Загадка черной вдовы

Глава 1

Срочно надо худеть!

– Девочки, – обратилась Школьникова к Кате и Тане. – Нам пора заняться собой!

– Что значит «заняться собой»? – не поняла стройная черноволосая Катя.

– Себя приводить в порядок, – пояснила Школьникова.

– А что, по-твоему, с нами не в порядке? – повернулась к ней светловолосая голубоглазая Таня.

– Все, – хлопнув себя по массивному бедру, решительно заявила Маша Школьникова.

– Слушай, Машка, кончай темнить, – не выдержала Катя. – Говори прямо.

Школьникова с ответом не торопилась. Кинув на подруг заговорщицкий взгляд, она предупредила:

– Только строго между нами.

– Ну, естественно, – кивнули девочки.

– Дело в том… – начала было Школьникова.

Дверь туалета хлопнула. Девочки увидали свою одноклассницу – рыжую Дуську Смирнову.

– Пошли отсюда, – брезгливо поморщилась Школьникова. – Тут экологическая обстановка испортилась.

– Да уж, – не осталась в долгу Дуська. – Свежего воздуха после некоторых тут не хватает.

Однако Школьникова, вопреки обыкновению, пропустила слова врагини мимо ушей.

– Пошли во двор, – поманила она за собой Катю и Таню.

– Там холодно, – поежилась Таня.

– Сегодня нормально, – уже оказавшись в коридоре, указала на окно Школьникова. – Видели? Даже солнышко светит. А если тебе, Таня, холодно, одолжи у Олега свитер. Куртку тебе все равно не взять. Раздевалка до пятого урока закрыта.

– Пожалуй, я так и сделаю, – едва слышно откликнулась Таня.

Их друзья, Олег, Женька, Темыч и Лешка Пашков, стояли у подоконника на лестничной площадке.

– Олег, дай, пожалуйста, свитер, – попросила Таня.

– Зачем? – поправив указательным пальцем очки, спросил тот.

– Мы с девчонками хотим выйти во двор.

– Чего вы там забыли? – задал новый вопрос Олег. – Замерзнете ведь.

– Вот потому я у тебя и прошу свитер, – улыбнулась Таня.

– Я с вами! – влюбленно глядя на Школьникову, заявил Пашков. – Покурим вместе.

– Ты, ребенок, свободен, – запротестовала Школьникова. – Нам с девчонками надо кое-что обсудить.

– Что обсудить? – тут же осведомился долговязый Женька.

– У женщин свои секреты, – ответила словами из рекламы Маша.

– Какие это у вас появились от нас секреты? – с подозрением поглядел на девчонок маленький щуплый Темыч.

– Заткнись, микроспора, – шикнула на него Машка. – Все-то тебе расскажи.

– А действительно, что за секреты? – был в свою очередь заинтригован Олег.

– Ох, мальчики, – томно произнесла Школьникова. – Ну что за вопросы!

– Пошли скорее, – решительно двинулась вниз по лестнице Катя. – А то перемена кончится.

Таня к этому времени облачилась в свитер Олега.

– Машка! – вдруг стал раздеваться Пашков. – Ты тоже оденься. Все-таки середина октября. Простудишься.

И он протянул Школьниковой свой свитер.

– Не суетись, ребенок, – гордо отказалась Машка. – Я не замерзну. «Домом Версаче» все предусмотрено.

И она не без гордости продемонстрировала окружающим свой пиджачок.

– Ух ты! – только сейчас обратил внимание Пашков.

– Между прочим, хит нынешней осени, – пояснила Школьникова. – Ткань с мехом. Получается эффект мха.

– На пне, – в отместку за «микроспору» отметил Темыч.

– И впрямь, – громко расхохотался Женька.

– Много вы понимаете, – поджала губы Школьникова. – И вообще, девочки, мы теряем время, – поторопила она подруг.

