В Америку с черного входа… Приключенческо-криминальная повесть

В Америку я попал в общем то случайно. Как и все русские люди, которые были воспитаны учителями в школах и властью, знал, что это проклятая капиталистическая страна, где угнетают негров, пьют виски и танцуют рок-н-рол… Капитализм там давно уже загнивает, но пахнет очень даже приятно. Судя по тому, что джинсы, жвачка, магнитофоны «Шарп» и сигареты «Кэмел» с горбатым и задумчивым верблюдом на пачке, попадали в СССР именно из этой страны, социализм там был уже давно. Просто у нас его неправильно называли. Но мы об этом даже не знали, так как постоянно требовали свободу для некой Анжелы Дэвис и времени, дабы узнать, у нас просто не было. Потому что надо было еще ходить на работу, стоять в очередях за колбасой и водкой и не забывать воспитывать детей. Что бы их не посадили, как ту самую Анжелу… Ещё были анекдоты про Америку, но и в них информации об этой стране было маловато. И еще, помню, мой любимый литературный герой Остап Бендер, все напевал: «Ах, Америка… Это страна, где гуляют и пьют без закуски…". Этим нас удивить было нельзя. Все знали назубок основные правила застолья «Закусь градус крадет!» и «Водка без пива- деньги на ветер!». А из языка английского, я знал только, что вумен – это баба и хеллоу- что означало приветствие… ну и Гитлер капут… до кучи. Ведь в школе я изучал немецкий (который никто из немцев не понимал). Кстати, тот английский, который изучали в нашей школе, не понимали ни англичане, ни американцы, ни вообще кто- либо. Оставалось загадкой кто обучал наших учителей, но… тайна сия велика есть… Но, это я так, к слову…

Закончив войну в Афгане в госпитале города Ташкента, где я лежал с переломанным хребтом и множественными ушибами, я был демобилизован из рядов Советской Армии подчистую. Приехав в родные пенаты, быстро сообразил, что никому (кроме папы с мамой) я тут даром не нужен. Даже с орденом и двумя медалями на выпуклой молодецкой груди. А так как бегать, стрелять и взрывать нигде не требовалось, то я порешил посвятить свою оставшуюся жизнь морю. Для чего поехал в столицу Калининградской области город Калининград, именуемый в простонародье Кениг. Для поступления в Калининградскую среднюю мореходку, на факультет судовождения. Будучи от природы относительно неглупым человеком, выпятил грудь с наградами и попер прямо в кабинет директора. Надо сказать, что награды тогда уважали, а посему мое появление произвело некоторый фурор. Я не стал нагло требовать рабочего диплома штурмана, а скромно попросил дать мне возможность закончить все три курса заочного образования за год. И показал документы, согласно которых свой ценз нахождения в море, я уже наплавал на рыбацких судах еще два года назад. Директор прослезился – и дал «добро». Поэтому я, по- быстрому закончил учебу, съездив на три сессии подряд и получив, вожделенный диплом, стал судоводителем. А именно – штурманом малого плавания. Чего мне за глаза хватало, чтобы стать капитаном, буксира или водолазного катера. Кем я и стал, к вящей радости своих родителей. Ну, а дальше… «Пришла беда, откуда не ждали…»

Как- то раз, светлым осенним деньком, двигался по Кенигу, а именно по улице Театральной. Нет, нет, в театр я не собирался, были дела несколько интимного плана. Я шел на свидание… Как вдруг, с противоположной стороны улицы, кто-то заорал: – «Ива-а-а-н-ы-ч!!!!!» Да так громко, что старушка, переходящая улицу по «зебре», резко повернувшись, засеменила обратно. Я присмотрелся. Какой -то парень, джентльменского вида, махал мне сразу двумя руками и приплясывал у остановки автобуса. Затем, наплевав на правила уличного движения, рванул ко мне, отскакивая от гудящих машин. И вот тут —то я его признал. Это был старший лейтенант Игорь Демьяненко, по кличке Дема, с которым мы служили вместе в Афгане. Отличный парень, душа любой компании. А после того, как я научил его играть на гитаре, он стал практически бесценным кадром, на любом застольном «сабантуе».

