Золотая брошь между нами

Глава 1

– Раз, два, мы не ели! – кричит Андрей.

– Три, четыре, есть хотим! – поддерживаю я, одновременно стуча ладошками по столу.

– Открывай, бабуля, двери, а то повара съедим! – продолжает опять кричать Андрей, барабаня в такт со мной по столу.

– Поварёшками закусим, а бокалами запьём! – добавляю я.

И на последней фразе мы кричим уже вместе:

– Все столы переломаем и тихонечко уйдём!

Мы победно вскидываем руки вверх и смеёмся что есть мочи.

Заходит в комнату бабуля, в руках держит две тарелки каши.

– Ну что вы так раскричались? – вздыхает моя бабушка. – Не оставлю я вас голодными, ей-богу, у меня ещё пирожки на подходе в духовке.

Бабуля ставит тарелки на стол прямо перед нашими носами, мы с Андреем хватаем ложки, смотрим друг на друга, и я говорю:

– Кто первый, тот и победил!

– Фиг тебе! – И Андрей начал соскребать ложкой кашу со скоростью света.

Бабушка, глядя на нас, начала снова охать и ахать.

– Пейте, только не подавитесь, а то мало ли что. – И отправилась обратно на кухню за пирожками.– Ну что за дети нынче пошли?! Опаздываете, что ли, куда?

– Бабуль, не мешай! – говорю я, набивая полный рот каши. Бабушка, качая головой, отправилась обратно на кухню принести нам чай и проверить пирожки на готовность. Я гляжу на Андрея и понимаю, что проигрываю ему, поэтому беру тарелку и подношу ко рту, чтобы каша поступала прямиком в глотку.

– Эй, так нечестно! – кричит мне Андрей. И повторяет за мной в точности то, что я только что сделала. После мы оба кладём тарелки на стол с громким звуком и вместе кричим:

– Я первый! Бабушка появилась у порога с двумя кружками в руках.

– Ну что ты будешь делать?! Не успела я отойти, как они уже всё слопали. Сонька, ну ты же девочка, ладно Андрюша, он мальчик, ну ты-то куда?! – начала причитать бабушка.

– Бабуль, не начинай, а? Зато мы всё съели! – умоляюще посмотрела я на бабушку. Бабушка посмотрела на нас по-доброму и, усмехнувшись, добавила:

– К себе в дом, – и показал пальцем на небольшой муравейник из песка. Дом бабушки, в который я приехала на летние каникулы, был просто потрясающим. Мне нравилось проводить здесь время. Можно бесконечно долго гулять и веселиться. Стоять под дождём с раскрытыми руками и не опасаться, что ты весь вымокнешь. Ведь бабушка тебя тут же пригреет, а потом истопит баню, иначе, не дай бог, сопли пойдут. Андрей жил рядом, на соседней улице. Он, так же как и я, приезжал летом, только не к бабушке, а к тётке. Мы подружились сразу, так как других детей рядом просто не было. Первый раз я увидела Андрея, когда тот ковырялся палкой в траве, и подошла к нему.

– И что там, что-то видно? – спросила я у него как само собой разумеющееся.

– Там муравьи, – ответил мне Андрей, даже не взглянув на меня.

– И что они делают?

– Ты что, не видишь? – взглянул на меня Андрей глазами, полными изумления, – Они работают.

– Смотри, – и взял маленькую травинку, положил рядом с бегущим муравьём. Тот схватил травинку и потащил, следом за ним прибежали ещё муравьи и начали помогать первому.

– Точно, и куда они её тащат? – не унималась я.

Дальше разговор пошёл про будущую школу, про друзей, про речку. Мы обсудили, кажется, всё и остановились только тогда, когда бабушка начала звать меня на улицу, и мы бросились бежать обратно.Так мы просидели с ним целый час, изучая мир муравьёв и ставя эксперименты, подсовывая всё новые и новые предметы для наблюдения. Потом мы, не сговариваясь, пошли на речку, которая находилась в двух шагах от дома. Сели на песок и начали болтать.

– Меня, кстати, Андрей зовут, – сказал он после того, как мы обсудили с ним мир насекомых.

– А я Соня. Ты здесь надолго?

– На всё лето.

– Правда? Я тоже. Мой дом здесь недалеко, – махнула я рукой в сторону бабушкиного крыльца, – а твой где?

– И мой там же, только напротив вашего.

– Здорово! А тебе сколько лет?

– Шесть, – ответил Андрей.

