- -
- 100%
- +
Глава 1
Марьямна
«Вставай, с первыми лучами вставай,
Мир ты для меня открывай,
С дыханьем природы вставай, вставай»
– Ой, да заткнитесь вы уже! – закричала я на будильник в телефоне, подскакивая с кровати. Положить его в другом конце комнаты, чтобы точно проснуться, было не самой лучшей идеей. Путаясь в покрывале, кое-как дошла до смартфона и отключила раздражающую музыку.
– Ненавижу понедельник, – простонала и поплелась в ванную комнату.
Как же быстро выходные прошли, даже не заметила! Правду говорят, что с возрастом дни все быстрее идут. В двадцать шесть кажется – моргнула, и вот уже следующий день рождения.
Вернулась в комнату, надела белую блузку и узкие синие джинсы, которые мне так понравились. Втянула живот, чтобы пуговица и молния нормально застегнулись. Уже предвкушала, как пояс будет впиваться весь день в живот. Критически осмотрела себя в зеркале. Со вчерашнего дня ничего не изменилось. Я все такой же пухляш, восьмидесяти килограмм, как и была. С вселенской печалью смотрела на свои ляжки и пыталась разглядеть между ними заветный просвет. Но, увы и ах, его там не было. Никогда не было. Сколько себя помню, всегда была полной. Хотя мама говорила, что до пяти лет я была тощей и костлявой. Были же времена! Вернуть бы их.
Наспех накрасила ресницы и брови, выбежала в кухню. Желудок предательски заурчал. Ведь он прекрасно знает, что несколько дней назад я припрятала чипсы, газировку и огромный батончик Сникерс на верхней полке.
– Все! Я села на диету, и ближайшие семь лет ты не получишь ничего, калорийней кефира, – проговорила и успокаивающе погладила живот.
В кухню вбежали черный кот и белая кошка.
– Доброе утро, Капитан Батлер и Скарлетт, – поздоровалась со своими четвероногими друзьями, за что была вознаграждена презрительными взглядами. Насыпала им в миски корм и пошла на работу.
А работала я… Мастером маникюра. И всей душой ненавидела свою работу! Но выбирать мне не из чего. Пару лет назад тетка отписала мне однушку в хрущевке. На самой окраине Москвы. Я так обрадовалась! Родители были категорически против. Говорили, что надо продать квартиру и никуда не уезжать из нашей глубинки. Но меня было не остановить. Я таких уже планов понастроила – закачаешься! Думала, приеду в Москву и сразу покорю ее. Ага, как бы ни так. Город почти сразу проглотил меня. И от моей большой мечты стать популярным кондитером и открыть собственный магазин сладостей не сталось и следа… Одни разбитые осколки. Я была столь наивна, что не учла больше половины факторов.
Вот так наивная дурочка оказалась одна в чужом городе… Но возвращаться обратно я не хотела, просто не могла! Поэтому пошла на курсы маникюра, которые длились всего неделю, и устроилась в ближайшую парикмахерскую. Зарегистрировалась в ВКонтакте, и мне иногда поступали заказы на торты для дня рождения или сладкие букеты.
На улице было жарко, несмотря на раннюю осень. До работы решила пойти пешком, с намерением вести здоровый образ жизни. Идти было недолго, минут двадцать… В парикмахерскую я пришла потная, уставшая и с подвернутой лодыжкой! Боюсь представить, что еще день грядущий мне приготовил.
– Привет, Марьяшка, ты чего такая потрёпанная? – спросила Оля, наш женский парикмахер и по совместительству моя лучшая подруга.
– Хочешь, укладку сделаю, пока рабочий день еще не начался?
Я лишь отмахнулась от ее предложения, кое-как доковыляла до диванчика и усадила на него свою несчастную голодную тушку.
– Ненавижу понедельник! – воскликнула в сердцах.
– О, понимаю тебя, Машка, – поддакнула мне Ира, мужской мастер.
