- -
- 100%
- +
Редактор Александр Иванович Калмыков
Иллюстратор Александр Иванович Калмыков
© Александр Иванович Калмыков, 2018
© Александр Иванович Калмыков, иллюстрации, 2018
ISBN 978-5-4483-7838-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Юный авиаконструктор
Посёлок Октябрьский по своим размерам совсем небольшой. В его западной части на окраине находился маленький полевой аэродром. На него садились лёгкие пассажирские самолёты, прилетавшие в посёлок из Самарканда. Преимущественно это были самолёты Ан-2 и Як-12.
Александр со своими друзьями часто бывал на этом аэродроме. В основном аэродром пустовал, и мальчишки на его поле играли в футбол. Собственно это лётное поле и аэродромом нельзя было назвать. Это было просто большое поле, на краю которого стоял высокий шест. На этом шесте висел, иногда развеваясь на ветру, непонятный для мальчишек полосатый мешок. Позже они узнали, что его почему-то называют «колбасой» и нужен он для лётчиков, которые по нему определяют направление и силу ветра.
Самолёт, летевший из Самарканда, виден издалека. Подлетая к посёлку, он хорошо был виден в голубом небе над серым горным рельефом.
Завидев приближающийся к аэродрому самолёт, мальчишки прекращали все свои игры на лётном поле и бежали к месту посадки самолёта. По «колбасе» они умели определять, с какой стороны будет заходить на посадку этот самолёт. Не приближаясь слишком близко к вероятной точке его приземления, Александр вместе с приятелями старался, тем не менее, быть как можно ближе к этому летающему чуду. Мальчики с восторгом наблюдали, как снижается, а затем приземляется самолёт. Приближаясь к месту, где находились ребята, самолёт снижался всё ниже и ниже. Вот он поравнялся с ними. А мальчишки в это время находятся от пролетающего самолёта в нескольких десятках метров. Он ещё в воздухе. Он летит. Александру он кажется таким лёгким и красивым, прекраснее чего нет ничего на свете.
Увидев в кабине маленькие фигурки лётчиков, управляющих самолётом, мальчики уже не сдерживали своих чувств восторга и начинали прыгать и орать во всю глотку.
– Ура-а-а-а-а!
После приземления самолёт заруливал на стоянку в отдалении от мальчишек. Они же в это время, стремительно сорвавшись с места, со всех ног наперегонки мчались к нему. Бежать приходилось длинную дистанцию, поэтому, когда они подбегали к самолёту, он стоял на своей стоянке совсем неподвижно. Из самолёта выбирались пассажиры. Александр им очень завидовал. Они только что летели в голубом небе над горами. Они были высоко над землёй и видели её сверху.
– Как там? – думал Александр, глядя в небо.
Каждый раз, подходя к самолёту, он долго не мог отойти от него. Саша любовался самолётом. В самолёте ему нравилось буквально всё. От самолёта исходил приятный запах авиационного бензина и масла. Слышалось тонкое гудение чего-то в кабине и потрескивание в моторе. В безмолвной тишине эти звуки казались ему музыкой. Запахи полевых трав, смешанные с запахом авиационного бензина проникали в самое сердце, навсегда оставаясь в нём, и всё больше заполняя его необъяснимым чувством какого-то далёкого счастья.
Лётчики, понимая ребячье состояние, не прогоняли их от самолёта и с лётного поля. Напротив, они позволяли им потрогать самолёт.
Однажды после такого позволения, не чувствуя под собой ног, Александр подошёл к крылу самолёта. Поверхность крыла была гладкая и отливала блеском зелёной краски. Он провёл рукой по поверхности крыла. Крыло Александру показалось подозрительно мягким. Он обеими руками схватился за острый хвостик крыла, не обращая внимания на надпись «Не браться!» сделанную именно в том месте, где он вцепился в крыло. Надавив пальцами на поверхность крыла, Саша почувствовал её мягкую упругость.
Стояла ранняя осень. Воздух был ещё по-летнему знойным. Солнце палило нещадно, но Александр стоял в тени. Его закрывало от солнца верхнее крыло самолёта.
