Вольный среди звезд Книга 1 – Беда всегда не одна

Пролог

Пролог

Человечество, запертое на своей родной планете, изматывало себя в бесконечных конфликтах и ненависти, истощая ресурсы и разрушая свой дом. В какой-то момент технологии позволили человеку выйти за пределы своего мира.

К XXI веку люди полностью заселили все возможные планеты, планетоиды и астероиды в Солнечной системе. Затем, был изобретен гипердвигатель, и началось покорение галактики.

Первые двести лет считаются золотым временем колонизации миров. Заселение было настолько активным, что между многими планетами оставались белые пятна на карте. В остальных частях систем находились станции или автономные посты. За мирами, считавшимися дальними пределами, номинально подконтрольными Земле и Федерации, находился Фронтир – ничейное пространство, где обитали все, кому не лень. Вольные миры со своими законами и укладами, заселенные корпорациями и тому подобное. За Фронтиром начинался уже дикий космос. Если во Фронтире хоть что-то было известно, то дальше – мрак и неведанные ужасы, как в произведениях Лавкрафта.

После золотого времени произошло событие, известное как Раскол. Многие люди, не желавшие подчиняться Федерации, ушли в неизведанные регионы, создавая вольные миры. Эти миры разрослись в империи и царства среди звезд.

Но люди оказались не одни среди звезд. Человечество встретилось с другими цивилизациями, и не все из них были дружелюбны. Полвека назад люди столкнулись с Роем – инсектицидной цивилизацией, жукоподобных существ, которые начали войну с людьми. Рой захватывал планеты и целые системы. Но в конце концов, люди победили. Всего 14 лет назад завершилась последняя фаза конфликта с Роем.

Нынешнее время. Фронтир.

Фронтир – вольное место. Те, кто здесь обитают, лишь номинально подчиняются законам Федерации. Например: множество Вольных – общее название для наёмников, старателей, торговцев и других, кто занимается заработком во Фронтире и дальше.

Громогласные удары по породе раздавались из пещеры, выкопанной пару недель назад. Джон Беркут приставил буровой ударник к стене, закрепил его на ножках, отошёл на пару шагов и активировал. Мощный привод вонзил инструмент в руду на 50 сантиметров. Затем привод так же быстро выдернул ударник назад. Джон присел, включил фонарик и начал светить в появившееся отверстие, из которого излучался ярко-голубой свет. Позади него послышались томные, механические шаги. Через мгновение над ним нависла фигура. Джон повернулся и посмотрел на андроида. Высокая фигура, почти двухметрового роста, словно рыцарь в доспехах, смотрела на него двумя синими окулярами.

– Руда отвезена, – прозвучал в шлеме металлический холодный голос.

Джон снова повернулся к отверстию, недовольно хмыкнул, встал и потянулся.

– Здесь породы нет. Посмотри, может, где в стене ещё есть, – приказал он андроиду.

Тот взял сканер и начал водить им по стене. Прошло пять минут.

– Есть что? – спросил Джон.

– Отрицательно. Руда не обнаружена. Данная жила была исчерпана, – ответил механический голос.

– Ясно. Ладно. Собирай вещи. Валим отсюда.

Сборы продолжались пару часов. Сперва собрали всю гальку и шлак – это тоже пригодится, хотя и стоит копейки, но всё же стоит. Оборудование, пару портативных установок, ручной бур, плазменные резаки, тележки и мелочи, вроде лопат и кирок. Джон добыл 27 килограммов орихалка. За килограмм давали примерно пару тысяч кредитов, если содержание руды высокое, а с этого он получит 30 тысяч, что тоже неплохо.

Терм нёс сумки с инструментами в ангар корабля. «Паркет» – длинное и лёгкое округлое судно общего назначения с заострённым носом. В прошлом судно имело на передних створках ракетные спонсоны, а теперь магнитные – это было главным отличием от изначальной модели. Закрепив все ящики с рудой и рассортировав инструменты, Терм пошёл на мостик, где Джон, закинув ноги на приборную панель, пил газировку.

– Напомни, когда пиво и вино закончилось? – обратился Джон к андроиду.

– Четыре дня и шесть часов назад, – механические руки моментально двигались к панели, активируя корабль. Двигатели загудели, и судно легко колыхнулось, начав набирать высоту.

– Жаль, – вздохнул Джон. – Летим на «Могилу».

