- -
- 100%
- +
Глава 1
– Я хочу сыграть.
Незнакомец был одет в серый плотный плащ. Капюшон, надвинутый глубоко вперед, полностью скрывал лицо, и я могла лишь различить холодный блеск его глаз. Мне стало не по себе, хотя подобные личности нередко захаживали в «Черные кости». Здесь, в портовом районе, ошивалась самая разношерстная публика, а таверна старика Робби пользовалась особой популярностью. Но в этом незнакомце было что-то не то. Я прямо кожей ощущала опасность.
– Я уже закончила на сегодня игры, – сказала я, сохраняя лишь внешнее спокойствие. И поставила на колени сумку, в которой носила все свои артефакты и снадобья.
– Но саму игру вы еще не сложили, – заметил незнакомец и бесцеремонно сел напротив меня.
Я взглянула на плоскую шкатулку перед собой.
– Это дело двух минут. И я спешу, так что прошу прощения.
Это не было ложью, я и правда уже спешила: время приближалось к восьми, и, если через полчаса я не окажусь дома, в своей спальне на втором этаже особняка на Лонг-Линд, меня ждут большие неприятности.
– И все же у меня есть кое-что, что может вас заинтересовать, мисс Эмили.
Я вздрогнула, когда он назвал меня по имени. В этом месте его знал лишь старик Робби, мой хмурый покровитель и надежный хранитель моей тайны.
Может, этого человека подослал мой отец?
Пока я пыталась справиться со смятением, незнакомец запустил руку под плащ и достал билет, помахал им передо мной. Мои глаза непроизвольно расширились.
– Это билет на корабль до Нового Арвона, все верно, мисс Эмили. С открытой датой в течение полугода. Вы можете отплыть из Гливердама в любой момент, хоть завтра. Кажется, я как раз видел корабль из Нового Арвона, заходящий в порт.
Во рту пересохло. Это была моя мечта всех последних месяцев. Ради нее я и проводила вечера на другом конце города, среди матросов и рабочих, играя на деньги, чтобы заработать на такой вот билет.
– Вы хотите сыграть на него? – уточнила я. Желание обладать этим билетом затмило все остальные чувства, даже опасности, а мысль о том, что уже на днях я смогу навсегда покинуть ненавистный мне Гливердам и душный особняк отца, заставила сердце биться в безрассудной надежде.
– Я рад, что вы согласились. – Мне показалось, что в тени капюшона незнакомца мелькнула ухмылка.
– Какая ставка от меня? – спросила я. Мне нужно было вернуть себе лицо, чтобы не позволить противнику чувствовать свое превосходство, что я и сделала усилием воли. Мой голос звучал уже тверже, и меня это радовало.
– Любая ваша вещь. – Он пожал плечами. – Какую не жалко.
– Любую вещь? – Внутри меня вновь звякнул колокольчик опасности. – И все? Это подозрительно.
– А если я просто хочу, чтобы вы выиграли, мисс Эмили? – по его тону было трудно сказать, смеется этот чудак или говорит серьезно. – Вы ведь тоже так иногда делаете со своими соперниками, проявляя чудеса благородства.
– Откуда вы… – выдохнула я в изумлении. Что еще этот человек обо мне знает?
Незнакомец остановил меня взмахом руки:
– Считайте, судьба решила вас вознаградить за такое великодушие. Так как, играем?
Я пожевала нижнюю губу, решаясь.
– Играем, – наконец ответила ему и раскрыла шкатулку, боясь передумать.
О том, как это все рискованно, подумаю позже. На кону мое будущее. Да и он еще не знает, с кем связался. Может, этот человек и разузнал обо мне кое-что, но на что я способна в достижении своих целей, наверняка и представить не может. Пусть ведет свою игру, а я буду вести свою. Посмотрим, кто кого переиграет.
– Ваша вещь, – напомнил незнакомец и постучал пальцем по билету.
– Да, сейчас.
Я пробежалась по себе взглядом. Чем же можно поделиться? На мне был лишь маленький кулон на цепочке, подаренный еще бабушкой, и заколка в волосах. Не самая любимая, купленная отцом, просто удобная. Но и менее ценная. Я достала ее из прически, и мои волосы каштановой волной рассыпались по спине.
– Подойдет?
– Вполне, – ответил незнакомец и стал снимать перчатки. Его руки оказались неожиданно молодыми, лишь на ладонях и пальцах виднелись мозоли, характерные для тех, кто часто тренируется с оружием. – Предлагаю играть с использованием магии.
