- -
- 100%
- +
© Катя Иванова, 2016
ISBN 978-5-4483-3835-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Об авторе
Псевдоним «Катя Иванова» принадлежит Екатерине Заяц
Я, Заяц Екатерина Николаевна, родилась в 1962 году, выросла и окончила школу в Казахстане (Кустанайская область, село Тарановское). Более 30 лет живу в городе Троицке Челябинской области. РОССИЯ. Образование высшее – Троицкий ветеринарный институт. Замужем, две дочери и трое внуков.
Первые романы о любви начала писать в апреле 2014 г.
На данный момент вышли печатные книги в России: «Любовные романы» и «Романы о любви», «Детективы, мистика», «Прошла любовь», «Восточный аромат мужчины», «Сказки для внучки Лерочки» и 5 электронных книг, которые продаются в интернет-магазинах. Сказки для детей «Что такое счастье» омского издательства «КАН» и рассказы для детей «Детство».
В Чехии за 2015 год вышли три книги – романы о любви.
В 2016 году в Чехии выпустили две книги сказок: «Тайские зарисовки» и «Времена года».
Пробую писать стихи.
Мои работы публикуются в журналах: «Чешская звезда», «Бульвар зеленый», «Три желания», «Российский колокол», «Спутник», «Край городов», «Мост» и др.
http://www.proza.ru/avtor/ekaterinakatru
http://www.chitalnya.ru/users/ekaterinakat.ru@mail.ru/
fabulae.ru/autors_b.php? id=7090.
Семья
Лариса, сорокадвухлетняя полноватая женщина с больными, отекшими ногами, ранним весенним утром медленно с большой сумкой – каждый шаг ей давался с трудом – поднималась по ступенькам. Она вернулась из командировки.
Много лет работала проводницей поездов и поэтому две недели была в поездке, а две – дома. В квартире ее ждала семья: муж Семен, дочка – пятнадцатилетняя Ксюха, сын – семилетний Артем.
Замуж вышла Лариса в позднем возрасте, в то далекое время, когда перевалило за двадцать пять. Родила дочь, но с первым мужем не сложилось – быстро разбежались. Дочке было полтора годика, когда вышла замуж за Семена, сантехника с ближайшего жэка, который обслуживал ее многоквартирный дом.
В семейных отношениях было «без грозовых туч», отчим к дочери относился как к родному ребенку, решили и второго родить.
Хозяйка зарабатывала неплохо и из-за этого не хотела бросать хорошо оплачиваемую, прибыльную работу. На плечи мужа в отсутствие жены ложилась забота о детях.
«Мы можем себе позволить жить в большой трехкомнатной квартире, – говорила хозяйка, – каждое лето отдыхать на море. Сейчас, в такое трудное время, не каждая семья может позволить себе это. Да еще зимой на недельку выбираемся в горы, в пансионат: покататься на лыжах и вообще подышать морозным горным воздухом. Ты за мной как за каменной стеной», – говорила она мужу.
Степан молчал, только загадочно улыбался и соглашался с женой.
– Доброе утро, мои дорогие, родненькие, – шепелявя, громко произнесла Лариса, входя в квартиру рано утром. Она медленно прошла на кухню, волоча за собой большую сумку. – Ух! Еле дотащила. Устала, ноги отстегиваются.
– Мама, мама приехала! – громко прокричали дети, выбегая из своих спален.
– В такую рань сегодня прибыла. А что шепелявишь? – потирая глаза кулаком, произнес Семен, входя на кухню.
– Да ползуба отвалилось. После обеда к врачу пойду.
– Что мне привезла? – весело спросил первоклассник и полез в сумку матери.
– А поцеловать мать?
– Ну забыл… – чмокнув в щеку мать, произнес мальчик.
– А мне что? – как бы нехотя спросила дочь.
Матери показалось, что дочь какая-то тихая, неразговорчивая, с грустными глазами, но списала на раннее утро и на то, что девочка не выспалась, наверное.
– Ваши подарки лежат на дне… Сейчас разберу и вытащу их. Как вы тут без меня? Все хорошо у вас? Какие новости?
– Какие новости? Все как всегда. Только вот Артем неуправляемый стал… По поведению в школе двойку получил, – давал отчет хозяин, помогая разбирать большую сумку жены. – Давайте будем завтракать. Дети, умываться, одеваться, после школы в сумке рыться будете. В школу опоздаете.
– Я на стол накрою, только руки сполосну, – сказала хозяйка.
