Станица Митякинская в документах, очерках, воспоминаниях. Смутны предания веков

Откуда пошла станица Митякинская

«История есть совокупность преступлений, безумств и несчастий, среди которых замечаются некоторые добродетели, некоторые счастливые времена, подобно тому, как среди дикой пустыни там и сям обнаруживаются человеческие поселения». Вольтер.

Не будем спорить со стариком Вольтером и обратимся к самим историческим источникам. Известный историк донского казачества В. Н. Королёв утверждал, что городок Митякин был один из первых и известных казачьих городков не только на Северском Донце, но и в бассейне Дона и он вполне мог существовать ещё до 1549 года. Узнаём мы об этом отнюдь не из русских исторических источников, относящихся к 1545 году. Это косвенно подтверждается и турецкими источникам этого периода. Так в 1544 – 1545 году донские казаки появляются в низовьях Дона во главе с атаманом Михаилом Черкашениным, осаждая Азов, разоряя турецкие селения и рыбные ловли. Факт появления донских казаков у Азова зафиксирован в указе турецкого султана кафинскому санджакбею:

«Реестры важных дел», 973 г., раби II 11/1565 г., ноября 5. – Отпуск султанского указа санджакбею Кафы Касиму о необходимости принятия мер по обеспечению безопасности Азова от набегов казаков.

Указ бею Кафы.

«Ты прислал письмо, в коем сообщаешь следующее. Вот уже более двадцати лет негодяй из неверных русов, известный под именем Черкес Миша, обосновался в окрестностях Азова, в семи местах поставил остроги (подобие укреплённых городков), постоянно собирал вокруг себя сообщников и убивал или захватывал в полон жителей Азова и прибывающих на судах торговцев. Направлявшимся против них ранее несколько раз отрядам не удавалось рассеять это сборище.

Недавно они с последователем Димитраша (князь Дмитрий Вишневецкий) собрали четыре тысячи неверных, соорудили возле крепости Азов земляные укрепления и несколько дней осаждали крепость, применяя снятые с судов пушки (очевидно, это были трофейные пушки, взятые казаками на турецких кораблях). Ты, прибыв в Кафу, предал часть из них мечу, однако был ослаблен и заключил с ними перемирие. Ныне перемирие тобою разорвано, ты с мусульманским войском совершил на них поход. Они не смогли противостоять мусульманскому войску и бежали, их земляные укрепления, и остроги были тобой разрушены. Это и всё, что было доложено тобой помимо этого, было охвачено моим священным познанием. Повелеваю: по прибытии моего высочайшего указа и впредь не теряй ни минуты на страже области и охране провинции и прилагай усилия к обеспечению безопасности страны и спокойствия рабов Божьих. Остерегайся того, чтобы по твоему небрежению области и провинции был нанесен ущерб зловредными неверными».

Откуда же пришли казаки Черкеса Миши? С Северского Донца, где у казаков, по всей видимости, была опорная база. Вполне возможно, что этой самой базой был городок, позднее названный Митякинским, а его первым атаманом был легендарный донской атаман Михаил Черкашенин. Подтверждение тому, что казаки атамана Черкашенина приступали к Азову с Северского Донца, мы так же находим и в других в турецких источниках:

«Не позднее 984 г., рамазана 7/1576 г., ноября 28. – Отпуск послания султана Мурада III хану Девлет-Гирею I с запросом мнения хана о целесообразности постройки крепости на реке Бузук выше Азова.

Его высочеству хану написано следующее августейшее послание. Бей Азовского санджака Мухаммед и его кадий прислали письмо, в коем доложили следующее. Ранее воспоследовал наш высочайший указ о выделении для ремонта крепости Азов пяти тысяч цехинов из кафинских доходов нашей казны. Протекающая перед крепостью Азов река Дон берет начало в области русов. Двумя дневными переходами выше крепости Азов в реку Дон впадает река Бузук. Перед крепостью река Дон разделяется на протоки и, по причине низменного характера местности, образуются болота и тростниковые заросли. Река Бузук не имеет явного истока, питаясь родниками, вытекающими из произрастающего рядом леса. Некоторые неверные промысловики из русов, спустившись по Дону на челнах, используя труднопроходимые лесные заросли в бассейне реки Бузук в качестве укрытия, через заросли тростника скрытно спускаются к морю, где грабят рыбаков, промышляющих с помощью дальянов (лодок), и грузовые суда, ночами похищают случившихся близ крепости жен и детей мусульман, а также грабят и похищают путников и купцов.

