Странный апокалипсис. Начало

Дизайнер обложки Сергей Кульневский

© Андрей Иванович Бердников, 2019

© Сергей Кульневский, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-4496-1501-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Почти двое суток прошло с тех пор, как исчез привычный мир. Игра случая или невероятное везение, словно не сработавший капсюль патрона в русской рулетке, оставили меня в живых в тот день. В какой-то момент я был на грани безумия и не мог поверить в происходящее. Казалось, что это нездоровый сон после вчерашнего употребления спиртных напитков, но большая шишка с раной на голове, на которую я не обращал внимания, возникающая порой непроизвольная дрожь, убеждали, что я не сплю и всё это реальность.

Эти два дня и ночь пролетели, как один миг. Не имея ни малейшего представления, что произошло, ориентируясь только на предположения, я наметил первые шаги своих действий. Изрядно вымотавшись как физически, так и морально, устроил себе отдых. Сидел на террасе своего пустого дома, потягивал пиво, которое теперь имелось в избытке. Но, неограниченная доступность пенного напитка, равно как и всего другого не радовала, рядом никого.

До катастрофы я легко мог обходиться без общения целый день. Пары фраз, произнесенных в течение суток порой было достаточно. Сначала «новой» жизни мне довелось пообщаться только с одним человеком, женщиной, местной чемпионкой по поглощению спиртных напитков, ставшей таковой в силу сложившихся обстоятельств. Однако тяга к алкоголю и его внезапная доступность сыграли с ней злую шутку и теперь полное одиночество ощутимо тяготило. Мало-помалу я начал разговаривать с соседским псом, получившим свободу от цепи, но не пожелавшим пуститься во все собачьи тяжкие. Он предано сопровождал меня всё это время, вот и сейчас лежит рядом, двигает ушами, прислушиваясь ко всем окружающим звукам не открывая глаз. Мой взгляд случайно упал на стопку книг. Это были старые тома, убранные с полок домашней библиотеки и приготовленные к путешествию в нашу летнюю «резиденцию». Пробежав глазами по корешкам, я перевёл взгляд на батарею пивных запасов. Что-то заставило меня вернуться к книгам. Даниэль Дефо – Робинзон Крузо. Тут и там одиночество. А может стоить попробовать вести дневник моих злоключений? Нет, скорее действий, да придать этим записям литературную форму. Может, с ума не сойду. Не буду исключать возможность того, что кто-нибудь, да и прочтёт моё «творение». Подумано – сделано. Встал, включил ноутбук итак;

12 мая. День первый – начало

Похоже, те, кто предсказывал конец света, ошиблись только со сроками. Знаменитое двадцать первое декабря миновало, народы бурно отпраздновали эту дату и забыли. Никто всерьез и не воспринимал эти предсказания, за исключением чудаков, которые строили бункеры, на последние деньги закупали всевозможные запаса. Пролетели годы, тема конца света периодически всплывала, не получая развития. Однако погода становилась всё более непредсказуемой. Ливни стали продолжительней с довольно печальными последствиями. Полностью смывало с лица земли населенные пункты. Ураганы с каждым годом становились всё сильней. Ветер, сбивающий детей с ног, никого не удивлял. Шторма были предсказуемы, но горе кораблю, который не успел спрятаться. Землю стало чаще трясти и вообще складывалось впечатление, что она пытается избавиться от человечества. Но, как оказалось, беда пришла, с другой стороны.

В тот день я проснулся от надоедливо сигнала будильника и долго не мог понять, почему он звонит. Отпуск же! Отключив, не сразу вспомнил, что вчера за дружеским столом с Петровичем, соседом моим, договорились с утра пораньше на рыбалку скататься. Мы остались холостяками на целый месяц. Его супруга, за компанию с моей Ольгой, наконец, отбросив все сомнения и самолетобоязнь, улетели в Америку к нашим детям. Как ребят туда занесло это отдельная история. Вчера я отвез наших жен в Пулково и когда вернулся домой, то у соседа уже был накрыт стол. Так как в отличие от моей жены, его Марина, допускала своего благоверного к рюмке только по праздникам, то не воспользоваться такой ситуацией Петрович просто не мог. Пока я был в дороге он несколько раз звонил и поторапливал: – Ну, где ты тащишься, мясо замариновано, зелень порублена, водка ледяная! – негодовал он.