– Сегодня со своим поругалась! Мелкий приболел, а этот увалень выходной, и такой мне: Оставайся дома, не хочу весь день Игнату сопли вытирать! – бушевала Ирка.
– Нет, ну, вы представляете? Я как раз обувалась и так надавала ему кроссовком, что он просил о пощаде.
– Какие же мужики козлы! – сделала важное и давно известное заключение Оля.
Открылась дверь, и звякнул колокольчик. Прибыл первый клиент, рабочий день официально начался. У меня по записи пять клиенток и, наверное, столько же придут без записи. Ура…
Вечером вернулась без сил. Так устала, что даже дышать было лень. Дома есть было нечего, кроме кефира. От мысли о последнем меня начало тошнить. Но желудок все равно требовал еды, поэтому, недолго думая, достала свои запасы на черный день. Сидела на диване в спущенных до колен джинсах, рубашке с пятнами от кофе и грызла огромный сникерс, заедая чипсами со вкусом краба и запивая все это дело газировкой.
Слезы сами по себе навернулись на глаза. Боже, я никогда не похудею.
Глава 2
Марьямна
Наконец-то наступил долгожданный выходной. Я проспала до полудня, проснулась с головной болью, но даже это не испортило мне настроения. Мне портит настроение только работа.
Сегодня решила весь день провести дома и никуда не выходить. Для начала собралась убрать квартиру. Казалось бы, живу одна с двумя котами в однокомнатной квартире, откуда здесь может взяться грязь? Отвечаю – Херен знает откуда! Я уже задолбалась мыть квартиру.
Все везде пропылесосила, вытерла пыль и, согнувшись в три погибели, натерла пол до блеска. Когда я уже куплю себе швабру? Разобрала хлам на лоджии. Закаток, что ли, на зиму сделать? Быстро отбросила эти опасные мысли. В том году они меня уже посещали, и я ошпарила себе руки так сильно, что вскочили безобразные, просто уродливые волдыри.
Вымыла кухню, приготовила себе жареной картошки, сходила в душ и без сил опустилась на диван, который служил мне и кроватью. Батлер и Скарлетт тут же запрыгнули ко мне. На удивление, эти кошки просто обожают картошку. Пока грузила старенький ноут, коты съели полтарелки еды.
– А ну, брысь, наглые морды! – закричала на них, но никак не впечатлила, животные спокойно продолжили жевать мой завтрак-обед.
Пришлось подниматься за новой порцией картошки. Ворча, вошла в комнату и бросала уничижительные взгляды на пушистиков. Ноутбук как раз загрузился, и я вошла в ВК.
Насыпав новую порцию еды, решила проверить свою страницу ВК. На странице в основном выставлены мои работы – примеры тортов, капкейков, кейк-попсов и прочего.
С удивлением обнаружила новое входящее сообщение. Быстро открыла его и отправила в рот огромную порцию картошки.
Сообщение гласило.
Добрый день, Марьямна!
Мы с женихом просматривали Ваши работы, и они нам очень понравились! Согласитесь сделать для нас торт на свадьбу?
Улыбка сама собой расцвела на губах. Наконец-то! Наконец-то я буду заниматься тем, что мне нравится, пусть и только на один заказ.
Поставила тарелку себе на колени и под злобное фырканье животин принялась писать ответ.
«Добрый день, Аня. Буду счастлива помочь Вам сделать этот знаменательный день еще счастливей! Вот мой номер телефона, позвоните, и обговорим детали».
Настроение улучшилось в разы. Загрузила новый фильм с любимым Джейсоном Стетхемом и принялась за картошку.
Где-то на середине фильма зазвонил мой сотовый. Поставила кино на паузу и посмотрела на дисплей – номера нет в моей телефонной книге.
– Алло, – ответила на вызов.
– Добрый день, Марьямна. Это Аня, я писала насчет торта, – проговорил приятный женский голос с того конца провода.
