Крах Украины. Демонтаж недо-государства

© Ищенко Р.В., 2015

© ООО «Издательство «Яуза-пресс», 2015

Глава 1. Почему нет!

Отсутствие вопросительного знака в заголовке – не опечатка. Это не вопрос. Это утверждение. Украина не состоялась как самостоятельное государство и никогда уже не состоится. Для кого-то это трагедия, для кого-то – надежда. Многие ждут и уже устали ждать, разуверились в том, что этот политико-географический фантом когда-нибудь рухнет. Многие продолжают верить в чудо и надеются, что каким-то дивным способом государство, не нужное собственному народу, все же спасется.

Конец проекта Украина разочарует и тех, и других. Это государство безусловно исчезнет. Хоть точную дату не могут назвать ни провидцы, ни ворожеи, ни «астропсихологи», ни прочие шарлатаны. С равным успехом исчезновение может состояться через месяц, год, десять лет. На самом деле страны нет уже – есть территория и население, существуют остатки экономики, имитируют некую деятельность жалкие пародии на институты государственной власти, но государства, как такового, нет. И никогда не было.

Украиной формально управляли четыре президента. Последний управляет до сих пор. Ни один из них не выполнил свои предвыборные обещания. Каждый меньше чем через год после выборов публично признавался, что и не собирался их выполнять. Политические силы (якобы партии), поддерживавшие данных кандидатов, не стеснялись элементарную ложь (признание в обмане избирателей) именовать высшей политической мудростью.

Лидеры этих так называемых партий, депутаты парламента, министры, политики, все те, кто был известен народу и обладал авторитетом в глазах какой-то группы избирателей, на следующий день после того, как очередная посредственность становилась главой государства, начинали перед ней пресмыкаться. Тем самым они демонстрировали, что они не политики и не политические силы. Никакой президент не может править без опоры на лидеров общественного мнения. Это не он нужен им, а они нужны ему. Потому что каждый из них выражает интересы значительной группы избирателей, и публичный разрыв с таким человеком означает потерю поддержки ориентированного на него электората.

Заблуждение считать, что поддержка избирателей нужна политикам лишь в момент выборов. Президент с кефирным рейтингом может быть в любой момент свергнут. Он не интересен окружению – у него нет будущего. Потенциальные заговорщики знают, что его никто не будет защищать. Наконец, борцы с «тиранией» получают возможность свалить на свергнутого (часто и убитого под шумок) «тирана» все экономические проблемы. Они на достаточно большой срок легитимизируют свое правление без всяких выборов. Потому, что они «революционеры», а революция – удачный переворот, легитимизирующий власть своих авторов через насильственную делегитимизацию предыдущей политической системы. Право на применение насилия к оппонентам «революционеры» получают потому, что они уже один раз удачно применили насилие к предыдущей власти. Гильотина начинает работать с увеличивающейся скоростью, так как ее остановка означает переход к нормальной нереволюционной системе правления, влекущей за собой ответственность «революционеров» за совершенные во имя революции преступления.

Но украинские «политики» не понимают прямой зависимости главы государства от их поддержки. Причем эта зависимость тем больше, чем больше полномочий сконцентрировано в руках президента, чем ближе власть по форме к диктатуре. Это демократия может существовать, опираясь на поддержку меньшинства. Диктатура, хоть Бонапарта, хоть Сталина, хоть Гитлера, хоть Франко, хоть Пиночета может существовать, лишь опираясь на поддержку большинства населения.

Диктатура Муссолини в Италии закончилась до окончательного военного поражения, и вчерашний всесильный диктатор был свергнут своими соратниками в тот момент, когда стало ясно, что он полностью утратил авторитет и поддержку населения и уже не может служить «крышей» для подельников.

Непонимание украинскими политиками своей роли в политике ведет к непониманию сущности политики как таковой. Результатом становится сакрализация должности президента – размещение задницы в главном кресле страны чудесным образом способствует интеллектуальному росту ее счастливого обладателя. Только это преображение посредственности в гения замечают почему-то лишь чиновники и исключительно украинские.