Кстати, пить в одиночку Петрович не мог и на мой совет начать пить с Хазаром, его немецкой овчаркой, ответил непереводимой на английский тирадой. Понятно, что, когда я вернулся в посёлок, мне не дано было времени зайти в свой дом и праздник холостяков, быстро начавшись, плавно перетёк в обычную пьянку. В процессе пития он наконец решил показать свой проект, который скрывал от всех, а именно, недавно приобретенный Mitsubishi L 200, который сразу после покупки закрыл в своём огромном гараже, для полного апгрейда. Сам страстный рыбак и чуть меньше охотник, он свою обновку решил полностью подготовить к лесным путешествиям. Прихватив с собой бутылку, мы перекочевали в гараж.

– Да! – его творение превзошло все мои ожидания. Маскировочная окраска, форкоп, две лебёдки, спереди и сзади, «люстра» из восьми фар в обоих направлениях, высокий кунг с люком, нависающий над кабиной до лобового стекла и увеличивающий высоту машины на девяносто сантиметров, а длину на пятьдесят. Внутри кунга, помимо отсека для поклажи, два спальных места. Солидная рация, куча всяких примочек, включая двести двадцать вольт. Идея с боевыми тестированиями, совмещенная с рыбалкой, пришла незамедлительно после полного осмотра получившегося «монстра». Выпили за предстоящие испытания, затем за улов, ещё помню, был тост за тех, кто за рубежом. Подъём назначили на пять утра и разошлись по домам готовиться к предстоящему событию, но добравшись до своего жилища, дальше кровати я не продвинулся.

В след за будильником в доме раздался бас Петровича: – Вставай лежебока, уже опаздываем!

Я ещё раз глянул на телефон и понял, что будильник уже полчаса честно пытается меня разбудить. Но сил и здоровья на быстрый подъём у меня не было.

– Слабак! Давай пей чай, самовар включен! – прогудел сосед с кухни. – Жду, «монстр» уже под парами, да и пожрать я тоже захватил на неделю, поторопись! – командовал он.

С трудом встал, похоже, годы берут своё или количество алкоголя не рассчитал. Принял по-быстрому душ, оделся. Подумав – опохмелился, если быть точным «остограмился» за два присеста, закусил. Ну вот, можно и в путь.

Петрович стоял, облокотившись на капот машины, скрестив ноги и с хитринкой, посматривал на меня.

– Что, уже успел?! – спросил он.

Я кивнул, раздумывая: – А может отказаться и перенести рыбалку до вечера? – но зная Петровича, понимал, что это бесполезно.

– Слушай, я тут что вспомнил, – хитро улыбаясь, спросил он, – у тебя твоя фирменная «клюковка» осталась? Было бы не плохо с твоей стороны позаботиться о водителе. До леса я ещё смогу доехать, а там ну просто необходимо какое-нибудь лекарство!

– Выпившему за рулем, есть риск вступить в неправильные взаимоотношения с правоохранительными органами, – путанно попытался наставить его на путь истинный, видимо мозги ещё в норму не вошли.

– Да у меня сейчас выхлоп такой, что любой алкотестер зашкалит! Не жадничай, неси!

Пришлось возвращаться, услышав в след: – Поторапливайся, нам ещё час пилить!

Погребок наш, это своего рода моя гордость. Сверху мастерская шесть на шесть и двух уровневый подвал внизу. Пьяный экскаваторщик перестарался, выкопал котлован на полный вылет стрелы. Но так как грунтовые воды были ещё глубже, мы приняли решение сделать два уровня, благо есть, что положить.

Войдя внутрь, я спустился на минус первый этаж подвала, открыл люк, ведущий на минус второй, начал спускаться по вертикальной лестнице вниз, туда, где стояла «клюковка». Как ни странно, но, если хранить моё произведение алкогольного искусства выше, вкус другой получается.

Я уже находился на самом низу, когда услышал яростный лай Хазара. Дверь с грохотом захлопнулась, освещение погасло, а меня окутала полнейшая темнота. Поторопившись подняться наверх, я оступился. Руки сорвались с тонких, круглых ступеней и дальше ничего не помню.

Очнулся со страшной головной болью. Похоже, выпитые сто грамм сделали моё тело ватным и гибким, пошевелив руками, ногами, я понял, что цел и могу передвигаться. На ощупь поднялся в мастерскую. Из-за закрытых дверей доносилось повизгивания Хазара.

– Что это Петрович раздобрился? – подумал я, пса он редко отпускал на свободный выгул. – Да и где он сам, знает же, что, мы с женой не одобряем, посещение животными нашей плантации!

