- -
- 100%
- +
Глава 1
Аня
Я остановилась возле офисного здания супруга и наклонилась, чтобы сорвать ромашку с клумбы. Улыбнулась и втянула аромат цветка.
– Прости, – прошептала и стала дергать лепестки. – Любит, не любит, любит, не любит…
Я понимала, что это глупо, но внутри было столько счастья и радости, что я готова была делиться эмоциями со всем миром.
– Любит, – оторвала лепесток и остался еще один. – Не любит…
Сердце кольнуло тревогой, но я решила не обращать внимания на глупые суеверия. Уверена, Самир любит меня, пусть и не говорит об этом никогда. Он не тот мужчина, который будет открыто проявлять свои чувства.
Он самый лучший! Взрослый, умный, смелый. Самир заботится обо мне. И я так сильно люблю его. С первого взгляда, как увидела, так и поняла, что кроме него никто не нужен.
Мне было тринадцать, когда мы с отцом переехали жить к Эмиру Булатовичу на ферму. Тогда я и увидела своего будущего супруга. Самир – внук Эмира, приезжал к нему не часто, потому что у него был свой бизнес в столице. Он на двенадцать лет старше меня. Но каждый его приезд был для меня, словно праздник.
Я тайно мечтала о нем, исписывала все тетради его именем, хотела, чтобы он обратил на меня внимание. И однажды так и случилось. Теперь я законная супруга Самира Усманова! Так что да, он меня любит. Глупой ромашке я верить не буду.
Я поднялась в здание, поздоровалась с охранником и поехала на верхний этаж. Никогда не была в офисе мужа, но сегодня не удержалась. Я ездила в город, чтобы кое-что купить и меня так потянуло увидеть Самира.
В последнее время он работает допоздна и мы все реже проводим время вместе. Я сильно скучаю.
Лифт был зеркальный и я повернулась, рассматривая себя в отражении. Я была самой обычной. Слишком высокой и худой, как по мне. С серыми глазами и шоколадными волосами. Многие говорили, что с моими данными нужно было ехать покорять столицу, а не связывать свою жизнь с животными. Что они понимают? Не хочу в столицу. Я в первую очередь хорошая жена, а во вторую – будущий ветеринар.
Вышла из лифта и растерялась, не зная куда идти. Мимо меня проходила какая-то девушка, я ее остановила.
– Извините, не подскажете, где кабинет Самира Ильясовича? – спросила я.
Девушка остановилась и медленно осмотрела меня с головы до ног, а потом вернула насмешливый взгляд к моему лицу. У меня сразу запылали щеки. Да, я не выглядела, как модель с обложки. Никогда не любила наряжаться. На мне был легкий сарафан, которому уже года три, и белые кеды на ногах. Свои длинные волосы я стянула в высокий хвост, а на лице ни грамма косметики.
– А тебе зачем Самир Ильясович понадобился? – спросила, выгибая тонкую бровь. – У нас что, день помощи малоимущим?
Я была в шоке от такой наглости, даже отступила на шаг. Что она говорит такое? Даже не знает меня.
– Вообще-то я его жена, – ответила я.
– Жена? – глаза девушки смешно округлились. – Я даже не знала, что он женат.
– Паспорт показать? – огрызнулась я.
Девушка прищурилась, а затем хмыкнула.
– Прямо по коридору и направо, – указала наманикюренным пальчиком направление. – Думаю, супруг будет о-о-очень рад визиту.
Конечно, будет! Как иначе.
– Спасибо, – ответила я и пошла по коридору.
Я даже ничего не рассматривала, была настолько окрылена счастьем. Противная девушка не испортит мне настроение. Я думала о том, как отреагирует муж на мой сюрприз. Представляю его лицо. Может, даже отложит дела, чтобы мы смогли провести остаток дня вместе. В животе ожили бабочки и щекотали своими крылышками.
