Шенивашада: Восход Эннори

Екатерина Рамазанова Корректор

Фархад Загидуллин Художник, дизайнер обложки

© Нил Искрен, 2024

ISBN 978-5-0062-9372-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

В зале заседаний было многолюдно. Шумно и душно. Ран-Тар-Кассар немного ослабил петлю галстука и выпил воды. Его пересохшему горлу это помогло всего на минуту. Он явно не был готов к той чести, которая внезапно свалилась на него. Всех вдруг резко начал интересовать какой-то самозванец, величающий себя Эннори. Пусть такие самозванцы появлялись с завидной регулярностью, но до сего момента они не удостаивались никакого значимого внимания со стороны Ордена. И тут вдруг руководство резко озаботилось вопросами религиозной жизни энноранцев. А уж поскольку именно Ран-Тар-Кассар специализировался в этом вопросе, сегодня он и должен был доложить всё, что ему известно. До сих пор Ран-Тар-Кассар занимался тем, что собирал разрозненные известия о настроениях энноранцев, поступающие от различных осведомителей, и объединял их в единую картину. Насколько хорошо получалось, это был отдельный вопрос, но сам Ран-Тар-Кассар считал, что получалось превосходно, вот только сама по себе тема его исследований была слишком уж мелкая. Он мечтал о карьере посла, но почему-то раньше него Итуэдоз покинула совершенно бесталанная Ран-Тар-Эрия. Впрочем, все и так знали, почему она резко получила повышение, о котором остальные мечтают годами. К тому же вскоре она вернулась, доказав тем самым, что справедливость в этом мире хоть какая-то, да есть. И вот теперь настал звёздный час Ран-Тар-Кассара – возможность показать себя.

Он так долго ждал этого момента, так ярко порой себе его представлял, что в итоге оказался совсем не готов к тому, что получилось на самом деле. Он должен был зачитать доклад о религиозной жизни Энноранн, о последних веяниях и самозванцах, которые будоражат умы энноранского простонародья. И вся проблема была в том, что он хорошо умел писать доклады, но вот самому что-то рассказывать – это давалось ему с трудом. Не то чтобы он вообще не мог ничего сказать, но он сильно начинал волноваться и боялся сделать какую-нибудь ошибку. А к тому же ему сообщили, что сегодня его доклад будет слушать и сам Магистр – не лично, конечно же, а из своего дворца. И опозориться перед Магистром было бы равносильно профессиональному самоубийству. Поэтому Ран-Тар-Кассар не спал почти всю ночь, писал речь, всё перечёркивал, переписывал снова, и вроде бы к утру у него получился достаточно стройный доклад. Теперь нужно было его просто зачитать. Просто зачитать…

Так успокаивал себя Ран-Тар-Кассар, а зал тем временем всё заполнялся и заполнялся высокопоставленными тзай-таррами. Когда не осталось свободных мест, появился и сам Ран-Ир-Раннар. Он быстро стал главой международной миссии после того, как сумел успешно расследовать убийство своего друга и коллеги Ран-Ир-Дерена и заключить судьбоносный договор на добычу тзай-тана в Вилении. Ран-Ир-Раннар был известен как прекрасный докладчик, и несколько дней назад настал момент, когда Ран-Тар-Кассар набрался храбрости, чтобы попросить именно его прочитать сегодняшний доклад. Но глава международной миссии, улыбнувшись, сообщил, что доклад – это то испытание, через которое Ран-Тар-Кассар должен пройти лично. Сегодня Ран-Ир-Раннар, поприветствовав собравшихся, сразу перешёл к делу:

– Как должно быть известно всем собравшимся, из Энноранн с ужасающей частотой начали поступать сообщения о том, что некто, называемый себя не иначе как Эннори, начинает собирать под свои знамёна простонародье. Конечно, такого рода новости не являются чем-то из ряда вон выходящим. Самозванцы появляются едва ли не каждый месяц. Но наш многоуважаемый Магистр взял последний случай под личный контроль, полагая, что в этом деле всё может быть гораздо серьёзнее, чем обычно. Подробнее о сути вопроса нам доложит Ран-Тар-Кассар, а после его доклада мы обсудим услышанное и наметим планы на наши дальнейшие действия. Ран-Тар-Кассар, вам слово.