Щупая крыло, он понял, что оно не такое, каким он его себе представлял. Крыло было пустым, а то, что он щупал, оказалось тонкой крашеной тканью. Это было для Александра открытием. Раньше он думал, что крыло сплошное, как у петуха, только больше. Сейчас же он видел, что оно совсем не такое.
– Тряпочное крыло! – подумал изумлённо Александр.
Стоя рядом с самолётом, и, вдыхая его запахи, он не мог оторвать руки от кромки крыла. Это первое прикосновение к самолёту вызывало в нём чувство восторга и навсегда вошло в его память.
Его приятелям быстро надоело смотреть на самолёт, и они стали звать Александра домой.
Саше очень не хотелось уходить от самолёта. Самолёт притягивал к себе силой растущего в Александре любопытства.
Вернувшись, домой, он сразу сел рисовать. Отныне Александр рисовал только самолёты.
Увидев увлечение сына самолётами, родители стали покупать для него книги об авиации и наборы простейших моделей планеров и самолётов.
Эти подарки были редкими, но приносили Александру радость творчества и познания.
Учёба в школе шла своим чередом. Домашняя предварительная подготовка к школе сразу вывела Александра в отличники. Домашние задания он делал быстро, получая за них пятёрки на уроках. Учёба не тяготила Александра, потому что она давалась ему легко, даже слишком легко. Ему нравилось ходить в школу и получать там пятёрки. Других оценок в у Александра не было. Отсутствие проблем в учёбе позволяло ему иметь уйму свободного времени. Он не искал себе специальных занятий. Александра тянуло на аэродром к самолётам. Аэродром был недалеко и, поэтому, когда слышался знакомый рокот авиационного мотора, он старался попасть туда, чтобы ещё и ещё пощупать самолёт, погладить его упругую обшивку.
После занятий в школе Александр был предоставлен самому себе. Мать с отцом, находясь на работе, были уверены в своём сыне, в том, что он ничего плохого не совершит в их отсутствии. Они доверяли сыну, видя, что он дисциплинирован и педантичен во всех делах.
Все задания и поручения родителей Александр выполнял безупречно и пунктуально. Его обязательность и пунктуальность вызывали у родителей полное доверие к его самостоятельности.
Пока стояли тёплые осенние дни, Александр почти ежедневно с друзьями бегал на аэродром. Он пытался разобраться, как и из чего сделан самолёт, потому что сам захотел построить самолёт. Для него конструкция самолёта оставалась загадкой. Он видел только внешний облик крылатой машины. Заглянуть внутрь никак не удавалось. Александр, почему-то, стеснялся попросить разрешения у пилотов на экскурсию по самолёту.
Глядя на обшивку фюзеляжа самолёта, он видел множество заклёпок. Заклёпки он воспринимал, как гвозди, но назначение их и смысл понял сразу. Ему казалось, что самолёт собран из громадного количества металлических пластинок, соединённых между собой этими гвоздями. О том, как сделаны крылья, Александр не думал. Он видел их внешние формы, и ему этого было достаточно. Ему казалось, что сделать самолёт совсем не трудно. Нужно только найти подходящие кусочки тонкой жести. Но, где их найти?
Выбор пал на консервные банки, которые можно найти на мусорной свалке.
– Нужно только собрать много пустых консервных банок! – думал Александр. – Вырезать из этих банок крышки и соединить их между собой обычными железными гвоздями.
Сделав такой вывод, он горячо взялся за дело. После уроков Александр перестал бегать на аэродром. У него появилась цель. Он хотел построить сооружение похожее на фюзеляж самолёта. Он мечтал о том, чтобы это сооружение стояло во дворе, и он с друзьями мог бы играть в лётчиков.
Желание Александра переросло в действие. Определив материальную потребность для строительства будущего сооружения, он начал собирать со всех мусорных ящиков посёлка пустые консервные банки и тащить их домой. Это материально-техническое снабжение предстоящего предприятия было пресечено матерью сразу же после обнаружения найденных и принесённых домой «ценностей» под кроватью в комнате. Всё, что Александр насобирал, и накопил, за несколько дней, было в один момент вынесено обратно в прежние мусорные места.
Александр с сожалением понял, что допустил ошибку в месте выбора склада своего строительного материала.
С матерью долго объясняться не пришлось. Она поняла всё сразу и поддержала желание сына построить самолёт. Но объяснила ему, что он сейчас не сможет этого сделать, потому что для этого нужно сначала научиться строить маленькие самолёты.
