Жестокий муж. (Не)люби меня

Глава 6

Хочу.

Сама не знаю чего.

Но хочу.

Чтобы трогал меня.

Смотрел.

Любил.

Всего этого хочу.

Чувства и эмоции смешались в неизвестный для меня коктейль. Я замерла, боялась пошевелиться, потому что не хотела, чтобы это наваждение проходило. Это что-то мощное и прекрасное.

Раян дышит, а у меня мурашки по коже. Низ живота сводит судорогой. Мне достаточно лет, и я отчетливо понимаю, что хочу его. Дико. Со мной никогда такого не было. Вообще. Мне даже неинтересно все это было.

– Вика-а, – тянет мое имя, и судорога внизу живота становится сильнее. – Скажи мне, чтобы я ушел, прямо сейчас.

Но я не говорю.

Я сошла с ума.

Как иначе объяснить, что вместо того, чтобы оттолкнуть парня от себя, я притягиваю его ближе к себе. Один стук сердца, и Раян целует меня.

Поцелуй-вторжение.

Поцелуй-подчинение.

Поцелуй-зависимость.

Я закрываю глаза и хватаюсь за парня, потому что боюсь упасть прямо в пропасть. Раян прет на меня напором, заставляет подчиниться, расслабиться и покорно ему отвечать. И я делаю это, потому что сама хочу!

Язык Иманова повсюду. Скользит по губам, изучает меня изнутри, проталкивается все глубже и глубже. Поцелуй выходит глубоким, будоражащим и бесконечно наглым. Мои нервы на пределе, кровь кипит, бурлит. Я не знаю еще, что значит заниматься сексом, но сейчас мне кажется, что именно это и происходит. Мой рот трахают. И мне… Мне это нравится.

Волны возбуждения прокатываются по телу. Господи, кажется, что я больше не принадлежу себе. Мозг отключается, с ним просто нет связи. Такое ощущение, что теперь мною правят инстинкты. Дикие и необузданные.

Моральные границы… их просто нет. Я погасила в себе любой стыд и стеснение. Превратилась в ощущения.

Руки Раяна блуждают по моему телу. Пальцы пробегают по позвонкам, касаются голой кожи, стискивают бедра. Я стону ему в рот, потому что мне так хорошо. Я хочу, чтобы он не останавливался. Никогда. Пожалуйста.

Одна его рука пробирается мне под платье и трогает между ног. Я всхлипываю и отрываюсь от мужского рта. Мне нужно его видеть. В глазах Раяна всепоглощающее пламя, и я готова в нем сгореть.

– Насквозь мокрая, – рычит Иманов.

А в следующее мгновение меня поворачивают лицом к стене. Я кладу на нее ладони и прижимаюсь щекой, чтобы хоть немного охладиться. Чувствую тело Раяна позади себя. Он задирает до талии мое платье и с шипением втягивает в себя воздух.

– Красные, сука. Что же вы, Ларские, с нами делаете?

Его ладони на моей попе, мнут и сжимают. Я кусаю губы, чтобы не стонать в голос. Это слишком… Я сама не знаю, чего хочу. Чтобы он не останавливался, чтобы мы зависли в этом моменте.

Он руками расталкивает мои ноги, и я инстинктивно прогибаюсь в пояснице. Оборачиваюсь назад, чтобы видеть его. Рай на корточках возле меня, поза такая сексуальная и в то же время мужественная. Он ведет носом по моим ногам все выше и тянет носом прям там!

Боже…

– Ты пахнешь так сладко, словно грех.

А потом…

Потом он целует меня сквозь трусики!

Ноги едва не подкашиваются. От неожиданности я дергаюсь, а он удерживает за бедра и снова целует, толкается языком. Прикосновение хлопка к влажной плоти нереальное. Это так приятно, так хорошо… Я не могу сдержаться и громко стону.

Я не знаю, что произошло бы дальше… Мне страшно думать. Но нас прерывают.

– Вика, это ты? – слышу голос своего… Мужа.

Отца Раяна.

Я замираю, и Рай тоже.

Я судорожно втягиваю в себя воздух, и реальность обрушивается на меня шквалом ветра.

Что я творю?

Я моргаю один раз, другой.

В тишине дома слышу шаги Алима. Его комната на первом этаже, совсем скоро он будет здесь.

Нет, нет, нет.

