Ростов 2261. Эпоха большого И.

Глава 4. Квартира № 41

В пять часов вечера Аня позвонила подруге.

– Лизок, давай где-нибудь встретимся, кофе попьем.

– Давай. У тебя всё норм?

– Норм. А ты чего спрашиваешь?

– Анют, ты сегодня универ прогуляла. Если я не ошибаюсь, это первый раз за два года. Ты даже с температурой на занятия ходила. Да и потом, вечерние посиделки за чашкой кофе, это ж вроде не твоё. Пересмотрела жизненные ориентиры?

– Очень хочется с тобой поделиться. Больше не с кем. Никто не поверит.

– Окей, договорились. Только, давай в кофейне рядом с «Сардинией». У меня там встреча. Нужно одного парнишу «забайтить». До девяти управимся?

– Это на Ленина 99? – на всякий случай уточнила Аня. – Там где мы были вчера?

– Да. В этом же доме, соседнее помещение. А чего? Я на «Северный» не поеду.

Аня задумалась.

– Чего молчишь?

– Хорошо. Давай в восемь.

– Договорились.

В назначенное время Аня сидела в кофейне. Лиза, как обычно опаздывала. В отличии от псевдопиццерии, «Пить кофе» было традиционной кофейней с классическим интерьером и правильным запахом. Впечатление портило только меню. Помимо кофе и эклеров, здесь было всё от русского борща до тайского «Том Кха». Ну что за мода – супы в кофейне? Они хотят всем угодить или максимально заработать? Внутренне возмутившись несовершенством ресторанного мироустройства, Аня заказала кофе. Подруга пришла через час, почти в девять.

– Ань, не поверишь, в такую пробку попала, – на ходу протараторила Лиза и, бухнувшись в кресло напротив, обратилась к подошедшему официанту, – любезный, мне большой «американо» и два эклерчика!

Подавальщик вкусняшек кивнул и быстро удалился.

– Что ты там хотела рассказать? Представь, мой Артурчик меня «кинул». Наплел про какую-то встречу «по бизнесу». Так что я в твоём полном распоряжении. Сейчас отдышусь и давай, вещай.

– Вчера возле Церкви ко мне подошла цыганка и сообщила, что сегодня, в полнолуние, я могу найти ответы на все мои вопросы здесь, а этом доме, в квартире номер сорок один.

– Здесь? – Лиза показала пальцем на потолок кофейни.

– Да. Причем она каким-то образом знала, что мы встретимся именно здесь.

– Чушь! Цыганка, полнолуние. На дворе двадцать первый век! Развод какой-то. Денег вымогала?

– Не вымогала, я сама ей дала.

– Понятно.

– Она сказала, что там, в этой квартире, будет информация про Последние Времена.

– Наркотики там будут или маньячелло какой-нибудь. Я тебя рассказывала про брата Эвелины?

– Нет!

– Четырнадцать лет, а он уже на каких-то успокоительных «таблах». Эвелина говорит, слышит голоса. Прикинь, я его на днях встретила. Предлагал кофе попить, а у самого ручки дрожат, слюни текут. Жуть! Реальный психопат. Сказала, что выхожу замуж за боксера. А то вдруг замыслил меня убить.

– С чего ему убивать тебя?

– Да мы с Эвой в детстве над ним издевались.

– А зачем вы над ним издевались?

– Детские шалости, ничего серьезного. Он боялся шариков, а мы прикалывались.

– Каких шариков?

– Обычных, воздушных. Только сдутых.

– Почему?

– У него была какая-то «манечка», что шарики могут его засосать. Но я, к этой фобии не причастна, честное слово.

– Какой ужас!

– После того как он, очередной раз, испортил дневник Эвы, мы решили его наказать.

– А сколько было ему?

– Лет шесть.

– А вам?

– По десять.

– Ну и?

