Начальные люди Томской губернии. Исторические портреты 1804-1917

В 1803 году тобольский и иркутский генерал-губернатор Иван Осипович Селифонтов представил на усмотрение первого министра внутренних дел России князя В.П. Кочубея соображения относительно разделения Тобольской губернии на две части, с тем, чтобы из одной части образовать новую губернию и назвать ее Томской с губернским городом Томск. «Тобольская губерния, – писал генерал-губернатор, – хотя числом обитателей в сравнении с российскими и не так многолюдна, но пространством занимаемых ею земель чрезмерно обширна, поелику уездные ея города от губернского стоят самый ближайший в 247, а отдаленный – в 3305 верстах, почему и в управлении оною встречаются всегдашние неудобства, препятствия и медленность».

И.О. Селифонтов предлагал в Томскую губернию включить Томский, Каинский, Красноярский, Енисейский, Туруханский, Нарымский, Кузнецкий и Бийский уезды. Указывал он и количество душ мужского пола в каждом из уездов, самым многочисленным оказался Бийский уезд – 41845 душ. Всего новая губерния должна насчитывать 174521 душу мужского пола.

Все предложения император Александр I Высочайше утвердил именным указом, данный Сенату 26 февраля 1804 года. «1. Все пространство, составляющее ныне Тобольскую губернию, разделить по прилагаемым при сем генеральным картам на две части, из коих первая из 9 уездов составлять будет губернию Тобольскую, а вторая из 8 уездов составит губернию Томскую».

Томская губерния включала в себя нынешние территории Республики Алтай, Алтайского края, Кемеровской, Новосибирской и Томской областей, часть Красноярского края и часть Северо-Восточных территорий ныне независимого государства Республика Казахстан. Ее территория превышала площади нескольких государств Европы.

Губернатор являлся представителем высшей правительственной власти и вместе с тем органом Министерства внутренних дел. Ему всецело подчинялась полиция губернии. Сам он назначался на должность и освобождался императором по представлению министра внутренних дел России. Губернатор контролировал все государственные органы, находившиеся в губернии, в том числе до 80-х годов в значительной мере ему были подконтрольны суды. В 1837 году вышел новый «Наказ губернаторам», который усилил их власть, провозгласил губернатора «хозяином губернии».

Закон 1866 года предписывал ему ревизовать местные финансовые органы – казенные палаты, казначейства, акцизное управление. От него зависело назначение и увольнение большинства чиновников, представление их к наградам и чинам. Губернатор по должности был председателем губернских присутствий, учреждений и комитетов, число которых доходило до семнадцати и выше. Через них он контролировал деятельность всех губернских ведомств. Количество подписываемых им бумаг доходило до 100 тысяч в год, или около 270 ежедневно.

Заниматься полицейскими делами губернаторы начали с Екатерининских времен. 2 мая 1764 года она подписала Наставление губернаторам, в разделе 17 его записано: «А как в уездах некоторых губерний разбои и грабительства… и доныне происходят, то мы… повелеваем каждому губернатору как рачителю о тишине и безопасности вверенного ему народа прилагать всевозможнейшие меры к истреблению таковых отечеству и всему человеческому роду злодеев, выведывая и искореняя их пристани».

Томская губерния имела свои особенности и отличия от других – на ее территории существовал обширный Колывано-Воскресенский (Алтайский) горный округ со своей администрацией и управлением и его лучшие земли и леса, все заводы и рудники вплоть до Февральской революции 1917 года принадлежали царской особе. И два центра было в губернии: в Томске – гражданская власть, в Барнауле – горнозаводская.

22 июня 1822 года были произведены новые административно-территориальные преобразования – вся Сибирь разделялась на две части, появились Западно-Сибирское и Восточно-Сибирское генерал-губернаторства. Вслед образована Енисейская губерния, в нее отошли от Томской Красноярский, Енисейский и Туруханский округа.