Я дошла до нужного кабинета, в приемной место секретарши пустовало. Поэтому недолго думая, я толкнула дверь и вошла в кабинет, да так и застыла на пороге.
Мой муж сидел за столом, а на его столе с широко разведенными ногами сидела какая-то девушка. Видимо, из меня вырвался вопль ужаса, потому что супруг поднял на меня взгляд и пригвоздил к месту.
– Анна, что ты здесь делаешь? – услышала голос любимого.
Кровь шумела в ушах, глаза застилало от слез и я не могла дышать. В неверии я начала качать головой. Этого не может быть… Это не правда. Он… Изменяет мне? В голове калейдоскопом начала проноситься наша совместная жизнь.
За эти полтора года я старалась быть идеальной женой. Порядок в доме, вкусная еда, забота… Я и мысли не могла допустить, что ему мало меня.
– Кристина, выйди и закрой за собой дверь, – очередной приказ.
Девушка ловко соскочила со стола и послала мне улыбку, когда проходила мимо. За моей спиной послышался щелчок закрываемой двери, я вздрогнула. Обняла себя руками за живот, меня начало мутить. Слезы катились по моему лицу вниз, пока я смотрела на мужа. Он даже не встал, не попытался меня успокоить.
– Я задал тебе вопрос: что ты здесь делаешь? – строго спросил.
– Я… Хотела сделать сюрприз, – шепчу пересохшими губами.
– Сделала? Теперь езжай домой, – холодно чеканит.
А меня трясти начинает. Я смотрю на лицо любимого мужчины и подыхаю внутри. Все скручивает от невыносимой агонии и обиды.
– Ты мне изменяешь? – говорю не своим голосом.
– Не устраивай сцен, сказал, домой едь.
– Ответь! Ты мне изменяешь? Как ты мог? – я не сдерживаюсь, начинаю реветь в голос.
Боже, как же больно, как мне больно. Я не могу этого выдержать, просто не могу. Пошатнулась и упала коленями на пол. Меня раздирало на ошметки, каждый нерв воспалился и кровоточил. Увидела перед глазами начищенные до блеска туфли мужа. Неужели ему все равно? Неужели он не видит, как я корчусь в муках?
– За что, Самир? Я же люблю тебя… Так сильно люблю… – шепчу на выдохе.
Он смотрит на меня, рассматривает своими карими глазами, которые я считала самыми красивыми и добрыми в мире.
– Задушила ты меня своей любовью, Аня. Пора уже стать взрослой…
Глава 2
Аня
Самир говорит это все таким бесстрастным тоном. Будто отчитывает нерадивого ребенка. В его карих глазах полное безразличие. Смотрит на меня сверху вниз с холодом во взгляде. А я буквально задыхаюсь от боли. Такое ощущение, что муж разодрал мое сердце на куски.
– Почему?
С моих дрожащих губ срывается лишь одно слово. Голос хриплый, горло дерёт от подступающих слез. Я вздрагиваю, когда Самир наклоняется и хватает меня за плечо. Тянет вверх, словно куклу.
– Не устраивай сцен, Аня! – раздраженно говорит муж. – Какого черта ты вообще делаешь в моем офисе?
Он продолжает разговаривать со мной так буднично. Будто ничего не случилось. Будто не он только что растоптал наш брак.
Я в ужасе отскакиваю в сторону, вырываясь из его хватки. Обхватываю себя руками в попытке удержать надвигающуюся истерику. Сердце колотится так быстро, еще немного и выпрыгнет из груди. Я закрываю глаза. Лишь бы не видеть равнодушного Самира. Делаю глубокий вдох в попытке успокоиться.
– Значит так, – раздается низкий голос мужа, и я распахиваю глаза.
Самир хмурится, всматриваясь в мое зареванное лицо, качает головой. И подходит к журнальному столику из черного стекла. Достает из стоящего рядом небольшого холодильника графин с водой. Наливает воду в стакан и возвращается ко мне.
