3 дня

Я знаю, это был не сон. И хоть миллион раз, терпеливо, я буду повторять себе – ты здесь, ты рядом, и мы обязательно встретимся, что бы ты ни говорила.

– Кто ты?

Она не ответила на вопрос.

– Не отпускай меня.

– Никогда.

– Не отпускай меня, пожалуйста.

– Ангел мой, никогда в жизни.

– Но ты уже отпустил.

– Что?

– Ты ещё не видишь этого. Держи.

Она протянула ко мне руку, зажатую в кулак.

– Что это?

Она раскрыла пальцы, и мне в глаза попали капельки воды, а рука оказалась пуста.

– Смотри на мир моими глазами. Ищи меня. Найди.

– Я найду, но где?

– Обещай.

– Я обещаю. Где мне искать тебя?

– Я просто буду рядом. Всегда.

8:00.

Утро. Зазвенел злостный нарушитель любых снов – будильник. Но на этот раз, буду честен, он не раздражал. Даже наоборот, я был рад услышать его впервые за долгое время.

Весь год этот чертов агрегат будил меня в такую рань, чтобы отправить на учебу в универ, но сегодня был более важный повод: я уезжал в отпуск.

Наконец-то! Спустя 10 месяцев учебы, зачётов и экзаменов я был свободен! Глоток свежего воздуха, из-за которого я вкалывал почти каждый день до двенадцати ночи. Но все это ничего, то, что я получил взамен, стоило намного большего.

Правда уезжал я всего на две недели и не куда-нибудь на Мальдивы, а в Сочи, но что уж греха таить – это лучше, чем вообще ничего.

Небольшой отель, который находился недалеко от моря, красивого парка, как было написано, и в принципе центра города.

Утро выдалось солнечным и теплым. С открытого окна веяло летом. Именно тот запах, который бывает только в это время года.

На самом деле осознать, что началось лето, мне не удавалось весь июнь, так как учёба и работа отнимали все силы и время. Так странно было понять в один момент, что оказывается, лето началось не только что, а месяц назад.

Хоть и с хорошими мыслями, но все равно без особого энтузиазма, я вылез из теплой кровати, накинул домашнюю футболку с шортами и пошел на кухню.

Там уже сидела мама и пила чай.

– Доброе утро.

– Привет, мам.

– Ну, что? Готов? Чемодан собрал?

– Ага, ещё вчера вечером.

– Отлично. Я такси заказала на полвторого.

– За три часа?

– На всякий случай!

– Ладно, ладно…

Я тоже налил себе чаю, сделал пару бутербродов и сел рядом.

– Мить, ты ешь в общем, а я пошла до конца вещи соберу.

– Давай.

Интересно, с кем в поезде мы поедем? Вот бы попались милые девушки. Или хотя бы просто приятные люди. Жду момента, когда соседей в поезде можно будет выбирать, ну, или того момента, когда хватит денег на самолёт.

Внезапно меня посетил интересный вопрос: зачем я встал в 8 утра?

Видимо, это нормально делать ненормальные вещи перед путешествием.

За окном пели птицы, и мои мысли сами собой вернулись к отпуску.

Хм… Хочется чего-то необычного и интересного. Может закрутить курортный роман? А что? Было бы классно. Блондинка с формами… Очень даже ничего.

Через секунду мое богатое воображение подкинуло мне немного иную картинку: я сижу, никого не трогаю, как вдруг ко мне подходит полный бородатый мужик и пытается со мной познакомиться.

Ооо! Только этого мне не хватало.

Из комнаты донёсся голос мамы:

– Митя, иди сюда! Помоги, пожалуйста, чемодан закрыть.

– Иду! Подожди минуту.

К этому времени я уже все доел, поэтому быстро ополоснул кружку с тарелкой и пошел спасать мать.

– Ты что туда налож…

Чемодан был не просто набит вещами, они буквально вываливались из него.

– Мам, мы едем на две недели! Зачем тебе столько вещей?

Я сделал ударения на слово "столько".

– Ну, как?

– Как?

– В город…

– Сарафан.

– И все?

– Ладно, допустим, ещё шорты и майка.

– Да. На пляж.

– Купальник.

– Два.

– Хорошо, два купальника.

– В номере носить что-то надо.

– Штаны и футболка.

– А если культурно просвещаться?

– Платье.

– А… А вот если… Короче, ничего ты не понимаешь! Все это мне надо!

