Призраки Черного моря

Анвар Иргашев

Юлия Медведовская

Призраки Черного моря

роман

Глава 1

Май 1941 года, г. Балаклава

Безымянный грот, где тихо и таинственно плескалось море, был всего-то в получасе ходьбы. Если пуститься сразу вниз, почти бегом, по левому берегу Балаклавской бухты, то добраться получилось бы минут и за пятнадцать.

Айдер, прикрыв глаза, буквально слышал шуршание волн по гальке. И видел зеленовато-голубые отсветы на влажных стенах грота, внутри. Тут вода уже не шуршала, а весело облизывала замысловатые изгибы стен. Отдельные, самые упорные волны достигали и потолка, падая затем россыпью солёных брызг.

– Меметов! – оторвал Айдера от чудесных видений сухой голос Карла Ивановича. – Вы где там мечтаете?

Ответить было, собственно, нечего.

Все споры о нужности или ненужности немецкого языка будущему советскому радиотехнику давно отгремели, оставив всех и каждого при прежнем мнении. Только на руках у Карла Ивановича был убедительный козырь – предстоящие совсем скоро выпускные экзамены.

Айдер лишь виновато улыбнулся и пожал широкими крепкими плечами.

– Итак, все читаем вслух то, что я сейчас напишу на доске. А вы, товарищ Меметов, нам это переведёте.

Айдер поднялся из-за парты.

«Gibst du einem Menschen einen Fisch, isst er ihn auf. Lehrst du ihn angeln, ernährter sich das ganze Leben», – вывела тонкая рука Карла Ивановича на чёрной доске.

– Читаем вслух!

Вслед за преподавателем слова повторили и все двенадцать учеников.

– Итак, молодой человек, переводите, пожалуйста!

– Если человек… кушает… рыбу, то она… жизнь. – Айдер пытался найти знакомые слова, но они никак не складывались у него в голове в осмысленные сочетания. Он сделал паузу.

– Если ты дашь человеку… – шёпотом подсказал друг и сосед по парте Николай Тризубцев.

– …дашь человеку, – повторил Айдер.

– Поживей, пожалуйста! – поторопил его Карл Иванович. – А вы, Тризубцев, не подсказывайте, пусть он сам разберётся в этом не слишком сложном грамматически предложении!

Николай послушно замолчал, и теперь Айдеру оставалось только задумчиво чесать затылок. Подождав пару секунд, Карл Иванович обратился к Николаю:

– Тризубцев, процитируйте нам, пожалуйста, как звучит эта фраза на русском.

Николай поднялся из-за парты и теперь стоял рядом с Айдером. Ростом он был повыше друга, но чуть уже в плечах.

– Если ты дашь человеку рыбу, он её съест. Если ты научишь его ловить рыбу, он будет кормить себя всю жизнь, – бегло проговорил Николай. – Мудрая мысль, – добавил он уже от себя. – Вы согласны, Карл Иванович?

– Садитесь оба. А согласен я сейчас только с тем, – кивнул, улыбаясь, Карл Иванович, – что на экзамене всем придётся остаться один на один с комиссией, так что рассчитывайте только на свои силы. И готовьтесь, готовьтесь, пока ещё есть немного времени. К вам, Тризубцев, это не относится, вы уже вполне готовы к отличной отметке на экзамене. Всем бы стоило брать с вас пример.

Ученики не без зависти следили за триумфом товарища. И лишь одному Айдеру Меметову было не до немецкого – во все глаза он глядел за окно, откуда только что помахала ему ручкой стройная Асие. Потеребив кончик густой косы, переброшенной на грудь через хрупкое плечо, она изобразила рукой фигурку, похожую на головку голубка. Айдер сделал тот же жест, который был понятен только им двоим, но настолько увлёкся, что даже привстал со своего места.

Николай тоже увидел Асие, но она смотрела только на Айдера. И Николаю больше всего сейчас хотелось оказаться на его месте.