– Мы его поставили на стул посреди зала, и вокруг разложили шарики. Спрыгнуть этот деструктор боится, вдруг засосут, а стоять на табуретке тоже не хочет. Мнется, крутится, но на пол не спускается. Мы поржали минут пять. Спрашиваем: «Будешь ещё имущество чужое портить?». Он не задумываясь, отвечает: «Буду!». Тогда Эва, планируя дальнейшую расправу, рассказала, что больше шариков братик боится темноты. Причем если выключить свет, то он «сто пудов» побежит на балкон. «Почему на балкон?» – спрашиваю я. «Неизвестно. Может потому что там светлее и люди?» – отвечает Эвелина. Я решила убедить вредителя, что он поступает плохо и обратилась к нему с обличительной речью. Так мол и так, одумайся, сестру нужно любить, а не книжки её рвать и двойки ей в дневнике пририсовать. Но братишка вместо раскаяния пообещал новые широкомасштабные акции. Тем временем Ева сходила на балкон и, не предупреждая, выключила свет. Дело было зимой, в шесть вечера уже темень. Несмотря на окружение резиновых монстров, братэлла моментально спрыгнул с табуретки и бегом на балкон. Нащупывает рычажок двери, чтобы открыть, а там… Визг был аж соседи прибежали. Думали мы «мелкого» расчленяем. Оказывается, Ева на балконную дверную ручку одела шарик. Маленький хулиган переступил через свою фобию, добежал до спасительного балкона, а тут на ручке засасыватель мальчуганов. Прикинь, в каком он был шоке?

– И что дальше? Сделали ребёнка заикой?

– Ничего подобного. Наследующий день, папик Эвы, измученный обсуждением этой темы, показал сыночку, что шарик можно надуть, а потом уничтожить иголкой. С тех пор Олежа перестал бояться шариков и, как только видел их, сразу искал что-то острое.

– И к чему ты мне это рассказала?

– К тому, что вокруг маньяки и психопаты с младенческого возраста, а ты собираешься неизвестно куда.

– Если бы люди были добрее, то психопатов было бы меньше.

– Не факт! Доктор Ломброзо доказал, что психопатами рождаются, а не становятся!

– С Ломброзо спорить не будем, он знатный мозговед, но вернемся к цыганке и будущему полнолунию. На всякий случай, я решила изучить обстановку.

– Какую обстановку?

– Наверно я не правильно выразилась. Решила изучить какой сегодня день.

– И какой сегодня день? Особенный?

– Еще, какой особенный! Сегодня не просто полнолуние, а «кровавое суперлуние» в момент парада планет. Следующий такой день случится только в две тысячи двести шестьдесят первом году, то есть через двести тридцать восемь лет. В десять вечера все планеты солнечной системы соберутся по одну сторону от Солнца и выстроятся в линию. Плюс, ожидаются сильнейшие протонные удары по магнитосфере. Возмущение магнитного поля Земли будет до G3.

– Опять будет северное сияние?

– Возможно.

– Короче не цыганка, а нобелевский лауреат в области астрофизики.

– Получается так.

– Ты поэтому универ прогуляла?

– Да. Всё это изучала.

Принесли заказ Лизы. Она отхлебнула кофе и, взяв в руки эклер, произнесла:

– И что?

– Я хочу пойти в эту квартиру.

Лиза аккуратно поставила кофейную чашку на блюдечко и вернула эклер на тарелку. Неторопясь, она вытерла руки салфеткой и, после небольшой паузы, произнесла:

– Ань, ты дура? Это сто процентная подстава.

– Лизок, я зайду туда на пару минут, а ты меня подстрахуешь. Если что случится, забьешь тревогу.

– Даже не думай, – моментально отреагировала Лиза и, взяв пироженку и кофе, как скипетр и державу, приняла неприступно-величественную позу.

– Ну, Лизок! Я тебя очень прошу.

– Нет и еще раз нет!

– А если я там сгину? А если там реально наркотики или маньячелло? Моя смерть будет на твоей совести.

– Анют, ты действительно собираешься туда идти? Это не шутки?

– Если честно боюсь, но с другой стороны, такое приключение!? Представь, вдруг там какой-нибудь медиум или ясновидящая? Есть возможность заглянуть в будущее. Узнать про Последние Времена, про Конец Света.

– Ты же Верующая! Какой медиум? Какая ясновидящая? Кто говорил мне, что верование снам, ворожбе и гаданиям – это грех!

– Я!

– А сейчас не грех?

