Ведьмы и колбасники

– Да, уж, – согласился с Марго. – Одежка сразу выделяла из толпы.

– Не только, – усмехнулась она. – Аура отличалась от остальных. Всем было интересно, а ты – шокирован.

– Марго, и ты решила меня околдовать, влюбить?

– Чуть-чуть, – снова, как глупому ребенку усмехнулась Марго. – Тебя уже подготовил Мерлин.

– Теперь понятно, почему глядел во все глаза на тебя, как истукан, почему топал на костер. Меня дергали за веревочки, как куклу.

– Не только, – успокоила ведьма. – Это и твой выбор. Мерлин и я только создавали ситуации, а выбирал ты.

– Получается, что вы управляли?

– Нет, просто предугадывали поступки. Реакции людей очень похожи. Никто не заставлял тебя заглатывать крючок с привлекательной наживкой. Никто не заставлял лезть на костер, пробираться в Темный Мир… Конечно, ты многого не знал, но даже мой брат и то не знал, что он тоже «подсадная утка».

– Все же не зря с вами борются христиане – вы враги человечества.

– Зря ты так… Мы стояли на страже планеты еще задолго до первых христиан. Не было бы нас, то и люди оставались бы на уровне животных. – Марго нежно заглянула, казалось, в самую душу. – Поверь, церковь никогда с нами не боролась.

– А как же костры?

– В кострах жгли шарлатанов. Их мне очень жаль. Нас, истинных магов, всего десять, о нас не подозревают ни Мерлин, ни церковь.

– Не так уж вы могучи, стражи планеты, – ехидничал я. – Едва не изжарилась в огне инквизиции, да только я спас.

– Ты просто не обратил внимания, что над городом уже висела туча, ждала приказ затушить пламя. Ураган расшвырял бы головешки и разогнал толпу, а я из любых пут вмиг освобожусь. Еще тьма накрыла бы город, и шла бы я, куда хочу, без помех, – Марго резко умолкла, выдержала паузу и подвела итог: – Так ты с нами?

Обидно, когда из тебя делают куклу, но меня все равно тянуло к Марго. Я не мог ее бросить.

– С вами, – согласился я, и показалось, что кто-то потянул за ниточки. По крайней мере, возникло ощущение, что это не мое решение.

«Почему оно может быть моим? – запоздало рассуждал. – Пользуются, как марионеткой, держат за дурака. Но как отказаться от Марго, как бросить милую волшебницу?»

– С вами, – повторил я. – Только не пойму, зачем вам, могучим магам, моя тщедушная помощь?

– Нас всего трое, а без тебя – двое. Даже слабые руки сгодятся во враждебном стане. Возможно, именно твоя, как ты говорить, тщедушная помощь окажется решающей. Кроме того, совесть не подсказывает, что ты должен идти с нами?

– Я и сам не знаю уже, кто и что мне подсказывает.

– Ну-ну, – Марго откровенно насмехалась. – Не плачься. Ты не под гипнозом. Все поступки зависят только от твоей воли. Ну, а если кто-то тебе протопчет дорожку, то ты сам выбираешь идти по ней или поперек.

«Да уж, – думал про себя. – Тут, небось, каждый шаг просчитали. Дерг за веревочку – шаг, дерг – второй, еще потянет – улыбочка или плевок. Окрутила ведьма – одним словом. Стыдно, противна беспомощность, но одновременно безудержно тянет за Марго, как хвост за собакой. Так бы и вилял, желая угодить. Так бы и вилял…»

– Сейчас не до дискуссий, Марго, – перебил Павел. – Что дальше делать?

– Что, что, – невозмутимо передразнила ведьма. – Допрашивать Мерлина. Он должен знать, где кристалл.

– Только лишишь его немоты, – забеспокоился я. – И нас ждет будущее покруче, чем ползать червягами.

– Не бойся, – Марго подкрепила успокоительные слова очаровательной улыбкой. – Его сила не в голосе и властных взмахах рук, а в приборах, тонко чувствующих и исполняющих приказы Мерлина. Будем допрашивать в поле… Не по всему же Темному Миру он расставил исполнительные механизмы.

– Так и вы тоже пользуетесь приборами, а не чародейством? – догадался я.

– Не совсем… Еще гипноз или, например, пыль усиления желания. Есть разные магические хитрости, но в основном, ты прав – вся сила в приспособлениях. Иногда люди видели их силу, вот и пошли сказки о коврах-самолетах, мечах-кладенцах, сапогах-скороходах… Многое, конечно, существует только в сказках, но мы работаем, Темный Мир не спит, да и простые люди изобретают достойные сказок вещи.