– На, выпей, – протягивает мне стакан, а я машинально шарахаюсь от него в сторону, словно от прокаженного.
Он морщится. Губы, которые еще вчера дарили мне блаженство, сжимаются в суровую линию. Я смотрю на мужа, ненавидя его за то, что даже сейчас он так красив и привлекателен. А мое глупое влюбленное сердце рыдает в агонии…
– Ты меня… не любишь?
Боже, я и сама понимаю, насколько глупо и жалко звучат мои слова. Но ничего не могу с собой поделать. Смотрю на Самира с затаённой надеждой. Вот сейчас… он улыбнется такой знакомой улыбкой. На покрытых черной щетиной щеках появится ямочка, делающая его похожим на мальчишку. Самир обнимет меня и скажет, что все это лишь глупый розыгрыш. Наверное, я сошла с ума, но я готова поверить даже в этот бред…
– А разве я когда-то клялся тебе в любви, Фиалка? – вкрадчиво, почти ласково спрашивает супруг.
От этого прозвища, что он дал мне еще в детстве, меня аж передергивает. Я резко выпрямляюсь, чувствуя, как во мне с треском что-то ломается. Рушится на молекулы, разрушая все мои надежды и мечты.
Перед глазами проносится наша совместная жизнь. И я с болью понимаю, что жила в своем придуманном мирке. Я любила Самира всем сердцем, а он… он лишь позволял себя любить…
– Я не прощу тебе этого, Самир, – говорю твердо, с силой сжав руки в кулаки.
– А мне и не нужно твое прощение, – изогнув черную бровь, говорит муж и припечатывает меня скептическим взглядом. – Ты же хотела стать моей женой? Так вот поезжай домой и жди меня, как послушная жена ждет своего мужа.
Я думала больнее не может быть. Даже не замечаю, что в голосе мужа слышится характерный акцент, что происходит лишь в моменты волнения. Смотрю затуманенным взглядом на Самира, отмечая его стальное спокойствие. Всматриваюсь в родные черты лица, думая о том, сколько их было? Любовниц, которые, как и я, повелись на его ледяную красоту.
– Хорошо, – киваю, отводя взгляд, боясь, что он прочтет эмоции по глазам. Всегда так было. – Я поеду домой.
– Вот и умница, – улыбается уголком губ муж и проходит к столу, усаживаясь в кожаное кресло. – Вечером поговорим.
Я чувствую, как голова начинает кружиться. Меня мутит, еще немного и меня вывернет наизнанку прямо тут… развязная картинка с мужем в кресле и секретаршей на столе въелась в память… словно ее выжгли паяльником на внутренней стороне век.
Я зажимаю рот ладонью и выбегаю из кабинета. Не видя ничего перед собой, лечу по коридору к выходу. Так быстро, будто за моей спиной мчится цунами. До меня доносятся смешки и перешептывания людей, но мне плевать на них. Моя жизнь разрушена…
На улице я поднимаю голову вверх, делая глубокий вдох. Вдыхаю живительный воздух, чувствуя, как по щекам снова катятся горячие слезы. Как он мог?
Я, понурив голову, бреду по тротуару и натыкаюсь на стебелек той самой ромашки. Останавливаюсь и смотрю невидящим взглядом на побитый цветок. И кто из нас глупый, ромашка…?
Не помню, как я добралась до дома. Все было, как в бреду. Но вот я уже на территории нашего коттеджного поселка. Минув охрану, буквально бегу в сторону дома. По пути встречаю соседку Лизу со своим шпицем, но пробегаю мимо них, даже не поздоровавшись, чувствуя ошарашенный взгляд Лизы мне вслед.
Я захожу в дом, закрываю дверь и прижимаюсь к ней спиной. Колени слабеют, тихо всхлипнув, я сползаю по двери на пол. Прижимаю руку к груди, в которой печет так сильно, что нечем дышать…
– Анюта!
Слышу громкий вскрик и когда морщинистые руки хватают меня и тянут вверх, начинаю рыдать еще горше.
