(Не) настоящая жена миллиардера

Пролог

Радостно бросаю сумочку в коридоре и бегу к папиному кабинету. Уже готова постучать и войти, когда слышу, как папа с кем-то ругается. Замираю от любопытства. Не хочу подслушивать, но мне кажется, что я слышу своё имя. И это был не голос отца, а другой – незнакомый. С рычащими гневными нотками. Он моё имя словно выплёвывает. Раздражённо. С ненавистью.

Не понимаю, чем я могла не угодить этому мужчине, если мы незнакомы?

А в этом я не сомневаюсь, потому что раньше никогда не слышала такой глубокий, с бархатными нотами голос. Или нет?!

Догадка ошпаривает холодом.

Нет! Этого просто не может быть! Неужели в кабинете отца тот самый мужчина из ресторана?! Зачем я поддалась на уговоры подруги и пошла с ней! Он всё рассказал папе? Но как узнал, кто я?

Папа что-то отвечает спокойным голосом, жаль, мне отсюда неслышно, а подходить ближе – боюсь оказаться обнаруженной. Но любопытство берёт верх, когда снова слышу мужской голос. Не выдерживаю и делаю осторожный шаг к закрытой двери.

– Вы с отцом оба с ума сошли, если решили, что я соглашусь на это! Завещание оспорю в суде, болезнь плохо сказывалась на нём!

– Завещание было составлено задолго до болезни, – спокойно отвечает папа.

– Да как он мог в здравом уме отписать компанию какой-то девке?!

Завещание. Компания. Что происходит?! Дело явно не в произошедшем в ресторане.

– Руслан, сбавь тон. Ты говоришь о моей дочери.

– Это была ваша идея, да? Воспользовались доверием и дружбой отца и решили отжать бизнес.

До меня доносятся громкие хлопки в ладоши.

– Браво! Всех обдурили, даже я ничего не заподозрил. Доверял вам. Консультировался с вами после смерти отца, а это, оказывается, был тщательно спланированный план.

– Глупец! – не выдерживает папа.

Я слышу, как он хлопает по столу. Мне хочется ворваться в кабинет и выгнать гостя, ведь папе нельзя нервничать: больное сердце даёт о себе знать.

– Ни мне, ни Геле не нужен твой бизнес.

– Так пусть откажется.

– Нет. Я выполняю волю друга. Твоего отца.

– Я не стану плясать под вашу дудку, – со злой усмешкой произносит гость. – У меня уже есть невеста.

Слышу скрип стула, как сигнал, что пора уходить: разговор явно окончен. Успеваю сделать лишь несколько шагов от двери, когда та распахивается, и из кабинета выходит мужчина.

Я не ошиблась. Это был тот самый мужчина из ресторана. Делает несколько шагов навстречу и останавливается слишком близко, буквально нависает надо мной. Окидывает презрительным взглядом.

– Почему-то я даже не удивлён.

Оборачивается в сторону кабинета.

– И вы хотите, чтобы это недоразумение стало моей женой?

Жена?! О чём он говорит? Перевожу взгляд на папу, но тот не смотрит на меня.

– Руслан!

– Ей хотя бы восемнадцать есть? Или ещё ждать придётся, пока подрастёт?

– Она совершеннолетняя, не переживай. Мы с тобой всё обсудили. Твоё право – принимать условия или нет.

Мужчина ничего не говорит в ответ. Резко разворачивается и уходит из квартиры, не забывая хлопнуть входной дверью. Морщусь от громкого звука, а потом смотрю на папу.

– Ангелина, зайди. Нужно поговорить.

Он кивком указывает на кабинет и первым уходит. Я ещё какое-то время стою, гляжу на пустой коридор и вход в кабинет.

Интуиция кричит, что ничем хорошим разговор не закончится, после моя жизнь больше никогда не будет прежней. Жмурюсь. Молюсь про себя, чтобы всё обошлось, и только после этого делаю неуверенные шаги в сторону кабинета.

– Присаживайся.

Папа кивает на кресло напротив рабочего стола. Сам подходит к бару, который скрывается среди книжных шкафов. Достаёт хрустальный графин с янтарной жидкостью, наливает в пузатый бокал немного, отставляет в сторону. Позже берёт ещё один – чистый, который наполняет водой без газа. И протягивает мне.

– Возьми.

Послушно принимаю напиток, но не спешу делать глоток. Так и держу круглый бокал в руке. Смотрю, как папа забирает свой стакан, обходит стол и удобно устраивается в рабочем кресле.