Я застыла, но чувствую, как Раян поправляет на мне платье, встает и отходит от меня на несколько шагов. Я вижу Алима. Кое-как отлипаю от стены.

– Да, это я, – говорю трясущимся голосом.

Делаю шаг вперед, но ноги не держат, я едва не падаю. Но сильная рука удерживает меня на месте. И снова эта реакция на Раяна! Я выдергиваю руку, словно ошпарилась.

– Мы тебя разбудили? Прости. Раян просто захотел выпить кофе на дорогу, – вру безбожно.

Зачем я это делаю?!

Алим молчит, просто смотрит на меня. А я не выдерживаю его взгляд, опускаю глаза в пол. Алим никогда не запрещал мне встречаться с другими, просто говорил, что нужно сказать с кем, чтобы его люди проверили парня. Но сейчас мне так стыдно, что я готова провалиться сквозь землю! Умом я понимаю, что ничего плохого не произошло, но…

Это же Раян!

С кем угодно, но не с ним.

– Я пойду на кухню… – бормочу я.

– Иди наверх, – останавливает меня Алим, когда я прохожу мимо него. – Я сам сделаю сыну кофе.

– Хорошо, – тихо соглашаюсь все так же не глядя на него, и иду наверх.

Между лопаток жжет чей-то взгляд. Я знаю кому он принадлежит. Не смею обернуться. Забегаю в комнату и закрываю за собой дверь, прислоняюсь к ней спиной. Хватаюсь за голову, потому что она идет кругом.

Что я едва не наделала?

Мне даже думать об этом страшно. Очень.

Это так неправильно, омерзительно! Как я могла так поступить с Алимом? Я не могу крутить роман с его сыном! Это просто аморально.

Но я точно знаю, что этого больше не повторится.

Спишем все на алкоголь.

Завтра я проснусь и больше не вспомню о Раяне Иманове.

Обещаю.

Глава 7

Смотрю, как Вика поднимается по лестнице, а сам не могу оторвать взгляд от ее точеной задницы, которую до сих пор ощущаю в своих руках. Вся кровь прилила к паху. Резко выдыхаю, когда она скрывается за дверями своей комнаты.

И когда только она успела стать той, кому вслед смотрят? Я помню ее мелкой забитой тенью. Она вздрагивала от каждого шороха и пряталась за спиной сестры. Меня она откровенно раздражала. Я сам совсем пацан был и думал, что такая, как она, не выживет в этом мире.

А на днях, когда увидел, в груди атомный реактор взорвался. Я не мог отвести от нее взгляда. Красивая пздц. Но не в этом дело, я каждый день красивых баб вижу. Меня другое торкнуло – ее глаза. В них столько понимания и глубины. Зацепила так сильно, не продохнуть.

Сам не понял, как за ней увязался. Подошел, надавил. Запах ее – настоящий кайф. Смотрела на меня, как олененок. Такая чистая и невинная. Я захотел ее испортить. Запачкать собой. И пох*р, что она отцу принадлежит. Я понимаю, почему старика потянуло на молоденькую киску. Вика слишком вкусная малыха.

Но годы контроля над собой не прошли даром, я дал ей уйти. А потом, словно в насмешку, увидел ее в клубе. Я даже подходить не хотел, но когда увидел, как тот ублюдок трогает девушку… Как смеет? Я ее не трогал, а он прикасается! Перед глазами красная пелена. Не знаю, как не вышиб мозги ему прямо там.

Я думал, верну ее домой и уеду. Но не удержался. Она ох*ительно вкусная девочка. Как отвечала, эти тихие стоны, запах. Блть. Я, кажется, никогда и никого так не хотел. Когда она оказалась в моих руках, то я на все забил. Вообще. Мне было важно заклеймить ее собой.

А сейчас реальность шарахнула по башке. Отец разлил нам по стаканам коньяк, сел напротив меня. Я про себя отметил, что он сдал. Неужели молодая жена совсем замучила? Сука, стоит подумать о нем и Вике…

– Что это было? – спокойно спросил отец.

– Ты взрослый мужчина, можешь сам догадаться, – зачем врать?

– Оправдываться будешь?

– Нет. Вика ни в чем не виновата, я сам так захотел.

– Сам захотел? Что это значит? Ты взял ее силой?

Я достаю сигареты и закуриваю. Улыбаюсь сквозь дым.