– Магии? – меня постигло очередное удивление. – Вы уверены?
– Выигрыш того стоит, не так ли?
– Пусть так, – кивнула я.
Магия – значит, магия.
В игру стихий можно было играть двумя способами: магическим и обычным. Первый я едва ли когда использовала в «Черных костях», поскольку моими противниками были в основном простые люди, и магией они владели слабо или не владели вовсе. Но сегодня возник иной случай.
Шкатулка легким щелчком превращалась в игровое поле, разделенное на четыре сектора: огня, воды, металла и воздуха. К каждому полагался набор соответствующих шариков разного размера. Игроки выбирали себе по две пары стихий: огонь-металл или вода-воздух. Задача игры – за меньшее количество ходов избавиться от шариков соперников и не дать уничтожить свои. В партиях без магии требовалась лишь логика и следование четким правилам, с магией же правила менялись, и игра превращалась в настоящую борьбу стихий.
– Выбирайте пару, – любезно предложил незнакомец.
Я взвесила все варианты и остановилась на огне и металле. Противник кивнул и стал расставлять на поле шарики синего и белого цветов.
– Ваш ход, – мне снова предложили выйти вперед.
Я, недолго думая, метнула на его сторону красный шарик. Он полыхнул было огнем, но тут же зашипел, уничтоженный водным шариком противника. Ответный ход был воздушной стихией, и я в последний момент сумела отбить шарик соперника металлическим.
Слова незнакомца, что он якобы хочет дать мне выиграть, волей-неволей закрепились в голове и заставили меня ослабить внимание, за что я вскоре и поплатилась. Когда у меня осталось меньше половины шариков, а соперник потерял всего лишь треть, я занервничала. Проигрыш уже стоял за моей спиной, а билет на корабль уплывал все дальше.
Я собрала всю волю в кулак и нанесла несколько победных ударов, чем вызвала у соперника озадаченный хмык. Мы почти сравнялись, когда незнакомец изловчился и одним махом уничтожил остаток моих огненных шаров.
– Все честно, – ответил он на мой гневный раздосадованный взгляд.
И я не могла с ним поспорить. Вот только шансы на победу таяли на глазах.
– Вы точно хотите, чтобы я выиграла? – язвительно уточнила я.
– А вы всем незнакомцам верите? – ответил противник, разнося остатки моей армии металлических шариков. – Очень наивно, леди. Очень наивно. И да, я выиграл.
Внутри все упало, когда я осознала, что меня обманули. Нет. Я сама дала себя обмануть. Во рту появился привкус желчи, а в глазах потемнело.
Но если в тот миг мне казалось, что сегодня уже ничего хуже произойти не может, то я снова ошиблась. Дверь таверны с грохотом распахнулась. Вначале в нее ввалились два полисмена, а следом из-за их спин вышел мой брат. Увидев меня, он сделал печальное лицо и произнес:
– Эмми, как ты могла?
Брат направился ко мне, неторопливо, но решительно. Костюм в тонкую полоску неизменно элегантен, прическа – волосок к волоску. Безупречный Джереми. Идеальный во всем. Все взгляды в таверне были устремлены на него и меня. Робби тоже замер за барной стойкой, наблюдая.
– Вот где ты проводишь вчера, сестренка, – произнес брат, окидывая взором зал. – Какое разочарование. Собирайся, мы едем домой. Отцу не терпится увидеть тебя живой и невредимой.
Я еще не успела оправиться от позорного проигрыша, а тут новый кошмар. Отец и брат узнали о моем секрете. Пожалуй, это худший день в моей жизни. Трудно представить, что ждет меня дальше.
– И для этого ты привел с собой полисменов? – Мне снова приходилось скрывать свой страх. Правда, сейчас к нему примешивалась злость, и именно она придавала мне храбрости. – Выведешь меня отсюда как преступницу? Или боишься, что не справишься со мной один? Что я сбегу?
Кстати, неплохая идея. Была бы. Если бы все доступные выходы не находились позади Джереми и стражей порядка. Судя по лицу Робби, он тоже пытался что-то придумать для моего спасения, но, кажется, идей было немного.
– Мисс Брайн, не несите чепухи. – Брат снисходительно улыбнулся. – Они здесь для твоей защиты, а не ареста. И если бы ты вела себя прилично, как и подобает леди твоего круга, – он понизил голос, говоря сквозь зубы, – не пыталась бунтовать и перечить отцу, то и не пришлось бы прибегать к помощи полисменов.
