Целительница в бегах, или Истинных нам не надо!

– Я не боюсь диких животных.

– А это зря.

Пробравшись сквозь заросли орешника, мы оказались около небольшого водопада. Вода с него стекала в углубление наподобие чаши, а оттуда уже нешироким потоком убегала вниз по каменистым порожкам.

– Так ты хотела поплескаться? – наконец догадался Вельтимор.

– Именно. – Я выжидательно посмотрела на него. Может, сейчас уйдет?

Но вместо этого услышала:

– Я постою на страже. Отвернусь и подсматривать не буду. – Он тут же повернулся ко мне спиной. – Но одну тебя не оставлю, даже не думай.

Понимая, что попытка избавиться от него провалилась, я вздохнула и решила подстроиться под сложившиеся условия.

– Только попробуйте подсмотреть, – пригрозила я, торопливо снимая с себя одежду. – У меня есть сотня способов, чтобы доставить вам новые неприятности со здоровьем.

– Не сомневаюсь, – хмыкнул Вельтимор. – Поэтому рисковать не буду. Хотя и самому хотелось бы ополоснуться. Но вдвоем же ты не захочешь?

– О, я вспомнила еще один способ, – ехидно произнесла я, осторожно входя в прохладную воду. – Самый ужасный из всех способов. До своего пункта назначения вам тогда придется ехать порядком дольше. Вначале начинает крутить живот, потом тело покрывается…

– Достаточно! – перебил меня Вельт. – Я уже и так понял, что ты опасная девушка. А еще злишься на меня, да? За то, что не смогу отвезти тебя в столицу.

– Ничего, просто очередной раз убедилась, что доверие – глупая вещь, – отозвалась я.

– Прости. Но я правда не могу вернуться домой, не заехав в то место. – Вельтимор вздохнул. – Это очень важно для меня.

Я промолчала, Вельт тоже больше ничего не говорил. Я быстро заскочила под струи воды, с наслаждением подставив под них затекшие плечи и спину. Они были холодными, и я скоро покрылась гусиной кожей. Зато ощущала себя наконец-то чистой. Словно смыла с себя все неприятные события прошедшего дня.

Оделась я так же быстро, подхватила свою сумку и объявила:

– Я – все.

– Значит, пришла моя очередь. – Вельтимор наконец обернулся. – Я тоже не задержусь. Подождешь меня?

Вот еще! Я мысленно фыркнула.

– Нет, пойду в лагерь. Вижу, Пен уже костер разжег. Не заблужусь, не переживайте.

На этот раз Вельтимор не стал настаивать, и до места ночлега я добралась одна.

Шульта снова не было.

– Пошел побродить по лесу – может, раздобудет что-нибудь, чем можно перекусить, – сказал Пен.

– Вам помочь? – предложила я.

– Нет-нет, – замахал он руками. – Отдыхайте, я сам справлюсь.

Я передвинула ближе к костру меховое манто и опустилась на него. После мытья было все еще зябко, но от огня шло тепло, и я постепенно начала согреваться.

– А вот и я! – раздался сзади голос Вельтимора.

– Господин, как я рад снова видеть вас прежним! – воскликнул тут же Пен.

Прежним? Я повернула голову. Оказывается, Вельтимор переоделся. В мужское: серые потертые штаны с отворотами до щиколоток, свободная рубаха перехвачена ремнем, ее широкие рукава закатаны почти до локтей. Передо мной будто другой человек стоял.

– Рукава и штанины коротковаты, так что пришлось закатать, но в целом неплохо, правда? – Он со смехом развел руками. – Получше платья.

– Да уж точно получше, господин, – тоже усмехнулся Пен.

Вельт отложил в сторону снятое платье, поверх него – украшения-подарки и сел рядом со мной. Пламя огня осветило его мускулистые руки, которые раньше были спрятаны под объемными рукавами платья. А потом я увидела ЭТО. И сердце мое пропустило удар. Внутри все похолодело.

На запястье Вельтимора красовалась точно такая же метка истинности, как и у меня.

О боги…

Я подскочила на ноги.

– Ты куда? – тут же спросил Вельт.

– Отойду… На пять минут. – Я чувствовала, как у меня начинает не хватать воздуха в легких. – Только не надо за мной идти!