– Да-да, Аня, конечно, помню. Вы что-то решили?
– Мы с женихом все обсудили, и я прислала примерные картинки тортов, которые мы хотим.
– Сейчас, секунду, открою браузер, – сказала и снова зашла в ВК, открыла сообщение с фотографиями.
– Вы хотите голый торт с живыми цветами, я правильно поняла?
– Да, именно такой. Желательно с белым кремом и сиреневыми цветами.
– Поняла, а что насчет коржей, и какой именно крем?
Дальше мы детально обсуждали все пожелания будущих молодоженов. Спросила, сколько приглашено гостей, чтобы рассчитать примерный вес торта.
– Хорошо, Аня. Все поняла. Я сейчас посчитаю, сколько это выйдет по деньгам, – и замолчала, производя в уме гениальные подсчеты. С математикой я никогда не дружила, но когда дело касалось денег, то я становилась гением.
– Цена будет составлять семь тысяч восемьсот рублей – торт, и плюс тысяча – за срочность.
– Отлично! – обрадовалась Анна. – В пятницу у нас свадьба, значит, в четверг мы заберем заказ.
– Хорошо, я до семи работаю, после восьми вечера буду ждать, – сегодня вторник, значит, придется работать всю ночь завтра.
После разговора с клиентом у меня на душе было так радостно, хотелось петь и танцевать. Вот только я не умею ни того, ни другого. Посмотрела на часы – было начало третьего. Все же сегодня придется выйти в люди.
Пока одевалась, составила в уме список нужных продуктов. Наряжаться не было ни сил, ни желания. Надела спортивные штаны и видавшую виды футболку с символикой Nirvana. Позвонила Томке из кондитерского магазина, заказала живые цветы и колбочки под них. Достала большую десятилитровую бутыль с надписью «Еще немного». Сюда я кидаю все лишние деньги. Коплю на свою голубую мечту. Когда-нибудь я открою кондитерскую! Боже, да я сплю и вижу это. Ничего и никогда не хотела сильнее! Достала из банки пять тысяч одной купюрой, и остальное поставила на место.
До магазина дошла довольно быстро, погода хорошая. В воздухе уже витает запах осени. Скоро начнутся дожди и холод. А у меня обуви осенней нет… Полуботинкам пришел капут еще в прошлом году. Блин, теперь еще и на них траться.
По рядам супермаркета ходила мрачнее тучи, так не хотелось тратить несколько тысяч на обувь… ведь это будет отделять меня еще на эти несколько тысяч от своей кондитерской с желтыми занавесками на окнах…
Как раз выбирала маскарпоне для красного бархата, услышала, что кто-то меня зовет. Обернулась и выругалась сквозь стиснутые зубы. Павел Андреевич, собственной противной персоной.
– Маняшка, – подойдя ближе, произнес этот… этот… мой бывший.
– А я смотрю, задница знакомая, – и заржал, словно гиена.
– А я смотрю, ты все… – замолчала для пущего эффекта, а Паша выпрямился, всем своим видом показывая мне, кого я потеряла, слава небесам.
– Так же должен мне пятнадцать тысяч, – и с удовольствием отметила, как его улыбка быстренько стерлась с лица.
Отвернулась к витрине, с утроенным интересом стала читать состав сыра. Черт! И угораздило же меня три года провести вот с этим пугалом огородным! Нет, Пашка красив, зараза. Темноволосый, кареглазый, с обаятельной улыбкой… Но он без царя в голове. Постоянно сидел без работы и где-то зависал со своими дружками, которых я не переваривала. Я и раньше замечала, что у меня деньги пропадали, но маленькие суммы, поэтому молчала. Терпела, долго терпела, потому что любила… Но когда он украл у меня огромную сумму, терпелке пришел конец.
– Да ладно тебе, Марьяша, кто старое помянет, как говорится…
– Я тебе это «старое» при каждой встрече буду припоминать, Колесниченко.
