Невеста врага

Глава 1

Тьма. Тишина. Спокойствие…

А потом внезапно вновь появился свет. И чьи‑то голоса, звуки. Запахи. Осознание того, что я все еще жива, горечью затопило нутро. Нет, нет, не хочу. Не хочу назад. Оставьте меня, отпустите! Пожалуйста… Из груди невольно вырвался хриплый стон, и я зажмурилась. Рядом что‑то звякнуло, прошелестели шаги, и меня накрыла тень. А затем раздался тихий женский голос:

– Очнулись, сьера?

Какая «сьера»? Может, послышалось?

Я нехотя приоткрыла глаза. Надо мной нависла женщина, полная, круглолицая, немолодая, в просторном длинном платье из холщовой ткани, на необъятной талии завязан грязно‑белый фартук, на голове – такой же чепец. Кто это?

Умирать страшно. Только не для меня. Я, Наталья Перова, встретила свою смерть с улыбкой, с облегчением и мыслью: это к лучшему. Нет, я не искала ее, смерть, но когда все это случилось… Она стала для меня спасением. От боли. От предательства. От безысходности. Просто скользкая дорога, лучи фар в глаза, удар – и конец… Наконец.

Но, черт побери, что происходит сейчас? Где я?

– Как вы, сьера? – меж тем заботливо поинтересовалась незнакомка, у меня же по спине пробежал холодок страха.

Во‑первых, снова эта «сьера», теперь я слышала четко. Во‑вторых, что за странное место? Если я разбилась на машине, но выжила, то должна была очнуться в больнице, а не… в какой‑то хижине. Да, это была именно хижина, лачуга, иначе не назовешь! Деревянные стены, грубо сколоченный стол, по бокам два ряда лавок, везде полумрак, лишь в дальнем углу горит очаг. Сама же я лежала на чем‑то довольно твердом, а накрыта… Шкурой, похожей на волчью, и запах псины, исходящий от нее, раздражал обоняние, вызывая нестерпимое желание чихнуть.

Ну и в‑третьих, самое главное: я была цела и невредима. Ноги‑руки двигались, ребра не болели, только голова немного кружилась и гудела. И это после лобового столкновения с фурой?

– Где я? – прошептала я в полном ужасе. – Что со мной?

На что женщина сочувственно вздохнула и произнесла:

– Отдыхайте пока, сьера. Пойду сьеру Гарду сообщу, что вы пришли в себя.

Я проводила ее взглядом до низкой скрипучей дверцы, за которой она вскоре скрылась, и попыталась сбросить с себя шкуру. Но в следующий миг чуть не закричала в голос: это были не мои руки! У меня никогда не было таких тонких запястий. И пальцев с аккуратными овальными ноготками! Нет, я ухаживала за своими руками, и форма кистей была вполне изящна, и маникюр всегда делала. Только сейчас его и в помине не было. Я резко села, и мне на грудь тотчас упали светло‑русые пряди волос. Светло‑русые! Длинные! А я еще с утра была шатенкой со стрижкой каре! А грудь… Где мой третий размер? Здесь же едва «двойка» наберется! Я выбралась из‑под шкуры и стала рассматривать незнакомое тело, скрытое под белой хлопковой сорочкой. Подняла подол: ноги стройные, ступни маленькие. А вот белья нет… Но сейчас это было далеко не самое важное. Я поискала глазами зеркало, но ничего подобного не нашла. Тогда начала ощупывать лицо: у меня на носу имелась маленькая, едва заметная горбинка, этот же носик был ровным. И губы, кажется, пухлее моих. Ну а кожа… Гладенькая, упругая, точно мне не тридцать три, а восемнадцать. Господи, да что же за чертовщина со мной творится? Я бы рада надеяться, что все же нахожусь на том свете, но как‑то уж все вокруг очень реальное, приземленное, даже слишком. Правда, далекое от современности, будто меня откинуло на пару‑тройку веков назад.