– Считай, что так.

Вижу, как старик пятнами идет. Как же не нравится великому и ужасному Алиму Иманову, когда идут против его воли. Раньше я всегда добивался внимания отца. Быть младшим – ни хрена не весело, как рассказывают. Мать я не помню совершенно. Меня воспитывали чужие люди, а у папы никогда не было времени на меня. Он стал обращать на меня внимание, когда я стал приносить награды по боевому самбо. Можно сказать, первый тренер воспитал во мне выдержку и закалил характер. С братьями мы тоже не особо общались, у нас существенная разница в возрасте. Я был предоставлен сам себе. А когда вырос, отец в приказном тоне сказал, что я буду работать на семью. Я отказался. Тогда папа сказал, что денег я не получу от него. Я забрал все бабки, что заработал с боев, и укатил в столицу. И это было лучшим решением за всю жизнь. Там я обрел свободу. Мне кажется, мы даже стали друг друга понимать. Как-то спал напряг.

Отец залпом выпивает алкоголь и отставляет от себя стакан.

– Не лезь к Вике. Не смей, – говорит он.

А у меня внутри протест, настоящий бунт. После того, как я попробовал ее вкус, никто не оторвет меня от нее, только с мясом.

– Поиграю и оставлю, – говорю, чтобы позлить старика.

– Нет! Ты даже думать не будешь о ней. Я ясно выразился?

– Ясно. Только как же мне пох*й, папа.

Я специально вывожу его на эмоции, всегда иду против его воли. Это детская привычка. Когда я был малым, то быстро смекнул, что отец обращает на меня внимание, когда я косячу. Сначала это были маленькие провинности, но с каждым годом мои грехи становились все больше и больше.

Вижу, как отец меняется в лице, его губы превращаются в тонкую полоску.

– Не смей лезть к моей жене! – рявкает он. – Ты недостоин быть рядом с ней! Она хорошая девочка, а ты…

– Что я, папа? Говори.

– Сам знаешь, Раян. Ты мой сын, и я тебя люблю. Но я заранее сочувствую женщине, которая свяжет с тобой жизнь! Ты же не знаешь, что значит любовь.

Его слова попадают куда-то мне в грудь. Пекут и жгут.

– И кто в этом виноват? – спрашиваю, залпом выпивая янтарную жидкость. – Ты у нас ох*реть какой эксперт в любви. Под сраку лет связался с молодой девчонкой. Любишь ее очень? – громко смеюсь. – Да что-то не чувствует она твоей любви, раз для меня ноги раздвигает.

Я намеренно делал ему больно. Это защитная реакция – болью отвечать на боль.

– Ты мне мстишь за что-то? Хорошо, но Вику не трогай! Я запрещаю приближаться к ней.

Я ни разу не видел его таким. Такое чувство, что еще немного, и он будет умолять не трогать девчонку. Я никогда не видел отца таким… Слабым и уязвимым. Неужели он и правда любит ее?

А внутри такой протест. Он меня рисует каким-то дьяволом и трясется над своей драгоценной женушкой, которая так сладко стонала, когда я ее трогал! Она в любой момент могла сказать мне нет. У меня контроль железный, я бы остановился в ту же секунду. Но она молчала. Более того, она просто умоляла меня не останавливаться, все это читалась в ее жестах, во взгляде. Может, не такая она и невинная, как думает отец?

– Запрещаешь? – тяну я. – Попробуй, папа.

Глава 8

Когда оказалась в комнате, быстро приняла душ и легла в кровать. Сердце колотилось о грудную клетку так быстро, что я не на шутку начала волноваться о своем здоровье. Голова шла кругом. Господи…

Я не могла поверить, что целовалась с Раяном! И не только. Я готова позволить ему абсолютно все. Где были мои мозги?

Слышала, как вернулись подруги, они зашли ко мне в комнату, но я притворилась спящей. Уверена, они бы просто так не отстали, а у меня сейчас нет ресурса с ними разговаривать. Да и что мне говорить? Как я объясню все подругам? Я и сама ничего не понимаю.

А самое ужасное – как поговорить с Алимом? Он не дурак, все прекрасно понял. Мне так стыдно. Я не знаю, как себя вести с ним. Нужно что-то объяснять или нет?

Как же все сложно!

