- -
- 100%
- +
ПРОЛОГ
В холодных просторах космоса дрейфовал космический корабль класса хамелеон. Искусственный интеллект, управляющий кораблём, самостоятельно запустился и приступил к диагностике. На мониторе в кабине капитана всплывали окна, сообщающие о внутренних и внешних повреждениях. Искры падали с потолка на перекрытие нижнего отсека, в котором обычно располагалась вся команда. Элис, такое имя носила программа искусственного интеллекта, приступила к перезагрузке всех систем корабля.
Запрос: оценить повреждения корабля.
Ответ: множественные повреждения обшивки, ошибка в системе подачи энергии.
Запрос: восстановить обшивку корабля.
Послушный искусственному интеллекту металл, состоящий из нано-роботов, стал жидким и растянулся по поврежденным участкам, моментально затвердев.
Запрос: анализ физического состояния команды.
Ответ: на мостике биологических форм жизни не обнаружено. Капсула 1 пуста, капсула 2 пуста, капсула три пуста…
Запрос: Поднять бортовой журнал. Последние данные об экипаже.
Ответ: Стыковка с боевым крейсером Корикс, три члена экипажа отправились на абордаж.
Запрос: просканировать пространство для определения местоположения.
Карта загрузилась на экран, и Элис определила, что корабль находится в галактике Млечный путь.
Запрос: Инструкция на случай потери экипажа.
Ответ: Поиск биоключа капитана….
Запрос: начать поиск.
Элис была спокойна, как и присуще неживому существу. На мониторе замаячила маленькая точка, указывающая местонахождение биоключа капитана, который он всегда держал при себе. Слабый сигнал шёл со спутника Юпитера Европы, покрытой мощной ледяной коркой, охраняющей теплый океан.
Запрос: построить маршрут.
Ответ: Маршрут построен.
Запрос: запустить двигатели.
Ответ: Ошибка. Старт не возможен. Уровень топлива критический. Ошибка подачи топлива в двигатель. Топливный отсек не подлежит восстановлению.
Запрос: приступить к синтезу темной материи для переключения на запасной двигатель. Рассчитать время заполнения контейнера. Рассчитать время ремонта.
Ответ: Процесс синтезирования темной материи запущен. Расчетное время ремонта одиннадцать дней восемь часов четыре минуты.
ГЛАВА 1. ПАЦИЕНТ
Чудесный день в космическом порту на Марсе с населением в четыре миллиона начинался как обычно. Солнце нагрело белый песок искусственного пляжа. Вода, испаряясь, искривляла воздушную линзу и играла светом. Спокойные медленные волны наползали на берег и откатывались, оставляя берег влажным. Увлеченная собиранием красивых камушков на отмели, маленькая девочка плескалась в воде, ползая на четвереньках в мокром бежевом платьице, и не обращала внимание ни на что вокруг себя. Ее мама, раздевшись до купальника, удобно расположилась на покрывале, наслаждалась лучами прожекторов солярия, имитировавших солнце. Сегодня на пляже искусственного озера было пусто, не смотря на расположение рядом с центром города. Девочка все дальше и дальше отдалялась от мамы в поисках красивых, отшлифованных волнами камней. Интерактивный экран делал водную гладь бескрайней для человеческих глаз.
– Вот зеленый камушек, вот белый, такой у меня уже есть, – приговаривала девочка, перебирая гальку.
Она и не заметила, как добралась до утеса. Берег здесь был усеян большими глыбами камней. Возле одного из них вода была странного коричневого оттенка. Девочка не знала, что это кровь. Любопытная от природы малышка поднялась на ноги и заглянула за камень. Из уст ребенка сорвался истерический визг. Женщина резко подскочила и прибежала на помощь испуганной дочери.
– О боже! – мать прикрыла рот и прижала девочку лицом к своему телу.
Глазам предстала ужасная картина: наполовину в песке, на половину в воде лежало изуродованное и окровавленное тело. От него пахло гарью и жареным мясом. Местами порезы были на столько глубокие, что обнажали кости. Правая рука почти оторвана и держалась лишь на одной мышце. Кожный покров был полностью уничтожен. Лицо пострадало еще больше: челюсти сломаны и раздроблены, и висели, как и часть черепа с правой стороны. Женщина отодвинула дочь за спину к себе и наклонилась к телу. Она, конечно, думала, что он мертв, но чудесным образом этот бедолага еще дышал. Почему-то этот факт пугал еще больше, и она отскочила от него вместе с дочерью. Они добежали до своих вещей и вызвали бригаду из ближайшей клиники по мобильному телефону.
