Время в моей власти

"Миллион курьеров", то бишь охранников, несостоявшиеся рабочие, инженеры… Моральный вред обществу нанесен колоссальный!

Кстати, эта армия, конечно же, намного больше миллиона: многие охранники в разных конторах называются по-разному , но ходят они в костюмчиках, в рубашках–галстучках, согласно «дресс-коду». Слуги не слуги, хозяева не хозяева… Так, неизвестно что. «Наблюдают за порядком». Функция есть – профессии нет.

И когда сгладится – сойдет этот вред, а он отравляет общество уже не первое десятилетие – пока неизвестно.

По роду занятий мне всю жизнь приходится встречаться, сталкиваться, иметь дело со сторожами, вахтерами, охранниками. Вот попытался вспомнить кого-нибудь из прежних времён… Вспомнился только один дед, смешной: от старости он ходил сгорбленный, шаркая ногами – но для солидности, придания себе уверенности, носил армейскую фуражку! Которая сползала ему на глаза…

Вообще, испокон веков на Руси сторожевое дело считалось пустяковым, уделом стариков, инвалидов, немощных, убогих. Ходи, поглядывай, да стучи в колотушку. С началом "лихих 90-х" государство загнало в сторожа самых крепких, молодых, владеющих оружием и всякими приемами. Целую армию…

Большой процент в этой армии – офицеры. Это бедствие… Вот в каком смысле.

Если из прежних времён я вспомнил одного только деда, то за последние годы всплывает в памяти целая толпа лиц: молодых, пожилых – злых, рыкающих. Конечно, бывают люди всякие, но если офицерская охрана – это обычная картина.

Причем с офицерами вы не сможете решить ни малейшей проблемы, никакого, даже самого пустякового вопроса! Пример? Пожалуйста, из личной практики. Шофер нашей конторы каждое утро привозит небольшой груз – и оставляет его рядом с вахтой. Ну, тут они еще как-то, молча, с этим согласились. Но шоферу надо забрать бумажку, и чтобы никуда не ходить, никого не ждать – лучше забирать с вахты, ну вот из крайней ячейки, здесь много пустых, в ящике для почты.

– Нет!

– Хорошо, пусть лежит на стойке, с краю, вы ни за что не отвечаете.

– Не – е – т!

– Хорошо, позовите старшего.

Выходит из кабинета мужик: мощный, солидный, черноусый, в костюме и галстуке, по виду – настоящий полковник. Объясняю ситуацию.

– Не – е – е – т!!!

– Хорошо, где у вас начальник всей охраны?

– Кабинет такой-то.

– Но… вы хоть понимаете, что дело-то выеденного яйца не стоит?

– Бу-бу-бу-бу-бу…

Надо идти к начальнику… Но там, скорее всего, тоже офицер!

Гвозди бы делать из этих людей – крепче бы не было в мире гвоздей!

Притом, в это же время, по разговорам вокруг, становится ясно, что у них из-под носа уборщики уволокли и выбросили в мусор большой пакет с деловыми бумагами, а вчера на одном из этажей произошло ЧП, а они в журнал ничего не записали, хотя обязаны это сделать, и т.д. и т.п.

Ох-хо-хо… Если бы начальство этого бизнес-центра догадалось, как в соседнем бизнес-центре, вместо офицеров держать на вахте шустрых разумных старушек!.. Во-первых, как говорится, мышь незамеченной не проскочит, во-вторых, тройная экономия на зарплате, в-третьих… В третьих, нет этого мрачного облака дури и хамства.

И не надо здесь никакого опыта военных действий да армейских КПП. Нужен опыт мирной жизни…

В начале 1990-х годов у всех на слуху было имя Василия Леонтьева. Как же: русский, соотечественник, и – американский экономист, да еще лауреат Нобелевской премии! Лично для меня интерес к этому имени подогревался еще и тем, что предприятию, где я работал редактором многотиражной газеты, принадлежало здание – родовое гнездо Василия Леонтьева.

Знаменитый американский экономист поначалу давал российским реформаторам советы, рекомендации, консультации, и СМИ непрерывно трещали: Василий Леонтьев, Василий Леонтьев!..

