- -
- 100%
- +
Очередной выпад барда, очередное уклонение, но откуда не возьмись по ворону нанёсся удар. Птицелюд упал от неожиданности, а на пол брызнула тонкая струйка крови. На одежде зиял порез, нанесенный по диагонали. Экваль схитрил и преобразовал иллюзию. Во время одной из атак, когда ловкач вновь ушел от удара, легионер создал еще одну руку благодаря своей флейте и приказал ей точь-в-точь повторять движения настоящей руки. Весь бой она скрывалась, прячась внутри настоящей, и в один момент вышла на свет. Птицелюд увернулся от иллюзии, а уже настоящий клинок поразил его. Место пореза начало наливаться кровь, вдоль пореза по плащу начало алеть. Этот удар сильно поразил убийцу, настолько, что он упал на колено.
Пришла пора заканчивать, Экваль встаёт в боевую стойку. Он собирается пронзить сердце, сделать это рывком, сделать быстрее, чем птицелюд почувствует боль. Ступни барда отрываются от земли, словно молния он мчится на врага, рапира готовится к уколу. Стоило Эквалю приблизиться к сражённому, как тот резко поднял голову и взглянул прямо на барда. Творец тут же остановился, ноги отказались его слушаться и окаменели. Глаза ворона заставили легионера застыть, ни одна часть тела не могла слушаться. Убийца мог не только предугадывать атаки за счёт чутья, но и заставлять неугодных столбенеть. Экваль поздно узнал об этом и попался в ловушку. Птицелюд встал во весь рост. Под его ногами растеклась небольшая лужица крови, из-за чего на полу оставались следы птичьих лап. Ворон схватился за клинок и медленно подошёл к застывшему барду. Пощелкав клювом он занёс свою руку за черную голову, чтобы добить.
Рука полная перьев устремилась вниз и лезвие вошло прямо в голову, скрывшись внутри черепной коробки. Творец всё так же не шелохнулся, оцепенение не отпустило мертвое тело. Поняв это, убийца стал вытаскивать клинок, но не смог. Оружие застряло в голове и не могло выйти. Ворон смутился. Раньше такого с ним точно не происходило. Он схватился за рукоять и стал пытаться снова, но оружие оставалось внутри. Выражение лица на маске сменилось на хитрую улыбку. Птицелюд попытался вновь и заметил то, на что не обратил внимания - из раны не пошла кровь.
Быстрым движением руки бард ударил ворона по лицу и тот отшатнулся. Он уж точно этого не ожидал. Птичьи глаза широко раскрылись, а клюв нервно щелкнул. Экваль перехватил по новой рапиру и встал в боевую стойку, а во лбу так и продолжил торчать клинок. Убийца обезоружен, у него остались лишь метательные ножи. Недолго думая птицелюд метнул себе под ноги дымовую бомбу и весь коридор закрыло густым дымом. Прячась в этом сером облаке, ворон принялся отступать обратно к окну. Дымовая завеса не сильно мешала Эквалю - за счёт своей маски он не должен щурить глаза, а значит не так сильно теряет бдительность.
Различая в дыму вороний силуэт и слыша звуки шагов он погнался за ним. Во время битвы они далеко отошли от окна, через ворон проник сюда, поэтому у барда был шанс поймать убийцу. Пробежав примерно половину прохода, силуэт начал расплываться в завесе, а шаги становиться тише. Действие глаза кошки стало пропадать, обостренное зрение и слух начали сходить на нет. В итоге совсем скоро Экваль потерял убийцу, а когда облака дыма рассеялось птицелюд уже покинул замок.
Ночь внвоь окрасилась тишиной и приятной прохладой, словно ничего и не произошло. Клинок достаточно глубоко застрял в голове, попытки Экваля вытащить его не увенчались успехом. Кто угодно удивиться, если увидит этого барда поздно ночью посреди темного коридора с торчащим со лба кинжалом. И ко всему прочему еще и без единого кровяного пятна на теле или одежде.
За дверью, через которую Экваль пришёл сюда послышались шаги. Кто-то за ней явно не крался и спокойно шёл, а абсолютная тишина, царящая в замке, лишь оголяла глухой звук. Вскоре дверь открылась и за ней показался Эндорал с зажённой масляной лампой.
- Ты здесь, Экваль? - негромко спросил он.
Бард вышел на свет. Эльф очень удивился, увидев во лбу клинок.
- Я заметил, что ты куда-то ушёл и решил проверить где ты. Граф чёртов некромант и кто знает, может это его гнусные проказы. Что у тебя торчит во лбу?
Бард лишь пожал плечами и подошёл к магу. Вместе они отправились обратно в комнату к спящим Алистеру, Дулрусу и Аг'Рожу.