Ран-Тар-Кассар вышел к трибуне, держа в руках несколько исписанных мелким почерком листов, и принялся зачитывать залу доклад о том, что же происходит сейчас в Энноранн:

– Уважаемые коллеги, я бы хотел начать свою речь с краткого описания ситуации, сложившейся в Энноранн к настоящему моменту. Я уверен в том, что сказанное мной не будет новостью для присутствующих здесь, однако я хотел бы начать именно с истории, чтобы все мы настроились на нужный лад и освежили в памяти события недавнего прошлого.

Ран-Тар-Кассар в этом месте сделал паузу и выпил воды. Хотя горло всё так же пересыхало, начало выступления вроде бы прошло нормально. Нужно было просто читать с листа и не отвлекаться. Чуть переведя дух, Ран-Тар-Кассар продолжил:

– Итак, государство Энноранн было основано Эрклионом Отступником почти сразу после свержения власти Владельцев. Эрклион был и остаётся легендарной фигурой, его почитают по всей Западной Шенивашаде, но это почитание не идёт ни в какое сравнение с тем, как к нему относятся в Энноранн. Там его называют Эннори, Хозяин Огня, Освободитель, и многие считают его не просто язатом, а богом. И это при том, что во всех остальных странах Западной Шенивашады бог – это едва ли не ругательное слово после того, как им называли Владельцев. Но для большинства энноранцев Эрклион всё же не язат и не бог. Он для них гораздо ближе – они считают его своим отцом. В фигуральном смысле, конечно же. Эрклион правил почти сотню лет, и за это время Энноранн стала одной из богатейших стран Западной Шенивашады. Будучи достаточно суровым и даже жестоким в делах внутренних, Эрклион во внешних делах отличался удивительным миролюбием. Хотя армия, возглавляемая Эрклионом, могла когда-то уничтожить любого противника, как уничтожила самих Владельцев, Эрклион никогда не посягал на чужие земли. И тем не менее территория его государства постоянно расширялась. Соседи сами просились стать частью Энноранн – и Эрклион никогда не отказывал. Нам пришлось напрячь все силы для того, чтобы хоть как-то сдержать этот процесс. И нам это удалось, но не буду упоминать, какими именно средствами. Эрклион прекрасно понимал, что мы делаем в соседних странах, но нашим послам всегда со смехом заявлял, что своими действиями мы больше вредим себе, чем ему.

Ран-Тар-Кассар сделал ещё одну передышку, оторвался от бумаг и окинул взглядом собравшихся. В зале царила тишина. Его действительно внимательно слушали. Всё внимание было обращено к нему. Ободрённый пониманием этого Ран-Тар-Кассар вернулся к чтению доклада:

– Но семьдесят три года назад Эрклион внезапно исчез. По официальной версии, которую сообщил миру Ширу рэ-Митсу, Эрклион вознёсся к звёздам, поскольку растратил все свои силы на искоренение скверны Владельцев и разочаровался в людях. Как должно быть понятно собравшимся, мы не могли поверить в такую версию, созданную исключительно для малограмотного простонародья. Тут следует напомнить о том, что сам Эрклион был одним из самых могущественных тзай-тарров, и исследователи его жизни до сих пор спорят о том, кто же был сильнее – Магистр нашего Ордена или Эрклион. Мы не будем сейчас вдаваться в подробности этого спора, нас интересует лишь факт: могущественнейший тзай-тарр, имеющий сильнейшее сродство с Тзай, практически гарантирующее бессмертие, бесследно пропал. Это известие стало шоком для всех. Магистр сразу же поручил расследовать эту ситуацию: ведь если кто-то нашёл способ устранять тзай-тарров такого уровня, то опасность грозила и ему. Но нашим предшественникам ничего не удалось выяснить. По сведениям, поступившим из Энноранн, тело Эрклиона было помещено в одну из усыпальниц. В какую именно, мы не смогли установить, поскольку рэ-Митсу возвёл по всей стране множество ложных усыпальниц, чтобы сбить с толку всех, кто может заняться поисками тела. Так что мы не знаем, по большому счёту, ничего: ни почему исчез Эрклион, ни где он был похоронен. Мы знаем только то, что он исчез, и исчез семьдесят три года назад. Запомните этот срок: он важен для нашего сегодняшнего доклада, и мы вернёмся к нему чуть позже.

