- -
- 100%
- +
— Сегодня будет первое занятие по теннису у младшей группы.
— Хотим!
— Запишите нас, и нужна какая-нибудь форма, а ещё помощь их переодеть.
Девушка активно кивает, звонит кому-то с просьбой подойти на ресепшен, и через две минуты появляется ещё одна девушка в форме спортклуба. Она присаживается на корточки перед девочками и начинает сюсюкаться:
— Привет, вы такие милашечки! Как вас зовут? Ой, а что это у тебя?
Тянет руку к Мире, но та отшатывается, заходит за мою спину.
— Нормальные сотрудницы у вас есть?
— Жасмин — наш лучший специалист по работе с детьми.
— Кара! — бандитки отрываются от меня и бросаются куда-то в сторону.
Из-за угла показывается Сашка, а рядом с ним…
Шикарная блондинка в узких джинсах, что плотно облегают стройные длинные ножки и упругую попу, простая белая футболка, а сверху спортивный тёмно-зеленый бомбер. Именно к ней Мира и Яра бросились, повисли на её шее, потому что блондинка успела присесть и раскрыть руки для объятий, куда малышки влетели на полной скорости. Эта самая Кара по очереди целует девочек в щёки, поправляет Яре криво завязанный хвостик и с мягкой улыбкой что-то спрашивает. А девчонки отвечают, активно махая руками.
И я никогда не видел этих бандиток такими милыми, а не колючками, как с остальными.
Мне срочно нужна эта Кара!
Подхожу к ним, пожимаю Баранову руку. Взглядом показываю на блондинку, надеясь, что он нас представит. Но друг не то что не собирается этого делать, он еле сдерживается, чтоб не заржать в голосину.
Блондиночка поднимает на меня взгляд, а там неприкрытое пламя ненависти полыхает.
— Здравствуй, Константин.
Воспоминания кувалдой по темечку бьют.
Знойная красотка на роликах, которая куда-то спешит, и я нагло её ловлю. Действовал по отработанной схеме: комплимент, приглашение на ужин, но вместо согласия получил по морде.
Дальше мне повезло встретить красотку в спортцентре друга, она вела групповые занятия по аэробике, а я, как долбанный извращенец, стоял на входе в зал и пускал слюни на её задницу в тугих лосинах.
Три месяца я таскался за ней верным псом. Цветы, конфеты, ювелирка, плюшевые медведи и непонятные звери шли вход в попытке выбить одно-единственное “да” на совместный ужин. И ни-че-го!
Все мои комплименты она встречала с усталой улыбкой, будто я навязываюсь! Подарки отправлялись без сожаления в мусорку. Только чем больше красотка сопротивлялась, тем сильнее во мне просыпался азарт! Это как покорить новую вершину. Взойти на Эверест!
Карина.
Сладкая девочка Карина.
Сколько мы потом провстречались после того, как её крепость пала? Недели две? Или даже три. Не помню.
Но наше расставание было неизбежным, ведь я видел, как меняется её взгляд. Карина начала в меня влюбляться, а мне это было совершенно не нужно.
Вот так сюрприз.
То есть эта сладкая Кариночка знает бандиток? И самое главное — у неё получается с ними ладить!
Вот это мне подфартило!
Ну а то, что она злится, — поправимо. Уверен, скоро её сердечко снова дрогнет, а в глазах появится былое обожание.
Расплываюсь в своей фирменной улыбочке.
— Кариночка! Как я рад тебя видеть!
— Жаль, я не могу сказать того же, — театрально задумывается, постукивает указательным пальцем по нижней губе и расплывается в ядовитой улыбке, — или не жаль.
— Кара, а мы с дядей Костей живём.
— Сочувствую, мои конфетки.
— Мы на теннис пойдём.
— Пошли с нами.
Вижу, как Карина сомневается, поэтому решаю докинуть аргументов на сторону за.
— Я заплачу.
И тут же понимаю, какую оплошность совершил.
— Константин, вам подсказать, куда вы можете эти деньги засунуть, а потом кредиткой провести для закрепления эффекта, или догадаетесь?
Ауч.
Я и забыл, какой эта милашка бывает острой на язык.