«А что, если я попала в прошлое?» – пронзила мысль, но обдумать ее не успела: все та же низенькая дверь распахнулась, теперь уже с нетерпеливым стуком, и в хижину ворвался молодой мужчина. Высокий, стройный, тонкие аристократические черты лица, светлые, почти белые волосы собраны на затылке в хвост. Одет тоже непривычно: расшитый серебром то ли камзол, то ли сюртук (я не очень разбираюсь в исторической моде), из‑под парчовых рукавов выглядывают кружевные манжеты белоснежной рубашки, узкие серые, с жемчужным отливом бриджи заправлены в черные кожаные сапоги. Все это я успела разглядеть за какие‑то доли секунды, поскольку блондин с возгласом: «Теолла!» – тотчас ринулся ко мне.

– Как ты, милая? – Он схватил меня за руку и принялся ощупывать взглядом. Взгляд его синих глаз выражал тревогу. – Как себя чувствуешь? Ничего не болит? Этот ублюдок Фаррет тебе ничего плохого не сделал? Не бил? Не калечил?

Естественно, его вопросы были мне малопонятны, я все больше проваливалась в пучину отчаяния, не зная, как быть, что делать и говорить. Можно сказать, впала в настоящий ступор. Поэтому просто испуганно наблюдала за мужчиной.

– Похоже, она ничего не помнит, сьер, – произнесла все та же дородная женщина, которая вернулась вместе с ним.

– Ну да, конечно. – «Сьер» не удивился этому, скорее огорчился. – Ну ничего… – Он успокаивающе провел ладонью по моим волосам. – Все будет хорошо… Память вернется. Главное, что ты теперь снова с нами, Теолла, – и меня заключили в крепкие объятия.

От блондина пахло духами, очень сильно и очень сладко, и меня вдруг замутило. Я начала задыхаться, а желудок скрутило спазмом. Когда поняла, что больше сдерживаться не могу, с силой оттолкнула от себя мужчину и едва успела наклониться в сторону, поскольку в следующую секунду меня действительно вывернуло наизнанку. Хорошо еще, что на пол, а не на плечо этого надушенного «сьера».

– Ох ты ж святой Вилтон! – всплеснула руками женщина, а блондин чуть отшатнулся от меня, правда, быстро поборол мелькнувшее было в глазах отвращение, и к нему вновь вернулось доброжелательное беспокойство. – Это небось от того зелья, сьер…

Мужчина бросил на нее странный взгляд, точно предупреждающий, и та сразу стушевалась.

– Я сейчас все приберу, – пробормотала она, метнувшись к шкафу у противоположной стены.

– Воды лучше принеси сьере. Выпить и умыться. Слышишь, Райма? – прикрикнул на нее блондин. – Уберешь потом.

– Конечно, сьер Гард, сейчас. – Теперь женщина суетливо понеслась к двери. – Все сделаю…

– Голова не болит? – Сьер Гард уже с заботой смотрел на меня.

Я неуверенно пожала плечами. Ситуация была до ужаса неловкой, и пусть я совершенно не знала ни этого человека, ни места, где находилась, да и тело, кажется, было вовсе не моим, но за эту неприглядную реакцию организма все равно испытала стыд. Мужчина же тем временем поднес ладони к моей голове, приложил пальцы к вискам, и от них вдруг повеяло морозным холодом, словно это были кусочки льда. Как он это сделал, черт побери? Но надо отдать должное, голова кружиться перестала и тяжесть отступила.

– Так легче? – спросил блондин.

И я вынуждена была кивнуть. Он снова взял мои ладони в свои, и я непроизвольно отметила, что его пальцы опять теплые. В этот момент вернулась Райма с ведром воды. Поставила его на лавку, затем взяла со стола глиняную кружку, зачерпнула в нее воды и поднесла мне:

– Вот, сьера, выпейте. Тут только так.

Я взяла кружку, а блондин поморщился:

– Довольно! Мы немедленно покидаем это ужасное место. Райма, помоги Теолле привести себя в порядок, а я прикажу седлать лошадей. Жду вас снаружи.