И я пошла прочь, куда-нибудь, где можно было бы побыть одной. Далеко отходить все же не рискнула, села на поваленное дерево, которое скрывали кусты, и попыталась унять сердцебиение.

Итак, этот человек… Вельтимор оказался моим истинным. Тем самым халлитом, от которого я пыталась сбежать.

Не похоже, чтобы он меня искал. Наша встреча действительно вышла случайно. Или же он зачем-то разыграл передо мной весь этот спектакль? Нет, нет, раны-то и яд в его теле были вполне реальными.

Тогда, выходит, он не чувствует во мне истинную. Но как такое может быть? Маскировка, которую я нанесла на свою метку, действует лишь на расстоянии. Она для того, чтобы меня не смогли учуять слишком быстро. Но когда мы вот так близко, как сейчас, еще и взаимодействуем столько времени, Вельтимор должен был меня почувствовать! Но этого не произошло, и он ведет себя так, словно тоже не понимает, кто я. Не знает, что я его литиана.

С одной стороны, для меня это хорошо, но с другой – слишком странно.

Вот уж настоящее проклятье – эта истинность! Это надо было так быстро убегать от своего халлита, чтобы потом угодить практически в его объятия!

Но что мне сейчас со всем этим делать?

– Что-что, – произнесла я уже тихо вслух. – Делать то, что делала.

Не показывать вида. Ничем себя не выдать. На всякий случай стараться меньше общаться с Вельтом. И дождаться, когда меня довезут до Пуатона, а там снова исчезнуть. Хотя Вельтимор сам спешит в свое «другое» место, и это мне на руку. Возможно, все даже лучше, чем кажется.

Место на ключице зачесалось: Муне очень хотелось освободиться и поддержать меня.

– Нет, милая, – сказала я ей. – Позже. Отпущу тебя, когда мы снова будем одни.

Я ощутила ее легкое недовольство, но она быстро успокоилась.

Силой воли я заставила себя возвратиться к костру. Шульт к этому моменту тоже вернулся с добычей в виде какой-то птицы, похожей на дикую курицу, и Пен уже ловко ее ощипывал.

Я не села обратно с Вельтимором, а заняла место на пенечке поодаль.

– Ты не будешь птицу? – спросил он меня.

– Нет, я не голодна. Успела поужинать… с разбойниками, – отозвалась я.

С этого ужина, казалось, прошла уже целая вечность, а не несколько часов.

– А мне вот кусок в горло не лез, – усмехнулся Вельт. – Не буду уточнять почему.

Потом он спросил у Пена, как они с Шультом все же нашли нас, и тот стал рассказывать. Как Шульт все время, пока разбойники мародерствовали в нашем лагере, прятался за деревьями в лесу, а после освободил от веревок Пена, привязанного к дереву. Когда же Пен к утру пришел в себя, они пошли по следу кареты, на которой уехали разбойники.

– Земля была влажной, и колея оказалась, на наше везение, глубокой и хорошо заметной. Так мы и добрались до их логова. Потом пришлось сидеть в засаде, вынашивать план, как вам помочь, и ждать подходящего момента…

Я слушала его, но мой взгляд против воли устремлялся на Вельта. До этого мгновения я даже не пыталась представить, каким будет мой халлит. А теперь он сидит передо мной и громко смеется над шутками своего слуги. Молодой, привлекательный, хорошо сложенный. У него, кстати, красивые руки и плечи. Сквозь одежду, которая была ему мала и потому тесно облегала, проступал рельеф развитых мышц. И как можно было увидеть в нем женщину? Сейчас его совершенно невозможно было представить в платье.

Но это все равно ничего не меняло. Мне не нужны были ни Вельтимор, ни брак с ним. И даже его обаяние не могло растопить мое сердце. А проклятая метка по-прежнему вызывала лишь ненависть и желание избавиться от нее навсегда.

Тем временем птица стараниями Пена уже подрумянивалась на огне. Вельт потягивал из бутылки портвейн, который снес у разбойников. А я куталась в свой плащ и размышляла о том, как добраться побыстрее до столицы. И старалась пока не думать о том, кем приходится мне Вельтимор. К слову, я не знала его фамилии. Но и без того было понятно, что он относится к одному из древних родов, обладающих Эхом Дракона. Их было не так уж много, так что если задаться целью, то можно вычислить самой… Но я не собиралась этим заниматься.