– А ты все такая же красивая, – сказал вообще не в тему, и смотрит на меня с таким обожанием, как раньше. А я? А я, дура, под гипноз его шоколадных глаз попадаю… Резко опомнилась и отвесила себе воображаемый подзатыльник.
– Так, а ну, сгинь, окаянный, отсюда, пока по голове не получил чем-нибудь тяжелым! – зло проговорила и, закинув сыр в тележку, быстрым шагом пошла прочь от бывшего.
Когда подошла к кассе, меня все еще раздирали эмоции после встречи с Пашей. И снова это омерзительное чувство – сомнение. А правильно ли я сделала, что рассталась с ним? Ведь так-то нормальный мужик был. По хозяйству помогал… А после расставания с ним я почти год одна. Может, не нужно было носом крутить? Ну, подумаешь, деньги, за них же любовь не купишь.
Та-а-а-к, Маня, не о том думаешь! Снова дала себе мысленный подзатыльник. Это я, что, начала оправдывать этого козла?! Да он у меня полжизни забрал и душу смял, словно ненужный лист бумаги, и выкинул в мусор. Сколько ночей проплакала в подушку? Все! Проехали – забыли. Лучше одной быть, чем с кем попало!
Расплатилась на кассе и, взяв пакет, вышла на улицу.
– Давай, до дома проведу, – услышала у самого уха до боли знакомый голос и вздрогнула. Немного отклонилась назад, чтобы в лицо мужчине посмотреть.
– Ну, проводи, – спустя некоторое время милостиво согласилась. Какая, к черту, разница, проводит он меня или нет.
Павел галантно взял пакет из моих рук и подставил локоть для прогулки. Я закатила глаза, но под руку его все же взяла. Всю дорогу Колесниченко травил байки, и я смеялась. Я уже и забыла, как легко с ним общаться. Так, болтая, мы и дошли до подъезда. А потом… Потом сама не поняла, как мы оказались в коридоре моей квартирки, срывая друг с друга одежду. Жадно целуясь, упиваясь ощущениями «кожа к коже». Год без мужчины, скажу я честно, то еще испытание! Ты кидаешься, буквально, на первого встречного. Все кажутся такими милыми и хорошими. Восприятие мужской козлячей сути притупляется. А как на кровать повалились, так вообще все мысли из головы улетели в экстазе…
Стояла под струями душа, смывая с себя доказательства недавнего порыва страсти, и думала о том, что бы приготовить на ужин.
– Па-а-а-ш, – крикнула, – будешь отбивные с вермишелью? Сейчас выйду – приготовлю.
Ответа не последовало. Уснул, что ли? Умаялся, бедняжка. Последняя мысль вызвала на лице улыбку. Выключила воду и, замотавшись в полотенце, вышла из ванной.
Павла в комнате не оказалось, я нахмурилась. Может, в кухне, курит у форточки, как делал всегда. Прошла туда, но и там его не оказалось.
От страха и неверия внутренности скрутило холодом.
Боже…
Глава 3
Елисей
– Повтори, – прижимаю ко рту ладонь, пытаясь переждать легкую тошноту. Чувствую, как новая порция алкоголя растекается по телу, наращивая градус. Сколько я выпил? Стопок десять назад перестал чувствовать горечь от напитка, но вот горечь собственных мыслей все никак не унять.
– Может, хватит, Елисей? – раздается расстроенный вздох. Поднимаю глаза. Марина. Красивая баба, грудь – прицеливаюсь – твердая пятерочка, пышные бедра и тонкая осиная талия. Она – украшение этого бара. По-моему, только ради барменши я приходил сюда первые раз пять. Удивила меня тогда своей независимостью. Упорно не хотела признавать во мне знаменитость. Так дико было. Как так? Тут из ворот собственного дома не выйдешь без охраны, а она – и знать не знает Елисея Воронцова! Разговорились с ней как-то. Я тогда еще один кастинг провалил. Потом стал приходить сюда поболтать с ней. Незаметно наше общение перетекло в плотную дружбу. И самое смешное то, что даже после того, как она узнала о моем звездном статусе, ничего не поменялось. Абсолютно.