– Катерина, ты тоже оденься, – с важным видом произнес Темыч и протянул девочке свою джинсовую куртку.

– Ах ты, наш пупсик! – процедила сквозь зубы Школьникова.

Темыч от обиды засопел, как закипающий чайник. Но в это время Катя ласково потрепала его по коротко стриженной голове. Темыч несколько успокоился. Катя, которая была выше его на целую голову, с трудом натянув на себя джинсовую куртку, последовала за двумя остальными девочками во двор.

– Ну? – едва оказавшись на улице, осведомилась она у Школьниковой.

– Баранки гну, – закурив сигарету, ответила та. – Будем худеть.

– Приехали, – иронично сощурилась Катя. – С какой это радости нам худеть?

– Не с какой, а для какой, – продолжала Школьникова. – У нас в школе намечается конкурс красоты.

– Что-о? – изумились Катя и Таня. – Откуда ты знаешь?

– Да уж знаю, – с таинственным видом изрекла Машка. – Ладно уж. Слушайте. Расскажу. – И, понизив голос почти до шепота, она сообщила: – Вчера хотела поговорить после уроков с Андрюшей. Ну, насчет реферата по истории проконсультироваться.

Катя и Таня украдкой обменялись выразительными взглядами. Школьникова уже несколько лет была по уши влюблена в их классного руководителя Андрея Станиславовича. И усиленно занималась историей, которую тот преподавал, только чтобы завоевать его сердце.

– В общем, подхожу я к классу, – продолжала Машка. – Дверь приоткрыта. Я заглянула. Андрюша там со Светланой беседует. Вот я и решила подождать, пока он один останется.

– Ясненько, ясненько, – нараспев произнесла Катя.

– Ничего тебе не ясненько, – огрызнулась Школьникова. – Если бы я сразу вошла, то мы с вами так ничего бы и не узнали. Вернее, узнали бы, но с большим опозданием.

– Мы с Катькой пока что ничего не знаем, – логично отметила Таня.

– Зато благодаря мне сейчас узнаете. Андрей и Светлана обсуждали конкурс красоты среди старших классов. То есть, вообще-то, это не совсем конкурс красоты, – уточнила Школьникова, – но королеву выбирать будут.

– Королеву чего? – не поняла Таня.

– Красоты, темнота, – хохотнула Машка. – Самую красивую девочку среди старших классов. А потом еще будут какие-то соревнования или турнир. Андрей и Светлана еще точно не решили. Но главное, что королева будет награждать победителей. А потом состоится бал, к которому все должны придумать себе костюмы.

– И на когда же это намечено? – поинтересовалась Таня.

– То ли в ноябре, то ли под Новый год, – пожала плечами Школьникова. – Светлана с Андреем как раз по этому поводу спорили, когда в коридоре возник директор. Ну, и мне пришлось зайти в класс. А как только я появилась, Андрей и Светлана тут же умолкли.

– Выходит, они пока это держат в тайне, – медленно проговорила Таня.

– Ежу понятно, – рубанула воздух мощной рукой Школьникова. – Теперь, пока не составят план, никто ничего знать не будет. Значит, девчонки, у нас есть резерв времени, чтобы как следует подготовиться.

– Ну и как же ты нам прикажешь готовиться? – покачала головой Катя.

– Способ знаю, – уверенно заявила Школьникова. – У матери очень кстати возник один новый партнер.

Машина мать Зинаида Николаевна была официальным дилером нескольких крупных французских фармацевтических и парфюмерных фирм, а также занималась оптовой торговлей цветами. На этом основании Маша причисляла себя к современной российской буржуазии. Жили Школьниковы на широкую ногу. Тем не менее для Кати и Тани пока оставалось совершенной загадкой, каким образом новый деловой партнер Зинаиды Николаевны может способствовать подготовке к предстоящему балу и выбору королевы среди старшеклассниц родной две тысячи первой школы.

– При чем тут партнер твоей матери? – пожала плечами Катя.