– Грех! – согласилась Аня и, виновато отведя взгляд в сторону, продолжила. – Лизок, с тобой или без тебя, я всё равно пойду. Будут проблемы – справлюсь. Не зря же я восемь лет айкидо занимаюсь.

Лиза впала в раздумье. С одной стороны, не хотелось бросать подругу, но с другой стороны, эта блажь могла неизвестно чем закончиться. Уж очень вся эта история напоминала сюжет низкосортного сериала. Цыганка у Церкви говорит молодой девушке: «Приходи туда и всё узнаешь!». И та идёт. Хотя, если бы это была нищенка или пьяница, что-то изменилось? Ничего! Всё глупо и банально, за исключением одного – Лиза назначила встречу в этой кофейне, не зная, что чудо-квартира находится именно по этому адресу. Совпадение?

Возникла неловкая пауза. После второго эклера Лиза сломалась.

– Хорошо, я с тобой пойду, но у меня два условия.

– Сразу согласна на всё.

– Подожди! Первое, мы в квартиру заходим вместе.

– Отлично.

– И второе, если вдруг какая-то засада, быстро уходим.

– Хорошо.

– Без всяких там: «Давай на секундочку задержимся, давай разберемся!». И так далее и тому подобное. Я тебя знаю.

– Обещаю.

В десять вечера ночное небо полыхнуло. Обещанное северное сияние началось. Посетители кофейни и соседней пиццерии высыпали на улицу. Зрелище неземной люминисценции завораживало. Небо переливалось от красного цвета к темно-бордовому. Через несколько минут образовалась огромная фиолетовая воронка, которая раскрутилась

– Ангелы! Я вижу Ангелов на Небесах!

– Всем нам копец! – безрадостно констатировала Лиза.

– Пора, – заторопилась Аня. – Давай расплатимся и пойдем. Время полнолуния уже скоро.

Обойдя дом, девушки нашли подъезд, в котором была квартира № 41. Удивительно, но чтобы не сработал магнитный замок, кто-то поставил под дверь кирпич.

– А я еще подумала, как мы зайдем в подъезд? Ведь везде домофоны, – тихо произнесла Аня.

– Кто-то всё предусмотрел. Я начинаю не на шутку переживать.

– Лизок, а может просто совпадение? Подростки оставили, чтобы зайти.

– Что-то Анют, слишком много совпадений.

Света в подъезде не было. Чтобы не убиться, включили фонарики на телефонах. Нужная квартира оказалась на четвертом этаже.

– Дверь старая, её не меняли со дня постройки, – подметила внимательная Аня.

– Смотри, – шепотом произнесла Лиза и указала на стену рядом с дверью.

То ли гвоздем, то ли ключом было нацарапано: «Я тут».

Лиза пыталась постучать, но после первого удара дверь тихонько открылась.

– Дома есть кто? – в полголоса спросила Аня.

В ответ тишина.

– Видишь, никого нет. Пошли сияние смотреть. Врываться в чужое жилище это криминал.

– Лиз, я на секундочку.

– Ты же обещала!?

Аня вошла в прихожую, затем в зал. Квартира была пуста. В углу стоял старый шкаф семидесятых годов, на полу разбросаны газеты. Казалось, люди много лет назад покинули это жилище. На одной из пустующих стен висела репродукция Иконы «Путешествующая Божья Матерь». В народе её почему-то называли «Цыганская». Аня подошла ближе и освятила фонариком. Богоматерь была изображена в виде красивой европейской женщины смотрящей вперед, а младенец Спаситель спокойно спал на ее плече.

– Ань! Я ухожу! – возмущенно крикнула Лиза с лестничной клетки.

– Лиз! Подожди! Посмотри что тут на стене!

Не успела Аня договорить, как в спальне что-то вспыхнуло и громыхнуло. В голове возникла резкая боль, которая тут же исчезла. Через мгновение комната озарилась ярким холодным светом, причем источник света почему-то находился за окном. Теперь, в квартире можно было рассмотреть всё до мельчайших подробностей. Взгляд Ани скользнул в другую часть комнаты. В углу стоял рюкзак. По виду он был новый, и к хламу старой квартиры явно не относился.

– Выходите на улицу с понятыми руками и ложитесь на землю. Работает СКЗП, – громко произнесли за окном.