Однако Василий Леонтьев быстро разобрался, чего на самом деле хотят "младореформаторы", увидел, что вытворяют в России Ельцин и вся его камарилья, попытался как-то повлиять на них, понял – бесполезно. И тогда, судя по всему, пришел в ужас и в ярость: вместе с группой видных экономистов выступил с обращением в адрес Организации Объединенных Наций, мирового сообщества – остановить, по-нашему говоря, экономический беспредел в России…

И, в конце концов, просто-напросто запретил упоминать свое имя в связи с российскими «реформами».

Мне часто доводится проходить мимо одного большого общественного здания. Сейчас обычно в таких – куча шарашкиных контор. Бизнес-центр. А тут – как бы общая вывеска: "Леонтьевский центр". Со временем совсем обтерхалась, однако недавно привесили новую!

Посмотрел как-то по телевизору преблагостный репортаж в связи с юбилеем Василия Леонтьева. Опять: Василий Леонтьев! Василий Леонтьев! – как ни в чем не бывало. Вскользь только прозвучало: советскую экономику он называл кораблем без парусов, а "демократическую" – без руля…

Передо мной два маленьких пожелтевших листка, письмо знакомого журналиста из Бийска, чуть не сорокалетней давности. На конверте: "Ленинград, главпочтамт, до востребования". Жил я тогда у почти незнакомых, но приютивших меня людей, занимая примерно два квадратных метра в их комнате в коммуналке – на полу, между лежаночкой их шестилетнего сына и шкафом. По другую сторону шкафа спали хозяева. Так, к слову, и живут до сих пор многие ленинградцы-петербуржцы.

Итак, письмо.

"Я пишу на почтамте, и, естественно, бумаги здесь нет. Поэтому будь великодушен и не ругайся за блокнотную.

У тебя на бывшей работе многое перетряслось, но газета лучше от этого не стала. Да и что значит – лучше?..

Во всем остальном жизнь без изменений. Чтобы отвлечь трудовые массы от актуальных проблем современности, в городе почти перестали продавать алкоголь. Вот и сегодня – на прилавках покатишарно, а ведь 31 декабря. Впрочем, всё остальное тоже перестали продавать. Что ждет нас в полусветлом будущем – водевильно (от слов "вода" и "вилы")"…

31 декабря 1980 года… До начала перестройки оставалось пять лет.

А знакомый – умница, интеллектуал, знаток поэзии – и, скажем так, большой любитель выпить. Зашел на бийский почтамт, чтобы получить несколько рублей. Цитирую еще письмо: "время от времени получаю пятерки с ТВ или краевых газет". Пятерка, пять рублей – как раз на бутылку водки… Как бы не так – ни выпить, ни закусить. Тридцать первого-то декабря!

Кто не знает, Бийск – город, где сегодня 200 тысяч населения, где в 1980 году была и космическая промышленность, и спиртзавод, и винзавод, и пивзавод, и крупнейший в Сибири мясокомбинат, и масса других, самых разнообразных фабрик и заводов. И – покатишарно на полках магазинов.

Коротко в связи с этим я скажу о тогдашних властителях разных "уровней и ветвей" : скоты! Просто скоты!

Если бы перестройщики действительно хотели что-то перестроить (то есть сделать жизнь людей полегче), они бы это сделали. Имелось широкое поле деятельности, все возможности.

И средства имелись, – как заметил Горбачев, главный перестройщик.

Они хотели другого. Поэтому и подняли первым делом страшную шумиху. О свободе, гласности…

Советскую власть угробил дефицит. Причем не продовольственный (голода как такового в СССР не было), а тряпочно-шмоточный, штучно-дрючный, так бы я выразился. (Мясо – отдельная, серьезная и тяжелая тема, которая выводит на совсем, совсем другие проблемы…).

О тряпках и штучках-дрючках. Начнем с последних. Как-то, перед самой перестройкой, государство закупило гигантское, судя по всему, количество японских авторучек. Заходишь в контору, по нынешнему – офис, и сразу видно на столе яркую штучку… Советское, даже и добротное, в основном вид имело блёклый, тусклый, стандартный.