Тогда же Правительствующему сенату был дан царский указ о совмещении в одном лице звания томского гражданского губернатора и начальника Колывано-Воскресенских заводов «по уважению местных обстоятельств Томской губернии». Это решение приносило пользу горному округу, его владельцу царю, но было ущербным для губернии. Западно-Сибирский генерал-губернатор А.П. Дюгамель писал, что совмещение должностей было «…главной причиной того, что Томская губерния всегда управлялась хуже всех остальных Российских губерний. Генерал Озерский, будучи исключительно озадачен тем, что касалось алтайских заводов и, проводя половину года в Барнауле, поневоле должен был небрежно относиться к делам гражданского управления…».

Совмещение должностей длилось до 1864 года.

В 1882 году было упразднено Западно-Сибирское генерал-губернаторство, и томский губернатор стал непосредственно подчиняться центральным органам империи – министерствам, при этом сам оставался в ведомстве МВД.

В управлении губернией «хозяину» помогали вице-губернаторы (до реформы 1822 года), председатели губернского правления, с 1895 года – вновь вице-губернаторы. Но если первые вице-губернаторы председательствовали в казенной палате, занимавшейся податным делом, надзором за налоговыми поступлениями, государственным имуществом, винными откупами и подрядами, продажей соли, надзором за частной торговлей, то с 1895 года они являлись непосредственными помощниками и заместителями губернаторов по всем частям управления. В случае болезни, отсутствия или увольнения губернатора вице-губернатор занимал его место. С 1822 года более 70 лет – до 1895 года, вторым лицом в губернии являлся председатель губернского правления, ведавшего делами полиции, казенной палаты (хозяйственные дела) и губернского суда (гражданские и уголовные дела).

Сибирь – место ссылки и каторги, ежедневного звона кандалов. Сибирь – край казнокрадства и мздоимства. Сибирь – царство тьмы, произвола и бесправия. Сибирь – вотчина царской фамилии, источник неслыханного ее обогащения.

В темную эпоху 210 лет назад родилась Томская губерния.

Мало что менялось поначалу. Генерал-губернатора Тобольской, Томской и Иркутской губерний И.Б. Пестеля больше всего заботило, чтобы жалобы до Петербурга не доходили, нежели все иные вопросы. Это ему сын-декабрист Павел Пестель перед казнью бросил в лицо убийственные слова: «Я хотел, между прочим, чтобы по возможности не было таких губернаторов, каким вы были в Сибири». Будущий граф М.М. Сперанский, проводивший ревизию Сибири летом 1819 года, отдал под суд двух губернаторов и 48 чиновников различного уровня! 681 чиновник оказался замешанным в противозаконных действиях. Михаил Михайлович говорил: «Томская губерния по богатству и климату могла быть одной из лучших губерний в России, но худое управление сделало из нее сущий вертеп разбойников. Если бы в Тобольске я отдал бы всех чиновников под суд, то здесь оставалось уже всех повесить. Злоупотребления вопиющие…».

Вступивший летом 1822 года в должность гражданского губернатора и Главного начальника Колывано-Воскресенских заводов Петр Козьмич Фролов продолжил беспощадную борьбу М.М. Сперанского с казнокрадством и «вопиющими злоупотреблениями» чиновников. Для него сроков давности не существовало.

При всех недостатках, образование новой губернии дало положительный импульс в развитии региона. Новая губерния – это и новые люди, свежие силы, иные умы, другие центры. И вот уже в 30-е годы радеющей о губернии общественностью поднимается вопрос об открытии Сибирского университета. Однако в пору реакции Николая I это оказалось несбыточной мечтой.

Усилиями начальных людей, с их согласия, их одобрения медленно, постепенно, но проводились преобразования и даже эпохальные. Летом 1811 года Томское малое народное училище преобразовано в уездное училище, в 1819 году открыта типография Томского губернского правления, в 1833 году открылась первая в Томске городская публичная библиотека, в 1838 году открыта Томская губернская мужская гимназия, в 1857 году вышел первый номер «Томских губернских ведомостей» – первой газеты. В 1863 году Томск получил телеграфную связь с Европейской Россией, в том же году начались занятия в Мариинской женской гимназии – первом среднем учебном заведении для девочек. В 1873 году открылся сибирский книжный магазин П.И. Макушина, тогда же образовано Общество для вспомоществования учащимся во главе с губернатором А.П. Супруненко. Началась подготовка учителей для сельских школ, с 1 июля 1877 года в Томске учреждалось шестиклассное реальное училище, а в Барнауле открыта женская прогимназия.