– Боже… Ну, ты хотя бы фен выложи…

– А как же…

– В отеле есть фен. А ещё выложи юбку, которую ты ни разу не надела, две футболки, которые тебя полнят, как ты говоришь, теплые штаны… ну, хотя бы одни и джинсы.

– А что если… Не знаю там…

– А если что-нибудь случится, мам, мы едем не на Северный Полюс, там магазины есть.

– Жалко как-то…

– Или ты сейчас сама выкладываешь все лишнее или это сделаю я, и вот тогда…

– Хорошо, я сама!

– Отлично! И увидишь, как легко закроется чемодан.

Я улыбнулся маме и ушел к себе в комнату. Улыбка тут же сползла с лица вместе с веселой маской.

Я не понимал, что происходит со мной, примерно, последний год, но я как будто медленно умирал. Скорее даже морально, а не физически, но от этого не становилось легче.

Руки сами собой потянулись к гитаре, стоящей у стены. Пальцы стали перебирать струны, а я погрузился в себя.

Тяжелее всего было ночью. Один на один с собой. Совсем. Это трудно описать, скорее всего, даже невозможно.

Будто мир теряет яркость, цвета.

Я безумно хочу жить, жить как раньше, потому как даже не знаю, что со мной происходит и почему.

Такое ощущение, что я все глубже погружаюсь в себя, меня медленно, но верно затягивает куда-то глубоко, и я ничего не могу сделать.

На людях я разучился снимать маску: крутой парень навеселе с язвительными шутками на любой случай – вот кто я для друзей, приятелей и родных.

Никто и никогда не узнает, что происходит со мной, потому что одно я знаю точно, никто и никогда не сможет помочь мне, кроме меня самого. А я не знаю, как это сделать.

Отпуск. Я еду, потому что надеюсь там найти лекарство. Новые впечатления, смена обстановки, никого из знакомых.

Я окинул взглядом свою комнату: кровать, стол, стул и шкаф. На этом все. Ах, да! Ещё серые стены, прямо как мой мир. А может они вовсе и не серые? Просто я вижу их такими?

Я посмотрел на себя в зеркало, бледное лицо и неестественно серые глаза, нацепил улыбку и вышел к маме.

– Так. Уже час. Ты точно все собрал?

– Да…

В смысле час? Когда прошло время? Я не понимал этого.

– Давай перекусим и уже будем собираться.

– Да, конечно.

– Что будешь? Суп или просто чай с печеньем?

– Чай.

– Хорошо, включи пока телевизор, поищи, что можно посмотреть.

– Угу.

По телеку крутили одно и тоже: смерть, коррупция, интриги и их расследование. О! Юмористическое шоу. Хоть что-то можно посмотреть.

Дальше время пошло, вернее полетело.

Приехало такси, и из него вышла миленькая девушка невысокого роста, вроде с неплохими формами, черными волосами средней длины, симпатичным личиком, карими глазами и тонкими губками.

А начало путешествия мне нравится.

– Добрый день. До ж/д вокзала?

– Да.

Мама явно смотрела на девушку не так, как я.

Что ж. Если судьба даёт шанс – отказываться я не собираюсь.

– Меня Дима зовут.

Я протянул ей руку.

Девушка тут же посерьезнела и довольно грубо ответила.

– Ага, ты моему мужу представься сначала.

– Чего так грубо то? Я просто представился.

– Знаю я таких. И вижу, между прочим – просто ты представился или нет.

– Девушка, может у моего сына и были какие-то намерения, но плохого он явно не сделал…

О, нет! Мама решила заступиться за своего маленького восемнадцатилетнего сыночка.

– Ха, Дима, ты сначала маму свою обеспечь, а потом к девушкам подкатывай.

– Знаете что! Весь отпуск полностью оплатил мой сын, и я требую уважительного отношения к нему!

– Мам, не надо…

– Нет, надо! И знаете, девушка, можете ехать, мы вызовем другое такси!

Да уж, не думал, что из-за моего имени может разгореться такое.

– Не нужно. Мам, едем с ней, все хорошо. Не порть себе настроение.

– …

– Мам…

– Ладно, едем.

– Между прочим, если бы вы отказались, то платили бы за ложный вызов и…

– Хватит. Прикрой свой ротик и вези нас. В этом заключается твоя работа, и за нее мы платим, а не за то, чтобы ты нас оскорбляла или болтала тут.

Эта девица всерьез начала бесить.

