Развод. Новый папа для Пуговки

Глава 1

– Убирайся!

Муж грубо выталкивает меня из квартиры, я чудом не теряю равновесие, остаюсь стоять на ногах,прижимая к себе перепуганную дочь.

– Что ты такое говоришь?

– Только то, что ты здесь больше не живёшь.

Макс уже хочет зайти внутрь, но я его останавливаю.

– Дай хотя бы вещизабрать.

На губах мужа появляется мерзкая усмешка.

– Нет. Твоего здесь нет ничего – всё куплено на мои деньги.

Дверь захлопывается прямо перед моим носом. Я барабаню по ней ещё несколько минут. Сожалею, что так и не починила дверной звонок. Его трель была бы эффективнее, чем мои жалкие попытки достучаться. Прекращаю лишь заметив испуганный взгляд дочурки.

– Прости, Пуговка, – целую крошечный носик, – не хотела тебя пугать.

Надо что-то делать, куда-то идти – скоро дочка захочет есть и подгузник нужно будет сменить. Но я не имею ни малейшего представления, куда податься. У меня с собой нет ни денег, ни телефона. Ничего! Только годовалая дочь на руках. Всё осталось в коляске, даже мой паспорт.

Ещё раз стучу по двери квартиры и всё же сдаюсь: направляюсь в сторону лифта.

Я впервые проклинаю свою некоммуникабельность: пока все мамочки знакомились и общались на детской площадке, я предпочитала сидеть в стороне. Изредка отвечала вежливой улыбкой и короткими фразами, если обращались именно ко мне.

У меня в этом городе вообще никого нет. С подругами из университета я перестала общаться, когда вышла замуж. Как-то незаметно Макс вытеснил всё из моей жизни: знакомых, увлечения, мечты о профессии.

Был он и его друзья.

Кстати! Тут же недалеко живёт один из друзей Макса – Денис. Мы были у него в гостях пару раз. Конечно, не факт, что он поможет мне. Возможно, вообще примет сторону мужа, но, в любом случае, у меня нет другого выхода, кроме как дойти до Дениса.

Пришлось сильно поплутать, прежде чем я добралась до нужного жилого комплекса. Руки ужасно устали нести дочку, новые кроссовки натёрли, спина тоже даёт о себе знать, Пуговка капризничает и успокоить её никак не получается. Я и сама нахожусь на грани истерики, но упорно продолжаю идти, пока не наступил поздний вечер.

Рядом с нужным домом я готова разреветься от счастья. Чувство – будто пробежала марафон, все сорок два километра, и вот наконец-то передо мной финишная лента – последний рывок и я у цели.

Я даже ускоряю шаг, чтобы быстрее оказаться около подъезда Дениса. Опускаю дочь на землю, а сама набираю номер квартиры, который было несложно запомнить – сто одиннадцать. И ничего… Никого нет дома или домофон отключён.

Нет-нет-нет!

Ну пожалуйста!

Не может судьба быть ко мне так жестока.

До последнего не сдаюсь, продолжаю ждать ответа, на нас с дочкой начинают странно поглядывать жильцы дома, но я не ухожу. Денис – моя единственная надежда, которая с каждой минутой тает на глазах.

Пуговка больше не в силах стоять, готова упасть прямо на месте, а моя попытка снова подхватить дочь на руки терпит фиаско. Я сама оказываюсь попой на земле, а дочка на мне. Не успеваю подняться, как распахивается входная дверь и мне приходится позорно отползти в сторону, чтобы не мешать людям выходить.

– Ева? – мужской голос кажется смутно знакомым. Это точно не Денис, у него голос мягче, здесь же самое настоящее рычание медведя.

Подняв взгляд, натыкаюсь на огромного мужчину. Боже! Только не он. Почему? Почему именно при нём меня угораздило опозориться?

Передо мной возвышается не кто иной, как Адам – родной брат Макса! Адам и так всегда был невысокого мнения обо мне, а сейчас я ещё валяюсь возле его ног. Пока я проклинаю сложившуюся ситуацию и думаю, куда деться от хмурого взгляда, который буквально прожигает меня насквозь, мужчина протягивает руку, помогая нам с дочерью подняться.