Дверь поддалась с трудом, как будто кто-то с неимоверной силой её захлопнул. Трясущийся пёс бросился мне под ноги. Это насторожило.

– Слышь, Петрович, ты, что с собакой сделал?

– А в ответ – тишина, он вчера не пришёл из запоя, – моментально старая песня перефразировалась в моей голове.

Хазар, похоже, пришёл в себя, если можно так выразиться в отношении друга человека. Он отбежал на пару шагов и оглянулся, как бы призывая следовать за собой, что я и сделал. Пёс, поджав хвост, постоянно оглядываясь, держался в двух шагах. В душе начала зарождаться тревога. Осмотревшись вокруг, я не заметил ничего необычно, но напряжение продолжало расти. Хазар подбежал к машине и уселся рядом с закрытой водительской дверью. Внутренне напрягшись, я подошёл к машине. Салон был пуст.

– Хазар, что за хрень, где хозяин? – но пёс упорно продолжал смотреть на машину и уже реально выл. Несмотря на алкогольную анестезию, меня пробрала дрожь, но не от холода.

От раздавшегося звонка мобильного я даже подпрыгнул. Это была жена. Мы договорились с ней созваниваться по Скайпу, а её звонок по телефону в столь ранний час, ещё сильней напугал меня.

– Алло, привет, Солнышко! – но она сразу огорошила.

– Мы попали в аварию, Максима зажало за рулем, Лера всё ещё без сознания! – выпалила она на одном дыхании.

– Успокойся. Главное, все живы!

– Нет! Марина пропала, а ещё здесь куча машин по кюветам и прямо на дороге и ни одного человека в них! – чувствовалось, что моя Ольга на грани срыва.

– Успокойся и звони в 911, такой вроде у них номер.

– Да уже куда только не звонила, никто не отвечает! – разрыдалась она.

Связь прервалась. Страшно осознавать своё бессилие. Там на другом конце земли, дорогие тебе люди попали в беду, а у тебя нет ни малейшей возможности помочь.

– И Петрович куда-то запропастился!

– Петрович! Где ты? Давай, скорей сюда! – прокричал я. Не дожидаясь его прихода, набрал Ольгу.

Она, похоже, взяла себя в руки.

– Лера очнулась. Но вот что странно! Когда она поднялась с сидения, то под ней была одежда Марины. Вся! И кольца её валяются на полу, а самой нет! Ой, что делать то? – отчаянье сквозило в её голосе.

– Где Вы?

– Мы поехали к детям домой, – сбивчиво начала рассказывать она, – как вдруг нам в лоб вылетела машина. Макс ушёл в сторону, удар. Тут я потеряла сознание. Очнулась, растолкала Макса, начала везде звонить.

Надо сказать, что Ольга по профессии учитель английского языка и общение за границей не являлось проблемой для неё.

– Макс выбрался! Целый!

– Уф, уже легче, – подумалось мне.

– Поговори с ним! – прокричала Ольга в трубку и передала телефон Максу.

– Отец! – сын сразу перешёл к делу. – Тут, похоже, что-то серьёзное случилось.

– Что? – похолодело у меня внутри.

– Никого, кроме нас здесь нет! Люди исчезли!

– Как это? – и тут до меня дошло. – Подожди пару секунд!

Я подошёл к машине Петровича. Пёс отступил в сторону, пропуская меня. С нарастающим страхом открыл дверь.

– Петрович тоже исчез, только одежда осталась.

– Значит это что, конец света?! – дрожащим голосом сделал вывод сын.

– Макс! Ищи какую-нибудь машину и добирайтесь до города. СМС посылайте, денег на звонки может не хватить. А я тут осмотрюсь! И, поосторожней там! Я вас всех люблю!

Нужно было действовать.

– Так, звоню в полицию!

– Не отвечает!

– Скорая, пожарные!

– Чёрт, молчат!

Начал набирать подряд все номера из списка, безрезультатно. Честно говоря, меня так трясло, что пальцы с трудом попадали по клавишам старинной Нокии. В книгах пишут или уже можно сказать писали, что герои романов, находясь в стрессовом состоянии, быстренько выпивали виски или чего-нибудь ещё и были снова полны сил, а голова работала как компьютер. В тот момент о спиртном даже думать не хотелось. Забежал в дом, схватил ключи от «лансера» и собрался было выходить, как пришел СМС.

– Авто не заводятся, идём пешком, два км до заправки.