– Пошли, торопил Павел. – Сюда могут зайти помощники Мерлина.

– Я знаю, погоди…

Марго отсыпала немного порошка и сотворила живую голограмму Мерлина. Ее создание холодно улыбалось, говорило, но оказалось неосязаемым.

Временно введет колдунов в заблуждение, – объяснила Марго. – Пошли.

Выбрались из логова Мерлина тем же путем, что и вошли, но только вчетвером. Павел нес червягу, которая зло сверкала глазенками и безуспешно грызла беззубой пастью стекло изнутри. Психика всемогущего колдуна так и перла из тщедушного тельца, но что толку? Как говорят: бодливой корове Бог рог не дал.

Остановились, только скрывшись с прямой видимости из окон замка, на полянке в лесу. Марго вытащила шипящего Мерлина и вновь пустила в небо дымок волшебного порошка. Червяга на наших глазах трансформировалась в невообразимого уродца: из змеиного тельца выросла, размером с кулак, голова Мерлина и, плюясь слюной, запищала:

– Сотру в порошок! Как вы смели?!

Марго, правда, долго не собиралась слушать ядовитую истерику колдуна и залепила злой ротик куском пластыря.

«Наверно наклейку–кляп сотворила вместе с головой колдуна?» – рефлекторно отметил я и, молча, наблюдал дальше.

– А теперь ты слушай, шкодливый противный старик, – Марго, такая величественная, еще больше нравилась. – Где кристалл связи с Землей?

Маргарита отклеила пластырь.

– Ты мне за это поплатишься, поплачешь горькими кровавыми слезами. Ой! Ой! Ой!

Вопли колдуна прорвались ответной реакцией на усилия Марго. А она, действительно с усилием, даже костяшки пальцев побелели, крутила уши неугомонного старика.

– Ну что, успокоился?

Мерлин только жалобно повизгивал и испуганно кивал.

– Тогда говори.

– Мм-м, – мычал колдун, опасливо переводил глазенки с одного на другого, но не добавил и полслова.

– Что ж, – спокойно определила Марго. – Будем вправлять мозги.

Инквизиция, работая над ней, по-видимому, передала часть навыков Маргарите. Ведьма деловито наступила на хвост колдуна и опять вцепилась в опухшие уши.

– Ой-ей-ей, – пуще прежнего вопило несчастное существо, даже мне стало жалко.

– Ну, говори, – наконец прервала экзекуцию милая следовательница.

– Зачем вам кристалл?

Не вступая в дискуссию, Маргарита потянулась к распухшим и красным лопухам-ушам.

– Погоди! – исступленно пискнул колдун. – Все скажу. Зал кристаллов в замке, там и ваш кристалл.

– В замке кто-нибудь есть? – спросил Павел. – Когда вы меня выкрали с Земли, то твои помощники куда-то ушли.

– Никого нет, – живо отозвалась пародия на червяка и человека. – Но сегодня должна вернуться целая группа. Они ходили в один из смежных миров и возвратятся через зал кристаллов.

– Но мы же, по пути сюда, обошлись без зала кристаллов? – это уже проявил некомпетентность я.

– У вас был Коррактор, – кивнул на книгу Мерлин. – Она и воображение могут значительно отклонять путешественника от точки наведения кристалла-антенны.

– Не перебивай, – это уже приструнила меня Марго. С каждым часом ведьма набирала силу и уверенность.

– Как добраться до зала? – добавила заноза моего сердца колдуну.

– Надо пройти настоящий лабиринт, объяснить трудно, я путь покажу.

– Его опасно брать с собой, – заметил Павел. – Он может оживить настроенные на голос ловушки.

– Да, да, – поддержал я. – И еще позвать своих помощников.

Марго только усмехнулась на наши опасения и заклеила пластырем рот Мерлина.

– Вместо согласия будешь моргать одним глазом, если нет – двумя. Понятно?

Мерлин хлопнул ресницами левого глаза.

– Вот, видите? – подытожила Марго. – Проблемка решена. Осталась настоящая проблема – кристалл. Пошли.

Мы во второй раз отправились в замок. В первый заход едва не лишили сердец. Что подарит новая попытка?

Мерлин несколько оттаял, даже появилась улыбка. Чем ему становилось лучше, тем настырнее тревога скребла душу. Мои же попутчики не обращали никакого внимания на ухмылки зловредного существа.