Она посмотрела на меня, как она думала, убийственным взглядом и коротко ответила.

– Окей.

До вокзала мы ехали в полной тишине.

Лишь на прощание мама крикнула девице язвительным тоном:

– Удачи, барышня. Такими темпами ваш муж скоро от ва…

Я слегка дёрнул ее за рукав и увел подальше от этой особы.

Та что-то кричала вслед, но благо, слышно ее не было.

– Какой у нас вагон?

– Сейчас гляну… Четырнадцатый.

– Так это в самом конце! Сколько же топать.

– Ничего, дойдем.

У входа нас ждала ещё одна приятная девушка: стройная, с рыжим каре и зелёными глазами, но это только внешне. Прекрасно помня девицу из такси, я не спешил с выводами. Но вдруг это моя судьба?

– Добрый день. Ваши билеты.

Мама стала копаться в сумочке, а я тем временем посмотрел на бейдж. Ага, Елизавета.

– Кхм, Елизавета, а вы не знаете, кондиционеры работают в вагоне?

– Да, это новый вагон.

– Отлично. А скажите, вы с нами поедете всю дорогу?

– Да. А мой молодой человек встретит меня у перрона.

– Ага… Понял, принял. Отстал.

Она мило улыбнулась. Ну, это уже хорошо. Хоть не послала.

Тем временем мама уже нашла билеты, отдала их Елизавете, та в свою очередь проверила, и мы зашли в вагон.

Когда вещи были уложены, а все уселись, кстати, с нами в купе никого не было, мама решила со мной поговорить.

– Мить, я, конечно, все понимаю, у нас достаточно доверительные отношения…

Да, если бы ты знала…

– Но, пожалуйста, перестань при мне флиртовать с девушками. Мне совсем чуть-чуть не очень удобно.

– Ладно.

– Вот и отлично. А теперь давай кушать!

– Уже?

– Ну, все же кушают. Запахи.

– Понял.

Ох, я такой странный человек, что могу есть лапшу быстрого приготовления везде, кроме поезда. Точнее в поезде я тоже могу ее есть, но без удовольствия.

Благо, у нас на ужин была курица и салат из овощей.

После еды, я решил, что можно залазить на верхнюю полку и отключаться от мира.

Я достал наушники, подключил их, заиграла грустная музыка.

М-да… Я тот человек, который будет добивать свое хреновое настроение грустной музыкой. Печальная ситуация.

Почему так сложно разобраться в себе? Почему наш мир так устроен? Почему все не может быть проще? Почему нужны боль, страдания, ненависть, а самое ужасное – безысходность?

Я понимаю, что скоро умру, да, это звучит страшно, и, наверное, кто-то подумает, что это бред подростка, но не дай бог вам испытать это. Я чувствую, что ещё чуть-чуть и больше не смогу выбраться, свет погаснет. А выхода нет. Безысходность.

Именно с такими мыслями, или ища выход, но не находя, я обычно засыпаю. Вот и тут, под мирное покачивание и постукивание поезда, я погрузился в сон.

Утро началось, можно сказать, хорошо – в 11 часов. Ещё не открывая глаз, я услышал, что мама чем-то шуршит и с кем-то разговаривает.

Лениво разлепив глаза, я потянулся и свесился с полки, посмотреть, кто к нам подсел.

Тот, кто сидел напротив моей мамы, приятно меня удивил.

Это была молодая девушка, достаточно милая, но с тонной косметики. Это, не буду скрывать, огорчило. Но не повод сразу плохо о ней думать.

– Доброе утро.

– О, Митя, проснулся!

– Здравствуйте.

Девушка слегка застеснялась.

– Дима.

Я протянул ей руку.

– Вика.

– Очень приятно.

– Мне тоже.

Она улыбнулась. А эта девушка милая.

Я привел себя в порядок и вернулся к дамам.

– Вика, на "ты" можно?

– Да.

– Ты когда села?

– Ночью. В Ельниках.

– Ну, это мне не о чем не говорит, но приятно, что с нами едет именно такой человек.

Мама пнула меня под столом.

– Ладно, ладно. Я прекращаю флиртовать с этой девушкой.

Вика засмущалась, а щеки покраснели.

– Митя! Не смущай Викторию.

Я ехидно улыбнулся и залез к себе на верхнюю полку. Иногда сам удивляюсь, почему такой смелый и так упорно ищу девушку. Вроде внешность обычная: чуть отросшие коричневые волосы, серые глаза, рост чуть выше среднего и не очень-то дружу со спортом, но худой, но не тощий. Как-то так.