– Жду новостей, – ответил я.

– Надо проверить свою машину! – но на выходе меня что-то остановило.

Попугаи! Пара наших птичек летала по комнате. Я точно помню, что не выпускал их. Посмотрел вольер, дверца открыта. Кто это сделал?

Машина завелась, как всегда, с пол-оборота. Оставив ворота открытыми, выехал в сторону центра и, первое что бросилось в глаза на соседней улице, старый «жигуленок» протаранивший забор. Остановившись рядом, я осторожно подошёл, заглянул в машину. Три комплекта одежды, лежащие на сиденьях и на полу. С опаской потрогал куртку сквозь опущенное окно. Влажная, но крови нет. Осторожно открыл дверь и попробовал завести машину, безуспешно. Сзади неожиданно раздался крик. Стая гусей важно шествовала по улице.

– А эти то, откуда?

Сел за руль, двинулся дальше. Ещё одна машина и та же картина внутри и тоже не заводиться!

Круглосуточный магазинчик открыт, внутри никого. Заглянул за прилавок и уже не удивился, увидев кучку одежды. На стоянке стояла машина продавщицы, поискал ключи, нашёл их в сумочке в подсобке.

– Ну что? Попробуем?

Машина завелась. Выходит, все авто, которые были заглушены на момент происшествия, заводятся. Набрал и отправил СМС.

Страшно захотелось пить. Вернувшись в магазин, взяв бутылку минералки из холодильника. Полез в карман за деньгами, но спохватившись, только грустно улыбнулся.

Для себя отметил, электричества нет. Проверил щиток с автоматами, все в порядке.

Всё это я делал как робот, просто отмечая для себя факты, стараясь не давать воли своим эмоциям. Но временами, нервная дрожь всё же пробегала по всему телу и не поддавалась контролю.

Вышел на улицу, обессилено сел на крыльцо.

– Эй, ну кто-нибудь, помогите! – донесся слабый крик со стороны недостроенного детского сада, который начали возводить ещё в прошлом веке, но так до конца и не достроили. Постепенно из него исчезли окна, кирпичные стеновые перегородки, а местная молодежь, да и порой алкаши использовали его для своих тусовок.

О, как я обрадовался, услышав крик, стрелой полетел на зов.

– Кто здесь и где ты?

– Да тут внизу, ёкорный пипец! – отозвался прокуренный женский голос.

– Есть живые!

В одном из колодцев, крышки с которых уже давно были утащены на металлолом, я обнаружил местную приверженцу Бахуса и помог ей выбраться.

– Как ты сюда попала?

– Упала блин! – что ж, краткий, но ёмкий ответ.

Сильный запах перерабатываемого организмом алкоголя, ударил в нос. Сам с похмелья, но сразу понял, мне её на соревнованиях по распитию спиртных напитков не победить.

– Собаки, сволочи, напали, я попятилась и звизданулась в эту яму. Пойду сейчас Главу нашего, на уши поставлю. Он у меня попляшет! – зверствовала она.

– Слушай, не ори, пить будешь? – нашёл аргумент, чтобы остановить её неправомерные претензии к главе администрации. – Ты вообще, что здесь делала?

– Так я Митяя ждала тут, он в магазин пошёл, а свора и накинулась. А как упала, не помню, отключилась, что-ли?

В мозгу щёлкнуло: – «Отключилась!»

– Я, был без сознания! Мои, в Америке тоже и она вот! Это означает, выжили только те, кто был в нирване?

Римма, так звали эту женщину, что-то говорила, но я её почти не слышал. Мысли крутились в голове: – Выжили те, кто был без сознания, животные гуляют на свободе, электричества нет. Работающие до времени «ЧП» авто не заводятся. Скорее всего электромагнитный импульс! Так взрыва то нет! И тишина полнейшая!

Толчок в грудь вывел меня из раздумий: – Ты что, отъехал куда-то?

– Так, мадам, твой Митяй был в красных штанах с черепами? – мне вдруг вспомнилась ещё одна кучка одежды в магазине.

– Ну, да вроде. Точно в них!

– Пойдём, опохмелишься, а за одно и помянешь его.

– Не поняла, урод, ты, что с ним сделал?! – она неожиданно бросилась в атаку.

– Да, ничего! Пошли, посмотришь, да и любую бутылку выберешь на опохмелку, – конец фразы воодушевил её.

– Так что стоишь, давай идём уже! – с нетерпением потребовала она. По пути женщина не произнесла ни слова, а войдя во внутрь, замерла, уставившись на штаны, валявшиеся напротив винного отдела.