Строевой лес, необходимый для крепости и для изготовления дальянов, привозился с реки Бузук. Теперь, из-за действий неверных, строевой лес оттуда не поступает, а поскольку его доставка из других мест сопряжена с большими трудностями, крепость и дальяны не чинятся. Поэтому крепость и дальяны пришли в состояние совершенной разрухи. Ныне для предотвращения вреда, наносимого русами представляется необходимым возведение крепости в месте слияния двух этих рек. В указанном месте обилие материала для постройки крепости, а все остальные материалы можно доставить водным путем. И если ныне реальные поступления из Азова за три года составляют сорок юков османи, то, когда, в случае возведения крепости, река Дон станет охраняемой, поступления смогут достичь ста юков османи. Также в указанном месте могут причаливать морские суда. Эта местность изобилует строевым лесом. Для постройки казённых судов лес может быть легко заготовлен и доставлен на государевы верфи. Поскольку крепость Азов является единственным укреплением на реке Дон в пустынной местности до моря, близ него нет земли, пригодной для земледелия, а в удалённых местностях земля не обрабатывается ввиду угрозы, исходящей от неверных, продовольствие доставляется по морю, и всем жителям Азова приходится его покупать. И если вдруг случится, что из-за угрозы нападения неверных суда перестанут прибывать в Азов, они будут испытывать большую нужду в продовольствии. Если же сейчас будет возведена крепость в месте слияния рек Дон и Бузук, земля между двумя крепостями вдоль реки Дон будет возделана и приведена в благоустроенное и цветущее состояние. Появится возможность отправлять с пристани Азова в Стамбул сливочное масло и другое продовольствие таким же образом, как с пристаней Кафы и Гёзлева. А для строящейся крепости, кроме расходов на инженеров, будет достаточно пяти тысяч цехинов, выделенных ранее на ремонт крепости Азов из кафинских доходов нашей казны. Направленный к Вам Бехрам владеет этим вопросом. Он сообщил, что постройка крепости вышеописанным образом в месте, которое будет выбрано инженерами, представляется весьма полезной для провинции, подданных и государственной казны. Поскольку у Вас есть полное знание относительно тех земель, вопросы необходимых расходов, материалов и строительства препоручаются Вам. Нами издан высочайший указ о выделении необходимого количества инженеров и заготовки необходимых инструментов и материалов. Надлежит, чтобы Вы, в соответствии с издавна присущей Вам многой любовью и чрезвычайной дружбой к нашему Порогу – прибежищу счастья, также приняли участие в этом деле. Действительно ли возможно и целесообразно возведение крепости в вышеуказанном месте согласно тому, как ими доложено? Будет ли от этого польза для провинции, подданных и государственной казны? В случае если возведение крепости необходимо, что нужно для её постройки, сколько денег понадобится для завершения её строительства, каким образом действовать? – пусть всё это точно и достоверно, как оно известно, Вам, будет подробнейшим образом сообщено нам с тем, чтобы в своё время нашей Высокой Портой были предприняты необходимые действия».

1550 – 1556 год. «Книга Большого чертежу»

Ещё одним документом, где упоминается не сама станица Митякинская или Митякинский городок, но речка Митякинка, была «Книга Большого Чертежу». Полностью «Роспись» из книги я приводить не буду, приведу лишь ту часть, которая относится к реке Митякинке или как её тогда называли Митякин колодезь. Колодезями в то время называли собственно родники – истоки малых степных речек с чистой питьевой водой и собственно эти речки, знание которых было столь необходимо служилым людям и купцам, отправлявшимся по посольским делам, для разведки, и для торговли за пределы Российского государства

«А ниже Аидара с Нагаискои стороны пала в Донец речка Явсюга, от Аидара до Явсюги верст с 6.

А ниже Явсюги, с Нагаискои стороны пала в Донец речка Деркул, от Явсюги до Деркула.

