Гулы. Книга первая: Чёрный рассвет

– Умберто, я хочу, чтобы вскрытие сделали сразу же. Мне нужен полный анализ: точная причина и время смерти; возможные следы, оставленные убийцей на одежде и телах у убитых; анализ «грязи» из-под ногтей; секс-тест…

– Сделаем, – ответил Скала. – Хотя последнее вряд ли даст результаты – все предыдущие были «чистыми».

Гольди кивнул.

Первоначально у них возникла версия о сексуальном мотиве убийств. Но после осмотра десяти человек, трое из которых были женщинами, выяснилось, что ни один из них не был изнасилован – ни до, ни после убийства.

– Комиссар, пока у нас есть время, я хочу вам кое-что показать.

Скала направился к морозильнику, сделав знак Гольди следовать за ним…

Когда мужчины остановились у черной панели с выдвижными ящиками, врач выкатил наружу пару покойников и откинул пластиковые покрывала с их лиц.

– Взгляните сюда!

– Это те, что были задушены вчера утром? – спросил Гольди, разглядывая лица двоих мужчин примерно одного возраста: тридцати – тридцати пяти лет.

– Да. Те, которых нашли в парке.

– Зачем вы мне их показываете?

– Вчера вечером я нашел кое-что интересное. Мы упустили это при предварительном осмотре.

– Что именно?

– Посмотрите, – врач указал на шеи покойников. – Видите следы?

Синюшные пятна под подбородками ясно указывали на причину смерти.

– Их задушили, – утвердительно сказал Гольди.

– Конечно. С этим никто и не спорит. Но знаете, как их задушили? – Скала слегка приподнял подбородки мертвецов. – Вам ни о чем не говорит форма пятен?

Кровоподтеки на шеях убитых выглядели одинаково отвратительно.

– Нет, мне они ничего не говорят… Скажите вы, если знаете. В конце концов, врач – вы.

– Вот этого задушили правой рукой, – сказал Скала, указывая на одного из мужчин, – а вот этого – левой.

– Одной рукой? – уточнил Гольди.

– Да, одного – правой, другого – левой… Но не это самое поразительное. Этих мужчин задушили одновременно – причем, сделал это один человек. Вот так, – Скала выставил перед собой ладони со скрюченными пальцами и свел их вместе. – Одного из них он схватил за горло правой рукой, другого – левой, прижал спинами друг к другу, сжал руки и задушил.

– Из чего вы сделали такой вывод? – спросил Гольди, слегка ошарашенный словами врача.

Тот накрыл покойников и задвинул носилки на прежнее место.

– Вчера вечером я решил поискать следы убийцы на трупах, хотя почему-то был уверен, что ничего не найду. Но я нашел нечто другое. На затылках обоих убитых обнаружились небольшие ссадины. Такое могло бы произойти, если бы эти люди стали спиной друг к другу, а потом кто-то с силой сжал их головы… Ссадины свежие, на одном уровне у обоих.

– И из этого вы сделали вывод, что они были убиты подобным образом?

– Нет, я еще сомневался – трудно поверить, что один человек, пусть даже и сильный, может убить двоих взрослых мужчин таким образом… Но потом я сделал анализ волос на затылках и нашел капельки крови. На голове одного из убитых оказалась кровь другого.

Гольди недоверчиво почесал переносицу.

– И как вы это представляете себе, Умберто? Чтобы убить людей подобным образом, требуется чудовищная сила.

– Но это так, – Скала пожал плечами. – Я уверен, что их убили именно так, как я описал. Шейные позвонки обоих не сломаны, а это могло произойти только в одном случае – если их поставили спиной друг к другу и сжали им горла. Убийца просто передавил им трахеи, сорвал кожу на затылках, но позвонки не сломал…

– Для этого требуется чудовищная сила, – задумчиво повторил Гольди. – Умберто, а не были ли убитые перед смертью в «отключке»?

– Нет, они находились в сознании.

Немного помолчав, словно раздумывая над услышанным, Гольди спросил:

– Вы внесли это в официальный отчет?

– Пока нет.

– Но собираетесь вносить?

– Да, я упомяну о ссадинах на затылках убитых. Но официальные выводы делать вам.

– Но вы понимаете, каковы будут выводы? – недовольно спросил комиссар. – Мы должны будем взять за основу версию того, что неизвестный «Геркулес» разгуливает по Террено и душит здоровенных, тридцатилетних мужчин парами – как котят. Так?

– Это может быть вовсе не «Геркулес», – возразил Скала. – Обычный человек с психическим расстройством. При некоторых видах шизофрении у человека во много раз увеличивается физическая сила.

– Но вы сами-то верите в это, Умберто? – перебил врача Гольди.

Тот отвел глаза в сторону.

– Какая разница: верю я или нет? Это самое простое объяснение. И разумное.

– Значит, шизофреник, бегающий по городу и выбирающий себе в жертву молодых бродяг? – Гольди скептически двинул бровями. – Не верится мне в это, док!

Скала развел руками:

– Я указал вам причину смерти и возможный способ убийства. Выводы – делать вам!

В этот момент в дверях покойницкой показался санитар с носилками, на которых лежало тело человека, убитого два часа назад на складе у пирса.

– В смотровую его! – бросил Скала. – И приготовьте всё к вскрытию…

Санитар молча выкатил носилки в коридор.

– Вы будете ждать результатов вскрытия? – спросил доктор.

– Да.

– Хорошо. Я постараюсь разделаться с ними побыстрее, но все равно раньше, чем через час, не получится.

– Я подожду. Сюда должен подъехать Эстебане, так что мне придется ждать в любом случае.

– Можете пока перекусить, – предложил Скала, выходя вместе с комиссаром из покойницкой. – Конечно, если у вас не пропал аппетит.

Они вышли в маленький коридор, примыкающий к комнате с морозильником. Скала направился в смотровую; Гольди же вышел из морга и, поднявшись по ступеням подвала, оказался на улице.

Несмотря на последние слова доктора, он решил воспользоваться его предложением и направился к маленькому кафетерию, расположенному в тридцати метрах от больницы. Отсюда он мог просматривать стоянку у входа в морг.

Заказав пиццу с сыром, Гольди уселся за маленький столик лицом к больнице. Пицца была горячей, и он разломил ее, давая сыру возможность остыть. Тем временем сам он думал о том, что сообщил ему Скала…

Манъяк-шизофреник, бегающий по Террено и душащий молодых бродяг. Похоже ли это на правду? Убить двоих мужчин одновременно может только очень сильный человек. Но если убийца действительно психически нездоровый тип, то он должен оставлять следы. Шизофреник живет не в одном, а в нескольких мирах. Реальный мир в его голове перемешан с воображаемым – он не может контролировать себя в полной мере, действовать с логикой и спокойствием здорового человека. Но все убийства совершены с дьявольской расчетливостью – следов не оставлено… Итак, с одной стороны – сила шизофреника, с другой – расчетливость преступника-гения. Что это значит?

Примечания