– Спасибо, – получается слишком тихо, но всё равно в ответ мне едва заметно кивают.

– Что ты здесь делаешь? Где Макс?

Адам – последний человек, которому мне хотелось бы признаваться в случившемся, но у меня сейчас нет другого выбора. Я в отчаянии и готова принять помощь даже от самого чёрта.

– Дома. С любовницей.

Домофон оповещает об открытии двери, из подъезда выпархивает высокая брюнетка с идеальной фигурой фитоняшки.

– Милый, моя машина готова, сможешь подкинуть до автосервиса?

Ещё одна надежда на помощь разлетается на глазах. Собираю последние силы, чтобы подхватить дочь – в этот раз успешно, даже не пошатнувшись. Скупо улыбаюсь на прощание.

– Была рада повидаться, Адам.

Хочу пройти мимо, но мужчина делает шаг в сторону, преграждая мне дорогу.

– Стоять.

Грозный рык заставляет не только остановиться, но и втянуть голову в плечи. Адам слегка поворачивает голову к девушке, параллельно достаёт из кармана зажим с деньгами и протягивает пару крупных купюр брюнетке:

– Доедешь на такси.

– Теперь ты, – снова смотрит на меня.

Мне кажется, Адам и мне протянет купюры. Но нет, мужчина делает шаг, забирает Пуговку, прижимая к себе. Дочка настолько вымоталась истерикой, что даже не спорит. Прижимается сильнее.

– Пошли, – кидает мне и направляется в сторону парковки.

Я не сразу отхожу от удивления, бросаюсь следом за мужчиной.

– Адам, вы можете одолжить денег? Мне немного надо, буквально арендовать комнату на ночь и дочь покормить. Завтра заберу телефон, паспорт и всё вам верну, честно! Я могу даже расписку написать.

– У тебя с собой даже документов нет?

Я думала раньше, что он рычит? О, как же, я, оказывается, ошибалась! То он ещё спокойно говорил.

– Всё осталось в коляске. Макс не разрешил её забрать.

– Ясно, – мы останавливаемся около большого чёрного монстра, он приветливо мигает фарами, Адам открывает заднюю дверь. – Садись.

Послушно забираюсь внутрь, Адам сразу передаёт мне дочку.

– Что нужно для Пелагеи?

– Сменить подгузник и поесть.

Мужчина оглядывается по сторонам и словно находит нужное.

– Какие подгузники ей нужны?

Быстро называю нужную марку, на которую у нас нет аллергии и размер. Адам кивает и уходит в небольшой детский магазин, расположенный в доме. Уже через несколько минут возвращается с пакетом, где есть всё необходимое, чем сильно удивляет меня.

Никогда бы не подумала, что такой мужчина, как он, будет покупать подгузники. Или может всё дело в том, что Макс никогда этого не делал?

С благодарностью забираю пакет, отставляю его чуть в сторону. Поскорей бы приехать куда-нибудь и переодеть дочь.

– Ты не будешь ей менять подгузник?

Адам даже не пытается скрыть осуждение в голосе, заставляет усомниться в себе как в матери. Я и так за последние часы возненавидела себя и не единожды просила у дочери прощения за устроенный скандал мужу. Ну что мне мешало стерпеть наличие любовницы?! Все мужики изменяют – прописная истина. Я не справилась с эмоциями и кому сделала хуже в итоге?

– Поменяю, – голос предательски задрожал. Вот только разреветься мне сейчас не хватало! – Как только приедем куда-нибудь. Адам, вы так и ответили, сможете одолжить денег? Я, правда, всё верну. И за это тоже, – киваю на пакет из детского магазина.

– Почему ты не хочешь переодеть Пелагею сейчас?

– В машине?! Но сиденья…

– Кожаные и легко моются. В магазине положили всё необходимое. Ева, переодевай дочь и поедем. Не трать понапрасну время.

Киваю.

И быстро начинаю доставать содержимое пакета. Адам оказался прав, внутри было всё необходимое. В том числе различные детские пюре.

– Сказали, что можно дать ребёнку. Ей ведь год и три месяца?

