- -
- 100%
- +
…шесть генераторов системы уничтожены на месте, один доставлен на базу2.
…в одном из помещений обнаружен пустой саркофаг, взятые из него образцы биоматериалов переданы в лабораторию3.
Старший инспектор
группы расследования Кормушкин В.
– Свободен? – длинноволосый мужчина в темных очках склонился к водителю.
– Куда? – отреагировал тот живо. Возможный клиент назвал адрес. Таксист удовлетворенно кивнул. Окинул мужчину взглядом, вещей у того не было, и он кивнул еще раз, указывая на переднее сидение, открыл дверцу.
Машина плавно вырулила на магистраль и устремилась на окраину города.
– Ты оказался прав, – проговорил, не поворачивая головы, пассажир. – Во всем прав! – тут он немного лукавил.
Удивление лишь слегка проявилось на лице бывшего следователя, он искоса посмотрел на пассажира:
– Неплохо, совсем неплохо! – одобрил он маскарад Виктора. У того похвала вызвала раздражение.
– Чего неплохо! – он снял очки, сердито посмотрел на таксиста. – Я же говорю, что ты, к сожалению, оказался прав! Прав на мою беду!
– Я и говорю, что замаскировался ты неплохо! – улыбнулся водитель, но быстро согнал улыбку. – Не я создал тебе проблемы, Виктор! Не я! А ты сам! – резко затормозил. – Но ты нашел меня не для того, что бы показать умение накладывать грим, носить парики и контактные линзы?
Виктор помолчал, успокаиваясь, потом кивнул головой:
– Не для этого, верно, – он колебался, боялся ошибиться в очередной раз. – Ты все еще в душе следователь, я не ошибаюсь?
Таксист помрачнел, бросил проницательный взгляд на пассажира, после некоторого раздумья проговорил медленно:
– Ты хоть понимаешь, во что хочешь меня втянуть?
– Конечно, понимаю! Ты же мне очень убедительно все разъяснил! – мгновенно отреагировал Виктор. – Если бы не ты, возможно, меня уже не было в живых!
– Вот, соображаешь ведь, а предлагаешь! – упрекнул таксист, но упрекнул как-то вяло. Бросил взгляд в зеркало и прибавил скорость, словно надеялся убежать от проблем.
– Останови у универмага, – проговорил Виктор упавшим голосом. Впрочем, радужных иллюзий, идя на встречу, он не питал. Понятно, что дело опасное и может кончиться плохо, а следователь не производил впечатления недалекого человека, но все же, в глубине души Виктор рассчитывал на его помощь.
– Меня зовут Юрием, как тебя, я знаю. Что за помощь ты хотел получить от меня? – проговорил таксист проезжая мимо здания универмага. – Связи в полиции, так и в некоторых специфических кругах у меня все еще есть.
Лицо Виктора, несмотря на грим посветлело:
– Мне нужно найти надежное сыскное агентство. Такое, где не задают лишних вопросов и работают очень профессионально. Задание будет, как ты понимаешь, достаточно сложным и не безопасным. Я не хочу никого подставлять, но если кто возьмется, то уж потом без претензий ко мне!
Глаза Юрия засветились интересом:
– Значит, решил действовать? – Виктор неопределенно хмыкнул, и таксист продолжил после некоторого раздумья: – Есть такое агентство. Записывай! – он продиктовал номер телефона и фамилию. – На меня не ссылайся, да и сам будь осторожен. Лучше все держи в памяти, меньше вероятности подвести людей. Все может быть. Что еще?
– Нужны документы. Настоящие. На другую фамилию, естественно.
Юрий кивнул, протянул с некоторым сомнением:
– Настоящие! Это очень дорого. Очень!
– Не забывай, я работал за границей, а там платят…
– Завтра я скажу к кому обратиться, – пожал плечами Юрий.
Виктор отрицательно помотал головой, протянул конверт:
– Меня дней десять не будет в городе. Здесь аванс и фотографии. Нужны два паспорта, гражданский и заграничный, а так же водительские права.
Юрий одной рукой достал содержимое конверта, зашелестел купюрами, пересчитал, улыбнулся:
– Начинаешь неплохо, Виктор! – сунул деньги и фото в конверт, бросил в бардачок. – Думаю, сумею тебе помочь и в этом. Но если хочешь, что бы посредников было как можно меньше, то…
– Юрий, – понял Виктор, – с величиной оплаты проблем не будет! Не сомневайся! Мне нужны настоящие документы! Сам же знаешь мое положение!