Новая пауза, новый глоток воды. Первый страх выступления прошёл, Ран-Тар-Кассар теперь чувствовал себя гораздо увереннее. Стакан вернулся на место, и в зале вновь зазвучала его речь:

– Не все в Энноранн поверили в то, что Эрклион куда-то там вознёсся. Начали появляться те, кто утверждал, что видел Эрклиона своими глазами. А потом и те, кто вовсе начал выдавать себя за него. Таких было много. Каждый год по несколько самозванцев. Регент решительно разбирался с лже-Эрклионами, не позволяя им сформировать многолюдные культы. Но всё же мы по-прежнему наблюдаем всплески активности самозванцев каждые пять лет с даты исчезновения Эрклиона. Люди любят даты, кратные пяти, в этом факте нет ничего удивительного. И возможно, многие из присутствующих того не знают, но последнее появление лже-Эрклиона три года назад прошло почти незамеченным. Люди уже потеряли всякую надежду на то, что Эннори может вернуться. Так что, можно сказать, люди понемногу стали забывать его, ведь спустя столько лет почти уже и не осталось тех, кто бы видел его воочию. Для нынешнего поколения энноранцев он скорее легенда, чем настоящий правитель. И это очень хорошо для нас с вами, поскольку только благодаря воли Эрклиона Энноранн и могла всегда противостоять нашему влиянию. Регент, разумеется, тоже придерживается пути, намеченного Отступником, но и регент не вечен. Хотя должен заметить, что мы так и не смогли разгадать секрет его удивительного долголетия.

Ран-Тар-Кассар остановился, сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями, и продолжил:

– Минуту назад я сказал, что последний лже-Эрклион был три года назад. Должен признаться, я ввёл вас в заблуждение. Последний лже-Эрклион действует в Энноранн сейчас. Некий чернец ходит от города к городу, заявляет, что он сам Эннори. Очевидцы утверждают, что видели в руках чернеца Зоронтал, легендарный чёрный меч Эрклиона, созданный ещё Владельцами. Но самое интересное в этом чернеце другое. Вспомните, какой сейчас год от исчезновения Эрклиона. Семьдесят третий. Не семьдесят пятый. То есть появление этого самозванца совершенно выбивается из закономерностей последних десятилетий. Уже одного этого было бы достаточно, чтобы привлечь наше пристальное внимание. Но и это ещё не всё. Наши осведомители из Энноранн докладывают, что самозванец весьма образован, прекрасно знает историю Шенивашады, историю борьбы против Владельцев, может читать наизусть известные речи Эрклиона и даже говорит на древнем языке Владельцев. Плюс к этому он действует достаточно грамотно.

Вместо того, чтобы сразу собирать армию и с ней пытаться захватывать власть в отдельных городах, он перемещается от города к городу, абсолютно один, и читает там проповеди, говоря о приближении Тай р-Энн, Огненного Шторма, который сметёт всю скверну Владельцев. Он призывает всех готовиться к войне, но пока что не призывает никого воевать. Поэтому власти Энноранн и не могут открыто выступить против самозванца, ведь он ничего противозаконного не делает. Он не призывает свергать регента, не выступает против официального культа Эннори. Он лишь пытается донести до людей те самые заветы Эрклиона, о которых много говорит и сам рэ-Митсу. Как вы понимаете, в такой обстановке регент не может объявить самозванца вне закона, ведь тем самым он одновременно подорвёт свой авторитет и повысит авторитет этого чернеца.

Мы исследовали ту риторику, которую использует самозванец, и установили, что она принадлежит тайной организации Сынов Пламени. Проповеди о Тай р-Энн, искоренении скверны Владельцев с помощью священного пламени, бессмертие для верных Эннори – всё это их учение. Это, а также и то, что не так давно бесследно пропали некоторые лидеры движения Сынов Пламени, говорит нам о двух вещах: во-первых, самозванец принадлежит к этому тайному обществу, а во-вторых, среди Сынов произошла смена власти, старые лидеры были убиты, и теперь новый лидер собирается действовать более агрессивно. Да, как вы могли уже понять, мы считаем, что чернец-самозванец – новый лидер Сынов Пламени. Пока он действует осторожно, но я полагаю, что в течение ближайших двух-трёх месяцев созданное самозванцем движение приступит к активным действиям. Мы имеем представление о возможностях Сынов Пламени. Многие из них занимают высокие посты на государственной службе в Энноранн. Раньше нам было выгодно, что внутри властных структур Энноранн присутствует сила, противопоставляющая себя регенту. Поэтому мы не предпринимали никаких действий, чтобы их раскрыть. Теперь, боюсь, это превращается в большую проблему для нас. В нынешних условиях регент вряд ли поверит хотя бы единому нашему слову. Исторический опыт показывает, что регент скорее посчитает, что мы пытаемся его же руками уничтожить верных ему людей в преддверии войны за власть, которая вот-вот вспыхнет в Энноранн. На этом я хотел бы закончить свой доклад. Спасибо за внимание, готов ответить на ваши вопросы.