Быстро киваю, почему-то ужасно смущает его осведомлённость, но об этом я решаю подумать позже. Сначала нужно переодеть мою малышку. Когда снимаю грязный подгузник, растерянно оглядываюсь по сторонам в поисках, куда можно его выкинуть.

– Давай сюда.

Опять в моей голове не складывается картинка: как такой мужчина без всякой брезгливости может забрать грязный подгузник.

– Не надо, я потом…

– Ева.

Он не повышает голос, но тон, с которым говорит, и без того отрубает всякое желание спорить с ним. Поэтому молча протягиваю грязный подгузник и, больше стараясь не смотреть на мужчину, занимаюсь дочкой.

Я даже не обращаю внимание на возвращение Адама, и на то, что машина плавно тронулась. Только когда дочка оказывается чистой и накормленной, мне удаётся её окончательно успокоить. Пуговка больше не капризничает, наоборот, улыбается, лепечет на своём детском и пальчиком привлекает к виду за окном.

Смотрю куда показывает дочка и кровь в жилах застывает – мы выехали за пределы города.

– Адам, а куда вы нас везёте?

Нотки зарождающейся паники проскальзывают в голосе, но по-настоящему страшно становится, когда натыкаюсь на стальной взгляд в зеркале заднего вида.

Глава 2

– Ева, скажи, а что ты собиралась делать завтра? Насколько я знаю, у тебя в этом городе никого нет.

После минутной тишины признаю позорную правду:

– Не знаю, я об этом не думала ещё. Я просто хотела переодеть и накормить дочь. Может, попробую поговорить с Максом.

– Ты хочешь к нему вернуться?

– Нет! – выкрикиваю слишком громко.

Пуговка мгновенно напрягается и смотрит на меня потерянным взглядом, целую свою малышку в носик:

– Прости, моя хорошая.

И уже спокойнее добавляю:

– Хочу забрать документы и хоть какие-нибудь вещи. У нас же совсем ничего нет. Даже любимая сова Пелагеи осталась в этой треклятой коляске.

– Думаешь, завтра Макс будет более благосклонен? В один день выставил за дверь, а на следующий – спокойно подписал документы на развод?

Закусываю нижнюю губу, понимая, как глупо это звучит.

– Не знаю. Я правда не знаю. Мне сложно поверить, что можно было вот так просто взять и выгнать нас. Неужели ему всё равно, что будет с его дочкой? Где она будет ночевать?

Впервые за последние часы я не выдерживаю и позволяю слезам скатиться по щеке, а потом и вовсе из меня вырывается истерический смешок.

– Он вчера признавался мне в любви, а сегодня в нашей постели с другой.

Я никогда не переживала из-за своей внешности, даже беременность не испортила меня. Наоборот, округлила в нужных местах. Талия быстро пришла в норму, не оставив и намёка, что ещё недавно был большой живот. Но вид другой женщины рядом с мужем сильно ударяет по самооценке, и невольно начинаешь искать недостатки в себе. Только в декрете я не перестала следить за собой. Волосы всегда чистые, ногти ухоженные, одежда чистая.

Тогда чего не хватало мужу?!

Может, отсутствие опыта? Макс был моим единственным мужчиной. Я даже ни с кем другим никогда не целовалась.

Я училась на первом курсе, когда познакомилась с будущем мужем в клубе. Меня девчонки тогда утащили отмечать день рождения нашей одногруппницы. Макс отдыхал с друзьями. Кто-то из его компании решил угостить нас коктейлями, ещё чуть позже мы с девчонками перебрались к ним в ВИП-кабинку.

Я старалась сидеть в стороне. Меня смущала мужская компания. Их возраст. Они были лет на десять старше нас! Это же капец как много. Но ещё больше я испытывала неловкость, когда видела, как откровенно они флиртовали с девчонками, а те с удовольствием отвечали.

Я уже хотела сбежать, тем более на меня перестали обращать внимание, когда Макс подсел ко мне.

– Пойдём потанцуем?

Простой вопрос и обольстительная улыбка, от которой я растерялась настолько, что не могла и слова ответить! Молодой мужчина воспользовался моей обескураженным состоянием. Просто взял за руку и увёл на танцпол.