В замок вошли через ту же дверь. Дошли до развилки коридора в подвал и наверх.

– Дальше куда, вверх?

Мерлин подтвердил такой вариант, усердно щуря глаз.

– А может быть вниз? – проверила колдуна Марго.

Он зажмурил оба глаза – система вопросов и ответов начинала себя оправдывать.

«Если он не заманивает в ловушку, то мы скоро доберемся до места, – весело поскакало вприпрыжку настроение. – А там конец страхам и мукам!»

Когда проходили мимо комнаты Мерлина, то услышали странный разговор.

– Мастер Мерлин, – немного хрипел простуженный голос. – Мы вернулись.

– Хорошо, – неопределенно ответил фантом Мерлина.

«Скоро его расколют, – подсказал внутренний голос, и я увидел подтверждение догадки в глазах Марго. – Совсем безмозглый фантом».

Мы, не сговариваясь, припустили по коридору.

«Быстрее в зал, – пульсировал с кровью страх. – Только бы опередить колдунов. Только бы опередить…»

Мы еще пару раз повернули в разветвлениях коридора по подсказкам Мерлина и вошли в зал.

Огромный зал кристаллов тянулся метров на сто в длину и во всю ширину замка, метров на двадцать.

Кристаллы стояли на подставках. Каждая подставка очерчена кругом около пяти метров диаметром. Круги почти соприкасались. Если судить, что каждый кристалл вел в один из миров, то это был вокзал дальних и разнообразных странствий по Вселенной. Больше сотни миров имели здесь ворота.

У меня даже дух перехватило от увиденного наяву зала нуль-транспортировки, некоего фантастического гибрида телетайпа и зала ожидания на вокзале. Настолько все казалось нереальным, что закралось сомнение в действенности в этих, с кулак величиной, кристаллах. Но тут вспомнил недавние сказки наяву, и сомнение умерло.

Маргарита сняла с подставки наш кристалл, по крайней мере, так утверждал зажмуренный глаз нашего гида, и тут мы услышали погоню. Как колдуны догадались, что мы в зале кристаллов? Но мы не строили гипотез – не до них. До цыпок на коже, под фон усиленного сердцебиения мы слышали неумолимую погоню жестоких колдунов. Ее слышал и Мерлин: торжество и самоуверенность вернулись на карликовое личико.

Первой пришла в себя Марго: – Бежим, – приказала она.

«Куда бежать?» – недоумевал я, но послушно бросился за ней.

Добежав почти до конца зала, Маргарита начала водить руками по кристаллу. Она колдовала не над нашим кристаллом, он лежал в мешочке на ее длинной шее, а над кристаллом-антенной в совсем иной мир.

– Входите в круг, – не прерывая магических пассов, приказала хозяйка моего сердца.

Мы подошли ближе к подставке с кристаллом. Пространство, очерченное кругом вокруг кристалла, и особенно он сам вспыхнули фиолетовым светом. Стены зала заколебались, и я почувствовал, что сейчас перейдем в другое пространство, уже сказывался кое-какой опыт.

Дверь зала распахнулась перед толпой рассвирепевших магов. Они еще колебались пару секунд в неустойчивом пространстве и, наконец, исчезли. Вообще-то исчезли мы, но казалось, что растаяли преследователи.

«Слава Богу! Слава Богу!» – сама собой составлялась простая, но искренняя хвала Всевышнему.

Вокруг нас, из зыбкого ничто, формировалось новое пространство.

– Мы на Земле? – сам не веря в такую удачу, спросил Маргариту.

Она посмотрела, как на недоразвитого:

– Конечно, нет! Кристаллы связи с мирами не дублируются, а кристалл настройки на Землю у меня, – она хлопнула по мешочку на груди.

– Так в чем же дело? – опять спросил Марго. – Поехали домой.

– Тогда кристалл останется здесь, он всегда остается на месте старта, – занялась ликбезом наша начальница.

«Как быстро она ухватилась за вожжи? Когда отправлялись в Темный Мир, прекрасная ведьма разыгрывала наивную девчонку. Интересно, сейчас она уверена в чарах надо мной или уже вообще не принимает меня в расчет?»

У любого нормального человека подобные рассуждения давно бы рассеяли любую магию, но я только раскладывал новые мысли по полочкам памяти, а сам еще усерднее лез в «пасть удава». После того, как она неоднократно отметила никчемность своего спасителя, вообще не стоило надеяться на ответное чувство, но на то, и заворожена лягушка, дабы лезть ужином к прекрасной змеюке.