– Меметов! Теперь вы уже всем решили помешать!

Спасительный звонок мгновенно разрядил ситуацию.

– Тризуб, ты видел, Асие пришла! – выходя из класса, восторженно проговорил Николаю Айдер.

– Ну, видел, и что?! – Губы Николая скривились то ли в улыбке, то ли в усмешке. Но весь сияющий Айдер ничего особенного не заметил.

– Так что сегодня точно идём, как и договорились, к Безымянному гроту.

Николай молча кивнул.

Почти бегом все трое спустились в сторону моря, к скалам. Путь к маленькой бухте, откуда открывался вход в Безымянный грот, знал только Айдер. Ну, ещё его отец, конечно. Отец вообще всё тут в Балаклаве и вокруг знал.

Айдер и Тризуб первыми забрались на уступ треугольной скалы и почти одновременно протянули свои руки Асие. Девушка улыбнулась и, ухватившись за крепкие руки ребят, поднялась к ним. По уступу они обогнули скалу, затем прошли по узкой тропинке у самого подножия острого камня и оказались вдруг словно в маленькой прихожей каменного дворца, откуда вниз вели ступени, образованные самой природой.

– Как тут чудесно! – воскликнула Асие.

– Это только начало! – отозвался польщённый Айдер.

– Камни как камни, – пробормотал Николай.

Внизу ступени рассыпались мелкой галькой, которую облизывали ленивые медленные волны, оставляя сухим небольшой участок пляжа. Над ним, слева, возвышалась остроконечная скала. У её подножия простиралась довольно узкая щель, в которую едва-едва мог бы протиснуться человек.

– Вот это он и есть – Безымянный грот, – сообщил с видом первооткрывателя Айдер, – точнее, вход в него. Отец говорит, что его охраняют духи. Если в него войти, то обратно можно не вернуться.

– Какие духи! Ерунда всё это, – усмехнулся Николай.

– Не веришь? Пойдём проверим.

И друзья уверенным шагом направились к входу в грот. Асие ничего не оставалось, как последовать за ними.

Ребятам удалось поочерёдно лишь просунуть головы в узкую щель. Видно было немного только то, что где-то дальше в глубине плескалась вода. Темно и никакой красоты!

– С вами говорит дух Безымянного грота-рота-та! – Голос Айдера звучал незнакомо и пугающе, эхом отражаясь от невидимых скал.

– Тра-та-та-та-та-та-та! – раскатилось вслед за возгласом Николая, будто стреляли из пулемёта.

Пока друг пытался разглядеть, что же там внутри, Айдер, присев на мгновенье, быстро просунул руку в узкую щель и, что-то нащупав внутри, также быстро опустил это «что-то» в карман своих брюк.

– Мне страшно! – Асие и впрямь уже едва не паниковала. Её большие миндалевидные карие глаза казались почти чёрными, а зрачки сузились, как у испуганного котёнка.

Пришлось выбираться вспять, так, по сути, и не заглянув в глубину Безымянного грота, о котором им Айдер так много рассказывал.

– А почему он Безымянный? – Асие первой уселась на гальку, поджав под себя ноги.

– Название никто придумать не смог, духи всех распугали, – отшутился Тризуб.

– Внутри грот очень большой и глубокий. – Айдер сел рядом с Асие. – Если поднырнуть, там есть всякие подземные ходы. От времён кочевников остались…

– Тоже скажешь! Ты что, там был? – Николай опустился на камни последним.

– Был… Вернее, я хотел бы туда попасть…

– Вот то-то же, – с уверенностью резюмировал Тризуб.

Айдер как никто другой знал, что подземные ходы кочевников внутри были чистой правдой. Ему так хотелось рассказать об этом лучшему другу, но этот грот был их с отцом тайным местом, и юноша, хотя и с трудом, всё же промолчал.