– Она еще спрашивает, – с гордым видом изрекла Школьникова. – Этот партнер делает разные нетрадиционные лекарства. Ну, в общем, всякие травы, отвары… А мама их реализует в своей аптеке возле «Красных Ворот».

– Ну и что? – по-прежнему не доходило до Кати.

– Лучше не спрашивай, а слушай, – отозвалась Школьникова.

– Действительно, – поглядела на часы Таня. – А то перемена через две минуты кончится…

– Этот партнер, – перебила Школьникова, – жутко благодарен матери. Она ведь не только реализует его лекарства, а помогла ему открыть именную клинику.

– Зачем? – удивиласьТаня.

– Потому что он и его жена разработали уникальную методику корректировки фигуры, – наконец добралась до сути Машка. – А это в будущем сулит большую прибыль.

– Ты лучше скажи, что это нам сулит? – поторопила Таня.

– А я, интересно, о чем говорю? – поглядела на нее Школьникова. – По методике, разработанной этими Труповыми…

– Как, как? – вытаращились на Машку подруги.

– Агнией Мокеевной и Глебом Константиновичем Труповыми, – продолжала Школьникова. – Фамилия у них такая…

– Многообещающая, – фыркнула Катя. – Так и хочется у них фигуру подкорректировать.

– До состояния трупа, – подхватила Таня.

– Если вы не хотите, могу ничего не рассказывать! – вспыхнула Школьникова. – Только фамилии, как известно, не выбирают. А в клинику Труповых, между прочим, уже записываются за полгода. И очередь состоит из одних знаменитостей. Худеть-то сейчас модно. Видали, что Пугачева и Долина с собой сотворили?

– Видали, – иронично сощурилась Катя.

– Это что, ваш Трупов с ними такое проделал? – поинтересовалась Таня.

– Нет, – внесла ясность Школьникова. – Они худели у кого-то другого. А у Труповых худела подруга моей матери.

– Ну и что? Жива? – вырвалось у Кати.

– Спрашиваешь. Не только жива, но и в третий раз замуж вышла. За молодого. Муж, между прочим, младше на двадцать лет. Потому что по методике Труповых из абсолютно любой фигуры можно сделать фотомодель.

– Из любой? – Таня невольно кинула взгляд на мощные бедра Школьниковой.

– Совершенно из любой, – то ли сделала вид, то ли и впрямь не поняла ее красноречивого взгляда Машка. – А главное, если регулярно проходить курс лечения в оздоровительном центре Труповых, то хорошая фигура сохранится до самой смерти.

– А смерть наступит очень быстро, – с трагическим видом отозвалась Катя. – Потому что на курс лечения уйдут все деньги. И есть будет не на что.

– Это другим, может, будет не на что, – немедленно возразила Школьникова. – А с нами полный порядок. Мать сказала, что я могу привести бесплатно двоих подружек. Если вам и придется что-то покупать, то только целебные составы. Но и на них вам сделают пятидесятипроцентную скидку.

Катя и Таня переглянулись. Предложение Школьниковой звучало крайне соблазнительно. Правда, в отличие от Машки, обе подруги были достаточно худыми. Однако любой человек находит у себя какие-нибудь недостатки. Катя и Таня не были исключением из этого правила. К тому же им показалось заманчивым оказаться в оздоровительном центре, облюбованном знаменитостями. Тем более что это им не будет ничего стоить.

– Ну, идем? – усилила напор Школьникова.

– Да, пожалуй… – медленно проговорила Катя.

– А почему ты одна-то не хочешь? – поинтересовалась Таня.

– Одной скучно, – честно ответила Машка. – Да что вы раздумываете? Говорят же вам: халява. И потом, вы чего хотите, чтобы королевой какую-нибудь Дуську Смирнову выбрали? Вот богдановские тогда порадуются!

– Ну уж нет! – тут же воскликнула Катя.