"Паркет" вышел на орбиту и начал разгоняться, уходя из гравитационного поля планеты. Корабль направлялся к транзитному форпосту, где находилось гиперпространственное кольцо. Хотя "Паркет" и сам мог совершать гиперпереходы, они были затратными и дорогими, ведь топливо для варп-двигателя не дешёвое.

– Пост 35–Л67, говорит судно "Паркет". Запрашиваем переход, – монотонно запросил Джон пост, который уже был виден как малкая точка на горизонте, что по космическим меркам было близко.

– "Паркет", принял тебя. Подлетай. Куда надо? – устало ответили с поста.

– «Могила».

– Принял. Вот курс, – на экране появились данные, и Терм начал выравнивать корабль перед постом.

"Паркет" выровнялся перед постом, который был частью кольца. Оно засветилось, мигнуло и расширилось, создавая несколько колец перед собой. Голубой свет, словно втянул корабль в себя, и в мгновение он исчез.

– Нам лететь часов 17, пойду спать. Пост на тебе, – уже вставая, Терм повернулся на кресле к Джону и механическим голосом произнёс.

– Пометка номер 76: приобрести для Терма био-преобразователь.

– Да помню я, – отмахнулся Джон. – Сейчас надо бабки для Ви. Забыл, что ли её?

– Заметка номер 108: найти новую девушку.

– Я это сказал в шутку! Совсем охренел, что ли? Надо бы твой ИИ проверить! – Терм не ответил и, словно уходя от разговора, повернулся к панели и прильнул к ней.

– Ай, – махнул Джон и пошёл по коридору к себе. От тяжёлой работы на протяжении пары недель он сильно вымотался, поэтому не успел лечь, как тут же уснул.

Гравитационная аномалия мелькнула, и корабль вышел в реальное пространство. Судно появилось на краю системы, где находились врата, ведущие внутрь системы. Станция, напоминающая волчок с расширенными началом и концом. "Паркет" приблизился к станции и запросил посадку. Ждать пришлось недолго – минут 20. Когда пришла очередь, прибыла платформа, которая по рельсам зашла в грузовой док.

Аппарель опустилась, и Джон, переодетый уже не в рудокопный скафандр, а в чёрный плащ, пошагал к комендатуре дока. Терм шёл за ним. Вокруг кипела работа: ходили боты, носились мелкие дроны. Слева слышалась ругань инженеров, которые что-то чинили. У двери коменданта, Джон встретил молодого парня, лет двадцати.

– А начальника нет, – робко сказал парень, закрывая за собой дверь.

– Опять нажрался пойла Харона, – Джон покачал головой. Парень, словно сбросив груз с плеч, подтвердил слова мужчины. Комендант спал, уткнувшись в стол. Рядом стояла причина его состояния – стеклянная бутылка без маркировки с наклейкой, на которой от руки было написано "настойка". Джон подошёл ближе и ногой потревожил Филипа.

– Рони, отвянь, – пробормотал Филип, продолжая спать. Джон снова пнул его, но сильнее. На этот раз комендант проснулся.

– А, Беркут. Здорово. Вернулся с копки? – бормоча, сказал комендант.

– Да, – ответил Джон и тут же вколол ему нейтрализатор. Филип задёргался, но начал приходить в себя.

– Ну, ё-моё, я бы сам. Ты чего? – заспанно, протирая лицо, ответил комендант.

– Да! Ждать неохота. Проверь корабль, и проведи ремонт. Терм тебе всё скажет. Я спешу.

– Ладно.

На станции был день, и коридоры были полны народа. Джон не стал вызывать такси, а просто прошёл до офиса корпорации "Табрис" – дочерней компании крупной корпорации. "Табрис" выкупала добытую руду у старателей, предлагая приемлемые цены. Не слишком дорого, но и не дёшево – оптимальная цена на всё, благодаря чему корпорация пользовалась хорошей репутацией у местных жителей.

Выйдя из лифта, Беркут оглядел просторы коммерческого этажа. Здесь было десяток уровней, на которых располагались офисы и малые предприятия. Где-то рядом, под глухой гул, промчался глайдер такси. Джон сморщился от резкого шума.

Пройдя поворот, Джон увидел нужный офис. У входа стояли два бугая в белых боевых скафандрах с мощными плазменными винтовками в руках. Не обращая на них внимания, он вошёл в помещение. Зал был просторным, с большими окнами и несколькими рядами стульев, на которых сидели старатели и шахтёры. Осматриваясь, Джон пытался найти знакомые лица. Пока он всматривался, его заметили. На последней линии стульев, мужчина средних лет и в сером комбинезоне, помахал ему.

