Приключения Хомы и Суслика. Сказки

Хитрая Ворона

Тощая растрёпанная Ворона сидела на дереве, свесив лапы с ветки, и сквозь цветное стёклышко, словно в лорнет, высокомерно разглядывала двор.

Двор был большой, но совсем бестолковый. Разные пристройки, сарайчики, будки, клетушки, заборчики.

Ворона меняла стёклышки, и всё, что было во дворе, окрашивалось в разные цвета. Вот важно прошёл, весь голубой, здоровенный бездомный Пёс с медалью на ошейнике – зубчатой крышкой от консервной банки. Вот промелькнуло зеленоватое солнце. А вот пробежали ярко-жёлтые ребятишки.

– Карр-тинки, – хмыкнула Ворона.

И, не раскрывая крыльев, лихо свалилась в своё гнездо – одной веткой ниже.

Гнездо у неё было необыкновенное. Многоугольное. А на хворостинки навешены всякие цветные тряпочки и ленточки.

Снизу донёсся какой-то скрежет. Ворона выглянула. Это Пёс-медалист, удобно устроившись под деревом, с наслаждением грыз большую кость.

– Порра и мне под-карр-миться, – пробормотала Ворона и, пошарив под куском поролона на днище гнезда, выудила оттуда селёдочную голову.

Поглядела на неё, поглядела и пинком послала прочь.

Её тут же заглотил на лету толстый рыжий Кот, который скучал на подоконнике у приоткрытого окна возле большой тарелки с жареными рыбками.

– Капрриза, – усмехнулась Ворона.

Подслеповатая пожилая Хозяйка в круглых очках возникла в окне и ласково взяла Кота на руки.

– Давно уже вырос, а всё притворяюсь котёнком, – тяжело вздохнул Кот.

Ворона с интересом косилась на то, как угрюмый Кот лениво играет в комнате с большим клубком вязанья, как неохотно гоняется за игрушечными заводными мышками, как, отчаянно зевая, раскачивается на шторах.

– Игррунчик, – процедила Ворона.

Кот, ласкаясь, вспрыгнул на колени Хозяйки, задремавшей в кресле, и потёрся бочком о её руку.

– Прритворра, – пробурчала Ворона.

– Худенький какой, – растроганно проговорила Хозяйка, выливая из пакета сливки в миску на детском столике. И повязала своему любимцу салфетку вокруг шеи, чтоб не запачкался.

Кот, недовольно морщась, стал хлебать сливки.

Ворона облизнулась и, спланировав на землю, напилась из лужи.

Тяжело переваливаясь, Кот отошёл от миски и с трудом вскочил на подоконник. Но Хозяйка всплеснула руками:

– Упадёшь! – И поспешно закрыла окно.

Кот уныло развёл лапами за стеклом: разве, мол, это жизнь?!

Ворона, снова взлетевшая в гнездо, только привычно хмыкнула:

– Живут же… коты!

Задумчиво посмотрел Кот на Ворону. Размечтался Кот: эх, если б он был Вороной!.. Летал бы он, Кот, над двором, растопырив лапы и подруливая хвостом. Дразнил бы огромного Пса с его сосисочной медалью. Спал бы в гнезде, а над ним на верёвочке висели бы сушёные рыбьи головы. Живи – не хочу!

А Ворона завистливо глядела на Кота. Ей бы кошачью жизнь!.. Гонялась бы за клубком вязанья, качалась бы себе на шторах. Сидела бы гордо вон за тем столиком в чёрном фраке своего оперения с белой салфеткой на шее – жареную рыбку бы кушала. Сливками бы запивала. И никаких вороньих забот!

На другое утро, когда хмурый Кот опять появился на подоконнике, Ворона раздражённо сказала:

– Всё стррадаешь? Взял и удррал бы!

– Жалко её, – оглянулся Кот на дремлющую в кресле Хозяйку. – Пропадёт. Она одинокая.

И Ворона вдруг, затаив дыхание, предложила:

– Ну, хочешь, я… Котом буду?

Виляя телом, она прошлась кошачьей походкой по толстой ветке и игриво взмахнула хвостом.

– Карряу! – взвыла она, прокричав что-то среднее между «карр» и «мяу». – Я тобой стану, а?

– А я – тобой, – быстро согласился Кот.

И спикировал с подоконника прямо на дерево. С ветки на ветку переползал, а считал, что перелетает. «Мяурр!» – вопил, подражая вороньему крику. Раскинув передние лапы, словно крылья, по толстой ветке перед Вороной ходил, шеей и носом на ходу дёргал. Ну словно птица!

– Норрмально, – похвалила его Ворона. – Кррасиво!

А он настолько в раж вошёл, что у неё даже перо большое из хвоста выдернул.

– Карраул, больно! – вскричала Ворона.

Кот вставил себе перо за ухо.

– А-а, – понимающе протянула она. – Теперь ты совсем как я!