– Ну и где Митя?

– Вон! Не знаю, как это объяснить, но точно знаю, что и от продавца осталась кучка одежды, – ответил я, открывая холодильник. Взял прохладную бутылку портера. Она последовала моему примеру, но не скромничала и сразу подалась к витрине с коньяками.

– Я, не дура, вот только пью! У меня два высших образования, просто некоторые жизненные трудности, поставили меня в состояние зависимости от спиртных напитков, – словно оправдываясь, информировала она, сглатывая слюну. Быстро открыла бутылку Хеннеси, сделала внушительный глоток, облегченно вздохнула и констатировала: – Или это сон, или что-то случилось, или нас сейчас заберут за грабёж, – и снова хорошо приложилась к бутылке.

– Я не знаю, что произошло, но, все люди исчезли.

– Пить надо меньше, – отреагировала она в ответ, скорее всего привычной для себя фразой, но тут же сообразив, что не шучу, прошептала, – не поняла!

Молча уставилась на красные с черными черепами штаны.

Звонок мобильного телефона в возникшей тишине прозвучал громко и неожиданно, заставив нас вздрогнуть.

– Мы на заправке, тут никого, электричества нет, нашли транспорт, думаем, куда теперь ехать и как, – выдавал, не останавливаясь информацию Макс, – на дорогах заторы. Наверно дождёмся, когда рассветёт.

Мелькнула мысль: – Слушай Максим, связь сейчас, видимо на резервных аккумуляторах работает и долго не продержится. Мы попали в не простую ситуацию и что будет дальше неизвестно. Ты теперь отвечаешь за маму и сестру!

– Хорошо, – голос сына предательски дрогнул.

– Постарайтесь вооружиться на всякий случай, посерьезней. Как вариант в полицейском участке, я думаю это очень пригодиться. Доберётесь до дома, там определитесь, что дальше. Но, если надумаете перебираться куда-нибудь, оставьте несколько сообщений на виду, для меня, вдруг доберусь. А я оставлю вам.

– А ты думаешь, будет необходимость переезжать? Еды и всего прочего достаточно.

– Да, но всё имеет свойство портиться. Хочешь или нет, а придётся самому себя кормить.

– Понятно, – хотя чувствовалось, что он в полном замешательстве.

– Как там девчонки? Дай трубку маме!

– Андрей! – зазвучал голос, любимый, родной и сразу узнаваемый, но в этот момент связь прервалась и с короткими гудками, доносящимися из трубки, что-то оборвалось в душе.

Лихорадочные попытки дозвониться не дали никакого результата.

– Андрей! – голос Ольги, слегка искаженный тысячами километров, продолжал звучать в моей голове. Услышу ли я его когда-нибудь? Что она хотела сказать? И как много я не успел! За все прожитые вместе годы, мы научились понимать друг друга, практически интуитивно. Одного слова, его интонации было достаточно, чтобы понять, что она желает. Но сейчас я не знал, что она хотела донести до меня. Тупо стоял и пытался продолжить её прерванную фразу.

– Кхм, прошу прощения, – словно издалека донесся голос.

Римма стояла рядом. Жалкая, потрепанная, с тяжелым выхлопом алкоголя, но её глаза были полны сострадания: – Ты это, не смотри, что я алкоголик. Я всё слышала. Надежду не надо терять, Вы встретитесь! Главное, живы! Да и что тут сложного, сел в машину и поехал.

– Ну да, вот только в Америку шоссейных дорог нет.

– Ох, ничего себе! – выдохнула она и уселась на порог магазина. Разговаривая с родными, даже не заметил, как оказался на улице.

Я присел рядом: – А ну ущипни меня, или лучше вдарь, как следует!

Она посмотрела на меня как на сумасшедшего, но подумав, сделала вывод: – Нет, это не сон, да и не может один и тот, же сон сниться сразу обоим.

– Давай подстрахуемся, щипай!

– Ты меня пугаешь! – но все, же с силой впилась неухоженными ногтями в руку. – Ещё и укусить могу, если хочешь. Только вот зубы сегодня не чистила.

Боль была реальная.

– Слушай. Тебя вроде Андрей зовут?

– Да.

– Тебе бы голову обработать надо, – я, недоумевая уставился на неё, – Ну, кровь у тебя на затылке. Ты, что не чувствуешь?