– О, Беркут! Привет! – вымолвил старик по прозвищу Харон, с густой белой бородой и лысиной на голове. Он держал в руке комлинк, небольшой полупрозрачный девайс, а в другой – фляжку с чем-то горячительным.

– Привет, Харон. Здорово, Хан, – помахав мужчинам, Джон присел рядом.

– Что в этот раз накопал? – спросил Хан.

– Орихалк, – гордо сказал Беркут, вскинув голову.

– Ну, даёшь! Много? – снова приложился Харон к фляжке. – Если есть ещё, может, соберёмся, слетаем потом вместе, а?

– Нету. Я месяц копался, почти 30 кг вытащил. Да и малое там содержание. Но да, повезло, можно сказать, – Джон осмотрелся. – А долго вы тут?

– Полчаса где-то, – ответил Хан. – Сейчас мелкие группы пройдут, и мы.

– А вы что добыли? – спросил Беркут, доставая свою фляжку, в которой было вино. Джон пристрастился к нему из-за своей девушки Виктории, которая сейчас сидела в тюрьме.

– У меня по мелочи: медь, железо, немного вольфрама. А ты что, Харон, откопал?

– Уран, – просто ответил старик, прикладываясь в очередной раз к фляжке. – Тонна. Но концентрация малая, ну что есть, то есть.

Так они просидели ещё полчаса, пока до них не дошла очередь. Хан пошёл первым. Продажа руды у него заняла всего пять минут. Он заработал 17 тысяч кредитов – неплохо, хватит на починку, может, что-то купить из деталей, и заправиться топливом. Харон, уже изрядно пьяный, провозился добрых пятнадцать минут и получил 11 тысяч кредитов. Его выводили, держа под руки.

– Джон Беркут, так ведь? – мужчина средних лет с лёгкой бородкой в форме корпорации, сидел перед ним. – Док номер 18, так ведь?

Беркут кивнул, отпивая из фляжки. Корпорат нервно посмотрел на фляжку, затем на него.

– Вино. Хотя, больше виноградный сок, – корпорат успокоился и продолжил. – Так, что вы привезли?

– Орихалк, 27 килограммов. Ценность породы – где-то 40 процентов.

Корпорат откровенно удивился.

– Не знал, что в этом секторе есть такая руда.

– Есть, но в малых количествах. Так сколько это выйдет? – Джон подвинулся ближе к стойке, положив руки на стол и пристально посмотрел на корпората.

– Ну, – мужчина улыбнулся, – 54 тысячи кредитов. Вас это…

– Устроит. Всё, вы знаете, где мой корабль. А я пойду. Деньги вы тоже знаете куда кидать.

На выходе его ждали Хан и Харон. Каждый похвастался, сколько он заработал, а когда дошло до Джона, приятели ахнули. Харон предложил собрать парней и полететь на ту планету, где Беркут нашёл орихалк, вдруг там есть ещё. Джон покачал головой: может, что и есть, но не факт. Копал он долго и приметил это место давно.

– Ладно, я пойду. Юра ждёт, – попрощавшись с товарищами, Джон достал комлинк и набрал Юрия, местного воротилу серого мира. Тот ответил через минуту.

– Джон, ты вернулся. Рад тебя видеть, скажу сразу – работёнка есть.

– Что по Виктории? – девушка стояла на первом месте по задачам.

– Ничего, всё по-прежнему. А ты нужную сумму собрал?

– Почти. Есть что на примете?

– Есть, но только для ушей и лично.

– Понял, сейчас буду.

Глава 1 – Работенка

Джон вышел на площадку с глайдерами. С неё открывался вид на внутреннюю область станции, крыша которой была экраном, имитирующим небо. Таксист сидел у машины и курил сигарету. Он тут же затушил её, растоптав, когда подошёл Беркут. На вопрос, куда ехать, Джона ответил, что ему нужно в бар "Звездочёт" и таксист отвёз его туда. На втором этаже его ждал Юрий – мужчина средних лет, светловолосый, в бежевом костюме, под которым была гавайская рубашка.

– О! Джонни, рад тебя видеть. Как дела? Как доехал? – улыбнулся Юрий, приглашая Джона жестом на диван.

– Нормально, Юр. Как сам? Вижу, на море собрался, – кивнул Беркут на гавайку.

– Да, есть такое. Но не суть. Пришёл по делу, и с новостью.