– Что случилось? – причитает Тося, наша экономка. – Деточка, что болит?
– Тосенька, – шепчу я сквозь слезы, вглядываясь в обеспокоенное лицо женщины, заменившей мне мать. – Тося, он…
Мой голос прерывается, и я громко шмыгаю носом, как в детстве
– Та-а-а-к, – сурово говорит Тося. – Муженёк, чай, твой отличился? И что ж сотворил этот окаянный?
Заикаясь, я начинаю рассказывать ей, что случилось. С каждым словом лицо женщины мрачнеет. Хоть Тося и злится, но я знаю, как она любит Самира…
– Вот же глумак недоделанный! – ругается Тося. – Сколько ж талдычила непутевому!
– Тося, – хватаю женщину за руку. – Помоги мне! Я хочу уехать…
Глава 3
Аня
Как только эти слова срываются с губ, я закрываю рот ладонью.
Я правда это сказала? Я собираюсь уехать, бросить Самира? Я же не… Не смогу без него. На секунду закрыла глаза и представила свою жизнь без него. И едва не завыла от боли. В этой жизни мне будет так одиноко. У меня же никого кроме него нет. Он – моя семья. Он – мое всё. Моя любовь к нему настолько всепоглощающая, что я даже не знаю себя без него.
– Так, Анютка, успокойся, – утешает женщина. – Знаю, что он не сахар. Никогда не был, с самого детства такой. Но не руби с плеча. Вы все же муж и жена. Молодая ты еще. Все стерпится, а потом слюбится.
– Я не смогу… После нее… Нет.
– Ты сама не знаешь, что было. Самир мужик красивый, знаешь сколько таких с раздвинутыми ногами ходят подле него? Думаешь, ему нужен кто-то, когда ты у него под боком? Такая теплая, домашняя и только его? – говорит Тося.
А я начинаю плакать еще сильнее. Я так хочу ей верить! Правда, хочу. Если бы он сказал, что это все не правда и что я для него одна единственная, то…
– Что же мне делать? – шепчу я.
– Любишь дурака? – строго спрашивает.
– Люблю, – отвечаю без промедления.
– Тогда сделай так, чтобы на других не смотрел. Ты же женщина, хитрой должна быть. Приласкай его и будет он, как кот домашний.
Я едва не фыркнула. Самир точно никогда не будет домашним котом. А потом до меня дошел смысл слов Таисии и я густо покраснела.
– Ну, чего краснеешь, как маков цвет? Женщина – шея мужчины, куда повернет, так и будет. Думала, что выйдешь замуж и будешь жить счастливо? Так не бывает, кроха. Столько зависти вокруг, столько гнили. Нужно быть сильной и бороться за свое, поняла?
Слова Тоси постоянно вертелись в голове. Неужели так все должно быть? Я даже никогда не задумывалась об этом. Мне казалось, что любви достаточно для брака, для того, чтобы оставаться верными. Я даже подумать не могу о том, что у меня будет кто-то кроме Самира. От этой мысли мне хочется умереть. Только он. Я никогда ни с кем не буду.
Я зашла в нашу спальню, которая пропахла нами. Каждая деталь навевает воспоминания. Ведь не мог он все время притворяться? Он был счастлив, я точно знаю. Я ему не безразлична. Смогу ли уйти? Оставить его навсегда? Я судорожно вдохнула. Эта мысль меня убивает. Может, Тося права, мне нужно быть хитрее… Сделать так, чтобы ни на кого не смотрел? Я не знаю.
Села на кровать и до крови закусила губу. Я буду бороться за нас. Он сам потом поймет, как сильно меня любит. На других смотреть не сможет.
Я не отдам Самира.
Не отдам, не отдам!
Я просидела на одном месте несколько часов. Очнулась только тогда, когда услышала, как внизу хлопнула дверь. Я знала, что это он пришел. Посмотрела на часы, было уже далеко заполночь. Я знала, что он будет в кабинете.