– И мне шесть.

Все летние дни я проводила с Андреем. Мы бегали с ним в лес за ягодами и набивали полный рот, а потом показывали друг другу языки. Один раз своровали с соседнего участка огурец, и когда дядя Витя заметил нас у теплицы, мы бежали с Андреем так, будто за нами неслась стая волков. Огурец по дороге потеряли, зато были довольны, что не пойманы.

Бабушка всегда нас кормила вкусной выпечкой, а тётя Тоня у Андрея наливала нам козье молоко. На старом ржавом велосипеде, который достал из гаража нам дядя у Андрея, мы катались по всей деревне. Я усаживалась на сидушку на заднем колесе, а Андрей садился за руль. Мы колесили и падали, потом вставали и снова ехали. У меня были разодраны все коленки, но я не обращала на них внимания, куда больше удовольствия доставляло проводить время вместе. А коленки заживут. Андрей научил меня залезать на деревья, он чётко показывал мне те места, за которые можно ухватиться и быть уверенным, что ветка тебя удержит. Я же учила его читать. Уже с пяти лет я могла прочесть небольшую книжку, тогда как у Андрея были проблемы. И мы до вечера сидели с ним на печке, и я показывала ему буквы и слова из детской книжки. Иногда мы засыпали с ним вместе, и бабушка, чтобы не будить Андрюшу, ходила к тёте Тоне предупредить, что Андрей останется у нас. Утром мы долбили стол ладошками, выкрикивая нашу любимую кричалку, от которой бабушка всё время охала.

Однажды на речке мы ловили мелких рыбок, но они всё время уплывали от нас, и нам никак не удавалось поймать хотя бы одну. Мы ныряли под воду, а потом выныривали, пытаясь захватить пальцами за плавники проплывающей мимо рыбки.

– У меня есть идея, – сказал Андрей и кинулся вон из воды. Подбежал к своему дому и скрылся в гараже. Через десять минут он появился с какой-то палкой в руках, а на её конце торчала сетка.

– Я принёс сачок.

И зашёл в воду, медленно ступая по песку и высматривая мелких рыбок. Я придвинулась ближе к Андрею, чтобы посмотреть, что он будет делать, и увидела, как он медленно водит рукой под водой, целясь в первую попавшуюся рыбку.

– Тихо, тихо, иди сюда… Рыбка большая, рыбка маленькая, – подпевал себе под нос Андрей.

А потом как вскрикнет, что от неожиданности я опрокинулась назад и упала спиной в воду, ныряя полностью с головой.

– Поймал, поймал! – кричал Андрей на всю деревню. А потом выбежал на песок и побежал к дому тётки, чтобы показать свой улов. Я побежала за ним, еле поспевая. Рыбка, пойманная Андреем, извивалась и прыгала в сетке, явно не радостная. Тётка усмехнулась Андрею и взлохматила ему волосы.

– Будущий рыбак растёт.

– Ты что, она же задохнётся? – ужаснулась я, глядя на мучения рыбки, которая стала извиваться в сетке всё меньше.

– Тогда бросим её обратно в речку.

– Давай, – согласилась я.

– Тогда побежали.

И мы вместе кинулись обратно к реке. Андрей закинул сачок за спину, замахнулся и сделал бросок рукой, как будто кидает мяч. Рыба взлетела вверх и отправилась обратно в воду. Я же похлопала в ладоши, подпрыгивая на месте.

Так мы провели всё лето. Это были мои самые замечательные воспоминания. Иногда я вспоминаю Андрея и думаю: каким он стал, где он сейчас? За день до отъезда домой мы поклялись, что следующим летом снова встретимся и обязательно каждый из нас приедет сюда. Но нашим планам не суждено было сбыться. Через год, когда мне уже исполнилось 7 лет, умерла моя бабушка, и мы больше не приезжали к ней в деревню. Дом продали, а мне так хотелось туда вернуться хоть разочек, хотя бы к тёте Тоне. Но родители меня больше туда не привозили, и с Андреем я больше не виделась.

Я сидела за партой, уткнувшись бессмысленными глазами в доску, на которой были написаны какие-то формулы. Иногда, когда мне совсем становилось скучно, мой мозг погружался в воспоминания, и чаще всего я думала об Андрее, как и сейчас. Только некоторые обрывки фраз выводили меня из состояния ностальгии:

– …которая изучает экономическую жизнь страны: состояние цен на товары и услуги, уровень безработицы и инфляции, объём ВВП, показатели национального благосостояния. Кто мне скажет, в чём отличие между макро- и микроэкономикой? – спросил преподаватель у студентов.