Почему вообще Раян полез ко мне? Неужели я дала повод? Или… Я нравлюсь ему? Может такое быть? Я знаю, что у него было очень много девушек, очень. Скорее всего, ему все равно с кем. Но, блин, с женой своего отца? Это же ненормально! Конечно, не он один виноват, но опыта у парня явно больше моего.

Я так и не смогла заснуть, вертелась с боку на бок. Встала с кровати, переоделась и спустилась на первый этаж. Подошла к двери Алима и тихо вошла внутрь. Супруг уже не спал, читал какие-то документы на планшете.

– Привет, – поздоровалась я.

– Здравствуй, Вика, – улыбнулся Алим, на душе сразу стало теплее.

– Ты как? – села села на кровать, всматривалась в черты его лица. – Ты совсем не отдыхаешь.

– Нормально все.

– Приготовить завтрак?

– Я не хочу.

– Надо. Тебе таблетки еще пить. Я сделаю что-нибудь легкое. Хочешь кашу?

В последнее время у Алима совершенно нет аппетита, и он начал терять вес. Врачи говорят, что ему нужно хорошо питаться, только как его заставить? Мне удается накормить его всего один раз. От многих продуктов его тошнит. Приходится выдумывать что-то съедобное.

– Давай кашу.

– Какую?

– На свой вкус приготовь.

Я двигаюсь ближе и кладу ладонь на его лицо. Глажу пальцами гладкую щеку. Как бы Алиму не было плохо, он всегда чисто выбрит.

– Хорошо. Все сделаю и позову тебя.

Иду на кухню и решаю приготовить овсянку. Старательно варю кашу, раскладываю по тарелкам и красиво все украшаю ягодами и орешками. Завариваю кофе и делаю еще нарезку сыра и колбасы, вдруг захочется. Когда все готово, иду за Алимом. Мы вместе выходим на кухню и садимся за стол.

Раньше я ненавидела семейные приемы пищи. Отец находил любой повод, чтобы сорваться на нас с сестрами. А когда мы с Алимом начали жить вместе, я полюбила это время. Он часто рассказывал истории, учил чему-то или просто спрашивал, как у меня дела, и ему было не плевать. Я чувствовала такую заботу, которую никогда ни от кого не получала.

Смотрю, как Алим ковыряется в тарелке и практически не ест. Сердце переполняет тревога. Я точно знаю, что ему стало хуже, хоть он не говорит об этом. Я чувствую. Мне хочется у него все расспросить, хочу, чтобы он поделился. Но не стану. Он из тех людей, которые сами решают что делать.

– Теоман и Вирсавия пригласили сегодня к себе. Можешь взять с собой подруг.

– Хорошо, – тихо отвечаю.

Если честно, я не очень хочу идти в гости к сестре. Снова начнутся вопросы. Я пока не готова их отражать. Но я не смею возражать, потому что Алим хочет провести как больше времени с семьей.

– Я хотела поговорить насчет себя и Раяна, – говорю, набравшись смелости.

Супруг молчит. Дает мне время собраться с мыслями.

– Прости, я не знаю, что на меня нашло. В какой-то момент все вышло из-под контроля. Может, это все гормоны, скорее всего, они… Я виновата.

– Ты ни в чем не виновата, Вика, – перебивает меня Алим. – Это нормально в твоем возрасте. Против природы не попрешь. Я давно тебе говорил, что тебе нужно завести отношения. Просто кандидатура моего младшего сына… Скажем так, я думаю, что Раян не тот, кто тебе нужен.

– Почему? – вырывается у меня прежде, чем я успеваю подумать.

Алим откидывается на спинку стула и смотрит внимательно. Он видит меня насквозь.

– Потому что ты слишком хорошая для него. Раяну ты интересна, как новая блестящая игрушка, он поиграет и бросит тебя. А ты не создана для такого. Тебя нужно беречь и любить, а мой сын не умеет любить, он не знает как. Наверное, в этом есть моя вина. Но он… Он может обидеть тебя, Вика. Как вы там сейчас говорите? Он «красный флаг».

Я задумываюсь. Наверное, Алим прав. Он лучше знает своего сына. Но… Почему я не чувствую опасности от Раяна? Наоборот, такое чувство, что и он что-то чувствует ко мне. И это что-то особенное. Вполне вероятно, я себя накрутила…

Господи, да о чем я думаю? Все! Никакого Раяна Иманова!