– Хорошо! Через десять дней я жду тебя…
– Вот, возьми, – Виктор положил на панель мобильный телефон. – Это тебе. На него тебе буду звонить только я, – он замялся, сунул руку в карман, положил на колени Юрия пятьсот долларов. – Это аванс за хлопоты и плата за проезд. Ни каких возражений не принимаю!
– А их и не будет, – проговорил невозмутимо Юрий. – Ты не представляешь, как мне хочется докопаться до истины в этом деле! У меня с самого начала была своя версия, но ее так энергично отвергли, что я понял, – это исходит не от моего начальства, от кого-то свыше и не из нашего ведомства. Я доказывал, а меня грубо, видимо очень досадил, отстранили от дела, а потом и вовсе выгнали! После этого я понял, что был прав, и испугался! Меня могли взять в очень серьезный оборот, вплоть до… Но пока живу… Так что я вольно или невольно несу опасность окружающим меня людям, и твои предосторожности одобряю. Будь у меня средства, я не потерял бы столько времени! – в его голосе звучала и досада, и скрытое удовлетворение одновременно, и Юрий понял, что бывший следователь ничего не забыл и не простил, и готов помогать ему. Вот только бы понять до каких пределов?
Виктор облокотился на каменное ограждение набережной. Мелкая волна монотонно билась о гранитные берега. Предупредив гудком о своем появлении из-за поворота реки, скрытого высоким берегом, показался теплоход. Виктор незаметно осмотрелся, вокруг некого не было. Он достал сотовый телефон, набрал номер, трубку подняли сразу же.
– Агентство «Шарапов»! Слушаю вас! – произнес приятный женский голос.
– Мне необходимо переговорить с господином Луневым, – он сделал паузу. – Если его нет, то я перезвоню позже, желательно, что бы мне назначили время…
– Соединяю, – без лишних вопросов ответил оператор, и это обнадеживало.
Трубка не успела пропеть и половину такта какой-то мелодии, как ее оборвал бодрый мужской голос:
– Лунев слушает вас!
– Господин Лунев, я хотел бы предложить вам работу…
Через час директор сыскного агентства «Шарапов» получил от своего сотрудника небольшой пакет, который тот достал из ячейки камеры хранения речного вокзала. В пакете лежал сотовый телефон, пять тысяч долларов, отпечатанный на принтере лист с текстом задания и краткая инструкция по механизму передачи полученных агентством материалов заказчику…
Еще через полчаса озадаченный директор вызвал на совещание самых доверенных своих людей.
Спустя еще час директору позвонили из лаборатории, сообщили, что пригодных для идентификации отпечатков пальцев на переданных предметах найти не удалось…
Виктор сошел с набитого дачниками автобуса, с трудом вытянув большой рюкзак и связку удилищ. Кроме него больше никто не вылез из переполненного салона. Сел на траву, остывая на легком ветерке. На землю упали легкие сумерки кончающегося дня. До цели было примерно километров двадцать по прямой, и как до нее добраться он еще не знал. Расспрашивать соседей по автобусу не хотел, опасаясь привлечь не нужное внимание. Оставалось искать путь самому. Он достал карту и компас. У него был и навигатор, но решил пока действовать старыми проверенными методами. Карта была современной, и еще там, в городе, Виктор просидел не менее часа, прежде чем сумел вычислить местоположение точки, указанной на старой немецкой карте и перенести на новый лист. Теперь оставалось найти это место, и выяснить, что же скрывается за этой точкой. Часы показывали семь часов вечера. Надо было спешить, чтобы уйти подальше от жилья и найти не приметное место для ночлега.
Место для ночевки он присмотрел спустя два часа, решив обустроить стоянку до наступления ночи. Разложил палатку и закрепил шпильками низ, работая, Виктор постоянно чувствовал спиной чей-то взгляд. Наблюдение за собой он ощутил, (именно ощутил, а не заметил), сразу же, как только углубился в лес, сойдя с автобуса. Кого-то заинтересовал одинокий рыбак, хотя в нем не было ничего необычного. В это время года, в этом месте, (Виктор, прежде чем отправиться в поход навел справки и приготовил соответствующее легенде снаряжение), рыбак не был фигурой привлекающей внимание. И все же кого-то он заинтересовал.