«Но все же, как инфантильному, но объясняет, – не затухали угольки безнадежных прожектов. – А могла бы попросту попросить заткнуться или накрутить, как Мерлину, уши. Нет, нет, еще не все потеряно. Еще есть шанс увидеть адресованную одному мне улыбку и, даже, сорвать чувственный поцелуй».

– Антон, а ты чего размечтался? – опять услышал пренебрежение Марго. – Поторапливайся, а то скоро попадешь к охотникам до твоего сердца.

«Да, – вспомнил я. – Они видели, каким кристаллом воспользовались и знают куда гнаться… Эх, почему только не ты, Марго, охочая до моего сердца? Тебе бы его отдал, но не им. Хочешь – режь, хочешь – ешь, моя милая. Но не пренебрегай, не брезгуй».

Я шел за братом ведьмы, месил непривычную сине-зеленую грязь и размышлял над своим падением.

«Впрочем, – родил еще одно оправдание. – Для алкаша это, возможно, скачок вверх?»

– Они уже здесь, – прервала ковыряние в себе наша командирша.

В полукилометре за нами, там, где мы высадились на планету, светился фиолетовый столб.

Маргарита достала коробочку с чем-то похожим на маковые семена. Она бросила легкие крупинки вверх, и ветер понес их по болоту.

– Теперь быстрее вперед, пока не проросли колючки, – крикнула ведьма и побежала по чавкающей топи.

И тут началась, как и положено, сказка: маковые зернышки мигом пустили всходы, и они зеленели, тянулись из синеватой грязи вверх.

– Быстрее, – повторила Марго. – Пока не затвердели. Зелень действительно теряла мягкость травки и едва гнулась под твердыми подошвами, а одна травинка гвоздем пробила ногу вместе с ботинком.

– Ой, ой, ой, – отреагировали рефлексы, и я поскакал на одной ноге среди еще редких гвоздей-травинок.

Хорошо еще, что посадки Маргариты скоро прошли. За нашими спинами тянулась буйная непроходимая поросль.

– Твои помощники поскачут и поплачут, пока выйдут на чистую землю, – усмехнулся Павел Мерлину. – Небось, рассчитывал, что наша песенка спета?

Мерлин только хлопал ресницами и пыхтел.

– Пусть отдохнет, – решила Марго, срывая пластырь с колдуна. – Пока преследователи далеко, его причитания нам не помешают.

Мерлин заискивающе кивал, улыбался и молчал. Все же память в накрученных ушах приучила, к сдержанности.

Болото кончилось, мы вышли на непривычные цвета фиолетовых лугов. Иной мир – чужие окраски и, наверняка, не только окраски.

Все смертельно устали, но Маргарита подгоняла, да мы и сами понимали, надо уйти подальше, сбить со следа погоню, пока подчиненные человеко-червяги разбираются с колючками.

– А если опять воспользуемся Коррактором? – неожиданно озарило меня. – Опять наворожу ступу, и полетим от колдунов подальше.

– Ничего не получится, – усмехнулась Марго. – Коррактор имеет колдовскую силу только в Темном Мире, а в других мирах книгой можно воспользоваться только для перелета в Темный Мир.

– Хитро придумано, – оценил книгу Мерлина. – С ней не убежишь, а только сможешь прыгнуть на обеденный стол Кощея.

Ноги несли подальше от преследователей, а неспокойная голова опять додумалась: «А как же мы вернемся на Землю?»

Я недолго хранил открытие и сразу выпалил:

– Как же мы тогда вернемся?!

– Можем хоть сейчас улететь на Землю, но тогда кристалл останется здесь, – Марго покровительственно похлопала по плечу. – Не затем я рисковала попасть в тарелку правителя Темного Мира, чтобы сейчас испугаться никчемных колдунов.

Касательно никчемности противника я имел иное мнение, даже «стоп-сигналы» уши Мерлина не добавляли оптимизма. Конечно, можно накрутить уши колдуна-неудачника, можно отстегать задницу, словно нашкодившему мальчишке, но пока мы скрываемся от погони из страны Кощея, а не наоборот.

– Ты хочешь сказать, что мы будем храбро бегать от преследователей, презрительно плевать за спину и бежать, бежать… пока не попадем в их слабосильные лапы?