– А она скучать не будет? – внезапно засомневался Кот, вновь оглянувшись на дремлющую за окном Хозяйку.

– Со мной – не соскучится, – пообещала Ворона.

Так они и обменялись судьбой: Кот в гнездо забрался, а Ворона в квартиру влетела.

Перво-наперво Ворона мгновенно заглотила всех жареных рыбок и вылакала все сливки.

Затем запустила по паркету двух заводных мышек и игриво погналась за ними. Она закогтила обеих мышек лапами и с весёлым треском понеслась вокруг стола, как на роликовых коньках.

Хозяйка в кресле приоткрыла глаза.

– Карряу! – прыгнула ей на колени Ворона.

У Хозяйки очки с носа упали от удивления.

Цепляясь когтями за рукав, Ворона взобралась к ней на плечо и нежно потёрлась клювом о её нос.

Хозяйка, оробев, уронила клубок вязанья.

– Карряу! – жизнерадостно погналась за ним Ворона.

Запутавшись в пряже, носилась она по квартире. Нитки, словно дремучая паутина, перекрестили всю комнату, от люстры до ручек дверей.

А в довершение всего Ворона принялась грациозно на шторах качаться. Туда-сюда, туда-сюда!

– Кис-кис-кис… – очнувшись, слабо сказала Хозяйка.

– Карряу! – ещё веселее возопила Ворона. А ниток-то, ниток на ней!

Кокетливо улыбнулась Ворона Хозяйке и хвостом по полу заюлила, ласково так. И ещё больше в пряже запуталась. Только несвязанные крылья торчат.

Схватила Хозяйка очки, надела их. И сразу увидала: это не Кот. А что-то такое – непонятное!

– Словно подменили, – ахнула она. И начала поспешно подматывать нить, чтобы подтянуть странное существо поближе.

Ещё ближе… Ближе!

Быстро перекусила Ворона клювом нитку. Ринулась испуганно прочь в открытое окно.

Вся в длинных нитках, ухнула она в своё гнездо, прямо на спящего Кота! Он взвыл спросонок. Гнездо рассыпалось! Уцепился Кот за нитки!..

Летит над двором, тяжело хлопая крыльями, Ворона. Кот за пряжу держится – под нею висит.

– Мяурр!

– Карряу!

А внизу Пёс громадный гонится за Котом, которого Ворона низко над землёй несёт. Кот уже асфальт метёт хвостом перед носом Пса. Спасаясь от него, Кот по ниткам вверх карабкается, к Вороне.

Изо всех сил поднажала Ворона, и… Кот вдруг оказался на спине Пса.

Взревел Пёс!

Так и помчались они втроём: внизу очумелый Пёс, а Кот верхом на нём, подвешенный к летящей Вороне.

– Гав-гав! Мяу! Карр! – истошно вопила неразрывная троица, сметая всё на своём пути.

За ними развевались и хлопали прицепившиеся к ним простыни на верёвках.

…Шёл мелкий дождь.

Взъерошенные Пёс, Кот и Ворона, тяжко дыша, пили воду из лужи.

Дождь усилился. Пёс и Кот, прихрамывая, пошли прочь в разные стороны.

– Докаркался, – проворчала вслед Коту Ворона.

– Домяукалась, – язвительно отозвался Кот.

– Нет, хорошо всё же быть Вороной, – облегчённо вздохнула Ворона.

– Лучше всего быть Котом, – вторил ей Кот.

А Пёс оглянулся на ходу и мрачно заявил:

– Приходите завтра, ещё покатаемся.

Хитрая Ворона и Пёс

С тех пор здоровенный взбалмошный Пёс не давал во дворе проходу ни Вороне, ни её новому другу Коту.

После того, как Ворона и Кот так рискованно попробовали обменяться судьбой, они и подружились. Общие испытания сближают.

Да и Хозяйка Кота перестала теперь уж слишком дрожать над своим любимцем и разрешала ему гулять во дворе. А то он с тоски взаперти мало ли что надумает: захочет вдруг навсегда стать бездомным котом, чтобы всласть бродяжничать и горланить песни.

А зловредный бездомный Пёс – вот оно, кстати, уличное воспитание! – житья не давал новым друзьям. У Вороны он всё время пытался выдрать перья из хвоста, очевидно, на память, а Кота гонял просто по собачьей привычке.

Очень невзлюбили его Ворона и Кот.

Но всё-таки есть на свете справедливость. Однажды, внезапно, неожиданно и вдруг, под покровом темноты, при таинственных обстоятельствах, злодейского вида незнакомый дядька похитил Пса. Он усыпил хвостатого олуха таблеткой снотворного, спрятанной в вафельном стаканчике шоколадного мороженого, – перед таким лакомством ни одна собака не устоит! – затем положил его в огромный чемодан и увёз за город на электричке.

Любопытная Ворона не спала и сумела проследить за похитителем. До вокзала она долетела, а потом с удобством проехалась на крыше вагона.