– Простите, это не вы уронили? – внезапно вклинился в наш разговор мой бывший соперник по игре стихий. Капюшон на его голове был натянут еще глубже, почти свисая на лицо. Случайно на него упал свет от лампы, и я смогла рассмотреть его губы и подбородок с легкой щетиной, а еще белую полоску шрама, убегающую вверх по щеке, в густую тень под капюшоном.
– Вы мне? – Брат лишь искоса глянул на него.
– Да. – И незнакомец показал простой деревянный мундштук.
– Нет, не мое, – ответил Джереми, точно отмахнулся.
– Тогда прошу прощения. – Незнакомец коснулся его руки, затем коротко кивнул и поспешил к выходу. И даже ничего не сказал мне на прощание.
Я глянула на стол, за которым только что мы сидели: ни билета, ни моей заколки. К горлу снова подступил ком, в глазах защипало от непрошеных слез. Я быстро отвернулась, чтобы их не видел Джереми, и стала порывисто собирать игру.
Полисмены обступили меня с обеих сторон, лишая последней возможности на какие-либо маневры. Робби с сочувствием посмотрел на меня, когда я проходила мимо, точно под конвоем. «Удачи», – прочитала я по его губам и слабо улыбнулась в ответ. Хоть кто-то на моей стороне.
Джереми сам распахнул передо мной дверь экипажа и помог – скорее, подтолкнул – забраться в него, затем, отпустив полисменов, сел напротив. Он молчал, я тоже. Меня подмывало спросить, как меня разыскали, но гордость не позволила. Я отвернулась к окну и до самого Лонг-Линда молчала. Джереми тоже лишь однажды нарушил тишину, заметив, что пропала одна его запонка.
– Наверное, потерял в том притоне, – пробормотал он с досадой. – Кто-то из твоих друзей-бродяг сегодня разбогатеет.
Я не удостоила его ответа, продолжая отсутствующим взглядом смотреть в окно. К моменту, когда экипаж остановился у ворот нашего особняка, я почти вернула себе самообладание и боевой дух. Встреча с отцом предстояла жаркая, но я не собиралась ломаться под его напором. Его гнев меня уже давно не страшил. Я знала, что вначале меня ждет долгий мучительный монолог, полный нравоучений и распеканий, потом, возможно, меня посадят на время под арест в свою комнату или придумают какое-либо другое наказание, например, заставят выучить все статьи из кодекса магического права. Или снова пришлют миссис Ривер, чтобы учить меня этикету. Возможно, опять начнутся угрозы выдать меня замуж. Но я все это стерплю, мне не впервой. А потом начну все заново. Я и без того уже скопила достаточно денег, осталось немного – и наконец обрету желанную свободу. И этого никто у меня не отнимет.
Я ожидала, что меня сразу потащат в кабинет к отцу, но дворецкий, открыв дверь, сообщил:
– Господин Брайн велел, чтобы вы отправлялись в свою комнату, мисс, и привели себя в порядок. Через полчаса он ждет вас и господина Джереми в столовой. Сегодня на ужине будут гости.
– Гости? – Джереми озадачился, мне же было на гостей плевать.
Неприятный разговор с отцом откладывался, и только это меня радовало. Поэтому я, не дослушав ответ дворецкого брату, почти бегом бросилась к лестнице.
Глава 2
Путь в комнату лежал через галерею портретов моей родни: от дальних и давно почивших представителей нашего рода до ныне здравствующих. Был здесь и мой портрет – маленькой шестилетней девчушки, сидящей на коленях у матери. После ее смерти я больше не позировала ни одному художнику, хотя отец и пытался меня заставить. Но я каждый раз бросалась в такие горькие слезы, что художники сами отказывались меня рисовать. Зато Джереми красовался на нескольких картинах, одна из которых была нарисована три года назад, когда он поступил в Университет Высшей магии.
Прямо около моей комнаты висел портрет моей бабушки, о которой я вспоминаю с не меньшим теплом, чем о маме. Она воспитывала меня в течение восьми лет после смерти мамы, пока сама не отправилась в мир иной. В тот день я осознала всю глубину своего одиночества.
– Привет, бабуля, – тихо поздоровалась я, проскальзывая в свою комнату. – Отчитываюсь: я жива, здорова и полна оптимизма.
Бабушка смотрела на меня с портрета с мягкой улыбкой, и я улыбнулась ей в ответ.