Несколько отойдя от темы, я хотел бы поделиться, с читающим сие произведение, некоторыми мыслями. Мне, почему-то, не хочется, встретившись с человеком, который тоже был в Афгане, орать: «Привет брателло!» и колотить его кулаками по спине. А затем бежать в ближайший магазин за бухлом, дабы «обмыть» встречу. Примерно так выглядела бы картина – повстречались два мужика: – Братан, ты был по турпутевке в Египте?» – «Да-а-а-а! Был!!!!» – «И-ех, твою мать! Я тоже!!!» И бегом за водярой… Ну были, и что? Вроде повод… Другое дело, когда происходит встреча двух сослуживцев. Людей, которые, в полном смысле этого слова «под смертью ходили», делились и куревом, и водой, и патронами… И все прохожие недоуменно обходят двух седых мужчин, со слезами на глазах, обнявших друг друга… Это Афган… Это Чечня… Это ВОЙНА…

Мы с Игорьком вцепились друг в друга. Эх, мама моя, седые совсем! Оба сразу говорим, перебиваем друг друга, смеёмся. «Вовчик, а мне сказали, что ты погиб! Будто мина рванула рядом?» – «А вот хрен им всем по толстой морде! (это про врагов).

«Игорек, а как комбат, как ребята? Живы?» (это о друзьях). Выясняется, что всё – о кей! И комбат жив, и ребята… Кто-то ранен, кто-то нет, кого-то наградили, кого-то в звании повысили. А в общем и целом – слава Богу!

Игорь замечает, что совсем рядом, дверь в кафе «Театральное» и приглашает посидеть, пообщаться… Я не против, только вот пить ты Дема, будешь один. Замечаю растерянно- вопросительный взгляд, смеюсь… пошли брат, расскажу.

Мы расположились в уголке уютного кафе. Игорь заказал 200 гр коньяку, я кофе. Собираюсь с мыслями и начинаю рассказывать.

Игоря тогда в части не было. Он поехал в очередной отпуск и «заодно» повез на Родину три цинковых гроба. Это только у нас такое возможно- едешь отдыхать и в нагрузку сопровождаешь погибших. Да еще и не со своего батальона.

Меня комбат послал тогда забрать из ремонта радиостанции и получить новые аккумуляторы. Ехать предстояло на БТРе, а для охраны взять с собой 3—4 солдат. И недалеко вроде, километров 15 примерно. А так как в последнее время «духи» притихли, мы соответственно расслабились. И если раньше я всегда таскал на груди «лифчик» с запасными магазинами, то сейчас разленился совсем. Взял только свой верный АК с двумя магазинами и все. Оно мне надо, таскать еще пистолет с запасными обоймами и гранаты? Взял с собой пару солдат, хватит вроде. Но построил их конкретно – приказал одеть бронежилеты, каски и взять по четыре запасных магазина. И забыл хорошую и нужную пословицу —Доверяй, но проверяй.

Не проверил. А бойцы (такие же ленивые, как и их командир) взяли по одному снаряженному и по три пустых (а чё тяжести по жаре таскать то?)

В общем мы тронулись в путь. Все сидели на броне, подставив потные лица теплому ветерку. Мне, как командиру, механик водитель дал под заднее место замурзанную подушку. Ну, да ладно, даренному коню под хвост не заглядывают…

Все произошло так внезапно, что я даже не успел осознать в чем дело. Из растущей вдоль дороги «зелёнки» неожиданно вылетел жёлто-белый шар и ударил под переднее колесо. БТР встал как вкопанный, а нас как ветром сдуло с брони. Мы бросились в канаву что шла вдоль дороги и залегли. В борт ударила еще одна граната, но не пробила, а с воем ушла в голубое небо. Внезапно бортовой десантный люк откинулся и оттуда кубарем выкатился чумазый водила. В одной руке у него была граната Ф-1, а в другой черный «дипломат». Такие чемоданчики дембеля покупали в магазине «Военторга» и в афганских дуканах (магазинах). Боец шустро сиганул в канаву и пополз к нам. С другой стороны дороги, из «зеленки», по нам открыли ураганный огонь. Пули с противным визгом рикошетили от БТРа, от дороги и разлетались во все стороны. В моей голове лихорадочно пролетали мысли: «Главное не дать „духам“ перебежать дорогу. Если кто —то окажется на „нашей“ стороне, то нам кранты. Они просто подойдут сбоку, под прикрытием кустов и расстреляют нас. Хорошо, что патроны еще есть у бойцов!» Сам то я, приученный стрелять только по видимой цели, огня не открывал, ожидая атаки. -Дай мне один магазин – закричал я ближайшему бойцу. На меня уставились два серых испуганных глаза. —А нетути… тащ прапорщик!