— Не стоит, но всё же, может, по старой дружбе поможешь мне с девочками? Нужно, чтобы кто-то с ними в раздевалку сходил.
Карина сомневается, между бровями появляется глубокая морщинка.
— Как они вообще у тебя оказались?
— Их мать подкинула мне. Они сёстры Давида, — показываю на сына, что всё это время удобно сидит на сгибе моего локтя и вертит головой по стороной. — А он мой сын.
Глаза Кары широко распахиваются, рот то открывается, то закрывается в немом шоке, но ни одно слово так и не срывается с её языка. Она только и может, что переводить взгляд с меня на девочек, прижимать тех ещё сильнее к себе и снова глядеть на меня.
Зато Баранов находит повод для веселья:
— То есть ты один сидишь с тремя детьми?
Киваю.
Сашка не сдерживается, ржёт в голосину, так что даже бандитки начинают улыбаться.
Друг хлопает меня по плечу.
— Чё, дружище, мартовский кот догулялся, и ему подкинули котят?
— Кто б говорил, — бурчу на друга.
— О, не-ет. Маруська со мной с рождения, и она желанный и долгожданный ребёнок, а не карма за разгульный образ жизни.
И почему эта ситуация всех так веселит?
— Ладно, пойдёмте, — Карина протягивает руки девочкам, и те с радостью хватаются за её ладошки.
Когда они скрываются за дверью, я впиваюсь в друга требовательным взглядом:
— Баранов, ты должен мне помочь уломать Карину согласиться на работу няней! Она мне нужна!
Глава 7
— Сашка, она уходит! Раз рассказывать про неё ничего не хочешь, то просто будь другом и посиди с детьми полчасика! Я с ней поговорю, уговорю согласиться мне помочь и заберу свою банду.
Баранов упирается своим рогом и не собирается уступать.
— Саш, никто не собирается Кару обижать. Просто озвучу деловое предложение. А ты мне, между прочим, должен. Кто обратился в другое рекламное агентство, а потом, когда за пару дней до открытия клуба не было готовой пиар-компании, пришёл ко мне?
Друг чертыхается, но забирает у меня Давида.
— У тебя ровно час двадцать, потом я еду в садик за Марусей.
— Договорились!
Радостный сбегаю, параллельно подмечаю, на какой машине передвигается Карина. Прыгаю в свою тачку, давлю педаль газа, будто это любимый “мустанг”, но нет… Безопасный “вольво” отказывается разгоняться. К счастью, Кара тоже не особо спешит, и я не теряю из виду.
— Малышка, только далеко не уезжай! Мы ограничены во времени.
Нет, я знаю, что Баранов не бросит моих детей, но и в случае чего ехать за ними за город, где живёт Саша, нет никакого желания.
Карина, будто услышав мою просьбу, сворачивает на парковку. Я следом. Смотрю, как она открывает дверь ключом в какое-то коммерческое помещение и скрывается внутри. Из машины не спешу выбираться, почему-то решаю подождать и вскоре радуюсь этому нелогичному решению.
Мою “вольво” закрывает патрульная машина.
Интересное кино, однако, намечается.
Подаюсь вперёд, чтобы ничего не пропустить из развивающихся событий.
А они развивались стремительно.
Следом с юзом тормозит газель с характерной синей полосой.За это время два мужика успевают отловить нескольких понятых. Двоих пенсионеров с авоськами, которым всё происходящее кажется необычным приключением, и двух дамочек-домохозяек, которые используют это как повод не возвращаться к ежедневной рутине.
И всей дружной компашкой они идут к той самой двери, за которой скрылась Карина. Любопытненько.
Баранов, конечно, обмолвился, что Карина ушла в свободное плавание и просто арендует студию, но что-то мне подсказывает: она совсем не ОМОН в ней тренирует. Значит, что-то здесь не сходится.
Мой расслабленный настрой испаряется моментально, сменяясь холодным деловым любопытством.
Выбираюсь из машины и неспешным шагом направляюсь к месту событий. Один из полицейских, что стоит на шухере, замечает меня, но, видимо, приняв за случайного прохожего, отворачивается.