Закрыв дверь, я услышала шаги в ванной комнате. Это наверняка была моя горничная Марго. Я поспешила спрятать свою сумку под кровать ровно за секунду до того, как Марго показалась на пороге, вытирая влажные руки о передник.
– Мисс Эмили, вы уже вернулись. – Она с дружелюбной улыбкой склонила голову. – Я как раз готовлю вам ванну. Ох, а что это у вас за наряд? – воскликнула она потом, окидывая меня взглядом. – Вы в брюках! Откуда они у вас?
Несмотря на то, что Марго была всего на пять лет старше меня, вела она себя как повидавшая жизнь матрона и не разделяла мое стремление к независимости, оставаясь до мозга костей приверженицей патриархальных ценностей. Наверное, именно поэтому ее так привечал отец и доверял ей заботу обо мне, своей непутевой дочери. Но, справедливости ради, мы с ней неплохо ладили. Особенно в те моменты, когда она не пыталась, как и мой родитель, наставить меня на путь истинной леди.
– Снимайте их немедленно! – возмущенно тряхнула Марго своими светлыми кудрями. – И эти сапоги… Они все в грязи! Надеюсь, отец не видел вас в таком виде!
К счастью, нет. Впрочем, даже если бы и увидел, хуже бы уже ничего не произошло. Я с молчаливым вздохом стала стягивать с себя одежду, которая так ужасала Марго. Брюки из прочного коричневого джута, как и кожаную куртку, я выменяла на парочку магических артефактов у молодого помощника нашего конюха, а вот рубашку стащила у брата: в его гардеробе их было столько, что он навряд ли заметил пропажу. Единственное из всего наряда, что принадлежало только мне, – это сапоги, их я носила, когда занималась верховой ездой.
Глядя, с каким отвращением Марго смотрит на ворох одежды, скинутый мною, я попросила:
– Только не выбрасывай это, будь добра. Возможно, они мне еще пригодятся.
– Я отнесу их в прачечную. – Марго подняла вещи вытянутой рукой, будто они были заразные. Уверена, будь ее воля, она немедленно сожгла бы их, а пепел развеяла по ветру.
Опустившись в ванну, до краев наполненную горячей водой, я поняла, что все-таки успела замерзнуть: последняя неделя лета выдалась промозглой и дождливой. Несколько минут я просто сидела, отогреваясь, и ни о чем не думала. Потом же мои мысли стали занимать события этого бурного вечера. Если бы я ушла всего на четверть часа раньше, тогда, когда и собиралась, то ничего бы этого не произошло. Но появился незнакомец и втянул меня в свою грязную игру. Меня вновь окатило волной стыда: как я могла так опозориться? Так глупо проиграть.
А вы всем незнакомцам верите? Очень наивно, леди, очень наивно.
Зачем ему вообще нужна была эта игра? Он попросил любую мою вещь. Любую. И забрал ее с собой, я видела это. С какой целью? Расскажи я о таком Марго, она бы захихикала и решила, что это просто мой тайный поклонник, который хотел поиметь что-то на память обо мне. Но это предположение было бы еще наивнее и глупее. Нет, тот человек не был похож на влюбленного. Скорее, он насмехался надо мной, хотел унизить этим проигрышем.
Если мне еще когда-нибудь доведется встретиться со стариком Робби, непременно расспрошу его об этом человеке, потому что сама я никогда раньше не видела его в «Черных костях». И от этого вся ситуация казалась еще более подозрительной.
А что, если действительно это он сдал меня отцу? Если он человек отца, отправленный выследить меня?
– Не грызите ногти, мисс Эмили, – выдернул меня из мыслей голос Марго.
Я тотчас убрала руки под воду. Тут я с горничной была согласна: грызть ногти – ужасно. Но как избавиться от этой дурной привычки, когда так нервничаешь?
– И поторопитесь, мисс, гости уже подъехали, – наставительно продолжила Марго, разворачивая прогретое полотенце. – Мистер Брайн будет злиться, если вы опоздаете к столу.
– Он и так будет злиться, – проворчала я, смывая с себя мыльную пену.
Даже не сомневаюсь, что Марго нарочно приготовила мне самое легкомысленное платье из моего гардероба: муслин цвета топленых сливок, украшенный по всему полотну мелкими розовыми розочками, рукава-фонарики и три ряда кружев по подолу. Волосы она мне зачесала вверх и перевязала шелковой розовой лентой.