Бригада приехала через десять минут. Медицинские работники сами удивились такому подарку. Они быстро погрузили пострадавшего в машину и повезли в реанимацию. Ховер скользил на магнитной подушке с характерным звуковым сигналом. Пострадавшего подключили к капельнице и старались обработать и заклеить как можно больше поверхности тела кожей рыбок телапий. Брюнетка фельдшер очень нервничала, цепляя кислородную маску на то, что осталось от лица и открывая вакуумные контейнеры со стерильной тонкой кожей. Липкая и склизкая она моментально прилипала к телу и меняла свой цвет. Девушка сильно паниковала, она совсем недавно закончила медицинский институт и всего неделю как работает в отделении скорой помощи при клинике «Жень Шень». Водитель мчался, как только мог, постоянно спрашивая о состоянии пострадавшего.
– Гони, Витя! Гони! – отвечала она, понимая, что водитель выжимает из ховера скорой помощи все, что может, пока пациент еще дышит.
Фельшер постучала по экрану сканера сетчатки глаза, идентифицирующего личность, который выдавал ошибку, и со злостью отбросила его в сторону.
– Опять эта рухлядь барахлит! Как мне его оформлять без страхового номера?
– Потом оформишь, – ответил Виктор.
Дорогу ховеру без конца преграждали дорогие серебристые мессеры и летающие плакаты с рекламой, которые так и норовили прилипнуть к выгнутому лобовому стеклу, чтобы бесконечно рассказывать о своих товарах. Со всех сторон мигали и светились надписи: «Лыжный курорт на Плутоне», «Недвижимость на Проксима Центавра Б», «Велес наш председатель на века!» и прочая дребедень, как выражался обо всем этом Виктор. Какой-то неуклюжий турист, похожий на крупного кальмара, преградил машине путь, застряв на пешеходном переходе.
– Эй ты, – кричал на него Виктор, давя на сигнал, – Перекидывай свои присоски быстрее!
Неуклюжий турист перекидывал свои длинные щупальца, недовольно поглядывая огромными серебряными глазами на водителя скорой.
Надежда, так звали девушку, старалась как можно быстрее закончить с кожным покровом, чтобы увеличить для пациента шансы на жизнь. Ведь кожный покров отвечает за внушительную долю поглощения кислорода и защиту от попадания инфекции в кровь. Она многое видела на занятиях и на вызовах в скорой за эту неделю, но с такими увечьями, даже в теории, жить невозможно. Просто чудо, что он еще дышит.
Виктор, паркуясь у входа, из-за резкого разворота со скрипом приземлился на магнитную подушку и выскочил, чтобы помочь Надежде выгрузить пострадавшего на каталку. Они быстро везли пострадавшего на каталке в ожоговое отделение, при этом нецензурно выражаясь в адрес нерасторопных санитаров, которые не встретили их, как должны были еще на подлете. Два амбала санитара зависли в курилке, забыв о времени и работе, обсуждали с коллегами вчерашние посиделки в баре «У Холли».
*****
Отделение хирургии.
Знаменитый на весь Старф врач Игорь Фигудин сидел в своем кабинете с аспирантом Антоном Ливашевичем и рассказывал ему истории из своей практики в аспирантуре кожно-венерологического диспансера на Земле.
– Помню, я был у нас забавный случай… Как-то зимой скорая помощь привезла к нам пострадавшего с ожогом гениталий. Самое любопытное, что у него почти вся площадь покрова была с явным признаком ожога и маленьким круглым пятном обморожения.
– Это как так? – спросил аспирант.
– По его словам, – продолжил Фигудин, – Мужчина работал сторожем на стройке рядом с нашим отделением. Ну, как водится, пост сдал – пост принял… В состоянии алкогольного опьянения он вышел на улицу по малой нужде и прилип к металлическому столбу.
– А откуда ожог взялся? Это же обморожение?! – перебил Антон.
– Ну вот вечно ты вперед коня бежишь, не разбирая борозды, – Фигудин даже немного расстроился от проявления легкой степени неуважения, поскольку не любил, когда прерывают его воспоминания.