Нравится мне в ней, что все как на духу говорит. Как есть. И смотрит на меня не как на идола или объект вожделения. Человека во мне видит. Личность мою. Принимает моих тараканов, некоторых даже делит со мной. А вот Лена не смогла их разделить…
– Хватит, когда имя ее забуду. На хрен из головы, – стучу указательным пальцем по виску. – Понимаешь?
Усмехнувшись, подается вперед. Так, что между нами – считанные сантиметры пространства, и я без труда могу разглядеть крошечную родинку на ее правой груди.
– Послушай меня, ваша ссора – полный бред, – произносит, привлекая внимание к глазам. – Повздорили по телефону. Ты приревновал. Ну, подумаешь, услышал рядом мужской голос. Ведь это мог быть кто угодно… Зачем нужно было срываться на ней? Кричать? Кому такое понравится, Елисей?
– Да понял я, Марин, – кривлюсь от затопившего меня чувства стыда. Как вспомню, сколько гадостей ей наговорил, язык откусить себе хочется.
– Был последний день съемок, понимаешь? Я уставший был, хотелось просто услышать ее голос. Чтобы сказала, как скучает, мы ведь два месяца не виделись. А она пьяная, в компании какой – то, где парней полно. И разговаривала сквозь зубы…
– Знаешь что, дорогой, – перебивает, не дав договорить. – Раз она трубку не берет, сделаем так. Езжай домой. Протрезвеешь, приводи себя в порядок, и к ней – мириться. Попроси прощения за все, что наговорил. Если любит, просит. А если нет… тогда уже будет смысл нажираться. А на сегодня хватит, – выгнув бровь, Марина забирает бутылку со стойки.
– Просто отлично, – цежу сквозь зубы, прожигая ее хмурым взглядом. – Спасибо, господин психолог, я так и сделаю, – загребаю со стойки ключи и мобилу, слезаю со стула.
– Елисей, – окликает меня Марина. – Ты, надеюсь, сегодня с водителем?
– Конечно, – вру, не краснея, выхожу из заведения.
В лицо бьет прохладный ночной воздух. Поднимаю голову кверху, чувствуя, как меня уносит. Куда ехать? Что делать? Может, права Маринка? К черту гордость, пойти первым на примирение? Или просто посмотреть ей глаза…
Встряхнув головой, направляюсь к машине. Снимаю с сигналки, усаживаюсь за руль.
Бармен права. Нужно просто извиниться. Она поймет. Примет. И жизнь наладится. Я люблю ее. Впервые в жизни мне хочется быть только с одним человеком. Впервые захотелось чего-то большего, чем интрижка и одноразовый секс. Я хочу с ней семью создать. Хочу детей от нее, хочу, чтобы Лена ждала меня с гастролей. Глупо? Несущественно? В мире киноиндустрии так мало настоящего, что эти желания порой кажутся несбыточными.
Вокруг меня всегда было полно девушек. Модели, актрисы, охотницы за кошельками. Но все они ненастоящие, фальшивые насквозь, начиная от сладких речей, заканчивая оргазмами. Поначалу не сильно заморачивался, принимал этот суррогат. Просто кайфовал, прожигая дни.
Но после того, как я встретил ее – скромную девочку из глубинки, студентку филфака… Не знаю, будто щелкнуло что-то в груди. Это не было любовью с первого взгляда. Это был ураган чувств еще до того, как я ее увидел. Прошел мимо, почувствовав аромат ее духов. И накрыло… А когда она улыбнулась в ответ на мою идиотскую шутку, то все. Я окончательно пропал.