Несколько раз моргнула, а потом решила спуститься. Нам нужно поговорить. Мне нужно, чтобы он, глядя мне в глаза, все сказал. Моя душа не верила, что он мне изменяет. Я бы почувствовала, правда?
Спускаюсь вниз по лестнице. Коленки трясутся, а сердце так сильно бьется о ребра, что мне становится больно. Я даже не думаю стучать, просто захожу внутрь. Сразу же нахожу Самира глазами и внутри все сладко сжимается. Казалось бы, пора привыкнуть к его красоте, но не могу. Каждый раз, когда смотрю на него, то внутри такая любовь накатывает. Это вообще нормально?
Муж сидит, откинувшись на спинку кресла. Он снял пиджак и галстук, несколько верхних пуговиц рубашки расстегнуты, открывая кусочек бронзовой кожи. Рукава закатаны до локтей. Лениво отпивает из бокала янтарную жидкость, смотрит на меня своими темными глазами, следит за каждым шагом. Сердце гулко бьется в грудной клетке, пока я подхожу к нему. Прислоняюсь бедрами к столу.
Глаза в глаза…
Самир медленно опускает взгляд и проходится им по моему телу. Меня начинает мурашить в тех местах, где задерживается его взгляд. Во рту пересыхает и я вдруг понимаю, что платье на мне слишком короткое. Я ругаю себя последними словами, что не переоделась.
– Ты пришла в мой кабинет такая вся решительная, а теперь молчишь, Аня, – уголок его чувственных губ приподнимается в намеке на улыбку.
Я складываю руки на груди и поднимаю вверх подбородок.
– Ты не хочешь мне ничего объяснить?
– А должен? – наклоняет голову и смотрит все так же с насмешкой.
– Я застукала тебя за изменой!
– Серьезно?
– Она сидела на твоем столе!
– И?
– Если бы не я, вы бы…
– Что?
– Сам знаешь что!
– Ты такая забавная, Фиалка. Хочешь обвинить меня в чем-то и не договариваешь, – он подается вперед и кладет обе ладони по сторонам от моих бедер.
Я с трудом втягиваю в себя воздух. Нет, он не должен находиться так близко от меня. Я же злюсь, мне нужны ответы! А когда он так близко…
Я чувствую, как его палец касается голой кожи на ноге и вздрагиваю.
– Не трогай меня. Ты спал со своей секретаршей! Какое клише.
– Я не спал со своей секретаршей, не выдумывай. Я никогда не смешиваю бизнес и удовольствие.
Я несколько раз моргаю, пока до меня доходит смысл его слов. Не спал?
– Но она сидела на твоем столе в такой позе… – хриплю я.
– Она хотела со мной переспать.
– А ты?
– Хватит, Аня, достала. Я не пацан, чтобы ты устраивала мне допрос с пристрастием. Я ответил на твои вопросы. Тема закрыта.
Глава 4
Аня
В этом весь Самир. Он всегда так отвечает, никогда не оправдывается. Ему и не надо. Чувствую себя такой дурой. Меня кислотой изнутри разрывала ревность. Я думала… Думала… Идиотка!
Я верю ему. Не спал он с секретаршей. Не обманул бы. Он всегда говорит правду, когда я спрашиваю.
Резко выдыхаю и кидаюсь ему на шею. Мне нужно почувствовать его. Целую лоб, скулы, губы. Чувствую, как бьется его сердце под моими ладонями.
– Прости меня, Самир, прости, я такая дура… Надумала себе. Я больше не буду, слышишь?
Я не хочу, чтобы он на меня злился. Я знаю, как загладить вину.
Отрываюсь от мужа и рывком стягиваю с себя платье, а потом берусь за ремень на его брюках.
– Аня, – говорит супруг.
Он не останавливает, но и не помогает. Я не поднимаю головы, расстегиваю ремень, хочу его.