– Какой конь? Какая борозда? – удивился Антон, не знавший этих слов.
Фигудин многозначительно вздохнул и с осуждением посмотрел на аспиранта. Молодежь совсем перестала интересоваться фольклором и мало что знает о своей собственной истории.
– Так на чем я остановился? Ах да, так вот, этот молодой и неосторожный человек попросил своего напарника принести ему тепленькой водички, чтобы отлить, так скажем, примерзший орган.
– Так, почему же он не разумный? – снова перебил Антон, – Вполне рациональное решение.
– А потому, мой дорогой, что его друг Виталик подогрел воду в чайнике до положенных ста градусов. А этот бедолага побоялся оторваться от столба, поскольку думал, что оторвет свое имущество.
Комната залилась громким смехом аспиранта. Он представил искаженное от боли и страха лицо мужика, которому поливают кипятком самое дорогое, что может быть у мужчины.
– Печально, что на Марсе зимы не бывает. Я завидую, что вам довелось ее видеть, – вздохнув, сказал Антон.
В этот момент в кабинет влетела Надежда, оглядываясь по сторонам с растерянным видом, словно потеряла кого-то. Акцентировав внимание на Фигудине, она спросила:
– Где дежурный хирург? У нас тяжелый пациент с ожогами более девяноста процентов и сложной травмой головы и конечностей.
– Спросите в регистратуре, милая, – спокойно и безучастно ответил Фигудин.
– Да как вы не понимаете, у меня нет времени на поиски! Его срочно нужно оперировать! – Надежда была уже практически в истерике.
Повышенный тон Надежды вывел врача из равновесия. Он выскочил из своего стола и закричал на нее:
– Ты полный ноль в медицине, если не понимаешь, что у него нет шансов! Ни один врач не захочет брать живого мертвеца, чтобы оставить пятно в своей практике. Раз умная такая, можешь оперировать сама!
Надежда выбежала из кабинета в слезах, прокручивая в голове мысли о том, что врачи дают клятву Гиппократа.
– Неужели для него важнее престиж и имя, нежели долг врача спасать всех всеми доступными способами? – выкрикнула она в слух на весь коридор и побежала в операционную, где Витя подключал пострадавшего к аппаратам жизнеобеспечения, не тратя время на поиски увальней санитаров.
*****
Операционная.
Много пришлось увидеть водителю ховера за тридцать лет работы, но такого он точно не видел никогда, и вряд ли, когда еще увидит. За годы он много чего нахватался по медицине и научился не только оказывать первую медицинскую помощь, но и ассистировать при операциях, проводимых на месте трагедий. Руки знали свое дело, и он ловко подключал обгоревшее, но еще живое тело к аппаратам. Сканер показывал слабый, почти нитевидный пульс и давление на нижней границе.
– Витя, ты уже начал?! – обрадовалась вбежавшая в операционную Надежда.
– Где хирург? – удивился Виктор.
– Да пошли они все! Для них клятва Гиппократа пустой звук! – злилась Надежда, обрабатывая руки антисептиком, – Ты мне нужен. Будем оперировать сами.
Виктор был немного шокирован. Он, конечно, не раз ассистировал хирургам, но это были опытные врачи и не такие тяжелые случаи. Тем более такую операцию может выполнить только робот. А так, как у Наденьки нет доступа, им придется выполнять манипуляции вручную и старым добрым скальпелем, но он не мог отказать в помощи. Помыв руки и нацепив на себя стерильный одноразовый халат, Виктор подошел к операционному столу. Надежда нервничала и мешкала, не зная с чего начать. Он закатил глаза, предвкушая крах и последующее увольнение за нарушение дисциплины, ведь у него нет лицензии даже на ассистирование. Оценив информацию со сканера, Надежда поняла, что ей понадобится как минимум еще одна пара рук. Поскольку состояние пациента было критическим и нужно было устранить очаги кровотечений головы, руки, челюсти и ног одновременно с восполнением кожного покрова. Она взяла в руки щипцы с иглой, чтобы начать пришивать ему руку и вздрогнула от громкого крика Антона:
– Стой, дура! Что творишь?!