– А вдруг никакого выбора королевы не состоится, – засомневалась Таня. – Поговорят, а потом раздумают.

– Не раздумают, – покачала головой Школьникова. – Я успела подслушать, для чего это делается.

– Для чего? – спросили подруги.

– В качестве отвлекающего маневра, – объяснила Машка.

– Кого и от чего? – еще сильней удивились Катя и Таня.

– Нас от вражды с бывшими «бэшниками», – внесла ясность Школьникова. – Как раз когда я подошла к двери, Андрей говорил Светлане, что надо переключить нашу буйную энергию. Иначе это скоро совсем плохо кончится. Потому что обстановка в классе сложилась невыносимая.

– А чего такого особенного? – не разделила тревоги классного руководителя Катя.

– Да Андрею не нравится, что еще двух месяцев не прошло с начала этого учебного года, а у нас уже было две драки, – отозвалась Школьникова.

– Мы-то тут при чем? – возмутилась Катя. – Это же из-за Богданова.

– Естественно, из-за Богданова, – поддержала ее Школьникова. – Но в драках-то все мы участвовали. Я этой Дуське Смирновой тогда так накостыляла! – с удовольствием вспомнила Машка. – Ну, в общем, Андрей считает, что нашу энергию нужно переключить на что-нибудь созидательное.

– Боюсь, – вздохнула Таня, – из этого состязания ничего созидательного не выйдет.

– Наша с вами задача как следует подготовиться, – возразила Школьникова. – А уж что там из этого выйдет или не выйдет, пусть ломают голову другие.

– Лучше бы этот Богданов никогда у нас в классе не появлялся, – посетовала Таня.

– Нас никто не спрашивал, – в тон ей произнесла Школьникова.

Дело в том, что до конца прошлого учебного года у них был очень дружный и сплоченный класс. Однако, когда они перешли в десятый, от бурного и несокрушимого содружества «В» осталась лишь половина, и его слили с остатками «бэшников», состав которых тоже значительно поредел. Хорошо еще, любимый классный руководитель бурного содружества «В» Андрей Станиславович остался с ними и возглавил десятый «Б». Однако от былой дружеской атмосферы ничего не осталось. Пришедший к ним из другой школы Вадик Богданов мигом сгруппировал вокруг себя бывших «бэшников», и класс разбился на две враждующие группировки. Словом, тревога Андрея Станиславовича была вполне обоснованна.

– Ну как? Готовиться будем? – посмотрела Школьникова на Катю и Таню.

– Будем, – кивнули девочки.

– Только никому в классе ни слова, – снова предупредила Машка.

– А ребятам? – осведомилась тихим голосом Таня. – Для них же, наверное, тоже какой-то конкурс придумают.

– Выборы короля школы, – прыснула Катя. – Мистер красавец.

– Во всяком случае, они должны быть готовы, – не разделила ее веселья Таня.

– Только не ясно к чему, – напомнила Школьникова. – Ведь Андрей и Светлана толком еще ничего не придумали.

– Все равно надо предупредить, – в третий раз повторила Таня.

– Рано, – возразила Школьникова. – А вот мы с вами, девчонки, подкорректируемся у Труповых и этой Дуське Смирновой покажем.

Больше Машка ничего сказать не успела. Из школы послышался звонок.

– Бежим! – воскликнула Катя. – У нас ведь сейчас математика. – И девочки поспешили в школу. Светлана, или, точнее, Светлана Сергеевна, не выносила опозданий.

После конца седьмого урока Олег, Темыч, Женька, Лешка, Катя, Таня и Маша, как обычно, порядком потрепанные толпой в раздевалке, вышли на улицу.

– Уроки учить еще рано, – немедленно заявил долговязый Женька, никогда, впрочем, не уделявший особенного внимания занятиям. – Пошли к Олегу!

– Правильно, – поддержали его остальные.