Да и какая разница?

Внезапно Вельтимор встал и направился ко мне. Я внутренне подобралась. Что ему надо?

– Мне не нравится, что ты тут скучаешь одна, – сказал он, садясь прямо на землю. – И ты все еще на меня злишься.

Если бы я ответила, что не злюсь, это было бы неправдой. Но и о том, какая более важная причина заставляет меня отстраняться от него, говорить с ним тоже не могла. Поэтому просто промолчала.

– На, выпей хотя бы. – Вельт вложил мне в руки другую, еще непочатую бутылку. – А то замерзнешь. Ночи здесь не такие уж теплые.

– Думаете, если я выпью, то стану добрее? – спросила я.

– Если не добрее, то хотя бы теплее, – хмыкнул он. – И вообще, мы же друзья…

– Друзья? – у меня не получилось скрыть удивление.

– Ну да. После всех перипетий, что мы с тобой прошли вместе, как можно не стать друзьями? Или ты против? Я не такой уж плохой друг, как ты можешь подумать. – Его улыбка была заразительной.

Я невольно тоже усмехнулась и пожала плечами. Дружить с истинным? Это что-то новенькое. Но я уже привыкла, что в моей жизни все не как у людей.

– Я вообще об этом не думала, – отозвалась я. – В таком ключе.

Взгляд снова случайно упал на его метку. И Вельт это заметил.

– Знаешь, что это такое? – спросил он, демонстрируя мне запястье и нить браслета, обвивающую его.

– Нет, – ответила я вмиг осипшим голосом.

– Хочешь, расскажу?

Его глаза блестели от хмеля, а на губах застыла кривая усмешка.

– Расскажи… те, – еще тише отозвалась я.

– Это мои кандалы, – проговорил Вельт, задумчиво глядя на свое запястье. – Браслет истинности. Я халлит, представляешь? Вроде как.

– Почему «вроде как»? – уточнила я осторожно.

– Потому что я недохаллит, – он вновь хмыкнул. – Слышала об Эхе Дракона?

– Да. Немного. – Я чуть кашлянула. – Это как бы вторая сущность халлитов, да?

– Это наша сила. Наша защита. Наша магия, – медленно ответил Вельтимор. – Наше драконье отражение. Частица предков-драконов, оставшаяся в нас.

Я все это знала, но не спешила признаваться. Халлиты, как и литианы, – потомки древней расы драконов. Эта раса была стерта с земли демонами Мглы много столетий назад, на заре существования нашего мира, но драконы, прежде чем исчезнуть, успели оставить свой след, свою крупицу в тех людях, кто жил с ними бок о бок и боролся до конца за их жизнь. Халлиты стали их мужским воплощением, а литианы – женским.

Так, с того дня одновременно с рождением халлита-человека рождался и дракон. Но поскольку он не мог иметь отдельную физическую оболочку, то становился как бы второй сущностью, Эхом прежних драконов, наделяя халлита особой силой и защищая его. Они росли вместе и совершенствовались.

С литианами все было иначе, проще и сложнее одновременно. У нас не было Эха дракона, но мы носили крупицу силы, недостающую халлиту для того, чтобы породить себе подобного. Зато сила литиан передавалась по роду и могла проявиться лишь раз в несколько поколений. Как это, увы, случилось со мной.

– Так почему вы недохаллит? – я все же была заинтригована.

– Смотри сама, – Вельт с горечью усмехнулся.

Воздух за его спиной и над головой завибрировал, и сквозь эту рябь стали проступать очертания дракона.

Маленького дракона.

Детеныша.

– Ох, – непроизвольно вырвалось у меня.

– Угу, – угрюмо кивнул Вельтимор. – Мне уже двадцать семь, а он так и не вырос. И магии у меня как кот наплакал. Я даже не пользуюсь ею практически. И хваленые драконьи сила и мощь прошли мимо меня. Знаешь, как я болел в детстве? Сваливался в постель от любого чиха. А вся моя нынешняя физическая форма – результат бешеных тренировок, которыми мне пришлось компенсировать свое несовершенство. Сколько ученых, лекарей и выдающихся магов бились надо мной в детстве, пытались разбудить моего дракона, заставить его расти вместе со мной! Но увы. Счастье, что хоть я сам вырос. – Он снова ухмыльнулся, на этот раз чуть веселее. – А то бегал бы до сих пор в коротких штанишках и ел с ложечки кашку.