Все молчали.

– Может, вы мне ответите?

Я смотрела на доску и почувствовала, как Марина бьёт меня локтем в бок. Я поворачиваюсь к ней с немым вопросом. Но Марина кивком головы показывает мне на препода, который стоит рядом со мной и вопросительно смотрит.

– А, это вы мне?

– Конечно, вам! – И все сидящие в аудитории студенты засмеялись.

– А, ну, макроэкономика изучает государство в целом, а микро – отдельное предприятие.

Пара была скучной. На третьем курсе экономического факультета уже хочется поскорее закончить институт и отправиться в свободное плавание. Но мне торчать здесь как минимум еще год. На лекции все студенты то и дело зевали. Первая пара, да еще и лекция – всегда хочется спать. Читают так, будто на ночь сказки рассказывают. Марина, моя подруга, и вовсе рисует в тетрадке какие-то каракули, тогда как я мысленно нахожусь за пределами института.– Верно, – продолжил преподаватель и начал рассказывать о проблемах экономической структуры.

– Лекция окончена. Спасибо за внимание!

– Ну наконец-то, – пробубнил мой однокурсник, который терпеть не мог экономику, но зачем-то на нее поступил.

Все разом побросали свои тетради и ручки в сумки и столпились у двери, создавая очередь.

Глава 2

Возможно, на его поведение повлияла смерть моей матери, и он в себе замкнулся. А возможно, он просто не умел со мной разговаривать?! И сейчас у нас в квартире живёт его новая мадам под названием Вероника. Она старше меня всего на пять лет. Да она в дочери годится моему отцу! А он её старше на целых пятнадцать лет. Ума не приложу, что он в ней нашёл? Она съехала к нам, когда они повстречались всего два месяца, и сразу заняла всю квартиру своими шмотками, вещами, косметикой и всякой ерундой. На мою комнату она тоже косилась, но я сразу выставила её за дверь.Мы вышли из аудитории. Навстречу к нам шли студенты, все толпились друг с другом и тёрлись спинами, создавая пробку. Я шла со своей подругой на следующую пару. Учебный год только начался, поэтому в расписании стояли одни лекции. И это сильно утомляло, так как приходилось много писать и слушать преподавателя. Марина зевнула, хлопая глазами. Она перекинула сумку с одного плеча на другое и сказала: – Сегодня придёшь ко мне в общагу? – Наверное. Ты же знаешь, мне лучше как можно меньше появляться дома. – Что? Отец опять замучил? – Отец ещё полбеды, но его Вероника совсем достала. «Здесь помой, а вот здесь убери, ты же знаешь, что твой папа любит порядок», – передразнила я, имитируя тонкий писклявый голос Вероники. Вероника – это новая пассия папы. Раньше у него были женщины, но все они были приличные и вежливые. Больше всех мне нравилась тётя Надя. Они с папой были два года, но потом то ли папа нашёл другую, то ли тётя Надя ушла от него, я не поняла. Но после смерти мамы тётя Надя была единственной, кто смог заменить мне её. Мамы не стало, когда мне было десять лет. Папа сначала целый год был в депрессии, и я принадлежала сама себе. Сама себе готовила, убирала. Потом папа начал оживать, и у него стали появляться новые женщины, но все они были кратковременные, максимум на три месяца. Иногда мне казалось, что наш дом похож на отель, где с каждым разом появляются всё новые и новые женщины. Со временем я к этому привыкла и просто запиралась у себя в комнате, даже не заглядывая к папе. Я знала, что у него сидит очередная незнакомка, а после и вовсе перестала с ними здороваться. Одна его мадам как-то огрызнулась на меня, мол, кто я такая, что со взрослой тётей не поздоровалась. Она кричала и махала руками, обвиняя меня в плохом воспитании. Я же просто ушла к себе в комнату и закрылась. А папа выставил её за дверь. С одной стороны, папа был всегда со мной, но с другой – мы были с ним далеки. Я не могла рассказать ему о своих проблемах, так как он всё время был занят, и я не знала о нём всего, что мне хотелось бы знать. Поэтому мы жили с ним на правах соседей.

– Это моя территория, а там твоя, где папа, и нечего ходить в моей комнате! – заявила ей я, как только Вероника хотела занять мой шкаф под свои вещи.