– Какая? – встрепенулся Джон. Плохие новости про Ви ему были не к чему.

– Солар в тюрьме корпоратов, – сказал Юрий. Солар был врачом, который неоднократно штопал Беркута и многих на станции. За годы они стали настоящими товарищами.

– Мля, да ты издеваешься!

– Что есть, то есть, – развёл руками Юрий.

– Ладно, что можешь предложить?

Расположившись на диване, Юрий предложил Джону задание. Нужно было отправиться в окраинный сектор, что, по местным меркам, находился рядом. В этой системе, по данным информатора Юрия, располагался древний пост времён экспансии. На базе находились кристальные блоки с информацией, содержащие данные о других древних местах, где могло быть много ценного. Однако были нюансы.

Первый нюанс – это отдалённость системы. Чтобы никто не заметил их перемещение, нужно было лететь своим ходом, что требовало времени. Второй – это планета с аммиачной атмосферой и скалистой местностью, поэтому место посадки придётся искать дальше от поста. Третий – это жуки. Во время войны с Роем, жуки захватили часть сегмента. После уничтожения роя, оставшиеся арахниды, без общего коллективного разума и чёткой иерархии, начали деградировать. Остатки флота превратились в стаи животных, охотившихся на всё, включая своих сородичей. Те же, что оставались на планетах, дичали и создавали свои ульи и стаи. Во многих мирах они стали проблемой.

Но беда не пришла одна. Прошло десятилетие, и оставшиеся жуки начали меняться, эволюционировать и приспосабливаться к новым условиям. Новый коллективный разум не появился, поэтому арахниды начали изменяться, каждый улей или флот по-своему. Во многих мирах они стали отличаться друг от друга. Бывали случаи захвата малонаселённых миров, которые не восприняли оставшийся рой как угрозу, за что поплатились своими жизнями.

– Жуки будут проблемой, если улей рядом. Какие они теперь? Как изменились? Деградировали или мутировали? – недовольно покачал головой Джон. Он прекрасно знал, что такое рой: в своё время он воевал с ними, с тем разумом.

– Понимаю. Возьми Харона. Я заплачу вам обоим, а когда данные расшифруем, добавлю ещё, – ответил Юрий.

– Приятно слышать. Но сколько заплатишь, для начала?

– По тридцатке каждому. Дальше по мере дешифровки, – Джон кивнул, согласился и попрощался с Юрием. Выйдя из бара, он поймал такси и созвонился с Хароном.

– Хар, ты где? – спросил он.

В ответ прозвучали невнятные слова и бормотание. (лучше поменять на просто бормотание)

– Пеги… – промычал старик. Было очевидно, что он напивался, отмечая заработок. Беркут указал водителю на нужный бар, и глайдер приземлился на площадку рядом с ним. Оплатив такси, Джон вошёл в бар и начал искать своего товарища. Харон сидел на углу стойки, лицом уткнувшись в неё. Бармен пытался его растормошить.

– Эй, старик, эй, – продолжал тормошить его бармен. – Ты как? А оплата… да.

– Будет, – ответил Джон за Харона. – На сколько он тут наклюкался?

– 30 кредитов, – переведя деньги, Джон оттащил Харона к отдельному столику, где было поменьше людей. Харон был сильно пьян, но с ним всегда было трудно понять: то ли он действительно еле стоит на ногах от выпивки, то ли просто еле ходит даже трезвым. Джон достал из нагрудного кармана небольшой футляр с одноразовыми инъекторами. Сделав укол, он встряхнул Харона.

– Эй! – вскрикнул старик.

– Официант, принесите нам чего-нибудь поесть, – сказал Джон. Харон уже пришёл в себя, протрезвел, и немного помялся.

– С добрым утром, – поприветствовал его Джон.

– С добрым. Я тебя слушаю. Так просто отрезвлять меня бы ты не стал, – недовольно промычал Харон, настраиваясь на разговор.

Беркут рассказал всё, что ему поведал Юрий. Пока он говорил, подошёл официант и принёс еду: картошку с бургерами. Всё синтетическое, но есть можно. Харон, слушая рассказ и принимаясь за еду, начал смущаться. Он тоже воевал с жуками в своё время, и дольше, чем Джон. Хотя работа и была прибыльной, она сулила опасность, а то и смерть. Кто знает, как жуки мутировали и как расплодились?