За тот вечер Макс не позволил себе ничего лишнего: были танцы и разговоры. Он не пытался меня споить, спокойно принял мой ответ, что я не употребляю алкоголя, и угощал соком.

Макс не давил на меня разговорами. На мои лаконичные ответы не говорил, что я замкнутая – болтал обо всё сам. Я не заметила, как расслабилась рядом с ним до такой степени, что разрешила подвезти до дома, где снимала маленькую комнату.

Он объявился на следующий день с огромным букетом красных роз. Я раньше такие видела лишь на картинках! А тут мне, одной, и сразу столько цветов! От красоты и аромата голова кругом пошла. Мне потребовалась помощь мужчины, чтобы занести букет в комнату, а потом я бегала по соседям в поисках вёдер, потому что в моё единственное все цветы разом не вмещались.

У меня не было ни единого шанса в него не влюбиться.

Макс не давил, но ухаживал настойчиво и красиво. Уже через несколько месяцев мы подали заявление в ЗАГС. Ещё через два – сыграли свадьбу. И здесь Макс превратил сказку в быль. Красивый Дворец бракосочетания, лучший ресторан столицы, а какое у меня было платье!

Как же я была счастлива в тот момент.

И не знаю, в какой момент всё поменялось. С рождением Пелагеи, с моей беременностью или ещё раньше?

Возможно, были какие-то тревожные звоночки, которые я упрямо игнорировала. Думала, это нормально, когда со временем страсть угасает. Всё же мы были вместе целых три года!

Но оказывается, я просто не хотела замечать очевидного: я не давала мужчине желаемого, и он нашёл это на стороне. Наверное, мне стоило больше ему уделять внимания.

– Я не знаю, Адам. Я совершенно не знаю, что буду делать дальше. И не представляю, что было бы с нами, если бы не встретила вас там.

Тут вспоминаю девушку, которая явно была с ним. Как он грубо сунул ей денег, вместо того, чтобы отвезти самому.

– Простите, что испортила вам вечер.

– О чём ты? – между мужских бровей появляется едва заметная морщинка.

– Я о вашей девушке. Она, наверное, расстроилась, что ей пришлось ехать на такси.

– Она не моя девушка, Ева. И я в любом случае не стал бы тратить на неё время – не стоит того.

– О-о-о, – глупо тяну.

Так и хочется спросить, почему мне не дал денег, а повёз нас куда-то – кстати, так и не ответил куда – наверное, всё дело в Пуговке. В отличие от Макса, он оказался человечнее и не оставил племянницу на улице.

– Всё равно, простите. У вас, наверняка, были планы, а тут мы.

– Ева, успокойся и прекращай мне “выкать”.

Закусив губу, киваю, но не выдерживаю и всё же говорю:

– Просто вы старше.

На мужских губах проскальзывает лёгкая усмешка, но тут же пропадает из виду. Может, мне и вовсе померещилось?!

– Ну хоть не старый, и на этом спасибо.

Краска заливает всё лицо. Позорище! Угораздило же меня такое ляпнуть.

– Какая разница была у вас с Максом? Девять лет, если я не ошибаюсь?

Меня поражает осведомлённость мужчины. Не каждый может похвастаться знанием возраста племянницы и невестки.

– Да.

– Ну а я старше Макса всего лишь на пять лет.

– Я только родилась, а вы уже умели на велосипеде кататься.

С каждым моим словом чувствую, как краска ещё сильнее заливает моё лицо и не только. Кажется, я вся стала красная, как помидор. И чего я точно не ожидала, так это взрыва мужского хохота.

– Откуда ты только взялась такая наивная, Ева? Даже не побоялась сесть в машину к незнакомому мужчине.

– Вы родной дядя Пуговки.

– Но разве этого достаточно для доверия, м?

Глава 3

– Адам, что вы хотите услышать от меня? Вы сами знаете, что у меня не было выбора. Я была, да и сейчас, в отчаянии. Шла в дом друга Макса просто потому, что это единственный адрес, который я знаю.

– Денис давно переехал жить в Питер.

– Значит мне вдвойне повезло встретить там вас.

Думать, что могло быть иначе, даже не хочу. Сколько ещё понапрасну я простояла бы там под дверью подъезда.