– Я… Все будет, как тебе нравится, дорогой. Тебе будет хорошо, ты же научил…
Трогаю ладошкой его через ткань брюк, чувствуя, что он уже готов. И мне это так нравится! Его мгновенная реакция на меня. Когда срывают стоп-краны.
Самир одним глотком допивает виски, а потом запускает руки мне в волосы, тянет на себя. Я поддаюсь, он тут же припадает к моему рту. В его поцелуях никогда не было нежности, лишь одна потребность и страсть. Он целует так, что я обо всем забываю. Мне так хорошо с ним. Я люблю его, люблю…
Грудь трется о ткань его рубашки, он трогает меня между ног. И я всхлипываю, обнимаю Самира сильнее. Я так нуждаюсь в нем. Внизу все скручивает болезненным спазмом. Я уже готова, он это чувствует, знает. Отодвигает трусики в сторону и размазывает влагу по чувствительной плоти. Я дрожу в его руках.
– Пожалуйста, Самир… – сама не знаю о чем прошу.
– Такая чувствительная, девочка Аня. Всегда готова, да? – хрипло спрашивает.
– Только для тебя, только с тобой…
Он сажает меня голой попой на стол, я вздрагиваю, когда кожа встречается с холодной поверхностью. Муж стягивает с меня трусики и освобождает свой мужской орган. Я словно завороженная смотрю на него. Он весь красивый, каждая частичка.
С ним я не стесняюсь. Шире развожу ноги, приглашаю, когда подходит. Самир трогает себя, сжимает головку члена, проводит по моему лону. Я выгибаюсь и громко стону. Меня трясет от возбуждения. И то, что он одет, а я полностью голая придает пикантности.
– На меня смотри, – приказывает.
Я тут же повинуюсь, никогда не сопротивляюсь ему. Его глаза такие прекрасные, самый красивый мужчина. Мой Самир. Любовь всей моей жизни.
Он заполняет меня одним толчком. Я такая чувствительная, меня раздирают эмоции, как и всегда, когда мы вместе. Я хватаюсь за его плечи, чтобы быть к нему как можно ближе. Целую его шею, слизываю капли пота, вдыхаю его аромат, пока он берет меня на столе.
– Я люблю тебя, Самир, – шепчу ему на ухо.
Но он и так это знает. Я никогда не скрывала своих чувств. Они все, как на ладони, протяни руку и возьми.
Внутри поднимаются волны нежности, бьются о сердце. Чувствую, как дрожь проходит по позвоночнику, я уже близко, так близко.
– Скажи, один раз скажи… – жалобно прошу, умоляю.
Он знает о чем.
Сказать, что любит.
Но он молчит, как всегда.
Слезы собираются в уголках глаз, я быстро их смаргиваю. Я не буду плакать. Буду любить за двоих.
Меня уносит все выше и выше, пока наслаждение не достигает пика. Я разрываюсь на атомы, парю в атмосфере. С ним всегда так. Даже в самый первый раз. Мне не было страшно, мне было хорошо, как никогда.
– Моя ядовитая Фиалка, – слышу его хриплый голос.
Чувствую его дрожь и то, как хочет выйти из меня. Я не даю. Не хочу. Хочу пропахнуть им насквозь. Стискиваю ногами и он изливается в меня.
Дышит часто, рвано. Не доволен. Он не кончает в меня. Очень редко. Но мне сейчас захотелось. Я все равно пью таблетки. Когда не забываю.
– Чтобы больше такого не было, – говорит отрывисто.
Я киваю, все еще пребывая под впечатлениями. Улыбаюсь, как дурочка. А потом мой мирок рушится…
Звонит его телефон. И я вижу имя на экране. Эльвира.
Внутренности скручивает в узел. Внутри так больно, словно горящих углей наглоталась. Он был с Эльвирой до меня. Они были помолвлены.
Меня словно ушатом ледяной воды окатили. Я даже не задумывалась, что они могут быть… Вместе. До сих пор.