Этот культ кресла не так безобиден, как кажется. Вся система управления, весь государственный аппарат (за исключением отдельных слишком порядочных личностей, случайно, по недосмотру не разорванных стаей вовремя) ничего не делает в ожидании сакральных указаний «живого Будды». А после того как «Будда» изрекает что-то, написанное анонимными советниками и в 90 % случаев вовсе непонятное неокрепшему президентскому разуму, госаппарат заявляет: «У нас нет дискуссии, у нас есть решение, Президент уже объявил свою волю». В большинстве случаев объект президентской «воли» находится в компетенции парламента или правительства, но это им не мешает кивать именно на президента.

Не знаю насколько неадекватным надо быть, чтобы ежедневно выслушивая дифирамбы своей гениальности, принимать их за чистую монету, но мне кажется, что даже ребенок пяти лет, способный сложить два и два, может понять, что если у нас в стране «реформы президента имярек», то имярек и несет всю ответственность за последствия реформ. И если Кравчуку, Кучме и Ющенко удалось ограничиться лишь ответственностью моральной (пока), то не факт, что так будет всегда.

Концентрируя всю власть и ответственность в должности президента (независимо от его имени) политики множат на ноль не только себя, и не только государственный аппарат, но и политические партии. На двадцатом году независимости в стране, которая всем уши прожужжала о своей демократичности, в которой зарегистрировано под двести партий, нет ни одной политической силы, которой бы верил избиратель. Это тоже результат неспособности политиков и партий заставить президента, как главу (всего лишь главу, а не воплощение) государства реализовывать программы тех сил, которые его поддержали на выборах, которые аккумулировали для него голоса избирателей. Если одни и те же люди несколько избирательных циклов подряд продают избирателю тухлый политический товар, то ряды покупателей тухлятины стремительно редеют.

Сегодняшнее украинское государство это один временно довольный (находящийся на вершине пирамиды) и миллионы недовольных (в большей или меньшей степени). Но может ли существовать страна, стремящаяся к полному слиянию с единственным человеком, волею случая и на время вознесенным на высшую должность?

Не может. Один человек, поставленный вне и над политической системой, чьи решения диктуются лишь уровнем его эгоизма, да случайным мнением контролирующих доступ к телу советников, не способен отвечать надеждам и интересам граждан.

Именно поэтому, все президенты Украины, с завидным постоянством в считаные месяцы после избрания превращались из любимцев публики в страшных «бабаев», которыми только что детей не пугали. Сторонники разочаровывались в них, поскольку они сразу же заявляли, что не намерены реализовывать предвыборную программу, а противники лишний раз убеждались, что правильно отказали в доверии ничтожеству, которого уже ненавидят даже те, кто за него голосовал.

Итак, украинская система власти не просто несовершенна – она успешно справляется только с одним родом деятельности – с уничтожением страны. Но ведь общество постоянно воспроизводит эту систему. Кравчук, Кучма, Ющенко и Янукович – совершенно разные люди, но совершенно одинаковые президенты. А сторонникам Тимошенко, когда те пытаются указать остаткам электората регионалов на полное несоответствие Януковича-президента Януковичу-кандидату, совершенно резонно указывают на то, что «Юля поступала бы также».

То есть у народа есть запрос именно на такую систему власти. Почему? Потому что она не мешает разворовывать страну. Кто-то крадет завод, а кто-то болт с этого завода. Кто-то берет взятку миллион, а кто-то в двадцать гривен, но психология одна у всех. Олигарх, укравший несколько заводов и гордящийся тем, что на часть наворованного он что-то построил на своей малой родине, наивно полагает, что когда на Украине станет нечего воровать и все рухнет, он переберется жить в Швейцарию или Францию, а капиталы у него не конфискуют, потому, что он не Мубарак и не Каддафи. Но и учитель, берущий деньги «на ремонт класса» и паспортистка, принимающая «презент» за исполнение своих обязанностей, и студент, считающий, что государство должно обеспечить бесплатное высшее образование, а теперь уже и аспирантуру для всех желающих, независимо от уровня знаний и возможностей (а даунов обеспечить льготами при поступлении, поскольку «они же не виноваты, что дауны») тоже массово мечтают об «интеграции в Европу» потому, что «там немцы хорошо живут».