– Не иронизируй, – перебила Марго. – Конечно же, мы не просто бежим, мы бежим на Землю… В этом мире встречается один вид изумруда, он, вместе с антенной-кристаллом, откроет дорогу на нашу планету.

– И кристалл останется с нами?

– Да.

– Значит, мы не случайно прыгнули в этот мир?

– Совсем не случайно. Побег идет по схеме, разработанной еще на Земле. Если задумка удастся, если унесем кристалл связи с собой, то родина станет недоступной Темному Миру на много веков.

– А что им мешает установить в зале связи с планетами новый кристалл?

– Все не так просто, Антон, – Марго взъерошила волосы, как глупому малышу. – Что бы вырастить кристалл связи с планетой, необходим кварцевый кристаллик с этой планеты. Запасных у них нет, ведь еще никто и никогда не крал и даже не пытался похитить кристалл связи из Темного Мира.

– Но откуда у них появился зал кристаллов? Как удалось добыть кварц с далеких планет?

– Для этого колдуны потеряли тысячелетия. Они использовали опасные пути звездных дорог на космических кораблях.

– Что значит время? – не сдавался я. – Пусть, спустя несколько веков, они добудут образец хрусталя, вырастят кристалл и откроют вновь быструю дорогу на Землю… Такой вариант возможен?

– Конечно.

– Но если они смогут путешествовать и во времени, то какой смысл похищать именно этот кристалл, ведь новый его с успехом заменит?

– Заменит, но не совсем, – парировала наша командирша. – Можно скакать в любое время, но не глубже года окончания роста кристалла. Поэтому, если мы унесем нашу добычу, то на нашей родине останется только черная память о Кощее и других пакостях черных колдунов. Кощеево царство останется лишь в детских сказках. Мы на века оградим Землю от Темного Мира.

– Наш кристалл древний?

– О, с ним можно нырять во времена первых фараонов и, даже, значительно глубже.

Только теперь я начал представлять хоть что-то.

– Выходит, я нашел тебя благодаря нашему куску хрусталя. Значит, без него, никакой волшебный порошок не помог бы перелететь в иное место и время?

– Да, – подтвердила Марго. – Порошок, без кристалла, слабое средство для путешествий.

– И если мы вернемся на Землю, то разбежимся по своим векам, – продолжал настырно доискиваться истины. – Ты разрушишь кристалл, и мы никогда не сможем прорваться сквозь стену времени, никогда не встретимся?

– А тебе очень хочется быть со мной? – как-то кокетливо и одновременно по-садистски жестоко уколола насмешкой.

В тот момент я и сам не знал, чего больше хочу. Возможно, убежать, исчезнуть и никогда не видеть, безнадежно позабыть свою неудачную слепую любовь.

– Чего же ты молчишь? – Марго расхохоталась, – Неужели разлюбил? – она выдержала паузу и добавила: – Мне как раз понадобится секретарь… такой как ты, безответно влюбленный.

Смех Марго, изумительно чистый и звонкий, словно тысячи серебряных колокольчиков, нежно теребил душу. Вроде бы насмехалась, издевалась, но была уверена в прочности «крючка», впившегося во влюбленное сердце. И не зря.

В конце концов, Марго достала до самого донышка терпения, и я нечестно воспользовался порошком. Но ведь и она у костра инквизиции околдовала бездонными глазами-колодцами. Давно бултыхнулся в них без надежды вынырнуть, так пусть и она испытает подобное.

В избытке чувств не скупясь, отсыпал половину порошка и истратил на заветное желание. Марго сразу улыбнулась, пропали издевка и покровительство. Она как бы подобрела.

«Подействовало или прикидывается?» – мелькнуло сомнение и утонуло в подсознании.

– Хватит болтать, – приказала Марго, но в ее голосе остался только командир и исчез деспот. – Мы оторвались от погони, но она не дремлет.

– Куда идем? – уточнил Павел.

– На север, в столицу местного царства, – пыталась обрисовать ситуацию предводительница. – Изумруды на этой планете тоже не валяются под ногами… Мы попытаемся выкрасть камешек из сокровищницы царя.

Я про себя отметил, что воровать плохо, но также молча оправдался, мол, царь не обеднеет, а спасение планеты перевешивает наш грех.