Он взглянул на сканер краем глаза и рванул к компьютеру управляющему роботом хирургом и рукой манипулятором. Программа активировалась, и он запустил задачу восстановления кожного покрова и лазер в манипуляторе для прижигания крупных ран.
– Сразу видно, что вы интерны, – вздохнул Виктор.
– Почему?! – отозвались оба.
– Потому что не удосужились сделать наркоз или хотя бы местное обезболивание. Он же у вас от шока помрет раньше, чем от потери крови, – констатировал Виктор.
– Да он же без сознания?! – оправдывалась Надежда.
– Ну это не значит, что он ничего не чувствует, – дошло до Антона и он запустил дополнительную программу.
Немного успокоившись от экстренных решений, бригада «реаниматологов практикантов» позволили роботам выполнять свои задачи, параллельно обдумывая следующие манипуляции:
– Пришьем руку?
– Может лицом заняться? Хотя этим пластический хирург займется.
– Слушайте, у него потеря крови. Нужно восполнить.
Антон активировал анализатор состава крови и замер. Надежда подошла к монитору и тоже застыла. Виктор заглянул на монитор из-за спины Антона и спросил:
– Я один тут ничего не понимаю? А чё не так-то, чё как вкопанные встали?
Антон указал пальцем на нижнюю графу, где значилось «Группа крови не определена. Состав крови не прошел идентификацию по базе галактической регистрации».
– Ну и что? Вливайте парню физраствор с железом и витаминами. – спокойно ответил Виктор и проворчал, – Как будто никогда не слышали об иммигрантах с других галактик. Они никогда не регистрируются!
Когда показатели более или менее стабилизировались, Виктор, Антон и Надежда вышли покурить и снять стресс. В курилке, как всегда, было много народа: медсестры, увиливающие от работы, санитары – только что ее закончившие, и врачи. Некоторые из них не курили вовсе, но могли пять минут посидеть здесь за обсуждением последних тем.
– Как думаете, оклемается пацан? – спросил Виктор, доставая из кармана брюк вейпер.
– Фи, да с таким оборудованием мертвых можно лечить, – выдыхая дым классической сигареты, искренне восторгался Антон оснащением своей любимой клиники, – Я так же решительно отказываюсь понимать почему Фигудин побоялся участвовать в такой уникальной операции? Я вот сразу выбежал за тобой. Наденька, только не увидел, в какую операционную ты побежала и поэтому пришлось искать. Я и не знал, что ты бегаешь быстрее, чем Виктор водит свой ховер.
– Очень остроумно Антон! Нам не стоит так долго оставлять пациента без присмотра, – ответила Надя.
Сопливый сериал, транслируемый по телевизору в курилке, прервал срочный выпуск новостей. Девушка диктор в облегающем зеленом костюме с большими плечиками и глубоким вырезом на груди сообщила:
– Только что произошло нападение на грузовой шаттл АЛС, перевозивший энергокристалы на орбиту Марса. На записях дрона видно, что кораблю нанесены непоправимые повреждения и он объят пламенем. Дроны-спасатели АЛС устраняют возгорание, но достать пострадавших не позволяет техническая не оснащённость роботов. О количестве экипажа, находившемся на борту, еще нет данных. О дальнейших событиях мы сообщим вам в вечернем выпуске.
Передача новостей закончилась и снова запустился сопливый сериал. Медперсонал продолжал смотреть в экран телевизора, словно ожидая, что ведущая снова появится с подробностями. В курилку влетела дежурный администратор с криком:
– Что стоим?! Все свободные в приемную, к нам везут пострадавших при взрыве!
Весь свободный персонал мигом разбежался, а Надежда, Антон, Виктор и еще пара врачей остались в курилке, у них уже были свои пациенты, к которым нужно было возвращаться.
Когда они вернулись, в операционной за компьютером сидела стройная женщина в строгом сером облегающем костюме с не менее строгим выражением лица и зализанной прической. Она закинула ногу на ногу и обернулась в их сторону. Монитор сообщал «операция завершена», а пациента уже не было.
– Кто вы и что здесь делаете? Где наш пациент?! – возмутился Антон.