– Что-то случилось? – с дрожью в голосе спрашиваю я.

В голове до сих пор вертятся слова того незнакомца про завещание и брак, а ещё взгляд тёмных глаз, полный ненависти.

– Геля, ты для меня давно стала родной дочерью, и я тебя люблю.

Глотаю горький ком в горле, потому что боюсь представить, как сложилась моя жизнь, если бы Пётр Васильевич меня однажды не забрал из детского дома. Он стал лучше и ближе, чем были мои родные родители. И именно его я называю папой.

– И никогда тебя ни о чём не просил. До этого дня.

– Папа…

– Сейчас обстоятельства сложились иначе. Ангелин, я бы хотел, чтобы ты вышла замуж за Руслана.

В горле моментально пересыхает. Дрожащей рукой подношу бокал к губам и делаю два небольших глотка.

– А если я откажусь? – выдыхаю я вопрос.

Папа не спешит отвечать. Смотрит пристально на меня из-под очков и только затем выносит вердикт:

– Всё же я рассчитываю услышать другой ответ, Ангелина.

Глава 1

Захожу в комнату, которую снимаю, и первым делом проверяю, все ли вещи на месте. У меня нет ничего ценного в общем понимании, но, сбегая из дома, я прихватила фотоальбом и редкие учебники.

Учёбу пришлось оставить, но я надеюсь к ней вернуться, когда всё наладится. Когда придумаю, как избежать навязанного брака.

После того разговора с папой я была разбита. Уничтожена. Никогда не думала, что папа пойдёт на такое. Вынудит выходить замуж за незнакомца. Мужчину, наводящего на меня страх одним своим видом.

– Я не хочу замуж за этого человека, пап, – тихо говорю я и ещё тише добавляю: – Есть парень, который мне нравится. И даже больше.

Смущённо отвожу взгляд в сторону. Я хотела чуть позже познакомить Пашу с папой. Надеялась, что отец одобрит мой выбор. Сейчас эта надежда испаряется, оставляя после себялишь горький привкус.

Папа мрачнеет. Одним глотком допивает огненную воду и беспрекословным тоном выдаёт:

– У тебя нет выбора, Ангелин. Со временем ты поймёшь, что так будет лучше для тебя.

Хочу возмутиться, но натыкаюсь на строгий взгляд и проглатываю возмущения. Проверять, каким способом папа добьётся моего «да», не собираюсь.

– Не плачь, моя девочка. Просто доверься мне.

– Пап, но он тоже не хочет жениться на мне. Зачем же я буду несчастна с ним?

– Руслан передумает, поверь мне. Я понимаю твой страх, но для него нет абсолютно никаких причин. Иногда договорной брак бывает крепче и счастливее, чем брак по любви.

Мотаю головой. Не хочу признавать новую реальность. Срываюсь из кабинета в свою комнату, где прячусь за запертой дверью. В слезах провожу весь вечер и ночь, а к рассвету решаю: нужно бороться за свою свободу.

Весь месяц я старательно делаю вид, что смирилась с решением отца, согласилась на свадьбу. Учусь, хожу на работу в ресторан. Папа, ожидаемо, не поддержал её.

– Жена Руслана Абрамова не может работать официанткой.

– Я пока что не его жена.

– Ангелина, я обещал тебя устроить на нормальную работу, что за дурацкая блажь?

– Хочу без помощи, пап. Сама.

Отец только тяжело вздыхает, но принимает моё решение.

– Только до свадьбы.

За месяц мне удаётся неплохо подзаработать. Я бы задержалась ещё ненадолго, но в один из вечеров папа заглядывает в мою комнату.

– Завтра к нам на ужин приедет Руслан. Вам нужно познакомиться.

Времени не осталось. Сразу после ужина собираю вещи, а ночью, как только папа засыпает, выскальзываю из квартиры.

На обеденном столе оставляю свой телефон, паспорт и записку: «Прости». Около подъезда меня ждёт Паша на машине брата.

– Не передумала?

– Нет.

Паша целует меня в щёку, забирает сумку с вещами, которую тут же убирает в багажник. Я занимаю пассажирское место, пытаюсь побороть дрожь во всём теле, но не получается. Есть стойкое ощущение, что я дорого заплачу за свой побег.

– Это всего лишь волнение, Геля, – успокаиваю я себя вслух.

Смотрю, как любимый парень занимает водительское место. Пристально вглядывается в моё лицо, а потом тянется ко мне, чтобы оставить лёгкий поцелуй.

– Я нашёл неплохую комнату. Недалеко от моря, и недорого.