Но это так, в общем-то, пустяки. С одеждой-обувью – уже сложнее. Голым тоже никто не ходил – но как тяжко доставалась мало-мальски приличная вещь! А импортное – и советское – небо и земля.

Запомнилось мне когда-то такое, где-то вычитанное… Западная фирма по пошиву мужских рубашек готовится к оптовым продажам. Для советских представителей подбирают партию (причем как бы негласно) самых скромных по виду и цвету – знают, что советские всё равно именно эти рубашки и выберут, для всей огромной страны… Но даже эти рубашки, австрийские (или там румынские, индийские ) – просто шик-блеск по сравнению с советскими.

Можно представить, как всё обстояло. В министерстве внешней торговли (или где еще там), существовал даже не отдел, не бюро, а какая-нибудь группа: начальник и несколько сотрудников. Ездили они за кордон, лично для себя закупали самое модное, изысканное; для страны – самое серенькое, притом в очень малых количествах. И очень гордились тем, что они, их родня одеваются совсем не так, как вся наша страна. Хотя никаких указаний по закупке серости ни от кого не получали! А так… Просто когда-то въелась мысль, и никак не выедалась: советский народ должен строить коммунизм, а не в шикарных рубахах расхаживать.

Вот ведь с чем следовало бороться, вот что перестраивать – перестройщики хреновы!

Если сравнивать нынешнее время – и советское, и говорить о главном, то можно сказать так.

В прежнее время у людей было главное, фундаментальное: бесплатное жилье, бесплатная медицина и бесплатное образование. Однако улицы выглядели серыми, скучными, унылыми, в магазинах – шаром покати, хотя и голым, голодным никто не ходил.

Не хватало, по сути, мишуры: ярких тряпок, фантиков, ленточек, и собственно мишуры как таковой, чего сейчас – в полном преизбытке. Построенное, созданное оставалось перевязать разноцветными ленточками – и посыпать мишурой. Людям понравилось бы : красиво!

Вместо этого всё построенное срыли вместе с фундаментом – и котлован посыпали мишурой. И обвязали лентами безопасности, коих сейчас на каждом шагу.

Красиво!..

"Казалось, Сталин не уничтожил русской идеи. Но это только кажется. Ему удалось порвать связь времен. Он выморил русскую интеллигенцию, он подменил энциклопедичность русского просвещения обычным ликбезом и заучиванием марксистских догм… Меня настораживают разговоры о перестройке, смелые разоблачения организованной преступности и т.д. Желание улучшить аппарат подавления, уничтожения и унижения – опять что-то бесовское накатывает на мой народ…".

Актёр Георгий Бурков (1933-1990). Из дневника.

Большим острословом представила перестроечная пресса премьер-министра Виктора Степановича Черномырдина. Бессчетное число раз повторяется его эпохальная фраза: "Хотели как лучше, а получилось как всегда". Хотя, как выяснилось, и не он это придумал, и придумать не мог – просто повторил.

Вся страна похохатывает над этой фразой, но открываю "Санкт-Петербургские ведомости" за 24 ноября 2005 года, ищу рубрику "Аккорд недели" Виктора Кошванца, вижу заголовок: "Как хотели, так и получилось". Всё гениальное просто! Взглянул же человек на "крылатые слова" по-другому, чуть поразмышлял… Краткая цитата: "Как всегда" плохо выходило ведь только для населения, а у возглавляемого им правительства и прочих чиновников всё при любых обстоятельствах было о,кей".

Довелось как-то прочитать высказывание ученого человека и в адрес самого Виктора Степановича, запомнил: " достаточно несколько минут послушать Черномырдина, чтобы понять – это невежественный человек"… А каков его патрон, Б.Н.Ельцин? Уж у него-то всяких "эпохальных" фраз – хоть стой, хоть падай, хоть плачь, хоть смейся.