Иногда мне кажется, в девушках я ищу спасения. Кажется, что вот сейчас я загляну в ее глаза и увижу в них жизнь. Пойму в долю секунды, что она моя судьба.

Но этого так и не происходит. Да, и вообще, так бывает только в сказках. Моя жизнь, если честно, не очень похожа на сказку.

Что ж, раз смущать и подкатывать ни к кому пока нельзя, буду слушать музыку. Иногда, в особо грустные моменты, когда я загоняюсь больше всего, то появляется очень сильное желание самому написать песню. И попытки были, может даже неплохие, но все песни, как и мысли, навсегда останутся в моей голове, и возможно, когда я полностью утону – там, в глубине, будут звучать эти строки.

А я знаю, если утону, то уже не смогу выбраться, и что тогда будет – это на самом деле страшно представить.

Музыка звучала, а мои мысли все больше наполнялись невеселыми размышлениями.

Почему я уверен, что этот отпуск мне поможет? Да, черт, я ни в чем не уверен. Невозможно осознать, что ты ничтожество и не можешь бороться даже с самим собой.

Я всегда задавался вопросом: когда это началось, с какого момента меня начало засасывать?

С того момента, как от нас ушел отец, когда мне было тринадцать? Или с того момента, когда в пятнадцать я узнал, что он умер, танцуя на крыше с нашей семейной фотографией пьяный, оступился и упал с двадцать первого этажа?

А может тогда, когда я узнал о предательстве девушки? Предательство – вещь, которую я никогда не прощаю. Ха, а знаете, мы с ней друзья, причем у нас отличные отношения, как у друзей, мы часто гуляем вместе. У нее новый парень, с которым я знаком, и мы тоже прекрасно дружим. Только вот чувства все ещё есть! И у нее, и у меня. Как бы это хорошо не пыталось скрыться. Только вот вместе мы уже никогда не будем, потому что предательство я не могу простить, как бы ни хотел, вернее простить могу, но вот быть с человеком – уже нет.

Хм, а может все началось с того момента, как у мамы нашли рак? И мы боролись пять лет, и в итоге, я до сих пор иногда не верю, смогли победить.

А может все началось тогда, когда я понял, что уже поздно? Что меня уже не спасти? Что я умираю, хоть и морально. А что будет после, когда все закончится? Что со мной будет?

И я пытаюсь бороться, даже не столько ради себя, сколько ради мамы. Удара от папы, причем двойного, ей хватит.

Вот я и ищу, как утопающий соломинку, хотя почему как, девушку, в надежде, что она спасет меня.

– Митя, ужинать будешь?

– Что? В смысле ужинать?

– Я будила тебя обедать, но ты, видимо, крепко спал и не слышал.

Но я то знаю, что не спал. Ещё один минус моей "болезни" – я выпадаю из реальности, из времени. Это тоже пугает, я вроде задумываюсь на несколько минут, а все вокруг теряет смысл: нет звуков, цветов, нет ничего. Я, мой разум как будто оказываются не рядом с телом, живут и действуют по законам времени, а тело как парализовано. Иногда мне кажется, что когда я "умру", такое состояние просто станет постоянным.

– Да, я проголодался.

– Пюре будешь?

– Не откажусь.

– Смотри, а у Вики карты есть, не хочешь сыграть?

– Я не против. Вика, ты то сама хочешь?

– Почему нет?

Я заглянул в глаза девушки. Там ничего нет. То есть там много всего, но сомневаюсь, что она моя судьба.

Вдруг поезд резко затормозил. По громкой связи объявили, что стоянка целых 40 минут.

– Ого! Я пойду прогуляюсь, Митя, пойдешь?

– Не.

– А ты, Вика?

– Тоже что-то особого желания нет.

– Какие вы противные.

– Ма, мы в карты поиграем.

– Как хотите.

Она гордо задрала голову и вышла. Обожаю свою маму за ее чувство юмора.

– Эм… Так будем играть?

– Да, прости, задумался. А давай на раздевание?

– Что?

– На раздевание.

– Но… А вдруг твоя мама зайдет?

– Тебя только это волнует?

– Нет. Просто…

– Да ладно тебе, давай!

– Хорошо.

Игра началась. Вика проигрывала в пух и прах. Один раз я даже поддался, чтобы ей не было так обидно.