– Хорошо.

– Зай, как только получу диплом, я сразу приеду к тебе.

– Хорошо, – повторяю я на автомате.

Мы весь план обсудили не единожды. Паша отвозит меня в небольшой тихий городок на берегу моря, а сам возвращается обратно. Через год, когда получит диплом, он приедет ко мне. Я надеюсь, за это время всё устаканится. И папа оставит идею с моим замужеством.

Было страшно оставаться одной в незнакомом городе. В комнате, которая закрывалась на шаткий замок, но я всё время успокаиваю себя, что это временно. По ночам мне снятся кошмары, где неизменно присутствуют тёмные глаза. В них нет ничего, кроме ненависти и обещания скорой расправы. Каждое утро я просыпаюсь в холодном поту. И, как бы долго по утрам ни успокаивала себя, что это всего лишь сон, выходя за пределы арендованной комнаты, я всё равно оглядываюсь по сторонам.

– Ты опоздала! – возмущается хозяйка придорожного мотеля, как только я захожу через служебный вход. – В пятом номере наблевали, просили срочно убрать. В десятом съехали постояльцы. Иди. Сколько можно прохлаждаться?!

– До моей смены ещё десять минут. Переоденусь и приступлю к работе.

– Как ты разговариваешь со мной, соплячка?! Ты должна быть мне благодарна. Я тебе работу дала, не попросив документы. Зарплату выплачиваю, а ведь могу позвонить полицию. Пусть разберутся, почему у тебя паспорта нет.

Сжав зубы, прохожу мимо хозяйки. Переодеваюсь все десять минут, а потом иду убирать номера. Первые дни я испытывала ужасную брезгливость. Меня и саму пару раз вырвало, но со временем научилась абстрагироваться. Вот и сейчас, пока чищу ковёр в пятом номере, стараюсь не обращать внимания на кислый запах, который витает в комнате. Даже включённый на максимум кондиционер и открытые окна нараспашку не помогают.

Я пыталась найти себе другую работу, но никто не рискует нанимать девушку без документов. А подработки в интернете приносят слишком мало денег, их не хватает на аренду комнаты – остаётся яростно тереть ковёр.

Не успеваю закончить, как распахивается дверь, впуская хозяйку.

– Чего ты возишься? У тебя другой работы нет?

– Я почти закончила.

– Потом. Сейчас ты нужна мне в другом месте. Идём.

Не спорю: всё равно сделаю, как требует она. Кидаю щётку в ведро, отставляю последнее в сторону и, поднявшись с колен, следую за женщиной. Она спешным шагом идёт в сторону кухни, я не отстаю.

– Галя осталась без помощника, поэтому будешь на подхвате. Выполняешь всё, что она скажет.

Киваю. Работа на кухне в любом случае лучше, чем убирать чью-то рвоту. Правда, пахнет здесь ненамного лучше.

Работы хватает. Я заканчиваю с одним поручением, как кухарка накидывает три новых. Сегодняшний день кажется бесконечно долгим. Устаю больше обычного: пару раз пошатываюсь, но вовремя успеваю ладонью упереться в стенку, сохранив равновесие. И, когда Галина приказывает вынести отходы на задний двор, я готова завыть в голос от отчаяния. Металлический бак с очистками настолько тяжёлый, что у меня не с первого раза получается его поднять. Как же я его дотащу?!

Не обращая внимания на гудящие ноги и слёзы на глазах, я кое-как поднимаю бак и тащу его к чёрному выходу. Успокаиваю, что скоро ко мне приедет Паша и будет легче. Мне не придётся больше делать грязную работу, и я надеюсь, что кошмары перестанут беспокоить меня. Ведь рядом появится любимый человек.

Я кое-как добираюсь до заднего двора. Бак слишком тяжёлый, поэтому у меня не получается его поднять достаточно высоко, чтобы опрокинуть в контейнер. Приходится руками выгребать очистки и выбрасывать в контейнер.

Заходить внутрь не спешу: даю себе пятиминутную передышку, пока никто не пришёл на поиски меня. Где-то вдали виднеется море, манит своей красотой и безграничным простором. Я так давно в этом городе и до сих пор ни разу не видела его вблизи. Не ощутила кончиками пальцев, насколько оно тёплое и ласковое. Не услышала, как шумят волны, бьющиеся о камни.

Вглядываюсь в голубую бескрайность – решаю, что после работы я дойду до пляжа. На пять минут. Просто поздороваться с морем. Именно эта мысль придаёт мне сил и помогает доработать смену.

