Замужем за злодеем, который меня убьёт

Кассиан посмотрел на него.

— Ты продал армейское зерно на моей земле.

— Моё дело всё равно должен рассматривать дворянский суд…

— Это дело о военном снабжении.

— Я подам жалобу Его Величеству!

Кассиан обратился к писарю:

— Дайте ему бумагу.

Малкольм замер.

По приказу герцога принесли чернила и перо.

Кассиан лично наблюдал, как виконт написал просьбу о защите и поставил свою печать.

После этого он сказал рыцарю:

— Отправить в столицу.

В глазах Малкольма появилась надежда.

— До ответа короля вы не можете меня казнить.

Кассиан смотрел на него.

— Поэтому ты пока жив.

К вечеру чиновника зернохранилища и интенданта приговорили к повешению.

Управление владениями Малкольма временно приостановили и передали назначенному Кассианом представителю.

Самого виконта заключили под стражу до завершения проверки его складов, торговых путей и книг.

Перед тем как его увели, интендант снова попытался обвинить собственного писаря.

Кассиан велел положить перед ним поддельную книгу.

А затем приказал стражникам прибить его правую руку к обложке.

Крик разнёсся по шатру.

Кассиан не отвёл глаз.

— Этой рукой писал?

Интендант уже не мог говорить связно.

— Не… не я…

— Тогда вспомни, кто.

Ему позволили прожить до утра.

Достаточно долго, чтобы назвать всех, кто получал долю.

На следующий день двоих главных виновников повесили у пустого зернохранилища.

Снимать тела запретили.

Всех офицеров и писарей, участвовавших в разделе денег, лишили должностей. Их имущество конфисковали, чтобы восполнить запасы и выплатить деньги семьям погибших.

Роуэн стоял у склада и тихо заметил:

— Его Величество может счесть наказание чрезмерным.

Кассиан посмотрел на виселицы.

— Тогда пусть вернёт их к жизни.

Один из стражников спросил:

— Когда разрешить снять тела?

Кассиан сел в седло.

— После следующего сильного снегопада.

С частью рыцарей он первым отправился обратно в цитадель.

Роуэну поручили сопровождать тюремные повозки, заключённых и конфискованные книги.