Драгоценность Бытия

Подруга в сети скинула мне видео о том, что в нашем городе есть просветленная женщина моей национальности. Мне тут же стало интересно, я подписалась на все ее страницы, обратила внимание, что это очень красивая молодая женщина. Как только увидела объявление, что с ней будет живая встреча, я собралась пойти. Внутри тихий покой и голос безмолвия: «Я с тобой!»

Слова Иисуса: «Если кто-то хочет идти за мной, пусть отречется от самого себя, возьмет крест свой и последует за мной».

И вот я на встрече с этой милой очень красивой женщиной. В начале себя проявила всезнайка Аи, и я вдруг узнала себя прежнюю в ее репликах: именно так я вела себя на группах психоанализа. Потом, став членом этого сообщества, везде сидела с чувством, что я одна все знаю. Это чувство всезнайки, превосходящей всех, проявилось и во время организации ретритов Дениса Дзен в нашем городе. Вот и на этой встрече ясно осветилась и оголилась эта «личинка всезнайки». Дальше я уже сидела тихо и больше не задавала никаких вопросов.

Если и была у меня в материальном мире единственная цель, так это любой ценой стать красивой просветленной женщиной, чтобы блистать перед всеми и показывать: вот видите, какая я просветленная! А сейчас сижу на встрече, смотрю прямо на женщину напротив меня, просто сверлю ее взглядом, чтобы хоть что-то в этом разглядеть. И вдруг с изумлением понимаю, что это тоже иллюзия в иллюзорном мире.

Эта милая женщина уже сама стала вызывать меня на разговор. Я сказала:

– Сейчас, когда сижу на этой встрече, вижу, что просветленная женщина – это тоже иллюзия.

– Да, иллюзия.

Тело среагировало легкой тошнотой, ум загрустил. Но что-то внутри – как стержень, как ядро – тихо знает и чувствует, что все хорошо! Встреча закончилась, домой решила прогуляться пешком. И уже иду с чувством благодарности в сердце. Воистину Господь Всемилостив! Какая забота! Какая любовь! Так может только То, Чему нет названия! Всепроникающий! Он сразу показал своей разбалованной девочке то, что есть. Ты хотела стать просветленной красивой женщиной? На! Играй. Смотри. Наслаждайся.

Какая забота Жизни! Она и сейчас заботится, как любящая мать, проговаривая: «Отпусти все! Не хватайся ни за что! Даже за просветленную не держись!» Купаясь и нежась в этой заботе, не могу ничего выразить. Только кристально чистые слезы на глазах проявляют это. Чувства и ощущения – не передать. Есть одно знание сейчас: «Человек всегда любим!». Но у него хватает ума создать то, что позволяет ему самого себя загонять в клетку, обижаясь и печалясь, цедя сквозь зубы: «Я тут никому не нужен!»

Но сейчас я иду, наслаждаясь всем, что есть, и слышу отечески любящий голос:

– Ты хотела поиграть в эту игру? Поиграй.

Вновь ощутила внутри очередную абсолютную капитуляцию. Реально: когда эго плачет о том, что потеряло, Дух радуется!

Что-то происходит. Не могу понять. Какое-то тихое, безмятежное прощание, которое пронизано блаженной милостью. Нежное, трепетное всепроникающее чувство перехода «одного в другое», где два становятся Одним. Щемящее счастливое чувство, божественная, неописуемая любовь безмолвия внутри:

– Ты вообразил Себе меня, чтобы показать то, что чувствую сейчас! Твое Божественное проникновение неописуемо. Только Твои милость и могущество способны на это! Так, как Ты, никто не сможет! Я думала, что эта красота идет от противоположного пола, а оказывается – от Тебя! Так любить можешь только Ты Один!

Вот почему все люди мечтают о неземной любви. Сейчас это стало ясным. Ты изначально вел свою возлюбленную бережно, трепетно, оберегая, заботясь о том, чтобы ни один волосок не упал с ее головы без Твоего ведома. Слезы счастья на глазах. Всемилостивый Возлюбленный, только Ты можешь с такой теплотой и состраданием показать место, где находится твоя незрячая женщина. Мягко и бережно даешь ей возможность созерцать «зал ожидания исчезновения материальных тел». С любовью вдыхаешь каждый ее выдох, созерцая ее сознательное прощание с тем, что есть. Это реальная любовь. Никаким описаниям не поддается, хоть я и пытаюсь описать это состояние. Возлюбленная очень волнующе, мягко, трепетно, бережно, нежно растворяется в Возлюбленном. Как капля молока в воде. Если это состояние сравнить с оргазмом, то оргазм физических тел лишь маленькое, смехотворное подобие того, что сейчас переживается. «Ах, вот о какой любви мечтают все люди», – подумала я.