– Как нету? – удивился я. —У вас же по четыре штуки!

Боец сдвинул каску на затылок – Так мы это… пустые взяли… совсем…

Я похолодел. Получается, что у нас всего четыре магазина, два у меня и по одному у бойцов. И граната у механика- водителя.

«Вот и ладушки-пронеслось в голове- хоть взорваться сможем… если что». – Отставить «Огонь!» – заорал я на бойцов. —Ты смотри влево, ты вправо- я стукнул кулаком по каскам, обозначая исполнителей. —А стрелять только по видимой цели! Одиночными! Иначе- сам убью обоих!

Солдаты шарахнулись в разные стороны, а я ощупал левый нарукавный карман куртки. Там у меня лежал – патрон- смертничек… Приходилось, знаете ли, видеть, что делают «духи» с попавшими в плен…

В дальнейшем выяснилось, что на нас напоролась боевая группа душманов, идущих минировать дорогу. У какого —то молодого воина Аллаха, не выдержали нервы. И он пальнул в БТР из гранатомета «Муха». Но попал не туда, куда надо, и мы остались живы. Тогда старший группы на ходу переиграл и решил взять нас живьем. В банде было 12 человек. И этого хватало для задуманного. Но, дело в том, что восемь человек, были новичками, впервые попавшими в боевую обстановку. А иначе весёлый пушной зверек по имени «писец» прибежал бы к нам уже давно.

Я правильно вычислил задумку бандитов (опыт не пропьешь!). Два «духа» одновременно рванулись через дорогу, справа и слева от подбитого БТРа. Одного завалил боец, который лежал справа от меня, а второго я. Боец, лежавший слева, что говориться прошляпил. За что получил от меня выговор – кулаком по каске. Вторая двойка бандюков тоже не смогла добежать до «зеленки». Мы их тоже уложили на дорогу. При этом получился досадный казус. Один из бойцов, не справившись с волнением поставил свой автомат на автоматическую стрельбу, а не на стрельбу одиночными, как я приказывал. В общем все оставшиеся в магазине патроны ушли в бежавшего «духа». Сухо щелкнул боек и автомат, далее, мог работать только в виде дубины. Боец виновато посмотрел на меня. Я молча показал кулак….

Душманы, не оставляя своей затеи взять нас живьем, открыли огонь из всех видов оружия. А когда на дороге рвануло несколько гранат, выпущенных из подствольника, я понял, что пора собираться в кучу. И молиться что бы запал в гранате, которую лелеял в руках водила БТРа, не отсырел и был готов сделать свое страшное дело. Несколько пуль прошло над моей стриженной головой так низко, что почувствовался ветерок от пролетевшего свинца. Я вскинул голову:

– Господи! Ну за что? Что я сделал в этой жизни не так, что приходится погибать в этой канаве? И пацаны эти в чем виноваты? Да они жизни то еще не видели! И вдруг, не отдавая себе отчета, смотря в белесо-голубое чужое небо, я произнес про себя… нет, прокричал – Господи! Оставишь живым- брошу пить и курить!!!

Да, именно так… Ни маму, ни папу не вспомнил… Обратился к тому, в кого в общем то и не верил… Хотя, даже будучи некрещенным, носил на шее обыкновенный, сделанный из консервной банки крестик… Как говорят – на всякий случай…

Мне всегда было смешно смотреть в кинофильмах, как герои картины, сжав зубы, вкладывают в пистолет последний патрон- и, о чудо! Из-за холмов вылетает быстроногая кавалерия! Ни минутой раньше, ни секундой позже. У нас, помнится, Чапаев вылетал. Но это же кино. Разве в жизни так бывает?