Он стремительной походкой покинул хижину, и мы с женщиной остались одни. Я сделала несколько глотков из предложенной ранее кружки, пытаясь избавиться от кислоты во рту. Вода была похожа на колодезную, холодная, со специфическим привкусом. Райма тем временем орудовала тряпкой, убирая следы моего конфуза. Справилась она быстро, затем повернулась ко мне:

– Ополоснитесь, сьера, – и показала на все то же ведро. – А я пока раздобуду для вас одежду.

Райма вновь вышла, а я наконец рискнула подняться на ноги. Половицы заскрипели, когда я направилась к лавке. Умыться действительно сейчас было нелишним. Я нагнулась над ведром и уловила свое отражение на водной глади. Сердце разочарованно ухнуло вниз: лицо точно было не мое. На меня смотрела совсем молодая девчонка, лет восемнадцати, может, чуть больше. Хорошенькая, тут не поспоришь. Глаза огромные, светлые, кажется, голубые. Ресницы длинные, пушистые. Щечки округлые, нос аккуратный, губки выразительные. Еще раз окинула взглядом фигуру. Худенькая, хоть и с изгибами в нужных местах. Не то что мой нынешний сорок шестой размер. Нет, еще года четыре назад и я была трепетной ланью, однако бесконечный прием гормональных препаратов сделал свое дело: объемы поплыли. Но мне было плевать на лишние килограммы, лишь бы толк был от этой терапии. Вот только его не было, все впустую… Я быстро прикрыла рот, заглушая вырвавшийся всхлип. Нет, нет, не вспоминать, Наташа, ничего не вспоминать… Иначе сердце вновь будет разрываться от боли. Я сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть душевное равновесие, пусть и призрачное. Затем набрала в ладони воды и плеснула себе в лицо. Вот так‑то лучше.

А теперь можно и подумать. Итак, что мы имеем? Я умерла или нет? И если умерла, то почему оказалась в этом странном месте, в чужом теле? А вдруг я не умерла и лежу в коме и мне все это снится? Но разве во сне можно ощущать запахи? А я чувствую их множество, даже чересчур обостренно: сырости, горящих поленьев, старого дерева, волчьей шкуры, парфюма этого «сьера Гарда», пота от Раймы, да и сама я после всего пахла не цветами. Как еще проверить, явь это или нет? Ущипнула себя за запястье. Ау, больно! Подошла к огню, приблизила к нему руку, тот лизнул мои пальцы, и я с еще большим вскриком отскочила. Нет уж, это слишком… Слишком реально!

Хорошо. Допустим, это реальность. Но чья реальность? И если раньше я думала о некой временно́й дыре, то сейчас уже сомневалась в этом. Да, обстановка, наряды напоминали о старинных эпохах, но как быть с тем, что делал тот блондин, пытаясь избавить меня от головной боли? Это было не похоже ни на что, разве что экстрасенсорику какую. А еще это диковинное обращение «сьера, сьер». Могу предложить, что это нечто уважительное, типа «господина» или «сэра». Только в какой культуре использовали подобное? Я, конечно, не историк, но мне кажется, такого ни в одной эпохе и ни в одной стране не было.

Ладно, оставим и это на потом. Что же делать сейчас? Сбежать? Нет, не выход. Сделаю только хуже и запутаюсь еще больше. Да и угрозы пока мне никакой не представляется. Наоборот, вон как все носятся вокруг «Теоллы». Значит, будем действовать по обстоятельствам. Думаю, пока не стоит сообщать всем, что в этом юном теле поселилась некая другая. Еще сочтут за сумасшедшую, и из этого уж точно ничего хорошего выйдет. Нет, только наблюдать, анализировать и молчать. И не паниковать.

А для начала не мешало бы действительно одеться. Где та женщина по имени Райма с обещанной одеждой?