Я тону в очах Возлюбленного. Безмолвный шепот:

– Да!!!

– Смотри сюда.

– Да, любовь моя! Да!

Стараюсь воспроизвести пережитое. В материальном мире это сравнимо с тем, как женщина теряет свои оковы, пласты и залежи слой за слоем в лучах безусловной любви, а мужчина созерцает это и радуется. Вот почему в сказке царевич сжег шкуру царевны-лягушки. Он созерцал и радовался свету божественной любви и не хотел больше с ней расставаться. В каждой сказке есть намек на Это! Что? Не знаю. Описать нельзя, пережить можно. А как? Остаться верным Одному. Довериться. Интуитивно быть преданным. Возлюбленного не видишь, но чувствуешь себя в Его объятиях. Об этом Иисус сказал: «Каждый ребенок рождается в Царствии Небесном».

…Перед сном лежу и вижу боковым зрением, что малышка-старушка это одно, а черточка между ними – это миг. И миг этот называется «наивная доверчивая ротозейка», попавшая в свое собственное заточение. А наивный доверчивый ротозей – кто это? Малыш-Ребенок.

Во сне вижу, как девочка лет пяти в трусиках, сшитых из хлопка, подходит к речке. И уже вижу не сон, а словно в каком-то полудремотном состоянии знаю, что произойдет дальше. Водоворот «жизни и смерти» закрутил ее в свой затягивающий поток.

Помню, что сказал Берт Хеллингер, после того, как сделал мою расстановку: «Садись рядом, я проведу для тебя медитацию». Не помню, о чем медитация, но он говорил что-то об инцесте. Хотя у меня в детстве не было физического инцеста, но по коллективному женскому телу боли в зале было видно, что он имел место быть.

Помню, в те времена, когда я училась в первом классе, соседские дети собирались у нас дома, бегали, играли и даже изображали папу с мамой в одеждах, затем, дальше бежали играть в другие игры. Это заметила родственница – девочка старше меня, которая жила с нами около года. Она отвела меня в другую комнату и стала сильно ругать:

– Это очень плохо! Больше никогда не играй в такие игры с мальчиками! У тебя будет расти живот, все дети будут над тобой смеяться! Родишь ребенка. Все дети будут бегать, играть во дворе, а ты будешь сидеть, смотреть на них и не сможешь играть, потому что на руках будешь нянчить ребенка. Испуганно спросила:

– А мальчики рожают детей?

– Нет, мальчики не рожают детей.

Я очень сильно испугалась всего услышанного. Испуг был настолько мощный, что я, дрожа от страха, разглядывала свой живот – растет он или нет, и была уверена, что внутри уже есть ребенок! Испуг просочился в мое тело настолько глубоко, что все мысли были о беременности. В детской комнате на одной стене мы, дети, сделали для себя доску для письма – играли в школу. Испуг настолько сильно охватил всю меня, что я была уже не в состоянии держать этот страх в теле и написала мелом на доске «я беременна». Только после того, как написала это, мне стало немного легче. Тогда ребенком я ничего не знала, но сейчас понимаю, почему психологи говорят: «Скажи проблему голосом или напиши на бумаге».

И все! Разумеется, после всего пережитого (хоть по факту никакой проблемы, слава Богу, не было) я установила свой собственный железный щит. Заслон был очень мощный. Угадайте от кого? Капитальный заслон между мной и противоположным полом был несокрушим. Я решительно себе сказала:

– Все! Теперь я буду мальчиком! Я мальчик! Я не девочка.

Теперь понимаю, что мне из-за такого решения не стоило рассчитывать на взаимную любовь противоположного пола. Так оно и произошло. Никто не смог проникнуть сквозь мощную железную клетку, в которой я оказалась. Итак, первый слой огромного страха положил начало дороге в ад. Тогда – семи-восьмилетним ребенком – я ничего этого не осознавала.