Дверь в студию распахнута настежь. Я останавливаюсь в проеме, загородив спиной свет, и наблюдаю за картиной маслом. Карина стоит посреди комнаты, бледная как мел, сжимая в руках какой-то пульт от аппаратуры. Её глаза мечут молнии, но в них же я замечаю и затаённый страх. На полу раскрытые коробки, перевернутые стулья. А двое понятых с любопытством заглядывают в шкафы, будто на экскурсии в музее.
— Что здесь происходит? — мой голос режет воздух, как нож.
Карина вздрагивает и оборачивается.
Глаза округляются, но она быстро берёт себя в руки.
— Уходи, Кортнев. Тебя только для полного счастья мне не хватает.
Один из ментов, услышав мою фамилию, замирает. Изучает с любопытством.
— Ещё как моё, — я делаю шаг внутрь, и полицейский, что рылся в ящике стола, выпрямляется. — Я её адвокат.
Карина удивленно вскидывает бровь. Я и сам удивлен не меньше. Адвокат из меня, как из бандиток ангелочки — поверить можно, только если не вдаваться в подробности. Зато звучит солидно.
— Адвокат? — переспрашивает молодой лейтенант, выходя вперед. — Я только про бизнесменов Кортневых слышал.
— Однофамильцы, — пожимаю плечами.
Лейтенант понимающе кивает.
— Очень хорошо. Тогда скажите своей подзащитной, чтобы не мешала следствию. У нас есть ордер на обыск.
— На каком основании? — наседаю я, входя в роль.
— Анонимная наводка о контрабандной продукции, — лейтенант усмехается. — И, кажется, мы что-то нашли.
Он кивает на коробку, где находятся аккуратные стопки облигаций.
— Это не моё! Я эту студию арендую по часам, у меня здесь даже личных вещей нет.
— В участке разберёмся.
Слышу, как понятые начинают перешёптываться.
— И она ещё чему-то детей учит.
— Нужно всем рассказать, что она контрабандой занимается.
— А с виду приличная девушка.
— Всем тихо! — рявкаю так, что понятые не то что умолкают, а отходят на полшага назад.
Я же беру под локоть лейтенанта.
— Отойдём, — говорю ему вполголоса, но так, чтобы не оставалось сомнений: это не просьба.
Лейтенант удивлённо вскидывает бровь, но всё же делает шаг в сторону, к окну. Я краем глаза замечаю, как Карина провожает нас тревожным взглядом. Хороший знак — значит, не такая уж она железная.
— Слушаю, — лейтенант складывает руки на груди, принимая независимый вид.
— Давай без протокола, по-человечески. Что за контрабанда? Откуда информация?
— А вы, господин адвокат, задаёте странные вопросы, — усмехается он. — Сами знаете: анонимный источник. А нашли мы облигации на предъявителя. Крупная сумма. Откуда у девушки, которая арендует студию по часам, такие деньги?
— А вы проверяли, чьи это облигации? Может, их предыдущий арендатор оставил? Или вообще арендодателя.
— Проверим. В участке, — лейтенант выделяет голосом последнее слово. — Там и поговорим.
Изучаю своего собеседника. Молодой, амбициозный. Такие либо продаются дорого, либо не продаются вообще. Нужно прощупать.
— Слушай, лейтенант... — я делаю паузу, будто вспоминаю имя.
— Старший лейтенант Соколов, — поправляет он с лёгким вызовом.
— Соколов, — киваю я. — Давай так. Ты забираешь её в участок, составляешь протокол, начинаешь разбираться. И через три часа понимаешь, что облигации принадлежат какому-нибудь ООО «Ромашка», которое арендовало эту студию на прошлой неделе для корпоратива. А Карина тут вообще ни при чём. Но осадочек останется. У неё испорченные нервы и испорченная репутация. У тебя куча бумажной работы и никакого результата.
Соколов молчит, но я вижу, что он слушает внимательно.
— А есть другой вариант? — спрашивает он с иронией.
— Есть. Ты прямо сейчас звонишь своим ребятам, которые будут разбираться с этими облигациями. Они поднимают данные за последний месяц по арендаторам. Находят того самого, чьи это бумажки. А Карину отпускаешь с миром, потому что она просто свидетель, а не подозреваемая. И все при деле.
— Вы хотите, чтобы я прямо сейчас, на месте, начал расследование? — Соколов усмехается, но в глазах уже нет прежней уверенности.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.