– Эх, искупаться бы сейчас! – прервала диалог ребят Асие. – Только вода ещё ужасно холодная. Прямо брр!

– Точно – брр, – согласился Айдер. – А хочешь, я тебе на ладони погадаю?

– Погадай!

Айдер взял Асие за руку и, ведя указательным пальцем по её ладошке, со знанием дела начал рассказывать:

– Твоя длинная-длинная линия жизни вот тут очень близко пересекается с линией другого человека. – Айдер сделал короткую паузу и посмотрел на девушку, которая слушала его с неподдельным интересом. – Мужа, наверное… И ты родишь ему сына.

– Глупости эти твои гадания, Айдер, – перебил его Николай, резко поднимаясь.

Айдер тем временем вынул из кармана брюк ракушку рапана и положил в ладошку девушки. Внутренняя сторона ракушки была сточена и напоминала по форме сердечко.

Асие чуть смутилась, а затем посмотрела на Айдера и улыбнулась ему в ответ.

– Спасибо. – Она прикрыла сердечко второй ладошкой, будто скрывая от посторонних глаз.

– Может, кому-то и слабо, а я – купаться! – Светлые волосы Николая трепал ветер, а голубые глаза выражали решимость. Он быстро скинул с себя одежду и обувь и с разбегу бросился в море.

– Тризуб, ты что! – прокричала ему вслед Асие, и он спиной почувствовал наконец-то направленный прямо на него взгляд девушки.

Проплыв туда-сюда вдоль видимого пространства и пару раз нырнув, так, что его долго не было видно, он победителем выбрался на берег.

– И совсем не холодно. – Хотя и видно было, что зубы его постукивают друг о друга. Впрочем, солнце быстро его отогрело, и по его хитрому взгляду было явно видно, что он опять что-то задумал.

Он поднял сначала один камень, потом второй, побольше, и с ним в руках несколько раз попрыгал. Айдер с Асие не без любопытства за ним наблюдали, весело переглядываясь.

– Значит так, Айдер, – сказал Тризуб, наконец, тоном старшего по званию. – Предлагаю самое честное соревнование.

– А давай! – подзадорил его друг.

– Мы ныряем с тобой в море. И кто пробудет под водой дольше – тот и выиграл. Идёт?

– Не надо, мальчики, холодно же! – Асие просительно посмотрела сначала на Николая, потом на Айдера. Но по загоревшимся их глазам тут же поняла, что отговаривать их бесполезно.

– Прыгаем с камнями в руках, вот с этой невысокой скалы, – продолжал диктовать свои условия Тризуб, – я проверил, там сразу глубоко.

Ребята поднялись на скалу.

Николай подошёл к самому краю и осторожно посмотрел вниз.

– И вода прозрачная. Асие, ты будешь судьёй!

– Ребята…

Айдер уже снимал рубашку. Асие, поняв, что спорить бесполезно, тоже загорелась соревновательным азартом и вместе с мальчиками выбирала сначала камни, которые они будут держать в руках, потом место, откуда она будет наблюдать за происходящим.

– Раз-два-три! Пошли! – скомандовала Асие.

Айдер с Николаем одновременно прыгнули в воду.

– Раз-два-три-четыре… тридцать пять – тридцать шесть. – Асие поспешила вниз, к берегу, чтобы там встретить ребят.

– …Пятьдесят один – пятьдесят два – пятьдесят три… – продолжала считать вслух Асие.

С камнями в руках, глядя друг другу глаза в глаза, ребята стояли под водой как античные статуи. Хотя даже старались улыбаться.

– Девяносто восемь – девяносто девять – сто… Сто десять… – считала Асие, уже заметно волнуясь.

При счёте «сто тридцать пять» Тризуба вдруг качнуло, и взгляд его стал терять осмысленное выражение. Но вместо того, чтобы отпустить камень и вырываться наружу, на поверхность, он ещё сильнее прижал камень к груди. И стал заваливаться набок.