Падение в подвал не прошло даром, но я даже и не ощущал последствий. Она промыла мне рану перекисью, обработала края йодом, найдя всё это в аптечке магазина, наложила повязку. Затем откинув голову назад, удовлетворенно произнесла: – Ха, ну просто вылитый Щорс.

– И что будем делать товарищ Щорс? Ты пока думай, а я ещё приму чуть-чуть, – и удалилась в магазин, мрачно напевая, – голова обвязана, кровь на рукаве…

Из головы не выходили мысли: – Как там мои?

Ещё раз я сделал безуспешную попытку дозвониться. Неожиданно пришла идея, а что, если отключилась только ближайшая вышка сотовой связи. Может доехать до следующей?

– Послушай Римма, я в город, а может, дальше прокачусь. Ты как, тут останешься? – крикнул коллеге, по несчастью.

– Да нет, пожалуй, с тобой! – она вышла из магазина с недопитой бутылкой, прихватив ещё одну полную про запас.

– Слушай, не многовато будет?

– День длинный, – философски протянула она.

А день только вступал в свои права. Обычно в это время посёлок уже начинал оживать. Мамочки, спеша вели детей в садик. Ученики группками или поодиночке нехотя брели в школу. К остановке одна за другой подлетали маршрутки, отвозя большую часть работоспособного населения в город. Но сейчас на улицах пустота и звенящая тишина, изредка прерываемая звуками, издаваемыми домашними животными, непонятно как оказавшимися на свободе.

Римма удобно разместилась на пассажирском кресле моего авто: – Да, давненько, я на иномарочках не ездила, – нашла место в дверце, для хранения бутылок, пристроила туда стратегический резерв.

– Будешь? – она протянула мне початую бутылку.

– За рулем!

Мы тронулись. Я проехал по верхней части поселка, сигналя длинными гудками. Но никто не откликнулся на мой призыв, а одинокие кучки одежды, рюкзаки, дамские сумочки, будто кем-то раскиданные по поселку, кричали о тихой катастрофе, случившейся сегодня утром. По дороге несколько раз путь нам преграждали машины, столкнувшиеся, друг с другом и мне приходилось проползать по обочине, рискуя свалиться в кювет. За все восемь километров Римма не произнесла ни словечка и только когда мы въехали в правобережную часть Подпорожья, она испуганно вскрикнула: – Смотри! Похоже, плотину прорвало!

Действительно, справа за стоящими вдоль дороги домами виднелись вспученные воды Свири. За пятьсот метров до плотины открывался живописный вид на монументальное строение электростанции, дорога ныряла вниз к самому берегу, затем поднималась на плотину и мост, проложенный вдоль здания ГЭС. Подъехав к спуску, я вынужден был остановиться. Вся дорога в низине была затоплена. Само здание ГЭС стояло целое и невредимое, но один из трёх водосбросов был разрушен и стремительный, мощный поток вырывался наружу, а его рёв доносился до нас.

– И кто это тут разбушевался? – попыталась сострить Римма, потянувшись к бутылке, – Как бы дом не затопило, блин!

– Можешь выбрать себе любой другой домик, а пока придётся прогуляться.

– Ты что, всё равно хочешь попасть в город?

– Мне это необходимо, идешь?

– Да одна я что-то боюсь оставаться, пошли, – со вздохом согласилась она.

Закрыв на всякий случай машину, мы поднялись на гору в стороне от дороги и углубились в лесок. Десять минут пути, подошли к плотине.

Пролёт моста над разрушенным водосбросом, к счастью, оказался цел. Над ним стоял туман из мельчайших брызг, которые падая на асфальтовое покрытие, собирались в лужи и мелкими ручейками, стекали обратно в могучий поток. Огромная металлическая плита, запирающая воды реки, исчезла. Больше никаких повреждений не видно.

Быстро преодолели плотину. На другом берегу, наше движение было остановлено злым оскалом сторожевой собаки, которую я частенько видел, проезжая через ГЭС.

– Ну что ты пёсик, пить будешь?! – попыталась договориться с ним Римма. Я же, действовал более решительно. Схватил кусок арматуры, оставшийся после зимнего ремонта шлюза, ринулся на собаку. Пёс, поджав хвост с лаем отступил, но всё, же продолжил преследовать нас, выполняя свой служебный долг. Впрочем, это занятие ему быстро надоело, замолкнув он отстал. Дошли до перекрёстка, слева виднелось здание ГИБДД, рядом припаркованная служебная машина. Не задумываясь, свернули туда.