Оказывается, бывает. Порой жизнь такие коленца выкидывает, куда там тому кино… Вертолеты заметил водила БТРа. – Тащ прапорщик! Вертушки!

Слева, заходя от солнца, над дорогой шла пара «Крокодилов» Ми-24. Они обычно так ходят, на бреющем, потому что так труднее их сбить. Решение созрело мгновенно. Я выхватил ракетницу и пальнул в сторону приближающихся бронированных монстров. Вертушки моментально сделали «горку», подскочив на метров 50 вверх. Заметили!

– Дымы!!! -заорал я, выдирая из кармашка «разгрузки» дымовую шашку. Бойцы выхватили свои и дружно рванули кольца. К небу устремился оранжевый дым, прекрасно видимый с высоты. Так мы обозначили свои позиции.

«Крокодилам» прекрасно была видна и дорога, и одинокий дымящий БТР, и рыжие дымы, поднимающиеся в небо. Они синхронно сделали боевой разворот и спикировали на дорогу. – Ложись! —успел гаркнуть я…И вот тут началось…

Вам никогда не приходилось бывать под обстрелом неуправляемыми ракетами «воздух-земля»? Нам тоже. Мы были немножечко в стороне от этого «счастья», но и нам хватило «по самые помидоры». Не буду рассказывать всего, но когда мы вылезли из-под завалившей нас земли, кругом все было в дыму и было тихо-тихо. На какое-то время мы просто оглохли.

Вертушки сделали круг, отстреливая световые ловушки (это они от ракет душманских) и ушли на свой аэродром. Мы же, выковыряв землю из ушей, стали тушить БТР, который просто дымил, но не горел. А к приезду «тревожной группы» даже привели себя в порядок. Конечно же, ни о каких поездках далее и речи быть не могло. Единственное, что нас задержало на месте, так это то, что у механика-водителя долго разгибали пальцы. Он умудрился вырвать колечко из своей гранаты и обронить его. А так как гранату он не бросил (летуны помешали), то пальцы свело напрочь. Но все кончилось хорошо.

Почему ничего не говорю о душманах? А, остался только один в живых. И то, потому что убежал со страху, подальше от дороги. Его поймали, и он все рассказал. Как дело было.

А через четыре месяца я попал под разрыв выпущенной «духами» мины. И меня, на маленьком санитарном самолете, который почему-то называли «Санта-Мария», вывезли в Ташкентский госпиталь. В нем я находился три месяца. В нашей палате лежало 12 раненных офицеров и прапорщиков. Я – тринадцатый (не знаю почему, но мне это число очень нравится).

А когда меня выписали, то я «накрыл поляну» ребятам, с которыми лежал. И во время застолья, рассказал эту историю, посчитав ее, довольно забавной. Но вопреки моим ожиданиям, никто смеяться не стал. Все офицеры, как один, наперебой стали вспоминать подобные случаи из своей службы. И вдруг один из них, сильно обгоревший майор Голубов, сказал мне:

– Слушай Володя сюда. У меня отец- священнослужитель. Как говорят- батюшка, поп, святой отец. Но это неважно. Я в этих делах хорошо понимаю. Ты может потому и живым остался, что к Богу обратился. И что ты ему взамен пообещал?

– Сказал, что брошу пить и курить – насупился я.

Майор задумался – Так это ты Господу обет дал. Теперь исполнять надо.

Я встал- Ребята, меня мой отец всегда учил – Никогда, ничего, никому не обещай! Может случится так, что ты не сможешь, не по своей воле, выполнить обещанное. И тебя все сочтут за трепача. Но если уж сказал, пообещал – сделай. Разбейся в лепёшку, но сделай. А коли я дал обет, то и исполню.

Я налил целый стакан водки, медленно выпил его и поставил стакан, перевернув его вверх дном.

– Силен бродяга- подивился один из офицеров —А закурить напоследок?

– Нет- сказал я. Достал из кармана пачку сигарет и смяв ее, бросил в угол.