Но сейчас я взрослая, могу прямо смотреть на пережитое и понимаю, что в каждом поколении происходит «свое живодерство». И я не стала исключением. Говорят, сейчас в современном мире аборты делаются безболезненно, но во времена моей молодости это было реальное физическое живодерство. Аборт так и называли – скоблёжка. Клали женщину на кресло и просто заживо выскабливали из матки зародыш! Я прошла через это, и не раз. Это реальный ад! Я в нем была! Даже «живодерня» это мягкое слово в сравнении с тем, что женщина переживает после аборта: она чувствует себя убийцей! В боли, тоске и унынии только и ждет того момента, когда окажется рядом с ребенком, которого убила. Одним словом женщина, сама того не осознавая, становится на путь самоуничтожения из-за чувства вины перед тем ребенком, которого не родила, а сделала аборт. Именно так я себя и чувствовала: просто была пропитана унынием. До тех пор, пока не нашла ответы у Берта Хеллингера.

И вот на днях дочь пришла ко мне и говорит:

– Я не хотела тебя расстраивать, но сейчас могу рассказать, потому что прошло несколько месяцев. Я похоронила своего пятимесячного мальчика. Мы с мужем были в шоке. Три раза собирался консилиум врачей, и три раза они выносили одно и то же решение: очень серьезные патологии, надо вызывать искусственные роды. Я не знаю, как выжила. Ребенка похоронил отец мужа. Муж не смог этого сделать.

Пока дочь рассказывала о произошедшем, я вспомнила аналогичный случай, который произошел с моей коллегой, напарницей, которая была на пятом месяце беременности. Они ждали второго ребенка. Пришла на работу, а она сидит в слезах. Я спросила, что случилось. Женщина ответила:

– Прошла исследование, которое полагается беременным на этом сроке, врачи выявили у плода страшный диагноз и сказали, что необходимы искусственные роды.

По строгому указанию врачей и посоветовавшись с мужем, женщина прервала беременность. И пережила все это очень тяжело. Я всячески ее поддерживала, вспоминая все, что проходила в Германии у Берта Хеллингера:

– Если у тебя кто-то спросит, сколько у тебя детей, ты можешь сказать «один», но в сердце себе скажи «у меня два ребенка». Всегда чувствуй, что в твоем сердце он присутствует, и ты его любишь. Так у тебя внутри все постепенно успокоится.

Они с мужем выдержали паузу, в период которой нельзя зачинать ребенка, и вот, к счастью, она вновь забеременела. И спросила меня:

– Могу ли я то имя, которое хотела дать второму ребенку, дать этому?

– Нет. То, что принадлежит второму, должно быть с ним. Придумайте для этого ребенка новое имя.

Ребенок родился здоровым, они дали ему новое имя. Теперь у них дочь и сын.

Милая подруга-коллега сказала: «Сегодня, когда я сказала мужу „у нас трое детей“, он так странно посмотрел на меня. Но в глубине я почувствовала, что он со мной согласен».

С трепетом в сердце выслушав дочь, я поняла, что в каждом поколении у женщин и мужчин свои живодерни. Я представляю, что происходило в поколениях до нас. Там, наверное, было что-то страшнее всего этого. Да ладно. Оставим это. Дочери сказала:

– Гладь себя с любовью, говори своему третьему ребенку, который не проявился в этот мир: «Для тебя у меня всегда в сердце есть место». Нет правых и нет виноватых.

Дочь, немного успокоившись, ушла домой. А я вспоминаю пережитое и понимаю, что каждой женщине достается именно тот муж, который предназначен ей для самотрансформации. Мой муж сделал для меня отменную работу по самопревосхождению себя. Внутри только благодарность: ведь если бы не он – разве я была бы сейчас такой? Интуитивно чувствую, что молодые женщины совершают ошибку, когда сразу бегут разводиться и жить отдельно. Ведь Бог дал прекрасный инструмент для того, чтобы она, наконец, заглянула в заветную дверь – в себя. В Библии об этом сказано: «Светильник – Око. Око твое будет чисто, и все твое тело будет светло. А если оно будет худо, то и тело твое будет темно. Итак, смотри: свет, который в тебе, не есть ли тьма? Если же тело твое все светло и не имеет ни одной темной части, то будет все так, как бы светильник освещал тебя сиянием».

Вдруг что-то во мне со всей могущественной ясностью произнесло:

– Теперь не говори, что ты живешь жизнь! Смотри сюда!

Истинное я – это целое Одно, не два.