– Да сиди ты. Я сам на стол накрою. Устала и так. Еще такую тяжелую сумку тащила. Сосед из второго подъезда умер.
– Кто?
– Иван Васильевич. Машина сбила. До больницы не довезли, умер в скорой помощи.
– Какое горе семье! Не старый был еще… Водителя нашли?
– Нет, не нашли. Пятидесяти не было, бедный мужчина.
– Да, жалко мужчину. Я привыкла тяжести таскать. Каждый раз тащу и тащу – все в семью, все вам! – устало произнесла она, присаживаясь на табурет.
Дети ушли приводить себя в порядок.
– Мама, а можно я сегодня в школу не пойду? – заканючил сын, выглядывая из ванной комнаты.
– Нет, нельзя. Учиться надо. Вон сестра отлично учится, успевает плаваньем заниматься, порядок в квартире поддерживать, да и за тобой присматривать, пока я деньги зарабатываю. Дай бог, на бюджет в институт поступит… Все мне легче будет.
– Я вчера не все уроки сделал… – продолжал канючить мальчишка.
– Степ, ты что, уроки у сына не проверил?
– Да проверил я. Все мы сделали, все выполнили. Хитрит, хочет дома с тобой остаться.
– Сыночек, ты должен хорошо учиться и слушаться взрослых. Так что собирайся в школу. А мы с тобой вечером посидим, поговорим, все твои дела обсудим.
Дети, позавтракав, пошли в школу.
– Мне надо раньше на работу сегодня прибыть. Я пошел, – торопливо произнес мужчина и, поцеловав жену, вышел из кухни.
– Я думала, ты мне сумку поможешь разобрать и разложить все по местам… – вдогонку кричала женщина.
– Ложись, отдыхай, вечером или в обед разберем… Никуда не денутся твои подарки.
Только женщина осталась одна в квартире, раздался телефонный звонок – ее приглашали в школу к директрисе. Лариса очень удивилась.
– Что случилось? Я только что вернулась из поездки, видела всех домочадцев, они ничего мне не сообщили о ЧП в школе.
– Срочно приходите, все узнаете.
Лариса поспешно приняла душ, переоделась и пошла в школу.
– Лариса Васильевна, добрый день. Присаживайтесь. У нас ЧП.
– Артем балуется на уроках?
– Нет, не мальчик. Ваша дочь Ксения вся в синяках пришла в школу. Кто ее избил? Откуда они у ребенка? Учительница физкультуры увидела и сообщила мне.
– Я ничего не заметила, утром дочь видела, – растерянно произнесла женщина.
Теперь только вспомнила, что на дочери была какая-то старая бесцветная пижама с длинными рукавами и под горлышко.
– У Ксении руки и ноги в больших синяках. Я вызвала и спросила об их происхождении. Она молчит. Уперлась и молчит! – строго выговаривала директриса. – Вы знаете, школа молчать не может, не имеет права, мы должны сообщить по делам несовершеннолетних, в полицию. Вашу дочь кто-то избил или постоянно избивает, а вы не видите и не знаете.
– Да как такое случилось? Это первый раз… – заплакала Лариса.
– Дочь – подросток, надо больше времени уделять ей. Быть бдительней. Она у вас девочка красивая, видная, да еще и одевается ярко. С мальчиками дружит, – выпалила директриса. – Может, что случилось… непоправимое? – выбирая слова, медленно чеканила преподаватель. – На мой урок пришла в красной короткой юбке и белой ажурной кофточке, видно было нижнее белье. Я ее спросила, где ее школьная форма, на что она ответила, что не высохла. Может, она сама провоцирует своим видом приставания мальчиков?
– Да что вы такое говорите? С кем она дружит? С какими мальчиками? – плакала родительница.
– С Максимом из одиннадцатого класса… С его компанией. Их часто учителя видят вместе во дворе школы.
– Максима я знаю, он в соседнем доме живет… Вроде бы хороший мальчик? С его мамой разговариваю… Она дома со вторым ребенком.
– Даю вам двадцать четыре часа – вы должны выяснить все обстоятельства этого инцидента. Если не выясните, то школа сообщит в полицию. Сегодня в их классе три урока – учитель русского языка и литературы заболела, вот и проконтролируйте, когда она вернется домой.
Лариса шла по коридору школы, крупные капли пота катились по ее спине, ноги не хотели слушаться, в голове стучал набат.