Как только Ран-Тар-Кассар закончил речь, в зале поднялся гул. Все принялись бурно, хотя и вполголоса, обсуждать услышанное. Наконец поднялся один из присутствующих.

– Ран-Тар-Кассар, – обратился он к докладчику. – Как вы считаете, могут ли действия самозванца привести к смене власти в Энноранн?

Вместо Ран-Тар-Кассара ответил Ран-Ир-Раннар:

– Коллеги, я бы хотел сразу пояснить, что наш уважаемый докладчик пока не занимается вопросами изучения расстановки политических сил внутри Энноранн. Ран-Тар-Кассар изучает культурные феномены, поэтому ему уместнее задавать вопросы по поводу особенностей того учения, которое распространяет самозванец. Со своей же стороны отвечу на ваш вопрос: новое движение вполне может иметь серьёзные последствия для Энноранн, начиная со смещения регента и заканчивая территориальным расколом страны.

Первый слушатель сел, но тут же для того, чтобы задать вопрос, поднялся другой:

– Я внимательно слушал всё, что вы говорили, Ран-Тар-Кассар, но так и не понял, что же такого необычного в новом самозванце? Неужели нас всех здесь собрали только для того, чтобы сообщить, что теперь самозванцы будут появляться не раз в пять лет, а раз в три года?

Услышав этот вопрос, Ран-Тар-Кассар улыбнулся. Вопрос был справедлив и закономерен, но Ран-Тар-Кассар уже ждал, что его спросят об этом. С готовностью он ответил:

– Всё в нашей жизни циклично. Солнце всходит и заходит в своё время, зима и лето наступают в отведённое им время. Так же было и с самозванцами. Если вот уже шестьдесят пять лет мы видим выступления самозванцев только раз в пять лет, то появление очередного лже-Эрклиона на третий год равносильно солнцу, заходящему в полдень или зиме, резко наступающей после лета. Это крайне необычно и настораживающе.

– Но только ли в этом дело? – продолжил спрашивающий.

– Разумеется, не только в этом. Самозванец несёт с собой совершенно новое учение. Это агрессивное и регламентирующее почти всю жизнь человека учение. Если вкратце, то его основные принципы таковы: только безграничная вера в Эннори позволит человеку избавиться от скверны Владельцев, и все верные Эннори после смерти снова вернутся к жизни в тот момент, когда абсолютно вся скверна на Шенивашаде будет уничтожена. Эннори в такой картине мира перестаёт быть просто язатом, чьи деяния достойны подражания. Фактически, мы имеем дело с возрождением веры в богов.

Зал ахнул. Ран-Тар-Кассар прекрасно понимал такую реакцию. После свержения Владельцев само слово «бог» стало ругательством, и люди, казалось, навсегда отказались от слепого почитания кого-либо или чего-либо. Но сейчас в Энноранн оно начало возрождаться. Тзай-тарры очень боялись этого. Ведь все присутствующие знали, как много проблем всему человечеству доставили когда-то фанатичные почитатели Владельцев. Они продолжали бороться за старый миропорядок даже тогда, когда не осталось ни одного Владельца. С ними совершенно нельзя было договориться. Только биться до конца, до полного истребления. Что в итоге и произошло. Ни одного открытого почитателя Владельцев в Западной Шенивашаде не осталось. Но к новой войне с фанатиками тзай-тарры сейчас никак не были готовы.

– Вы считаете, очередной самозванец действительно опасен? – задал вопрос другой тзай-тарр. – Сможет ли он действительно подбить кого-то на активные действия?

– Сейчас трудно спрогнозировать развитие ситуации в деталях, – начал отвечать Ран-Тар-Кассар. – Но всё дело в том, что даже если этот самозванец и потерпит поражение, за ним вскоре может возникнуть и другой, и третий. И они уже будут гораздо более успешны. То есть сейчас нас беспокоит не столько фигура этого загадочного чернеца, сколько новая тенденция в жизни Энноранн. Понимаете ли, бороться с тенденциями гораздо труднее, чем с людьми.