Беркут парировал, что планета – это спутник крупного газового гиганта. Атмосфера там аммиачная и местность скалистая, из-за чего жуки будут не слишком опасны. Всё же к аммиаку нужно долго приспосабливаться, так как жуки были более приспособлены к человеческой атмосфере.

Закончив трапезу и разговор, мужчины договорились встретиться в ангаре. Харон пошёл собирать вещи и перегонять свой корабль к Джону. Беркут же решил пройтись по магазинам. Нужно было закупиться провизией, топливом, оружием и прочими мелочами.

С едой и топливом всё было просто и отработано: один и тот же магазин, одна и та же заправка. Джон шёл по коридору, вокруг были оружейные лавки и магазины. Присмотревшись к одной из витрин, он заметил вывеску "Стволы Бада".

Сам Бад оказался высоким чернокожим с дредами до плеч. Когда Джон зашёл, Бад громогласно поприветствовал его:

– Здравствуй, друг! Ищешь что—то или просто посмотреть?

– Ищу, – ответил Джон. Витрина, к которой он повернулся, была усыпана различными пистолетами: кинетическими, энергетическими, плазменными. Под каждой моделью, на маленькой бумажке, была аккуратно написана цена.

– Что предпочитаешь? Пистолеты? Плазмеры?

– Винтовки и дробовики.

– О, у меня как раз есть кое-что для тебя, – Бад тут же нырнул под витрину и достал дробовик. Чёрный, ребристый, словно с картинки.

– Это…

– Шкуродёр, – ответил за продавца Джон. – Облегчённая версия свежевателя. Редкий образец. Где достал?

– Достался по каналам, – ответил Бад.

– Но это первая версия, – сказал Джон, вертя оружие в руках и осматривая его со всех сторон. – Сильно облегчённая, далека от оригинала.

– Вижу руку мастера…

– Хватит, – остановил его жестом Джон. – Хочешь, чтобы я что-то у тебя взял – убеди меня. Сам же сказал, мастер. – Бад убрал улыбку и, став серьёзным, скрылся в коморке.

– Последние ежи стали на дыбы. Ты сколько душ дьяволу за это отдал? – спросил Джон, когда Бад вернулся и выложил на стол ствол под названием "Ожог". Простое название, не сильно пафосное, но само оружие было впечатляющим. Это была заброшенная ветвь вооружения, которую в своё время заменили плазменные аналоги. Суть "Ожога" в том, что снаряд не плазменный, а термальный, действующий, подобно мощному резаку. Он был схож с плазменным вооружением, но после него оставался расплавленный металл или другой элемент, переходящий в жидкое состояние при высоких температурах.

– Сколько? – игриво спросил Джон.

– 20 кусков. Но для тебя, Беркут, отдам за 17.

– Мы не знакомы, – смутился Джон.

– О тебе ходят слухи в определённых кругах. Среди нас, оружейников, только хорошие. Ты наше дело уважаешь и слово держишь. Так что за 17.

Джона одолевала жадность. Деньги у него были, и если нужно, можно взять аванс у Юрия. Беркут прикусил губу, раздумывал и всё-таки решился. Громогласное «беру», и 17 тысяч кредитов ушли. В знак доброй воли, продавец подогнал два ящика с боеприпасами.

– Это что? – Харон рассматривал "Ожог", пытаясь то ли вспомнить, то ли понять, что у него в руках.

– Это "Ожог".

– "Ожог"? – переспросил Харон. – А! Вспомнил. Мы его называли "Плавильня". Броню и скафандры только так плавил. Но его перестали использовать в войсках. Корпы тоже не берут на вооружение. Плазма его вытеснила к чертям. Я, конечно, слышал, что ещё есть образцы. А тут прям новый.

– Остались небольшие производители, они "Ожоги" малыми партиями периодически выпускают на рынок. Раритет, сам понимаешь. Ну, покрасовались и хватит. Ты всё взял?

– Да, всё собрал, – ответил Харон.

– Да, всё. Вещи в каюте. Корабль здесь будет на капитальном ремонте. Но я взял "Копьё".

– Летает хоть? А то я тебя знаю.

– Ещё как летает. Остальное на капитальном ремонте.

– Капитальный ремонт? Да у тебя столько денег нет.

– Почти капитальный. Не суть, – отмахнулся Харон, поворачиваясь к приборам.

– Ладно, заводи свою тарантайку.

Платформа загудела и двинулась по рельсам. Врата открылись в переходник, и корабль оказался в безвоздушном пространстве. Проехав немного, платформа выкатилась в вечную пустоту. Двигатели завыли, и корабль поднялся с платформы. Крен и курс были заданы, судно повернулось, и двигатели снова завыли, двигая корабль среди звёзд.

