горла похлещет — да и на тот свет от инфаркта отъедет. А родне потом с вывозом тела, с похоронами да наследием разбирайся!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.