- -
- 100%
- +
– Э-э, рыжий! А ну, стоять! – Вовка вздрогнул и обернулся. На него
смотрели, не мигая, три пары прищуренных мальчишеских глаз.
– Топай сюда, нищеброд! – пацаны ухмылялись, не скрывая своего
презрения к цвету Вовкиных волос.
– Рыжий-пыжий, конопатый, убил бабушку лопатой! – процедил
плечистый паренек, верховодивший в компании. Вовка узнал его. Это
был Сашка из параллельного, по прозвищу Удав. На длинной шее под-
ростка качалась большая ушастая голова. Сашка все время вертел ею
по сторонам, словно высматривал добычу, как удав в стойке. Отчего к нему и прилипло это прозвище. Двое других были тоже из параллельного класса.
Подпевалы Удава: толстяк по прозвищу Чума и долговязый Костыль. Все
трое жили в пятиэтажной новостройке соседнего двора. И не хотели пускать
чужаков на свою территорию.
– Мы же предупреждали, чтобы ты не светился тут!
– Не врубаешься?
– В натуре?
– Вали отсюда, пока не получил! – подступили пацаны.
Но Вовка не собирался убегать. В соседнем дворе у него был свой тайный интерес.
В дальнем углу, за новостройками, доживал последние дни перед сносом
старинный кирпичный дом. В нем уже не было окон и
дверей, полуразобранная крыша светилась ребрами стропил, под которыми
гулял ветер. Рыжий мальчишка приходил в этот дом каждый день. Здесь
жила его мечта. И никто не смел к ней прикасаться.
Вовка спрыгнул с дощатого покосившегося забора прямо в крапиву. Она
обожгла руку, подросток потер ожог, распрямился и шагнул к обидчикам.
– Братва! Глянь! Понтуется! – рассмеялся Удав, вращая головой.
– Получай, борзота! – крикнул он и кинулся на рыжего пришельца. Тот,
резко увернувшись, выбросил вперед кулак, в челюсть нападавшего. Удав
вскинул руки и грохнулся наземь, как подкошенный.
– Ах, ты – ы!… – Чума и Костыль бросились на помощь предводителю. На
Вовку посыпались удары. Прижавшись к забору, рыжий не давал окружить
себя и сбить с ног. Отмахиваясь, он целился по глазам и нанес-таки пару
чувствительных ударов. Костыль с визгом запричитал, прижимая ладони к
лицу. А Удав опять катался по земле и орал:
– А –а – а! Тварь рыжая!
Он пытался подняться, но тут же получал ногой в грудь и опять валился
навзничь.
Испуганный Чума отбежал далеко в сторону. Его полные щеки пылали.
«Братва» не ожидала сражения не в их пользу. Толстяк выглядел
растерянным, суетился и сжимал в руках смартфон. Он хотел снять на
камеру «победоносную» разборку с рыжим и теперь не знал, как быть.
– Харэ! Кончай мудрить! – позвал его Костыль. Чума спрятал смартфон
и поспешил к друзьям.
Противники выстроились друг против друга. Удав больше не нападал,
лишь выкрикивал угрозы. Оба глаза на его лице затекли. И когда он вращал
головой по сторонам сходство с представителем семейства пресмыкающихся
было особенно ярким.
– Мы еще встретимся! – угрожающе шипел Удав. – Нищеброд!
– Рыжуха!
– Падла! Дерьмо! – выкрикивали оскорбления пацаны.
Вовка молчал. Злость кипела в его маленьком сердце от обиды и
несправедливости. Ровестники оскорбляли его безо всякой причины. Просто
потому, что он из бедной семьи. И еще – рыжий. Злость рождала в душе
горечь унижения и желание набить морду еще и еще раз.
Из рассеченной Вовкиной губы сочилась кровь. Он потрогал рану рукой,
лизнул языком, огляделся и поднял с земли острый обломок кирпича.
С криком: – На – а! – размахнулся, целясь в пацанов. Те бросились
врассыпную, прикрываясь руками.
– Уходим, братва! Еще поймаем! – выкрикнул
Удав.
Троица отступила. Вовка повернулся, шагнул в крапиву и перемахнул
через забор. Он отстоял свое право приходить в соседний двор и был
доволен.