А выше Деркула на Донце Сизые горы, с Крымской стороны, от Деркула версты з 2.

А ниже Деркула пал в Донец Митякин колодезь, от Деркула до Митякина верст с 15.

А ниже Митякина пал в Донец Вишневецкои колодезь, от Митякина до Вишневецкого верст з 20.

А ниже Вишневецкого пала в Донец река Глубокая, от Вишневецкого до Глубокие верст с 5.

А ниже Глубокого пала в Донец речка Колитвенец, от Глубокие верст с 15.

А ниже Колитвенца пал в Донец Дядин колодезь, от Колитвенца до Дядина колодезя верст с 8.

А против Дядина колодезя, на Крымской стороне Хорошие горы.

А ниже Дядина колодезя, с Нагаискои стороны пала в Донец река Белая Колитва.

А против Колитвы, с Крымской стороны, на Донце, Гребенные горы».

1569 год. Городки Ивана Мотяки

«История – это собрание путевых дневников тех, кто путешествовал по одной и той же стране и испытывал одни и те же невзгоды, их удачи и неудачи одинаково поучительны». Г. Болингброк.

Первое достоверное упоминание о станице Митякинской, точнее о Митякинском городке, мы находим в документах второй половины 16 века. В 1569 году турецкая армия султана Селима 2, соединившись с конницей крымского хана, двинулась Доном и сушей к Астрахани, желая отвоевать её у московского царя.

Крымский хан, для отвлечения казаков, и желая уничтожить препятствующие татарским набегам городки атамана Ивана Мотяки, бросил часть своей конницы на Сев. Донец, где в районе современной станицы Митякинской располагались эти городки.

Реконструкция казачьего городка 17 века.

Об этом мы узнаём у русского посла Новосильцева, отправленным в 1570 г. Иваном Грозным в Турцию:

«Касим-бег ходил войной вместе с крымцами и турками на Астрахань и побил на Донце на Северском казачья атамана, Иваном зовут Мотякин, а с ним было казаков сорок». Дела Турецкие, книга 2, стр. 103.

Это сообщение подтверждается другим источником, грамотой крымского хана, в которой он извещал султана о разгроме татарами казаков на Сев. Донце. Об этой грамоте стало известно русскому послу Новосильцеву, о чём он и донёс царю в своей отписке: «И как деи Крымской пошел к Азсторохани и побил на Донце на Северском казачья атамана, Иваном зовут Мотякин, а с ним было козаков человек с сорок, и прислал деи к Турскому гонца, что он на Донце взял казачий город, атаманов и казаков убил, сказал, с пять тысяч, и Турской деи тому стал быти весел». (Список грамоты посла Новосельцева). Таким образом, разгром небольшого казачьего отряда и разорение городка, превратился в «блистательную» победу татар, достойную внимания султана.

1641 год. Челобитная

«История – это союз между умершими, живыми и еще не родившимися». Эдмунд Берк.

Этим годом датируется челобитная сторожевых тамбовских казаков Афоньки Лихачёва, с товарищами:

«Царь, Михаил Федорович, холопы твои государевы… твою казну перевозили… поехали к тебе, государю, к Москве… и как буде против Митякина колодезя нас, холопей твоих, погромили татарове… кони, государь, отбили и весь борошен… и мы, холопи твои, брели пеши до Валуек». (Б. Гуров).

Статейный список похода в Азов боярина и воеводы Алексея Семеновича Шеина, в 1697 году.

«Уроки истории заключаются в том, что люди ничего не извлекают из уроков истории». О. Хаксли.

Сегодня мало кто из жителей станицы Митякинской и всего Тарасовского района знают, что маршрут знаменитого похода русских войск под командой боярина Шеина в 1697 году на Азов, проходил по юрту станицы Митякинской. Об этом можно узнать из «Статейного списка» воеводы Шеина. Текст приводится с орфографией того времени.