Прочтите на любом форуме в «Интернете» аргументы среднего «европоцентриста». Это звучит примерно так:

«Я был (была) в Португалии, Испании, Германии, Италии (возможны варианты). Там люди хорошо живут, и я так хочу, поэтому «иду в Европу». Вариант: «У них демократия, и я так хочу». Будто бы невдомек, что всего пять европейских стран каких-то полтораста лет назад владели тремя четвертями мира. Африка освободилась из колониальных объятий демократического мира на памяти ныне живущего поколения. О процветании и демократии там не слышно. А ведь многие африканцы обладают (обладали) возможностями, о которых украинцы могут только мечтать. До последних попыток ужесточить иммиграционное законодательство жители бывших колоний могли запросто приехать в бывшую метрополию и стать гражданином страны-члена ЕС.

Фактически украинцы открытым текстом заявляют, что на этой территории их удерживает лишь желание нажить немножко добра за счет ресурсов территории и интересов сограждан, а жить они собираются в другом месте. Может ли существовать страна, в которой половина населения мечтает поменять родину на колбасу (как когда-то пытались поменять СССР)? Не может.

Не может еще и потому, что оставшаяся половина не желает жить в той стране, в которой живет, а хочет переделать эту страну и ее народ под свои представления о прекрасном. Для меня победа националистов – хуже утраты суверенитета. Понятно ведь что я выберу, если придется сделать выбор. Но и для националистов победа не их Украины хуже распада. Тягныбок и Андрухович, рассуждая о возможности суверенизации части Украины, которую они считают украинской, то ли в рамках Галичины, то ли без Крыма и Донбасса выражали позицию значительного большинства украинствующего электората, готового поступиться чем угодно, лишь бы попасть в «свидомый» рай, где все ходят в вышиванках, разговаривают исключительно на галицийском диалекте, почитают коллаборационистов героями и люто ненавидят Россию.

То есть та часть украинского общества, которая еще связывает свое будущее с этой территорией, в значительной степени готова отказаться от атрибутов государственности в обмен на свою формальную победу над идеологическими оппонентами. При этом «украинофилы» готовы торговать суверенитетом активнее «украинофобов», поскольку без внешней поддержки в условиях формальной демократии проигрывают любые выборы из-за своей ограниченной численности.

То есть две основные группы украинских избирателей готовы отдать всю власть и все простить любому президенту, если он демонтирует украинское государство в их интересах. Первая группа желает побольше украсть и подальше свалить, вторая – вычистить территорию от идеологических оппонентов. Государственность здесь вторична. Поэтому все президенты, в меру своего таланта, и реализуют программу демонтажа Украины, потихоньку приватизируя демонтируемое. Иначе и быть не может. Поставьте человека сторожить склад с тушенкой и предупредите его, что через неделю всю тушенку уничтожат – он украдет столько, сколько сможет унести. И правильно. Зачем же добру пропадать?

Кстати, напоследок о языке. Украинствующие любят утверждать, что нет государства без языка. Я так не считаю, но они в это свято верят. Так вот, украинского языка нет. Полтавский диалект украинствующие в качестве литературного языка не признают, а галицийский они еще окончательно не сформировали и не внедрили в сознание даже «свидомых» масс, несмотря на все усилия телеканала СТБ. «Свидомый» украинец, как правило, говорит на суржике. Может ли существовать государство, «патриоты» которого не владеют родным языком, за который ведут борьбу на грани гражданской войны? Вопрос риторический. Суржик – свидетельство безграмотности и бескультурья, а без культуры нет народа, без народа же нет государства.