16 мая 1878 года Высочайше повелено учредить Императорский Сибирский университет в Томске с четырьмя факультетами – 40 лет добивались того решения и все-таки добились. Почти столько же лет не утихала тема строительства колесного пути через горы Алтая к Монгольской границе. Построили. Открыта специальная школа для подготовки сельских фельдшеров как медицинских, так и ветеринарных, в Бийске открыта женская прогимназия. В марте 1881 года вышел первый номер частной либеральной «Сибирской газеты», ее издавали П.И. Макушин и А.В. Адрианов, широко развивалось книгоиздание, особенно в Томске и Барнауле, открывались публичные библиотеки. В 1882 году в Томске открыто Общество попечения о начальном образовании, в 1886 году П.И. Макушин первым в Томске установил телефон, соединивший типографию и книжный магазин. В 1895 году зажглись первые 10 уличных электрических фонарей – подобного многие губернские города Европейской России не знали еще лет пять. Вслед за университетом открыт Технологический институт, в последнем десятилетии XIX века заработала Сибирская железнодорожная магистраль – она перевернула жизнь населения губернии, появились новые города, увеличился приток переселенцев, расширилась торговля. Первый поезд пришел в Томск 1 августа 1896 года.

К концу века Томск превратился из купеческого города в крупный культурно-просветительский центр Западной Сибири.

Нет, не сидели, сложа руки, наши предки. Они как могли, как умели, обустраивали просторы Сибири.

За 113 лет дореволюционной истории во главе Томской губернии стояли 29 губернаторов. Обязанности первых лиц временно несли не только вице-губернаторы и председатели губернского правления, но и иные подготовленные люди, четверо из них представлены в губернаторском ряду.

Разные это были люди, но все они имели соответствующее своему времени образование, управленческий или командный опыт, годы службы и высокие чины. Были среди них бароны и князья, приближенные к Высочайшему Двору, генералы Корпуса горных инженеров и жандармерии, ученые и просвещенные либералы, люди вполне заурядные, искренне радевшие о благе и развитии края, встречались и случайные особы, чинуши и сатрапы.

Выдающимися, талантливыми личностями остались в истории П.К. Фролов, Е.П. Ковалевский, П.П. Аносов, Н.В. Родзянко, А.П. Супруненко, Г.А. Тобизен, Н.Л. Гондатти. В том же ряду стоит первый губернатор Василий Семенович Хвостов – он истово заботился о благополучии губернии, «служил с истинным усердием и бескорыстием», ничем себя не запятнал, хотя и вышел в отставку по обвинению в серьезных проступках. Из всех губернаторов лишь один Петр Козьмич Фролов оказался сибиряком, все другие приезжали в Томск из самых разных мест Российской империи.

И среди сподвижников первых лиц – вице-губернаторов и председателей губернского правления – тоже были свои таланты, люди хорошо образованные, истово стремившиеся к устройству губернии и… либеральных настроений. В ряду талантливых руководителей стоят Н.П. Горлов, И.И. Соколовский, И.П. Дубецкий, А.В. Виноградский, П.И. Фризель, М.Н. Берестов, А.И. Дмитриев-Мамонов, Н.Н. Петухов, С.И. Бирюков, И.В. Штевен.

Довольно не редкость, когда начальные люди губернии оставили после себя воспоминания, литературные работы, научные труды. Василия Семеновича Хвостова все дореволюционные биографические издания называют писателем – он первым из всех краеведов подготовил работу «О Томской губернии и о населении большой Сибирской дороги до Иркутской границы», «Записки Хвостова о Сибири» печатал «Русский архив» в 1870 году. Василий Романович Марченко оставил «Записки», Евграф Петрович Ковалевский написал целый ряд интересных сочинений этнографического характера, готовил обширный труд «О народах, живших и ныне живущих в России». Павел Петрович Аносов известен научными трудами о металлургии, Александр Дмитриевич Озерский – написал исследования по Забайкалью. «Мимоходом. Моя губернаторская эпопея» Василия Ивановича Мерцалова публиковал «Русский исторический журнал» в 1917 году. У Ивана Ивановича Красовского с десяток работ, главным образом связанных с Крымской войной 1853-1856 годов. Свои литературные произведения и статьи собрал под одной обложкой «Небылицы в лицах» Асинкрит Асинкритович Ломачевский. Николай Львович Гондатти прославился своими научными трудами, при этом часть работ продавал в Харбине в 1945 году, чтоб прокормиться.