Глава 2

Из хижины я выходила с опаской, не зная, что меня ждет снаружи. На мне уже было простое свободное платье, почти как у Раймы, только с неширокой красной вышивкой по подолу. Сама женщина, когда принесла его, сетовала, что в этой глуши ничего лучшего ей найти не удалось. Из ее причитаний я поняла одно: в это место я, вернее, Теолла, в теле которой сейчас нахожусь, попала в одной сорочке. Но почему это произошло, для меня оставалось загадкой. К слову, белья мне тоже не выдали, и теперь под юбкой неприятно гулял ветер. Но на улице оказалось не холодно, а густая трава и зеленая листва на деревьях, что окружали хижину, давали повод думать, что здесь сейчас разгар лета.

Вокруг нас стеной стоял лес, а лачуга, судя по всему, принадлежала пожилым мужчине и женщине, которые с испуганным видом топтались у кособокой деревянной пристройки. Создавалось впечатление, что их не пускали в собственный дом… Из‑за меня?

– Теолла! – Ко мне устремился все тот же блондин. Подойдя, он набросил на мои плечи полотнище черной ткани. – Надень дорожный плащ. И не снимай его, пока мы будем в пути. До ближайшего портала еще ехать полдня.

Теперь и я видела, что это плащ‑накидка, с серебристыми тесемками и капюшоном, который сьер Гард тоже сам натянул мне на голову.

– Благодарю, – наконец заставила себя произнести. До этого я лишь шептала, а то и вовсе молчала, сейчас же расслышала свой «новый» голос четче: мелодичный, нежный, под стать облику.

Блондин между тем окинул мой наряд придирчивым взглядом и недовольно прищелкнул языком:

– Потерпи, милая, покинем Бастор и тогда найдем тебе новую одежду, соответствующую твоему статусу. А не эти лохмотья…

– Гард! Эйдон! – К нам приблизился всадник на серой лошади. Невысокий, русоволосый, с узким лицом и острым взглядом, в котором сквозило раздражение. – Скоро вы? Пора выезжать, если хотим добраться до портала к ночи! Или собираешься подарить Фаррету возможность нагнать нас? Не забывай, мы пока на его землях…

– Не забываю, Рих! – холодно отозвался блондин. И взял меня за руку: – Поспешим.

Пока мы не зашли за угол хижины, я даже не предполагала, что меня тоже собираются посадить на лошадь. Отшатнулась, когда Гард подвел ко мне дымчатую кобылу.

– Ты что? Боишься? – Блондин улыбнулся с удивлением. – Но ты ведь отличная наездница!

Возможно, эта Теолла и хорошая наездница, а вот Наташа Перова никогда в жизни не сидела на лошади.

– Ах да… – Гард тут же погрустнел. – Ты ведь этого не помнишь. Тогда позволь мне помочь тебе… – И я не успела даже вздохнуть, как меня подхватили за талию, подбросили вверх и усадили в седло, благо боком. – Держись крепче за поводья. Отпусти страх и позволь телу вспомнить самому, что и как делать.

Я кивнула, но тут лошадь внезапно фыркнула, переступила с ноги на ногу, а у меня от ужаса чуть сердце в пятки не ушло. Я качнулась, едва не потеряв равновесие, потом как‑то инстинктивно выровняла спину и со всей силы ухватилась за поводья. Не знаю как, но мне все же удалось занять удобное положение и даже почувствовать некую уверенность. Наверное, блондин прав: нужно довериться телу, которое по необъяснимому стечению обстоятельств заменило мое.

