Молот Солнца 2: Камень Нируби

– А мне?! – спросил Битер Сью. – Мне можно попробовать?!

Джал отвесил ему подзатыльник.

– Ты маленький еще такие вещи пробовать!

– Маленький? – удивился Битер Сью. – Вчера вы мне наливали «вилуску», а к завтраку дали кружку джипса!

За дерзость свою он получил еще один подзатыльник.

– Поговори мне еще! Сравнил, дурачок, какой-то вонючий джипс и кофе!

Ягрр Фру коротко гоготнул.

– Что – моя идея с кофейней уже не кажется такой глупой?

В этот момент дверь с треском распахнулась, в каюту шагнул запыхавшийся боцман Акрус, остановился, держась одной рукой за ручку двери, а второй за косяк. Все моментально к нему обернулись, Тригли даже напрягся.

– Капитан, вам следует взглянуть на это… – буркнул Акрус.

Ничего не спросив, капитан сразу же кинулся к выходу. Остальные, недоуменно переглянувшись, бросились за ним.

Ветер снаружи заметно покрепчал. Раньше он и без того был тугим, упругим, какой бывает только в море, а сейчас и вовсе походил на натянутый резиновый жгут. К тому же заметно похолодало, и Ягрр Фру непроизвольно поежился.

– Что на сей раз случилось, боцман? – поинтересовался он, озираясь.

Акрус не ответил, они с капитаном быстро взбежали по трапу на квартердек. Ягрр Фру, тихо ругаясь, вскарабкался следом за ними, остальные остались внизу. Капитан Тригли осматривал горизонт в зрительную трубу, боцман Акрус указывал рукой на юго-запад, туда, где еще совсем недавно белела легкая дымка.

Но сейчас картина переменилась. Дымка уже не была легкой, и не была белесой. Она сгустилась, потемнела, а порой где-то внутри нее проблескивали вспышки молний. Но грома слышно не было – гроза была еще очень далеко. Потом боцман указал пальцем немного левее и ниже, и даже поправил капитану трубу, чтобы тот смотрел в верном направлении.

– Что там?! – встревоженно выкрикнул Ягрр Фру.

Ему по-прежнему никто не отвечал, капитан продолжал напряженно всматриваться вдаль.

– Да что б вас!.. – Ягрр Фру вырвал у него трубу и заскользил окуляром по горизонту. – Ну, боцман! Ткни пальцем – куда смотреть?!

Тогда боцман Акрус взял трубу за самый кончик и направил ее чуть ниже.

– Где-то здесь…

Ягрр Фру ничего не видел. Точнее, он видел только размытую воду, пенные волны, порой в поле зрения трубы попадал черный горизонт, и тогда отчетливо становились видны искореженные молнии, сверкающие внутри этой черноты. Некоторые из них проблескивали лишь на долю секунды, но были и такие, которые, вспыхнув, продолжали светиться несколько долгих секунд, дрожа и подергиваясь.

Эта зрительная труба была гораздо мощнее той, что лежала сейчас в вещах у Ягрра Фру, и которую он иногда использовал, но разобрать в нее что-либо на качающемся судне было непросто. Для этого требовался особый навык, и Ягрр Фру им не обладал.

– Старайтесь не дергать трубу, рэй Ягрр, – посоветовал капитан Тригли. – Плавно двигайте ее в такт качке… И не смотрите на горизонт – то, что нас интересует находится несколько ближе…

Ягрр Фру послушно выполнил его рекомендации.

И сразу же увидел. Правда, что именно он увидел – он так и не понял. Вода там вспенивалась и вспучивалась округлыми бурунами, время от времени в этих бурунах промелькивали какие-то неясные формы, но тут же исчезали. Больше всего это было похоже на кипящую похлебку, в которую побросали обрезки всего, что осталось после вчерашнего пиршества…

– Что это за дрянь, капитан?! – спросил Ягрр Фру, поморщившись.

Качая головой, Тригли забрал у него трубу.

– Кто бы знал… Я уже говорил вам, что страшусь не самой бури, а того, что она может занести сюда из открытого моря. Порой на берегу я встречал таких тварей, выброшенных волнами, что у меня кровь стыла в жилах, рэй Ягрр… А ведь они уже были дохлыми!

Ягрр Фру пожал плечами:

– Я не очень страшусь чудовищ, капитан Тригли. Мне слишком часто приходилось убивать живых тварей, чтобы бояться мертвых… Что вы на меня так смотрите, капитан? Мечтаете иметь такую же отвагу?

– Если бы у меня была такая же отвага, я бы уже давно кормил рыб на дне Китового залива… – Капитан повернулся к боцману. – Меняем курс, Акрус. Идем по ветру под всеми парусами, пока эта штука не скроется за горизонтом… – С этими словами он кивнул туда, куда только что Ягрр Фру смотрел в зрительную трубу.