Взглянув на часы, – время окончания третьего урока – решила посмотреть, с кем ее дочь будет возвращаться домой.
«Как такое могло приключиться? Что произошло? Кто обидел мою дочь?» – думала она.
Спрятавшись за большое дерево напротив школы, решила вести наблюдение.
Она увидела, что на крыльце школы к дочери подбежали два старшеклассника и стали хватать ее за кисти рук… Видно было, что они бурно выясняют отношения, дочь вырвалась и быстрым шагом пошла… по дороге к дому.
Лариса бегом – напрямик, через маленький сквер – помчалась к своему дому, чтобы опередить дочь и прийти первой в квартиру.
Прибежав в квартиру, хозяйка присела за кухонный стол и налила чай.
– Дочка, ты уже пришла? – крикнула она, когда услышала открывающуюся входную дверь.
– Мама, это я.
– Зайди на кухню.
Девочка заглянула на кухню:
– Сегодня двух уроков не было, вот я пораньше и пришла. Сейчас уроки… И на треню в бассейн.
– Хватит тарахтеть. Присядь. Меня сегодня в школу вызывали. Тобой интересовались, – строго произнесла мать. – Вот сижу и думаю, что делать дальше. Откуда у тебя синяки? Давай, покажи! Раздевайся!
Ксения нехотя сняла школьную форму.
Руки были в больших синяках. Они темно-фиолетовыми кляксами покрывали руки девочки. Похоже были на то, что кто-то большой лапищей хватал и удерживал тоненькие ручки ребенка.
– Какой ужас! – всплеснула руками женщина. Директриса не преувеличила. – Кто это тебя так? Кто избил тебя? Что молчишь?
Девочка, опустив глаза, молчала.
– Кто избил тебя? Макс избил? Тебя с ним часто видят… Сейчас пойду к родителям его, мать дома с младенцем, и поговорю с ней. Устрою скандал. Вырастили разбойника и подонка. Надо же, девочку избить. А может, он что хотел от тебя? Подчинить тебя себе хотел? Вот и хватал своими ручищами… Пусть своего сына воспитывают… Директрисе скажу, выгонят его из школы. Надо же, девочку так избить! Что молчишь?
Ксения молчала.
– Что ты молчишь? Кто тебя избил? Может, на тебя напали, когда с тренировки возвращалась?
– Это не он, – тихо проговорила дочь.
– А кто? Кто такой бесстыжий изверг?
Поняв, что от дочери не добьется вразумительного ответа, сказала:
– Иди уроки делай. Я сама все выясню… Если мы сегодня не выясним, завтра директор сообщит в полицию, и тогда тебя увезут и будут там допрашивать.
С глаз дочери полились крупные слезы…
Послышался звук открывшейся входной двери. Пришел сын.
– Мама, мама, где мой подарок? – забегая на кухню, кричал мальчик.
– Иди в свою комнату, – сказала она дочери.
Ксения быстро удалилась.
– Я сегодня хорошо себя вел на уроках. Меня учительница похвалила.
– Молодец. Сейчас покормлю тебя обедом… Правда, я его не успела сготовить. Меня в школу вызывали, балуешься на уроках ты.
– Я уже не балуюсь… Мама, а ты пельмени свари. Я уже привык пельмени на обед кушать. И папа любит… Скоро придет на обед.
– А расскажи-ка, сынок, что тут без меня произошло?
– Да ничего… – пряча глаза, ответил сын.
– А ну расскажи, а то подарок я тебе из сумки и не достану.
– Папа вечером привел друзей, они на кухне сидели, водку пили и пельмени ели.
– Когда?
– На прошлой неделе… Ночью песни пели… Спать нам не давали. Ксюха ругалась и выгоняла их.
Степан при жене никогда не приглашал друзей к себе домой. А когда один с детьми оставался, редко, но позволял себе расслабиться. Обычно собирались где-нибудь в подсобке. А тут распустил хвост, домой пригласил.
– Это он ее бил, когда она его гостей-пьянчуг выгоняла?
– Я не видел, я спрятался на кровати под одеялом. Мне было страшно. Они громко ругались, слышно было, как на кухне падает стул.
– Какой позор! Отец избил дочь. Теперь в полицию заберут его, – медленно присела на стул женщина.
«Вот что значит не родная, – думала Лариса, – значит, можно и ругать, и избивать. Своего сына любит, а на падчерицу руку стал поднимать. А может, пьяный он ее домогался, хотел изнасиловать? А что, шары залил, и море по колено…» – в ужасе думала она, вытаскивая из кастрюли шумовкой пельмени.