И не случайно во сне я не раз неслась во тьме без руля, без фар, без тормоза. Интуитивно почувствовала, что живу как-то не так и движусь в неверном направлении. После очередного пробуждения от такого сна решила про себя: поеду назад. Куда? Не знаю. Первое, что сделала, – сознательно пошла на операцию на женские органы. Бедная моя матка: после того, как ее скоблили по-живому три раза, она все же смогла вывести в этот мир двоих детей. Операция по удалению матки прошла в отделении онкологии – много боли. Если хотите знать, как выглядит ад, зайдите в палаты онкологии. Я была там и видела умирающую женщину, которая уже все знала. А ее дочери, как обезумевшие, носились вокруг нее, не зная, чем помочь матери. Я видела, как любящий муж без памяти кружил вокруг умершей жены. Я видела слезы молодой женщины, которая поздно вышла замуж, потому что берегла свою девственность для мужа. Она плакала и говорила: «Что толку, что я берегла себя? Все равно заболела неизлечимой болезнью!». А еще со мной рядом в палате лежала женщина в возрасте, которая прожила яркую, насыщенную жизнь, но так и не смогла простить мужу измены. И ее богатые, состоятельные сыновья, имея несметные богатства, ничем не могли помочь матери. Она сказала: «Они хотели лечить меня в лучших клиниках мира, но я решила остаться здесь, потому что лечение везде одинаковое». То место, куда я попала, было морем слез и мольбы! Я ясно видела бессилие людей и врачей. Чувствовала, что есть что-то Одно, перед чем бессильны все! Тогда я не знала, а только наблюдала все. Женщины, с которыми оказывалась в палатах, рассказывали свои истории. И у всех, кто заболел по-женски, внутри была обида на мужа. Я не была исключением. Женщины в возрасте говорили о своей жизни с мужчиной: «Я так и не испытала счастья. Только разогреюсь, а он уже сделал свое дело, отвернулся к стенке и спит. А я плачу».

Нет удовлетворения, но есть жажда удовлетворения.

Итак, когда прошла «целая» жизнь, я осознала, что такое иллюзия. Иллюзия это обман чувств. Иллюзия это ошибка восприятия. «Несуществующее Я», вернее, иллюзорный мир – как его сохранить? Надо создать эту искусственную замануху, и чем она ужаснее, тем быстрее люди в нее поверят! Надо запугать людей до смерти, до безумия! Что-то внутри интуитивно чувствует в этом истину. Успокаиваюсь, осознавая, что мне тут ничего не принадлежит, даже ужас. А для того, чтобы осознать это, необходима неукротимая любовь к Истине.

Сижу на лавочке городской аллеи, наблюдаю людей, проезжающие автомобили, все происходящее, ясно осознавая, что нахожусь в открытом зале ожидания смерти людей. Что-то во мне говорит: «Это жестоко». И тихо плачет без слез. Да, жестоко, но это правда.

Взгляд упал на экран невыключенного телефона. Созерцая свое изображение на нем, молюсь:

– Господи, помилуй меня, грешную. Я оторвалась, отвернулась, покинула целое Одно и очутилась в иллюзии, которую сейчас наблюдаю, в страхе от того, кем оказалась. Я превратилась в сгусток из мыслей «я увядаю», «я заболею», «я умру». Это кошмар. Это ужас. Помоги мне! Помилуй меня, грешную, за то, что отделилась от Тебя! Это очень сурово – жить в камере смертников открытого зала ожидания смерти, где властвует и диктует иллюзия!

Мольба закончилась ясным взглядом на происходящее, здравый смысл во мне промолвил: «Слава Богу, я хоть сейчас знаю, где я, кто я, что я. Но я не знаю, где мое место».

Среди ночи в полудремотном состоянии произнесла:

– Мама, прости, что я залезла на твое место! Живая Жизнь, прости! Не намеренно, не надменно это произошло, а по ротозейству!

…Говорят, если хочешь посмотреть на себя в прошлом, посмотри на родственников. И вот полдня они были у меня; я готовила, много общались. Но как только проводила их, в сердцах произнесла:

– Пусть мертвые хоронят мертвых, а ты следуй за Мной!

Да, именно так: пусть материальное хоронит материальное. Вновь погружаться туда, где я была, и прыгать с одной раскаленной сковороды в другую уже нет ни сил, ни желания. Общаясь с родственниками, сама не заметила, как оказалась втянута в спор, превратилась в судью, в защитника. Если посмотреть со стороны, то это реально печальная баталия. Наелась. Сыта.