До внешних систем пришлось лететь через пять ворот. На одних пришлось заплатить кредиты, отчего скупой Харон сильно материл связиста.

– Какого черта? С каких пор? Идите вы на! – возмущался он.

Уже во внешних системах нужно было быть осторожнее, здесь часто встречались патрули ВКСФЗ (Военные Космические Силы Федерации Земли). Для этого Харон придумал историю про полёт к кредитору. Кредиторов нигде не любили, так что в случае встречи это было бы хорошим алиби.

К счастью, всё обошлось. Два дня полёта прошли спокойно. Патруль встретился всего один раз и просто сканировал корабль, ничего больше. У предпоследней системы пришлось немного помотаться. Нужная планета находилась в карантинном секторе, и попасть туда стало проблемой. Они прыгнули на собственном двигателе к краю системы, все сканеры, радио и подобное оборудование были вырублены. Корабль стал глухим и слепым, но и заметить его теперь было сложнее. Так они летели ещё день по краю.

– Прибыли, – мрачно сказал Харон.

На приборах было чисто. Сканеры и локаторы снова включились. Они показывали тишину. Только автономные врата и оборонительные платформы вокруг них, а также несколько платформ у пары планетоидов.

– Координаты готовы. К прыжку тоже готовы, – сообщил Джон.

– В системе есть станции или что-то типа того? – поинтересовался Харон.

– Говорил же, нет.

– Тогда как они понимают, что Рой там отупел и нет угрозы?

– Они периодически отправляют туда флоты чистки, состоящие из молодых пилотов. Учат их так.

– Мда. Ладно, погнали.

Разгон. Прыжок. Полёт продлился два часа. За это время Беркут и Харон подготовились, облачились в боевые скафандры и вооружились. Они также вооружили Терма и посадили его на канонерское место.

Выход из прыжка. Тишина. Все нервничали, кроме Терма, который подключился к вооружению и осматривал всё в радиусе радаров. Так прошло минут десять. Собравшись, Паркет двинулся к планете. По пути были обнаружены сигнатуры кораблей Роя.

– Ха, тут была зверушка, – кинул Харон в сторону остовов кораблей жуков. – Может… – продолжал кивать старик.

– Чем мы там можем поживиться? ВКС уже всё взяли.

– Э, не. Им это не задалось. Начальство тут строгое, и ещё «Ксенариты». Всю плешь прогрызут.

«Ксенариты» – это фракция людей, ненавидящих ксеносов, или же инопланетян. Особенно сильно они ненавидят остатки Роя. Презирают также и тех, кто торгует артефактами арахнидов. К продаже вещей других цивилизаций относятся более-менее нейтрально.

– Можно, ну что там вытащить то? Панели да блоки.

– Энергоячейки. Даже уставшие стоят неплохо. Институту ксено-технологий как горячие пирожки их расхватают и даже не спросят, где мы их взяли или у кого.

– Можно попробовать. Так что, Терм, за руль. Мы в ангар.

«Копьё» – малый летательный аппарат, который по-простому называли москитом. Эти кораблики малы и многочисленны. Мощных движков у них нет, не говоря уже о гипер-приводе, поэтому они базируются на более крупных кораблях-матках.

«Копьё» было одним из таких аппаратов. Управляется одним человеком и имеет небольшой грузовой отсек для шести человек или груза. Корабль, напоминающий наконечник копья, получил своё название именно благодаря своей форме. В его вооружении были лазерные излучатели.

Харон уселся на место пилота, а Джон присел на одно из пассажирских мест. Осмотревшись, он поднял все места, кроме своего, чтобы освободить больше места для груза.

– Терм, открывай, – передал по рации Харон, активируя движки.

Корабль Роя представлял собой цилиндр, покрытый тысячами игл. «Копьё» подлетело к одному из них. Малый корвет Роя выглядел, как котлета с многочисленными порезами по всей длине, нанесёнными в результате боевых повреждений. Копьё подлетело к обширной пробоине. Харон повернул корабль задом и зафиксировал его у пробоины.

Створка опустилась, и Джон оттолкнулся от корабля, точно пролетая в пробоину. За ним повторил то же самое и Харон. Внутри они включили магнитные подошвы. Джон вооружился импульсной винтовкой, а Харон достал свой любимый излучатель – усиленную версию лазерного оружия.