– Вы такая красивая! – восхитилась горничная результатом своего труда.
– Ну да, как безе, – вздохнула я, поднимаясь.
Спускаться в столовую не было никакого желания.
– Кто хоть приехал к нам? – запоздало поинтересовалась я.
– Господин и госпожа Уолтеры, а также их старший сын.
Я мысленно закатила глаза. Неужели мои худшие опасения сбывались и сегодня меня ждет еще и сватовство?
– Прошу прощения за опоздание, – произнесла я, входя в столовую, и поклоном приветствовала гостей.
Все уже сидели за столом и ожидали, когда слуга разложит закуски. Отец окинул меня сердитым взглядом, но от гневных реплик в присутствии гостей воздержался. Джереми ухмыльнулся. А вот сын четы Уолтеров поднялся из-за стола, чтобы проводить меня к моему месту. Гарольд Уолтер был худощав и высок, как молодой тополь, который только-только пошел в рост, и очень стеснительный. Он густо краснел, когда отодвигал мне стул. Подобная реакция вызывала у меня еще большую неловкость и досаду.
Миссис Уолтер, такая же худая, как и ее сын, пробежалась по мне глазами, оценивая, и только потом одобрительно улыбнулась:
– Мисс Брайн, вы расцветаете с каждым днем.
– Благодарю, – я вернула ей любезную улыбку, – вы тоже прекрасно выглядите. И вам очень идет этот синий оттенок платья, миссис Уолтер.
Мне ответили благодушным кивком, затем гостья обратилась к моему брату:
– Джереми, ты собирался рассказать нам о своих успехах.
Брат сразу приосанился и улыбнулся:
– Мои успехи невелики, миссис Уолтер. Я все так же учусь в Университете, мне остался последний год и преддипломная практика.
– Ну-ну, сын, не скромничай. – Отец тоже расправил плечи, став еще шире в груди. Его поседевшие усы горделиво приподнялись. – Твои успехи весьма впечатляющие. Представь себе, Розали, у него весь аттестат с отличием, и в конце прошлого курса он получил премиальную стипендию как лучший студент, а также место для практики в Министерстве по правам магов.
Розали Уолтер восхищенно покачала головой, ее муж тоже что-то одобрительно крякнул, а Гарольд, сидящий по правую руку от меня, снова пошел красными пятнами. Похоже, он, как и я, явно недотягивал до вершин, взятых моим безупречным братом.
– Ну а что же Эмили? Какие у тебя планы, милая? – ласково пропела Розали. – Тебе ведь уже восемнадцать исполнилось, если не ошибаюсь, в канун Зимней луны. Значит, скоро и девятнадцать…
Я ждала этого вопроса, но никогда не могла подготовить на него достойный ответ. Сегодня же, в свете всех событий, я бы многое отдала, чтобы его не слышать вовсе.
Отец шумно вздохнул и поерзал в кресле, которое сразу заскрипело под грузным телом. Его кустистые брови сошлись на переносице.
– Не пора ли тебе подумать о замужестве? – словно не замечая сгустившихся туч, продолжила миссис Уолтер.
– Я рассматриваю этот вариант. – Отец пронзил меня взглядом.
– Не думаю, что я пока готова к замужеству, – вспыхнув, ответила я. Но взгляд его выдержала.
– Тебя больше никто не будет спрашивать, – процедил отец. Гнев распирал его изнутри, кипя, как вода в чайнике, и, видно, сдерживать его мистеру Брайну было все тяжелее и тяжелее. – Ты не заслужила этого, Эмили. И ты знаешь почему.
В комнате повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. Я опустила глаза в тарелку, мечтая исчезнуть. Пальцы сами сжались в кулак, и я спешно спрятала их под стол.
– Кхм, – кашлянул мистер Уолтер и осторожно поправил очки на переносице. – А вы слышали о новом случае иссушения?
Неприятная сцена тотчас была забыта, и все устремили взгляды на него.
– Кто на этот раз? – спросил Джереми, нахмурившись.
– Лорд Витоль Крауз, – ответил мистер Уолтер.
– Это ужасно, ужасно, – покачала головой его жена. – Четвертый случай иссушения с начала лета.
И это и правда вызывало тревогу, до этого лета ничего подобного не происходило. Маги из сильнейших родов один за другим лишались силы, ее из них словно высасывали досуха. И ни один лекарь не мог понять, как это происходит и, главное, как это исправить. Кто-то даже предположил, что грядет конец света.