– Ешь, – поставила она тарелку перед сыном.
Лариса пошла в комнату дочери, девочка лежала на кровати и рыдала.
– Доченька, это Степан бил тебя? Это твой отец? Или все же Макс? Молчишь? Успокойся! Нам надо все выяснить сегодня. Завтра школа сама сообщит в полицию. Сейчас воды тебе принесу.
Мать принесла стакан воды с каплями валерьянки и подала дочери.
– Выпей, успокойся, – она села и обняла дочь, стала целовать ужасные синяки на руках дочери. – Не скрывай ничего. Расскажи, как все было. Может, он домогался тебя? Ты ему не родная… Ты помнишь это, я тебе говорила? Мы расписались, тебе полтора годика было. Залил шары и приставать стал? Артемка мне рассказал, какой бедлам он устроил без меня. А раньше такое было? – плакала мать.
Дочь молчала, только плакала и, морщась, маленькими глотками пила воду с успокоительным лекарством.
Раздался звук открывшейся входной двери.
– Я на обед забежал, ненадолго, – громко произнес муж. – Пахнет пельменями. Ух и проголодался я!
– Я тебе сейчас покажу обед! – как фурия, выбежала Лариса из комнаты дочери и накинулась с кулаками на мужа.
– Пьянки со своими алкашами устраиваешь в квартире! Детям спать не даешь? Изверг! Извращенец! Ребенка избил. Наверное, изнасиловать хотел? В школе уже все знают, что ты избиваешь ее! – громко орала жена
Мужчина стоял, широко разинув рот, получая удары женской ладошкой по лицу. Он не пытался сопротивляться, чем злил еще больше жену.
Звонкие пощечины сыпались и сыпались на лицо мужчины.
– Что стоишь как истукан? Что молчишь? Избил дочь?
– Нет, не хотел я, – мямлил тихо муж.
Выскочил из кухни сынишка и ухватился за руку матери:
– Мама, мама, не надо! – громко кричал и плакал он.
– Вызываю полицию, пусть заберут тебя в каталажку, – и она так же резко, как и до этого подскочила, отскочила от него и набрала номер полиции:
– Срочно приезжайте, избивают ребенка, попытка изнасилования.
Степан стоял как вкопанный, не шевелясь, лицо малиновым цветом пылало…
Мгновенно прибыл наряд полиции:
– Что случилось? – спросил взъерошенных людей лейтенант средних лет, входя в квартиру.
– Этот вот… отчим, он хотел изнасиловать мою пятнадцатилетнюю дочь, когда я была в командировке, и избил ее. У ребенка все тело в синяках! – громко выкрикивала возбужденная, не в себе женщина.
– Наручники! Наденьте на мужчину, – дал распоряжение другим сотрудникам старший наряда.
Степан стоял не шевелясь, только крупные слезы лились из его глаз и лицо горело огнем.
Громко заплакал Артемка:
– Папа, мама…
– А вы пройдемте, напишем заявление. Уводите мужчину в машину, – спокойно произнес полицейский.
– Папа, папа! – громко кричал мальчик, уцепившись за ногу отца.
– Успокойте ребенка! – строго произнес старший сержант, пожилой седовласый мужчина. – Уберите ребенка.
– Это не он! – громко закричала Ксения, выбегая из своей комнаты. – Мама, это не он!
– Пройдем к столу, и вы, девушка, все расскажете. Всю правду. А то натворили тут. Развели самосуд. Домыслы, фантазии, недоверие… Я запишу и прочту вам.
– Так что, наручники снять? – спросил молоденький сержант.
– Нет… Рано еще, – строго произнес лейтенант.
– Пройдемте в зал, там за стол и присядем, – тихо произнесла Лариса.
– Я останусь возле папы, – захныкал Артемка.
– Так, – произнес лейтенант, раскрывая кожаную черную папку и доставая шариковую ручку. – Пишем: имя, фамилия, сколько лет… Вы помните, Ксения, что должны говорить только правду, а то уже и так дров наломали. И никаких фантазий… Только правду.
Ксения стала рассказывать.
В прошлую среду, на тренировке в бассейне, их тренера, Валентину Петровну, заменял молодой тренер, Евгений Александрович, который недавно устроился на работу в спортивный комплекс. Всю тренировку он оказывал девушке знаки внимания, а после тренировки стал расспрашивать ее обо всем: кто она, кто родители, где живет, а потом, когда в раздевалке осталось мало народа, стал приставать. Она задержалась… И он стал хватать ее за руки. Девочка его оттолкнула, мужчина упал и стал за ноги ее хватать.