За забором виднелся красный кирпичный дом, старинный, с фигурной
кладкой.
Местами узоры облупились, но стены выглядели прочными. Железная
крыша провалилась, кровельная жесть висела ржавыми клочьями, болтаясь, и
гремела на ветру.
Но Вовка любил приходить в этот заброшенный дом. Однажды в школьном
музее он узнал, что лет сто назад здесь жил богатейший купец города. В этих
кирпичных развалинах мальчишка путешествовал в старину, улетая на
крыльях фантазии в далекое прошлое. Воображение рисовало ему
купеческую жизнь разноцветными красками. Он представлял роскошное
убранство, богатую утварь и мебель, разодетых людей, которые пользовались
великолепием купеческого быта.
Вовка оборудовал под крышей что-то вроде блиндажа, куда стащил всякое
старье: разбитый стол, ободранный диван, рамы из-под картин, обломки
стульев и еще много всякой всячины.
В этом блиндаже-штабе с интерьером из фильмов про трущобы мальчишка
проводил долгие часы, лежа на диване, курил и наслаждался своей тайной
мечтой. Мечта заполняла все пространство юной души, от края и до края,
не давала покоя, рвалась наружу.
– Эх, хорошо быть богатым! – рассуждал подросток. – Вот вырасту и
обязательно стану миллионером!
Вовка спустился из-под крыши на верхний этаж, прошелся вдоль
пустых окон, воображая себя купцом в отреставрированном живом доме.
– Мое! – радовался молодой купец, разглядывая в мыслях пышную
обстановку. – Быть богачом – это супер! Никто не посмеет обзывать меня
рыжим нищебродом! Я куплю самые дорогие кроссовки, лучший смартфон,
компьютер!
Ничего этого у Вовки не было. Рос он в неполной семье с матерью-
одиночкой. Сколько помнил себя, у нее были вечные денежные трудности.
Зарплаты хватало лишь на коммуналку, свет и телефон, скромную пищу, да
одежду из магазина «Сэконд хэнд».
Вовка вспомнил пацанов, с которыми подрался. Упакованные, сытые. Отец
Удава – хозяин супермаркета. У Чумы и Костыля предки тоже крутые.
– Вот стану олигархом и у меня будет супермаркет! Может не один! Всем
докажу, что я не нищеброд!
Окутанный туманом воображения, Вовка вернулся в блиндаж. И тут словно
гром грянул, в голове мелькнула догадка:
– А вдруг купец зарыл в подвале сокровища?
Мысль вцепилась в сердце и заставила его учащенно биться.
– Я же в подвале ни разу не был! Вот лошара! – укорил себя подросток за
несообразительность. Он тут же подскочил с дивана, затушил окурок и
устремился по сгнившей деревянной лестнице в цокольный этаж.
Подвал встретил пацана темнотой и сыростью. Яма под домом была
завалена кирпичом, старыми досками, картонными ящиками, битым
стеклом. На каждом шагу Вовка натыкался на кучи влажного мусора, тянуло
неприятным запахом свалки.
– Да какие тут сокровища? – остудило догадку благоразумие. – Ты погляди!
Помойка!
– А вдруг! – не сдавалась догадка. – Надо обследовать каждый сантиметр!
Вовка нащупал в кармане спички, разорвал картонный ящик, смял и
поджог. По стенам подвала заплясали причудливые блики. Один из них
вспыхнул ярче остальных и обнажил в стене напротив небольшую кованую
дверь. Она едва виднелась, заваленная осколками кирпича. Раньше Вовка не
не обратил бы внимания на дверь. Но теперь…
Мальчишка разгреб завал и откопал замок. Он подергал его, пытаясь сорвать
с петли. Но тщетно. Тогда поднял увесистый кусок кирпича и
принялся сбивать замок. Он колотил и колотил, пока кирпич не развалился.
– Там что-то есть! Точно! – шептала догадка, раззадоривая воображение.
– Ага! Канализация! – ехидничало благоразумие.
– Открой! – азарт перерастал в искушение.
Искушение отрезало путь к отступлению. Вовка хватал камни и кирпичи,
бил по двери, пытаясь сломать замок. Пока не обессилил.
Картонный ящик погас. Стало темно. Мальчишка присел на кучу мусора,
чтобы отдышаться и успокоить быстро бьющееся сердце.