В чащобе, куда он забрался, сумерки сгустились особенно быстро. Виктор забросил в палатку рюкзак, включил транзистор, и одним резким движением закрыл молнию снаружи. Сам же бесшумно отполз в сторону, в заранее присмотренное место под низкорослой елочкой, с лапником до земли. Расстелил прихваченный спальный мешок и лег на него. Неслышно вытащил из ножен охотничий нож. Пистолет тоже был под рукой, но взвести его он не догадался, и теперь не хотел нарушать тишину клацаньем затвора.
Ждать пришлось недолго, он не ошибся в своих ощущениях, – его вели. Причем охотников было двое. Виктор видел, как они возникли с двух сторон и бесшумно крались к палатке. В руках у обоих были тяжелые палки. Согласованными движениями сорвали с колышков растяжки и синхронно ударили по упавшей палатке. Один по одному краю, а второй по другому, там, где был выход. Били изо всей силы. Спящему в палатке человеку, будь он там, они не оставляли ни малейшего шанса. Били насмерть. Нанеся удары, достали сигареты и закурили. Курили не торопясь, без волнения. По всему было видно, что к такому занятию им не привыкать.
Виктор решил то же не спешить, ему было важно узнать, кто же его настиг. Пока ситуация была под его контролем, только вот пистолет он не пристрелял.
Один из бандитов докурил и бросил окурок в кусты, наклонился к упавшей палатке, в руке блеснул нож.
– Не порть вещь, видишь новая! – приказал второй, не трогаясь с места.
Первый убрал нож, Виктор услышал звук раскрываемой молнии, и решил, что пришло время действовать. Он бесшумно возник из темноты за спиной второго бандита и ударил рукоятью пистолета по голове, ударил в полную силу, не заботясь о последствиях. Тут же нанес удар ногой по ребрам наполовину влезшего в палатку разбойника. Быстро передернул затвор пистолета, но оба лежали неподвижно.
– Выползай! – тихим голосом приказал Виктор, тому, что был в палатке, но человек не двигался. – Хватит притворяться! Вылезай, или буду стрелять! – повторил он.
Глухо постанывая, тот выполз из палатки. Попытался подняться.
– Лежать! Ноги развести, руки на голову! – приказал зловещим голосом Виктор, лихорадочно размышляя, что делать дальше. Его вывела из себя та жестокость, то хладнокровие, с которым эти двое обошлись бы с ним, не прими он мер предосторожности. Пока он их переиграл, но их двое, а он не мог рисковать. В нем еще кипела ярость, и Виктор нанес ногой удар по лежащему бандиту. Тот глухо вскрикнул и замолк. Виктор, не спуская с противников глаз, срезал с палатки растяжку и связал бандиту руки. Что-что, а вязать узлы он умел. Подошел к первому, которого ударил рукояткой пистолета, тот не шевелился. Виктор проверил пульс и не нащупал биение сердца. На секунду пришел в ужас, но злость на бандитов, заставивших его совершить преступление, отогнала и ужас содеянного и жалость. Он защищался. От них пощады ждать не стоило. Он быстро, но тщательно обыскал убитого. Кроме ножа и фонаря ничего не нашел, вероятно, выходя на ночную работу, они не брали с собой ничего лишнего. Подошел к первому:
– Кто вы? Отвечать быстро! – приказал он, обыскав его с тем же результатом. – Быстро это значит быстро! И не врать! – Виктор легонько ударил бандита по ребрам. В ответ раздалась ругань. – Спрашиваю последний раз! – проговорил Виктор равнодушным голосом, он и впрямь потерял всякий интерес к бандиту. Его тяготила эта ситуация в которую он оказался втянутым волею случая, да и не только в эту. Он уже понял, с кем встретился и вряд ли допрос что-либо добавит нового. Эта встреча была случайной и не имела никакого отношения к его основному противнику.
– Беглые мы! – прохрипел с трудом бандит. – Ну, я тебя, падла! – Виктор не дал ему договорить, сильно пнув ногой. Отошел. Надо как-то выходить из этой ситуации. Как-то надо. Как, он уже представлял, но все же, пытался придумать, что-то другое. Хотя и понимал, что ничего другого в его положении быть не может.
Виктор сел на теплую землю и задумался. Он очень устал. Нет, не сейчас, а вообще за эти полгода, когда не было ни минуты спокойствия. Не было и не скоро будет, если вообще наступит…
Незаметно наступило утро. Стало прохладно. Несколько раз бандит пытался подняться, что Виктор тут же пресекал, не слушая никаких угроз. Бандит, растеряно смотрел на неподвижно лежащего подельника. Наконец все понял, и от угроз перешел к уговорам, но Виктор молчал. Он знал, что будет делать.