Не знаю, о чем думали остальные, но ни Павел, ни сама Марго не критиковали моральную сторону нашего предприятия. Мы больше не трепали языком попусту, а только шли, шли, шли…

К вечеру добрались до леса. Мы пробирались сквозь густой, но мягкий подлесок, а высоко над головой смыкались кронами в сплошной темно-синеватый ковер необычные деревья-исполины. За густой щит листьев почти не просвечивало вечернее светило странной планеты. Все меня в ней удивляло: болото, лес, розоватый ручеек, птицы в разноцветную крапинку пели, словно скребли по жести напильником…

Мы так намаялись, что без дозорных повалились на сине-фиолетовую траву и отлично вплетали земной храп и сопение в музыку, птиц-напильников. Только Мерлина заткнули пробкой в кувшине.

«Погоня устала не меньше нашего, – оправдывались в беспечности остатки растворяющегося во сне сознания. – Найти в таком лесу и днем попробуй, а тут ночью…»

Еще успел услышать собственный храп и окончательно провалился в сон.

Утро разбудило оглушительным скрежетом летучих напильников. Тут уж было не до сна. Есть нечего, и мы, под урчание желудков и проклятия голодного Мерлина шли дальше, к укрывшейся за густыми лесами столице далекого от родины царства.

«За тридевять земель…» – мелькнула ассоциация с детскими сказками и растворилась в бесконечной монотонности шагов.

Весь день топали по лесу, окрасили одежду в сине-сиреневый цвет сока местного растительного мира, даже кожа немного посинела, но старания оказались не напрасными – добрались до опушки дремучего леса. Дальше начались поля, возделанные хозяевами планеты.

Среди полей стояли деревеньки землеробов. В первой попавшейся, почти копии наших сел, мы решили заночевать.

Когда подошли к сиреневому срубу на околице поселения, то не придумали ничего лучшего, чем постучать по вселенским законам в дверь.

Изнутри что-то ответили. Я использовал щепотку порошка, и мы поняли: входите. Волшебное средство заменяло переводчика безотказно.

Местные жители внешне почти не отличались от нас, но их кожа и волосы, как вся местная природа, отражали преимущественно цвета сине-фиолетового спектра. Только ни мы, ни хозяева ветхого домика не мучились расизмом и очень быстро подружились.

Гостеприимные хозяева поставили на стол фиолетовое вино и закуски, а мы платили за угощения сказочными рассказами о бегстве из Кощеева царства.

О сердцееде знали и здесь и искренне сочувствовали нашим неудачам, радовались успехам. А когда, в доказательство волшебных баек, выволокли из кувшина Мерлина, то крестьянский сынок, лет семи по нашим меркам, не сдержал возмущения к злому волшебнику и накрутил ему уши. Так что, после стараний Марго и мальчишки, два лопуха по краям пакостной головки приобрели цвета местной флоры и фауны.

До поздней ночи вели беседы. Мы много узнали о местном царе, природе и сине-фиолетовом народе. Я вспоминал наших крестьян и не замечал большой разницы.

«Бесконечно далекие миры, а как схожи люди? Только разные светила окрасили по-разному кожу, но не души!»

Приблизительно под такие выводы утонул в фиолетовом сне. А утро снова началось оглушающим скрежетом домашней птицы. Кого не могла принять душа на планете, так это пернатых. Их песенки пробирали до печенок. Птичий концерт отбил охоту нежиться, и мы, слегка перекусив, покинули деревню под утренние песни крылатых напильников.

Уже днем пыльная дорога привела нас в маленький городок на берегу розовой реки.

Здесь мы уговорили капитана баржи, груженной зерном и лесом, взять нас на борт. Наконец ноги перестали гудеть от непрерывной ходьбы, а мы отрабатывали путешествие тем, что изредка подталкивали деревянное судно к фарватеру. Так, почти без труда и забот, сама река несла в столицу царства.

С каждой милей нарастало влияние цивилизации: островки леса встречались все реже и меньших размеров, ухоженные поля и поселки уходили за горизонт, все чаще миновали портовые городки. На третий день река внесла баржу в шумный и огромный город Караган, столицу царства.

Маргарита беспокоилась о погоне, и мы прямо с пристани отправились во дворец Атоши шестого, последнего царя династии Атошей.

Пришлось щедро жечь пыль мечтаний, пока ублажили всех придворных, но в итоге мы вошли в огромный тронный зал.

– Волшебники Земли, – объявил министр церемоний.

– Подойдите, приказал грузный старик с высокого трона, – Никогда не слышал о вашем царстве. Оно далеко?

– Так далеко, что и не рассказать, – ответила за всех Марго.

– Если ваша родина столь необычно далека, то и фокусы должны оказаться занимательными… Показывайте.