Таинственная женщина вынула из кармана новейший сенсорный девайс и, листая по панели, монотонно прочла:
– Ливашевич Антон Александрович, двадцать семь лет, помощник заведующего отделением хирургии Игоря Фигудина. Не далее, чем вчера, был арестован в баре «У Холли» за драку и освобожден с вынесением предупреждения. А сегодня вы использовали не принадлежащие вам коды доступа к медицинскому оборудованию, что относится к краже личных данных, а также проведение операции без лицензии. Итак, я могу предоставить комфортабельные апартаменты в крио камере на луне лет так на, – вздохнула она и продолжила в таком же равнодушном и монотонном тоне, – на …дцать.
На секунду на ее лице скользнула хищная улыбка и снова скрылась в каменном выражении.
– Да как вы смеете?! – заступилась за Антона Надежда.
– Токарева Надежда Васильевна, двадцать пять лет, закончила медицинскую академию лиги Азиатского медицинского содружества с красным дипломом, но была замечена в связи с деканом терапевтического факультета. Скажите, милочка, а вы диплом головой защищали или другим местом? – все так же издевательски монотонно говорила эта дама.
Виктор медленно отступил к двери, чтобы скрыться, пока она не обратила на него свое внимание, но опоздал.
– Куда же вы, Виктор? У меня и на вас есть информация, – остановила его эта пугающая своей осведомленностью женщина, – Итак, у меня для вас есть два выхода. Первый: вы отправляетесь в крио камеры. Второй: сегодня ховер скорой помощи под бортовым номером 6452 был на ремонте, а вам будет поставлен прогул поскольку вас сегодня не было в клинике. Я надеюсь, вы понимаете, что выбора у вас в общем-то и нет. Если вы, конечно, с детства не мечтали стать постояльцами лунного «крио отеля».
Дама встала со стула, вынула зажигалку из кармана и подожгла отчет по операции, автоматически записанный на диск компьютером по завершении работы. Она небрежно бросила оплавившийся носитель в кружку с кофе, стоящую на столе.
– Думаю, мы договорились. А если вы проболтаетесь о нашем разговоре…
Воцарившаяся в комнате тишина окутала их холодом страха. Дама спокойно убрала девайс в карман пиджака и вышла через служебный вход.
Медики еще долго отходили от шока, переглядывались, ища в лицах друг друга поддержки.
– И что нам теперь делать? – первой пришла в себя Надежда.
– Может выпьем? – предложил Виктор.
– Ты в своем уме?! – возмутилась Надежда.
– А почему нет? – заступился за Виктора Антон, – Нам же ясно дали понять, что сегодня у нас официальный прогул, так зачем торчать в клинике?
Надя вздохнула, но все же согласилась с Антоном. Она скинула свой больничный халат, убрала красивые темные, спускающиеся до плеч волосы, в хвост, накинула черную куртку из кож заменителя и отправилась в бар «У Холли». Парни тут же последовали за ней.
ГЛАВА 2. У ХОЛЛИ
Бар «У Холли» был больше похож на стриптиз-клуб. Полуголые представители разных рас и полов танцевали в клетках на стенах. Ходить сюда в открытую было не принято и поэтому большинство посетителей скрывали свои личности за масками или капюшонами. Здесь можно было не только отдохнуть душой и телом, а еще и контрабанды прикупить. Надежда, Виктор и Антон заняли свободный полукруглый диван, обитый коричневой тканью, обнимающий столик в форме полумесяца, служившей больше барной стойкой. Благодаря такому углублению официантам было удобно расставлять заказы, а танцовщицы находились максимально близко к гостям.
– Так что тут вчера такого интересного было? – кряхтя спросил у Антона Виктор, усаживаясь на мягкий диван.
– А! Ты о чем? – притворно удивился Антон.
Виктор откинулся на спинку дивана, провел ладонью по морщинистому лбу и коротким волосам, нахмурил брови и пристально смотря коллеге в глаза с ухмылкой пояснил:
– Я же был в комнате, когда эта дамочка зачитывала о твоих вчерашних приключениях…
Антон глубоко вдохнул и всем своим видом показал, что не желает откровенничать. На его счастье к столику «подплыла» танцовщица, которая колыханием бедер и взмахами десятисантиметровых ресниц на круглых синих глазах отвлекла Виктора от темы. Надя выглядела угрюмее всех. Конечно, бар был не очень подходящим местом для женщин, но не это было причиной ее плохого настроения. Она боялась за свою жизнь и не понимала, как парни могут так беспечно заливаться алкоголем после такой встряски. Она смотрела в никуда, абсолютно не замечая, что девушка за соседним столиком, одетая как охотник за головами, очень внимательно следит за ними и ловит каждое пророненное слово.