Айдер, больше не раздумывая, отпустил свой камень, подплыл к другу, разжал его руки, выпустившие, наконец, предательский камень, и, подхватив сзади под мышку, как учил отец, вынырнул вместе с ним на поверхность.

– Помоги! – крикнул Айдер Асие, и они вместе вытащили Николая на прибрежную гальку, куда уже не могла захлестнуть волна.

Айдер быстро стал разводить руки Тризуба и сводить их вместе. В горле того что-то хрипнуло, губы разжались, и изо рта выплеснулось немного воды.

– Не успел наглотаться! – радостно проговорил Айдер и увидел такой восхищённый взгляд Асие, за который он отдал бы… Всё бы отдал!

Взгляд этот увидел и почувствовал не только он, но и Николай, как раз в это мгновение открывший глаза.

Николай, собрав все силы, оттолкнул руки Айдера и сел.

– Ну и напугал же ты меня, Тризуб!! – улыбнулся Айдер.

– И меня! – добавила Асие.

– Кто тебя просил? – взорвался Николай. – Я бы и сам справился!

Асие с Айдером лишь переглянулись. Асие ещё едва заметно пожала плечами, так, чтобы Николай не видел.

Тризуб так и не решился признаться друзьям, что, втайне от них, он много тренировался в надежде научиться подолгу находиться под водой, задерживая дыхание. Но Айдер всё равно оказался выносливее, что его ужасно разозлило.

Бабушка Николая, к счастью, ничего не заметила, да и он уже почти пришёл в себя – только что тёмные круги под глазами немного ещё вырисовывались.

– Заходите, заходите, я как раз пирожки испекла. Попробуете мою стряпню! Сейчас на стол накрою, – запричитала она, любовно посматривая на внука и его друзей.

– Давайте я вам помогу, – вызвалась Асие.

– Вот спасибо, дочка, сразу видно, хорошей хозяйкой в доме будешь, – улыбнулась бабушка.

Эти слова бабушки заставили Николая улыбнуться. Он выпрямился и важно сел, как и полагается главе семьи. И пока Асие накрывала на стол, он не отрывал от неё глаз. В воздухе повисла неловкая тишина.

– А почему радио у вас молчит? – нарушил паузу Айдер. – Оно ж вроде всегда работало.

– Сломалось радио. Уж сколько дней прошу внучка непутёвого, – бабушка бросила любящий, но строгий взгляд на Николая, – приёмник починить. Да никак не допрошусь! И зачем только в этом радиотехникуме учится? Только и знает, что на чужом языке болтать!

Бабушка и Асие сели за стол.

– На не-мец-ком, бабуль, говорил же уже. De-utsch, – ухмыльнулся Николай.

– Вот – опять! – всплеснула руками бабушка.

– А может, я посмотрю? – бросив осуждающий взгляд на друга, спросил Айдер.

Он умудрялся одновременно разбираться в приёмнике и откусывать от пирожка, который держала в руках Асие, подкармливая работягу.

– Вот оно! – наконец воскликнул не без пафоса Айдер. – Тут контакты разошлись. Вы его роняли, что ли?

– Роняла, – потупив глаза, призналась бабушка. – Немного задела, он и упал. И ничего не разбилось вроде. Но работать перестал.

– Паяльник есть? – спросил Айдер, обращаясь уже к Николаю.

– Перегорел. С паяльником я бы и сам давно починил, – заявил Тризуб.

– Ладно, и так справимся! – уверенно сказал Айдер.

Он взял сначала один провод и зачистил его от изоляции, затем повторил это же действие со вторым. Потом – ещё с двумя тонкими проводками.

Асие и Николай с любопытством наблюдали за его умелыми и ловкими манипуляциями.