«Мая с 11 числа пошел полк обозом и ополчением и перешол того числа некормя до р. Белой, а переходу верст з 20, а к вечеру отошел версты с 4; а дровами на стане было и водою не скудно. А генерал Петр Иванович Гордон с своим полком шел особе на перезду, и пришел под Азов преже. Мая во 12 день перешел с 15 верст не кормя, а к вечеру пришел на р. Козинку, а переходу верст с 8, а шли до реки Козинки подле реки Белой, недошед малое число поворотили в лево, а на р. Козинке, где переправливались, на Валуйской стороне по край степи и поймищам камень, а на той стороне нет; дровами и водою было не скудно. Мая в 13 день, на Вознесениев день, пришли на Айдар в половина дни, а переходу верст с 15. Да того ж числа пришла в полк ведомость от станишников розъездных людей Валуйчан, что де явилась меж Айдару и Северново Донца сокма не малая, а знатно что есть в тех местах татаровя, и боярин и воевода приказал тогож числа ити за ними по сокме дву ротам жилетцким Федору Софонову да Семену Кропотову, а велено им в помочь себе призывать из рот охотников; и призывали, и были охотники. И боярин, и воевода Алексей Семенович уведомясь подлинно, по тем вестям не послал для того, что они, те вести, учинились ложны. Мая в 14 день Айдар перебрались и покормя, и перешед к вечеру верст с 18, а ночевали на степи, близко прилучилось лесу, а тот лес от Айдару первой, а воды не было. Да того ж числа приказал боярин и воевода быть вместо яртаулу пяти ротам последним жилетцким, и с тово дни были. А мая в 15 день пришли к речке Явсуге, а переходу верст с 9, и переправясь р. Явсуг на земляных гатях, отшед с версту, начевали на тойже реке Явсугу; дровами и водою довольно. Мая в 16 день перешли верст с 20 и стояли на степи прошед городище пустое, а шли промеж речек Деркула и Явсугу гребнем; речка была Явсуга в праве в 2 версты, а Деркула в леве с 3 версты, а вышеписанное городище над Деркулом стоит; а стан был без воды, а дров довольно. Да тогоже числа был дождь велик; и покормя к вечеру отшед верст с 7 и начевали на Гическом колодезе вершинах, недошед Чугина колодезя с версту, а воды небыло, и была да [та?] далеко, а дров довольно, а шли гребнем, дровяным местом, а речка Койсуг была в праве, а Чугин колодезь в лево. Да тогож числа приехали в полк к боярину и воеводе с Дону казаки два человеки ис Черкассково, а с чем подлинно не ведаю, а говорили, что вестей никаких нет, все мирно, и отпущены на завтре. А мая в 17 день пришли на р. Деркул и начевали, а переходу верст з 25, а на прямь с 15. – Мая в 18 день переправясь по мостам р. Деркул и кормили, а после обеда шли до Дубова колодезя и чрез ево дошли на Зубов колодезь, а перешли Зубов колодезь без трудности, и шли от нево до Митякина колодезя ровным местом 6 верст, и стали на гребне, не доходя колодезя на речке Изрядной и начевали; а дровами было довольно, а переходу всего верст з 25.

Мая в 19 день переправясь Митякин колодезь и отшед с версту переправились Грачев колодезь и пришли на Ольховской колодезь и кормили, а переходу верст з 12, и покормя переправливались на гатях и шли песками верст з 10 и начевали близко лесу. Мая в 20 день пришли на Северный Донец, а переходу 5 верст, а шли песками не выпрягая лошадей, переправливались чрез мост которой уготован был для приходу ратных Ево Великаго Государя людей в одном месте, а шли вначале стрелецкие полки с правой руки столник и полковник Иван Конищев, да Дмитрей Воронцов, а с левой стороны мало измешкав переправился, в скорости ж, с полком полковник Иван Озеров, да Мартемьян Сухарев, а после их государева казна, а после изволил переправиться боярин и воевода Алексей Семенович Шеин с обозы своими рано, и 27 [?] числа перебирались день и ночь непрестанно».

1707 год. Сыск новопришлых казаков

«Каждый может творить историю, но лишь великие люди способны ее писать». О. Уайльд.