Если честно, я надеялась, что Вероника съедет от нас буквально через месяц. Но не тут-то было: съехать должна была почему-то я. На днях, когда я завтракала на кухне перед началом первой пары, ко мне подсела Вероника:

– Слушай, а как у тебя на личном фронте?

Я уставилась на неё недоверчиво.

– Тебя это волновать не должно, – ответила я как можно вежливее.

– Ну, если у тебя есть парень, почему бы тебе к нему не съехать, а то ты… – закатила глаза к потолку Вероника и продолжила, – не много мешаешь нам.

Я удивилась и уставилась на Веронику с открытыми глазами.

– И как же я вам мешаю?

– Тебе уже 20 лет, пора налаживать свою жизнь, а то, знаешь ли, намного комфортнее жить без посторонних глаз.

– Да? – удивилась я такой наглости и заявила, – представляешь, как мне было комфортно жить, пока здесь не появилась ты!

– Ну, знаешь ли, – вскочила с места Вероника, – твой отец стал со мной счастливее, если ты не заметила. Со мной он улыбается…

– Ага, а без тебя смеётся, – закончила я как бы между прочим.

С тех пор между нами развязалась холодная война. Вероника не давала мне покоя, заставляя меня то убираться на кухне, то сварить что-нибудь поесть, то вынести мусор, и ставила мне пакеты прямо у моей комнаты, рядом с дверью. Мне так и хотелось пнуть этот мусор и засунуть ей в штаны. Перед отцом она играла бедную овечку, а из меня строила монстра. Отец почему-то верил ей, а не мне, и меня это сильно обижало. Однажды мы поссорились, и я ушла из дома. Маринка, моя подруга, которая живёт в общаге, любезно приютила меня, и я три дня ночевала у неё. Пока папа не вернул меня обратно. Он приехал за мной и просто забрал меня, как маленькую девочку. Вероника не очень-то и обрадовалась моему возвращению, однако папа поставил условие:

– Вот закончишь институт, тогда иди куда хочешь, а пока живёшь со мной!

Вроде бы мне и радоваться нужно, но жить под одной крышей с этой мегерой было совсем невесело. Поэтому я выбрала другой вариант: приходить домой после девяти вечера и как можно меньше видеться с Вероникой. Что, в принципе, обоих нас до недавнего времени устраивало.

И вот мне осталось потерпеть два года, а потом, может, перееду к Марине в общежитие, а дальше сниму комнату, устроюсь на работу. Это были мои самые реальные планы на будущее. Я не собиралась оставаться ни дня в квартире с Вероникой.

Но, видимо, Веронике нужно было, чтобы я съехала как можно скорее, и поэтому каким-то образом подсунула мне парня с дурацким именем Светозар. Он выловил меня в институте и начал ко мне подкатывать. Сначала хотел просто познакомиться, а когда в процессе разговора я узнала, что он работает вместе с Вероникой в салоне красоты парикмахером, мои маленькие фигурки пазлов в голове сошлись. Он не мог просто так попасть в поле моего зрения. Такие люди, как Светозар, просто не крутятся рядом со мной.

Но он был настойчив и увиливал за мной, приглашая то на концерт какой-то неизвестной мне группы, то на лекцию по окрашиванию волос, а потом и вовсе предложил мне сходить на бесплатный маникюр в его салон. Тогда я чудом успела сбежать, сославшись на то, что без меня умирает моя подруга, и если я срочно ей не помогу, то её жизнь будет на его совести.

– Всё, давай дальше я сам. – вырвал у меня из-под рук бумаги незнакомый парень.Вот и сейчас мы шли по коридору с Маринкой на следующую пару, и я увидела вдалеке знакомую шевелюру с мелированной чёлкой набок, с широкими, как парашюты, штанами и ярко-розовой футболкой. Светозар стоял у стенки, выискивая кого-то глазами. И этот кто-то была я. Я резко спряталась за спиной Марины и отвернула голову в противоположную от него сторону.

– Опять он, – прошептала я на ухо Марине.

– Кто? Этот Светолуч?

– Ага, сияет, стоит розовым цветом, что все шарахаются от него.

– Давай я его отвлеку, а ты быстро беги к кабинету.

– Ок, давай. Мы разделились с Мариной по разные стороны. Она прямиком направилась к моему преследователю, тогда как я пыталась спрятаться за спинами идущих студентов.