Двенадцатиэтажная башня из розового кирпича, где жил Олег, стояла в Портняжном переулке сразу же за родной две тысячи первой школой. Поэтому семеро друзей, которых чаще всего называли Компанией с Большой Спасской, частенько забегали в квартиру Беляевых на часок-полтора после уроков. Тем более что родители Олега по будним дням, по крайней мере до семи вечера, находились у себя на фирме.

Миновав школу, друзья двинулись к Портняжному и, не доходя до поворота на Большую Спасскую улицу, свернули в распахнутую металлическую калитку, за которой начинался двор Олега.

– Пошли, что ли? – с нетерпением потянул на себя железную дверь подъезда Женька.

– Погоди, – полез в карман за ключами Олег. – Дай домофон открыть. И вообще, подождите тут. Я сейчас спущусь с Вульфом. Сперва выгуляем его, а потом уж поднимемся.

– Иди, – взъерошил растопыренной пятерней и без того спутанную длинную шевелюру Женька. – Погода хорошая. Погуляем.

– Ну, спасибо, что разрешил, – и Олег, усмехнувшись, скрылся в подъезде.

Вскоре он вновь спустился с таксой на поводке. Вульф приветствовал друзей радостным лаем и визгом. Он давно привязался к этой компании. А кроме того, именно пес Олега навел три года назад семерых друзей на самое первое в их жизни расследование. С тех пор с ними что-то произошло. Как часто повторяли Андрей Станиславович и его фронтовой друг по Афганистану, а ныне майор милиции Владимир Иванович Василенко, работавший в отделении на Сретенке, «эти семеро словно притягивают к себе криминал». Так или не так, но Компания с Большой Спасской самостоятельно раскрыла целых пятнадцать преступлений[1]. Последнее из своих дел ребята закончили чуть больше недели назад.

Отдав щедрую дань ритуалу приветствия, Вульф сосредоточенно закружил по двору. Школьникова, поглядев на часы, сказала:

– Кстати, Олег, мы с девчонками, пожалуй, к тебе сейчас не пойдем.

– Ты решай за себя, – мигом насупился Темыч. – А Катька пойдет.

– С каких это пор ты, Темочка, мной раскомандовался? – сердито глянула на него Катя.

Тот, демонстративно от нее отвернувшись, пробубнил что-то неразборчивое. Темыч был влюблен в Катю еще с младшей группы детского сада. Катя взаимностью не отвечала. Мало того, постоянно над Темой подтрунивала. К тому же она отличалась ветреностью и то и дело влюблялась в других мальчишек. Темыч терпел и надеялся на лучшее. Если бы хоть немножко вырасти… Он был ниже всех в своем классе, а лицом больше смахивал на девочку. Правда, отец его, Никита Владимирович, тоже вытянулся лишь к шестнадцати годам, после чего стал пользоваться большим успехом у слабого пола. В общем, перспективы у Темы были. Что, однако, не лишало его проблем в настоящем.

– Так с каких это пор ты стал мной командовать? – повторила Катя.

– Это не я, а Моя Длина раскомандовалась, – не решаясь ей возразить, перенес Темыч гнев на Школьникову.

– Как ты меня назвал? – немедленно разъярилась та.

Свое прозвище пухлая блондинка Школьникова заработала за крайне экстравагантную манеру одеваться. Дошло до того, что однажды она предстала перед одноклассниками в ярко-красной юбке из какой-то очень блестящей синтетики. Впрочем, юбкой это можно было назвать лишь символически. Класс изумленно охнул. Нижняя часть Маши особым изяществом не отличалась. Только Лешка Пашков, влюбленный в Школьникову, искренне восхитился:

– Ну ты, Машка, даешь! Прямо настоящая фотомодель! Все наружу!

– Много ты понимаешь, ребенок! – подбоченилась Школьникова. – Это просто теперь моя длина и мой стиль.