Однако, мать не убедила Александра. Он по-прежнему остался в полной уверенности, что построить самолёт, к тому же, не летающий, дело пустяковое. Для этого нужно много консервных банок, помощь друзей и собственное желание. А желание у него было. Это желание навсегда осталось в его душе и переросло в мечту.
Последовав совету матери, Александр решил для начала построить маленький самолётик. С чего начинать и, как его сделать, он не знал, но был уверен, что самолётик у него получится хороший. Подумав, из чего можно сделать самолётик, он решил, что для этих целей лучше всего подходят доски, которые лежали в курятнике. Не откладывая этого дела в долгий ящик, Александр, вооружившись ножовкой и большим кухонным ножом, пошёл в курятник.
Выбрав там деревянную рейку, он отпилил от неё небольшой кусок. Что нужно было делать дальше, он не знал. Опять нужно было что-то придумать.
Друзья звали Александра на улицу играть, но ему стало не до игр. Он был увлечён творческим созиданием. Представляя себе будущий самолётик, он мысленно начертил его контуры на дощечке. Взял нож и попытался строгать дощечку, придерживаясь мысленного контура будущего самолётика. После нескольких срезов все мысленные контуры самолётика развеялись, и Александр не мог из-за этого строгать дощечку дальше. Здесь ему стало ясно, что на дощечке нужно сделать какие-нибудь отметки, чтобы было видно, где её строгать.
Последовательно рассуждая, он пришёл к выводу, что на дощечке ему нужно нарисовать этот маленький самолётик, и только потом выстругивать его из дощечки. Нарисовать нужный контур самолётика для Александра не составило труда. Это он и сделал. Дальше работа пошла быстрее. Строгать ножом пришлось долго, чтобы обозначились контуры будущей модели. Александр устал. Пот ручьями лил по лицу, заливая глаза. Он впервые выполнял, такую трудную для себя, работу.
Через некоторое время на ладони правой руки от ручки ножа появилась большая водяная мозоль. Работа захватила Александра. Уже вырисовывались грубые формы будущего фюзеляжа. Мозоль на ладони лопнула. Было больно держать нож в руке и строгать деревяшку. Александр терпел, но продолжал начатое дело. Наконец, контуры фюзеляжа были выструганы. Собственно, то, что выстругал Александр, ещё нельзя было назвать фюзеляжем модели самолётика, но отдалённо было видно, что это будущий фюзеляж. Как сделать его лучше, Александр не знал.
Лопнувшая мозоль болела нестерпимо. Александр, отдыхая от своей работы, взглянул на мозоль. Ему стало страшно. Ему показалось, что он увидел собственное мясо. Мозоль кровоточила, окрашивая поверхность ранки красным цветом. Не зная, что делать дальше и, терпя боль в ладони, он решил попросить помощи у отца. Отец в это время был на работе. Александру больше ничего не оставалось, как убрать за собой струганные щепки и пойти домой дожидаться его прихода. День близился к концу.
Сидя в комнате, Александр, вспомнил своего брата Виктора, который в это время был далеко от дома и учился в другом городе в речном училище. Александру очень не хватало его помощи. Он скучал по брату и сожалел, что его сейчас не было рядом.
Рабочий день закончился. В окно Александр увидел, что по дороге идут люди. Это были рабочие и служащие с хлопкоочистительного завода, который находился в пяти минутах ходьбы от дома. На этом заводе бухгалтером работала и Евдокия Ефремовна, мать Александра.
А вот и она! Дверь в комнату открылась и вошла мать. Она выглядела немного уставшей, но была очень красивой. Александр любил свою маму. Ему захотелось рассказать ей о своей проделанной работе. Он подбежал к ней. Обнял её и поцеловал. Мать поцеловала сына в макушку стриженой головы и вопросительным взглядом посмотрела ему в глаза.
Александр, торопливо, боясь, что-нибудь пропустить, начал рассказывать ей о событиях прошедшего дня. Мать, улыбаясь, слушала сына. Когда его рассказ дошёл до мозоли, она осторожно взяла руку сына, чтобы посмотреть на мозоль. Александру стало стыдно. Руки у него были грязными. Замечтавшись, он забыл их вымыть.