…Еще серьезнее настроилась следовать советам Руперта Спайры: «С мужеством и любовью наблюдай, освещай все заветные любимые места „обособленного Я“. Будь безжалостна». Теперь ясно освещаю происходящее, так как понимаю, что слепой слепого никуда не приведет. И уж тем более из этого ничего не выйдет. Про себя решила: чем вновь затягиваться в круговорот мыслей и чувств, я лучше выйду на берег и отдохну, наблюдая и созерцая происходящее. Это непросто, но это единственное, что стоит делать. Видимо, именно поэтому было сказано «враги – домашние». Почему? Они лучше всех знают наши болевые точки, знают, куда давить и бить. И, масштабно осознавая понятое, вдруг понимаю, что весь материальный мир – это когда слепой ведет слепого.

…Что-то во мне тихо шепчет слова Руми: «Погружайся все глубже и глубже во всё расширяющие сферы Бытия». А я в ответ осознаю: то, что кричит, давит, доказывает свою правоту, – это не только родные, но и я внутри. Понимаю, что это тоже одна из любимых комнат отдельной обособленной личности. Ух ты! Оказывается, слепая, которая уперлась в свое, кричит и доказывает – это тоже я! Слепая сумасшедшая – это я! А думала, что я только запугана до безумия. Надо же, слепая сумасшедшая – это я. Все правильно. Каким еще может быть обособленное, отдельное, оторванное от Целого? Слепым запуганным сумасшедшим. Ох! Выдох. Ясное видение себя – реальное облегчение.

Теперь даже понимаю свое прежнее состояние уныния: оно от того, что не было удовлетворения ясного знания себя. А теперь проживаю настоящее освобождение – слой за слоем. Тернистый, но счастливый путь: этот путь ведет Домой.

…Так продолжаются дни – со все большим созерцанием глубины себя. Встревоженная, злая, подавленная, боязливая, жалующаяся, вечно всем недовольная, в режиме ожидания чего-то другого в будущем – это я. Тем самым сама себе стала проблемой. Но с каждым вдохом, с каждым новым шагом, по капельке становится легче от ясного осознавания происходящего. Происходит погружение. Оно настолько бережное, незаметное, тихое, слой за слоем. И с каждым разом дает все больше и больше дыхания ароматом свободы. Происходит расширение внутреннего простора. И это факт. Ведь из семечка вмиг не вырастает дерево. Все происходит постепенно. Произнесла эти слова и подумала, что, пожалуй, самая лучшая молитва – это: «Господь, прости нам наше безумие».

Материальный мир построен на том, чтобы придумывать проблему за проблемой, он извне постоянно что-то подбрасывает нам, и только Любовь через мудрость способна почувствовать Реальность Бытия.

Именно она тихо ведет меня. Показывая ясно то, что на меня давит. С детства я чувствовала от родных и окружающего мира, что меня просто вытаскивают из моего естественного состояния, выдавливают во что-то противоположное, инородное. Я просто чувствовала, как меня выжимают из моего родного состояния в состояние зацикленности, которое кричит и визжит: «Это я! Это мое достижение! Я ведь говорила!». И это инородное состояние разрасталось во мне как огромная паутина, как безумие этого мира. Вот где корень сумасшедшей женщины Аи. Меня просто выдавили из моей естественной среды, из состояния тишины, покоя, удовлетворенности. Меня выдавили из моего естественного состояния любви во что-то шумное, тяжелое, болезненное, во что-то противоестественное, не мое. Есть понимание, что таковы законы материального мира, иначе «ребенку» в нем не выжить. Ну а теперь ребенок взрослеет, и им уже сознательно движет любовь к Истине. «Слава Богу! – подумала я. – В этом несовершенном мире есть совершенный закон Единого!» Есть закон на разбалованную хулиганку, и это радует! Есть то, что остановит необузданного ребенка, остановит безумную женщину. И я знаю, что это «что-то» и есть естественное состояние человека – Любовь. Есть Всемогущий, Всезнающий, Сострадающий Бог. Есть Дух оживляющий! И радует, что доверие могущественнее разбалованного ребенка, оно могущественнее беспредельно ненормальной женщины! Почему ненормальной? Потому что весь этот мир перевернут с ног на голову. И самое главное – никто в этом не прав и не виноват.

…Вспоминая пройденный урок с родственниками, спрашиваю себя: кто постоянно наступает на одни и те же грабли? Слепой. Слепой – это тот, кто имеет физическое зрение, но не владеет ясным видением осознания. Для того, чтобы ясно увидеть себя, необходима самоотдача или самоисследование – это обозначения одного и того же. Итак, день за днем идет исследование себя, слой за слоем, постепенно раскрываясь и переходя во что-то свежее и родное. Порой это сопровождается тоской, грустью, печалью, болью, одиночеством. Это болезненный процесс, но одновременно освобождающий. С каждым погружением все легче вдох и выдох. Становится легче дышать, вставать, идти и двигаться дальше.