Среди сподвижников губернаторов тоже не редко встречались люди творческие, глубоко мыслящие, не лишенные литературного дара.

Николай Петрович Горлов издал книги по истории Японии и Чингис-Хана. Василий Владимирович Берг писал стихи и прозу, обширные воспоминания оставил Иосиф Петрович Дубецкий, опубликованные в журнале «Русская старина» в 1895 году. Критиковал «Рефлексы головного мозга» И.М. Сеченова, переводил на русский язык учение основоположника французского спиритизма А. Кардека Аполлон Петрович Болтин. Александр Ипполитович Дмитриев-Мамонов оказался великим мастером аналитических книг и статей по железным дорогам, написал исторические очерки о Пугачевском восстании в Зауралье и Сибири и о декабристах в Западной Сибири. Он один из немногих за научные труды в 1913 году был удостоен графского титула. Святослав Александрович Володимеров издавал газету «Земщина», не редко публиковал свои статьи против засилья иудеев и либеральных реформ.

Давно известно, что сколько людей – столько и судеб. Касается это и начальных людей. Одни губернаторы стали сенаторами, другие – пошли под суд, третьи – скончались, не сменившись с должности, четвертые – сгорели в огне Гражданской войны, пятые – вынуждены были доживать свой век вдали от Родины. Почти так же сложились и судьбы сподвижников губернаторов – среди них один стал сенатором, другой членом Государственного совета, несколько человек – губернаторами, были и подсудные за либеральное отношение к противникам царского самодержавия.

Буря Февраля 1917 года смела ненавистный царский трон, Томская губерния еще оставалась, правда, в усеченном виде – летом того года из нее выделилась Алтайская губерния. Но губернаторов с их сподвижниками уже не появлялось. Мало того, на десятилетия исчезли из лексикона людей сами слова «губернатор» и «вице-губернатор».

Часть 1.

Губернаторы

ХВОСТОВ Василий Семенович

– гражданский губернатор Томской губернии (ноябрь 1803 года – февраль 1808 года), действительный статский советник.

Томская губерния выделилась из Тобольской по указу императора Александра I от 26 февраля 1804 года, но В.С. Хвостов был назначен ее начальником задолго до той даты – 17 ноября 1803 года. Он один из множества ему подобных чиновников больше трех месяцев служил губернатором без губернии. Это время он использовал на получение инструкций и наставлений в министерствах, на разработку документов, различные согласования, на подбор служащих основных структур новой губернии и финансирование их деятельности.

Василий Хвостов родился на древней русской земле – в Гдовском уезде Псковской губернии, как писал сам, «в 1754 году, декабря 24 числа». Принадлежал к старинному и большому, но не богатому дворянскому роду. Отец его Семен Васильевич служил в Тобольском пехотном полку, участвовал в Семилетней войне с прусаками, по окончании ее вышел в отставку секунд-майором. Мать Дарья Ивановна – из дворян Галицкого уезда, из рода Головницыных. Родители владели имением из ста душ крестьян.

В 1765 году отец повез трех своих сыновей в Петербург, нашел родственника по матери известного при восшествии на престол Екатерины II генерал-майора С.В. Перфильева, а тот был весьма дружен с графом В.Г. Орловым. Граф Владимир Григорьевич в то время являлся президентом Академии наук России, он то и определил троих братьев в гимназию. В 1772 году на 18-м году жизни Василий Хвостов, окончив гимназию, «вступил в свет». Пошел он к графу Орлову, оказавшегося в опале и уезжавшего в чужие края, тот принял его секретарем. Через одиннадцать месяцев опала миновала, императрица вернула Орлову звание и должность генерал-фельдцейгмейстера, пожаловала титул светлейшего князя, вдобавок – Гатчину и Ропшу.