– Молодой человек, а вы не подскажете, где здесь кабинет 312? – услышала я знакомый голос Маринки. Светозар обратил на неё внимание, и я поняла, что лучшего шанса на побег просто не представится. Я ускорила шаг, упорно глядя в противоположную стену, и чуть ли не бежала к нужному мне кабинету. Когда осталось буквально пару шагов, чтобы повернуть и зайти в открытую дверь, я с силой ударилась о чью-то спину. Спина оказалась какого-то парня, шедшего впереди меня. Он нёс стопку каких-то бумаг, и я влетела в него сзади. Бумаги разлетелись в разные стороны, образуя фонтан вокруг меня.

– Твою мать, ты куда прёшь? – услышала я грубый голос.

– Прошу прощения, – добавила я и стала осматриваться по сторонам в надежде, что мы не наделали много шума и меня всё-таки не заметит Светозар. Я кинулась на пол, второпях поднимая все упавшие бумаги. Парень стоял и смотрел на меня сверху вниз, а я косилась вдаль, выискивая знакомый силуэт.

Я встала и увидела, как Светозар смотрит на меня и прищуривается. Кажется, он что-то понял. А я поняла, что мне срочно надо бежать, и развернулась. И снова столкнулась с этим же парнем.

– Да ё-моё! Ты куда летишь? – слишком громко крикнул парень в мою сторону. Но я обогнула его с другой стороны и скрылась в аудитории, которая уже наполнялась студентами. Я пропихнулась в середину кабинета, чтобы меня не было так видно, и пригнулась как можно ниже к парте, поставив перед собой сумку, закрывая лицо.

Через несколько минут зашла Марина, я махнула ей рукой, и она направилась ко мне, усаживаясь рядом.

– Ну как? – спросила я.

– Он сказал, что мне не подходит мой цвет волос, и предложил мне перекраситься в рыжий, прикинь?

Я усмехнулась, представляя Марину рыжей, когда она всегда была с тёмно-русыми волосами.

– Ну, меня он не заметил?

– Не знаю. Но тебе стоило бы привлекать не так много внимания. В вашу сторону все только и пялились.

Тут в кабинет заходит тот самый парень со стопкой бумаг, которого я сбила. Поставил бумаги на учительский стол и направился в нашу сторону. Мы на мгновение встретились глазами, и я смотрела на него с неподдельным интересом. Он снял со спины свой рюкзак и замахнулся. Рюкзак полетел в нашу сторону, а мы с Мариной пригнули головы, дабы в нас не попало. Но сзади нас послышался звук, как кто-то ловит пас.

– Бинго! – услышала я мужской голос. И парни засмеялись.

Рюкзак приземлился в чьи-то руки и оказался прямо за нашими спинами. Парень уселся за нами, опустив на пол свой рюкзак.

Все студенты ахнули. Наступила гробовая тишина. Все понимали, что работать придётся в паре. У экономистов в группе находились в основном одни девочки, тогда как у программистов – одни парни. А это значит, что пара будет из девочки и мальчика.Я повернулась к парню и сказала:

– Мог бы и предупредить, а то вдруг попал бы нам в голову, если бы мы не пригнулись.

– Могла бы и предупредить, что летишь на меня, чтобы я отошёл в сторону, – съязвил мне в ответ парень. Я лишь закатила глаза и отвернулась. В это время зашёл преподаватель.

– Доброе утро! Меня зовут Станислав Романович, я у вас буду вести новый предмет, который называется "Бизнес-планирование и веб-разработка". Это новый предмет. В этом году решили провести эксперимент и объединили две группы – экономистов и программистов – с целью научить вас работать вместе. Весь семестр мы будем изучать, как правильно строить бизнес-план, как создавать веб-сайты и делать экономические расчёты. В конце семестра вам нужно будет сдать проект и защитить его. Поскольку у вас два потока: экономисты и программисты, и в каждом потоке по несколько групп, то вы будете выполнять каждый свою работу, но совместно друг с другом. – Здесь преподаватель сделал паузу и посмотрел на студентов, опустив очки на стол.

– Я по списку поделю вас по два человека, и вы должны будете придумать свой бизнес-план. Задача экономистов – его правильно рассчитать и привести аргументы по его эффективности, а задача программистов – создать на основе вашего бизнес-плана веб-сайт. После вы вместе защищаете ваш проект.

– Итак, дабы избежать недопонимания, я разделю вас по списку из журнала, а вы запоминайте, с кем вам придётся работать весь семестр. – Преподаватель взял наши журналы и начал листать.