Маленький дракон тем временем радостно кувыркался в воздухе, пытаясь схватить себя за хвост.

– Но он милый, – не удержалась я.

– Забавный, да, – согласился Вельт хмуро. – Но бесполезный. Как и я для своей семьи. В результате меня сослали учиться в Тарканию, и уже оттуда я домой не спешил. В последний раз в отчем доме я был лет пять назад. А теперь снова придется возвращаться туда. Мой отец болен, и брат требует, чтобы я явился проведать его. Пришлось ехать. Я хоть и бесполезный, но не такой уж бессердечный. – Он сделал большой глоток портвейна и чуть поморщился. – Опять же, брат скоро женится… А тут у меня это вылезло. – При взгляде на метку его лицо скривилось куда сильнее, чем от алкоголя. – Проклятье… Я был уверен, что меня это не коснется! При моем-то мелком драконе. Я ведь даже не чувствую эту свою истинную! Кто такая? Какая она?

Я вздрогнула и торопливо глотнула из своей бутылки. Портвейн оказался слишком крепким, и я закашлялась.

Вельтимор заботливо похлопал меня по спине и продолжил:

– Меня вроде как должно тянуть к ней, но ничего такого нет. Только чешется иногда, зараза. – И он почесал запястье. – Но если отец и брат узнают, что у меня появился этот проклятый браслет, они же меня больше не отпустят. Землю начнут рыть, но найдут эту девицу. И заставят на ней жениться.

– А вы не хотите лишаться холостяцкой свободы? – Не знаю почему, но меня это уязвило.

– И это тоже, – подумав, ответил Вельтимор.

– А как же та девушка, ваша истинная? Ждет, наверное, вас, – что-то мне портвейн быстро в голову ударил, раз я сама заговорила об этом.

– Не дави мне на совесть, – буркнул Вельт. – Скорее всего, если она узнает, какой бракованный халлит ей достался, сама захочет сбежать от меня. Слышал я об этих литианах. Они все ждут больших властных драконов, чтобы сразу все ох и ах.

– Но вы тоже большой, – заметила я, имея в виду его рост и комплекцию. – И что за «ох» и «ах»?

– Я имею в виду этого мелкого. – И он показал на своего дракошу. Теперь малыш с интересом разглядывал меня. Хм. – А в остальном – забудь! – Вельт махнул рукой. – Все равно я собираюсь избавиться от этой метки.

– Как? – Я прищурилась, насторожившись.

Он помолчал и наконец ответил:

– Я иду к арканитам.

***

Вельтимор Брисед

– Арканиты? – Иветта выглядела удивленной.

И, наверное, было с чего.

Арканиты – немногочисленный народ, обладающий уникальной магией и знаниями. Они живут обособленно где-то в Синих Горах, и мало кому известно, как к ним попасть.

– Арканиты, – кивнул Вельтимор. – У них есть озеро, воды которого способны смыть любую магию и любую связь.

Ему об этом рассказал один моряк, с которым ему посчастливилось познакомиться в баре. Этот моряк как-то перевозили на своем корабле одного из арканитов, и тот поделился с ним некоторыми чудесами своего народа-отшельника.

– Даже связь истинности? – спросила Иветта.

Если бы хмель так не ударил Вельту в голову, он бы заметил, что целительница занервничала.

– Надеюсь, что да. Это как раз я и хочу проверить, – просто ответил он.

– А вы знаете, как туда попасть? Я имею в виду, к самим арканитам?

– Приблизительно знаю.

– Но, говорят, они могут и не пустить к себе. – Девушка задумчиво уставилась куда-то вдаль. – Если не посчитают нужным.

– Я постараюсь уговорить их. – Вельт посмотрел на нее с полуулыбкой и вновь припал к горлышку бутылки.

Она тоже сделала несколько торопливых глотков и заерзала на месте.