Айдер сначала загнул каждый из проводов в виде рыболовного крючка, вдел один в другой и закрутил их концы вокруг провода – причём один конец он закручивал по часовой, другой – против часовой стрелки. Потом ещё и скрутил их вместе, в точке соединения. Получилась фигура, похожая на восьмёрку, перекрученную по «талии». После чего распрямил сильными пальцами «восьмёрки», ещё немного покрутил провод по оси в противоположные стороны и победно продемонстрировал результат: соединение получилось практически идеальным, только было чуть толще, чем остальной провод. То же самое, но намного быстрее он проделал и с другими проводками.

– Ну ты даёшь! И прямо без пайки будет держаться? – удивился Николай.

– Ага. Сам придумал – меметовская скрутка! – Он весело рассмеялся. Асие залилась смехом вслед за ним. Николай поддержал смех друзей натянутой улыбкой и внимательно рассматривал узел Айдера – действительно, таких узлов им на занятиях в радиотехникуме не показывали. – Всё, – сообщил Айдер, закрепляя заднюю крышку приёмника и включая его в розетку.

Приёмник, будто ошпаренный, сразу же заорал: «Нас утро встречает прохладой…» – но Айдер тут же убавил ему громкость.

На ещё светлом небе уже стали появляться первые звёзды.

– Мне пора, – сказала Асие. – У нас вахтёрша в общежитии строгая, ругается, если мы поздно возвращаемся.

– Я тебя провожу, – вызвался Айдер.

– И я. – Николай резко вскочил со стула, но его тут же повело, и он шмякнулся обратно. Бабушка было запричитала, но Тризуб сослался на то, что перегрелся на солнце.

Уходящих он проводил совсем не ласковым взглядом.

До общежития педагогического техникума, где жила Асие, от дома Николая было всего-то десять минут хода, хотя Айдер предпочёл бы, чтоб идти туда надо было много-много часов, а лучше – всю жизнь.

Путь шёл мимо окраинных домов с просторными садами, и воздух был напоён запахами цветущих плодовых деревьев. Небо потемнело, и вышла полная луна.

Незадолго до общежития узкая крутая улочка расступалась вправо. Там росла большая одичалая яблоня, сейчас, даже в полутьме, казавшаяся белой от осыпавших её ветви мелких цветков.

Ребята остановились, и Айдер повернулся к Асие. Её глаза смотрели на него в упор, не мигая:

– Я не поблагодарила тебя за сердечко из ракушки. Оно очень красивое.

– Я это… – замялся Айдер. – Я давно хотел тебе сказать, ну… что люблю тебя. Всем сердцем. Не этим, из ракушки… а моим, настоящим. – Он несколько раз постучал себя рукой в области груди.

Айдер так волновался и запинался, что Асие рассмеялась. Да так звонко и заразительно, что юноша невольно рассмеялся следом.

– Я глупо выгляжу, да?

– Нисколько. Ты самый умный и хороший. И ты мне очень нравишься.

Айдер улыбнулся и стал заметно смелее. Он коснулся кончиков пальцев Асие своими пальцами.

– Ты будешь моей женой?

– Да, – прошептала девушка.

Какое-то короткое бесконечное время они смотрели друг другу в глаза, а потом Айдер нежно привлёк девушку к себе и поцеловал. Это был их первый поцелуй – неловкий, но искренний.

Подул лёгкий ветерок, и яблоня, будто благословляя влюблённых, осыпала их своими белоснежными цветами.

Асие осторожно освободилась от объятий Айдера:

– Мне пора. Дальше я сама.

Айдер проводил её взглядом, пока она не вошла в дверь общежития, над которой покачивался одинокий фонарь.

На обратном пути, окрылённый до сумасшествия, он почти бежал и замедлил шаги лишь на развилке улицы – домой было направо и вниз, ближе к бухте. А если повернуть налево, то через двести шагов будет дом Тризуба. Как же Айдеру хотелось сейчас поделиться своей невероятной радостью с лучшим другом! И он свернул налево, в горку.