Лена – единственная, кто смог пробиться сквозь выстроенную мной стену отчужденности. С самого начала видела меня настоящего, без всего этого наносного лоска. Лена видела Елисея – простого паренька из маленького Уральского городка. Елисея, любящего играть в идиотские компьютерные игры, предпочитающего дом тусовкам и обычные закусочные дорогим ресторанам. Нет, у нее было все, что она хотела, я давал ей это. Но в какой-то момент что-то сломалось.
Она ведь любила меня… Вспоминаю то, какими грустными были ее глаза, когда она провожала меня на съемки. Нам предстояли два месяца разлуки. Я хотел взять ее с собой, но у Лены – последний курс института, она идет на красный диплом. Нет, мы должны были пережить эти два месяца, чтобы потом стало еще круче. Но разлука стала тяжелым испытанием.
Мы начали ссориться. Телефонные разговоры стали все более холодными и короткими. Да, я косячу. Я могу вспылить на ровном месте, могу приревновать абсолютно без повода. Но я люблю ее всем своим сердцем. Я исправлюсь. Буду работать над собой. Ради нее, ради нас.
Припарковав тачку неподалеку от ее дома, выхожу. Черт, голова до сих пор едет. Я чувствую, что не готов… волнуюсь. Открыв багажник, достаю оттуда бутылку Джемесона. Не знаю, насколько это хорошая мысль, но сейчас мне требуется подмога. Откупорив, отбрасываю в сторону крышку. Делаю пару глотков.
Осматриваюсь. В окнах темно. Спит? Или нет дома? Лена живет одна, я снял этот дом для нее. В прошлой квартире ей жизни не давала хозяйка. Я собирался после завершения съемок с гонорара купить квартиру в новостройке. Как свадебный подарок ей. Да, и предложение собирался сделать, – смотрю на кольцо в раскрытой ладони. Решил. Гори оно все. Сделаю ей предложение прямо сейчас. Не собираюсь я ждать до утра. И так столько времени потерял – еще в обед прилетел и не пойми чем занимался.
Тарабаню в дверь. Но в ответ тишина. Держу кнопку звонка до немоты в пальце. Тщетно.
Опускаюсь на ступеньки крыльца. Еще несколько глотков спиртного. Достаю телефон. На экране ее фото. Красивая до одури. Пальцы знобит от желания прикоснуться, почувствовать ее кожу нежную, провести по полным губам. Стоит вполоборота, улыбается, будто зовет меня куда-то. Да я за ней – хоть в преисподнюю, только пусть не отталкивает.
Внезапно глаза слепит ярким светом. Прямо у моих ног тормозит черный кроссовер. Пассажирская дверца открывается, и из тачки выходит ОНА. Обалденные длинные ноги, короткая джинсовка и кожаный пиджак. Как же я соскучился…
Красивая… Ярко-красная помада на ее губах выбивает весь дух. Сгреб бы ее в охапку, и на плечо, доказать делом, а не словами, как сильно я нуждаюсь в ней. Срываюсь, было, но замечаю испуг, промелькнувший в ее красивых глазах. Боится меня?
– Малыш, – поднявшись, делаю шаг к ней навстречу. Но Лена пятится назад. Она испугана. Девушка как-то странно косится в сторону водительской дверцы. Обернувшись, вижу, как из тачки появляется высокий мужик. По комплектации раза в два больше меня. Что это за придурок? И кто ночью ходит в одной майке?
– Это кто такой? – зверею в секунды. Обойдя машину, качок берет Лену за руку, а у меня планка падает.
– Убери от нее свои грабли, – рычу, наступая.
– Елисей, уходи, – ее голос тихий, дрожащий.
– Что? Уходи? Кто это такой, мать твою? – я не верю собственным ушам. Да, мы поругались, но это не повод таскаться с мужиками.
– Я ее парень, а ты кто, мудила? – загораживая собой Лену, наступает тот на меня.
– Я сейчас покажу тебе мудилу – рычу, засучивая рукава рубашки.