– Куда ты собралась? А уборка в номерах.

– Моя рабочая смена закончилась.

– И что? Теперь работу делать не надо? Надо было быть расторопнее, тогда и заканчивала бы вовремя. Уйдёшь сейчас – завтра можешь не приходить.

Слёзы несправедливости начинают жечь глаза. Правильным будет пойти и делать работу. Мне нужны деньги. Нужна эта проклятая работу. Но я больше не могу. Больше не в силах терпеть это унизительное отношение к себе.

И когда я окончательно решаю послать всё это, хозяйка мотеля делает шаг ко мне. Тыкает толстым, как сарделька, пальцем с огромным уродливым кольцом мне в грудь.

– Если ты уйдёшь, я заявлю в полицию. Они быстро узнают, кто ты и отчего скрываешься.

Она не ждёт ответа, разворачивается и выходит из раздевалки. Оставляет меня одну с новыми метаниями.

Сдаюсь. Достаю простой кнопочный телефон и набираю единственный контакт. Я обещала, что не буду звонить. Вдруг через Пашу смогут найти меня. Это, конечно же, звучит фантастически – совсем как в фильмах про шпионов. Хочется верить, что в жизни такого не бывает. Хотя я считала, что и договорные браки давно канули в Лету.

Один гудок сменяет другим. Закусив губу, упорно жду ответа и готова пищать от счастья, когда слышу голос любимого: немного растерянный, но всё такой же родной.

– Привет. Не думал, что позвонишь.

– Я соскучилась. Просто хотела услышать твой голос.

Паша молчит, а я не сразу замечаю эту паузу.

– Когда ты приедешь?

– Я не приеду. – Слова звучат как выстрел.

– Почему?

Язык не слушается меня, но я всё равно выталкиваю этот вопрос из глотки.

– У меня завтра свадьба. Я сделал предложение Лоре. Ты уехала, и мы сблизились – так бывает, Геля.

– Почему ты раньше не сказал?

– До свидания, Гель.

Одинокая слеза всё же скатывается по щеке.

Предательство любимого парня и лучшей подруги. Работа, которую я больше не в силах терпеть, и безвыходная ситуация. А ещё я ужасно соскучилась по папе и нашим с ним разговорам.

Номер, который я помню наизусть, набираю быстрее, чем осознаю, что делаю.

– Да?

Слышу уставший голос, и сердце болезненно сжимается. Молчу, лишь тихий всхлип вырывается наружу. Закрываю рот ладонью, но поздно.

– Ангелина? Девочка моя? Как ты? Скажи хоть слово.

Тихие слёзы скатываются по щекам, но я кусаю губы до крови: сдерживаюсь до последнего.

– Мне важно знать, что ты цела, что у тебя всё в порядке. – Папа тяжело вздыхает, когда не слышит ответа. —Знай, что я тебя люблю, моя девочка.

Больше не в силах слушать папин голос, сбрасываю вызов. Выключаю телефон, переодеваюсь и иду на выход.

Я дочь своего отца, профессора экономических наук. Я не позволю больше с собой так обращаться. Хочет вызывать полицию – пускай. Мне бояться нечего.

Вру самой себе, так как мозг услужливо подкидывает картинку с мужчиной, который вызывает страх. И чёрные, как мгла, глаза, прожигающие меня насквозь.

Возвращаться в свой временный дом не спешу – иду на пляж. Скидываю босоножки и долгое время гуляю по остывшему песку. Кайфую каждый раз, когда море ласково дотягивается волнами до моих ног. Брожу долго, пока на город окончательно не опускается темнота. Лишь после этого возвращаюсь в свою комнату. Беглым взглядом окидываю свои вещи. Всё на своём месте.

Прихватив полотенце, отправляюсь в ванную комнату. Холодный душ немного бодрит, но, к сожалению, горячей воды опять нет, а смыть зловоние с себя очень хочется. Возвращусь в комнату, мне мерещится чужой запах. Мужской, с нотами силы и власти. Выглянув в коридор, никого не обнаруживаю. В моей комнате тоже всё по-прежнему.

Видимо, на эмоциях показалось.

Да и вещи лежат так, как я их оставила. Ложусь в постель и сразу проваливаюсь в сон, в новый кошмар с участием несостоявшегося мужа. В этот раз он не гонится за мной. Наоборот, я сама иду к нему навстречу. Делаю один маленький шаг за другим, пока не оказываюсь совсем рядом. Губы искажаются в насмешливой усмешке на суровом лице.