Когда немного освоилась в седле, огляделась. Рядом кряхтела грузная раскрасневшаяся Райма, тоже пытаясь расположиться на коренастой лошадке. Бедная… Сочувствие относилось как к кобылке, так и наезднице. Им обеим будет нелегко в пути с таким‑то весом: первой везти, второй – удерживаться в седле. Сьер Гард уже тоже гарцевал на лошади, давая двум сопровождающим какие‑то указания. Я на миг залюбовалась блондином: фигура, осанка, профиль, уверенность в каждом жесте. Еще и эта необычная одежда, в которой он выглядел настоящим принцем из сказки. Прямо мечта любой девочки от двенадцати и до бесконечности… Интересно, кем он приходится этой Теолле? Брат? Друг? Возлюбленный? Пока не могу понять…

– Теолла? Готова? – Его взгляд, обращенный на меня, тут же потеплел, и я не очень уверенно кивнула. – Быстро ехать не будем, и я все время буду рядом, хорошо? Так что не волнуйся…

Я улыбнулась ему с благодарностью. Вдруг осознала, что несмотря на всю дикость ситуации, испытываю к этому мужчине симпатию. Или это не мои чувства, а Теоллы?

Однако разбираться с этим возможности не было: мужчина, которого звали Рихом, пришпорил своего коня и вскоре скрылся за деревьями. За ним пустился вскачь другой всадник. Гард кивнул мне ободряюще и показал, как заставить лошадь двинуться с места. Но я уже и без того поняла это, вновь последовав внутреннему чутью. Сначала ехать верхом было страшно, потом – нормально, ну а через некоторое время и вовсе здорово! И я внезапно поймала себя на мысли, что с момента пробуждения в этом неизвестном месте едва ли вспомнила о своем муже и о том, что произошло до аварии. Но самое главное: я по‑прежнему не хотела возвращаться ни к нему, ни в свою прежнюю жизнь… А если это все же сон, то лучше бы мне никогда не просыпаться. Осенняя дождливая Москва, пустая холодная квартира, бесконечные врачи и больницы, непонимающие родственники, предатель‑муж и полное отсутствие будущего – я так хотела бы обо всем этом забыть! Навсегда. Так, может, судьба сжалилась надо мной и дала мне освобождение, пусть и таким удивительным способом?

– Ты улыбаешься. – Лошадь сьера Гарда замедлила бег и поравнялась со мной. – Возможно, ты уже что‑то вспомнила?

Но я покачала головой и отвела глаза.

– Меня тоже не помнишь? – Он грустно усмехнулся.

– Нет. – Я вновь качнула головой и внутренне подобралась: возможно, сейчас хоть что‑то узнаю о Теолле? Ну и о самом блондине. Не помешает даже мало‑мальская информация.

– Тогда разрешите представиться, сьера Теолла. – Он чуть поклонился, скорее в шутку. – Я – Эйдон Гард, правитель кантона Ваи, маг высшей ступени, глава клана Белой Стужи и по совместительству жених очаровательной сьеры Теоллы Милт.

Так… Жених, значит. Правитель чего‑то там. Глава какого‑то клана. И… маг. Я нервно усмехнулась. Маг, елки‑палки! И, кажется, это не шутка. В принципе скептиком я никогда не была, а после всех перипетий, что возникли в моей жизни, готова была поверить во что угодно и кому угодно: высшему разуму, богам, духам, инопланетянам – лишь бы помогли мне в моей беде… Но чуда так и не случилось. А тут – маг… И как к этому относиться?

– Когда будет свободная минутка, я расскажу тебе больше, – тем временем продолжил Гард. – Если захочешь. Помогу вспомнить обо всем, что ты забыла…

– И все же можно кое‑что спросить сейчас? – осмелилась поинтересоваться я. – Один вопрос.

– Спрашивай, – разрешил блондин.

– Мы от кого‑то убегаем?

Гард сразу посерьезнел:

– Можно сказать и так. Убегаешь ты, а я тебе в этом помогаю.

– А от кого?

– От ублюдка Фаррета. Ты была у него в плену больше месяца.

– Кто такой Фаррет?

– Чудовище во плоти. И мой… Наш. Наш злейший враг. – Гард произнес это сквозь зубы, и даже у меня от его тона прошелся мороз по коже. – Продолжим потом, Теолла. А пока давай ускоримся, до портала осталось совсем немного.