С той поры прозвище Моя Длина прочно прилипло к Маше. Правда, звали ее так за глаза. Школьникова обладала крепким телосложением и могла с ходу врезать.

Забывший об этом Темыч горько раскаивался. Красная от ярости Моя Длина наступала, а он пятился по направлению к калитке. Так продолжалось, пока Темыч не вышел в Портняжный.

– Ладно, живи, микроспора, – внезапно сменила гнев на милость Школьникова. – Я братьев меньших не обижаю.

– Дура, – пробормотал Темыч, однако так, чтобы его слова ни в коем случае не достигли ушей Школьниковой.

– Ну что, выяснили отношения? – громко захохотал Женька.

Темыч, делая вид, что все это его совершенно не касается, поравнялся с Олегом.

– Поднимаемся?

– Мы не пойдем, – вновь возразила Школьникова и, повернувшись к девчонкам, добавила: – У нас важное дело.

– Как, прямо сейчас? – спросила Таня.

– А чего зря резину тянуть? – деловито произнесла Моя Длина. – Чем раньше начнем, тем ощутимее будет результат.

– Тогда ладно, – сдалась Таня.

– А ты-то куда? – ревниво глянул на нее Олег.

– Да тут…

Таня, у которой не было от Олега секретов, уже открыла рот, чтобы объяснить, в чем дело, но натолкнулась на суровый взгляд Моей Длины.

– Понимаешь, Олег, нам надо…

– Что вам надо?

Олег, как всегда, когда волновался, снял очки и начал протирать стекла носовым платком.

– Потом скажу, – стараясь не встречаться взглядом с Олегом, пролепетала Таня.

– Как знаешь, – с деланым равнодушием произнес тот.

– А действительно, Машка, куда вы намылились? – тем временем пытался узнать у Моей Длины правду Пашков.

– Затухни, ребенок. И веди себя смирно, – отрезала Школьникова.

– Но я хочу быть в курсе дела, – робко сказал Пашков.

– Тебе уже было, кажется, сказано: у женщин свои секреты, – не сдавалась Школьникова.

Лицо у Пашкова горестно вытянулось, однако настаивать дальше он не решился. Их отношения с Моей Длиной и без того были очень зыбкими. До недавних времен для Школьниковой существовал лишь один мужчина на свете – Андрей Станиславович. Лишь грядущая его свадьба с математичкой Светланой несколько охладила пыл Моей Длины. Тогда-то она наконец и снизошла до влюбленного Лешки, заметив словно бы вскользь по этому поводу Кате и Тане, что «ребенок вроде бы становится вполне ничего». Несколько позже Моя Длина добавила к этой сентенции: «Андрюша, конечно, по-прежнему остается моим идеалом. Но мечты мечтами, а надо и о себе подумать».

Вот так и получилось, что Лешкины шансы резко повысились, однако не до такой степени, чтобы он отважился вступать в споры с Моей Длиной. А потому, напустив на себя равнодушие, Лешка сказал Олегу:

– Ладно, пускай идут, куда им там надо. А мы поднимаемся.

– Уверен, они идут, куда не надо, – проворчал Темыч.

Но девочки, к счастью, его слов уже не слышали. Они покидали двор.

– Как пить дать, во что-нибудь вляпались, – всегда предполагал худшее Темыч.

– Вечно ты нагнетаешь, – хлопнул его по плечу беззаботный Женька.

– Это, по крайней мере, лучше, чем потом рвать на себе волосы от отчаяния, – философски изрек Тема.

– Да не бери ты в голову! – ничуть не смутило поведение девочек Женьку. – Пошли лучше к Олегу. Он бутербродики сейчас сбацает.

– Тебе бы только пожрать, – с осуждением произнес Темыч.

– Естественно! – энергично кивнул головою вечно голодный Женька. – У меня с самой большой перемены во рту маковой росинки не было. Пошли скорее, Олег, к тебе! Чего зря стоять!