Потому-то нет! И не будет украинского Путина. В России государственник был востребован – и он появился. На Украине востребованы лишь организаторы дерибана. Они-то и реинкарнируются у власти все в новых образах.

Но неразворованное подходит к концу. Осталось только попытаться повыгоднее реализовать суверенитет. Потому-то так и обострилась борьба в «элите». Реализовать этот товар вместе не выходит. Реализатор должен остаться один.

Глава 2. Почему да!

«Патриоты» не умеют отличить государство от территории, страны и народа. Им невдомек, что в Российской империи и в СССР территория и народ (страна) были одними и теми же, а государства различными. Для «патриотов» государство является высшей ценностью, даже если, как современное украинское, ориентировано на ликвидацию собственного народа и «утилизацию» материальных ценностей, включая территорию. «Патриот» не понимает, как можно не любить государство. Вернее, «патриот» и здесь страдает раздвоением личности (это нормальное состояние «патриота»).

Он чудесно понимает, как можно не любить любое соседнее государство. Некоторые «патриоты» доходят до такой степени «свободомыслия», что осмеливаются не любить не только Россию, Израиль или Китай, но даже страны ЕС (кто скопом, кто конкретные) или (страшно подумать) сами Соединенные Штаты Америки. Но как только «патриот» слышит, что кому-то не нравится украинское государство, он начинает биться в падучей, призывая на головы «нэсвидомых» самые страшные кары. «Патриоты» бывают трех типов: 1. Галичане. Эти считают себя единственно правильными украинцами. При этом профессионально умеют делать только две вещи: любить Украину и ненавидеть всех, кто не разделяет их взглядов на жизнь. Оговорюсь, среди галичан встречаются нормальные образованные люди, а среди жителей иных регионов Украины попадаются не знающие ни одного языка, не компетентные ни в одном вопросе, но обо всем имеющие свое (ни на чем не основанное, но единственно верное) мнение «патриоты». Однако «патриоты» этой породы компактно сконцентрированы именно в Галичине. Их там 9/10 всего населения. Не будем тратить время и место для выяснения исторических, политических и социальных причин данного явления. Просто констатируем факт. 2. Иноэтнические «патриоты», приобретшие украинскую резидентность в первом-втором поколениях. Эти грузины, пуштуны и прочие шведы почему-то несут «свет демократии» и «патриотические ценности» не своим соплеменникам, а стремятся «осчастливить» аборигенное население Украины. 3. Русскоязычные «патриоты». Эта группа вплотную примыкает ко второй и отличается лишь тем, что эти-то живут на Украине в десятках поколений, а в городах центральной ее части предки русскоязычных «патриотов» появились даже раньше великих галичан. «Патриотизм» данного пошиба – особая форма садомазохизма, которая, к сожалению, не лечится.

Галичане считают себя единственно правильными украинцами. При этом профессионально умеют делать только две вещи: любить Украину и ненавидеть всех, кто не разделяет их взглядов на жизнь.

Например, моя однокурсница, девочка из интеллигентной семьи, потомок поляков и евреев, чьи предки жили в Киеве всегда, вполне успешный состоявшийся человек, оба мужа которой (первый и второй) этнические русские, семья которой кроме как по-русски никогда не говорила и говорить не будет, деньги зарабатывающая в структурах, связанных с одним известным «регионалом», которым «патриоты» непослушных детей на ночь пугают, в 2004 году заболела оранжизмом и стала «патриоткой» по принципу «Потому, что я здесь живу».

Она продолжала поддерживать Ющенко и в 2007 году, когда уже даже его самым недалеким последователям стало ясно, что он – крупнейшее ничтожество украинской политики. «Потому, что патриот и хочет в Европу». Она стала убежденной русофобкой. «Потому, что в России нет демократии, и вообще они нас обижают». Она даже считает, что украинский должен быть единственным государственным, и всей семьей регулярно посещает всякого рода расово правильные фестивали «патриотов».