По итогу, спустя всего двадцать минут, девушка сидела передо мной в одном белье. А я смотрел на нее и понимал, что она абсолютно не привлекает меня. Вроде симпатичная девушка с формами, а меня почти не тянет к ней.

На этом я решил закончить игру, хоть и видел, она не против продолжения.

– В общем: ты проиграла в сухую… Почти. Можешь одеваться, а то скоро мама придет.

– Ну, ладно.

Тихо и немного расстроено отозвалась Вика.

Я сделал вид, что не заметил в ее голосе грусти, и как ни в чем не бывало, пошел за чаем.

– Тебе взять?

– Не надо, я не хочу.

По-моему, на меня кто-то обиделся. Ну, и пускай, зато не буду давать лишних надежд, не только ей, но и себе.

Весь оставшийся вечер Вика охотно общалась с моей мамой, а на мои вопросы отвечала сухо и сжато.

Ой, не очень то и надо, я ушел к себе наверх.

Музыка снова полилась мне в голову, и на место обыденным мыслям пришли лично мои, откуда-то издалека.

Зачем люди встречаются? Вот возьмём Вику: мы увиделись с ней здесь и больше никогда не встретимся. Для чего была эта встреча? Кому она нужна?

А с проводницей? А с девицей с такси?

Люди встречаются, чтобы больше никогда не увидеться. Это настолько странное явление, что не поддается объяснению.

Чтобы изменилось в моей жизни, не встреть я этих девушек или любых других? Ничего. Пару воспоминаний, а многие даже не остались в памяти.

Зачем?

С этим вопросом я погрузился в сон.

Утро началось с возгласа мамы:

– Пока, Викуля, удачи тебе. Я передам Мите, что ты попрощалась с ним.

– Не надо.

Едва слышно пробурчала девушка.

– До свидания, Светлана Анатольевна. Вам тоже удачи.

Дверь купе хлопнула. Только после этого я спустился вниз.

– И чем же ты так обидел бедную девушку?

В лоб начала мама, как только я очутился на ее уровне.

– Тебе не понравится.

– Нет уж, ты расскажи.

– Не важно.

– Дмитрий…

– Вот только не начинай, пожалуйста. Я сказал, не важно. Если бы Вика хотела – сама бы все рассказала.

– Может ты и прав, это ваше личное дело.

– Не надо обижаться.

– Все в порядке.

– Ма…

– Все хорошо. Садись, ешь.

Замечательно. Теперь я точно знаю, зачем появилась Вика: чтобы испортить маме настроение. Чудно.

Бутерброды, которые мне сделала сама, были буквально пропитаны ее обидой, по крайней мере, мне так казалось.

Три часа мы не общались с ней вообще, ни у кого не было особого желания.

Только когда мы уже подъезжали к Сочи, я снова заговорил.

– Мам, не надо обижаться, хорошо.

– Сына, помоги сумку достать, пожалуйста.

Ясно. Ладно, будем ждать.

На перроне нас встретил водитель, которого прислал отель, в котором вы поселились.

Приехали мы рано, поэтому решили, что в пять вечера уже можем идти на море.

Номер оказался просторным, с большим окном и двумя широкими кроватями.

– Мам, тебе нравится?

– Конечно, Мить!

Когда она увидела номер, ее обиду как рукой сняло.

– Тогда разбирай вещи, а я пойду узнаю, где ближайшая столовая.

– Давай.

Я спустился на рецепшн, где меня встретила молодая девушка. Если это не везение – то что?

– Добрый день! Мы рады, что вы выбрали наш отель! Что-то хотите узнать?

– Добрый день. Как официально.

Девушка улыбнулась. И главное не своей профессиональной улыбкой, а нормальной, человеческой.

– Меня Дима зовут.

– Евг… Женя.

– Очень приятно.

Один миг – и я заглянул в ее глаза. Красивые. И что-то в них есть. Может я нашел ее?

– Скажите, Женя, а вы бы не хотели сходить в какое-нибудь кафе, например?

– Ой, а может и хотела бы.

И тут в дверях послышался грубый, злой мужской голос:

– И в какое это кафе вы собрались?!

Лицо девушки в миг поменялось.

– Зайчик, это не то, что ты подумал. Просто… Я просто…

– Знаешь, мне это уже надоело.

Только сейчас я смог повернуться. Недалеко от меня стоял полный мужчина, с черными волосами и бородой, в руках он держал букет роз. "Как банально" – почему-то сразу же подумал я. Но букет недолго оставался в его руках, спустя секунду он уже валялся у ног Жени, а "зайчик" развернулся и стремительно удалялся прочь.