Некоторое время все сидели молча, новых вопросов не было. Со своего места поднялся Ран-Ир-Раннар и заговорил:

– Как я вижу, к нашему уважаемому докладчику больше нет вопросов, тогда позвольте мне сказать. Все собравшиеся имеют так или иначе отношение к Энноранн, и собрали всех вас здесь сегодня для того, чтобы разъяснить, как изменилась ситуация внутри этой страны. Возможно, никаких опасных для нас последствий и не будет. Ран-Тар-Кассар рассказал нам сегодня немало страшилок, но вы должны понимать, что это специфика его работы: выявлять угрозы там, где мы с вами их не видим. Но рациональное зерно в его речах есть. Ситуация в Энноранн в любой момент может стать взрывоопасной, и нам надо вести себя так, чтобы не спровоцировать взрыва. Вот, собственно говоря, всё, о чём я хотел вам сообщить. Будут ли у вас ко мне вопросы?

– У меня есть вопрос, – раздался голос с задних рядов зала.

– Да, Ран-Тар-Эрия? – пригласил Ран-Ир-Раннар.

– Как вы считаете, это может быть и вправду Эрклион?

Ран-Ир-Раннар ответил не раздумывая:

– Нет, не может.

Глава 2

На улице давно настала ночь, но в башнях Итуэдоза было по-прежнему светло. Эрия стояла возле стола, глядя на коробочку с тзай-шу. Прощальный подарок Тагура. Он ушёл очень грубо. Но он всё же спас ей жизнь. И эта коробочка будет напоминанием о прошлом, о том путешествии, о тех переживаниях и чувствах. Тзай-шу теперь выдавался Эрии точно так же, как и всем остальным тзай-таррам, и тринадцать пузырьков Тагура так и остались нетронутыми. Никто не знал, что у неё есть такое богатство, а она не знала, что теперь делать с ним делать. Разве что можно быть уверенной, что если она захочет сбежать из Итуэдоза, то три месяца протянет. Эрия закрыла коробочку и задумалась над тем, чем бы сейчас заняться.

После того, как Тагур покинул Итуэдоз, Эрия больше не могла писать свою книгу. Теперь все действия Тагура казались ей непонятными, и это сильно портило повествование. Да, ей следовало признаться себе в том, что зря она изначально построила всё повествование вокруг него. Что ж, так проявилась её глупая влюблённость, от которой теперь ничего не осталось, кроме чувства тоски. Жизнь в Итуэдозе была скучной. По-другому и не скажешь. Тогда, в скитаниях от города к городу, ей казалось, что она обретёт счастье, как только найдёт себе постоянное место для жизни. Здесь и сейчас, в Итуэдозе, она видела постоянно одни и те же лица, одни и те же стены, и это угнетало её ещё больше, чем неустроенная кочевая жизнь. Назад в дипломатическую миссию её не приняли – видно, посчитали неблагонадёжной. Да и другие тзай-тарры смотрели на неё как на прокажённую. В их глазах она была предательницей уже потому, что посмела усомниться в Ордене и бегала от своих собратьев, как от каких-то головорезов. Эрия не знала, как бы она смогла жить дальше, если бы не мастер-древневед, который предложил ей стать его ассистенткой. Эрии ведь теперь даже некуда было идти. В Энноранн её не ждало ничего хорошего, а в других странах – и подавно. Целыми днями Эрия зарисовывала непонятные ей обломки древностей, и самым интересным в её работе пока что были только рассказы Ран-Ир-Ракаша. Он действительно знал очень много, но по всему было видно, что времена настоящей славы для его занятия уже давно прошли. Сейчас всех интересовали только технические устройства Владельцев, никак не предметы культуры и быта. Но Эрия трудилась исправно. Ведь только это помогало ей отвлечься. А по ночам, когда Эрия оставалась одна, ею начинала овладевать тоска. Старые многократно читанные книги уже не могли развлечь её, ведь теперь она знала, как всё оно бывает в жизни на самом деле. И однажды Эрия нашла себе цель. Она поклялась найти убийц Ран-Ир-Дерена и выявить истинные причины этого преступления.