Почему? Потому что не отделяет государство от страны. Жила в СССР – собиралась вступать в КПСС. На Украине стала этно-«патриоткой» (не знаю только, считает ли она Шухевича героем и уверена ли, как многие «патриоты», что евреи сами спровоцировали Бабий Яр, чтобы испортить репутацию «цивилизованных» фашистов и их местных подельников). В Германии в 30-е она бы вступила в НСДАП, в Италии была бы поклонницей дуче и т. д.

Среди «патриотов» такого разлива я знаю бывших офицеров КГБ – этнических русских, родившихся и выросших в России. Всем нам известны и бывшие партийные советские деятели, генералы Советской Армии и спецслужб, в один момент ставшие убежденными «патриотами». Их я называю украинствующие.

Если патриоты галицийской формации иногда, особенно когда чувствуют свою слабость, готовы к цивилизованному разводу, с тем, чтобы построить «украинскую Украину» у себя в Галичине, то украинствующие принимают государство только в существующих границах и не готовы ни на какие уступки. Очевидно, на уровне подкорки понимают, что, один раз коллаборировав, они уже никогда не будут восприниматься русским миром в качестве полноправных членов – люди к ним все равно будут испытывать недоверие, как испытывали недоверие, презрение и ненависть к бандеровцам и власовцам, честно отмотавшим свой срок в лагерях и вернувшимся домой. Вроде и поражения в правах не было, но и полноценными членами общества назвать их было нельзя.

Так вот, я хочу объяснить, почему украинствующие и прочие разновидности «патриотов» лгут, когда утверждают, что каждый честный человек обязан любить украинское государство просто по факту проживания на его территории и всячески эту державу поддерживать во всех ее глупостях и подлостях, совершаемых как по отношению к собственному народу, так и к соседям.

Государства не вечны, хоть некоторые и существуют довольно долго. Более того, не вечны и народы. Вечно лишь человечество. В людях, живущих на Украине, течет и славянская, и тюркская, и монгольская кровь, и венгерская, и скифская, и сарматская, и другие.

Во-первых, государства не вечны, хоть некоторые и существуют довольно долго. Более того, не вечны и народы. Вечно лишь человечество. В нас, людях, живущих на Украине, течет и славянская, и тюркская, и монгольская кровь, и венгерская (угро-финская), и скифская, и сарматская (иранские) и другие. Многих народов, оставивших нам свои гены, уже нет. Государства других – распались. Третьи продолжают активную этническую и политическую жизнь, и все они присутствуют в нас. Таким образом, преданно любить то или иное государство только за то, что оно есть, и считать, что если оно исчезнет, то мир перевернется – верх глупости. Государство – лишь более или менее эффективный аппарат насилия, регулирующий отношения между людьми на подведомственной территории (площадь которой может динамично изменяться как в сторону увеличения, так и уменьшения).

Государство может надежно и прочно существовать, рассчитывая на долголетие, лишь в том случае, если оно отвечает интересам большинства людей, территорию населяющих (независимо от их этнической принадлежности). Если государство интересы (экономические, политические, идеологические) населения или его части защищает плохо или не защищает вовсе, оно теряет устойчивость, и население либо меняет правящий слой на более адекватный, либо меняет страну проживания, либо вообще ликвидирует государство и передает его полномочия кому-нибудь из соседей. Поэтому количество государств на планете постоянно меняется (они сливаются и распадаются). По этой же причине мексиканцы массово бегут из «родной» Мексики в «чужие» США, а гордые укры – в Португалию, Италию, Россию. Кстати, судя по темпам роста безработицы в охваченном кризисом ЕС, скоро миллионы наших «европейцев» вернутся домой.

Украинское государство в целом, а в особенности то, которое пытаются построить «патриоты», интересам большинства населения не отвечает. Следовательно, любить и беречь его я не обязан. Более того, каждый порядочный человек должен постараться изменить данное государство и, очистив его от «патриотической» шелухи, сделать адекватным запросам населения. Подчеркну, не население для государства, а государство для населения.