Утреннее небо было чистым, безоблачным. «То, что не нужно», – отрешенно подумал Виктор, и заставил себя подняться. Он понимал, что отошел от дороги не далеко, и случайная встреча не исключалась.
Быстро собрал палатку и рюкзак. Тщательно обошел место ночевки, уничтожая следы своего пребывания. Набрал сушняка, развел небольшой костер, следя за тем, чтобы он не дымил и быстро прогорел. Подтащил убитого бандита к стволу ближайшей к костру сосны, привалил, чтобы создалось впечатление, что человек отдыхает. Помог притащиться второму, посадил его напротив подельника. Теперь между ними было пламя костра. Вложил в руку убитого тщательно протертый пистолет и, направив на первого бандита, дважды выстрелил. Он проделал все настолько быстро и спокойно, что тот ничего не успел понять. Молча завалился на бок, дернулся и затих.
Некоторое время Виктор прислушивался к утренней тишине, но ничего подозрительного не услышал. Далее он действовал точно автомат: размеренно и четко, без эмоций и переживаний. Подошел к только что застреленному человеку и развязал руки. Тщательно протер ручку ножа и сунул в руку бандита. Вернулся ко второму, левой рукой сымитировал взвод пистолета в боевое положение. Потом подумал, и проделал то же с обоймой что бы, и там остались его отпечатки. Еще раз осмотрел место трагедии. Из приготовленной емкости с бензином для примуса побрызгал рядом с трупами. Потоптался и сам на бензиновом пятне. Поднял рюкзак, и, заметая лапником следы, пошел в чащу леса, стараясь не ломать сучья и не мять траву.
Виктор шел весь день, но, ни усталость, ни время не ослабили потрясения от ночного происшествия. Умом он понимал, что у него не оставалось иного выбора, и еще он надеялся, что если найдут этих бандитов и пистолет, то, возможно, посчитают, что именно они причастны к гибели вертолета. Пусть и ненадолго, но удастся запутать следы. От пистолета все равно пришлось бы избавляться. Он для этого и взял его с собой, и еще на всякий случай. И такой случай представился…
Наступил ранний вечер, по расчетам, он уже должен достигнуть места, отмеченного на карте, и навигатор однозначно указывал на это.
Скальная гряда возникла неожиданно. До этого она скрывалась за густым высоким ельником. Где-то здесь, чуть правее должны быть следы взлетной полосы, хотя прошло много времени с тех пор. Все могло зарасти новым лесом, но ничего другого не оставалось, и Виктор стал искать.
Однако долго искать не пришлось. Он вышел из ельника и сразу же увидел что-то похожее на бывшую взлетную полосу. Его опасения не оправдались. Полоса имела естественное происхождение. Виктор подумал, что без людей, хорошо знающих местность, вряд ли немцы узнали бы об этой ровной каменистой площадке способной принимать самолеты в глубине России. Вероятно, наводку дал агент из местных жителей. Площадка тянулась вдоль скальной гряды метров на восемьсот, и в ширину была примерно метров шестьдесят. Взлетная полоса и сейчас оказалась практически свободной от деревьев, и, судя по чахлой, низкорослой растительности на этом месте она просто не могла расти. Он положил карту на сброшенный рюкзак и принялся анализировать. Точку поставили не просто в районе полосы, а именно среди скал, значить, и там что-то должно быть. Его поиски и размышления прекратила наступающая ночь. Ночевать он решил в скалах, посчитал, что так безопасней. Поднялся на несколько десятков метров по пологой осыпи и, найдя небольшую площадку среди крупных валунов, поставил палатку, только вместо колышков использовал небольшие камни. Разжег примус «шмель» и приготовил чай. Открыл банку тушенки, наскоро поел, выпил густой душистый чай.
Серп луны сиял на темном небе, тускло поблескивали звезды. «Да, – подумал Виктор, – это не то небо, что на Памире или даже на Кавказе, или, что было там…».
Усталость и нервное напряжение давали о себе знать, очень хотело спать, но чувство осторожности взяло верх, и он, забрав из палатки спальник, стараясь не греметь камнями, ушел немного выше. Лег в щели между еще теплых валунов и уснул.