Самир поправляет на себе одежду, а я так и продолжаю сидеть абсолютно голая на столе и с доказательством нашей близости между бедер.
Он отклоняет звонок и смотрит холодно, как и всегда.
– А с Элей? Ты был с ней..? – спрашиваю тихо, не могу произнести остаток фразы вслух. Боюсь, что тогда это станет правдой.
– Я хотел на ней жениться, Аня.
В ушах начало шуметь и реветь.
– Когда мы уже были вместе?
Не отвечай. Не отвечай. Не отвечай.
– Да.
Две буквы, которые меня убили. Боль такая сильная, что я не могу дышать. Слезы начинают катиться из глаз.
– Мы с ней были восемь лет вместе, я хотел на ней жениться.
– Замолчи…
Весь мой мир просто рухнул, я стою на коленях в руинах.
Разве он не видит, как истекаю кровью? Зачем мучает.
– Ты же хотела правду, Фиалка.
– Ты любишь ее? Почему на ней не женился тогда?
– Мне тебя навязали, Аня. Как я мог нарушить обещание?
Обещание…
Я для него просто обещание.
Боже, как же больно, когда эта агония прекратится?
– Ты мне изменяешь с ней! Почему? – кричу я, вскакиваю со стола и толкаю его в грудь. – Разве меня тебе мало?! Что я сделала не так? За что ты так со мной? Я же люблю тебя…
– Я не клялся тебе в любви, Аня, – говорит спокойно, с ледяным спокойствием.
Руки слабеют и падают по обе стороны тела. Я смотрю на него, умоляю, чтобы он сказал, что это неправда и я поверю. Но он молчит. Полтора года вранья и измен.
– А ей клялся?
Он не отвечает.
А мне и не надо.
Я смотрю на Самира и даю сама себе клятву.
Однажды я разлюблю его.
Но не сегодня.
А завтра я уйду от него.
Глава 5
Аня
– Ты точно все решила? – со слезами в голосе спросила Тося.
Вжух! Я резко застегнула молнию походной сумки. Вроде, ничего не забыла. Мои руки тряслись, но голос был тверд.
– Да, Тося, – ответила женщине, которая смотрела на меня так, будто я при смерти. Впрочем, мне и самой казалось, что так и есть.
Экономка все же тихо заплакала, а я лишь стиснула зубы. Все слезы я выплакала еще ночью. Когда поняла, что моя жизнь рушится, как карточный домик. Самир просто взял и выкинул меня за борт, барахтаться в пучине своей боли…
Перед внутренним взором проносится сцена в кабинете. Наш последний раз… ну что я за мазохистка? Зачем постоянно прокручиваю это в голове? Но я знаю, что буду хранить эти воспоминания. И буду доставать их из своего разбитого сердца, как засохший, потрескавшийся листик.
Мне всегда казалось, что все у нас по-настоящему. Ведь Самир был со мной так нежен… в его руках я ощущала себя сокровищем. Каждый раз рядом с ним я видела, что он сгорал от страсти, также, как и я. Такое невозможно не почувствовать…
Но оказалось, все это время он продолжал любить Эльвиру. По моей щеке все же покатилась одинокая слеза, и я вытерла ее со злостью.
Я помнила Эльвиру очень хорошо. Она была его одноклассницей. Холеная блондинка, которую Самир несколько раз приводил в дом деда. Я так ненавидела ее!
Я даже как-то раз подсыпала слабительное в ее чай. Надеялась, что Самир впечатлится и бросит эту мымру. А в итоге чай волшебным образом попал к нему, и он выпил его, ни о чем не подозревая. Он так кричал на меня тогда!
Я чувствовала себя глупым ребенком, хотя мне было уже пятнадцать. А Эмир Булатович хохотал в голос, что-то говоря внуку на родном аварском языке. Тогда-то я с горечью поняла, что Самир всегда будет видеть во мне ребенка…