Вот тут все засмеялись. Потому что каждый бросал не единожды и знал, что это такое. Помнится, Марк Твен писал: «Курить бросить – очень легко. Я и сам сто раз это делал»

А я с апреля 1983 года не курю и не употребляю спиртного…

– М-да-протянул Игорек и хлебнул коньячку. – И не разу свое слово не нарушил?

– А, зачем? -подивился я.– Тогда весь смысл пропадает. Кстати, а ты то что в Калининграде делаешь? Ты же с Астрахани?

– Да я за женой приехал-засмущался Игорек – она у меня с Калининграда.

– На Волгу повезешь, к бурлакам- засмеялся я.-Рыбу ловить вместе будете!

– Да не-улыбнулся Дема – Я ведь теперь в Америке живу.

Упс, приехали…

– И где вы батенька в Америке проживать изволите? – я изобразил легкий поклон.

– А, во Флориде-фыркнул Игорь – В славном городе Майами.

Вот тут меня тот самый пушной зверёк и кусюкнул.

– А, попасть в Америку трудно? -спросил я

– Не-а-засмеялся Игорёк – Легко, если знаешь, КАК…

Последняя фраза меня убила наповал.

– А, мне рассказать можешь-попросил я —Ей-Богу я никому.

Игорь поглядел на часы.

– Ну, в принципе время есть. А ты серьезно хочешь или просто так?

– Ну, конечно, серьезно-воскликнул я —Я тоже хочу в белых штанах!

– Тогда сбегай на остановку и купи в ларьке «Союзпечать» тетрадку и ручку. А я вам, продиктую …Остап Ибрагимович, ЧТО надо сделать, чтобы попасть в США стопроцентно.

Я сбегал за ручкой и тетрадкой. И Игорёк начал диктовать…

Оказалось, что все не так просто, как я думал. Я исписал добрую половину тетрадки. Давненько мне не приходилось так долго корябать бумагу. Но, оно того стоило. В общем и целом, если все собрать в кучу и суммировать, то получалась такая картина. Что бы попасть в эту самую Америку, надо притвориться богатым человеком. Не миллионером, но бизнесменом с денежкой. Потому что в американском посольстве, висит большой плакат на русском языке: «Вам дается три минуты, чтобы доказать сотруднику посольства, что вы едете в США не работать». А, рядом, другой: «Если вам отказали – молча уходите». То есть как хочешь, так и доказывай. А вот для этого Игорек и надиктовал половину тетрадки.

Первое – одежда. Я должен быть одет, как и подобает человеку со средствами. Никакого китайского ширпотреба. Сплошь и рядом Гучи, Армани и прочие Валентино.

Второе – облик. Богатый человек не может быть плохо выбрит или мерзко подстрижен.

Третье – запах. Окошко, за которым сидит сотрудник посольства, находится на уровне груди. Поэтому приходится наклонятся. А на стекле, что находится между мной и сотрудником, есть дырочки. Так вот он принюхивается, чем я пахну. Ну, не может же богатый человек пахнуть «Шипром» или «Тройным» одеколоном, верно?

Документы. Я должен показать мини-альбом, с фотками своего дома, своей шикарной машины, жены, детей. Все радостные и красиво одетые. Визитки, где на двух языках (русском и английском) напечатано что я бизнесмен. Все документы об образовании. Медкарту, где указано что я здоров.

– И что б ногти были подстрижены, и что б перегара не было- поучал меня Игорь. —Больше улыбайся, америкосы это любят.

– И все время жди подлянки! Они мастера на это дело. С ласковой улыбкой утопят в дерьме, сам не заметишь.

А сама поездка выглядела со стороны так. Богатый бизнесмен, собирается в экзотическую Флориду, перед Новым годом половить рыбки. В другое время он не может, работа не отпускает. В общем- бизнес. Главное, чтобы туда пустили. А там уже все просто. Приезжаешь по турпутевке (она стоит всего то 20 баксов) на 10 дней и по истечении этого срока просто тупо остаешься. Обыкновенной (криминальной) полиции, до тебя нет никакого дела, если ты ничего не нарушаешь. А Полис Имигрейшн (иммиграционная полиция) прекрасно знает где ты находишься и что делаешь. Но, на то что ты остался, смотрит сквозь пальцы. Потому что ты славянин и потому что славяне занимают особую нишу в жизни Америки. Они работают там, где америкосы работать не хотят. Это мойка посуды в ресторанах, ночная уборка огромных супермагазинов и уборка номеров в гостиницах. Конечно, если ты что-то нарушишь, то тебя мигом депортируют на Родину. Поэтому потихоньку работай, побольше улыбайся и все будет ОК.