Боцман кивнул ему в ответ, сразу выхватил из-под вонючей куртки костяной свисток, висящий у него на шее на кожаном шнурке, и оглушительно засвистел…

– Насколько это удлинит наше плавание? – мрачно поинтересовался Ягрр Фру.

– Я не думаю, что очень сильно. Ветер хороший, за несколько часов мы сможем убежать далеко. Конечно, это несколько отдалит вас от Порта-Зу, но ведь мы и не собирались заходить туда. У нас нет никаких документов, и береговая стража легко может задержать шхуну до выяснения всех обстоятельств. А выяснять они могут о-о-очень долго! Поэтому совершенно неважно в каком месте на берегу Плоского Острова я вас высажу – главное, чтобы там могла причалить шлюпка. А уже вдоль берега вы доберетесь в Порта Зу и сможете купить себе там лошадей…

Он поймал на себе удивленный взгляд Ягрра Фру и развел руками:

– Ну, хорошо: вы сможете украсть себе там лошадей!

Ягрр Фру думал не долго:

– Меня это устроит…

По большому счету ему было наплевать где именно его высадит Тригли. Южное побережье Плоского Острова было относительно безопасно, а вот отправиться в большой поход вглубь его территории, минуя факторию Чи-Бадойя, было практически невозможно. Это был своего рода форпост между горным кряжем на юге и широкой мутной рекой на севере, несущей свои воды прямиком в Холодный Канал. Реку эту легат Пак Бадойя в своем донесении нунцию Йакису так и назвал – Мутная. Сама же фактория находилась в долине серебристой реки Беглянки…

Быстро холодало, Ягрр Фру оставил капитана Тригли на квартердеке, а сам вернулся в каюту и сразу завалился на кровать.

– У нас какие-то проблемы, мастер? – поинтересовался Джал.

Все тоже следом за ним вернулись с палубы и расселись за столом.

– Пока никаких, – ответил Ягрр Фру. – Тригли трусит, но он умеет выживать, а сейчас это именно то, что нам нужно.

– Согласен, – сказал Стафф Ванн. И добавил, вздохнув: – Я бы не хотел сдохнуть в воде. Подыхать в воде – последнее дело. Холодно, сыро… Бр-р!..

– Подыхать в желудке какого-нибудь ящера тоже радости мало, – возразил Джал. – Конечно, там теплее, чем в море, но удовольствия тоже никакого.

– Да что вы заладили, как попугаи! – прикрикнул на них Ягрр Фру. – Сдохнуть, сдохнуть… Никто не собирается подыхать! Мы не для того ушли из Снау-Лисса… Нас ждут богатство и слава – вы что, забыли это, парни?!

Битер Сью неуверенно поднял руку.

– А меня? – осторожно спросил он.

– Что? – не понял Ягрр Фру.

– Меня ждут богатство и слава?

Некоторое время Ягрр Фру смотрел на него в упор, даже не мигая. Потом оглушительно захохотал и швырнул в него свою подушку – Битер Сью едва успел ее поймать.

– А ты мне нравишься, сопляк! Пожалуй, когда придет время, я сделаю тебя своим пажом… Ты станешь большим человеком в Ягрр-Форте, и у тебя будет собственный слуга!

По лицу Битера Сью скользнула тень улыбки – скользнула и сразу же исчезла, но было видно, что мысли о высоком положении и собственном слуге ему приятны. Однако хриплый голос Джала не дал ему погрузиться в эти мысли с головой:

– Ты смотри, не возгордись сильно, парень… – Он крепко хлопнул мальчишку по спине. – Ягрр-Форт существует пока только в мечтах, и тебе придется сожрать немало дерьма, прежде чем ты начнешь щупать придворных девок в замке нашего мастера!

Всеобщий раскатистый гогот вернул его из затянувшихся мечтаний в реальность. И в этой реальности несущаяся на всех парусах шхуна неожиданно вздрогнула всем корпусом, моментально сбросив скорость, отчего всё в каюте с грохотом полетело к ее передней части, к двери. Сидящие за столом попадали на пол, стол подпрыгнул, но устоял, лишь покатился вперед. Ягрр Фру кувыркнулся с кровати на пол и с проклятьями полетел к переборке. Все это сопровождалось страшным треском, скрипом и оглушительными звуками лопающегося дерева.

– Черви земные! – заорал Ягрр Фру. – Что это сейчас было?!

И тут же стало очень тихо, даже ветер почему-то умолк снаружи. Судно продолжало плыть, но делало это теперь как-то заторможено, едва-едва… Затем установившуюся тишину разорвал треск, визг, а вслед за этим тяжеленный удар обрушился откуда-то сверху – все даже непроизвольно зажмурились, вжав головы в плечи. Но потом вновь наступила тишина. Они ошалело смотрели друг на друга, даже не пытаясь встать с пола.