Однако Олег в квартиру не торопился. Таня еще никогда так себя не вела.

– Какие-то они сегодня странные, – задумчиво поглядел он вслед удаляющимся девочкам.

– Чует мое сердце, не к добру это, – вновь завел свое Темыч. – И во всем виновата Моя Длина. Вернее, Твоя Длина, – сердито уставился он на ни в чем не повинного Лешку Пашкова.

– Ты, Темыч, так Машку не называй, – мигом завелся тот.

– А ты мне не указывай, – отвечал Тема. – Как хочу, так и называю.

– При мне не советую, – угрожающе произнес Пашков.

– Прекратите! – вмешался Олег.

– А он пускай Машку не оскорбляет, – сказал Лешка.

– Следи за ней лучше, – с назидательным видом посоветовал Темыч. – А то и сам будешь плакать, и мы вместе с тобой.

– Кстати, – вдруг принял решение Олег, – проследить нам за ними и впрямь не мешает.

И он первым двинулся к калитке.

– Самое разумное решение в данной ситуации, – поддержал его Темыч.

Лешка тоже считал, что последить стоит. А вот Женька был в корне не согласен с таким поворотом событий.

– Куда? – поспешая за друзьями, восклицал он. – У вас что, совсем крыша поехала? Следить за девчонками? Делать вам больше нечего. Ну куда они могут пойти? Небось, в магазин какой-нибудь потащились на осеннюю распродажу. Тряпки за полцены покупать! А мы, как последние идиоты, будем следить за ними?

Остальные не отвечали. Стараясь не попадаться девочкам на глаза, они на почтительном расстоянии следовали за ними. Таня, Катя и Моя Длина прошли вниз по Портняжному переулку и свернули в проходной двор.

– На Садовую-Спасскую идут, – тут же шепотом произнес Пашков.

– Значит, в магазин «Маска», – продолжал убеждать друзей Женька. – Там продается клубная одежда. Поворачиваем обратно.

Однако ребята продолжали слежку.

– Ну вы совсем, – покрутил пальцем у виска Женька.

– Ничего не совсем, – мрачно откликнулся Темыч. – Надо выяснить, почему они от нас все скрыли.

Олег и Лешка молча кивнули. На сей раз они были согласны с Темычем. Женька исторг тихий вздох и подчинился обстоятельствам.

Девочки, миновав длинный двор, обошли с тыла Дом военной книги и выбрались на Садовую-Спасскую.

– Теперь осторожно, – обернулся к друзьям Олег. – Тут они могут запросто нас засечь.

Ребята, пропустив вперед себя еще нескольких прохожих, продолжали слежку. Довольно скоро им сделалось ясно, что шествием руководит Моя Длина. Бурно жестикулируя, она что-то объясняла подругам.

– Вот от нее-то все неприятности, – снова не удержался Темыч.

– Заткнись, – шикнул на него Лешка.

Девочки пересекли по подземному переходу Садовое кольцо, ребята не отставали.

– К «Красным Воротам» идут, – уверенней прежнего проговорил Женька. – Ну, точно в «Маску».

– А может, в аптеку Машкиной матери, – с придыханием произнес Пашков, которому казалось возвышенным и романтичным все, что связано с семьей Школьниковых.

– Про аптеку они нам бы сказали, – возразил Олег.

– Вовсе не обязательно, – покачал головой Темыч. – Вдруг у них там какая-нибудь тайная встреча?

– На фига им назначать тайную встречу в аптеке Машкиной матери? – пожал плечами Женька.

– Ты просто не знаешь, – откликнулся Темыч.

Сам он за время общения с Катей постиг в полной мере природу женского коварства. И ему тут же вспомнился случай, когда она назначила в булочной на Большой Спасской свидание одному красавцу одиннадцатикласснику. Едва подумав об этом, Темыч с такой скоростью устремился за девочками, что ребята лишь каким-то чудом себя не обнаружили.