– Завтра принесу инструмент и обязательно открою! – вздохнул Вовка. Он
завалил дверцу мусором, чтобы никто посторонний не нашел ее случайно и
выбрался наружу.
* * *
Последний урок подходил к концу. До звонка оставалось несколько
секунд. Ученики пятого «б» засуетились, предвкушая рывок на свободу.
– Тише, ребята! Тише! – пыталась погасить волну возбуждения
учительница. – Ждем! Уже обратный отсчет! – она отряхнула рукава блузки
от мела и замерла в стойке «смирно».
Заклокотал звонок. Подростки сорвались с мест, на ходу запихивая в сумки
учебники и тетради.
В эту минуту в кабинет пятого «б» вошла молодая женщина в
полицейской форме. За нею, сверкая крупными очками, семенила директриса
школы. Старший педагог подняла руку, требуя тишины и внимания.
– Минуточку! Сели все за парты! – скомандовала она. И продолжила:
– Сегодня к нам пришла инспектор по делам несовершеннолетних лейтенант
Алла Борисовна Тропинина. Прошу любить и жаловать!
Недовольные ученики расселись по местам, бормоча что-то себе под нос и
надувая щеки.
– В вашем классе ЧП – вопиющее хулиганство! – сверкнула очками
директриса. – Мы должны обсудить случившееся и принять меры.
Поэтому домой вы пойдете чуть позже. Алла Борисовна, вам слово! –
глянула на лейтенанта педагог.
– Да! – кивнула инспектор. Она подошла к учительскому столу и положила
папку.
– Приступим прямо к делу! Без обиняков! Вчера ваш одноклассник
Суздальцев Владимир избил своего товарища Александра Витовича из
пятого «а», – начала она.
– Удава, что ли? – не поверил кто-то. Все уставились на Вовку. По классу
прокатился смех.
– Кого, кого? – директриса подняла брови высоко над очками.
Ей не ответили. Пятиклассники притихли, ожидая, что будет дальше.
– Суздальцев, встань! Пусть все на тебя полюбуются! – накинулась
учительница, все еще отряхивая уже чистые рукава.
– Вот он – красавец! – обратилась она к инспектору.
Женщина – полицейский уставилась на Вовку, не мигая. Подросток
съежился. Он почувствовал себя беззащитным обвиняемым, лишенным
права голоса, и растерялся. На конопатых щеках запылал румянец,
закрашивая веснушки. Мальчишка сутулился и уставился в пол. В классе
повисла минута молчания.
– Та – а – ак! – инспектор раскрыла папку, достала бумажный лист и
потрясла им в воздухе, – вот заявление от родителей Витовича, к нам, в
инспекцию. «Вчера, – начала она читать, – наш сын гулял во дворе своего
дома. К нему подошел одноклассник Суздальцев и начал оскорблять нашего
мальчика. Вспыхнула ссора, наш сын пытался выяснить какие у
Суздальцева к нему претензии и хотел мирным путем разрешить конфликт.
Но не тут-то было. У Суздальцева были явно агрессивные намерения. Он
ударил нашего мальчика в глаз, повалил на землю и стал избивать ногами.
Есть свидетели избиения, ученики пятого «а», которые в тот момент гуляли
во дворе вместе с нашим сыном и все видели. В результате избиения наш
ребенок получил различные телесные повреждения легкой тяжести,
многочисленные гематомы и ссадины, синяки под обоими глазами.
– Справка о побоях за номером А – 7214 прилагается, – уточнила
инспектор. Она оторвалась на секунду от чтения документа, бросила взгляд
на пятиклассников и продолжила: « Просим инспекцию по делам
несовершеннолетних Старозаводского РОВД принять меры и наказать
хулигана Суздальцева в соответствии с законом Российской Федерации о
малолетних преступниках».
– Далее дата и подписи, – уточнила лейтенант и положила заявление
обратно в папку.
Пятый класс сидел, не шелохнувшись.
– Ну-у! – прервала затянувшуюся минуту молчания директриса. –
Довольны? Опять отличились! Суздальцев, – она навела очки на Вовку.– мы
же две недели назад разбирали твою последнюю драку! Неймется?
Опять за старое? Я думала, ты сделал выводы. Но вижу, что ошиблась.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.