Первым вскочил Битер Сью. Покачнулся, придержался за стол.

– К-кажется, м-мачта упала… – сообщил он, заикаясь.

– Какая мачта?! – заорал на него Ягрр Фру, безуспешно пытаясь встать.

– Н-не знаю…

– Ну так узнай! – заревел Ягрр Фру, и мальчишка в страхе кинулся к двери.

Кое-как все смогли подняться на ноги, похватали на всякий случай свое оружие и кинулись на палубу.

Битер Сью как в воду глядел – передняя мачта шхуны, которую здесь называли «фок-мачтой», отчего-то треснула на высоте десятка локтей от палубы и висела теперь вдоль всего судна, зацепившись за ванты и реи грот-мачты. Матросы суетливо носились по палубе, ничего не в силах объяснить своим пассажирам, и только капитан Тригли все так же стоял на квартердеке и наблюдал за всем происходящим с каменным лицом.

– Тригли, что происходит?! – заорал ему Ягрр Фру. – Мы попали в бурю?

Он и сам понимал, что говорит глупость, потому что никакой бури не было. Точнее, она была, но по-прежнему все еще слишком далеко, чтобы нанести подобные повреждения судну. Грозовой фронт приблизился, молнии уже были видны внутри него без всякой зрительной трубы. Ветер стал неровным, порывистым, он трепал паруса, неприятно завывая где-то в вышине.

Капитан Тригли равнодушно глянул на Ягрра Фру, а потом пальцем указал куда-то на правый борт.

– Что?! Где?! – Ягрр Фру закрутил головой. – Да что б вас всех!

Он все еще ничего не мог понять, и продолжалось это ровно до того момента, пока из воды не вылетело и не рухнуло на палубу, перевалившись через фальшборт, серо-голубое щупальце толщиной со сломанную мачту. Оно тут же принялось извиваться, как брошенная на раскаленную сковороду змея.

– Черви земные… – просипел Стафф Ван. – Что это такое?.. Черви земные…

Второе щупальце грохнулось на палубу, обдав всех, кто находился рядом, фонтанами воды. Оно билось словно в конвульсиях, прыгая и мотаясь по доскам, сшибая и сметая все, что попадалось ему на пути.

Ягрр Фру лишился дара речи. Он смотрел на эти щупальца и обалдело хлопал глазами, не зная, что делать дальше. Он привык биться с птерками, приходилось сражаться и с небольшими ящерами, а битва с другими сапиенсами вообще была для него просто легкой разминкой. Но бросаться с мечом на прыгающее по палубе щупальце, утыканное сотнями шевелящихся присосок… Было в этом что-то чуждое, неправильное, какое-то дикое, как из дурного сна!

А потом он увидел, как вода за бортом вспучивается, поднимается округлым холмом, с которого летят вниз потоки води и хлопья пены, и был этот холм размером почти со всю шхуну. Еще мгновение спустя Ягрр Фру понял, что это голова. Она была землисто-голубоватого цвета, кое-где виднелись извилистые розовые потеки и белые пятна, но все это не было неизменным – цвета струились и переливались, постоянно перетекая друг в друга.

А на самой макушке этой потрясающей головы неожиданно открылись два исполинских глаза. Веки раздвинулись, как занавес, и на Ягрра Фру устремился тяжелый взгляд угольно-черных прямоугольных зрачков.

– Спрут… – прошептал Битер Сью, намертво вцепившись в фальшборт.

И вдруг оглушительно заорал, брызжа слюной:

– Это спрут! Это спрут! Черви земные, это спрут!

Он трясся и выпучивал глаза, видно было, что ему очень страшно, и он не может с этим страхом совладать. И этот страх, все его напряжение, выплеснулось на Ягрра Фру, как нечистоты из поганого ведра.

– А-а-а! – закричал он, выставив перед собой обнаженный меч. – Что такое спрут, мать твою?! Что такое спрут?!

Впрочем, вопрос этот был риторический – теперь он и сам мог ответить на него, поскольку имел возможность лицезреть это существо прямо сейчас перед собой.

Из воды с шумом вырвались еще два щупальца. Они были скручены кольцами, но даже при этом их концы достигали смотровой корзины, называемой «марс», на самой вершине грот-мачты. Матрос на «марсе» в ужасе заметался, присел, пытаясь укрыться от щупальца, но оно оказалось на удивление ловким и юрким, и как будто имело собственные глаза, высматривающие добычу. Кончик щупальца устремился к «марсу», обвил матроса за шею и выдернул его из корзины. Тот забился всем телом, царапая растопыренными пальцами поверхность щупальца, лицо его покраснело, потом посинело, а потом он обессиленно обвис, слегка прикрыв вылезшие из орбит глаза.