– Попалась.

Резко распахнув глаза, сажусь на кровати. Жадно глотаю воздух ртом.

– Это только сон, Ангелина. Просто плохой сон, – шепчу я непослушными губами.

Лишь окончательно придя в себя, я понимаю: что-то не так. Чей-то взгляд прожигает меня. Медленно поворачиваю голову и вижу мужскую фигуру в кресле, расположенном в углу комнаты.

Отшатнувшись, больно ударяюсь спиной о стену. Язык прилип к нёбу, и ни звука не получается выдавить из себя, не то что позвать хоть кого-нибудь на помощь. Молча наблюдаю, как мужчина поднимается с кресла. Медленно, словно хищник на охоте, начинает приближаться ко мне – шаг за шагом, пока не оказывается слишком близко. Нависает, подавляя своей аурой и мощью – дрожь охватывает всё моё тело.

И, как приговор, в этой ужасающей темноте звучат слова:

– Ну здравствуй, жена.

Глава 2

– Как ты здесь оказался?

– Ты и правда настолько глупа и наивна, думала, что я тебя не найду в этом клоповнике? Если я не объявлялся раньше, это не означает, что я не знал, где тебя искать. Надышалась морским воздухом? Наубиралась за местным сбродом? Пора домой возвращаться. Вставай. У тебя пять минут.

Мужчина не ждёт от меня ответа. Разворачивается и уверенным шагом идёт к выходу. Интересно, получится ускользнуть незаметно или нет?

Навязанный жених останавливается в дверях, чуть поворачивает голову в мою сторону.

– И не советую тебе пытаться сбежать. Не получится, и на наказание нарвёшься.

Видимо, я настолько устала, что сил на сопротивление нет. Покорно встаю с кровати и скидываю свои вещи в сумку. Укладываюсь в отведённые пять минут, но из комнаты не выхожу. Сажусь на край кровати. Жду.

Намеренно провоцирую мужчину. Пусть знает, что я не собираюсь плясать под его дудку. Проходит пять минут, десять. Может, уехал?

Глупая надежда, в которую я и сама не верю. Продолжаю гипнотизировать дверь. Проходит ещё минут двадцать, когда возвращается Руслан Абрамов. Внешне кажется спокойным, но внутреннее чутьё подсказывает: это обманчивый вид.

Он сразу находит сумку, переводит взгляд на меня. Ни единый мускул на лице не выдаёт его истинных эмоций, но почему-то я не сомневаюсь: мужчина мечтает свернуть мне шею. Может быть, всё дело в чёрных, как мгла, глазах?

– Решила поиграть, девочка? А не боишься?

– Нет. Хочу узнать, зачем я вам.

– Ты станешь моей женой. – Он брезгливо морщится. – Ненастоящей. Временно поживёшь в моём доме, пока я не придумаю, что делать дальше.

– Нет.

Руслан неспешно приближается ко мне, останавливается вплотную. В его взгляде плещется ничем не прикрытая ненависть. Кажется, он готов в любой момент свернуть мне шею.

– Видимо, Ангелина, ты неправильно оцениваешь ситуацию. Это не предложение, и ты не можешь сказать мне нет.

Он достаёт из внутреннего кармана пиджака паспорт в знакомой обложке и кидает на кровать рядом со мной. Я долго не решаюсь притронуться к нему. Смотрю, словно передо мной ядовитый цветок. Яркий, так и манит протянуть руку до него, но одно касание – и смертельная доза яда не оставит шансов на выживание.

– Открой.

Звучит приказ, которому я подчиняюсь. Пальцы дрожат, совершенно не слушаются меня, но я всё равно беру паспорт в ярко‐синей обложке с расписными золотыми цветами. На ощупь нахожу царапину. Больше никаких сомнений: это мой паспорт.

«Абрамова Ангелина Петровна»

Не верю увиденному. Разве такое возможно?

Быстро листаю страницы, пока не нахожу нужную. Штамп на месте. Поднимаю растерянный взгляд уже на своего мужа.

– Убедилась, что у тебя больше нет выбора?

– Зачем вам это?

Снова смотрю на штамп в паспорте, провожу по нему пальцами, словно пытаюсь убедиться, что чернила настоящие. Не стираются. Буквы остаются на своих местах. Перевожу взгляд на мужчину.

– У вас ведь есть невеста.