Со стороны лестничной клетки в квартиру вбежал молодой парень. Он заглянул внутрь и тихо произнес

– Ты здесь одна?

– Нет, с Лизой!

– Чего стоишь? Беги!

– С чего это вдруг? – спокойно произнесла Аня. – Мы с подругой шли мимо, постучали в дверь, а она сама открылась. Лиза подтвердит. Лизок! Ты где?

Парень, ничего не отвечая, рванулся из квартиры. Судя по звукам, он вначале побежал на пятый этаж, чтобы уйти через крышу, но обнаружив, что вход на чердак был закрыт, побежал вниз.

Выходя на лестничную клетку, Аня обнаружила, что дверь, в которую они, минуту назад, стучались, куда-то исчезла. Металлических перил тоже не наблюдалось.

– Лизок, ты где? – крикнула она и, не услышав ответа, стала тихонько спускаться.

Остановившись между этажами, Аня взглянула в оконный проём, пытаясь разглядеть, что творится во дворе, но яркий свет слепил и не давал ничего рассмотреть. Хотела позвонить отцу, сообщить, что она влипла, но обнаружила, что сумка, в которой был телефон, куда-то делась. Решив, что ее взяла Лиза двинулась, вниз. Пока спускалась по ступенькам, пыталась осмыслить происходящее: «СКЗП – это Следственный Комитет или что-то новое? В любом случае ничего предосудительного она не сделала. Сейчас разберутся и отпустят!». С улицы опять громко донеслось:

– Выходите на улицу с понятыми руками и ложитесь на землю. Работает СКЗП!

Выйдя из подъезда, Аня опять ничего не увидела. Со всех сторон слепил всё тот же яркий холодный свет. Складывалось впечатление, что полицейские поставили перед подъездом несколько машин с мощными ксеноновыми фарами.

Из облака света выбежало два человека с палками. Остановившись за метр, один из них членораздельно произнес: «Последний раз повторяю! Ложитесь на землю, руки в стороны, работает СКЗП».

Пока Аня собиралась мыслями, один из нападавших легонько ударил её палкой в область бедра, видимо, для того, чтобы она быстрее соображала.

Аня отскочила назад и произнесла:

– Друзья мои, я здесь совершенно случайно! Вы мне можете…

Четвертого предупреждения не последовало. Не слушая, что там хотела сказать Аня, блюстители закона начали её бить. Причем если первый удар был чисто символический, то теперь палки вонзались в тело, причиняя ощутимую боль. Получив удар по голове, Аня не на шутку рассвирепела. Не задумываясь о последствиях, она выхватила у одного из обидчиков палку и быстро, словно на тренировке сбила его с ног, а второго, вначале ударила по рукам, а потом по шлему, причём так сильно, что полицейское древко сломалась. На подмогу выскочил третий охранник закона. На ходу он пытался снять что-то с пояса, но Аня, шагнув на встречу, схватила его руку и, вывернув кисть, применила болевой. Полицейский беспомощно рухнул на землю.

Пытаясь рассмотреть, что там находится за слепящим холодным светом, Аня подняла руку, прикрывая глаза. В ответ на ее жест, который видимо был расценен, как дополнительный акт агрессии раздался хлопок. В мгновение ока ноги онемели, а в голове возник странный, не на что не похожий шум. Потеряв контроль над телом, Аня медленно опустилась на землю. Видя, что девушка больше не оказывает сопротивления, полицейские аккуратно положили возмутительницу спокойствия на носилки и понесли к машине. Последнее, что увидела Аня, это были пальмы. Откуда здесь пальмы? Видимо это сон. Просто сон! Сейчас она проснется и всё будет как прежде!

Глава 5. Анна Сергеевна?

Аня открыла глаза. Большое, хорошо освещенное помещение. Кипенно-белые стены, на полу серый мрамор. Она сидит в небольшом стеклянном «загончике» в углу. На руках мигающие электронные наручники. Где я? ФСБ? СК? Полицейские какие-то странные. Оружия нет, но у каждого на ремне множество непонятных гаджетов. Ухоженные, подтянутые. В этой экипировке, полицмэны были больше похожи на итальянских карабинеров, чем на наших полиционеров. Огромные мониторы на стенах постоянно мигали, и сообщали какую-то информацию. Всё вокруг было странно и красиво, словно в кино.