– Милый, подожди, пожалуйста!

Жена бросилась за ним. Слишком поздно, Женька, сначала надо думать, а потом делать.

У меня с девушкой была немного другая ситуация, там не было такого предательства, как измена, но от этого не становится лучше.

А отдых с каждой минутой становится все интересн… Хуже и хуже.

Спасибо вам ребята, умеете достойный сервис оказать.

Я быстрым шагом вернулся в номер, не думаю, что мне будет приятно видеть Женю.

Зайдя в номер, я застал маму у окна. Она с интересом рассматривала вид и улыбалась во весь рот.

Я просто не мог испортить ей настроения. Как обычно. Никто ничего не узнает.

– Ну, что, сынок, узнал?

– Нет, на рецепшене никого не было.

Соврал я.

– Готова идти на море?

– Ага!

– Отлично. Две минуты и идём.

Я быстро переоделся, и мы вышли на улицу. На выходе из отеля я заметил Женю, тушь у нее потекла, но она упорно делала вид, что все хорошо.

Завидев меня, она попыталась улыбнуться, но получилось лишь жалкое подобие улыбки, я в свою очередь лишь отвёл глаза. Не хочу даже смотреть на нее.

До пляжа оказалось совсем недалеко. Плюс дорога лежала через парк, что добавляло комфорта.

Всю дорогу мама рассказала, как ей тут нравится, как тут здорово, и какой я хороший сын, что привез ее сюда.

Ее радость была для меня лучше любых похвал.

Выбрав на пляже свободное место, мы разложили полотенца, чтобы это самое место не заняли, и пошли купаться.

Вода оказалась грязной, она цвела, но даже это не смогло испортить маме настроения.

Зато море порадовало температурой. Теплое настолько, что даже заходить не холодно.

Плавал я так себе, как и мама, но это не мешало насладиться морем. На воде держимся, не тонем – и хорошо.

Искупавшись, мы пошли загорать.

Мама устроилась на самом солнце, а я сел немного в тени.

Тревога, которая была со мной почти постоянно на протяжении нескольких лет, по крайней мере, на данный момент, отошла на задний план.

Было так хорошо. Ветер трепал волосы, а солнце согревало.

Как вдруг неведомая сила заставила меня повернуть голову… И я увидел Ее.

Она буквально светилась изнутри, хотя я до сих пор пытаюсь убедить себя, что это было лишь солнце.

И это было первое, на что я обратил внимание. Не на внешность и формы, хотя было на что: милое личико без косметики, серые глаза, в которых плескалось море – это сложно понять, но так оно и было, стройная фигурка и груди размера третьего, но это все было не важно, по крайней мере, не настолько.

Она меня даже не заметила. Но сейчас мне этого и не надо было. Я жадно смотрел на Нее, ловил каждое движение.

Что происходит со мной?

Она прошла мимо меня в одном купальнике, и только когда оказалась метрах в пятнадцати от меня, я понял, что все это время не дышал.

Это непередаваемо. Любовь с первого взгляда? Это фраза слишком ничтожна по сравнению с тем, что я испытал.

Спустя пару секунд девушка скрылась с моих глаз.

И тогда я почувствовал панику. А что если Она не вернётся. Сердце стало стучать чаще и вдруг остановилось. Я увидел Ее.

Если я сейчас же не познакомлюсь с Ней, то никогда себе этого не прощу.

Я потянулся, взъерошил волосы и уже было направился Ей навстречу, как вдруг Она посмотрела, будто нашла меня взглядом из всей толпы, окружающей меня.

И тогда я замер. Этот взгляд был вскользь, но мы встретились глазами. Я видел, что Она засмущалась и ускорила шаг.

Неужели я не смогу остановить Ее? Нет. Я понял это сразу. Не смогу. Что-то произошло со мной.

А потом Она взглянула ещё раз. Так же быстро, но этого хватило, чтобы я почувствовал счастье. Она тоже меня заметила.

Девушка не ушла куда-то, как я очень боялся, а легла на шезлонг впереди меня, метрах в пяти. Я видел только Ее волосы, ох, и как же мне хотелось к ним прикоснуться. Но я не мог, будто не имею на это право. Ничего, мне просто надо немного время и я буду прикасаться к Ней постоянно.

Мама внезапно потрясла меня за плечо.