Место для сна, как оказалось, он выбрал не удачное. Ранние лучи солнца били прямо в глаза, и как он не ворочался, надолго скрыться от шаловливых зайчиков не удавалось. Виктор, ворча неизвестно на кого, поднялся, прислушался к звукам раннего утра, но ничего настораживающего не отметил. Спустился к палатке, но и там все было в полном порядке. Взял котелок и стал спускаться вниз, к ручью. Оглядывая окрестности, увидел то, чего вчера в наступающих сумерках не заметил: давние следы деятельности человека. Отсюда, с пятнадцатиметровой высоты полоса отлично проглядывалась, и он сразу обратил внимание на невысокие пирамидки сложенные из камней и размещенные по периметру взлетной полосы с определенным интервалом. Он поднес бинокль к глазам и различил на вершинах куч остатки металлических емкостей, сделанных то ли из ведер, то ли из каких-то больших банок. Перед тем, как отправиться в эту экспедицию он купил несколько книг по авиации вермахта и познакомился с историей ее применения во время войны с СССР. Теперь не было сомнения, что он нашел тайный аэродром немцев. Но оставалась еще точка на карте и несколько чисел около нее. Одна группа цифр была ясна, – это азимут. Оставалось найти точку, от которой его брать. Остальные две пока молчали, хотя догадки у него были.
С востока поднявшийся ветер гнал темные тучи, грозящие пролиться дождем. Виктор облегченно вздохнул, хоть и с опозданием природа пришла ему на помощь, если трупы бандитов не нашли, то ливень уничтожит все его следы.
Он оперся на замшелый камень. Стал рассматривать взлетную полосу, надеясь найти указующий знак, который помог бы найти нужную точку. Если от точки указанной на карте провести перпендикуляр к линии образованной цепочкой пирамид, то пересечение приходится примерно на середину линии. Возможно, нужный знак расположен где-то здесь. Но что это может быть? Он поднес бинокль к глазам, методично прошелся по полосе и прилегающей местности. И тут бросилось в глаза, еще одна особенность, – середина полосы была отмечена группой из двух пирамид! Одна пирамида была сооружена всего в нескольких метрах от другой. Вероятно, летчику надо было знать, какой запас пробега у него оставался, для чего и поставили такой ориентир. Мысленно он соединил линией эти парные пирамиды по обе стороны полосы и прошелся взглядом по этой линии, но ничего не заметил. Либо время уничтожило этот знак, либо его просто никогда не было, и все же Виктор ухватился за это предположение. Он взял компас, рулетку и спустился на полосу. С наивозможнейшей точностью нашел середину отрезка между противоположными парными пирамидами, положил компас на камень, ориентирую по сторонам света. Компас был хороший, жидкостный. Он бегал с ним не один год на соревнованиях по спортивному ориентированию, брал с собой в горы и очень ценил за надежность и точность. Поглядел на карту и отметил азимут, посмотрел через визирную рамку, – линия азимута уперлась в скальную гряду. «Есть!» – удовлетворенно подумал Виктор. Правда это мало, что значило, но, тем не менее, начало есть. Остались еще две группы цифр. Он еще раз оглядел гряду, размышлял некоторое время, не обращая внимания на начавшийся, пока еще мелкий, дождь. Первая группа цифр давала число пятнадцать, вторая сто сорок. Скорее всего, первая группа это высота, а вторая – расстояние решил Виктор. Он продолжил взглядом линию азимута, наметил ориентир на скале, смотрел некоторое время, запоминая, и полез верх.
Линия вывела его в местное понижение, туда, где стояла его палатка. Он прибросил расстояние и, стараясь не сбиться с направления, продолжил движение, отсчитывая шаги. Уперся в почти вертикальную невысокую скальную стену. Впрочем, здесь и не могло быть высоких скал, не та местность. Посмотрел по сторонам, но и справа и слева картина была одна и та же, – скальная стена. Значит, искать надо здесь. Он мысленно прикинул высоту, на которую поднялся относительно взлетной полосы, примерно получалось то, что было указано на карте.