Мать, всплеснув руками, отправила сына мыть руки.
Взяв мыло, Александр попытался их вымыть. Ему стало больно. Нестерпимо защипала мозоль, когда он смочил ладони водой и начал шевелить пальцами правой руки. Упрямо сжав губы, и с трудом перенося боль, Александр вымыл руки и осторожно вытер их о полотенце, стараясь не прикасаться к мозоли.
Отец пришёл домой позже. Внимательно выслушав рассказ сына о проделанной работе и о возникших трудностях, он пообещал помочь ему.
Александру хотелось, чтобы помощь была немедленной. Фюзеляж модели самолётика был уже почти готов. Нужно было только выровнять неровности на его поверхности, да загладить зарубки от ножа, которые он нерасчётливо нанёс на дощечке. Александру это представлялось делом простым. Он был уверен, что отец это сделает в один миг. Он рассчитывал на его силу и опыт. Но отец не стал спешить.
– Ты свою работу должен завершить сам! – сказал Иван Андреевич. – Я только помогу
тебе.
Александр глянул на свою мозоль. Она хоть и побаливала, но уже не казалась ему страшной.
– Вот и у тебя, Шурик, появились трудовые мозоли! – улыбнулся отец, взглянув на
мозоль сына. – И это только начало. Много их будет в твоей жизни, и болеть они будут сильнее. Но эти мозоли сделают тебя трудолюбивым и умным. Мозоли всем идут на пользу. И мне нравится, что мозоли уже появились и у тебя. Я хочу, чтобы ты стал хорошим человеком и настоящим мужиком!
– Когда мы будем заканчивать мою работу? – спросил Александр, поняв, что отец не
будет остругивать фюзеляж его модельки.
– Пусть заживёт мозоль на твоей руке, – ответил отец. – Она будет мешать тебе
работать.
Александр не был согласен с отцом. Хотелось быстрее завершить работу и увидеть
самолёт, построенный своими руками. Однако ждать пришлось до ближайшего воскресенья. В воскресный день Иван Андреевич сам позвал Александра завершить начатую работу.
В курятнике он взял с полки небольшие железные полоски с деревянными ручками.
– Твой самолёт нужно обрабатывать теперь этим инструментом, – сказал Александру
отец.
Александр потрогал эти железные полоски, которые отец назвал инструментом. Они были шершавыми. На поверхностях каждой полоски выступали небольшие, но острые зубчики. На одном из инструментов зубчики были крупнее, чем у других.
– Это напильники, – сказал отец. – Они помогут тебе выровнять поверхности твоей
заготовки. Тот напильник, где зубчики очень крупные, называется рашпиль. Он сейчас нам нужнее всего. Рашпилем ты сможешь основательно подровнять поверхность на дощечке, а потом напильниками её подшлифуешь до нужной тебе гладкости. После этого ещё немного поскоблишь стёклышком, и фюзеляж твой будет готов.
Показав Александру, как нужно обращаться с инструментом и пользоваться им, отец ушёл заниматься своими делами.
Александр остался один, но он уже знал, что нужно делать дальше.
Через некоторое время фюзеляж его модели был готов. Фюзеляж самолётика был таким, каким его хотел видеть Александр.
Дело осталось за малым. Нужно было сделать крылья и прикрепить их к фюзеляжу.
Осмотрев курятник, Александр обнаружил деревянный ящик. Он отодрал от него тонкую струганную дощечку и опилил её концы со всех сторон, а затем обточил рашпилем.
Осмотрев заготовку, Александр был доволен. Крыло получилось крепким и массивным. Под стать фюзеляжу.
Прибив крыло гвоздями к нижней части фюзеляжа, Александр завершил строительство первого в своей жизни самолёта. Работа была завершена, но ему казалось, что сделал он её не очень хорошо. Глядя на своё создание, Александр видел, что его самолёт не очень похож на тот самолёт, который прилетал к ним в посёлок. Тот самолёт был красивее. Он был большой и настоящий. А самое главное – он летал. Его же самолётик лишь отдалённо был похож на настоящий самолёт и уже не казался красивым. Александр увидел его недостатки. Но дело было сделано. Переделывать сделанную модель ему не хотелось.