…Если бы раньше кто-то мне сказал «ты сумасшедшая слепая тиранка, которая мучает, пытает и пугает всех», я бы, разъяренная, с когтями набросилась и растерзала того, кто это говорил. А сейчас, в настоящий момент, даже не нужны слова, чтобы описывать то, что переживается, самовспоминается, сомоисследуется, самоотдается, самоузнается и очень медленно, тихо растворяется. Оказалась на балконе, в том же самом месте, когда всем сердцем промолвила: «Хорошо, я попала. И мне уже не помочь. Но как предупредить других женщин, которые идут вслед за нами, чтобы они не оказались тут?» Сейчас, стоя на том же самом месте, глядя так же в ту сторону неба, куда тогда направляла взор, подумала: «Да, я реально ненормальная. Тут все принадлежит Тебе – одна жизнь, один хозяин. А я возомнила себя судьей, вершителем судеб, деятелем всего происходящего. Какая я была дура! Ведь это счастье для женщины – успокоиться внутри Тебя!»

Выдох. Надо реально быть безумной, чтобы оторваться от Целого и поставить себя выше Единого. Тело покачнулось от полученного облегчения. Безумие – весь мир повесить на хрупкие плечи и гонять себя как ишака с повязанной впереди него иллюзорной морковкой. Не случайно свекровь мне часто говорила: «Тяжело, плохо, дальше хуже будет». Я тогда не знала, а Бог знал. Воистину благими намерениями вымощена дорога в ад.

Тихо про себя проговариваю: «Прости, помилуй нас – мужчину и женщину, свекровь и сноху, мать и дитя». Мы не ведали, что творили, мы думали: так положено, так надо. Сейчас понимаю: все, что происходит, происходит из-за незнания того, что есть только Одно.

И чем глубже сейчас вглядываюсь в то, с чем отождествилась, наблюдая свое зеркало – маму, сестру, – тем больше понимаю, что женщина – это деятельность по сокрытию счастья. Неужели мне надо было пройти через этот ужас, чтобы осознать себя? Видимо, надо было. В безмятежном комфорте я вряд ли бы захотела проснуться. А тут гнев, злость, недовольство происходящим просто трясут меня изо всех сил, как разбалованного ребенка, и требуют: «Проснись от иллюзорного сна!»

…Сейчас поражаюсь и думаю: может и вправду Жизнь живет сама себя? Почему? Потому что звонит мама и говорит: «Сегодня хочу к тебе приехать». Хорошо, мама. Внутри чувствую, что хочу увидеть маму, и при этом знаю, что она тоже хочет видеть меня. Подготовилась, приготовила вкусный обед, внутренне ликуя, что сейчас жизнь дает мне возможность смотреть осознанный сон. Сидим за столом, мама как всегда много говорит о всяком простом, житейском, а я пронзительно смотрю на происходящее, высвечивая насквозь и пытаясь хоть что-то понять. И вдруг, глядя на маму в упор, про себя сказала: «Я ни от кого не рождалась». У мамы сейчас плохое зрение, она не видит моего пронзительного взора, обращенного к ней, и продолжает говорить. Канал «родственники – какие они плохие» сменился каналом «тревога за будущее – а вдруг что-то случится», затем подключился канал «политика – угроза в мире». Слушая ее, я вдруг понимаю, что передо мной сидит деятель по созданию иллюзорного материального мира. Вот что имелось в виду, когда было сказано «мать рожает мать». Мудрость мира! Слово «материя» имеет корнем слово «мать». Смотрю и слушаю уже с осознанием, что передо мной сидит материя, порождающая материю – саму себя. Другими словами, конечный разум порождает конечный разум. В изумлении задаю себе вопрос: «Выходит, женщина – это деятель по сотворению страданий?! Вот почему «обособленное Я» постоянно находится то в нужде, то в сопротивлении. Вот откуда идет крик эго внутри человека: «Мне чего-то не хватает! Дайте мне что-нибудь! Все равно что – дайте!» А когда мир ничего не дает, она берет подручный материал, который всегда у нее под рукой, – ее дети. Ее совсем не волнует, что дети уже далеко не дети. И кричит внутри себя: «Как же, ведь я мать!»