– Итак, Алфёрова и Абдулов, Белова и Бурилов…

Преподаватель зачитывал наши фамилии согласно алфавитному порядку, и я понимала, что мне достался какой-то парень с фамилией Бурилов. И кто он такой, я знать не знаю, ну не вставать же мне посреди класса и не спрашивать у каждого?! Марине достался кто-то с фамилией Тимофеев, так как сама она Торзанова.

Все начали вертеть головами и пересматривать друг друга, как будто у всех на лбу написана их фамилия.

Когда преподаватель закончил распределять всех по парам, то начал читать лекцию. Мы сидели с Мариной, уткнувшись лицом в свои тетрадки, как нам на стол прилетел комок листочка. Я развернула и прочитала:

– Ты Яшина?

Я взглянула туда, откуда прилетело послание, и написала: "Нет", а после кинула обратно. Но не тут-то было. Моя ответная записка попала в лоб тому самому парню, с которым я столкнулась. О боже, но почему опять он?! Парень, до этого сидевший смирно и что-то писавший, медленно поднял на меня взгляд. Взгляд был таким угрожающим, что я на мгновение подумала, что мне конец.

– Я вижу, ты нарываешься?

– Я чисто случайно, честно! – заверила я самыми невинными глазами.

Другие парни, сидевшие дальше нас, тихо засмеялись.

– Передай эту записку тем. – И показала головой на тех, кто сидел чуть поодаль от нас.

Бурилов сел обратно на стул и зло посмотрел на меня. От его взгляда мне стало совсем неловко. Но он ещё не знает, что я Белова.Парень глубоко вздохнул, взял записку и замахнулся так, что она пролетела через весь кабинет и попала в мусорное ведро у доски.

– Так, это что такое? – начал возмущаться Станислав Романович. – Студент на задней парте, ваша фамилия? – показал рукой преподаватель. Парень, сидевший сзади меня, встал и сказал:

– Бурилов. От понимания того, что я только услышала, у меня расширились зрачки. Я медленно повернула голову в сторону Бурилова и посмотрела на то, с кем мне придётся работать.

– Останетесь после пары.

Бурилов сел обратно на стул и зло посмотрел на меня. От его взгляда мне стало совсем неловко. Но он ещё не знает, что я Белова.

Глава 3

– Да ладно, – отмахнулась Маринка, – пол мыть не заставят. А за записку он тебя простит.

– Лекция окончена, все свободны. Бурилов, за мной! – сказал наш новый преподаватель.

Все стали собираться, складывать свои тетрадки и ручки в сумки. Тут встала Маринка и на весь кабинет крикнула:

– Кто здесь Тимофеев? – и выставила руку поверх глаз, рассматривая всю аудиторию.

Ответом был кинут шарик из бумаги в спину какого-то парня. Марина посмотрела в его сторону и с сожалением вздохнула:

– Ну вот… Могли бы кого-нибудь посимпатичнее мне дать.

Все парни разом засмеялись, а Тимофеев густо покраснел. Тот был высокий, тощий парень в очках и явно отличался умом. Маринке надо радоваться, наверняка, с ним она проект сделает легко. Но её всегда волновали внешние данные парней, а не их мозги.

– Я могу на один семестр побыть Тимофеевым, – предложил другой парень, показывая на себя пальцем.

Раздался шквал смеха. Все стали перешёптываться. Некоторые, совсем осмелев, начали напрямую спрашивать, кто есть кто. Яшину Ольгу всё-таки нашли. Парень с фамилией Яковлев чуть ли не к каждой девушке подходил и спрашивал, кто она и как зовут.

– Ну почему мне так не везёт? – сказала чуть тише Марина мне на ухо.

– Ага, мне тоже.

– А тебе-то что? По-моему, тебе попался ещё тот красавчик.

– Ага, Марина, ты в своём уме? Его из-за меня препод куда-то утащил, сейчас влепят ему что-нибудь.

И упорхнула от него стрелой куда подальше, лишь бы убежать, даже если на пути будет стоять Бурилов. Но для того, чтобы сцена казалась настоящей, просто встать рядышком не получится. Надо бы ещё что-нибудь сделать. Поэтому я подлетела к Бурилову и со всей громкостью чувств сказала:– А может, мы поменяемся парами? Я возьму Тимофеева, а ты Бурилова, а? – предложила я Марине. Встречаться ещё раз лицом к лицу с Буриловым мне уже не хотелось, а уж перспектива, что нам надо писать совместно проект, совсем не радовала.