Несколько минут они сидели молча, думая каждый о своем. Дракона Вельтимор отозвал, отправив того отдыхать.

– Так что завтра мы расстанемся, – первым нарушил молчание Вельт. Ему вдруг стало безудержно тоскливо. – Я отправлюсь по своему пути, а ты по своему. Кстати, не скажешь, отчего тебя так тянет в столицу? Что тебя там ждет? Или, может, кто? Жених? – И покосился на девушку незаметно.

– О боги, нет! – воскликнула она вдруг, рассмеявшись. – Не хватало мне только женихов!

– А что так? – Вельтимор тоже усмехнулся.

– С мужчинами сплошные проблемы, – прозвучал несколько резковатый ответ. – Лучше быть одной.

– Тебя кто-то обидел? – Он вопросительно изогнул бровь. – Из мужчин.

– Не меня, – отозвалась Иветта мрачно. – Мою подругу. А как говорит моя бабушка, умный учится на своих ошибках, а мудрый на чужих. Я предпочитаю делать последнее.

– И как же обидели твою подругу? Разбили сердце? – предположил Вельтимор.

– Хуже, – язык Иветты уже слегка заплетался от выпитого вина, а взгляд стал чуть осоловевшим. – Этот человек… Он из высокородных господ. Приехал в наш небольшой поселок, где жила я еще недавно, на летние месяцы. Сельского отдыха ему захотелось, романтики, видишь ли. И вот вскружил голову моей подруге. Она влюбилась в него без памяти. А он ее обесчестил и уехал. – Девушка нахмурилась.

– Старо как мир… – вздохнул Вельт.

– Естественно, вам это тоже, небось, знакомо, – съязвила тут она. – Сами наверняка были не раз в роли такого соблазнителя.

– Я не соблазняю наивных глупышек, а предпочитаю иметь дело с женщинами, которые знают, чего хотят, – отозвался он, пряча возмущение. – И никаких претензий друг к другу. А специально тащить кого-то в постель, чтобы лишить невинности и вселить ложные надежды… Не вижу в этом никакого интереса. Только проблемы.

– Вот именно, вы все избегаете ответственности, – Иветта стала заводиться. – А моей подруги из-за таких безответственных уже… нет.

– Как – нет? – Вельтимор нахмурился.

– А вот так… – Целительница прикусила губу. – Подруга была в отчаянии. А в одно утро она пропала. Мать пришла ее будить, а дочки в постели нет. Долго ее искали, но нашли только ленту с волос. На берегу реки.

– И все решили, что она…

Девушка пожала плечами:

– Все решили, что так и есть. Разбитое сердце не выдержало предательства. Меня тогда не было в поселке, я уже жила в Красном Логе. Узнала все из письма от своей семьи.

– И ты сделала вывод, что все мужчины – такие негодяи? – понял Вельт.

– Я решила отомстить за нее. – Глаза Иветты хищно блеснули.

– Только не говори, что ты собралась найти и убить этого негодяя. – Вельтимор покосился на нее с подозрением.

После того как он узнал ее получше у разбойников, он уже ни в чем не был уверен.

Иветта посмотрела на него хмельным взглядом.

– Нет! Хуже. Я лишу его самого ценного, чтобы больше неповадно было. – И она резко рубанула ладонью по воздуху.

Вельтимор вздрогнул и сглотнул.

– Прямо то самое драгоценное? – уточнил он осторожно. – Отрежешь?

– Пф, у меня есть менее кровавые способы, – ответила целительница. – Он просто больше никогда не сможет этой своей драгоценностью управлять. Ни-ког-да.

– Жестковато, – хмыкнул Вельтимор.

– Заслуженно, – сказала она. И зевнула. – Пойду я спать.

Иветта поднялась, но тут же покачнулась, чуть не упав на Вельтимора. Он подхватил ее и взял на руки.

– Последние глотки вина для вас были, кажется, лишними, несса. – Вельтимор понес ее к карете, чтобы уложить там спать.

– Эй, только без глупостей, – сонно пробормотала Иветта, кладя голову ему на плечо.

– После твоих угроз уже точно не до глупостей, – усмехнулся он.

И внезапно поймал себя на мысли, какая же она красивая.