Рядом с Аней сидел парень, который забегал в ту квартиру. «Сокамерник» был симпатичный, можно даже сказать, красивый. «С такой внешностью ему бы в кино играть, а он, неизвестно чем занимается!» – подумала Аня. Длинные темные волосы, густые черные брови, волевой подбородок. Видя, что его рассматривают, парень оторвал взгляд от своих разноцветных кроссовок и посмотрел на Аню. В комплект к тонкому носу и точеным скулам шли красивые серо-голубые глаза.

Как только Аня открыла рот, чтобы задать вопрос, парень поднес палец к губам, показывая, что разговаривать здесь нельзя.

Через минуту подошел полицейский и, открыв стеклянную дверь, жестом показал, чтобы парень следовал за ним.

Затем очередь дошла до Ани. С неё сняли наручники и пригласили к стеклянному цилиндру, находящемуся в углу помещения.

Аня проигнорировала это приглашение.

– Пройдите, пожалуйста, внутрь идентификатора, станьте в центр и поднимите руки, – спокойно сказал представитель закона.

– Вы можете мне объяснить, что я здесь делаю и почему вы меня задержали? – раздраженно произнесла Аня.

Если не брать в расчет драку с представителями власти, то ничего плохого она не совершала. Ну, ошиблась адресом, ну зашла не в ту дверь. И что? Испугалась, выбежала на улицу, на неё напали. Кто напал, не понимала, потому что была ослеплена светом. В принципе, при хорошем адвокате и денежной компенсации, дело можно было замять. Пугало то, что она не представляла, какая организация ее задержала. Неужели в этой квартире были серьезные правительственные секреты, и она попала в какой-то суперсекретный отдел ФСБ?

– Пройдите внутрь, станьте в центр и поднимите руки. Это стандартная операция по идентификации личности, – спокойно произнес полицейский.

Аня зашла в стеклянную колбу, стала в центр и подняла руки.

Снизу поплыло неоновое кольцо, озарив нежным голубым светом.

«Сканирование завершено. Информация собрана» – произнес определитель личности и буквально через секунду, зазвучал неприятный сигнал. На всех мониторах появилась фотография Ани.

В помещение вбежал высокий мужчина. Судя по всему, это был начальник полицейского подразделения. Он взглянул на Аню, потом на работников. Те растерянно развели руками.

– Это точно? – задыхаясь, спросил он.

– Совпадение девяносто девять и девять десятых, – ответил один из подчиненных.

– А видео?

– Больше миллиона просмотров.

– Сколько «неодобрений»?

– Сто тысяч.

– Зачем вы ударили её по голове?

– Мы действовали по инструкции. Она отказывалась выполнять приказы.

– Быстро сообщите в совет по контролю.

Затем произошло, то чего Аня ожидала меньше всего. Полицейские нежно взяли её под руки, усадили в кресло, а начальник уважительно произнес:

– Анна Сергеевна, как вы там оказались?

Аня не знала, что сказать. Её явно с кем-то путали. Не придумав ничего умного, она произнесла:

– Где я?

– Вы в отделе СКЗП восьмого округа.

– А что такое СКЗП?

– Служба Контроля За Порядком. Вам плохо? Давайте мы вызовем врача?

Аня кивнула.

Через несколько минут появился врач. Он аккуратно положил на запястье Ани какую-то плоскую штуковину и стал смотреть себе на руку. Из маленького прибора, расположенного на груди, на ладонь стали проецироваться показания. Через минуту он сказал:

– Анна Сергеевна, давайте я дам вам успокоительное, и мы вас отвезём домой?

Аня опять кивнула.

Принесли воды. Врач кинул в стакан маленькую желтую таблетку. Водичка зашипела и запахла апельсинчиком. Аня выпила и почти мгновенно стала терять связь с действительностью. Ее приподняли и повели к выходу. Ноги еле слушались. Выйдя во двор, ощутила тропическую жару и влажность. На секунду показалось, что она где-то на экваторе. Сквозь полузакрытые глаза увидела пальмы. Опять пальмы! Откуда они здесь?