Оказалось, тот зловещий дядька жил в собственном каменном доме с большим садом, и ему был нужен сторож для охраны его владений. Он посадил Пса на цепь у внушительной конуры и заставил стеречь дом и сад.

Пёс выходил из себя от ярости. А новый хозяин только довольно потирал ладони. Повезло, такой злющий сторож! Он даже палкой его поколачивал, чтобы тот был ещё злее!

Ворона ликовала. Наконец-то они избавились от вредного Пса. Она и Кота доставила знакомым путём, на крыше электрички, прямо на место – полюбоваться на справедливую судьбу их общего врага.

В то время хозяина не было дома, и Кот с Вороной смело расхаживали у самой пасти своего обидчика, до предела натянувшего цепь, и потешались над ним.

– Сластёна! – хохотала Ворона. – На мороженое польстился! Олух и есть олух!

– Сиди теперь тут всю жизнь! – хихикал Кот. – Губошлёп!

Ворона даже своим хвостом, как метёлкой, этому будочнику по носу презрительно махнула. И напрасно!

Пёс взревел от столь немыслимого унижения и так рванулся, что сорвал свою будку с места и выхватил у Вороны пучок перьев из хвоста.

Ворона и Кот бросились прочь.

Ринулся за ними Пёс, волоча за собой на цепи будку. Пыль столбом!

Трудно пришлось без хвостового руля Вороне. То кое-как пролетит, то кое-как пробежит несколько метров.

Вовсю улепётывал и перепуганный Кот. Куда только его обычная лень подевалась? Спасаясь бегством, он мигом взлетал на попутные деревья и, как белка, перепрыгивал с ветки на ветку. Страх чему хочешь научит!

Впереди показался железнодорожный переезд.

– Товаррняк идёт! – завопила Коту Ворона. – Быстррей, а не то крранты!

Кот прибавил прыти.

И они все втроём проскочили прямо перед носом локомотива.

Вот только поезд цепь переехал, и Пёс своей будки лишился, чему потом вовсе не огорчался.

Ворона умудрилась на крышу вагона сесть, а Кот и Пёс на ходу вспрыгнули на заднюю площадку последнего вагона. Конечно, Кот тут же на крышу к Вороне залез, а Пёс так и остался на площадке. Он с изумлением смотрел на убегавшие назад рельсы. Чего только не совершишь в запале погони!

– В прравильном напрравлении едем, – встала на цыпочки Ворона.

Так они благополучно вернулись назад, домой. Правда, Ворона хвост потеряла, а Пёс получил обрывок цепи на свою шею.

Хотя Пёс и был бездомным, но назвать его бездворовым было никак нельзя. Он очень обрадовался, увидев свой двор, и привычно улёгся под деревом.

Ворона забралась в гнездо и, тщательно выбирая запасные перья, принялась ремонтировать пострадавший хвост.

– Всё ты! – осудил её с подоконника Кот. – Ты во всём виновата!

А Ворона, склонив голову набок, покосилась вниз на сладко задремавшего Пса и внезапно сказала:

– Зато как я его спасла! – И гордо задрала нос.

– Не ты, а мы! – тут же обиделся Кот.

Хитрая Ворона, Пёс и Кот

Раньше только Ворона и Кот были друзьями. А теперь они подружились и с бездомным Псом.

Он не только сам перестал их гонять, но не давал этого и другим собакам, иногда забредавшим во двор.

– Прочь отсюда!.. – рычал он.

Ворона, хотя и одобряла такое его поведение, но к его защите относилась насмешливо. Собаки были ей не страшны. От любой улететь можно. Крылатых собак, к счастью, не бывает.

Зато Кот был очень благодарен защитнику Псу.

Впрочем, и тут у Вороны было особое мнение. Она считала, что толстому Коту полезно хоть изредка растрясти жирок, убегая от злых собак. Добровольно делать зарядку его ни за что не заставишь!

Поздними вечерами, когда весь дом погружался в сон, любили трое друзей посидеть и поболтать под одиноким деревом во дворе.

Это было самое подходящее место. А что? Во-первых, Пёс обычно спал под этим деревом. Во-вторых, Ворона имела собственное гнездо на этом дереве. А в-третьих, Кот жил у Хозяйки, из окна которой лапой подать до толстой ветки этого дерева.

Говорили, в основном, Ворона и Пёс. В отличие от бездельника Кота, им было что рассказать о своем трудном житье-бытье. О своей вечной погоне за куском хлеба. Желательно, белого. И за огрызком косточки. Желательно, мозговой.

А Кот слушал, набирался ума-разума. Завидуя их вольной жизни, он тем не менее начинал понимать, что свобода – не сахар. И сытая жизнь в заточении, в благоустроенной квартире, уже не казалась ему кошачьей тюрьмой.

В один из таких прекрасных вечеров Пёс вдруг озабоченно сообщил, что в городе появилась чёрная собаковозка.