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
- Значит, вы хотите сказать, что прошлой ночью какой-то ублюдок залез в мой прекрасный Аттриль, обошёл всех моих гвардейцев, дошёл до этого коридора и был прогнан этим шутом?
Граф Хендрик не особо верил в то, что произошло ночью. Эту историю пересказывал ему Эндорал, пока Аг'Рож с силой вытаскивал клинок из Экваль. Поставив барда на колени, он уперся ногой в его плечо и приложив всю орочью мощь начал тянуть. Лезвие начало медлено выходить наружу, а когда вышло Аг'Рож грохнулся на пол, что слегка рассмешило Дулруса.
- Всё именно так, высокоуважаемый граф - ответил Эндорал - наш шут Горошек спас вас от убийцы, который хотел в ночи пробраться к вам в комнату и, да прости меня боже, убить вас.
- Но если это действительно так, то почему на лезвии нет крови? - спросил граф - Оно вошло достаточно глубоко и не могло не ранить голову этого ублюдского шута.
И действительно, лезвие было девствено чистым, на нём не было ни единой капли крови. На удивленный взгляд Аг'Рожа бард лишь непонимающе пожал плечами. Для легионеров не удивительно видеть такое. Учитывая, что никто не знает кто кроется за маской Экваля, удивительно видеть то, что после даже самых тяжелых ранений его тело не пускает кровь. Вопрос о физиологии его тела был закрыт тогда, когда демон откусил ему руку. Там, где должна алеть плоть и торчать кости была лишь раздробленая глина, из-за чего многие пришли к выводу, что его тело состоит далеко не из мяса.
- Видите ли граф - произнёс Эндорал - наш шут очень увлекается лепкой. Перед посещением вашего за...
- Аттриля! - перебил его Хендрик.
- Да, Аттриля, прошу прощения. Так вот, незадолго до прибытия в ваш замечательный Аттриль, о уважаемый граф, Горошек слепил себе запасную маску. Да, безусловно, его нынешний наличник очень хорош, но от него быстро начинает зудеть кожа, поэтому он решил слепить себе еще одну более удобную. Наш лорд не оценил такого поступка и не разрешил Горошку ходить в ней, из-за чего шут принял волевое решение надеть под любимую маску графа свою собственную. Она и спасла его от незавидной участи и предотвратила окрашивание клинка.
Услышав это, Дулрус решил подыграть. Он бросил до жути презрительный взгляд на барда, а тот в свою очередь сжёг удивление с лица, заменив его испугом. Выглядело не очень убедительно, но графу хватило этого, чтобы поверить в рассказ эльфа.
- Ну что же, вы не так просты, Лорд Баинг. В вас есть те черты, которые я уважаю в людях. Вы желали попасть в подземелье под Аттрилем? Что же - граф отошёл от двери и вскоре вернулся с небольшим ключом. Одним не самым ловким движением он выкинул его в коридор через заслонку в двери - вы можете туда пройти, даю вам разрешение. Вестер драть тебя за ногу! Проводи гостей и верни мой ключ.
Вестер, который всё это время стоял поодаль, пококрно подошёл и поднял ключ с пола. Хендрик с грохотом захлопнул заслонку и принялся чем-то шебуршать в своей спальне. Капитан гвардии повёл за собой легионеров.
Спустившись вниз, пройдя тронный зал и обойдя стороной темницу, наши герои настигли двери исполинских размеров. Не вооруженым взглядом можно было увидеть сети паутины и толстый слой пыли, сюда явно давно никто не приходил. Вестер вставил ключ и несколько раз провернул. С хрустом замок отпустил из своего плена дверь и она сразу же со скрипом приоткрылась. Из темного кирпичного коридора повеяло холодом, в воздухе запахло сыростью.
- Прошу - сказал Вестер и открыл дверь на распашку.
Герои по одному принялись входить внутрь. Последним заходил Дулрус. Перед тем как скрыться за дверью, он с сочувствием посмотрел на капитана. Участь, которой никто не позавидует, настигла этого гвардейца. Сунув себе в рот трубку, дварф скрылся в темноте, а Вестер закрыл за его спиной дверь. Он решил не закрывать её на ключ и подпёр отвалившимся из стены кирпичом, а сам отправился обратно к графу.
Подземелья Аттриля не сулили ничего хорошего. Замок графа-некроманта был наполнен живыми мертвецами, которые прекрасно сливались с живыми. Ждать можно было чего угодно. Алистер шёл первым, держа в руке факел. Пляшущее пламя прогоняло зловещую тьму, раскрывая коридор всё дальше и дальше. Как бы странно то ни было, но всё подземелье представляло собой один сплошной проход прямо, до чего же скучно!