Как попал этот тандем на самую вершину власти в культурной, образованной, цивилизованной, действительно самой читающей стране? Кому был выгоден? Непочатый край для работы историков. А лучше бы – юристов, следователей, прокуроров – по горячим-то еще следам…

Перебирая письма, нашел давнее, американское… От Прохора Григорьевича Мартюшева, мужа моей тетки Галины Васильевны Атамановой-Мартюшевой.

Познакомились мы с Прохором Григорьевичем в Москве, на праздновании 1000-летия крещения Руси. Было ему тогда уже за 60, однако этих лет в нем ну совершенно не чувствовалось: всегда бодр, энергичен, ко всему проявлял живой интерес – тем более, что в России оказался впервые. Впервые – за последние лет шестьдесят. Он – из тех сибирских крестьян, которых еще детьми родители увезли за границу. Вырос в Китае, жил в Бразилии, в Уругвае, в США, а из интереса, когда появились деньги – объездил весь белый свет.

Прожил большую жизнь, и ушел в лучший мир несколько лет назад. Оставил не только добрую память о себе, но и след в истории! Хотя всего лишь умел читать-писать, владел грамотой – и не более того (однако письмо мне напечатал на компьютере, чтобы я не мучился, разбирая его каракули!). Будучи старообрядцем-беспоповцем, пришел к выводу, что необходимо священство, и стал организатором строительства церкви в Орегоне, собрал вокруг себя множество единомышленников – и вошли они в Московскую митрополию русской православной старообрядческой церкви. В 1980-е – то годы!..

Есть у меня запись передачи Ленинградского телевидения, когда в Ленинград приезжал доктор этнографии университета штата Орегон Ричард Моррис. Рассказывая об орегонских старообрядцах, он много внимания уделил Прохору Мартюшеву: жил, дескать, такой в Харбине, охотился на тигров – и его орегонской жизни рассказал, о беседах с ним…

Написал о Прохоре Мартюшеве и журнал National Geographic – тот, настоящий, американский.

Словом, человеком Прохор Григорьевич Мартюшев был очень даже незаурядным. И вот передо мной его письмо, датированное июлем 1990-го. Пишет о разных делах, в том числе и хозяйственных.

Был период, когда русские орегонцы, и аляскинцы, прямо-таки загорелись идеей возвращения на Родину – да вовремя одумались! Вот и Прохор Мартюшев пишет: "Нужно помогать строить новую жизнь на Родине… Я мог бы заняться скотоводством, но перестройка, кажется, наехала на мель, да и не было на нее надежд, потому что прежде нужно идеологов послать на жительство к Чаушески на дачу, тогда народ возьмется с желанием за работу"…

Еще раз обращаю внимание: июль 1990 года! Пишет русский человек, американский гражданин, не имеющий никакого образования. Однако обмануть его не удалось! А вообще, страшно подумать, если б он и в самом деле приехал, попытался тут заняться скотоводством, пчеловодством, овощеводством ли… Какое скотоводство?… Ну, первым делом оказался бы он в райцентре, попал в контору, пошел по кабинетам… Страшно подумать!

Козлорожие "демократы" двух столиц, из рядов которых и выдвинулись идеологи "перестройки", на жительство к Чаушеску на дачу не собирались – они собирались избирать своих президентов – увы, нашими руками, усаживать в министерские кресла своих министров – увы, с нашей помощью, и создавать новую бюрократию, разворачивать коррупцию…

Обманули народ.

Да еще упрекали нас, что мы плохо работаем!

А вместо советского атеизма вовсю развернули "демократический" сатанизм…

Что будет дальше? Как пишет Прохор Григорьевич Мартюшев, "поживем – увидим, как пойдут дела".

Ну что ж, поживем…

Ежегодно в стране бесследно исчезают десятки тысяч человек…

Ну, какой-то процент можно списать на похищенных инопланетянами, заблудившихся в лесу, какое-то количество – "ответ" на "квартирный вопрос" и т.д. Остальное – моё твердое убеждение – результат моральной, нравственной обстановки во всяких ООО, расплодившихся на Руси. Название-то, будто на смех: общество с ограниченной ответственностью. При этом еще продажи оружия нет, а то весь этот "малый бизнес" (вместе с чиновничеством, кстати) давно бы уже "упорядочился" – полностью и абсолютно. Такой произошел бы всплеск «исчезновений»!