Во-вторых, среди сегодняшних «патриотов» много тех, кто активно разрушал советское государство. Но если государство является высшей ценностью, то они не имели права стремиться к его разрушению. Если же они могли добиваться развала СССР только потому, что им он не нравился, то и я имею право стремиться к ликвидации Украины только потому, что мне она не нравится. В политике вообще крайне силен эффект бумеранга. Если кто-то не желает учитывать мои интересы потому, что сегодня он сильнее, то завтра я могу оказаться сильнее и пренебречь его интересами. Если Чорновил – герой потому, что боролся против СССР, то и борцы против украинской государственности – герои.

В политике вообще крайне силен эффект бумеранга. Если кто-то не желает учитывать мои интересы потому, что сегодня он сильнее, то завтра я могу оказаться сильнее и пренебречь его интересами.

Более того, люди, считающие, что украинская государственность может быть спокойно ликвидирована – куда порядочнее борцов с СССР.

Во-первых, так называемые антиукраинские силы действуют исключительно в рамках Конституции и законов, в отличие от сил антисоветских, нарушавших законы тогда, нарушающих сейчас и лгущих на каждом шагу, лишь бы мертвой хваткой вцепиться во власть, которой к тому же и пользоваться не умеют. Нам не надо нарушать закон. Мы составляем большинство и можем ликвидировать государство простым голосованием.

Во-вторых, декларируемая цель «нэсвидомых» – защита интересов народа (в первую очередь экономических). Проще говоря, народ подался в независимость за колбасой. С колбасой не сложилось. Народу предлагают вернуться туда, где колбаса была. Колбасы народ хочет. А вот будет ли колбаса в независимой или в зависимой Украине и от кого зависимой и вообще в Украине ли, народу все равно. В то же время «патриоты» пытаются защищать мифические интересы государства от народа, пеняя последнему тем, что он хочет жить если не очень хорошо, то хотя бы не очень плохо.

Могут ли цвет государственного знамени, слова гимна, форма герба, идеология правящей партии превалировать над необходимостью строить детские сады и школы, давать качественное образование, обеспечивать медицинскую помощь, создавать нормально оплачиваемые рабочие места и т. д.? Кому нужно государство, озабоченное только голодомором и «героизмом» Шухевича?

Четыре президента правили Украиной? Хоть за одного не стыдно? Хоть один понимал, чем он занимается? Хоть один представлял себе конечный результат своих действий? А планировал ли хоть кто-то из них хоть какой-нибудь результат? Не плыли ли они все по течению, беспокоясь лишь о возможности переизбраться на второй срок и рассчитывая, что за деньги некие волшебные политтехнологи их все равно переизберут?

Путин не изжил забюрократизированность и коррумпированность госаппарата. Путин не сломал выстроенную при Ельцине авторитарную систему власти. Путин не сумел, пока, выстроить эффективную партийную систему. Но Путин работает системно по всем этим направлениям.

Путин третий раз будет президентом России. Двенадцать лет правления и высший рейтинг в стране – выдающийся результат. Говорят, он авторитарен. Ну, конечно, он вообще тоталитарист. Это у демократа Ельцина все телеканалы проводили политику первой семьи страны, а у тоталитариста Путина работают супероппозиционные RTVI, Ren TV, вещает «Эхо Москвы», руководитель которого Венедиктов, несмотря на свою оппозиционность, пользуется поддержкой Путина, назвавшего его недавно «национальным достоянием». Это демократ Ельцин палил в центре Москвы из танков по парламенту, тоталитарист Путин с парламентом работает в рамках закона. Это у демократа Ельцина уровень жизни населения, при уже выросших и продолжавших расти ценах на энергоносители, был ниже, чем на Украине, а страна трещала по швам. «Коррумпированный», «тоталитарный» режим Путина восстановил управляемость, возобновил нормальное финансирование оборонки, образования, медицины.