Через несколько десятков минут после входа в подземелья в гладкой стене появилась ниша. Подойдя ближе легионеры увидели в ней лестницу ведущую наверх.
- Не зря граф боялся - прорычал Аг'Рож - в его проклятый замок и правда можно проникнуть через подземный ход. Мы прошли не так уж и много, примерно два километра. Надо будет запомнить это место, уверен, с этого можно будет срубить неплохо денег.
- Вроде орк, а ведёшь себя как жалкий гоблин, продающий уголь шахтёрам. Никто не покупает у тебя ничего, вот и ищешь где деньги легко стрясти - пробурчал Эндорал.
Эта фраза явно оскорбила Аг'Рожа. Это было понятно по злобному оскалу и сжатым кулакам.
- Тише, девочки, будете тут грызться я вам позвоночники в узел скручу - кинул Дулрус и, растолкав эльфа и орка, прошёл вперед.
Спустя ещё короткий промежуток времени герои остановились. После ниши с лестницей больше ничего нового они не увидели, ничего кроме одного - барьера. Созданый Тенебрисом барьер простирается не только в ширь и высоту, но и в глубину, контролирующие столбы имеют глубоко закопанные стержни.
- Твою мать... - раздосадованно произнёс Аг'Рож и упал на колени.
- Да уж... - пробурлил дварф - кто же знал, что эта демоническая чертила еще и глубоко закопала столбы.
Магический барьер, казалось, ехидно насмехался над легионерами. Магические волны изгибались и кривились во все стороны в своей плоскости. Минута молчания и, может быть, немного отчаяния. Что же теперь? Свистящий Лес закрыт барьером, но попасть внутрь нужно и как можно скорее, пока Тенебрис не собрал все силы.
- У меня есть предположение - начал Эндорал - я могу сфокусироваться на барьере и попробовать сделать в нем проход, но есть проблема - я не смогу сделать это в одиночку. Я чувствую, какая мощная энергия исходит от него, в противном случае я потеряю контроль и могу погибнуть. Если мы найдём тех, кто сможет вместе со мной сотворить плеш в заграждении, то у нас откроется возможность пройти внутрь.
- А где мы, по-твоему мнению, найдём согласных на это? - спросил Дулурус.
- Я знаю где - произнёс орк, развернувшись спиной к героям и барьеру - мы вылезем наружу и отправимся на юг, туда, где король не имеет власти, где земли чернеют от вечных натисков демонов и монстров, где находится моя Родина. Мы отправимся в Чёрные Земли, шаманы помогут нам. Идём.
В голосе Аг'Рожа звучала глубокая горечь, скрытая где-то между трахеей и легкими. Рука орка немного дрожала, а походка была неуверенной, орк очень аккуратно ступал вперёд. Героям ничего не осталось, кроме как последовать за ним.
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Обратно к графу Вестер шёл очень медленно. Его заточение продолжается и сделать с этим никто ничего не может. Есть лишь одна надежда - солнечное зарево наступающего утра. Единственное, во что остаётся верить - тёплое Солнце, такое близкое и одновременно далёкое.
Капитан остановился перед открытым окном. Лёгкий ветер принялся щекотать мертвую кожу, прогоняя её ложный румяный цвет. Он не чувствует свежести ветра, он не чувствует солнечного тепла. Небольшая птичка приземлилась на подоконник. Это воробей, маленький воробушек. Удивительно, как этот малютка попал сюда? Над Аттрилем не летают даже степные орлы, что уж говорить о воронах и прочих птицах. Вестер выставил указательный палец руки и поднёс к воробью. Малыш легонько поклевал его и запрыгнул на последнюю фалангу. Медленно и очень аккуратно капитан принялся поднимать руку. Птица не боялась его, она с интересом разглядывала посиневшую кожу. Пытаясь не спугнуть, Вестер поднял вторую руку и начал поглаживать воробья по головке. Птенчик начал довольно щебетать, что вызвало у гвардейца улыбку. Тихой поступью он пошёл вместе с ним дальше.
Поднявшись по лестнице и остановившись перед двойной дверью в коридор к покоям графа, воробей взлетел и уселся на шлеме Вестера. Гвардеец усмехнулся и продолжил путь.
Уже перед самой спальней графа капитан глянул на статую, над которой этой ночью работал Экваль. Прекрасного телосложения мужчина с прекрасными мускулами и мощной челюстью. Осмотрев скульптуру снизу вверх он заметил изменения - половой орган, висевший раньше до колен, стал кратно меньше и теперь по размерам был сравним с не самой большой редиской.