Граф Орлов любил молодого Хвостова, был к нему милостив, всегда брал с собой, когда уезжал в Петергоф или в имение. У него бывала императрица Екатерина II, она участвовала в святочных играх, и Василию не редко случалось стоять за стулом Государыни.

В 1774 году по приказу графа Орлова записали Василия Хвостова аудитором 2-го канонирского полка, которым командовал полковник Б.И. Меллер. Тот поручил ему отправлять должность полкового адъютанта. С Борисом Ивановичем Меллером и связаны его крутые перемены в службе и жизни. Начинал сержантом артиллерии, через пять лет уже имел чин капитана.

1 мая 1779 года по указу «Ея Величества Государыни Императрицы Екатерины Алексеевны Самодержици Всероссийской и прочая, и прочая, и прочая» Меллер получил должность Главного начальника Колывано-Воскресенских горных заводов с производством в генерал-майоры артиллерии. Новоиспеченный генерал и Хвостов вместе приехали в Барнаул, тот занял приготовленное ему место, а капитан принял под свое командование конную роту горного батальона.

Офицеры батальона выглядели красавцами, ибо имели особую форму – кафтан красный, отвороты, обшлага, воротники, камзол и штаны зеленые, с медными белыми пуговицами. Яркой расцветкой они походили на сказочных птиц.

В следующем году по повелению императрицы Екатерины II, в рамках проводимых ею административно-территориальных преобразований, появилась Колыванская область, вскоре переименованная в губернию. С того времени в руках правителя области совмещались полномочия гражданской власти и начальника горных заводов. Меллер разделил область на уезды – Колыванский, Бийский, Семипалатинский и Кузнецкий, потом еще добавился Красноярский. Определялись границы области, уездов, формировались органы власти, налаживалась их работа.

В 1782 году Меллер подготовил донесение в столицу, что Колыванская область учреждена и присутственные места уже работают. А в поездку отправил Хвостова. Тот доставил благую весть, успехом были довольны самые высокие сановники, мало того, по тому случаю командира конной роты Василия Хвостова приняла сама императрица и выразила чрезвычайное удовлетворение. Она так была растрогана, что в дар гонцу вручила золотую эмалированную табакерку со ста червонцами в ней.

Короткое время Хвостов состоял асессором постоянной военно-судной комиссии, а в 1783 году оставил военную службу и занял должность советника в палате гражданского суда Колыванской области с жалованием в 600 рублей в год. Плюс к тому чиновники в Сибири получали столовые, которые превышали жалование по должности, квартирные и добавочные. Общая сумма часто превышала вдвое ту, что они имели в «Российских губерниях» на аналогичных должностях. А в феврале 1784 года в Барнауле состоялась грандиозная свадьба – правитель губернии отдавал замуж свою дочь Марию Борисовну. Женихом же, возлюбленным дочери, был Василий Хвостов. Некогда верный помощник своего командира стал зятем властелина губернии и горных заводов.

После десяти лет службы на Алтае – в 1790 году Василий Хвостов покинул Сибирь и укатил с семейством в столицу. К тому времени тесть уже не управлял горными заводами и рудниками, ибо они были переданы прибывшему из Петербурга статскому советнику Г.С. Качке, но он стал наместником Колыванского наместничества, куда включили и Иркутскую губернию. Вступивший на престол в ноябре 1796 года Павел I отменил чехарду Сибирских административно-территориальных преобразований своей матери, труды Меллера и вклад Хвостова оказались напрасными.

В столице Василий Семенович был причислен к герольдии Правительствующего сената, ведавшего делами дворянского сословия. Однако городская жизнь тяготила Марию Борисовну, она хотела на природу, в деревню, и семейство Хвостовых поселилось в имении Нежово, хотя усадьба, все службы и скотные дворы находились в самом худом положении. Состояния в Сибири не нажил, но выручила коллекция минералов. Генерал Б.И. Меллер всегда брал с собою командира конной роты, когда ехал осматривать заводы и рудники. Хвостов сделался страстным любителем минералов, собирал их всюду и, в конце концов, создал минералогический кабинет из более трех тысяч кусков. В столице продал коллекцию княгине Е.Р. Дашковой для Академии наук за 4000 рублей.