– Стой, Елисей! – кричит Лена, выскакивая перед недоумком. – Между нам все кончено! Я сказала тебе еще в том разговоре! – она смотрит на меня так, будто ей плевать. И от этого дико больно.
– Вот так, просто?! Все кончено??? – из груди вырывается истерический смех. – И, мать твою, все полгода перечеркнём? Куда мне деть это, скажи? – тычу в нее пальцем, переходя на крик.
Она качает головой. Смотрит на меня глазами, полными слез.
– Ты невыносим, – произносит Лена дрожащим голосом. – Я пыталась быть с тобой, но твоя патологическая ревность… я все делала, терпела твои постоянные отсутствия на съемках, твоих подружек актрисулек, терпела эротические сцены в фильмах с другими девушками, я даже собаку твою терпела! – кричит с искаженным от ярости лицом.
– Что не так с Арагорном?! – еще и собака моя ей, оказывается, не по духу. Как мало я знал об этой девушке!
– Да все не так! В том числе и твой пес! Ты маленький мальчик, Елисей. Ты не вырос! Все твои увлечения сводятся к тебе самому! К тому, что любишь ты! Хоть раз бы спросил меня, а хочу ли я смотреть с тобой твои идиотские фильмы?
– Эй, при чем тут мои фильмы?!
– Да при том, Елисей. Только ребенок назовет своего пса именем вымышленного Короля из Средиземья!
– Эй, не надо так! «Властелин колец» – шедевр современного кинематографа! – Что говорит эта женщина? Она в своем уме?
– Все кончено, Елисей. Нам не стоит быть вместе! – она разворачивается, пытаясь уйти, а меня злость такая берет! Да какого черта творится?
– А с кем тебе стоит быть вместе? Вот с этим уе*ком, вкачавшим в зад несколько литров гормонов? Это смешно, Лена. Ты… ты не можешь так с нами…
Качок пытается что-то промычать в ответ, но Лена его опережает.
– Посмотри на себя, Елисей. Что ты представляешь собой? Кроме скандалов и ревности, что ты мне дал?
– Лена, иди в дом, я сам поговорю с ним… – отталкивает качок в сторону мою девушку.
Опускаю взгляд на свои руки. На кулак, в котором зажато обручальное кольцо. Понимаю, каким наивным придурком я был все это время. Думал, она не такая, думал, настоящая. Да сейчас прям. Играла искуснее шлюхи. Чувствую, как внутри все закипает.
– Сейчас я поговорю с тобой. Зачем же Лене уходить? – сорвавшись с места, бью урода в челюсть. Покачнувшись, шкаф едва ли не падает, но удерживается. Черт, я пьяный в доску. Движения замедленные. Не успеваю среагировть, ловлю удар в висок. Перед глазами искры. Падаю на землю, здоровяк седлает меня. Снова удар. Последние барьеры падают. Зарычав, давлю пальцами на его глаза. Заскулив, как девчонка, отпускает меня. Налетаю со всего маху, бью урода, выбивая всю спесь и свою злость. И остатки любви к этой сучке.
– Елисей, отпусти его! – верещит Лена, но я не слышу. В ушах – шум, перед глазами – пелена. Прихожу в себя только после удара по лицу.
Мне заламывают руки за спину, поднимают и куда-то ведут.
Я вижу разноцветные огни, установленные на крыше машины. Полиция?
Просто охренительно встретила меня любимая после двух месяцев разлуки.
Глава 4
Марьямна
Всю ночь проревела в подушку, коря себя последними словами. Ну как можно быть такой дурой? Как? Ничему меня жизнь не учит. Увидела этого гада, и все забыла! Ведь сердце не месте было, мозг кричал, чтобы не смела домой пускать. И вот. Либидо все решило за меня! Да лучше бы на вибратор раскошелилась, чем с этим… Чтоб у него чиряки на мягком месте вскочили!