– Да, тебе повезло, Ева, и я рад, что ты это понимаешь. Мне нужна будет от тебя помощь.

– Какая? – хотя имеет ли это значение? Если бы не Адам, неизвестно, чем бы закончился этот день для нас с Пуговкой. – Я помогу! – выпаливаю с готовностью, – сделаю всё, что вы попросите!

Мужчина едва заметно усмехается.

– Ты бы не бросалась такими обещаниями, Ева. Вам придётся какое-то время пожить у меня.

Пожить у него?

Такая перспектива меня немного настораживает. Находиться в одном доме с незнакомым мужчиной, тем более таким. Адам меня пугает. Слишком крупный, мощный. С острым, как лезвие, взглядом, от которого пробегает мороз по коже. И голос, словно рычание голодного медведя. Весь его вид говорит о силе и власти. Об опасности, которую он несёт.

– Не трясись. Вы будете жить в другой части дома. В комнате установлен замок.

– Я ничего такого не имела в виду, – заливаюсь краской от его слов.

– У тебя очень красноречивое лицо. Вы поживёте какое-то время у меня, как я и сказал, ты мне поможешь в одном деле, а потом можешь возвращаться к Максу или начинать новую жизнь.

– Нет. Я точно к нему не вернусь. Может придётся вернуться на малую родину.

От этой перспективы меня буквально замутило.

Я никогда не мечтала жить в столице. Мне было комфортно в маленьком городе, где все друг друга знают. Где каждая собака тебе знакома. И где нет страха поздно вечером возвращаться домой.

Для меня жизнь в нашем городе была идеальна, пока однажды всё не изменилось.

Меня воспитывал только папа. Роды для мамы дались тяжело и спасти её не успели. Возможно, мне иногда не хватало её, но папа старался за двоих. Я всегда это чувствовала, как и его безграничную любовь. Папа у меня электромонтажник, пока я была маленькой, он работал в родном городе, но работы было мало и денег хватало впритык. Поэтому, когда я стала старше, он стал ездить на заработки на вахты. В одну из таких поездок он вернулся, но не один. С женщиной и её дочерью.

Сначала я была счастлива за отца, всё-таки я желала ему счастья, но позже, незаметно для всех, моя жизнь превратилась в ад. При отце мачеха и сводная сестра были милыми и заботливыми, но как только за папой закрывалась дверь, отношение ко мне менялось на глазах.

Однажды я попробовала рассказать правду, но папа мне не поверил. Сказал, что я всё придумываю. Тогда всё и изменилось бесповоротно: Лидия и её дочь, почувствовав безнаказанность, стали вести себя ещё хуже. Так, однажды вернувшись домой, я застала в квартире много незнакомых людей. Была какая-то вечеринка. Вся квартира пропахла алкоголем и табачным дымом.

Я хотела спрятаться в своей комнате и просто отсидеться там. Сначала так и было. Меня никто не трогал, пока дверь резко не распахнулась, с громким стуком ударившись о стену. В проёме появилась Лидия и крупный мужчина с рваным шрамом на всю щёку, от уха и до рта.

– А вот и моя падчерица, – на лице мачехи расплылась мерзкая улыбка. – Нетронутая.

До меня не сразу дошёл смысл её уточнения. Лишь когда мужчина пошлым жестом поправил брюки, я поняла, о чём она говорит.

– Выйдите из моей комнаты! – я говорила уверенно, тогда ещё страх не успел поселиться во мне.

– Договорились, Лидка, я забираю её.

Мужчина достал из кармана пачку купюр и протянул их мачехе, та, быстро пересчитав, спрятала их в карман брюк и вышла из комнаты, закрыв дверь за собой. Оставив меня наедине с незнакомым мужчиной.

– Ну что, девочка, познакомимся поближе.

– Не подходите ко мне!

– Я тебя купил. Поэтому я не только подойду, но ещё потрогаю во всех местах и поимею во всех позах.

Только после этих слов страх овладел мной. Я попыталась закричать, но мужчина своей крупной ладонью зажал мне рот.

– Будешь хорошей девочкой – не обижу, иначе тобой попользуюсь не только я сегодня, усекла?

Мне не оставалось ничего другого, кроме как медленно кивнуть.