Этот короткий разговор вверг меня в еще большее смятение. Ответы «сьера» не только не прояснили ситуацию, а еще больше запутали. И напугали. Погоня, риск – это точно не для меня. В моей жизни и без того хватало адреналина и страха. А тот, кто за нами гонится? Гард назвал его чудовищем. Надеюсь, в переносном смысле? Или в прямом? Поди разберись, как у них тут все устроено. Если есть маги, то почему бы не быть чудовищам, мохнатым, страшным, диким? А Теолла еще и в плену у него была? Несчастная. Небось страху натерпелась. Но надо отдать должное, изможденной она не выглядит. Чувство усталости, слабости, конечно, есть, я это ощущаю, но не так, чтобы на грани истощения. Кстати, пока никто не упоминал о еде. Я же вдруг поняла, что голодна, да так, что готова слона съесть. Обычно в непривычной обстановке, да еще и в состоянии стресса, я напрочь теряю аппетит, а тут… Прямо зверский голод какой‑то.

Не знаю, сколько мы скакали, но моя пятая точка порядком онемела и болела, как и затекшая спина, руки и ноги. Счастье, что мне удалось продержаться в седле весь путь, и реальное чудо для того, кто никогда этого не делал.

Огромное, вертикально стоящее кольцо, похожее на золотой обруч, я увидела еще издали. Оно возвышалось над деревьями и казалось, подпирало собой небо. Уже вечерело, и его металл в лучах закатного солнца отливал розовым и пунцовым. Наконец лес расступился, мы выехали на равнину, и теперь окружность кольца была видна полностью. Со всех сторон к нему, словно ручьи, стекались дороги и тропинки, по которым в разные стороны шли люди. Раз в минуту‑две кольцо затягивалось радужной пленкой, затем возвращалось к первоначальному виду. Похоже, это тот самый портал, о котором говорил Гард. У меня по коже побежали мурашки: что будет дальше? Мы будет входить в это кольцо, как другие люди, а потом исчезать?

– Райма, – тихо позвала я женщину, которая плелась на своей кобыле сзади. – А это страшно, переходить через портал?

Райма тяжко вздохнула и ответила мягко, точно маленькому ребенку:

– Нет, сьера, не страшно.

– А куда мы попадем?

– Наверное, в другой кантон. Но это лучше у сьера Гарда спросить.

Я хотела разузнать у нее еще о работе портала, но осеклась. Мы как раз подъехали вплотную к кольцу, и я увидела двух… Как бы это выразиться? Мужчин‑змей? Во всяком случае, вместо ног у них был змеиный хвост, а часть обнаженного торса, шеи, щек и лба покрыты чешуйками. И да, оба были абсолютно лысыми.

– Кто это? – Я снова повернулась к Райме.

– Наги, стражи порталов. – И она посмотрела на меня с такой печалью, даже болью, что мне стало неловко. Видимо, Райма очень переживала из‑за моей, вернее, Теоллы, потери памяти. Кстати, на этом вопросе тоже нужно поставить мысленную засечку и после подумать над ним: почему Теолла ничего не помнит, но никого из ее окружения это не удивляет?

Гард первым приблизился к змеиным стражам, протянул одному из них бумагу:

– Руан Катимор из Брефикса, еду на похороны дяди в Йорт. Со мной моя сестра Кларисса и трое слуг. – Я только сейчас заметила, что на голове Гарда появилась шляпа, которую он надвинул низко на лоб.

– Без экипажа и багажа? – с подозрением уточнил наг с иссиня‑черным хвостом, как у анаконды.

– Мы всего на день, – бесстрастно отозвался блондин. – Багаж здесь не уместен.

– Удачной дороги. – Нага, похоже, это убедило, и он отдал бумаги. – Тхан, – обратился уже к своему напарнику, – все в порядке, открывай…

Тот надавил на красный камень у основания кольца, и внутри окружности появилось перламутровое свечение.