Синяки проявились на утро. Она боялась кому-нибудь рассказать, так как он пригрозил, что побьет ее. А он сильный и взрослый.
– А кто видел, что он тебя хватал за руки в раздевалке?
– Две-три девочки из моей группы. Да еще малыши из младшей группы, они зашли, когда он лежал на полу и держал меня за ногу… Потом отпустил. Я убежала.
– Я сейчас сделаю звонок. Другая группа поедет за этим тренером и привезет его в участок. Вам сегодня надо будет посетить медицинское учреждение, взять справку о побоях – снять побои, а потом с ней прийти к нам в полицейский участок. Вы поняли, Лариса Васильевна? Это надо сделать сегодня. Там вас будут ждать: следователь и детский психолог. Там все опять придется рассказать. Почему не рассказала родителям?
– Отец в тот вечер пришел с друзьями, на кухне пили спиртное… И полночи орали. Я их выгнала ночью и с отцом поругалась, – тихо отвечала девочка-подросток.
– Он вам отчим?
– Да…
– Он бил тебя? Не обижал? Плохими словами не обзывал?
– Нет.
– А вот и обзывал, – произнес братик, заходя в комнату.
– Подойди к нам и расскажи, как отец сестру называл, – ласково произнес лейтенант.
– Папа громко кричал со своими друзьями, мне стало страшно, и я спрятался под одеяло. Кричал, что он хозяин и что Ксюха – дура! Такая дура, как ее мать… И он не позволит ей выгнать его друзей.
– Лейтенант, товарищ Сидоров, подозреваемый… Плохо ему, он теряет сознание, падает! – громко произнес вбежавший в комнату молодой сержант.
Раздался грохот падающего тела.
– Что стоишь?! Скорую вызывай! – соскочив со стула и выбегая в коридор, кричал лейтенант. – Трупа нам еще не хватало!
– А наручники?
– Снять наручники.
Лариса выбежала за полицейским в коридор.
– Плохо ему, не дышит, – кинулась она к лежащему телу. – Что же я наделала? Где же скорая? – плакала Лариса.
Через несколько минут прибыла скорая помощь. Врач забрал пациента в реанимацию.
– Похоже на инфаркт… – произнес молодой врач.
– Вот, доченька, что ты наделала, надо было сразу все рассказать. Хотя бы Максу… Он бы с мальчишками ему морду набил, – обнимая дочь, говорила мать поздним вечером в комнате дочери.
– Я боялась за Макса, вдруг этот тренер побьет его.
– Глупышка ты маленькая. В следующий раз ничего не скрывай, хоть директору школы расскажи. Она же тебя один на один спрашивала?
– А что теперь будет, мама?
– Что будет, что будет… Ты теперь поумнела, скрывать не будешь ничего. Тренера Евгения уволят. Завели уголовное дело. У отца я попросила прощения. Выпишут из больницы дней через десять.
– Пережили этот ужас.
– Да нет… Еще в полицию походим. Да и на суд придется идти, если до суда доведут. Он адвоката дорогого нанял – слышала я разговор в коридоре полицейского участка.
Сюрприз
Пятидесятичетырехлетняя вдова Екатерина Ивановна вернулась в свою просторную квартиру в центральном районе города из собственного ресторана. Там были поминки – девять дней, как ее муж Сергей Львович, шестидесятилетний бизнесмен, депутат городского собрания, оставил ее на этом белом свете… Инсульт!
Решила несколько часов побыть одна, привести мысли в порядок, но предупредила, чтобы младшая дочь с зятем пришли вечером… Надо разобраться в делах мужа, посмотреть документы: его компьютер и другие значимые бумаги.
Младшая дочь по образованию юрист, а зять – «хакер международного масштаба», так теща его называла: он работал в «верхах», знал многое и умел вскрывать компьютерные «шашни» неблагонадежных.
Всю тридцатитрехлетнюю супружескую жизнь она, Екатерина, как сыр в масле каталась – жила счастливо и без туч на горизонте!
На последнем курсе педагогического института вышла замуж за любовь с первого взгляда – молодого специалиста в сфере экономики и бухучета банковского дела.