– Антон, – Надя попыталась привлечь внимание своего парня, который уже выпил три больших кружки местного порошкового пойла и увлекся стриптизёршей в клетке, – Антон!
– Что, Наденька?
– А если она вернется? – голос девушки немного дрожал.
– Это вряд ли, – уверенно отвечал Антон, – Она уже забрала все, что ей было нужно.
– А если они решат убрать свидетелей? И кто вообще этот… – она задумалась, чтоб найти правильное определение для сегодняшнего пациента, – пострадавший?
– Забудь лучше об этом горелом! – вскипел Антон.
Девушка за соседним столиком превратилась в одно сплошное ухо. Она даже не пыталась скрыть свою внешность, так как была уверена, что ее репутации посещение такого заведения не навредит, поскольку она в Старфе проездом. Когда Надя стала громко кричать на Антона, что он не понимает всей серьезности ситуации и что такой живучести ни у кого не может быть, поэтому только за то, что они видели этого парня всю бригаду сотрут с лица Марса, следившая за ними девушка поняла, что они говорят о том, чьего прибытия она ждала.
– Все-таки фортуна еще та стерва, – тихо прошипела наемница сквозь сжатые узкие губки, так значит вы его нашли и сдали Серой?!
Антон огляделся по сторонам, убедится, что на их крики никто не обратил внимания и тут же наткнулся на наемницу за соседним столиком, которая сверлила его тёмно-синими глазами.
– Опять ты?! – обратился он к ней.
– Мне с тобой говорить не о чем! – грубо ответила девушка и резко удалилась.
Очень худая наемница с черными кудрявыми волосами быстрыми шагами удалялась из бара под сопровождение восхищенных взглядов завсегдатых.
– Кто это? – Надя дернула Антона за рукав.
– Да так, никто, – отмахнулся Антон и принялся за напиток.
– На никого так не реагируют, – огрызнулась она.
К ним подошла официантка, ставшая невольной свидетельницей их разговора.
– Вас заинтересовала эта девушка? – спросила она Надежду.
– Ты что-то знаешь? – с сомнением спросила Надя.
– Информация стоит денег, – подмигнула ей официантка.
– Каких еще денег? Иди отсюда! – отмахнулся он нее Антон.
– Ну, знаешь, – воспротивилась Надежда, – Теперь я точно хочу знать!
Надежда отвела официантку чуть в сторону и перевела ей на счет сотню кредитов. Довольная официантка приблизилась к ней на ушко и прошептала:
– Она вчера вашего друга в Дакмут сделала.
С задорным смехом девушка умчалась обслуживать другой столик.
– И все?! – Наденька развела руками.
– Я же говорил, что не надо ей платить, – ворчал Антон, заливаясь краской.
– Ты продул ей в Дакмут? – заржал Виктор, – То есть эта худышка тебя уделала в рукопашную?! Ну кто-то вчера хорошо поднял на твоем позоре…
Они с Надей снова засмеялись, а Антон залился краской, вспоминая как вчера получил люлей от наемницы, да еще и драку в баре завязал за что провел ночь у службы безопасности.
ГЛАВА 3. ПРОБУЖДЕНИЕ
– Странное чувство, голова такая тяжелая, словно на ее месте вырос грак. Хм, я не помню, что это такое. С чего вдруг такое сравнение? Что-то подсказывает, что я когда-то пробовал эту мерзость. В памяти всплывают обрывки об этом растении, большом, тяжелом и колючем, как древний ананас, только очень противном. Интересно, где я? Попробуем оглядеться и понять. Открываю глаза, но что за напасть?! Веки не слушаются. Давненько так не было. Наверное, с самой великой попойки в моей жизни, когда я что-то отмечал. Странно, не помню, что это был за праздник, а ведь должен, раз он для меня был такой важный, ведь я особо не пью. Хотя теперь уже не уверен, потому что не помню. Стоит успокоится для начала, а то сердце убежит из меня быстрее, чем я поднимусь с этой, как ее, там, не знаю, на чем я лежу, – думал про себя пациент, пока лежал без движения в камере жизнеобеспечения.