– Рошилд, Мариус, Винтер… – задумчиво перечислил брат. – И вот теперь Крауз. Интересно, есть ли между ними связь?
Отец при этих словах вдруг побледнел, но, кажется, никто, кроме меня, этого не заметил. К тому же он быстро взял себя в руки и перевел тему:
– Предлагаю для десерта перейти в чайную комнату и продолжить беседу там.
Выходя из столовой, я вновь обратила внимание, как он украдкой вытирает салфеткой пот со лба. Неужели боится, что может оказаться следующим? Впрочем, уверена, что не он один.
– Мисс Эмили, – отвлек меня робкий голос Гарольда, следовавшего за мной. – Позвольте заметить, что вы… Вы… Прекрасны…
– Благодарю. – Я вымучила вежливую улыбку.
– Ваши глаза… – продолжил Гарольд, заикаясь от волнения. – Они… Они… зеленые, как… – он запнулся.
– Как весенняя листва, – подсказала я со вздохом.
– Именно, – с готовностью кивнул парень.
– Или как изумруды, – добавила я. – Или как лягушка.
– Да. – Он снова энергично кивнул.
– Как лягушка? – Я с усмешкой приподняла брови.
– Нет, нет. – Гарольд с ужасом замотал головой. – П-простите. К-как изумруд, конечно же. Я п-просто не умею делать красивые комплименты.
– Это вы меня простите. – Я виновато улыбнулась. Гарольд, в отличие от его родителей, мне нравился. – А я… Я не умею принимать комплименты. И вообще, давайте начистоту. – Я доверительно коснулась его рукава. – Если вы или ваша матушка подумываете о том, чтобы посвататься ко мне, то это глупая затея. Я не создана для брака, понимаете? И я не смогу сделать вас счастливым, Гарольд. Вы чудесный молодой человек, но вы достойны лучшего, поверьте. Простите. – И я оставила его явно расстроенным и озадаченным. Но на кокетство и флирт я действительно была не способна, как и не могла подарить ему надежду на возможный союз между нами.
Больше на острые темы разговоры в этот вечер не велись. Около половины одиннадцатого гости отправились домой. Я собралась тоже улизнуть в свою комнату, но меня остановил суровый голос отца:
– Эмили. Я жду тебя в своем кабинете. Немедленно.
Ну вот, кажется, началось…
Глава 3
Атмосфера кабинета отца всегда давила на меня. Мебель из темного дерева казалась слишком массивной. Тяжелые шторы на окнах почти никогда не открывались, поэтому солнечный свет здесь был редким гостем. Отец предпочитал ему свечи, отчего в кабинете постоянно присутствовал запах воска. Я не имела ничего против этого аромата, но в таких количествах, как в этом месте, он был просто удушающим.
Отец не сел в свое широкое кожаное кресло и не предложил сесть мне. Он, наверное, с минуту расхаживал по ковру, сердито шевеля усами, а я стояла перед ним, сцепив пальцы в замок, и молчала. Потом он остановился и вперился в меня тяжелым взглядом.
– Я устал, Эмили, – его голос был как никогда холоден. – Устал от всех твоих выходок. От твоего неповиновения. От твоей строптивости. Но то, что произошло сегодня, стало последней каплей в чаше моего терпения.
Отец направился к столу. Только сейчас я заметила лежащую там свою сумку. Сумку, которую я несколькими часами ранее припрятала под свою кровать. Отец схватил ее и резким движением перевернул. На ковер посыпались пузырьки, баночки и плетеные амулеты.
– Зачем ты так? – вырвалось у меня испуганное.
Я, забыв о гордости, опустилась на колени и принялась их собирать.
Отец смерил меня презрительным взглядом.
– И ты считаешь все это достойным леди твоего уровня? – процедил он. – Настойка перемен… Эфир удачи… Капли от тоски… Амулет возможностей… – Носок его начищенного ботинка небрежно подцепил и толкнул один из флаконов, и тот покатился под стол. – И этим занимается моя дочь? Как магичка низшего звена? Как последняя знахарка? Еще и торгует ими в портовой таверне!
– Я не делаю ничего дурного! – выкрикнула я. Мой голос дрожал от обиды и гнева. – Эти вещи… Люди в них нуждаются. Они приносят пользу и радость. Дают надежду. Но главное, мне нравится их делать! Мне нравится создавать все эти настойки, эфиры и амулеты, понимаешь? И у меня это получается хорошо!