«Любовь-морковь», взаимная страсть и рождение трех детей в течение десяти лет супружеской счастливой жизни сделали из молодой тоненькой девушки… степенную супругу преуспевающего банкира.
На ее плечи легли забота о муже, уют в доме, воспитание детей. Когда последний ребенок, дочка Юлия, пошел в первый класс, Кате надоело находиться дома и быть «домработницей и рабыней быта». Позволял заработок мужа – взяли няню и домработницу, а любимая жена и мать троих детей вышла «в свет» – на работу: создала свое малюсенькое, по сравнению с бизнесом мужа, предприятие по изготовлению пластмассовых изделий – чашек, ведер и другой утвари. С годами ее заводик превратился в солидное предприятие.
«Пусть играется в бизнес-леди, – так говорил муж, – на трусики себе зарабатывает и чувствует себя нужной государству!»
– Кате надоело дома сидеть – домашний быт, дети и я… Пусть воплощает свои фантазии, а я по мере возможности буду ей помогать. Как не помочь любимой жене и матери моих детей! – так говорил мужчина друзьям.
Он любил свою жену и поощрял ее капризы, хотя она не капризничала, а предлагала пути воплощения своих идей в жизнь.
Так в счастливом браке и текли безоблачные дни, годы…
И вот любимый супруг, отец детей и дедушка двух внуков внезапно оставил этот мир!
От неожиданности случившегося Екатерина Ивановна была не обычная и «не своя».
Взрослые дети внушали ей, что на этом жизнь не кончается, ей надо продолжать жить… И может быть, еще найдется мужчина, который подарит ей счастье.
– Она не выглядит пенсионеркой и вообще находится в отличном виде, пусть ждет свое счастье – оно не за горами, – переговаривались между собой родственники.
Спустя несколько дней после похорон вдова задумалась о своей дальнейшей жизни: о внуках, детях и вообще… О тех летах, что ей отсчитано Богом.
Вечером пришли дочь с зятем. Юленька была на последнем месяце беременности – родится девочка.
– Зять, ты пройди в кабинет и посмотри по компьютеру тестя все документы, а мы пока на кухне чаю выпьем. Если что понадобится – зови меня! – произнесла хозяйка, проводив мужчину в кабинет мужа.
– Дедушка ждал долгожданную внучку, а то все мальчишки, – медленно произнесла женщина, погладив живот дочери. – не дождался, так неожиданно все произошло!
– Мама, может, хватит? Пора смириться. Жизнь продолжается. Тебе надо думать о себе. Давление скачет, темные круги под глазами – бессонница, никогда такого не было. Береги свое здоровье. Жизнь продолжается!
– Юленька, я с твоим отцом счастливую жизнь прожила. Ты не видела, братья с семьями уехали?
– Да, мамочка. Димка и Ленька с семьями уехали. У них дела: жены, дети, бизнес. Они сказали, что тебе позвонят. Срочно на самолет в аэропорт уехали. И так на неделю задержались.
– Далеко живут они. Редко видимся, – проронила слезу вдова.
– Мама, никто их из города не выгонял. Сами выбрали: один – Сахалин, другой – Крайний Север… Там проще деньги зарабатывать.
– Это отец их научил. На севере, в Нефтюганске нефть добывают, а Димка – хороший специалист в этой области, гребет деньги лопатой! Вон, на юбилей мне ожерелье с брильянтами подарил… Я думала, что подделка то, баловство, а когда к ювелиру обратилась насчет оценки, чуть в обморок не упала от суммы, произнесенной ювелиром.
– А Ленька – специалист по разведению рыбы. С детства аквариум держал в своей комнате и разводил своих рыбок. Вся комната была в этих банках. Помню, как хныкал: купи да купи… Именно вот эту! Теперь вон какой пост занимает! Уважают. Зарабатывает прилично и содержит семью… Еще несколько лет, и обеспечит себя и свою семью на всю оставшуюся жизнь. Может, и в Европу переберутся?
– Юля, подойди, – раздался голос зятя из кабинета.
– А что Юля? Мы сейчас вдвоем.
– Екатерина Ивановна, я открыл все документы Сергея Львовича.
– И что там?
– Я даже не знаю, как вам это озвучить. Юля, прочти и матери расскажи.
– Ничего не понимаю. Что такого ты прочитал?
– Мама… Я не знаю, как тебе сказать… – бледнея, произнесла дочь, читая текст файла с компьютера отца.
– Да говори, я на все готова, – торопливо произнесла хозяйка дома.