Глава 6. «Миллиардерская» дочь

Проснувшись, Аня не могла понять, где она и что с ней произошло. События дня вчерашнего были настолько неправдоподобны, что казалось это сон, странный сумбурный беспокойный сон. Вот сейчас она откроет глаза и увидит свою маленькую комнату с «икеевской» мебелью и мягкими игрушками, но, увы, ее взору открылось огромное помещение, похожее на президентский люкс «дубайского» отеля.

Осторожно, словно боясь кого-то разбудить, Аня встала и подошла к окну. Сквозь огромное «в пол» стекло вид был тоже «дубайский». Во дворе то ли отеля, то ли кондоминиума, прозрачной бирюзой, блестели бассейны, а вокруг непроходимой стеной теснились зеркальные мегаэтажки.

– Это что такое? Меня накачали снотворным и отвезли в Эмираты? – тихонько возмутилась Аня.

– Анна Сергеевна, Вы я вижу, проснулись? Вас ожидает личный помощник. Когда её можно впустить? – раздалось откуда-то сверху, приятным женским голосом.

– Извиняюсь. А кто со мной разговаривает? – поинтересовалась Аня.

– За ночь ничего не изменилось. Я ваш виртуальный паладин.

– Кто, кто?

– Палладин – кибер-секретарь.

«Кибер-секретарь в номере отеля? Это точно Эмираты! Но почему она называет меня Анна Сергеевна? С кем-то путает или просто ошиблись? Ладно! По крайней мере, пока ничего сверхъестественного не происходит!» – подумала Аня и посмотрела на себя в огромное зеркало. Судя по серой атласной пижаме, перед сном её кто-то заботливо переодел.

– Я участвую в каком-то шоу?

– Не понимаю Вас.

– Ладно. Сообщи помощнику, что я буду готова через десять минут, – произнесла Аня, обращаясь к незримому голосу.

– Помощник может помочь Вам одеться, – позаботился виртуальный секретарь.

– Спасибо не надо!

– Я Вас поняла, помощник зайдет через десять минут.

В огромном платяном шкафу обнаружилось множество разной одежды.

– Какое продвинутое шоу, и всё моего размера! – восхитилась Аня, рассматривая наряды.

– Вам подыскать продвинутое шоу? – поинтересовался голос.

– Спасибо не надо. А можно побыть в тишине? Мне хочется собраться мыслями.

– Можно. Если что-то понадобится, я буду рада Вам помочь.

Через десять минут входная дверь открылась, и вошла остроносая девушка лет двадцати пяти, с серыми умными глазами. Она была хорошо сложена, коротко острижена и, по офисному, строго одета – белый верх, черный низ.

– Анна Сергеевна, как вы себя чувствуете? – начала она.

– Вообще-то я Павловна, – уточнила Аня.

– Анна Сергеевна, – помощник сделала паузу, – у вас вчера была черепно-мозговая травма. Врачи говорят, что ничего серьезного, но как следствие возможна частичная амнезия.

– Какая травма? Какая амнезия? Вы меня ни с кем не путаете?

– Ошибка исключена! Вы Анна Сергеевна Султанова, единственная дочь Сергея Николаевича Султанова. Вам девятнадцать лет. Родились Вы тридцатого июня, две тысячи двести сорок третьего года, а проживаете…

– Какого, какого? – перебила её Аня.

– Тридцатого июня, две тысячи двести сорок третьего года, – спокойно ответила помощница.

– Простите, как Вас зовут? Если у меня провалы в памяти, я же не обязана это помнить?

– Совершенно не обязаны. Меня зовут Эль.

– Хорошо Эль! Давайте еще раз. Я Анна Сергеевна Султанова, две тысячи двести какого-то там года рождения. Правильно?

– Да. Две тысячи двести сорок третьего.

– А какой сегодня день?

– Третье ноября две тысячи двести шестьдесят первого года

– Хорошо. С датами определились, – спокойно подытожила Аня, – поехали дальше. Что это за шоу? Фантастика? Какой канал? Почему без моего ведома?

– Не понимаю Вас.

– Эль!

– Слушаю Вас Анна Сергеевна.