На веранде в доме Николая горел свет. Заглянув сквозь стекло, Айдер увидел, что друг читает какую-то книгу, при этом он шевелил губами и словно дирижировал самому себе правой рукой. Айдер постучался.

Николай, увидев его, махнул рукой уже призывно.

– Что читаешь? – приличия ради поинтересовался Айдер, ведь сейчас это было ему совсем неважно – иные чувства и слова переполняли его.

Николай показал ему книжку, старую, немного потрёпанную:

– Это Гёте, «Фауст». Карл Иванович подарил. А ты что такой взъерошенный? За тобой гнались? – улыбнулся

Николай.

Айдер помотал головой и улыбнулся. Он сел рядом с другом.

– Тризуб, я поцеловал её. И сказал, что люблю.

– Кого? – Николай сделал вид, что не понимает, о ком речь.

– Асие. А ещё мы поженимся. Вот! – выдохнул Айдер.

– Поженитесь?! Ну ты даёшь, она же наш друг, – усмехнулся Тризуб. – И что ты в ней нашёл?

– Асие не просто друг, она… – возразил Айдер.

– Она обычная девчонка, таких полно! Вон на пляж городской сходи, там таки-ие, о-хо-хо! – перебил Николай и изобразил руками пышные округлости женского тела. – А ты вцепился в неё как клещ, ещё и жениться надумал. Я б на твоём месте ещё погулял…

– А ты гуляй на своём месте… с этими, – и Айдер обиженно повторил жест Николая по поводу округлостей. – Кажется, ты сегодня не в духе, – и Айдер ловко выскользнул с веранды, тыльной стороной ладони откинув марлевую занавеску, невесомо прикрывавшую путь на улицу, туда, где со всего неба Айдеру подмигивали звёзды.

Николай оторвался от книги и громко её захлопнул. Он злился на себя за то, что не пошёл провожать Асие. Ведь, может, тогда Николаю не пришлось бы слушать эти дурацкие разговоры о женитьбе Айдера. Долгим прищуренным взглядом он смотрел вслед уходящему другу.

Подходя к своему дому, Айдер увидел одинокий огонёк папиросы.

Энвер сидел на скамеечке рядом с калиткой и словно ждал его.

– Отец, мне надо кое-что вам сказать.

– Присаживайся. Судя по твоим счастливым глазам, кажется, я догадываюсь о чём, вернее о ком. Ты её любишь? – Энвер хитро улыбнулся сыну.

– Очень. Я хочу жениться на ней. Вы не будете против?

– Ты знаешь, сынок, что я всегда поддержу тебя. Асие мне очень нравится. Но надо, чтобы всё было по-людски. Окончишь техникум, отслужишь в армии и тогда…

– Отец, я хочу, чтобы из армии меня ждала жена.

– Вот оно что, – сказал Энвер после небольшой паузы. – Раз всё так серьёзно, тогда надо засылать сватов. Что скажешь? – Энвер по-отцовски ласково приобнял сына.

– Спасибо, отец.

Энвер протянул сыну небольшую коробочку.

– Это тебе, открой.

В коробочке лежали новенькие наручные часы, которые Энвер получил когда-то в награду, но так ни разу и не надел, бережно храня. На обратной стороне была выгравирована надпись: «Водолазу Э. Меметову за отличную службу в ЭПРОН». Часовая и минутная стрелки в темноте зеленовато светились, а в центре циферблата сияла маленькая рубиновая звезда. Широкий ремешок слабо пах настоящей кожей.

Айдер знал и гордился тем, что его отец был одним из первых в СССР военных водолазов, окончивших курс ЭПРОНа – Экспедиции подводных работ особого назначения, в городе Одессе. Но при одном из погружений он повредил сухожилие на ноге и вынужден был расстаться с любимым делом. С тех пор отец немного хромал. Ни сыну, ни его другу он не желал военной карьеры водолаза, поэтому и отговорил их в своё время от повторения собственного пути. Радиомехаником – тоже правильно.