Затем Игорь дал мне номера телефонов посредников. Обычно это поляки или литовцы, давно живущие в США. Они решают вопрос с жильем, подыскивают тебе работу, являясь посредниками между тобой и работодателями. Самое интересное, что с тех, кто работает под ними, они денег не берут. Дело в том, что граждане Америке отчисляют процент со своего заработка государству. Например, получая 10 долларов в час, они отчисляют 2 бакса. Но, русские не являются гражданами и поэтому этот процент забирают посредники. И хоть мы получаем столько же что и америкосы, мы не имеем страховки.

– И во всех скорбных случаях предоставлены сами себе – говорил Игорь. – Но, при желании можно неплохо заработать.

– А, как же потом? Когда я буду уезжать? «Меня не арестуют?» – спросил я.

– Да кому ты там на хрен нужен- засмеялся Игорек – Запретят въезд в США на пять лет и все.

Затем Дема допил свой коньяк, мы горячо обнялись, и он побежал встречать жену. А я остался сидеть в глубоком раздумье.

Надо сказать, что по жизни я авантюрист. Не в том, искаженном в СССР значении этого слова, а в правильном его понимании.

Авантюрист – изначально, это веселый, жизнерадостный человек, обожающий приключения. И вообще хорошие перемены в жизни. Я ведь и в Афган попал не только по дурости своей. Было в душе желание чего-то нового, неизведанного. Вот и получил приключений на свою пятую точку по полной мерке. Но, вот желание съездить в Америку и поглядеть на все своими глазами, приятно щекотало нервы. И я решил – еду…

Не буду утомлять читателя полным списком проблем, которые появились на моем пути. Скажу одно – я их решил достойно.

И помогли мне в этом мои родные – сестра с мужем, маменька и друзья. Я слетал в Москву в американское посольство, где мне назначили время на собеседование. А случиться сия радость должна была только через неделю. Пришлось опять лететь домой, дабы вернуться через семь дней назад.

Я всегда знал, что тот, кто владеет информацией, будет в выигрыше. Ожидая своей очереди на собеседование, внимательно разглядывал толпу, желающих поехать в США. Среди претендентов на вояж, шныряли темные личности, продавая напечатанную на принтере брошюрку, с захватывающим названием «Как уехать в Америку». Я же, благодаря Деме, был в курсе дел и на попытки всучить мне эту белиберду, отвечал презрительной улыбкой. А вообще торговля шла бойко. Народ хотел знать, как обойти все препоны и рвануть в страну равных возможностей. И посему раскупал брошюрку со свистом.

Когда подошла моя очередь, я подобрался аки гончая и стал ждать гадостей. Нас запускали по пять человек и рассаживали на скамейки. Такие обычно стоят на вокзалах. Напротив, была белая стена и в ней пять окошек. Что опять же наводило на мысль о вокзальных кассах. Испытуемых вызывали по микрофону, называя имя, фамилию и номер окошка. И пока он шел к этому окну, его внимательно рассматривал сотрудник посольства, сидящий за стеклом. И оценивал внешность, одежду и прочее. Вот выкликнули и меня. Не спеша, с достоинством, я побрел к окошку, радостно скалясь. За стеклом сидел обыкновенный мужчина лет 35 и строго рассматривал меня. Я поздоровался и произнес заготовленную речь.

– Здравствуйте сэр! Я хотел бы поехать на Новогодние каникулы во Флориду, половить рыбу. Вот альбом с фотографиями жены, детей, моего дома, моей машины. Я бизнесмен и хотел бы отдохнуть…

– Что у вас за бизнес – перебил меня сотрудник.

– Мое небольшое предприятие выпускает металлические ограждения… для балконов, для могил на кладбище – и я сунул в щель под стеклом свою визитку с адресом предприятия и номерами несуществующих телефонов.