Значит где-то рядом. Стал внимательно осматривать скалу перед собой. Основание засыпано крупными обломками, давними. Виктор протиснулся между двух обломков, впереди темнел округлый вход в пещеру. Сунулся в темноту, и ударился так, что из глаз посыпались искры. Его обманула игра света и тени. Предполагаемый вход в пещеру оказался всего лишь глубокой нишей. Виктор ощупал голову, крови нет, только шишка. Пройдет. Он влез в нишу, ощупал рукой края, но ничего не нашел. Щелкнул зажигалкой, в свете колеблющегося пламени осмотрел еще раз, но видно было плохо и пришлось вернуться за фонариком к палатке. Дождь перешел в ливень, и грозил пройтись градом. Промокший Виктор влез в нишу и включил фонарь. Стал тщательно просматривать каждый сантиметр стен ниши. В электрическом свете камень вспыхивал блестками, играл радужным цветом. Осветил свод, и луч куда-то провалился. Виктор протянул туда руку, и она попала в щель, уходящую в сторону. Пальцы нащупали металлический стержень. Есть! Виктор обхватил его кистью и потянул вниз, что-то заскрежетало. Ему показалось, что стена перед ним дрогнула. Он надавил на каменную поверхность, и она со скрипом повернулась, образовав небольшую щель, приглашая в темноту. Виктор перевел луч фонарика в глубину темноты, – перед ним была небольшая пещера. Он пролез через узкий проход внутрь, осветил пространство фонарем, уточняя размеры. Пещера была длиной метров шесть, шириной около трех и в среднем метра три в высоту. В дальнем конце пещеры лежала груда металлических ящиков, справа – небольшой почерневший от времени стол, на котором стояла упакованная радиостанция. Громоздкая, радиостанция на лампах. Под столом канистра литров на сорок, как потом оказалось с бензином. Слева что-то похожее на печь, сделанную из металлической бочки из-под горючего, с коленом газохода уходящего куда-то вверх. Еще ближе к выходу нары в два этажа, рассчитанные на восемь мест. Три табурета местного изготовления. На крюках, вбитых в стены четыре бензиновых фонаря, в проходе между нарами длинный стол, за которым можно расположиться сидя на нарах. Воздух чистый, сухой, без привкуса гнили. Виктор достал зажигалку и поднес к фитилю фонаря, покрутил ручку, фитиль нехотя закоптил, задергался разрозненными язычками пламени и погас. Ни один из фонарей зажечь не удалось, вероятно, бензин за эти года испарился. Делать нечего, придется возвращаться за рюкзаком. Виктор открыл импровизированную дверь, осторожно выглянул из своего убежища, снаружи бушевала гроза. Чертыхаясь, выбежал из пещеры и моментально промок. В два приема перенес свое снаряжение в пещеру. Осмотрел механизм запирания двери изнутри и, прикрыв ее, повернул небольшой штурвал. С противным скрежетом ригель вошел в гнездо, наступила тишина.
Заправил бензином из своего примуса один из фонарей и тот без проблем засветил желтым пламенем. Некоторое время следил за колеблющимися языками, что бы определить, есть ли в этой пещере вентиляция. Через час, пока отдыхал сидя на нарах, убедился, что вентиляция есть и работает отлично, и опасности задохнуться нет. Заправил еще один фонарь и приступил к более тщательному исследованию укрытия.
В верхнем ящике из оцинкованного железа обнаружил десять тщательно смазанных советских пистолетов ТТ. Виктор вытер смазку, примерил в руке, остался доволен, только вот обойма была пуста. Поставил ящик на стол и вскрыл второй, больших размеров и обнаружил два пистолета-пулемета ППШ, снаряженных рожковыми магазинами. В следующем был пулемет ДП. В ящиках нижнего ряда оказались патроны для всего этого арсенала, а в последних двух ящиках он нашел десять гранат Ф-1, тридцать толовых шашек, взрыватели, катушку телефонного провода и несколько метров бикфордова шнура. Передвигая ящики, заметил под нарами какие-то предметы. Наклонился и вытащил два альпинистских примуса австрийского производства, небольшой ящик, заполненный банками консервов нескольких видов и пачками галет. Оглядел еще раз пещеру и только сейчас заметил висящий на крюке, вбитым в каменную стенку рядом с входом, изгрызенный мышами рюкзак, в котором, среди трухи из остатков бинтов и ваты, лежало две фляжки с каким-то напитком, четыре ножа в чехлах и два бинокля. Футляры биноклей сильно пострадали, но сами приборы оказались целыми. На верхнем ярусе нар обнаружил остатки нескольких спальных мешков, банку ружейного масла и длинный тяжелый металлический пенал с ручкой. Виктор очень осторожно спустил находку вниз, положил на стол. С трудом отжал проржавевшие зажимы и осторожно, вспомнив о гранате в контейнере с самолета, откинул крышу. В пенале находилась винтовка. Виктор, испачкав руки в загустевшей смазке, вытащил оружие. Это оказалась снайперская винтовка СВТ-40, с двумя снаряженными магазинами. В гнезде пенала, в кожаном чехле лежал прицел, правда, немецкий. Что ж, арсенал неплохой.