– Сделаю новую модель! – решил Александр.
Он взял свой самолётик в правую руку и пошёл с ним к друзьям, игравшим во дворе.
Сделанный самолётик стал первой игрушкой, с помощью которой они воображали себя лётчиками, летящими высоко в небе. На какое-то время этот самолётик отодвинул у мальчишек на второй план игрушки автомобилей и пистолетов. Они, держа над головой самолётик, и, бегая с ним по двору, по очереди играли в лётчика.
Александр получил удовольствие от результатов своего творчества. Оно оказалось полезным и для его друзей.
Эксплуатация самолётика была весьма интенсивной и, несмотря на повышенную прочность его конструкции, он, всё-таки, поломался. Поломался не весь. Сломались крылья.
Играя в лётчиков, Александр вместе с друзьями бегал по двору, держа самолёт в руке. Мальчики представляли себя сидящими в этом самолёте. Они смотрели на землю, которая проносилась под крыльями самолёта, словно из пилотской кабины. Бегая по двору во время таких полётов, они не замечали препятствий под ногами, и, случалось, падали. Падения отразились и на них, и на самолётике. Они получили синяки, а самолёт повышенные нагрузки. Конечно, самолётик был не верхом совершенства. Простая струганная деревяшка с убогим намёком на фюзеляж, да рейка, прибитая поперёк этой деревяшки, напоминающая крыло лишь своим предназначением. Но и этого для мальчишек было достаточно. Для них это был самолёт.
После поломки мальчишки ремонтировать самолёт не стали.
Александр не был доволен своей первой конструкцией и решил сделать другой самолёт, но лучше первого. Ему хотелось, чтобы он обязательно летал.
Все последующие попытки сделать новую модель самолёта, да к тому же летающую, были безуспешными. Самолёты получались похожими на первый, а это Александра не устраивало. Ему хотелось сделать самолёт красивым, изящным, стремительным. Таким, какие он видел на картинках в журналах. Но ничего не получалось. Все свои работы Александр выполнял, в основном, большим кухонным ножом. Вскоре он уже в совершенстве овладел этим инструментом и мог вырезать из дерева довольно сложные для его возраста фигуры.
Прошло много лет. Александр воплотил свою мечту в жизнь. Он стал настоящим авиаконструктором и принял участие в создании многих самолётов своей страны.
Здравствуй, небо!
Сбылась мечта Александра. Завтра утром он полетит на самолёте! Сколько раз мысленно он уже летал на самолёте! Сколько раз представлял себя в кабине самолёта! И вот, наконец, завтра он поднимется в воздух!
Он с нетерпением и волнением начал ждать этого мгновения. Чтобы быстрее пришло утро, он вечером после ужина пораньше лёг спать. Утром чуть свет Александр проснулся. В его душе вновь появилось ощущение путешествия и дороги. Боясь опоздать на самолёт, он осторожно разбудил мать.
– Ещё рано, сынок! – сказала Евдокия Ефремовна, посмотрев на часы. – Поспи ещё немного. Не бойся, мы не проспим. Я завела будильник. Он нас разбудит в нужное время. Тётя Лёля поедет нас провожать. Ложись на диван и поспи ещё.
Александр снова прилёг, но ему лежать совсем не хотелось. Хотелось что-то делать и готовиться к дороге. Но делать было нечего. Чемоданы и дорожные сумки были приготовлены с вечера и стояли наготове.
Полежав пять минут, он решительно встал и начал умываться из умывальника, гремя его клапаном. От этого шума проснулись все. И сразу началось движение.
Прошло совсем немного времени и вот, наконец, Александр в аэропорту Самарканда.
Автобус остановился у высокого здания с большими окнами. В нём находился зал ожидания. С лётного поля веял прохладный ветерок. Вдали виднелись горные хребты, в которых затерялся тот перевал, за которым остался его родной посёлок и приятели детства.
Евдокия Ефремовна с детьми и с сестрой остановились и присели в небольшой беседке. Вокруг было много зелени. На клумбах росли и алели бутоны роз и других цветов. Эти цветы своим душистым ароматом заполнили всё вокруг.
Место в беседке было очень удобным для отдыха и обзора окрестности.