В 1793 году, узнав, что в Константинополь посылается чрезвычайным послом Михаил Илларионович Кутузов, Василий Хвостов просил его взять с собой. Будущий известный фельдмаршал М.И. Голенищев-Кутузов охотно согласился и определил его кавалером посольства. Ехать на берега Босфора Василия Семеновича побуждали и личные интересы – там поверенным в делах служил его старший брат Александр Хвостов, с ним не виделся лет двенадцать, к тому же требовалось разрешить дело о наследстве почивших еще в 1770 году родителей.

Служба под началом таких людей, как М.И. Кутузов, не могла не обогатить пытливый ум, не научить полезнейшему, просто бесценному опыту, не побуждать к истовому служению во благо Отечества. В Константинополе Хвостов был произведен в коллежские советники.

Посольство числом до 700 человек вернулось в Россию на другой год. Мария Борисовна по-прежнему хотела жить только в деревне, и Василий Семенович подал прошение об отставке. В 1795 году получил ее с чином статского советника, но пока хлопотал о ней в столице, пришло известие, что Мария Борисовна умерла при родах. Не выжил и ребенок. Это была не первая горькая потеря – в Барнауле в младенчестве умерли три сына и дочь Софья.

Василий Семенович решил посвятить себя деревенской жизни. Перестраивал господский дом, строил скотные дворы, амбары, подсобные помещения. Нанял садовника, завел сад и пасеку. Избирался предводителем дворянства Гдовского уезда. Долго жил вдовцом, а потом женился, но семейное счастье длилось не долго – Екатерина Александровна Колюбакина тоже умерла при родах.

С воцарением Павла I многие чиновники высокого ранга оставили свои посты, а император Александр I начал с того, что вновь их призывал на государеву службу. Хвостов поехал в Петербург искать себе место, пути-дороги привели его к министру внутренних дел князю В.П. Кочубею. Тот предлагал на выбор три губернии, но Василий Семенович соглашался возглавить только Томскую. Свое решение он мотивировал тем, что уже знал Сибирь, а главное, что там низкие цены на все и вся. Назначение состоялось с производством губернатора в чин действительного статского советника. Тобольский, томский и иркутский генерал-губернатор И.О. Селифонтов на эту должность представлял своих кандидатов.

Торжества по случаю открытия новой губернии проводились в Томске 6-8 августа 1804 года, ритуал торжеств разрабатывал сам губернатор. Удивительно быстро Хвостову удалось собрать нужных людей губернского уровня, подыскать здания для присутственных мест. Костяк чиновничества составили люди, которых он хорошо знал по работе на Алтае.

Процессию на богослужение к церкви, а потом и к домам присутственных мест возглавляли конные казаки по три вряд, за ними шли четыре частных с городничих, затем городской магистрат с градским головой, два губернских стряпчие с прокурором, вице-губернатор А.И. Ведищев с асессорами и советниками… Сам губернатор с двумя советниками шел далеко не первым, после него двигались губернский землемер, уездный казначей, земский исправник, губернский архитектор, лекарь и прочие чиновники.

Любопытно, что построение отличалось от военного строя: если командир всегда идет впереди подчиненных, то здесь, напротив – после, строй как бы навыворот. И губернатор шел вслед за своими советниками, но один. Все чиновничество было приведено к присяге.

10 августа деловой бумагой за № 456 В.С. Хвостов докладывал генерал-губернатору Сибири И.О. Селифонтову об открытии губернии, где, между прочим, писал: «В сей день (то есть 6 августа) угощал я обеденным столом духовенство, чиновников гражданской и военной службы, магистрат в числе 64 персон… На третий день городское купеческое общество угощало обеденным столом всех в должностях состоящих штатских и военных чиновников. Все три дня город был иллюминирован, особенно же поставленную на Воскресенской горе у Соборной церкви картиною, с коей рисунок с изъяснением и сочиненные к оной стихи (Коллежским Регистратором г. Спасским) при сем приложить честь имею».