– Никаких красных флагов, только зеленые, – улыбаюсь я.

Подруги решили никуда с нами не ехать, вместо этого Элла потащила Зою в спа. А мы с Алимом поехали к Тео и Вие. Мы купили детям подарки, я была взволнована, давно не видела племянников. Мы приехали в гости, и нас ждал сюрприз!

Приехали все дети Алима! Закария с Савиной и Эсмира с Игорем, все с детьми. В доме настоящий дурдом. В хорошем смысле. Я поймала себя на том, что высматриваю Раяна. Его нигде нет, а спросить о нем я не решилась.

Веселье было в самом разгаре, я почувствовала, что мне нужно побыть наедине с собой, вышла на улицу. Побрела по саду, рассматривая цветы, что насажала Вия. Такие все симпатичные. Я наклонилась, чтобы понюхать розу, и почувствовала, что уже не одна.

Шибануло по рецепторам. Я на уровне ДНК ощутила его, словно он вшит в меня. Медленно выпрямила спину и повернулась лицом к Раяну. Сердце предательски дрогнуло, а по телу пошла дрожь. У меня перехватило дыхание, когда Рай начал идти на меня. Все правильные доводы, которые я весь день повторяла, вылетели из головы.

Я не двигалась и ждала, что будет дальше. Я ждала продолжения вчерашней ночи…

Глава 9

Рай остановился в нескольких шагах от меня. Я жадно втянула в себя воздух вместе с его запахом.

– Привет, – тихо поздоровалась.

– Здравствуй, Вика.

Сердце бьется где-то в горле, нервное возбуждение щекочет окончания, по коже разбегаются мурашки.

Смотрим друг другу в глаза, но это не просто взгляд, это что мощное, интимное, сокровенное. Мне кажется, что его глаза мерцают.

– Хорошим девочкам нельзя одним гулять в саду, – говорит парень.

– Почему?

– Их могут похитить, – протягивает руку и гладит меня по щеке. – И надругаться.

Если он думал, что напугает меня этими, то ошибся. Его слова зацепили что-то внутри меня. Сама не могу объяснить что. Словно во мне есть какая-то часть, которую я не знаю.

– А если хорошая девочка все специально подстроила? – спрашиваю, облизывая губы.

Вижу, как на его щеке дергается мускул, а крылья носа раздуваются.

– Давай узнаем, что будет? – произносит Раян.

А потом протягивает мне ладонь. Я без раздумий вкладываю свою руку в его. Рай тянет меня прочь из дома, к своей машине. Я мешкаю всего несколько секунд, прежде чем забраться внутрь. Иманов обходит капот машины и садится на место водителя. Мы отъезжаем от дома. Меня всю трясет от своей выходки. Я достаю телефон и пишу Алиму сообщение, что сама доберусь домой, со мной все хорошо. Проходит буквально пара секунд, и супруг начинает мне звонить. Я сбрасываю вызов. Пишу, что я с Раяном, и прошу прощения, а затем… Выключаю телефон. Я не хочу отвлекаться ни на что. Хочу хоть один вечер и ночь провести с кем и как хочу.

Мы ехали по ночным дорогам города около тридцати минут. Подъехали к новостройке. Рай завез машину на паркинг, и мы на лифте доехали до пятнадцатого этажа. Все это время молчали. Не знаю почему, но мне сейчас казались слова излишними.

Парень открыл дверь и пропустил меня внутрь. Я с любопытством смотрела по сторонам. Это оказалась просторная квартира-студия.

– Чья это квартира? – спросила я.

– Моя.

Ох.

Вау.

Я впервые дома у парня.

Прислушалась к себе и понимаю, что не нервничаю. Точнее, нервничаю, но это другие нервы.

– Здесь мило, – говорю я.

Раян ухмыляется и с прищуром смотрит на меня.

– Многое рассмотрела с порога? Проходи.

Я делаю несколько несмелых шагов внутрь. Здесь и правда мило, наверное, лучше заменить на другое слово. У таких парней, как Раян, не бывает ничего «милого».

Я подошла к панорамному окну, и показалось, что весь город, будто на ладони.

– Вау, как красиво!

Почувствовала, что Иманов встал позади меня.

– Да, очень красиво, – сказал, но смотрел не в окно, а на меня. – Мне когда ее подарили, я залипал каждый вечер.