Не обращая внимания на суету взрослых, и, позабыв всё на свете, Александр всецело был поглощен аэродромом.
На аэродроме стояло несколько самолётов Ил-14 и штук десять самолётов Ан-2. Саша безошибочно определял марки стоявших самолётов, потому что уже хорошо знал по картинкам контуры всех отечественных самолётов.
В небольшом отдалении от беседки находилась взлётная полоса, которая напоминала Александру дорогу. Лишь со временем, через годы, он понял, что это и есть дорога. Дорога в небо!
А сейчас он сидел на деревянной скамейке и смотрел на лётное поле. По размерам оно было похоже на лётное поле в покинутом ими посёлке, но выглядело зеленее. На нём было много травы, на фоне которой серебристые и желтые борта самолётов сверкали на солнце, выделяясь на зелёном поле аэродрома. У самолётов ходили люди. Одни из них возились под самолётами, что-то там делая. Другие, откинув капоты двигателей, тоже что-то делали в них.
Александр понимал, что эти люди готовят самолёты к полётам и от этого проникался к ним огромным уважением и большой доброй завистью. Ему хотелось быть рядом с ними и тоже трогать, гладить самолёты своими руками.
На одном из самолётов Ан-2 запустили двигатель.
Этого момента Александр не успел заметить. Он услышал лишь звуки выхлопов двигателя, и увидел сверкающий диск воздушного винта на том самолёте.
Ему показалось, что самолёт сразу покатится, чтобы взлететь в небо, но он ошибся. Он долго ожидал этого момента, но самолёт стоял на месте, урча мотором в разные голоса.
Александр не понимал, почему так сильно работает мотор, а самолёт не двигается.
К звуку мотора этого самолёта прибавился ещё один звук, но более высокий. За ним ещё и ещё. Вот уже несколько самолётов стоит с работающими моторами, выплёвывая голубовато-серые хлопья дыма. Но все эти самолёты стояли на месте.
Александр был разочарован.
От шума моторов в беседке стало шумно. Взрослые поднялись, чтобы пойти в зал ожидания. Там было тише и можно было спокойно поговорить.
От шума стала беспокойно себя вести маленькая сестрёнка Валя. Мать, боясь, что дочь разревётся, заторопилась в зал ожидания.
Александру очень не хотелось уходить. Он дышал аэродромным воздухом и видел самолёты. Ему хорошо было в этой беседке. Однако, мать слушать его не стала и они все вместе с тётей Лёлей направились в здание аэропорта.
Уходя, Александр увидел как из-за самолёта Ан-2, стоявшего дальше всех, вдруг выкатился маленький Як-12. Присмотревшись, Александр увидел ещё несколько таких же самолётов.
Солнце поднялось ещё невысоко и поэтому его лучи не доставали до стоянки самолётов Як-12, стоявших в тени высоких тополей.
Окрашены они были в зелёный цвет и поэтому сливались с травой.
Самолёт, к большому удовольствию Александра, сверкнув в лучах восходящего солнца диском винта, развернулся и резво побежал к взлётно-посадочной полосе.
Трава за ним, низко пригибаясь, игриво колыхалась в воздушном потоке винта.
На взлётной полосе самолёт на секунду замер, а потом, рванувшись вперёд, взмыл ввысь. Взлёт самолёта произошёл очень быстро.
Провожая взглядом улетающий самолёт, Александр в душе хотел, чтобы ещё хоть разок взлетел другой самолёт. Долго ему ждать не пришлось. За первым самолётом в небо поднялся другой, за ним третий. Начался лётный день.
Видя, что Александра не увести в зал ожидания, мать оставила его в беседке, наказав строго-настрого сидеть на месте и никуда не уходить.
А куда ему было идти? Он находился на самом интересном месте и ничего не слышал и не видел кроме самолётов на лётном поле.
Вскоре на перроне к зданию аэропорта подрулил самолёт Ил-14. Это был самолёт, который полетит в Бахкент.
Коротких минут расставания родственников Александр не заметил. Не до этого было. Ему хотелось скорее занять место в самолёте.
Наконец он с матерью и сестрёнкой поднялись по трапу, и подошли к входной двери в самолёт.
– Проходите, пожалуйста! – стюардесса, улыбаясь пассажирам, пригласила их в самолёт.