– Отец, но часы ведь ваши!

– Это мой тебе подарок на окончание техникума, ну и… – Энвер сделал небольшую паузу, – к свадьбе. Тебе теперь они нужнее.

Айдер, недолго думая, надел их на руку.

– Спасибо, отец.

Глава 2

Июнь 1941 года

День получения дипломов совпал и в радиотехникуме у Айдера с Николаем, и в педагогическом у Асие. Учёба была позади, и ребята решили отметить это событие прогулкой по набережной, с мороженым. Кроме того, Айдеру не терпелось сообщить лучшему другу, что он собирается засылать сватов к Асие. Но печальная новость о смерти родной сестры бабушки Николая изменила их планы. Тризуб этим же вечером уехал в Чернигов.

Айдер с головой окунулся в предсвадебные хлопоты. Жаль, что Тризуба не было рядом. Кто, как не самый близкий друг, был бы сейчас главным помощником, советчиком и опорой.

Через две недели с небольшим Тризуб с бабушкой вернулись домой, и Айдер торопился на встречу с другом. Ему, конечно, хотелось похвастаться перед Николаем новыми часами, правда было как-то неловко. Но цепкий взгляд Тризуба и сам всё сразу углядел, когда Айдер после долгих колебаний – ведь наручных часов практически ни у кого из их сверстников не было – всё-таки надел их, выходя из дома.

– Откуда такое богатство? – вроде как невзначай поинтересовался Николай.

– Отец подарил. Наградные. И стрелки светятся. И звезда, смотри, какая! И даже надпись есть. – Айдер снял часы и показал обратную сторону, протягивая часы другу.

– Ценная вещь, – стараясь скрыть зависть, похвалил Николай. – Мне вот некому такие подарить. А в честь чего тебе такой подарок? – Часы он возвращал с явным сожалением.

– Ну… В честь окончания техникума и… – Айдер замялся.

– Ну, договаривай!

– В честь свадьбы. Через два дня мы с Асие поженимся.

Николай кивнул, но ничего не сказал.

– Ты совсем не рад за меня, Тризуб? – спросил Айдер после небольшой паузы. – Мне никто кроме Асие не нужен, понимаешь?

– Понимаю… Но мне ведь…

– Извини, друг, мне пора, – перебил Айдер и, посмотрев на часы, заторопился уходить. – Меня Асие ждёт.

Свадьба Айдера и Асие была назначена на двадцатое июня.

Гуляла, по щедрому крымскотатарскому обычаю, вся улица. И даже случайный прохожий не мог пройти мимо без угощения – ворота и калитка были распахнуты настежь.

Разнокалиберные столы, вынесенные из дома и летней кухни и принесённые соседями, накрыли белыми скатертями. И они буквально ломились от еды – каждая соседка внесла свой вклад, вдобавок к тому, что весь вчерашний день, полночи и утро готовили Асие, её мама, пышная тётя из Евпатории и приехавшие из Бахчисарая родственницы Меметовых, часть из которых Айдер видел впервые в жизни.

Энвер с отцом Асие обходили столы и угощали гостей, с радостью поглядывая на своих детей. Уже были сказаны все важные слова и пожелания, поднесены подарки молодым, тамада веселил гостей то длинными, то короткими тостами. Иногда прерывались и на танцы – то под баян, то под патефон.

Только Тризуб всё не шёл и не шёл. Айдер время от времени поглядывал в правую сторону улицы, откуда он должен был прийти.

Улучив минуту, когда отец вышел покурить на любимую лавочку, Айдер присоединился к нему.

– Отец, я так счастлив! Жаль, что мама не дожила до этого дня.

Энвер кивнул, затягиваясь папиросой, и посмотрел на сына.

– А где Николай?

– Не знаю, отец. Сам переживаю, может случилось что. – Айдер посмотрел туда, откуда уже давно должен был прийти Тризуб.