В свободное время Эрия много ходила и слушала, что говорят вокруг. Но о том убийстве говорили мало, как будто ничего страшного и не произошло. Хотя, возможно, всё дело в том, что тзай-тарры уже успели наговориться об этом раньше, ещё до её возвращения в Итуэдоз. И теперь у Эрии не было ни одной ниточки, за которую можно было бы зацепиться, чтобы начать распутывать хитросплетение интриг, в центре которого она невольно оказалась. Не имея лучшего варианта, Эрия решила начать расследование с тех, кто в конечном итоге выиграл от смерти Ран-Ир-Дерена. И был это Ран-Ир-Раннар. Эрия всегда старалась присутствовать где-то рядом с ним, наблюдала, выявляла тех, кому он доверяет, и тех, с кем он враждует. Но пока это знание оставалось бесполезным. Ран-Ир-Раннар всегда держался отстранённо от остальных тзай-тарров, а передвигался в сопровождении своей свиты. Поэтому, как Эрия ни пыталась, подобраться к нему поближе ей не удавалось.

Эрия усвоила для себя массу уроков из своего путешествия. Первым уроком было то, что нужно всегда уметь постоять за себя, а иногда и применить силу. Тзай-тарры, несмотря на свою способность управлять Тзай, всё же были очень слабыми бойцами. Некоторые умели метать молнии, но по большей части вся мощь тзай-тарров сводилась к зажиганию свечей и различным безвредным вспышкам. Хотя никто и не запрещал тзай-таррам изучать боевую сторону использования Тзай, но в среде тзай-тарров это считалось низким занятием, и им занимались только жизнегубы. То есть, по большому счёту, тзай-тарры были пустозвонами, которые совершенно не умели пользоваться тем богатством, которое попало им в руки. Эрия решила, что сама она не будет такой. И вот уже несколько недель подряд она оттачивала искусство использования силовых ударов. Эрия решила выбрать всего одно средство, но овладеть им в совершенстве. Это было весьма грубое и примитивное воздействие, не имеющее ничего общего с метанием молний. Но при этом от силовых ударов почти нельзя было защититься. Многие тзай-тарры были защищены как раз от молний или даже от пуль, маленьких, но очень быстрых, но никто из них не был защищён от того, что его просто толкнут.

Как раз силовые удары и позволяли Эрии толкать предметы, используя Тзай. Начинала она с того, что училась гасить свечи. Поначалу и это давалось с трудом. Дело было и в силе, и в направлении удара. Например, она могла случайно сломать свечу напополам или же снести её со стола. Но каждодневные тренировки вскоре дали о себе знать – Эрия научилась точечными ударами сбивать пламя. Потом пришёл черёд предметов покрупнее: книг, посуды. Постепенно она добралась до мебели и теперь была уверена, что сможет сбить с ног и человека.

В начале своих занятий Эрия чувствовала себя так, словно занимается чем-то унизительным. Как если бы талантливого учёного заставили работать грузчиком в порту. Но как только она стала добиваться значительных успехов, это чувство прошло. Она должна была уметь биться, поскольку предчувствовала, что простыми мирными разговорами ей не удастся распутать тайну убийства Ран-Ир-Дерена. Рано или поздно придётся драться. Не важно, защищаясь или, наоборот, выколачивая признания. Но драться придётся. Иногда она спрашивала себя, откуда в ней вдруг появилась эта жестокость, ведь она улетала из Итуэдоза несколько месяцев назад совсем другим человеком, простой и наивной девочкой. Но в такие моменты взгляд Эрии падал на иглу, которая чуть было не убила её, которую передал ей Тагур в свой последний день здесь, и тогда её кулаки сжимались. Она вспоминала всё: и как упал прямо на её глазах Ран-Ир-Дерен, и как он задел её в падении, от чего падать начала и она, и как игла пронеслась на ничтожно малом расстоянии от её головы, оцарапав ухо, и как потом с помощью этой иглы Ширу рэ-Митсу пытался манипулировать ею. Из Итуэдоза улетала одна Эрия. Вернулась совсем другая.

Конечно же, Эрия знала о той репутации, которая сложилась у неё в Итуэдозе. Периодически к ней липли всякие выскочки, предлагающие своё «покровительство», как они это называли. Но Эрия отшивала всех. Иногда эти предложения настолько её раздражали, что она очень хотела побить новоявленных «покровителей». Но всё же она сдерживалась. Ещё не время было показывать её настоящие способности. Зато Эрия очень чётко начала понимать, за что не любят тзай-тарров обычные люди. Получив силу и влияние, тзай-тарры всё так же оставались по сути своей жалкими людишками, почувствовавшими вдруг вседозволенность. Если бы Орден не сдерживал примитивные инстинкты тзай-тарров, они наломали бы дров. Имея сверхсилу, тзай-тарры вовсе не были награждены и сверхморалью.