Так что не только инопланетяне и лесные дебри тут.

В царское время статистика насчитывала немало сельских учительниц, съеденных волками. Любили волки училок… Цоп! – и только косточки хрустнули. И никаких следов.

Теперь волки охотятся в конторах с ограниченной ответственностью. Друг на друга охотятся! И не в лесу – в каменных джунглях.

Неожиданно пришлось вернуться к теме исчезновения людей.

Не поверил бы, что такое возможно, если бы своими глазами не увидел передачу по телеканалу ТНТ "Необъяснимо, но факт" 11 февраля 2007 года. Сюжет таков. Журналиста попросили приехать в одну московскую квартиру, где ему рассказали следующую историю. Некоторое время назад в семье бесследно исчезла молодая девушка…

Исчезнувших людей зачастую не находят, а если находят, то память у них "стерта", отсутствует. Так и с этой девушкой. Но в этом случае память начала возвращаться. Вспомнила девушка людей в белых халатах, показала перед телекамерой шрамы на теле: медицинского вида, зашитые… В конце концов, по её рассказам нашли место: большие серые ворота, и табличка на стене, и охранник выскочил, на телекамеру кинулся – снимать нельзя!

Однако не значится эта организация нигде: ни в налоговой службе, ни в телефонном справочнике. Нигде.

– Сколько же таких "медицинских центров" по России?! – прозвучало в передаче.

Ну, что скажете, господа-товарищи?

Господа-товарищи могут говорить до хрипоты…

А вот интересно, что скажут, и главное – почему ничего не говорят другие:

– правозащитники-омбудсмены;

– государственные прокуроры;

– "золотые перья – микрофоны"…

Основное, главное здесь вот ведь в чем, господа-товарищи… Сейчас как-то ушло, а в первое перестроечное время нередко звучало высказывание:

– На смену атеизму в нашей стране пришел сатанизм.

Но, в общем-то, с февраля-октября 1917 года он никуда и не уходил – так, в какие-то периоды отходил несколько в сторону, а фактически – являлся государственной религией. Ведь известны, известны страшные, кровавые демонстративно-сатанинские действа, проходившие прямо в Кремле…

То, о чем говорилось в телепередаче, конечно, имеет не театрально-сатанинское значение, а некое сатанинско-практическое. Не случайно ведь журналист сказал: за этим стоит кто-то из высокопоставленных лиц. Вот вам, кстати, и современные начальнички: с виду такие добрые, "демократичные", с такими ласковыми глазками…

Если у кого-то какие-то претензии к вышеизложенному, то – не ко мне: все данные той телепередачи я указал ; все телеканалы – ваши, вот и разбирайтесь…

Как и у многих, у меня имеются подшивки литературных журналов конца 1980-х начала 1990-х годов. Помните (кто постарше) их громадные тиражи, невероятную популярность – в тот период?

Сейчас перелистывать эти журналы – тяжко… Настолько ясно видна обреченность патриотических сил – и абсолютная уверенность в своей победе сил "демократических". Сил зла, за которыми тогда стоял весь "цивилизованный мир". А телевидение оболванивало народ. Помню, одна теле-бесовка, держа в руках журнал "Молодая гвардия", спокойно, уверенно "размазывала" в "Новостях" какую-то "фашистскую" статью. И ей безусловно верили миллионы людей. И ведь она не боялась никого и ничего!

Все-таки иногда подшивки перелистываю. В "Нашем современнике" (№10, 1992-й год) наткнулся на беседу главного редактора Станислава Куняева с умеренным демократом (скажем так) Михаилом Астафьевым. Тогда я эту беседу не прочитал (не помню). А вещи обнаружились там преинтереснейшие. Преинтереснейшие! Итак, демократ Михаил Астафьев:

"Были выборы в Академии наук, те самые, на которых я выступал за Сахарова, за его избрание. Наконец, мы его пробили, он получил возможность опубликовать свою программу. И когда я ее посмотрел, я был изумлен тем ее разделом, где рассматривался вопрос о государственности Союза. Сахаров требовал признания всех автономий, национальных округов в качестве независимых государств. Я сначала даже подумал, что, может быть, напечатали с ошибкой. Но когда выступил Сахаров и рассказал о своей идее пятидесяти трех независимых государств, я счел своей обязанностью выйти к микрофону и задать ему вопрос: какие пятьдесят три государства? О чем Вы говорите? Ответил он как-то невнятно, фактически отмахнулся. Потом пришлось подойти к нему в коридоре и спросить еще раз: Вы понимаете, все разбегутся, как так можно? Ведь национальные бюрократии останутся теми же, старыми, и будут только играть на чувствах народов. Он даже слушать не захотел, и пошел. Больше мы на эту тему с ним не беседовали. Но я четко убедился, что он действительно так думает. Я это не мог никак рационально постичь. И страшно был удивлен, что никто из моих соперников, включая и Вас, на этом деле не сыграл. Я с ужасом ждал – вот сейчас-то и докажут, что демократы мечтают устроить 53 независимых государства в Союзе. И полетел бы я со всем этим демблоком. Словом, я тогда был страшно потрясен тем, что массового осознания не было…

… Ельцин же открыто нарушил Конституцию. И мы настаиваем на том, что он вполне заслуживает за это отстранения от власти путем импичмента. Это первое.

Далее – будучи отстранен от власти, он, как любой гражданин, подпадает под действие обычного Уголовного кодекса, в соответствии с которым вполне заслуживает возбуждения уголовного дела по статье 64 за измену Родине. Подчеркиваю, Уголовного кодекса Российской Федерации. Кравчук, Ельцин, Шушкевич составили заговор против Главнокомандующего Вооруженными Силами Союза, проконсультировавшись с Главнокомандующим вооруженными силами США (они сами подтвердили, что они позвонили Бушу до звонка Горбачеву, после чего объявили последнему, что он отстраняется от власти). Заговор с привлечением иностранной державы. Тут все ясно…

…По поводу же высказывания Старовойтовой насчет ущербности русского народа, потому что якобы у него не было "нормальной истории" в последние семьдесят лет, я могу сказать только одно: с Галиной Васильевной тут полная ясность – она очень не любит русский народ. Что можно добавить? Это – факт ее личной биографии, не столько нашей истории, сколько ее биографии.

Станислав Куняев: Но она сейчас советник президента по национальным делам. Это же ненормально – при таком отношении к самому большому этносу России!

Михаил Астафьев: Простите, но когда мы говорим, что имеем оккупационное правительство, то логично же оккупационному правительству ставить советником по национальным вопросам человека, который очень не любит этот народ. Не ставить же того, кто любит: что-нибудь не то сделает…

… Я хотел бы еще высказаться по поводу так называемых "красно-коричневых". Я считаю, это совершенно провокационная истерическая кампания, которая развернута лишь для одного – нынешняя клика, оказавшаяся у власти, пытаясь оправдать свое существование и заручиться поддержкой Запада, разыгрывает карту, что она – единственный оплот демократии в России. И чтобы поэтому Америка, или кто-то еще их поддерживает, и давали кредиты, держали на плаву. Они доказывают, что им нет альтернативы, и что любая другая сила, идущая к власти , это партия войны. Или фашизма. Это их способ самосохранения".

… Сахарову и Старовойтовой сегодня установлены памятники, сами они лежат на престижных кладбищах, их могилы утопают в цветах. А Ельцин благоденствовал на пенсии, теперь тоже на престижном кладбище.

Это в России такой этап революции 1991 года.

Сквер имени Старовойтовой, памятник Старовойтовой, памятная доска на доме…

Но я прекрасно помню большую статью Старовойтовой, с портретом, всё в тех же "Санкт-Петербургских ведомостях", где она пишет об "опасности русского фашизма". Это скверно…

Я распрекрасно понимаю всю бессмысленность разговоров со сторонниками Старовойтовой. Их просто не может быть. Боже упаси! Так же, как не должно быть скверов, памятников, досок Старовойтовой.

Нельзя же молчать, господа.

Уже и памятник Собчаку установили.