Тут же прикусываю язык, жалея о последних словах. Руслан может решить, что я интересовалась им, но это не так! Просто в памяти ещё свежи разговоры Лоры, как она вздыхала над его фотками в интернете, как выискивала любую информацию, связанную с ним, в надежде стать его любовницей. А я посмеивалась над её глупостью, потому что не понимала, как можно хотеть быть с этим человеком, который даже с фото в интернете смотрит на тебя уничтожающей темнотой.

– Наш брак – не моё решение. Для чего он понадобился нашим отцам, я не знаю. И пока не разберусь, ты будешь жить со мной.

– Я могу жить дома. С папой. А вы разбирайтесь, если так хотите.

– Нет. Пётр Васильевич тебя совершенно не контролирует.

– Но как же ваша невеста? Её не смущает, что я буду жить с вами?

Мужчина морщится.

– Хватит разговоров. Нам пора ехать, и так задержались.

Руслан подхватывает мою сумку, двигается к выходу, но я по-прежнему остаюсь на кровати. Сжимаю паспорт, всё ещё надеюсь, что это дурной сон.

– Девочка, если ты не поняла, то тебе лучше быть послушной, иначе для тебя всё кончится плохо.

Он открывает дверь в комнату, кивает, после молчаливой команды на пороге появляется бугай в чёрных брюках и такого же цвета бадлоне.

– Последняя возможность пойти добровольно, иначе до Москвы поедешь в багажнике.

Абрамов выходит из комнаты, а его подчинённый делает шаг в мою сторону. Не рискую проверять: последние слова мужчины – пустая угроза или нет. Подскакиваю и практически бегом направляюсь к выходу.

Незнакомец дышит почти мне в затылок, контролирует каждый мой шаг, даёт понять: не сбежать. Да я и не собираюсь: найдут. Для такого человека, как мой муж, это, оказывается, ничего не стоит.

Лора рассказывала что-то про его несметное богатство и безграничную власть, только я даже не представляла насколько! Боже, да если бы я знала, что этот страшный человек станет моим мужем, я сама бы у подруги всё узнала о нём. Хотя нет. Нет у меня больше подруги. Теперь она с Пашей, а я осталась за бортом.

Боль от обиды и несправедливости жизни начинает новой волной затапливать меня. Хочется в голос орать проклятиями на судьбу, но вспоминаю слова пожилой и единственной доброй к нам, детям, воспитательницы в детском доме. И умолкаю.

– Ангелочек, бог посылает нам только те испытания, с которыми мы можем справиться. И если они встречаются, значит так надо.

– Какой смысл в том, чтобы отобрать у меня родителей? Что бог хотел проверить? Как я буду жить одна?

– Не знаю, Ангелочек, но со временем всё обретёт свой смысл.

Через несколько месяцев в детском доме появился Пётр Васильевич, который сразу забрал меня к себе. Он не только смог заменить мне родных, но и показал, что такое настоящая родительская любовь и забота.

Угрызения совести больно колют сердце. Мне не стоило сбегать: разве папа заслужил такую благодарность за всё, что сделал для меня?

Город прячется в темноте ночи. Все здания сливаются в одно, поэтому я отворачиваюсь от окна, откидываюсь на спинку сиденья и прикрываю глаза. Слушаю тихое шуршание колёс об асфальт, стараюсь абстрагироваться от мужчины, что сидит рядом. Лишь успеваю заметить боковым зрением, как Руслан достал планшет и что-то делал на нём.

Лёгкая дремота одолевает, ещё чуть-чуть, и окончательно провалюсь в сон, но машина тормозит. Распахиваю глаза, перевожу лениво взгляд в сторону окна и подскакиваю. Сон как рукой снимает. Машина остановилась прямо возле самолёта! Настоящего небольшого самолёта.

– Специального приглашения ждёшь? Выходи.

Руслан выходит из машины, а с моей стороны дверь открывает водитель. Неуклюже выпадаю наружу и снова рассматриваю самолёт. Наверняка выгляжу глупо, словно никогда в жизни не летала и не была в аэропорту. Но дела как раз обстоят наоборот, я летала, и не один раз. И прекрасно помню все эти пункты контроля и досмотры, как в последний раз меня просили даже кроссовки снять. А сейчас мы на машине проехали к самому самолёту! Разве так бывает?

– Налюбовалась? Может, всё-таки поднимешься на борт?

– А вы можете быть чуть повежливее? Я к вам в жёны не набивалась.

Ответа я, конечно же, недостойна, лишь короткого, полного презрения взгляда в свою сторону. Тяжёлый вздох вырывается из меня. Надеюсь, наш брак не продлится долго. Надо, кстати, уточнить этот вопрос.