Гард обернулся ко мне и махнул головой, призывая следовать за ним. Лошадь Риха первая прыгнула в обруч, тут же испарившись. Затем Гард пропустил меня вперед, а я растерялась.

– Давай, – шепнул он мне. – Я иду следом.

Но видя мое дальнейшее замешательство, взял под уздцы мою кобылу и вместе со своей повел ее к порталу. Наши лошади не впрыгивали в кольцо на всем скаку, как Риха, а просто ступили в него – и меня на миг окутало влажной прохладной пеленой. Ну точно мыльный пузырь! А после мы с Гардом стояли уже на песчаной площадке. Странно, что здесь была одна дорога и совсем мало людей, идущих только прочь от кольца. И стражей‑нагов не видно. Возможно, портал односторонний?

Пока я осматривалась, к нам успели присоединиться Райма и второй сопровождающий, имени которого я так до сих пор и не знала. Лошадь Риха тоже беспокойно переступала с ноги на ногу, как и он сам всем своим видом выражал нетерпение.

– Добро пожаловать в кантон Йорт! – между тем произнес Гард. – Но расслабляться рано. Сейчас мы найдем место для ночлега, а на рассвете вновь двинемся в путь. Если все сложится удачно, то через два дня мы будем уже дома, в безопасности…

Глава 3

Эйдон Гард

Эйдон с размаху упал в старое протертое кресло и устало вытянул ноги. В комнате витал запах сырости, а еще табака и алкоголя, хорошо, не грязных тел. Этот дешевый постоялый двор он выбрал для ночлега специально, чтобы не привлекать внимания. Конечно, Фаррет не такой уж идиот, и при желании его ищейки прочешут заведения разного уровня, но все же с большей долей вероятности они начнут с более презентабельных мест. Как ни крути, но он, Гард, уже давно имел репутацию брезгливого сноба, и сейчас она ему была только на руку.

Единственное, что смущало Эйдона, – это отсутствие каких‑либо признаков погони. Либо Фаррет действует скрытно, как и сам он, Эйдон, либо… Гард посидел еще несколько минут, давая гудящим ногам возможность отдохнуть, затем заставил себя подняться. Достал из дорожной сумки маленькое неказистое зеркальце, снял с него морок и поставил на стол уже солидное зеркало в серебряной оправе. Пальцем написал на стекле невидимый знак призыва и стал ждать. Минуты две спустя зеркало подернулось морозным узором, когда же тот растаял, Эйдон наконец увидел морщинистое лицо своего престарелого секретаря, верного помощника и советника во всех, даже самых деликатных и интимных вопросах.

– Приветствую вас, сьер. Как вы? Все в порядке? – с беспокойством в голосе поинтересовался старик.

– Да, Вел, все в порядке. Теолла с нами, и мы уже в Йорте, – отозвался Эйдон.

– Я рад, сьер.

– Скажи, Вел, в Басторе остался кто из моих людей? – спросил Гард. – Меня интересует поведение Фаррета. Его реакция на исчезновение Теоллы.

– Тид Каллен остался в качестве наблюдателя еще на день, – ответил секретарь. – Он передал, что во дворце Фаррета все спокойно. Утром было оживление, но сейчас спокойно.

– Хочешь сказать, Фаррет не послал никого на поиски Теоллы? – подозрения Эйдона, как ни странно, подтверждались.

– Пока никого замечено не было.

Гард озадачился: зная нрав Фаррета, это было удивительно.

– Смею предположить, сьер, – продолжил секретарь, – Теолла по какой‑то причине потеряла для него ценность.

Нет, что‑то не сходилось. Побег Теоллы должен был серьезно ударить по самолюбию Фаррета, ведь именно по этой же причине он и пленил ее два месяца назад: доказать Эйдону свое превосходство, унизить его, растоптать. И, надо признаться, это ему удалось. Тогда почему Фаррет отмалчивается? Чего ждет? Жаль, что сейчас никак нельзя связаться с Мораной. Возможно, она бы что‑то прояснила. Придется терпеть до возвращения в Ваи.