Массовый уход на Дон старообрядцев и крепостных крестьян вызвал у Петра 1 недовольство, и он решил положить этому конец. Для чего на Дон была отправлена специальная экспедиция. 8 октября князь Юрий Долгорукий, совместно с присоединенными к нему старшинами и казаками, начал сыск новопришлых казаков по разным станицам Войска Донского:

«И ис Черкаского он полковник с ними старшинами пошел в верховые казачьи городки в том же сентябре месяце. А с ним полковником офицеров человек с 17, солдат 40 человек, подьячих 15 человек, конных казаков из Азова и ис Троецкого 40 человек, да вдорогу к нему полковнику прислано тех казаков 40 же человек. А с ними старшинами рядовых казаков конных и пеших никого не было, только работников их с ними было по 2 человека. И быв в донских 4-х городкех до Мелехова, и в Мелехове о тех новопришлых людех сыскивал он по указу, как надлежит (13 сентября – Ю. М.). А из Мелехова послал он полковник от себя в казачьи городки вверх по Дону, по Хопру, по Медведице и по Бузулуку для сыску таких новопришлых людей, бывших при нем офицеров 8 человек, да с ними 8 человек подьячих, да 12 человек солдат, да с ними ж донских выборных старшин 8 человек, да писарей 4-х человек. А сам шел вверх по Донцу, и быв в 8-ми городках до Митякина (конец сентября?) потому ж о тех новопришлых людех сыскивав. И которые по сыску явились, новопришлые, тех и приказал старым казакам вывозить на старые жилища и отдавать воеводам с росписками. А от Митякина послал он полковник от себя, для сыску таких людей по новоуказаным поселеным местам офицеров Афанасья да Якова Петровых детей Арсеньевых, а с ними солдат 4-х человек, да с ними ж донских старшин Увара Иванова да Андрея Иванова, да писаря Ивана Володимерова. А объездя новоуказаные места приказал им ехать от Митякина вверх по Донцу. А он полковник от Митякина ездил по запольным речкам по новопоселеным местам, которые селились собою, а не по указу. И как приехал на речку Деркул в станицу Герасимову Луку, и в том городке казаков никово не явилось, только сыскан 1 человек, которой про жителей того городка роспрашиван. А в роспросе сказал, что они, услышав про такой сыск, ис того городка пошли на старые свои жилища, а иные розбежались врозь.

1708 год. К старшинам кубанских казаков. (Письмо Булавина с призывом о помощи).

«Первая задача истории – воздержаться от лжи, вторая – не утаивать правды, третья – не давать никакого повода заподозрить себя в пристрастии или в предвзятой враждебности». Цицерон.

А потому будем беспристрастны. Перед нами интереснейший документ – письмо мятежного атамана Кондрата Булавина к казакам других городков, и в том числе станицы Митякинской, с призывом идти на помощь. Оказали ли какую ни будь помощь митякинские казаки, история умалчивает. Но, то, что некоторые митякинские казаки принимали участие в восстании.

«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас. Аминь. От донских атаманов молодцов, от Кондратья Афонасьевича Булавина и от всего великаго войска, рабом Божиим и искателем имени Господни, кубанским казакам атаману Савелью Пахомовичу, или кто протчии атаманы обретаетца и всем атаманам – молодцам челобитье и поздравление. Милости у вас, атаманов молодцов, слезно просим и Бога молим и ведомо вам чиним, что послали мы войском на Кубань, в Ачюев, к Хосяну паше и к Сартлану мурзе свои войсковыя письма об мировом между вами и нами и крестном состоянии, как жили и наперед сего старые казаки.…

Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас. Аминь. Да милости у вас наших батюшек, государей атаманов молодцов, у Савелья Пахомовича и у всех, что есть, войсковой наш атаман Кондратей Афонасьев и всем Войском Донским слёзно просим. Да я ж, Кондратей Афонасьевич, поимянно милости вашей пишу Савелью Пахомовичу, Фёдору Васильевичу, с Донца Луганской станицы Мирону Никитичу, да брату ево Сидору Никитичу, да Луганской же станицы Сидору Зиновьевичу, да Трёхизбянской станицы Ивану Остафьевичу Горбун прозвище, да Митякинской станицы Карпу Ертеаристу и всем, что есть атаманам молодцам слёзно милости прошу и челом бью, пожалуйте, который нибудь, хотя Мирон или Сидор или Афонасей, придите ко мне на слово.