В этот момент я заметила на своём столе канцелярский ножик, который позже смогла воткнуть мужчине в пах и сбежать. К участковому, который жил в соседнем дворе. Тогда мне показалось, что я спаслась.

Но я ошиблась.

Гости города доходчиво объяснили участковому, что они неприкасаемые. За жизнь дяди Валеры тогда долго боролись в больнице. Папа снова не поверил мне, решив встать на сторону молодой жены. А Лидия с мерзкой ухмылкой предупредила:

– Тебе теперь стоит остерегаться за свою жизнь. Ты даже не представляешь, кому перешла дорогу.

Я уехала в Москву через два месяца. Здесь проще было затеряться. Хотя и в этом огромном мегаполисе я не чувствовала себя в безопасности, пока не встретила Макса. Рядом с ним я верила, что он сможет защитить меня.

За воспоминаниями я не заметила как машина остановилась и с моей стороны открылась дверь. Тяжёлая большая ладонь опустилась мне на плечо – испуганно дёргаюсь вперёд, закрывая собой дочь. Но при этом перед глазами начинает всё темнеть, пока и вовсе весь мир не поглощает мрак.

Глава 4

В себя прихожу так же резко, как и отключилась.

– Где Пелагея?

Во всём теле слабость, перед глазами мушки, язык еле ворочается, но я упрямо пытаюсь подняться и отыскать взглядом дочь.

– Она в соседней комнате спит.

Адам надавливает на плечи, не даёт подняться.

– За ней приглядывают.

– Мне нужно к ней.

– Сначала тебя осмотрит врач. Ева, я хочу знать, что с тобой случилось? Макс тебя бил?

– Нет! Никогда. Он всегда был заботлив.

Наверное, глупо защищать человека, который предал тебя, но это ведь правда: Макс был добр ко мне, до сегодняшнего дня.

– Тогда что произошло в машине?

– Ничего. Всё нормально, Адам. Можно мне к дочери?

Мужчина долго, недовольно поджав губы, разглядывает меня, в итоге просто встаёт с кровати, на ходу бросая:

– После того, как тебя осмотрит врач.

Выходит из комнаты и почти сразу возвращается с седовласым мужчиной с добрыми карими глазами. Почему-то именно они отпечатываются в моём сознании. Обычно врачи смотрят на тебя цепко, так что становится не по себе, но не этот мужчина. Так дедушка смотрит на любимую внучку.

– Ева, это Лазарь Сергеевич – врач, если что-то понадобится, – обращается к мужчине, – буду в кабинете.

Уходит, мазнув по мне взглядом на прощание.

– Как вы себя чувствуете?

– Хорошо.

– Ева, давайте сразу договоримся, что обойдёмся без лукавства? Вы не медосмотр для трудоустройства проходите. Потерять сознание – тревожный звонок, тем более Адам говорит, до этого у вас была паническая атака.

– Просто немного накатило.

– И вы мне сейчас всё расскажете, чтобы такого не повторилось. У вас дочка, подумайте о ней, представляете, если бы так накатило, а Адама не было бы рядом? Кстати, вашу красавицу я успел посмотреть, девочка чувствует себя замечательно, ваши приключения не сказались на ней негативно.

– Спасибо.

У меня даже получилось выдавить вымученную улыбку, а потом я послушно отвечаю на все вопросы мужчины и даю осмотреть себя. Даже не сопротивляюсь, когда врач берёт кровь на анализ.

– Завтра утром будут результаты, все назначения отправлю Адаму, а пока вам нужен покой.

– Я хочу увидеть дочь.

Пытаюсь привстать, но из-за слабости во всём теле получается не сразу, а когда натыкаюсь на строгий взгляд и слегка сведённые брови к переносице, опускаюсь обратно на подушку.

– Сейчас позову Адама, а пока без самодеятельности, Ева. Не переживайте, никто вашу девочку не обидит.

По внутренним ощущениям проходит целая вечность с момента ухода Лазаря Сергеевича до прихода Адама.

– Как ты себя чувствуешь?

– Адам, – ещё чуть-чуть и я взвою от отчаяния, – меня уже осмотрел врач, а вы обещали, что после этого я смогу увидеть дочь.